﻿

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                          Дело № А45-7577/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 ноября 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

Иващенко А.П., 

судей

Кудряшевой Е.В., 

Усаниной Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. без использования средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Сергеева Сергея Сергеевича (№07АП-7793/2021(4)) на определение от 30.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-7577/2020 (судья Кодилова А.Г.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ирида» (630005, г. Новосибирск, ул. Николая Островского, д.111 корп.5 пом.17, ИНН 5406608487, ОГРН 1165476099645), принятое по заявлению конкурсного управляющего Сергеева Сергея Сергеевича о признании недействительной сделки должника по списанию денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сабур» (ИНН 5403354555, ОГРН 1145476000427) в размере 1 650 000 руб. и применении последствий её недействительности.

В судебном заседании приняли участие: без участия.

                                                              УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Ирида» (далее – ООО «Ирида», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Сергеев Сергей Сергеевич (далее – Сергеев С.С., конкурсный управляющий).

04.02.2021 конкурсный управляющий направил в Арбитражный суд Новосибирской области заявление о признании недействительной сделки по списанию с расчетного счета должника в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сабур» (далее – ООО «Сабур», должник) денежных средств в размере 1 650 000 руб. за период с 07.10.2016 по 25.10.2016 и применении последствий её недействительности в рамках дела о банкротстве ООО «Ирида». 

Определением суда от 30.07.2021 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий Сергеев С.С. (апеллянт) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные конкурсным управляющим требования.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что оспариваемое определение вынесено с существенным нарушением норм материального права, выводы суда не обоснованы, противоречат представленным в материалы дела доказательствам и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, материалы дела не содержат надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии правовых оснований для совершения спорного платежа. ООО «Сабур», не предоставляя конкурсному управляющему и суду первичную документацию, подтверждающую наличие встречного исполнения по сделке, злоупотребляет своим правом. Судом не учтено, что оспариваемым платежом прикрывается сделка по дарению должником в пользу ООО «Сабур» денежных средств, чем был причинен вред должнику и его кредиторам. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе. 

Судебное разбирательство по делу неоднократно откладывалось.

21.01.2021 в материалы дела поступил ответ на запрос из УФНС по Новосибирской области.

Лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещены, в судебном заседании участия не принимали, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на основании платежных поручений №327 от 07.10.2016 на сумму 520 000 руб., №326 от 07.10.2016 на сумму 260 000 руб., №337 от 14.10.2016 на сумму 500 000 руб., №342 от 18.10.2016 на сумму 200 000 руб., №348 от 20.10.2016 на сумму 100 000 руб., №358 от 25.10.2016 на сумму 70 000 руб., в назначении платежа по которым указано: «оплата по счету №1205 от 30.09.2016», ООО «Ирида» перечислило ООО «Сабур» денежные средства на общую сумму 1 650 000 руб. 

10.11.2020 временным управляющим в адрес ООО «Сабур» направлен запрос о предоставлении доказательств, подтверждающих фактическое исполнение ответчиком встречных обязательств. Запрошенные документы ООО «Сабур» не предоставлены, денежные средства должнику не возвращены. 

Ссылаясь на то, что перечисление денежных средств являются притворным, прикрывающим дарение между юридическими лицами (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок по списанию денежных средств с расчетного счета должника на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности выхода пороков сделки за пределы статьи 61.2 Закона о банкротстве, что препятствует ее квалификации в качестве недействительной по правилам статей 10 и 168 ГК РФ, а также из недоказанности наличия у сторон оспариваемой сделки умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, сговора между ними на предмет совершения сделки с целью причинить вред кредиторам должника, вывести имущество должника во избежание обращения на него взыскания и получить необоснованную выгоду.

Выводы суда первой инстанции являются верными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора платежи совершены в период с 07.10.2016 по 25.10.2016, более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника (09.04.2020), то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем они не могут быть оспорены по специальным правилам, предусмотренным Законом о банкротстве для оспаривания сделок должника.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины её проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Действительно, гражданское законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения.

В то же время наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определённая совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств её совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и (применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора) периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Приведённая правовая позиция неоднократно излагалась высшими судебными инстанциями (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

При этом каких-либо обстоятельств, указывающих на наличие в договоре дарения пороков, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, управляющим не указано, а судами не установлено.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для квалификации спорной сделки по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и по статьям 10, 168 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали ее с целью прикрыть другую сделку. Обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из ее сторон. При этом обязанность доказывания возлагается на заявителя.

По смыслу названной нормы в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. Поэтому последствием недействительности притворной сделки является применение правил о сделке, которую стороны имели в виду, то есть применение действительной воли сторон.

Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно, обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 АПК РФ).

По смыслу правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 1004/14, при признании участника сделки недобросовестным суды должны проверить, имелся ли у него разумный интерес в её совершении в целях причинения вреда кредиторам или должнику.

В настоящем деле заинтересованность ООО «Сабур» по отношению к  должнику  судом не установлена.

В связи с этим такая ситуация, при которой должник и ответчик, не будучи связанными каким-либо корпоративными или хозяйственными отношениями, совершают притворную сделку, прикрывающую договор дарения денежных средств, по убеждению суда, не имеет никакого экономического смысла и при имеющихся обстоятельствах неправдоподобна.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии разумных мотивов поведения сторон, указывающего на очевидное отклонение действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, судом не установлено, конкурсным управляющим не представлено.

Апелляционный суд также учитывает, что на момент совершения оспариваемой сделки неисполненные обязательства перед кредиторами у должника отсутствовали, признаки неплатежеспособности у должника отсутствовали, организация вела хозяйственную деятельность, что установлено судом первой инстанции и не оспаривается конкурсным управляющим.

В рассматриваемом случае совершение должником в пользу ответчика оспариваемых платежей, вопреки доводам конкурсного управляющего, не имело своей целью причинение вреда кредиторам ввиду их отсутствия. Отсутствие у конкурсного управляющего должника документации общества по спорным платежам само по себе не свидетельствует об их мнимости.

Доказательств наличия у должника на момент совершения спорных платежей признаков неплатежеспособности в материалы дела не представлено, равно как и доказательств того, что таковые возникли в результате их совершения.

Доводы апеллянта об ошибочности выводов суда первой инстанции о соотнесении видов деятельности должника с видами деятельности ООО «Сабур» правового значения для разрешения настоящего обособленного спора не имеют ввиду вышеизложенного. 

На основании выше изложенного, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемых платежей недействительными по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ (иное не доказано).

Приведенные  конкурсным управляющим доводы о наличии  необходимых доказательств для признания сделки недействительной (притворной) не могут быть приняты во внимание, как противоречащие всесторонней оценке доказательств, входящих в предмет исследования по настоящему обособленному спору, и не опровергающие выводы суда о применении в соотношении надлежащих норм Закона о банкротстве и Гражданского кодекса РФ об оспаривании сделок должника по общим основаниям.

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

По правилам статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы (предоставлена отсрочка при принятии апелляционной жалобы  к производству)  подлежат  взысканию  в доход  федерального бюджета с ООО «Ирида» в размере 3000 рублей.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 30.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 7577/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего Сергеева Сергея Сергеевича – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ирида» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

	Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий 					                      А.П. Иващенко

Судьи 									          Е.В. Кудряшева

                                                                                                                       Н.А. Усанина