№ 09АП-46969/2022

Дело № А40-48663/17

г. Москва

06 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 06 августа 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей Ю.Л. Головачевой, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, конкурсного управляющего должника ГК «АСВ» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.06.2022 по делу № А40-48663/17 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка Экономический Союз (АО) ФИО5, ФИО2, ФИО4, взыскании с ФИО6 убытков в размере 514.103.646,00 рублей, с ФИО1 убытков в размере 374.250.286,19 рублей, с ФИО3 убытков в размере 3.612.880,18 рублей по делу о признании несостоятельным (банкротом) Банка Экономический Союз (АО),

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.04.2017 признан несостоятельным (банкротом) Банк Экономический Союз (АО) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», о чем опубликовано сообщение в газете «КоммерсантЪ» от 22.04.2017 № 71. 

            В судебном заседании суда первой инстанции подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего в лице ГК АСВ о привлечении ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО6, ФИО2, ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 1.606.639.000,00 рублей.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2022 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2, ФИО4, приостановлено производство по заявлению в части определения размера до окончания расчетов с кредиторами, с ФИО6 взысканы убытки в размере 514 103 646 руб., с ФИО1 взысканы убытки в размере 374 250 286 руб. 19 коп., с ФИО3 взысканы убытки в размере 3 612 880 руб. 18 коп., в удовлетворении остальной части требований конкурсного управляющего отказано.

            Не согласившись с определением суда в части отказа в привлечении ФИО6, ФИО1, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должником обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой. 

            Также с апелляционными жалобами в Девятый арбитражный апелляционный суд обратились ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО1 

            В ходе рассмотрения апелляционных жалоб апелляционным судом установлено, что 06.06.2022 ФИО7 умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти. 

            Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 производство по апелляционным жалобам приостановлено до определения наследников ФИО7 и их вступления в наследство. 

            Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2023 производство по апелляционным жалобам возобновлено. 

            14.03.2023 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство конкурсного управляющего должника о процессуальном правопреемстве на стороне ФИО7, в котором конкурсный управляющий просил заменить ответчика на ФИО16, ФИО5, ФИО17, ФИО9. 

            Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказано.           Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.06.2023 определение Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 отменено, вопрос о процессуальном правопреемстве направлен на новое рассмотрение. 

            При новом рассмотрении определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2023 к участию рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве привлечены Департамент городского имущества по г. Москве, Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии по г. Москве. 

            Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 произведена замена ФИО7 на его процессуальных правопреемников ФИО16, ФИО5, ФИО17, ФИО9 в пределах 4 787 343 руб. 89 коп.

            Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.06.2024 определение Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 по делу № А40-48663/2017 изменено. Произведена процессуальная замена ответчика ФИО7 на его процессуального правопреемника ФИО9 в пределах 4 787 343 руб. 89 коп.

            В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024 рассматривались по существу апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, конкурсного управляющего должника ГК «АСВ» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.06.2022 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка Экономический Союз (АО).

            Рассмотрев апелляционные жалобы в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены судебного акта суда первой инстанции.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим 12.03.2020, в настоящем случае подлежат применению процессуально-правовые нормы, предусмотренные главой III.2 Закона о банкротстве.

            В то же время основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы. 

            Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73- ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ. 

            Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта). 

            Как следует из доводов заявления, требования заявителя основаны на ст. 189.23 Закона о банкротстве (в редакции федерального закона от 13.07.2015), в соответствии с положениями которой, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей. 

            Пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона. 

            Статья 14 Закона о банкротстве кредитных организаций к числу контролирующих лиц прямо относит следующих лиц: руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц.

            Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, контролирующими должника являлись следующие лица: 

            - ФИО5 - Председатель Правления Банка в период с 20.05.2014 по 26.08.2015, с 28.09.2015 (дата согласования) (дата назначения – 09.10.2015) до 13.03.2017, Председатель Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015, член Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017, акционер Банка с долей владения 0,0000038% (по состоянию на 13.03.2017); 

            - ФИО7 - Председатель Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017, акционер Банка с долей владения 35,39% (по состоянию на 13.03.2017); 

            - ФИО8 - акционер Банка, с долей владения 23,8%, помощник Председателя Правления Банка (c 19.10.2015); 

            - ФИО9 - Член Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017, акционер Банка с долей владения 23,8% (по состоянию на 13.03.2017); 

            - ФИО10 - Член Совета директоров с 24.11.2015 по 13.03.2017, начальник Планово-экономического отдела и руководителем Службы внутреннего контроля Банка; 

            - ФИО6 - Заместитель Председателя Правления с 26.01.2017 по 01.03.2017, Член Правления с 19.01.2017 по 01.03.2017; 

            - ФИО2 - Член Правления, Заместитель Председателя Правления с 07.12.2015 по 09.02.2017; 

            - ФИО1 - Член Правления, главный бухгалтер с 21.12.2015 по 17.04.2016; 

            - ФИО4 - Член Правления, главный бухгалтер с 01.08.2016 по 13.03.2017; 

            - ФИО3 - акционер Банка с долей владения 15% (по состоянию на 13.03.2017), до 27.08.2015 Председатель Правления Банка; 

            - ФИО11 - Член Правления, главный бухгалтер с 21.07.2014 по 08.10.2015; 

            - ФИО12 - Член Правления с 09.01.2003 по 08.10.2015, Заместитель Председателя Правления с 20.05.2014, и.о. Председателя Правления по 28.08.2015 по 27.09.2015); 

            - ФИО13 - Член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015; 

            - ФИО14 - Член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015; 

            - ФИО15 – Член Совета директоров с 27.08.2015 по 23.11.2015.

            Судом первой инстанции установлено, что ответчикам вменяются следующие основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: 

            - неисполнение обязанности по своевременному обращению с заявлением о признании должника банкротом; 

            - выдача кредитов организациям, не ведущим реальную хозяйственную деятельность, то есть вывод денежных средств из кредитной организации посредством заключения фиктивных кредитных договоров с фирмами-однодневками.

            Арбитражный суд, частично удовлетворяя заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, указал на следующие обстоятельства.

            Приказом Банка России от 13.03.2017 № ОД-628 у Банка «Экономический Союз» (АО) отозвана лицензия на осуществление банковских операций. 

            Приказом Банка России от 13.03.2017 года № ОД-629 назначена временная администрация по управлению Банком. 

            Согласно проведенному конкурсным управляющим анализу имущества и активов должника по состоянию на 01.03.2015 стоимость имущества Банка превышала размер его обязательств перед кредиторами на 146 789 тыс. руб. 

            В дальнейшем наблюдается ухудшение финансового положения Банка. 

            Так, по состоянию на 01.03.2016 у Банка имелся признак банкротства, предусмотренный ст. 2, 189.8 Закона о банкротстве (в редакции ФЗ от 28.06.2013 N 134-ФЗ), в виде недостаточности его имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме. 

            Размер недостаточности составил -53 619 тыс. руб. 

            На 13.03.2017 (дата отзыва лицензии) размер недостаточности увеличился и составил -1 291 804 тыс. руб. 

            В соответствии со ст. 189.23 Закона о банкротстве если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абз. 3 и 4 п. 4 ст. 10 настоящего Федерального закона. 

            Положения абз. 4 п. 4 ст. 10 настоящего Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность формирования, ведения, хранения документов, отражающих экономическую деятельность кредитной организации, и баз данных кредитной организации на электронных носителях (резервных копий баз данных), а также обязанность их передачи временной администрации по управлению кредитной организацией или ликвидатору (конкурсному управляющему). 

            Согласно абз. 2 п. 1 ст. 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: 

            - причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 

            - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

            Субсидиарная ответственность может быть возложена на контролирующих должника лиц при наличии следующих условий: 

            - наличие у контролирующих лиц возможности давать обязательные для должника указания и (или) иным образом определять ее действия; 

            - наличие вреда, повлекшего несостоятельность должника; 

            - наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и причиненным вредом; 

            - вина контролирующих лиц в банкротстве должника.

            Согласно п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. 

            Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

            Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

            В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве (в редакциях №№ 51-68 Закона о банкротстве) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года (три года в редакции Закона о банкротстве, действующей с 01.09.2016) до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

            Согласно п. 2 ст. 189.23 Закона о банкротстве при определении контролирующего лица должника (кредитной организации) не применяется положения абз. 31 ст. 2 настоящего Федерального закона о сроке, в течение которого такое лицо имеет или имело право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника (период контроля). 

            В силу п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. 

            В соответствии с абз. 1 ст. 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395- 1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках и банковской деятельности) органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган. 

            Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.       Деятельность Банка до 26.07.2014 регулировалась Уставом, утвержденным протоколом № 1 годового общего собрания акционеров от 20.05.2014 (далее – Устав). 

            В соответствии со п. 16.1 Устава управление Банком осуществляется: 

            - Общим собранием акционеров; 

            - Советом директором; 

            - Председатель Правления (единоличный исполнительный орган); 

            - Правлением Банка (коллегиальный исполнительный орган).

            В соответствии со ст. 45 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах), п. 17.1 Устава, общее собрание акционеров является высшим органом управления Банка. 

            К компетенции общего собрания акционеров Банка, в частности, относится: ликвидация и реорганизация общества, внесение изменений в устав Банка, определение количественного состава Совета директоров Банка, избрание его членов и досрочное прекращение их полномочий, принятие решений об одобрении крупных сделок, в случаях, предусмотренных ст. 79 Закона об акционерных обществах, утверждение годовых отчетов, годовой бухгалтерской отчетности, в том числе отчетов о прибылях и об убытках, выплата дивидендов, увеличение, уменьшение уставного капитала Банка, утверждение бизнес плана Банка, определение порядка ведения Общего собрания акционеров, утверждение аудитора Банка, избрание членов ревизионной комиссии Банка и досрочное прекращение их полномочий, решение иных вопросов, предусмотренных Законом об акционерных обществах. 

            Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в исследуемый период, акционерами Банка являлись: 

            - ФИО5 с долей участия 0,0000038 % (по состоянию на 13.03.2017); 

            - ФИО7 с долей участия варьировалась от 85% (до июля 2015) до 35,39 % (по состоянию на 13.03.2017); 

            - ФИО3 с долей участия 15 % (с 07.2015 по 13.03.2017); 

            - ФИО8 с долей участия 23,8 % (с 07.2015 по 13.03.2017); 

            - ФИО9 с долей участия 23,8 % (с 07.2015 по 13.03.2017).

            Акции были приобретены ФИО3, ФИО8, ФИО9 безвозмездно на основании договоров дарения, заключенных с ФИО7    Согласно ст. 65 Закона об акционерных обществах, раздела 18 Устава общее руководство деятельностью Банка, за исключением решения вопросов, отнесенных Уставом и действующим законодательством Российской Федерации к компетенции Общего собрания акционеров Банка, осуществляет Совет директоров Банка. 

            К компетенции Совета директоров относится, в том числе определение приоритетных направлений деятельности Банка, созыв годового и внеочередного Общих собраний акционеров, утверждение повестки дня Общего собрания акционеров, определение цены имущества (денежной оценки), утверждение кандидатуры и избрание Председателя Правления Банка, утверждение кандидатур и количественного состава Правления, одобрение сметы расходов Банка на планируемый финансовый год, утверждение внутренних документов Банка, в частности, кредитной, депозитной политики, одобрение крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, предусмотренных Законом об акционерных обществах, а также сделок, направленных на увеличение обязательств Банка на величину, составляющую десять и более процентов собственных средств Банка, утверждение стратегии управления рисками и капиталом Банка, в том числе в части обеспечения достаточности собственных средств (капитала) и ликвидности на покрытие рисков как в целом по Банку, так и по отдельным направлениям его деятельности, иные вопросы, предусмотренные Законом об акционерных обществах. 

            Арбитражным судом установлено, что в течение исследуемого периода времени в состав Совета директоров Банка входили: 

            - ФИО5 (Председатель Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015, член Совета Директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017); 

            - ФИО7 (Председатель Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017);    - ФИО13 (член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015); 

            - ФИО14 (член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015); 

            - ФИО15 (член Совета директоров с 27.08.2015 по 23.11.2015); 

            - ФИО10 (член Совета директоров с 24.11.201 по 13.03.2017); 

            - ФИО9 (член Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017).

            В соответствии со ст. 69 Закона об акционерных обществах, разделу 19 Устава руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом – Председателем Правления Банка и коллегиальным исполнительным органом – Правлением Банка. 

            В силу п. 19.4 Устава Председатель Правления Банка без доверенности осуществляет юридические действия от имени Банка, представляет Банка в отношениях с любыми коммерческими и некоммерческими организациями, государственными органами и физическими лицами, совершает сделки от имени Банка, а также имеет право первой подписи денежно-финансовых документов Банка, издает приказы и распоряжения, обязательные для исполнения сотрудниками Банка, выдает доверенности, в том числе с правом передоверия, распоряжается в соответствии с действующим законодательством и настоящим уставом всем имуществом и средствами Банка, участвует с правом совещательного голоса в работе Общего собрания акционеров и Совета директоров, руководит Правлением, созывает его заседания и председательствует на них, подписывает протокол Правления, осуществляет организацию бухгалтерского учета и отчетности Банка, организует своевременно предоставление отчетности в соответствующие органы, организует текущую работу и взаимодействие с клиентами Банка, совершает иные действия, необходимые для достижения целей Банка, за исключением тех, которые в соответствии с Законом об акционерных обществах и с настоящим уставом относится к компетенции Общего собрания акционеров, Совета директоров и Правления. 

            В соответствии с п. 19.5 Устава Председатель Правления избирается Советом Директоров сроком на 3 года и может переизбираться неограниченное число раз. 

            Совет Директоров вправе в любое время принять решение о прекращении полномочий Председателя Правления. 

            Согласно материалам дела, должность Председателя Правления Банка в исследуемый период занимали следующие лица: 

            - ФИО5 в периоды с 20.05.2014 по 26.08.2015, с 28.09.2015 (дата согласования), дата назначения с 09.10.2015 по 13.03.2017; 

            - ФИО3 до 27.08.2015; - ФИО12 в период с 28.08.2015 по 27.09.2015 (исполняющий обязанности Председателя Правления).

            В силу п. 19.6 Устава коллегиальным исполнительным органом Банка является Правление Банка. 

            Правлением действует на основании настоящего устава, а также утверждаемого Общим собранием акционеров Положения «Об исполнительных органах Банка Экономический Союз» (ОАО)». Члены Правления избирается Советом Директоров сроком на 3 года. 

            Совет Директоров вправе в любое время принять решение о досрочном прекращении полномочий члена Правления. 

            В соответствии с п. 19.7 Устава к компетенции Правления относятся следующие вопросы: представление на утверждение Общего собрания акционеров годовых отчетов, бухгалтерских балансов, отчетов о прибылях и убытков Банка, отчетов ревизионной комиссии и порядка распределения прибыли Банка, направление их Совету Директоров для последующего представления Общему собранию акционеров на утверждение, рассмотрение и представление на утверждение Совета директоров концепции развития Банка в приоритетных направлениях его деятельности, утверждение организационной структуры Банка, принятие решений о списании с баланса Банка ссудных и дебиторских задолженностей, признанных безнадежными и (или) нереальными для взыскания в соответствии с порядком, предусмотренным действующим законодательством Российской Федерации и нормативными актами Центрального Банка Российской Федерации, за исключением случае, когда размер задолженности превышает 10 % процентов от стоимости собственных средств Банка, согласование новых банковских продуктов, решение вопросов о совершении банковских операций и других сделок, порядок и процедуры проведения которых не установлены внутренними документами Банка, решение вопросов о совершении банковских операций и других сделок при наличии отклонений от предусмотренных внутренними документами порядка и процедур и превышении структурными подразделениями внутрибанковских лимитов совершения банковских операций и других сделок, за исключением банковских операций и других сделок, требующий одобрения Общим собранием участников или Советом Директоров. 

            В течение исследуемого периода времени в состав Правления Банка входили следующие лица: 

            - ФИО18 с 19.01.2017 по 01.03.2017; 

            - ФИО2 с 07.12.2015 по 09.02.2017; 

            - ФИО1 с 21.12.2015 по 17.04.2016; 

            - ФИО4 с 01.08.2016 по 13.03.2017; 

            - ФИО11 с 21.07.2014 по 08.10.2015; 

            - ФИО12 с 09.01.2003 по 08.10.2015.

            Также арбитражным судом установлено, что в Банке действовал Кредитный комитет. Деятельность Кредитного комитета регулировалась Положением «О Кредитном Комитете Банка «Экономический Союз» (АО)», утвержденного протоколом заседания Правления Банка от 26.08.2016 (далее – Положение). 

            В соответствии с п. 1.3 Положения Кредитный Комитет создается в целях принятия кредитных решений и управления кредитным риском в соответствии с Кредитной политикой и иными внутренними документами Банка. 

            Согласно п. 3 Положения в компетенцию Кредитного комитета входили следующие функции: осуществлением общего контроля за организацией кредитной работы и кредитными рисками Банка, утверждение в рамках существующих нормативов лимитов кредитования на одного заемщика или группу связанных заемщиков, принятие решений по вопросам классификации качества ссуд и формирования резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, принятие решений о предоставлении кредитов, утверждение условий кредитования в соответствии с решениями, принятыми согласно п. 3.1.4 настоящего Положения, принятие решений о пролонгации кредитных и других договоров, отнесенных к его компетенции, и других изменениях по данным договорам.           В исследуемый период членами Кредитного комитета являлись следующие лица: ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО12

            Судом первой инстанции сделан вывод о том, что, согласно Расчету недостаточности стоимости имущества Банка, с учетом недосозданного резерва, и Реестру сделок, причинивших ущерб (приложение № 8 и № 9 к заявлению соответственно), по состоянию на 01.03.2015 фактическая стоимость имущества Банка превышала размер его обязательств на 146 789 тыс. руб. 

            По состоянию на 01.03.2015 на балансе Банка уже были сформированы технические активы в размере 658 566 тыс. руб. в виде невозвратной ссудной задолженности, резерв по которым не создавался Банка в полном размере. 

            Начиная с 01.03.2015 финансовое положение Банка продолжило ухудшаться, в результате чего на 01.03.2016 размер недостаточности имущества Банка составил 53 619 тыс. руб. 

            В дальнейшем, размер недостаточности имущества Банка продолжил увеличиваться и на 13.03.2017 (дата отзыва лицензии) составил 1 291 804 тыс. руб.     Причиной существенного снижения показателя достаточности/недостаточности имущества явилось значительное увеличение объема технических активов до суммы 2 327 185 тыс. руб., резерв по которым Банком не начислялся в полном объеме. 

            Так, недосозданный резерв по ссудной задолженности всех заемщиков: 

            на 01.03.2015 составил 608 347 тыс. руб., 

            на 13.03.2017 (дата отзыва лицензии) – 1 841 062 тыс. руб. 

            Суд первой инстанции отметил, что расчет стоимости имущества (активов) и обязательств Банка произведен в соответствии с подходами Указания Банка России от 15.07.2015 № 3728-У «О методике определения стоимости имущества (активов) и обязательств кредитной организации» (действует с 29.09.2015, до 29.09.2015 – Указание 22.12.2004-У «Об определении стоимости имущества (активов) и обязательств кредитной организации. 

