СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7302/2021(4)-АК

Дело № А50-34092/2019

13 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 января   2022  года.

Постановление в полном объеме изготовлено    13 января  2022  года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего   Мартемьянова  В.И.

судей                                   Герасименко Т.С., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 23.12.2021;

финансовый управляющий ФИО4, паспорт;

от ФИО5: ФИО6, паспорт, доверенность от 03.12.2019;

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в заседании суда апелляционную  жалобу ФИО7  и  ФИО8

на определение Арбитражного суда Пермского края от 20 сентября 2021 года

о признании недействительным договор дарения от 25.11.2019 и применении последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела № А50-34092/2019         

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО9,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.01.2020 принято к производству заявление ФИО5 (далее – ФИО5, кредитор) о признании ФИО9 (далее – ФИО9, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.06.2020 заявление ФИО5 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

19.10.2020 финансовый управляющий ФИО4 обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 25.11.2019, заключенного между супругой должника ФИО8 и ФИО7, применении последствий недействительности сделки в виде в виде возврата в конкурсную массу должника совместно нажитого имущества, в виде восстановления права собственности на ФИО8 следующего имущества: транспортное средство - легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет белый. 

Определением арбитражного суда от 15.03.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО10 .

Определением  Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор дарения от 25.11.2019, заключенный между ФИО8 и ФИО7. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника ФИО9 транспортное средство -  легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет белый.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО7 и ФИО8 (далее – ФИО7, ФИО8) обратились с апелляционной жалобой, в которой просят указанный судебный акт отменить, в удовлетворении требований финансового управляющего отказать.

Заявители в своей апелляционной жалобе приводят доводы о недоказанности финансовым управляющим наличия совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Отмечают, что сделка по передаче автомобиля от ФИО8 сопровождалась принятием ФИО7 на себя долга  ФИО9 и ФИО8 перед ФИО10 за спорный автомобиль. При не совершении ФИО7 данных действий, кредиторская задолженность должника лишь увеличилась бы, при этом поскольку автомобиль в соответствии с пунктом 3 соглашения от 10.12.2018 находится в залоге у ФИО10, обращение взыскания на данный автомобиль по незалоговым требованиям в любом случае не позволило бы значительно удовлетворить данные требования.

Заявители отмечают, что поскольку в силу статьи 34 Семейного кодекса РФ спорный автомобиль является совместным имуществом супругов З-вых, следует признать, что ФИО8 в любом случае имела все законные права распоряжаться своей частью общего имущества. Обращает внимание, что с учетом нахождения автомобиля до совершения сделки в общей собственности супругов З-вых, принимая во внимание частичную уплату ФИО7 денежных средств за автомобиль ФИО10 по договору займа, принятие ФИО7, ФИО8 кредитных обязательств на данный автомобиль, в любом случае на ФИО7 не может быть возложена обязанность возвратить в конкурсную массу автомобиль (или эквивалент его стоимости) целиком, так как предметом спора является только половина, принадлежащая должнику. Полагают необоснованным вывод суда о мнимости сделки, так как данная сделка кредитором / финансовым управляющим не оспаривалась, вопрос о действительности данной сделки не ставился. При этом вопреки выводам суда, данная сделка не ничтожна, её фактическое исполнение повлекло законные правовые последствия для сторон - в том числе регистрацию спорного автомобиля за ФИО7 в ГИБДД, вступление ФИО8 в обязательство ФИО9 перед ФИО10 по договору займа в качестве созаемщика (соглашение от 10.12.2018), затем перевод долга на ФИО7 и т.д.

Финансовый управляющий,  согласно письменного отзыва полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Кредитор ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу полагает определение суда законным и обоснованным, жалобу не подлежащей удовлетворению.

Участвующий в судебном заседании представитель  ФИО7 на доводах апелляционной жалобы настаивал, считая определение суда незаконным и необоснованным.

Финансовый управляющий и представитель ФИО5 против доводов апелляционной жалобы возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи автомобиля от 16.11.2017 должнику принадлежал легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет белый. 

25.11.2019 ФИО8 и ФИО7 заключили договор дарения, согласно которого ФИО8 (даритель) безвозмездно передает в собственность ФИО7 (одаряемый) транспортное средство – легковой автомобиль Марка: ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), год выпуска: 2017, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, цвет белый, а одаряемый принимает транспортное средство в качестве дара. Дата государственной регистрации права: 26.12.2019.

Полагая, что сделка по договору дарения  транспортного средства от 25.11.2019 совершена при наличии признаков неплатежеспособности, с целью вывода должником – ФИО9 ликвидных активов, с целью причинения вреда имущественным правам своих кредиторов,  вследствие чего на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является недействительной, а также указывая, что намерения на отчуждение транспортного средства у ее сторон не имелось,  сделка совершена лишь для вида, в силу чего имеются основания для признания сделки мнимой в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ,  финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав нормы материального права, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, выслушав участников процесса, считает, что оснований для отмены определения  суда первой инстанции не имеется в силу следующего.