            Показатель достаточности/недостаточности стоимости имущества (ПИ) отражает способность/неспособность банка удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей и рассчитывается следующим образом: ПИ = Всего активов - Технические активы с учетом обеспечения - РВП, созданные банком на другие активы - Привлеченные средства. 

            Для расчета стоимости имущества (активов) и обязательств кредитной организации используются данные графы 13 формы отчетности 0409101 «Оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации» приложения 1 к Указанию Банка России от 12 ноября 2009 года № 2332-У «О перечне, формах и порядке составления и представления форм отчетности кредитных организаций в Центральный банк Российской Федерации», а также данные графы 3 раздела I «Расшифровки, используемые для формирования бухгалтерского баланса (публикуемая форма)» формы отчетности 0409110 «Расшифровки отдельных показателей деятельности кредитных организаций» приложения 1 к Указанию № 2332-У.           Арбитражным судом учитывалось, что указанный расчет показателя достаточности имущества Банка не оспорен лицами, участвующими в деле, в связи с чем, признан судом обоснованным.

            Судом первой инстанции установлено, что в период возникновения у Банка признаков недостаточности имущества должность единоличного исполнительного органа занимал ФИО5 

            Вместе с тем, в период с 01.03.2016 по 13.03.2017 при наличии оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства и финансовому оздоровлению Банка, а также направлению требования о созыве внеочередного собрания для рассмотрения вопроса о ликвидации кредитной организации и уведомления Банка России, Председатель правления Банка – ФИО5, исполняя функции единоличного исполнительного органа Банка, скрывал реальное финансовое положение Банка путем предоставления в Банк России недостоверной отчетности и своих обязанностей, установленных ст. 189.19 Закона о банкротстве, не исполнил. 

            Меры, предусмотренные ст.ст. 189.12, 189.19 Закона о банкротстве, ФИО5 предприняты не были. Доказательств обратного в материалы дела ответчиком не представлено. 

            Арбитражным судом также установлено, что в период с 01.03.2015 по 13.03.2017 Банком осуществлялись следующие операции: 

            - по выдаче кредитов 8 техническим заемщикам – юридическим лицам (ООО «33 БОГАТЫРЯ», ООО «АБСОЛЮТ», ООО «РМП «СТАРТ», ООО «ПЕРЕСВЕТ», ООО «БОСТОН XXI ВЕК», ООО «ФЕНИКС», ООО «СИБТРЕЙД», ООО «СИБСТАР»; 

            - по выдаче технических кредитов 6 юридическим лицам (ООО «НЭЙСИ», ООО «ИНТЕРСТАМП», ООО «ФОРЗАЦ», ООО «СТАЭЛИТ», ООО БИЗНЕС ЦЕНТР «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ», ООО «ЛЭНТЕКС») и индивидуальному предпринимателю (ИП ФИО19).

            Под технической организацией (компанией, заемщиком) следует понимать юридическое лицо, которое не осуществляет хозяйственную деятельность или осуществляет несопоставимую с объемом ее финансирования Банком, зависит от Банка или управляется его руководителями и/или владельцами, участвует в схемных операциях Банка, целью которых могут являться: формирование уставного капитала ненадлежащими активами, вывод ликвидных активов из Банка, осуществление сомнительных операций, финансирование предпринимательских проектов руководителей и/или акционеров (владельцев) Банка, создание видимости соблюдения обязательных нормативов. 

            Минимальный перечень обстоятельств, свидетельствующих о возможном отсутствии у заемщиков – юридических лиц реальной деятельности или осуществлении ее в незначительных объемах содержался в Положении о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утв. Банком России 26.03.2004 № 254-П. 

            Признаки фирм-однодневок установлены и практикой по налоговым спорам (Определение ВАС РФ от 28.01.2010 №ВАС-98/10 по делу №А76-29314/2008-41-820/66, Определение ВАС РФ от 17.06.2013 №ВАС-7000/13 по делу №А11-4529/2011, Постановление ФАС Московского округа от 18.05.2012 по делу №А40-87459/11-115-278, Постановление ФАС Московского округа от 19.04.2011 №КА-А40/2868-11 по делу № А40- 32639/10-35-210): адрес массовой регистрации; массовый учредитель; массовый руководитель; массовый заявитель. 

            Кроме этого, признаки технических компаний установлены, в частности, практикой по делам о взыскании убытков с руководителей кредитных организаций и о привлечении контролирующих кредитную организацию лиц к субсидиарной ответственности (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.08.2021 N Ф05-5644/2019 по делу N А40-47577/2014, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 N 09АП-79147/2019, 09АП-79190/2019, 09АП-79192/2019, 09АП-79194/2019, 09АП-79195/2019, 09АП-79197/2019, 09АП-79198/2019, 09АП-79200/2019, 09АП-79202/2019, 09АП-79203/2019 по делу N А40-219930/2015, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2015 №09АП-39113/2015-АК по делу №А40- 12657/09,постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.01.2019 по делу №А27-472/2014). 

            Конкурсным управляющим Банка представлен финансовый анализ технических заемщиков Банка на момент оформления кредитных договоров, заключенных между Банком и заемщиками. 

            Как следует из материалов дела, предписаниями Банка России установлены: в отношении заемщиков Банка юридических лиц - наличие признаков компаний, не осуществляющих реальную хозяйственную деятельность или осуществляющих ее в минимальных объемах и предписано реклассифицировать часть ссудной задолженности и досоздать резерв на возможные потери, в том числе в связи с выявлением фактов, свидетельствующих о техническом характере заемщиков, а также иные нарушения. 

            Кроме того, предписаниями Банка России Банку были предъявлены требования по реклассификации задолженности в более худшую категорию качества таких компаний, как ООО «Лэнтэкс», ООО «33 Богатыря», ООО «РМП «СТАРТ», ООО «СибТрейд», ООО «ИНТЕРСТАМП», ООО «Абсолют», ООО «Форзац» и произвести корректировки на суммы недосозданного резерва по ссудным задолженностям. 

            Судом первой инстанции также приняты доводы конкурсного управляющего о том, что лица, которым выданы займы, являлись аффилированными по отношению к руководству Банка.

            Так, акционер Банка ФИО5, владеющий долей в уставном капитале Банка (размер доли варьировался от 85% до 0.0000038% с 30.09.2014 и по дату отзыва лицензии у Банка) являлся совладельцем заемщиков ООО "АБСОЛЮТ", ООО "33 Богатыря" и ООО «Бизнес Центр «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ» кроме того, ФИО5 ранее выступал руководителем ООО «Бизнес Центр «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ». 

            Акционер Банка (член Совета директоров) ФИО7 – совладелец и руководитель заемщика ООО «Бизнес Центр «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ».        Руководителем ООО «АБСОЛЮТ» выступала ФИО20, которая ранее также являлась руководителем бывшего совладельца Банка – ООО «КНИГА ПРО МЕНЯ» (ИНН 

<

***>). 

            ФИО21 ранее являлся миноритарным акционером Банка и является руководителем заемщика Банка ООО «33 Богатыря» (с 11.04.2008 и на дату подачи настоящего заявления). 

            По состоянию на текущую дату в отношении ФИО21 регистрирующим органом внесена запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений за ГРН 2175024284389 от 05.06.2017. 

            ООО «АЧЕНТО» (ИНН 

<

***>) владело долей в уставном капитале заемщика ООО «АБСОЛЮТ», а также долей в уставном капитале юридических лиц ООО «НЛКСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) и ООО ИК «ЭЛИТ-ФИНАНС» (ИНН 

<

***>), являвшихся совладельцем заемщика ООО «33 Богатыря» и предшественником при реорганизации путем присоединения к заемщику ООО «АБСОЛЮТ» соответственно. 

            Кроме того, руководителем ООО «АЧЕНТО» ранее выступал бывший руководитель и совладелец заемщика Банка ООО «ФОРЗАЦ» – ФИО22. 

            Также выявлено, что ФИО22 состоял в должности руководителя ООО «ГАРАНТ ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>), единственным владельцем доли в уставном капитале которого является акционер Банка ФИО5, ранее совладельцем ООО «ГАРАНТ ИНВЕСТ» являлось ООО "АЧЕНТО». 

            Бывшим совладельцем заемщика Банка ООО «ФОРЗАЦ» являлась ФИО23 (ИНН 

<

***>), состоящая в должности руководителя ООО «БЬЮТИ СТИЛЬ» (ИНН 

<

***>) (не является заемщиком Банка), совладельцем доли в уставном капитале которого выступает ФИО3 (ИНН 

<

***>) – акционер и член Совета директоров Банка.

            Заемщик Банка ООО «Бизнес Центр «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ» предоставлял Банку в аренду помещения по адресу места нахождения заемщика для размещения дополнительного офиса Банка «ОТРАДА». 

            ФИО24 ранее являлся совладельцем/руководителем заемщика Банка ООО «СТАЭЛИТ» и руководителем бывшего акционера Банка ООО «КНИГА ПРО МЕНЯ».     Также в исследуемый период Банком выданы заведомо невозвратные кредиты в пользу 110 физических лиц.

            Кроме того, суд первой инстанции отметил, что в соответствии с п. 3.7.3.1 Положения № 254-П качество обслуживания долга ООО «ЛЭНТЕКС», ООО «СИБТРЕЙД», ООО «СТАЭЛИТ» оценено конкурсным управляющим как неудовлетворительное в связи с наличием просрочки платежей по уплате процентов и (или) основного долга общей продолжительностью свыше 30 календарных дней. 

            После даты отзыва у Банка лицензии задолженность 13 заемщиков (ООО «НЭЙСИ», ООО «ИНТЕРСТАМП», ООО «БИЗНЕС ЦЕНТР «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ», ООО «ФОРЗАЦ», ООО «33 БОГАТЫРЯ», ООО «АБСОЛЮТ», ООО РМП «СТАРТ», ООО «ФЕНИКС, ООО «СИЮСТАР», ИП ФИО19, ООО «ЛЭНТЕКС», ООО «СИБТРЕЙД», ООО «СТАЭЛИТ») осталась непогашенной. 

            При этом, установлено, что 2 заемщика (ООО «ПЕРЕСВЕТ», ООО «БОСТОН XXI ВЕК») погасили задолженность перед Банком. 

            Вместе с тем анализ поступлений на счета указанных лиц показал, что денежные средства, за счет которых погашалась ссудная задолженность, поступали от компаний, обладающих признаками неведения хозяйственной деятельности. 

            Кроме того, денежные средства ООО «БОСТОН XXI» перечислялись на счета ООО «Агип Ойл» (ИНН 

<

***>), ООО «Стандарт РА» (ИНН 

<

***>), ООО «Тера Системс» (ИНН 

<

***>), ООО «Омега» (ИНН 

<

***>), а ООО Пересвет» - на счета ООО «Строй-Инк» (ИНН 

<

***>), ООО «МАКСИТОРГ» (ИНН 

<

***>), ООО «Строй-опт» (ИНН 

<

***>), ООО «Алтай- Стафф» (ИНН 

<

***>), ООО «Лиатрис» (ИНН 

<

***>), ООО «Айрис» (ИНН 

<

***>), ООО «Илма Технолоджи импорт» (ИНН 

<

***>), ООО «Аркада» (ИНН 

<

***>), ООО «Кондитер Сити» (ИНН 

<

***>), ООО «Страйкс» (ИНН 

<

***>), ООО «Триумф» (ИНН 

<

***>), ООО «АВ-Групп» (ИНН 

<

***>) с разными основаниями платежей, в том числе, «за продукты питание», «за оборудование», денежные средства возвращались от аналогичных контрагентов с аналогичными абсолютно несвязанными назначениями платежей. 

            При этом, вскоре после погашения задолженности ООО "ПЕРЕСВЕТ", ООО "БОСТОН XXI ВЕК" в Банке возникла задолженность ООО «СИБТРЕЙД» и ООО «СИБСТАР», денежные средства со счетов которых также направлялись либо нерезидентам, сведения о деятельности которых отсутствуют в сети Интернет: NORTHSTAR INTERTRADE LIMITED (CHINA), SHANDONG HONGDA CONSTRUCTION MACHINE CO., LIMITED (CHINA), SUNIKA IC VE DIS TICARET (Турция), ZENITH MINING AND TRADE CORPORATION LIMITED, FOTON INTERNATIONAL TRADING CO., LTD, DONGHAI SOLAR SERVICE CO., LIMITED либо компаниям, обладающим признаками неведения реальной хозяйственной деятельности: ООО «СТРОЙ-ЭНЕРГО-РЕСУРС» (ИНН 

<

***>), ООО «СТЕЛА» (ИНН 

<

***>). 

            Целевое использование кредитных средств с суммами перечисленных денежных средств, назначением совершаемых платежей и полным наименованием кредитных организаций, на счета которых были перечислены денежные средства, приведены в аналитических таблицах, представленных в материалы дела.

            Ссудная задолженность 102 заемщиков физических лиц (ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59, ФИО60, ФИО61, ФИО62, ФИО63, ФИО64, ФИО65, ФИО66, ФИО67, ФИО68, ФИО69, ФИО70, ФИО71, ФИО72, ФИО73, ФИО74, ФИО75, ФИО76, ФИО77, ФИО78, ФИО79, ФИО80, ФИО81, ФИО82, ФИО83, ФИО84, ФИО85, ФИО86, ФИО87, ФИО88, ФИО89, ФИО90, ФИО91, ФИО92, ФИО93, ФИО94, ФИО95, ФИО96, ФИО97, ФИО98, ФИО99, ФИО100, ФИО101, ФИО102, ФИО103, ФИО104, ФИО5, ФИО105, ФИО106, ФИО107, ФИО108, ФИО109, ФИО110, ФИО111, ФИО112, ФИО113, ФИО114, ФИО115, ФИО116, ФИО117, ФИО118, ФИО119, ФИО120, ФИО121, ФИО122, ФИО123, ФИО124, ФИО125) также прекратила обслуживаться после даты отзыва лицензии. 

            Из промежуточного акта проверки Банка России от 11.03.2016 № А2К-И25-11- 3/420ДСП следует, что Банк России реклассифицировал задолженность, в частности, ФИО126, и обратил внимание на то, что работа по проверке достоверности представленных заемщиками – физическими лицами сведений об источнике дохода ведется недостаточно эффективно. 

            Так, ФИО75 представлена справка о доходах от 28.12.2015, при этом из реквизитов компании на справке указан только адрес, а компания-работодатель фактически ликвидирована 31.03.2004. 

            Финансовое положение 28 заемщиков (ФИО30, ФИО38, ФИО41, ФИО42, ФИО44, ФИО47, ФИО127, ФИО49, ФИО56, ФИО62, ФИО128, ФИО71, ФИО72, ФИО75, ФИО78, ФИО81, ФИО86, ФИО90, ФИО94, ФИО99, ФИО100, ФИО112, ФИО115, ФИО116, ФИО118, ФИО119, ФИО122 и ФИО125) оценено рабочей группой Банка России как "плохое", поскольку заявленные доходы не подтверждены документально (отсутствуют справки работодателей заемщиков; в ряде случаев оценка финансового положения проводилась с учетом имеющегося у них недвижимого имущества, при этом правоустанавливающие документы на недвижимость отсутствовали). 

            При расчете платежеспособности вышеуказанных заемщиков в качестве источника погашения задолженности принималась стоимость машиномест в строящемся многоэтажном гаражном комплексе.

            При этом часть дебиторской задолженности ООО «БИЗНЕС ЦЕНТР «ОТРАДА ВИЛЛАДЖ» по КД № НКЛ-2610.2/15 от 26.10.2015 погашалась за счет средств Банка, предоставленных в виде кредитов указанным физическим лицам. 

            В частности, 11 000 000,00 руб. погашено 03.02.2017 поручителем ФИО5 с собственного счета в Банке. 

            Источником денежных средств на счете явились средства от предъявления к оплате 01.02.2017 векселя Банка серии ЭС № 0000114 номиналом 42 000 000,00 руб. 

            В свою очередь, указанный вексель приобретен ФИО5 31.01.2017, денежные средства на оплату внесены в дату приобретения наличными через кассу Банка. 

            В этот же день, т.е. 31.01.2017 через кассу Банка 8 физическим лицам выданы денежные средства на общую сумму 55 000 000,00 руб., предоставленные по кредитным договорам. 

            При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО5, ФИО2, ФИО4 намеренно совершали действия по выдаче аффилированным лицам невозвратных займов, что привело к банкротству должника.

            Арбитражный суд отметил, что кредитные договоры с перечисленными лицами подписывались от имени Банка ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО11, ФИО2 

            Одобрение сделок по выдаче технических кредитов юридическим и физическим лицам осуществлялось кредитным комитетом, в состав которого входили контролирующие Банк лица: ФИО5, ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО18, что подтверждается копиями протоколов кредитного комитета за 2015 -2017. 

            Суд первой инстанции отметил, что сделка по предоставлению кредита ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» была одобрена на заседании Совета директоров Банка. 

            Так, согласно представленному в материалы дела копии протокола заседания Совета директоров Банка от 22.01.2015, подписанный Председателем Совета директоров ФИО5 и секретарем Совета директоров ФИО129, решение об одобрении сделки по получению ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» кредита в Банке принято членами Совета директоров единогласно. 

            На заседании Совета директоров присутствовали и голосовали «За» ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО13, ФИО14

            Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО11, ФИО3, ФИО12 убытков в размере 327 465 033,68 рублей.

            В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что члены кредитного комитета знали или должны были знать о том, что указанные займы не будут возвращены, в том числе, им были представлены необходимые документы, подтверждающие обоснованность выдачи займов. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

            При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что члены кредитного комитета совершили какие-либо виновные действия при одобрении спорных сделок, в связи с чем, суд отметил, что оснований для взыскания с них убытков не имеется.

            Также арбитражный суд отказал во взыскании убытков с ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО7, ФИО13, ФИО14 убытки в размере 108 464 000,00 руб., возникших в связи с выдачей кредита ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж".

            Арбитражным судом установлено, что ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж" является лицом, подконтрольным ФИО5

            Решение о выдаче займа ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж" принималось лично ФИО5, а не кредитным комитетом. В данном случае действия кредитного комитета также не могут считаться виновными, так как ФИО5 имел возможность ввести членов кредитного комитета в заблуждение, а также полностью контролировал их деятельность.

            Также контролирующими лицами в преддверии отзыва лицензии у Банка были совершены сделки по отчуждению недвижимого имущества. 

            02.03.2017 между Банком (Продавец) и ООО «КОМ СТАНДАРТ» (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости: нежилое помещение (396,9 кв.м, 

<

...> этаж, пом.XXVIIIа, комн.11-21, 23-25), кадастровый номер 77:09:005001:7270. Цена сделки составила 62 540 000 руб. 

            02.03.2017 между Банком (Продавец) и ООО «КОМ СТАНДАРТ» (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости: Нежилое помещение (337,8 кв.м., 

<

...> этаж, пом. XXVIIIа комн.1-10), кадастровый номер 77:09:005001:7271. Цена сделки составила 59 000 000,00 руб. 