Согласно пунктам 1, 2 статьи. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Положения статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 13 статья 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

С учетом того, что оспариваемая сделка совершена 25.11.2019, , то есть после 01.10.2015, данная сделка может быть оспорена как по общим основаниям гражданского законодательства, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника ФИО4 указывает, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, оспариваемая сделка совершена в отношении заинтересованного лица, со злоупотреблением правом, сделка совершена с целью вывода активов должника, сделка является мнимой, стороны не имели намерений исполнять их фактически, спорный автомобиль не выбыл из владения должника и находился в его пользовании.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор дарения транспортного средства заключен 25.11.2019, то есть за два месяца до принятия к производству суда заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) 20.01.2020, после  направления в  суд  заявления  о  признании должника  банкротом от  06.11.2019 г. 

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства.

В частности, судом установлено, что решением Александровского городского суда Пермского края от 23.10.2017 по делу №2-565/2017 с ФИО9 в пользу ФИО11 была взыскана задолженность по договору займа от 16.11.2015 в размере 1 300 000 руб., штраф в размере 130 000 руб.

Также, в рамках дела о банкротстве ООО УК «Престиж» (№А50-1004/2015)  конкурсный управляющий ФИО12 05.10.2016 обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, а именно ФИО9 (являлся руководителем должника и его участником с долей в 80% в уставном капитале) и Администрации Всеволодо-Вильвенского городского поселения (согласно ЕГРЮЛ является участником должника с долей в 20%). 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 20.08.2018 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: ФИО9 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 11 379 623,75 руб., в удовлетворении заявления в остальной его части судом отказано.

Кроме того, 19.10.2020 финансовый управляющий должника ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 24.10.2017, заключенного между должником и ФИО13 (далее - ФИО13, ответчик) в отношении недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 59:01:0000000:57718 и о применении последствий недействительности данной сделки. В качестве правового основания заявленных требований финансовый управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

 Определением арбитражного суда от 27.04.2021 заявление финансового управляющего удовлетворено; оспариваемый договор дарения от 24.10.2017 признан недействительной сделкой. Применены последствия признания сделки недействительной в виде обязания ФИО13 возвратить в конкурсную массу должника имущество (квартиру).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2021 определение Арбитражного суда Пермского края от 27.04.2021 по настоящему делу оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2 статья 34 СК РФ).

В конкурсную массу гражданина - должника включается его личное имущество (статья 36 СК РФ), а также в силу прямого указания пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункты 1 и 2 статьи 34 СК РФ).

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включается в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества.

Судом установлено, что должник находится в официально зарегистрированном браке с ФИО8 с 18.09.1987.

На основании договора купли-продажи автомобиля от 16.11.2017 должнику принадлежал легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), год выпуска 2017, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет белый. 

Установив, что спорное имущество приобретено должником в период брака, суд первой инстанции обоснованно указал, что спорное транспорте средство является совместно нажитым супругами имуществом и на него распространяется режим совместной собственности.

По договору купли-продажи от 19.01.2018 должник продал автомобиль своей супруге ФИО8 (на момент продажи у должника имелись признаки неплатежеспособности, что установлено, в том числе в ином обособленном споре о признании сделки недействительной в деле о банкротстве ФИО9),

Пунктом 2 статьи 253 ГК РФ предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участником, которое предполагает независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом также предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

В результате заключения оспариваемого договора с заинтересованным лицом  - дочерью  должника при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами причинен имущественный вред правам кредиторов.

О недобросовестности подобного поведения должник не мог не знать ввиду нахождения в браке с ответчиком и ввиду распоряжения последней совместно нажитым имуществом.

 Родственные связи между участниками сделки и должником свидетельствуют о том, что ответчики не могли не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения оспариваемых сделок.

Совокупность обстоятельств, установленных финансовым управляющим, свидетельствует о допущенном злоупотреблении со стороны как должника, так и ответчиков. 

Злоупотребление свободой договора (статья 421 ГК РФ) выразилось в лишении прав кредиторов на получение удовлетворения своих требований путем обращения взыскания на имущество должника.

Заключение договора дарения свидетельствует о направленности на смену титульного собственника, влекущего за собой невозможность обращения взыскания по требованиям кредиторов на такое имущество.

В результате совершения оспариваемой сделки ФИО8 утратила право собственности на имущество, в связи с чем произошло и прекращение права совместной собственности на него у ФИО9

 Оспариваемый договор дарения носит безвозмездный характер. При отчуждении безвозмездно дорогостоящего имущества произошло уменьшение конкурсной массы, что привело к нарушению прав и законных интересов кредиторов, которые могли получить удовлетворение от реализации данного имущества. 

На основании вышеизложенного, суд верно расценил совокупность обстоятельств как попытку скрыть имущество, оставить над ним контроль путем перевода прав на близких родственников (в данном случае дочери).

Учитывая, что в результате совершения оспариваемых сделок из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции обоснованно указал на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника совершением оспариваемой сделкой.

В пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Тот факт, что  сделка совершена супругой должника в отношении заинтересованного лица – дочери (ФИО7) должника ФИО13 и ФИО8  подтвержден материалами дела, участниками обособленного спора не опровергнут.

Таким образом, поскольку спорное имущество было отчуждено в пользу дочери должника ФИО7, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок указанные лица являлись заинтересованными по отношению к должнику лицами.

Принимая во внимание, что ФИО8, ФИО7. являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, предполагается, что на момент совершения оспариваемых сделок им было известно о признаках неплатежеспособности должника, а также о причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок.

Ввиду того, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства, передача ликвидного имущества, на которое возможно было обратить взыскание, в пользу заинтересованных лиц, совершена с целью исключения спорного имущества из конкурсной массы должника и недопущения обращения на него взыскания, что свидетельствует о недобросовестности сторон и злоупотреблении правом.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что после отчуждения спорного автомобиля ФИО9 и  ФИО8 сохраняли контроль над транспортным средством, несмотря на регистрацию органами ГИБДД за ФИО8, оспариваемая сделка была объединена единым умыслом участников, совершена сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие договорам правовые последствия.

Поскольку истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что взаимоотношения между сторонами носили формальный (мнимый) характер.

С учетом того, что оспариваемые сделки совершены с заинтересованными лицами с целью избежания обращения взыскания на имущество должника, причинения вреда имущественным правам кредитора должника, при наличии признаков злоупотребления правом и недобросовестном поведении сторон сделок, принимая во внимание отсутствие реальных взаимоотношений между сторонами, суд первой инстанции правомерно признал договор дарения транспортного средства от 25.11.2019, заключенный между ФИО8 и ФИО7 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей  10, 168, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения. В данном случае это означает, что признание сделки недействительной, должно привести к восстановлению нарушенных прав кредиторов и возврату в конкурсную массу должника спорного имущества.

Таким образом, требование финансового управляющего о признании недействительными договора дарения от 25.11.2019 , заключенного между ФИО8 и ФИО7, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля, восстановления права собственности ФИО8, является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы о законности права ФИО8 распоряжаться своей частью общего имущества супругов и отсутствии обязанности возврата в конкурсную массу должника автомобиля или его стоимости целиком являются ошибочными, не основанными на положениях действующего законодательства.

Согласно части 4 статьи 213.25. Закона о банкротстве в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, и оно также подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам (часть 7 статья 213.26 Закона о банкротстве).

При наличии на дату совершения оспариваемой сделки условий для признания ее недействительной, совершение супругой должника действий по дарению автомобиля является незаконным.

Доводы об отсутствии причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку спорный автомобиль приобретался на заемные денежные средства от ФИО10, что подтверждено договором займа от 01.11.2017 , подлежат отклонению.

Как следует из материалов обособленного спора, суду первой инстанции предоставлялись устные пояснения и письменный отзыв ФИО9 о внесении денежных средств ФИО10 в размере 1 000 000 руб. за принадлежащий должнику автомобиль по предварительному договору купли - продажи, о чем в материалы дела представлены предварительный договор №ТАЗА-17\0000839 от 01.11.2017 квитанция к приходному кассовому ордеру от 10.11.2017 и кассовый чек от 10.11.2017 на сумму 1 000 000 руб.

В то же время, на запрос финансового управляющего ФИО4 в ООО «Терра Авто» была предоставлена информация и подтверждающие документы о заключении ФИО9 самостоятельного договора купли - продажи от 16.11.2017 с ООО «Терра Авто», внесении наличных денежных средств в кассу продавца в размере 858 000 руб. - 20.11.2017, 1 200 000 руб. - 22.11.2017, зачета денежных средств, причитающихся продавцу, путем передачи транспортного средства, принадлежащего покупателю.

Таким образом, доводы о внесении денежных средств ФИО10 за автомобиль, приобретенный ФИО9, не были подтверждены надлежащими доказательствами по делу, были опровергнуты предоставленными ООО «Терра Авто», документами.

ФИО9 надлежащих доказательств наличия договора о залоге между ФИО8 и ФИО10 не представлено.

Доказательств внесения соответствующей записи о залоге транспортного средства в реестр уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты также не представлено.

          Заключение предварительного договора ФИО10 с ООО «Терра авто» № ТАЗА-17/0000839 от 01.11.2017 не порождает правовых последствий для ФИО9 по договору купли-продажи № ТАРА-17/000640 от 16.11.2017 г. ФИО10 не являлась когда-либо собственником спорного имущества.

         Также  следует  согласиться с доводами финансового управляющего о  том, что сами по  себе заемные обязательства между ФИО10, ФИО9 и ФИО7 не имеют какого-либо правового значения для данного спора.

          Иные обстоятельства, приведенные в апелляционной жалобе, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителей  в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями  110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 20 сентября 2021 года по делу № А50-34092/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

Т.Ю. Плахова