            02.03.2017 между Банком (Продавец) и ООО «КОМ СТАНДАРТ» (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости: нежилое помещение (113,3 кв.м., 

<

...> этаж, пом. X, комн. 3-6), кадастровый номер 77:09:005001:7272. Цена сделки составила 35 400 000,00 руб. 

            02.03.2017 между Банком (Продавец) и ООО «КОМ СТАНДАРТ» (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости: нежилое помещение (388,7 кв.м., 

<

...> этаж, пом. IX), кадастровый номер 77:09:005001:7273. Цена сделки составила 83 780 000,00 руб. 

            Общая стоимость, отчуждаемых Банком 4 объектов недвижимого имущества, составила 240 720 тыс. руб. 

            Договоры купли-продажи недвижимого имущества были подписаны от имени Банка Председателем Правления ФИО5

            Согласно условиям договоров купли-продажи, расчеты должны быть произведены в течение одного рабочего дня, после подписания сторонами договоров, путем безналичного перечисления Покупателем денежных средств на расчетный счет Банка №60301181080000002171. 

            Денежные средства в установленные договором сроки, в счет оплаты отчужденного имущества на расчетный счет в Банке не поступали. 

            07.03.2017 между Банком и ООО «КОМ СТАНДАРТ» заключено соглашение о новации, в соответствии с которым, стороны договорились о замене первоначального обязательства в части способа и сроков совершения оплаты, существовавшего между ними по вышеуказанным договорам купли-продажи нежилых помещений. 

            В соответствии с п. 1.3 договора новации, в оплату приобретенных помещений Банку в течение трех рабочих дней передаются права требования по договорам цессии на общую сумму 240 720 000,00 руб. 

            Должниками по указанным требованиям являются следующие юридические лица:

            1. ООО «ТРЕТИЙ ТАЙМ» (ИНН 

<

***>) – в размере 91 018 тыс. руб. Данные права принадлежали ООО «КОМ СТАНДАРТ» на основании договора цессии с ФИО130, который приобрел указанную задолженность ООО «ТРЕТИЙ ТАЙМ» на открытых электронных торгах за 18 тыс. руб. 

            2. ООО «ФАНФУД» (ИНН 

<

***>) – в размере 80 006 тыс. руб. Данные права принадлежали ООО «КОМ СТАНДАРТ» на основании договора цессии с ФИО130, который приобрел указанную задолженность ООО «ТРЕТИЙ ТАЙМ» на открытых электронных торгах за 16 тыс. руб. 

            3. ООО «ВЕСТФУД» (ИНН 

<

***>) – в размере 104 018 тыс. руб. Данные права принадлежали ООО «КОМ СТАНДАРТ» на основании договора цессии с ФИО130, который приобрел указанную задолженность ООО «ТРЕТИЙ ТАЙМ» на открытых электронных торгах за 20 тыс. руб. 

            Таким образом, общая стоимость приобретенных первоначальным цессионарием (ФИО130) прав требований к вышеуказанным 3 юридическим лицам составила 54 тыс. руб. и неравноценна стоимости переданного недвижимого имущества (275 042 тыс. руб.).

            По мнению конкурсного управляющего, совершение указанных сделок по отчуждению недвижимости причинило ущерб Банку и его кредиторам в общем размере 121 000 000,00 руб. (рыночная стоимость указанных объектов недвижимости по результатам переоценки по состоянию на 31.08.2018). 

            Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.07.2017 по делу № А40-48663/17- 38-30 «Б» вышеуказанные договоры купли-продажи нежилых помещений от 02.03.2017, а также соглашение о новации от 07.03.2017, заключенные между Банком и ООО «КОМ СТАНДАРТ», признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права собственности Банка на объекты недвижимости, расположенные по адресу: 

<

...>. 

            Арбитражный суд, исходя из представленных в материалы дела доказательств, не нашел оснований для привлечения к гражданско-правовой ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО10 Конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, подтверждающие совершение указанными лицами действий (бездействий), повлекших возникновению убытков на стороне Банка.

            Так, из материалов настоящего дела не следует, что ФИО8, ФИО9, ФИО10, занимая должности в органах управления Банка, подписывали либо одобряли совершение убыточных сделок. 

            Суд первой инстанции также не нашел оснований для привлечения к ответственности ФИО15, так как заявителем не доказано, как именно указанное лицо участвовало в управлении деятельностью Банка, какие совершило действия, направленные на причинение вреда кредиторам. 

            Судом также учитывалось, что ФИО15 входил в состав руководства банка в период с 27.08.2015 по 23.11.2015, то есть менее двух месяцев, за этот период каких-либо сделок не одобрял, управленческих решений не принимал.

            На основании изложенных обстоятельств, суд первой инстанции привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка Экономический Союз (АО) ФИО5, ФИО2, ФИО4. Приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами. Взыскал с ФИО6 убытки в размере 514.103.646,00 рублей. Взыскал с ФИО1 убытки в размере 374.250.286,19 рублей. Взыскал с ФИО3 убытки в размере 3.612.880,18 рублей. В остальной части заявления отказал.

            Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции.

            Апеллянты ФИО1, ФИО2 указывают, что в обжалуемом определении суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу о наличии у них статуса контролирующего должника лица.

            В соответствии со ст. 61.10 Закона о банкротстве, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

            Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

            Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

            Исходя совокупного толкования положений ст. 14 Закона о банкротстве кредитных организаций (действовала до 23.12.2014), ст. 189.23 Закона о банкротстве, ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) к контролирующим лицам должника относятся: акционеры общества (учредители), члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), иные лица, имеющие возможность давать обязательные для кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия. 

            Так, арбитражным судом установлено, что ФИО1 в период с 21.12.2015 по 17.04.2016 являлся членом Правления и главным бухгалтером Банка, ФИО2 в период с 07.12.2015 по 09.02.2017 являлась членом Правления, заместителем Председателя Правления Банка. 

            Исходя из представленных в материалы дела копий протоколов заседаний Кредитного комитета Банка следует, что данные лица входили в состав Кредитного комитета, в рамках заседаний которого ими одобрялось заключение сделок, причинивших ущерб Банку и повлекших несостоятельность либо существенное ухудшение его финансового положения. 

            При этом, факт вхождения указанных лиц в состав Правления, Кредитного комитета Банка указанными лицами не оспорен. 

            В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1, ФИО2 являлись контролирующими Банк лицами, т.е. имели возможность определять действия должника путем одобрения заключения кредитных договоров с техническими заемщиками.

            Апелляционный суд признает несостоятельными доводы ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3 о недоказанности совершения ими действий (бездействий), являющихся основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности.

            Судом первой инстанции верно установлено, что согласно представленному конкурсным управляющим Банка в материалы настоящего дела расчету недостаточности стоимости имущества Банка, с учетом расчета недосозданного резерва, в период с 01.03.2015 по 01.03.2016 финансовое положение Банка начало стремительно ухудшаться. 

            Причиной существенного ухудшения финансового положения Банка стали действия контролирующих должника лиц по выдаче кредитов техническим заемщикам, заведомо неспособным исполнить принятые на себя обязательства: 14 юридическим лицам, 1 индивидуальному предпринимателю и 110 физическим лицам. 

            В результате совершения указанных сделок Банку причинены убытки. Так, по состоянию на 01.03.2015 на балансе Банка были сформированы технические активы в размере 658 566 тыс. руб. 

            К моменту отзыва лицензии объем технических активов составил 2 327 185 тыс. руб., резерв по которым не начислялся либо начислялся не в полном объеме. 

            На 01.03.2016 размер недостаточности имущества Банка составил 53 619 тыс. руб. 

            В дальнейшем финансовое положение Банка продолжило ухудшаться, на 13.03.2017 (дата отзыва лицензии у Банка) размер недостаточности имущества увеличился и составил 1 291 804 тыс. руб. 

            Арбитражным судом верно установлено, что заключенные в указанный период кредитные договоры с ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж», ООО «ИНТЕРСТАМП», ООО «Лэнтекс», ООО «НЭЙСИ», ООО «ФОРЗАЦ», ФИО5 подписывались от имени Банка ФИО3 и совершены в период осуществления ей полномочий Председателя Правления Банка. 

            Кредитный договор, заключенный с ФИО120, подписывался ФИО2 в качестве заместителя Председателя Правления на основании доверенности, выданной Председателем Правления ФИО5 

            Решение об одобрении сделки по получению ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» ссуды по кредитному договору НКЛ-2201.2/15 от 22.01.2015 принималось на заседании Совета директоров Банка (протокол от 22.01.2015), на котором в том числе присутствовала и голосовала «За» ФИО3 

            Суд апелляционной инстанции отмечает, что одобрение сделок осуществлялось кредитным комитетом, в состав которого входили в том числе ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО2, что подтверждается представленными в материалы настоящего дела копиями протоколов заседаний Кредитного комитета Банка.

            Изложенные ФИО4 в апелляционной жалобе доводы о том, что большинство протоколов кредитного комитета, подтверждающих основания для привлечения ее к субсидиарной ответственности, не содержат результатов голосования (15 протоколов по предоставлению кредита ООО «Сибтрейд», ООО «Сибстар», ООО «Феникс» и одобрении лимита кредитования на общую сумму 460 млн руб., 3 протокола по предоставлению кредита ИП ФИО19 по одобрению лимита кредитования на 160 млн руб. и 31 протокол по одобрению предоставления кредита физическим лицам на общую сумму 172,55 млн руб. за 2017), а также в материалах настоящего дела отсутствуют протоколы кредитного комитета в отношении физических лиц за 2016 г. не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Так, копии указанных протоколов представлены в материалы дела. 

            Указание ФИО1 в апелляционной жалобе на обстоятельство того, что в должностные обязанности главного бухгалтера не входит проверка заемщиков, не имеет правового значения, поскольку виновные действия (бездействия), вменяемые заинтересованному лицу, совершены им, занимая должность члена Правления и Кредитного комитета.

            Кроме того, заявителями в апелляционных жалобах приведены доводы о том, что на момент выдачи указанных кредитов заемщики осуществляли реальную финансовую деятельность и до момента отзыва лицензии надлежащим образом исполняли возложенные на них обязательства. По мнению апеллянтов, конкурсным управляющим не доказано наличие у заемщиков признаков технических компаний. 

            Между тем, суд отмечает, что в соответствии с «Положением» Банка России «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» от 26.03.2004 № 254-П (далее – Положение Банка России от 26.03.2004 № 254-П), в качестве оснований для признания указанных заемщиков техническими, а ссудной задолженности заведомо невозвратной конкурсным управляющим Банка представлены необходимые доказательства.

            Так, согласно условиям кредитных договоров, заключенных с ООО «33 Богатыря», ООО «Абсолют», ООО «Нэйси», ООО «Интерстамп», ООО «Пересвет», ООО «РМП «СТАРТ», ООО «Сибстар», ООО «СибТрейд», ООО «Феникс», ООО «Форзац», ИП ФИО19, ООО «Лэнтекс», юридические лица основной долг уплачивают в конце срока кредитования, что дает основания утверждать, что данные условия кредитования для Банка не имеют экономического смысла, носят рискованный характер и являются нерыночными. 

            Условия кредитных договоров, заключенных с заемщиками-физическими лицами, нетипичны и не предусматривают графика погашения основного долга.

            Проведенный конкурсным управляющим, в соответствии с п. 3.3. Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П, анализ финансового положения заемщика показал, что по данным бухгалтерской отчетности у ООО «33 Богатыря», ООО «Абсолют», ООО «РМП «Старт», ООО «Стаэлит», ООО «Бостон XXI век», ООО «Феникс» объем кредитования не соответствовал объему их деятельности, что свидетельствовало о плохом финансовом положении. 

            В частности, ООО «33 Богатыря» и ООО «Абсолют» в период, предшествующий дате выдачи кредитов, деятельность, позволявшую получать доходы не осуществляли (выручка (доходы) от реализации работ, товаров, услуг отсутствует или имеет минимальное значение, не сопоставимой с суммой кредитов). 

            У заемщиков ООО «Стаэлит» и ООО «РМП «Старт» размер выручки значительно меньше сумм, необходимых для обслуживания задолженности, валюта баланса несопоставима с суммами кредитов. У ООО «Бостон XXI ВЕК», ООО «Феникс» значение показателя «прибыль от продаж» Отчета о финансовых результатах заемщиков свидетельствует о том, что компании не имели возможность уплачивать проценты за пользование кредитами в период кредитования. 

            Анализ финансового положения ООО «Лэнтекс», ООО «Пересвет», ООО «Сибтрейд», ООО «Сибстар» показал, что у указанных заемщиков на балансе основные средства отсутствуют или их величина незначительна (меньше 1% от совокупной стоимости активов). Основной удельный вес активов у всех заемщиков приходится на дебиторскую задолженность и запасы (в среднем 93-100% всех активов). Все компании характеризуются высокой зависимостью от внешних источников финансирования (величина собственных средств незначительна), что негативно влияет на их финансовую устойчивость.

            В отношении финансового положения ИП ФИО19 конкурсным управляющим установлено, что представленная в Банк отчетность заемщика, на основании которой делался анализ не заверена заемщиком, отсутствуют документы о ее предоставлении в ФНС. Отчетность за 2015 год с отметкой налогового органа о принятии в досье также отсутствует, как и сведения об уплате налогов по представленной отчетности. В связи с чем представленные заемщиком данные о доходах являлись неподтвержденными, в связи с чем достоверный вывод о финансовом положении заемщика сделать не представлялось возможным.

            В отношении заемщиков-физических лиц установлено, что в целях оценки их финансового положения Банком принимались анкеты и рукописные сообщения. 

            При этом, согласно пояснениям Банка, практически все договоры с указанными заемщиками заключены в короткий промежуток времени конец 2016 – начало 2017 (в преддверии отзыва лицензии у Банка). 

            Документы, подтверждающие доход, в том числе о наличии в собственности недвижимого и/или движимого имущества, в досье заемщиков отсутствуют. 

            При этом, в соответствии с п. 1.4 Приложения № 2 к Положению Банка России от 26.03.2004 № 254-П в качестве обоснования дохода принимаются заверенные работодателем справка с места работы, справка о доходах физического лица.         Финансовое положение 98 из 110 заемщиков на момент выдачи кредитов оценивалось самим Банком как «плохое».

            В отношении кредитов ФИО5, с учетом закредитованности и плохого финансового положения организаций (ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж»), в которых он получал доход, финансовое положение ФИО5 также признается плохим и недостаточным для погашения выдаваемых Банком кредитов. 

            Таким образом, представленная заемщиками информация о величине их ежемесячного дохода, источника дохода документально не подтверждена, а заявленной суммы годового дохода недостаточно для погашения кредита перед Банком, в связи с чем, финансовое положение указанных заемщиков являлось плохим.

            Кроме того, необходимо отметить, что в соответствии с п. 3.7.3.1 Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П, качество обслуживания долга ООО «Лэнтекс», ООО «Сибтрейд», ООО «Стаэлит» оценено конкурсным управляющим как неудовлетворительное в связи с наличием просрочки платежей по уплате процентов и/или основного долга общей продолжительностью свыше 30 календарных дней.             Ссудная задолженность ООО «Сибтрейд», ООО «Сибстар», ООО «Интерстамп», ООО «Лэнтекс», ООО «РМП «Старт» пролонгировалась, что также указывает на ненадлежащее обслуживание долга заемщиками.

            Апелляционный суд отмечает, что после даты отзыва у Банка лицензии задолженность ООО «Нэйси», ООО «Интерстамп», ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж», ООО «Форзац», ООО «33 Богатыря», ООО «Абсолют», ООО «РМП «Старт», ООО «Феникс», ООО «Сибстар», ИП ФИО19, ООО «Лэнтекс», ООО «Сибтрейд», ООО «Стаэлит» осталась непогашенной. 

            Так, установлено, что в ноябре 2016 ООО «Пересвет», ООО «Бостон XXI ВЕК» погасили ссудную задолженность перед Банком. Вместе с тем, анализ поступлений на счета указанных лиц показал, что денежные средства, за счет которых погашалась ссудная задолженность, поступали от компаний, обладающих признаками неведения хозяйственной деятельности (минимальный уставный капитал, отсутствие отчетности либо минимальные показатели, отсутствие сайта, наличие исполнительных производств неисполненных производств по уплате налогов, нахождение в ликвидации, прекращение деятельности).

            При этом, большинством заемщиков погашались только проценты за пользование кредитом, основной долг не погашался. После отзыва лицензии у Банка задолженность в целом прекратила обслуживаться.

            Необходимо отметить, что обстоятельство полного прекращения исполнения большинством заемщиков своих обязательств перед Банком по кредитным договорам после отзыва у Банка лицензии и последующее фактическое прекращение деятельности заемщиков (ООО «Нэйси», ООО «Интерстамп, ООО «33 Богатыря», ООО «Бостон XXI ВЕК» исключены из ЕГРЮЛ в связи с внесением налоговым органом записи о недостоверности сведений, ФИО5, ООО «Пересвет» признаны банкротами), что свидетельствует о единстве экономической судьбы этих заемщиков и Банка, который являлся для них единственным источником текущей ликвидности.

            Суд апелляционной инстанции также обращает внимание на наличие признаков «фирмы-однодневки», выявленных как на момент предоставления кредита, так и проявившиеся впоследствии, в результате чего происходил вывод денежных средств из кредитной организации посредством заключения фиктивных кредитных договоров с фирмами-однодневками.

            Судом первой инстанции  верно установлена аффилированность между заемщиками и Банком.

            Так, акционер Банка ФИО5, владеющий долей в уставном капитале Банка (размер доли варьировался от 85% до 0.0000038% с 30.09.2014 и по дату отзыва лицензии у Банка) являлся совладельцем заемщиков ООО «Абсолют», ООО «33 Богатыря» и ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» кроме того, ФИО5 ранее выступал руководителем ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж». 

            Акционер Банка (член Совета директоров) ФИО7 – совладелец и руководитель заемщика ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж». 

            Руководителем ООО «Абсолют» выступала ФИО20, которая ранее также являлась руководителем бывшего совладельца Банка – ООО «Книга про меня». 

            ФИО21 ранее являлся миноритарным акционером Банка и является руководителем заемщика Банка ООО «33 Богатыря» (с 11.04.2008 и на дату подачи настоящего заявления). 

            По состоянию на текущую дату в отношении ФИО21 регистрирующим органом внесена запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений за ГРН 2175024284389 от 05.06.2017. 

            ООО «Аченто» владело долей в уставном капитале заемщика ООО «Абсолют», а также долей в уставном капитале юридических лиц ООО «НЛК-Сервис» и ООО ИК «Элит-Финанс», являвшихся совладельцем заемщика ООО «33 Богатыря» и предшественником при реорганизации путем присоединения к заемщику ООО «Абсолют» соответственно. 

            Кроме того, руководителем ООО «Аченто» ранее выступал бывший руководитель и совладелец заемщика Банка ООО «Форзац» – ФИО22

            Также выявлено, что ФИО22 состоял в должности руководителя ООО «Гарант Инвест», единственным владельцем доли в уставном капитале которого является акционер Банка ФИО5, ранее совладельцем ООО «Гарант Инвест» являлось ООО «Аченто». 

            Бывшим совладельцем заемщика Банка ООО «Форзац» являлась ФИО23, состоящая в должности руководителя ООО «Бьюти Стиль» (не является заемщиком Банка), совладельцем доли в уставном капитале которого выступает ФИО3 – акционер и член Совета директоров Банка. 

            Заемщик Банка ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» предоставлял Банку в аренду помещения по адресу места нахождения заемщика для размещения дополнительного офиса Банка «ОТРАДА». 

            ФИО24 ранее являлся совладельцем/руководителем заемщика Банка ООО «Стаэлит» и руководителем бывшего акционера Банка ООО «Книга про меня».

            Кроме того, конкурсным управляющим выявлено совпадение по адресам места нахождения ООО «СибТрейд» и ООО «Пересвет» (адрес места нахождения: 

<

...>), ООО «Интерстамп» и ООО «Нэйси» (адрес места нахождения: 

<

...>), ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» и бывшего акционера Банка ООО «Книга про меня» (адрес места нахождения: Московская обл., Красногорский район, пос. Отрадное, д. ООО КОНКУР КЛУБ ОТРАДНОЕ корп. 36 пом. II).

            Апелляционный суд приходит к выводу о том, что доводы заинтересованных лиц о том, что на момент выдачи ссуд заемщики осуществляли реальную хозяйственную деятельность и могли, исходя из своего финансового положения, обслуживать выданные кредиты, опровергаются представленными доказательствами.

            Так, вынесенные судами решения о взыскании задолженности по кредитным договорам заемщиками в добровольном или принудительном порядке не исполняются. Обращение взыскание на имущество, выступающее обеспечением по кредитным договорам с заемщиками, фактически не произведено в связи с невозможностью установить местонахождение предметов залога.

            В отношении 13 заемщиков – юридических лиц: ООО «Бостон XXI ВЕК», ООО «Пересвет», ООО «Абсолют», ООО «33 Богатыря», ООО «Форзац», ООО «Феникс», ООО «СибТрейд», ООО «Сибстар», ООО РМП «Старт», ООО «Стаэлит», ООО «Интерстамп», ООО «Нэйси», ООО «Лэнтекс» исполнительные производства по взысканию кредитной задолженности окончены на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 и/или п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». 

            В отношении 93 заемщиков-физических лиц: в ходе исполнительных производств какое-либо имущество или денежные средства, которые бы позволили исполнить судебные акты, принятые в пользу Банка, установить не удалось. Часть исполнительных производств в отношении указанных заемщиков окончены на основании п. 7 ч. 1 ст. 47 ФЗ от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

            Судебная коллегия признает несостоятельными доводы ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО3 об отсутствии вины и причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) заинтересованных лиц и возникшими у Банка убытками, повлекшими банкротство/существенное ухудшение финансового положения должника.

            В апелляционных жалобах заинтересованные лица ссылаются на недоказанность вины в их действиях (бездействиях) по одобрению/подписанию от имени Банка заведомо невозвратных кредитов в пользу технических заемщиков, а также об отсутствии причинно-следственной связи между совершенными ими действиями (бездействиями) и причиненным Банку ущербом, повлекшим несостоятельность (банкротство) либо существенное ухудшение финансового положения должника. По мнению апеллянтов, в материалах настоящего дела отсутствуют надлежащие доказательства того, что контролирующие должника лица были осведомлены о техническом характере заемщиков и заведомой невозвратности выданных ссуд.

            Однако, исходя из толкования норм ст. 61.11 Закона о банкротстве и положений п. 17-18 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, в случае, если действия (бездействия) контролирующих должника лиц повлекли несостоятельность (банкротство) должника либо после наступления объективного банкротства существенно ухудшили финансовое положение должника, т.е. допустили значительный рост диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, то такие лица несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.             Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

            По общему правилу, в силу п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, п. 2 ст. 71 Закона об акционерных обществах, п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 62 от 30.07.2013), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). 

            В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

            Доводы апеллянтов, изложенные в жалобах, о том, что при принятии решений о выдаче кредитов они были введены в заблуждение Председателем Правления ФИО5, не имеет правового значения. 

            При этом, в апелляционных жалобах не указано относительно каких обстоятельств и каким образом указанные лица вводились ФИО5 в заблуждение, что они не смогли добросовестно исполнить свои обязанности по проверке достоверности документов и воздержаться от принятия убыточных для Банка решений.

            В соответствии с законодательством, регулирующим банковскую деятельность, внутренними актами Банка, в частности Уставом Банка, Положениями о Совете директоров, о кредитном комитете, о порядке предоставления ссуд, что в Банке предусматривался определенный алгоритм действий по предоставлению кредитов. 

            Как было указано ранее, судом первой инстанции установлено, что заключенные в указанный период кредитные договоры с ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж», ООО «Интерстамп», ООО «Лэнтекс», ООО «Нэйси», ООО «Форзац», ФИО5 подписывались от имени Банка ФИО3 и совершены в период осуществления ей полномочий Председателя Правления Банка. 

            Кредитный договор, заключенный с ФИО120, подписывался ФИО2 в качестве заместителя Председателя Правления на основании доверенности, выданной Председателем Правления ФИО5 

            Решение об одобрении сделки по получению ООО «Бизнес Центр «Отрада Вилладж» ссуды по кредитному договору НКЛ-2201.2/15 от 22.01.2015 принималось на заседании Совета директоров Банка (протокол от 22.01.2015), на котором в том числе присутствовала и голосовала «За» ФИО3 

            Одобрение сделок осуществлялось кредитным комитетом, в состав которого входили в том числе ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО2 

            При этом, при предоставлении кредитов техническим заемщикам заинтересованными лицами были допущены существенные нарушения нормативно-правовых актов, регулирующих банковскую деятельность. 

            В соответствии с п. 3.1.1. Положения Банка России № 254-П от 26.03.2004, Банк обязан оценивать кредитный риск по каждой выданной ссуде по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания долга по ссуде и иных существенных факторов. 

            В силу п. 3.1.2 названных положений кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва. 

            В соответствии с п. 3.5 Положений Банка России № № 254-П от 26.03.2004, 590-П от 28.06.2017 на всех этапах оценки финансового положения заемщика кредитная организация учитывает вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о заемщике. 

            В нарушение указанных норм контролирующими Должника лицами не принята во внимание информация, содержащаяся в открытых источниках по заемщику Банка, в кредитных досье заемщиков, не проведена оценка операций по счетам заемщика, не осуществлена объективная оценка финансового положения заемщика и качества предоставляемого обеспечения, не собраны сведения о количестве сотрудников заемщика, исполнении обязанностей заемщика по уплате налогов, документы, подтверждающие проведение операций по хозяйственной деятельности и иных сведений, свидетельствующие о реальности ведения заемщиками финансово-хозяйственной деятельности и возможности исполнить принятые на себя обязательства.

            Таким образом, при оценке Банком качества ссудной задолженности ответчиками не проведен комплексный и объективный анализ деятельности заемщиков с учетом их финансового положения, качества обслуживания долга по ссуде и иных существенных факторов (п. 3.1.1. Положения № 254-П от 26.03.2004), не обеспечено получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва по ссудам (п. 3.1.2 Положения №254-П от 26.03.2004), не учтена вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о заемщике (п. 3.5 Положения № 254-П от 26.03.2004).   Необходимо учитывать, что лица, входящие в состав органов управления кредитной организации, обязаны организовывать ее работу таким образом, чтобы обеспечить получение достоверной информации, необходимой (в том числе им самим - при принятии окончательных решений) для объективного анализа финансового положения контрагентов в целях принятия разумных и экономически обоснованных решений о выдаче кредитов. 

            Несмотря на перечисленные обстоятельства, органами управления Банком не были приняты необходимые меры, для того, чтобы оградить Банк от взаимодействия с заемщиками, заведомо неспособными исполнить принятые на себя обязательства и, как следствие, от понесенных убытков в результате кредитования таких лиц.

            При этом, заключения и иные документы нижестоящих работников и подразделений Банка, на которые ссылаются апеллянты, являются не решениями о выдаче ссуд, а лишь мнениями по отдельным вопросам кредитования заемщиков и не могут освобождать от ответственности лиц, непосредственно принявших решения о выдаче ссуд безнадежным заемщикам и подписавших кредитные договоры от лица Банка при заключении сделок, причинивших существенный вред кредиторам. 

            В связи с чем, само по себе наличие положительных заключений профильных подразделений кредитной организации не может освобождать от ответственности контролирующих Банк лиц, непосредственно принявших решения о выдаче заведомо невозвратных ссуд заемщикам и (или) подписавших соответствующие кредитные договоры от имени кредитной организации, причинивших тем самым существенный вред банку (его кредиторам).

            Судом первой инстанции правомерно привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка Экономический Союз (АО) ФИО5, ФИО2, ФИО4. Также арбитражный суд верно взыскал с ФИО6 убытки в размере 514.103.646,00 рублей. Взыскал с ФИО1 убытки в размере 374.250.286,19 рублей. Взыскал с ФИО3 убытки в размере 3.612.880,18 рублей.

            Доводы апелляционных жалоб в данной части не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителем с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционных жалоб доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции.

            Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

            По доводам апелляционной жалобы ГК «АСВ» в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении лиц к ответственности, апелляционный суд отмечает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии снований для взыскания с ФИО11, ФИО3, ФИО12 убытков в размере 327 465 033,68 рублей.

            В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что члены кредитного комитета знали или должны были знать о том, что указанные займы не будут возвращены, в том числе, им были представлены необходимые документы, подтверждающие обоснованность выдачи займов. 

            Доказательства обратного конкурсный управляющий не предоставил. 

            При таких обстоятельствах, не имеется оснований полагать, что члены кредитного комитета совершили какие-либо виновные действия при одобрении спорных сделок, в связи с чем не имеется оснований для взыскания с них убытков.           Также суд первой инстанции правомерно отказал во взыскании убытков с ФИО11, ФИО3, ФИО12, ФИО7, ФИО13, ФИО14 убытки в размере 108 464 000,00 руб., возникших в связи с выдачей кредита ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж".   

            Арбитражный суд пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения к гражданско-правовой ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО10 Конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, подтверждающие совершение указанными лицами действий (бездействий), повлекших возникновению убытков на стороне Банка.

            Так, из материалов настоящего дела не следует, что ФИО8, ФИО9, ФИО10, занимая должности в органах управления Банка, подписывали либо одобряли совершение убыточных сделок. 

            Арбитражный суд также не нашел оснований для привлечения к ответственности ФИО15, так как заявителем не доказано, как именно указанное лицо участвовало в управлении деятельностью Банка, какие совершило действия, направленные на причинение вреда кредиторам. 

            Апелляционным судом также учитывается, что ФИО15 входил в состав руководства банка в период с 27.08.2015 по 23.11.2015, то есть менее двух месяцев, за этот период каких-либо сделок не одобрял, управленческих решений не принимал. 

            Судебная коллегия дополнительно отмечает, что ФИО3, ФИО11, ФИО12, ФИО14 и ФИО13 не подлежат субсидиарной ответственности и взысканию убытков по выданным кредитам, поскольку отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что они знали или должны были знать о том, что указанные займы не будут возвращены.

            При этом суд первой инстанции указал, что им были представлены необходимые документы подтверждающие обоснованность выдачи займов. Отдельно суд отметил, что конкурсный управляющий не представил доказательств свидетельствующих об обратном.

            Таким образом, на основании исследования материалов дела судом первой инстанции был сделан вывод об отсутствие неразумных и недобросовестных действий со стороны ответчиков при одобрении выдачи кредитов указанным заемщикам.

            Суд первой инстанции обоснованно учел, что члены органов управления, привлекаемые к субсидиарной ответственности и взысканию убытков, осуществляли управление Банком в различные периоды времени, в которые финансовое состояние Банка, управление им и иные обстоятельства значительно отличались друг от друга. 

            Судом первой инстанции установлено и не оспаривается конкурсным управляющим, что объективное банкротство Банка наступило с 01.03.2016.

            В соответствии с инвентаризационной ведомостью, выданные «технические» кредиты, явившиеся причиной, приведшей к банкротству Банка на общую сумму более 1 млрд. 600 тыс. руб. были одобрены и выданы Банком после отстранения 08.10.2015 ФИО3 ФИО5 и назначения с 09.10.2015 на должность Председателя Правления Банка ФИО5

            Основная сумма по ссудной задолженности юридических лиц перед Банком была сформирована с марта 2016 по ноябрь 2016 года на сумму более 1 млрд. рублей.         По кредитам, выданным физическим лицам размер суммы составил 646 026 тыс. руб. и образовался за последние 3 месяца перед отзывом лицензии Банка (декабрь 2016 - 132 522 тыс. руб., январь 2017 - 394 354 тыс. руб., февраль 2017-119 150 тыс. руб.).

            Прекращение прав залога ликвидного имущества заемщиков и третьих лиц переданных в обеспечения выданных кредитов, отчуждение имущества Банка, так же происходили после 08.10.2015.

            Необходимо отметить, что массовые Предписания со стороны ЦБ РФ в отношении Банка появились начиная с весны 2016 года: от 11.04.2016, 20.07.2016, 08.09.2016,   05.10.2016,   06.12.2016,    27.01.2017,    03.02.2017,    14.02.2017,    15.02.2017, 21.02.2017, 22.02.2017.

            ФИО3, ФИО11, ФИО12, ФИО14 и ФИО13 входили в состав органов управления Банком до 08.10.2015 года, а именно:

            - ФИО3 - с 09.2002 до 27.08.2015 Председатель Правления Банка, Член совета директоров;

            - ФИО11 - Член Правления с 14.07.2014 по 08.10.2015 и главный бухгалтер с 12.05.2012 по 08.10.2015;

            - ФИО12 - Член Правления с 09.01.2003 по 08.10.2015, Заместитель

Председателя Правления с 20.05.2014 по 08.10.2015;

            - ФИО13 - Член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015;

            - ФИО14 - Член Совета директоров с 20.05.2014 по 26.08.2015.

            Переходный период по смене членов органов управления Банка ввиду корпоративного конфликта и назначения ФИО5 подконтрольных ему членов органов управления происходил с 27.08.2015 по 08.10.2015 года.

            Остальные ответчики занимали свои должности с 27.08.2015 года по дату отзыва лицензии Банка (13.03.2017), а именно:

            - ФИО5 - Председатель Правления Банком с 09.10.2015 года, Член совета директоров с 27.08.2015;

            - ФИО7 - Председатель Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017, акционер Банка с долей владения 35,39% (по состоянию на 13.03.2017);

            - ФИО8 - акционер Банка, с долей владения 23,8%, помощник Председателя Правления Банка (с 19.10.2015);

            - ФИО9 - Член Совета директоров с 27.08.2015 по 13.03.2017, акционер Банка с долей владения 23,8% (по состоянию на 13.03.2017);

            - ФИО10 - Член Совета директоров с 24.11.2015 по 13.03.2017, начальник Планово-экономического отдела и руководителем Службы внутреннего контроля Банка;

            - ФИО6 - Заместитель Председателя Правления с 26.01.2017 по 01.03.2017, Член Правления с 19.01.2017 по 01.03.2017;

            - ФИО2 - Член Правления, Заместитель Председателя Правления с

07.12.2015 по 09.02.2017;

            - ФИО1 - Член Правления, главный бухгалтер с 21.12.2015 по 17.04.2016;

            - ФИО4 - Член Правления, главный бухгалтер с 01.08.2016 по 13.03.2017;

            - ФИО15 -Член Совета директоров с 27.08.2015 по 23.11.2015.

            Отказывая в привлечении ответчиков к ответственности, необходимо учитывать следующие фактические обстоятельства и действия, совершенные ими на должности Председателя Правления Банка в период с 01.03.2015 года по 08 октября 2015 года.

            Так, в период с 01.03.2015 года по 08.10.2015 года финансовое состояние Банка было стабильно хорошим: размер высоколиквидных активов по состоянию на 01.10.2015 года составлял 765 947 тыс. рублей; собственный капитал Банка составлял 785 490 тыс. рублей. Конкурсный управляющий в своих расчетах по состоянию на 01.03.2015 года также указывает на то, что стоимость имущества Банка превышала его обязательства перед кредиторами на 146 789 тыс. рублей, что в свою очередь означало наличие возможности полного расчета с кредиторами.

            По состоянию на 01.03.2015 года не было необходимости предпринимать меры, предупреждающие банкротство Банка, поскольку:

            - собственный капитал банка превышал уставный капитал;

            - отчетность Банка за указанный период признана достоверной Банком России;

            - оценка качества ссудной задолженности соответствует требованиям Положения Банка России от 26.03.2004 года № 254-П "О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности".

            Помимо этого, материалами дела подтверждается и суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что члены органов управления не могли заведомо знать, что выдаваемые до 01.10.2015 кредиты были заведомо невозвратными.

            Доводы конкурсного управляющего о «техничности» заемщиков ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж", ООО "Нэйси", ООО "Интерстамп", ООО «Лэнтекс», ФИО5, опровергаются материалами дела. При этом конкурсный управляющий не представляет достоверных и допустимых доказательств и не учитывает:

            - положительную кредитную историю заемщиков на момент выдачи кредитов;

            - оплату процентов по кредиту заемщиками, плоть до отзыва лицензии у Банка, а так же частичный и полный возврат кредитных средств указанными заемщиками;

            - наличие в материалах дела доказательств реальности обеспечений в виде залога недвижимого имущества и товаров в обороте;

            - в том числе Предписаниями Банка России, указана соответствующая категория качества судной задолженности указанных заемщиков без резервирования 100%, даже на дату отзыва лицензии Банка (13.03.2017);

            - иные обстоятельства, свидетельствующие о реальной деятельности заемщиков, включая выездные проверки заемщиков Временной администрацией Банка о чем 24 марта 2017 года были составлены акты о нахождении заемщиков по их адресу.

            - одобрение органами управления и выдача кредитов Банком осуществлялись только после всесторонней оценки заемщиков и заключений профильных комитетов и служб Банка в полном соответствие с Положением Банка России от 26.03.2004 года № 254-П "О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности";

            - кредиты были обеспечены залогами, а так же поручительствами, предоставляемыми заемщиками и третьими лицами, а также иными способами

            Относительно доводов по заемщикам необходимо отметить, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий опровергаются материалами дела.

            Вывод суда первой инстанции о том, что отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что члены органов управления, выдавая кредиты заемщикам ООО "Бизнес Центр "Отрада Вилладж" ООО «Лэнтеск», ООО «Нэйси» и ООО «Интерстамп» до 08.10.2015 знали или должны были знать о том, что указанные займы не будут возвращены, основан исключительно на представленных в материалы дела доказательствах.     

            Таким образом, доводы апелляционных жалоб не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителей с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционных жалоб доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции.

            Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

            На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

            С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации            

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2022 по делу № А40-48663/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      А.А. Комаров 

Судьи:                                                                                               Ю.Л. Головачева 

                                                                                                           Ж.Ц. Бальжинимаева