Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-162074/19-48-1047

14 августа 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 14.08.19

Полный текст решения изготовлен 14.08.19

Арбитражный суд в составе:

Председательствующего: судьи  Бурмакова И.Ю. /единолично/,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

истец: АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "САНТЕХПРОМ" (107497, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА АМУРСКАЯ, ДОМ 9/6, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.09.2002, ИНН: 

<

***>),

ответчик: ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "МОСКОВСКИЙ ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ БАНК" (115419, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА ОРДЖОНИКИДЗЕ, 5, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 11.09.2002, ИНН: 

<

***>),

третье лицо ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ ФОНДА КОНСОЛИДАЦИИ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА" (дата регистрации 12.07.2017, 119049, 

<

...>, ОГРН:1177746688130, ИНН:7714997584) – привлечено протокольным определением суда от 31.07.2019 года, 

О ВЗЫСКАНИИ убытков- 32 011 932,90 рублей

при участии согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен об изложенном выше.

Истец доводы поддержал.

Ответчик возражал по основаниям, изложенным в отзыве, ссылаясь на необоснованность требований.

Исследовав материалы дела, суд установил, что исковые требования не подлежат    удовлетворению, так как признает обоснованными указанные ниже доводы ответчика.

Из материалов дела усматривается, что истец и ответчик заключили Договор на брокерское обслуживание №37 от 28.05.2015г. (далее – Договор на брокерское обслуживание) в соответствии с которым Брокер (ПАО «МинБанк») обязуется совершать от своего имени по Поручению Клиента (АО «Сантехпром») и за счет Клиента (АО «Сантехпром») сделки на организованных и внебиржевых рынках ценных бумаг.

Истцом, на основании Договора на брокерское обслуживание подано, поручение на приобретение Облигаций ПАО «МИнБанк» гос.рег. номер 40100912В Кредитный договор и Облигации) номинальной стоимостью 1000 рублей каждая, в количестве 29 999 штук на общую сумму 29 999 000 рублей.

Истец исполнил свои обязательства в соответствии с Договором на брокерское обслуживание. Поручение исполнено 02.06.2019г. Приобретение Облигаций осуществлено на Фондовом рынке ПАО Московская Биржа в соответствии с Правилами торгов, что подтверждается Отчетом организатора торгов о совершенных Брокером сделках за 02.06.2015г. Отчет о брокерских операциях и остатках за период с 01.06.2015г. по 30.06.2015г. был предоставлен способом, указанным истцом в Анкете – Заявлении Клиента при заключении Брокерского договора (электронная почта Общества – 2207058@mail.ru)

Статья 25.1 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. №395-I «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках и банковской деятельности) предусматривает, что под субординированным кредитом (депозитом, займом, облигационным займом) понимается кредит (депозит, заем, облигационный заем), одновременно удовлетворяющий следующим условиям:

если срок предоставления кредита (депозита, займа), срок погашения облигаций составляют не менее пяти лет либо кредит (депозит, заем) предоставлен без указания срока возврата, срок погашения облигаций не установлен;

если договор кредита (депозита, займа) или зарегистрированные условия эмиссии облигаций содержат положения о невозможности без согласования с Банком России:

- досрочного возврата кредита (депозита, займа) или его части, а также досрочной уплаты процентов за пользование кредитом (депозитом, займом, облигационным займом) или досрочного погашения облигаций либо в случае, если кредит (депозит, заем) предоставлен без указания срока возврата, срок погашения облигаций не установлен, возврата кредита (депозита, займа) или его части либо погашения облигаций, досрочной уплаты процентов за пользование кредитом (депозитом, займом, облигационным займом);

- расторжения договора кредита (депозита, займа) и (или) внесения изменений в этот договор;

если условия предоставления кредита (депозита, займа), включая процентную ставку и условия ее пересмотра, в момент заключения договора (внесения изменений в договор) существенно не отличаются от рыночных условий предоставления аналогичных кредитов (депозитов, займов), а выплачиваемые по облигациям проценты и условия их пересмотра существенно не отличаются от среднего уровня процентов по аналогичным облигациям в момент их размещения или внесения изменений в решение о выпуске облигаций;

если договор кредита (депозита, займа) или условия эмиссии облигаций, установленные зарегистрированным решением об их выпуске, содержат положение о том, что в случае несостоятельности (банкротства) кредитной организации требования по этому кредиту (депозиту, займу, облигационному займу), а также по финансовым санкциям за неисполнение обязательств по субординированному кредиту (депозиту, займу, облигационному займу) удовлетворяются после удовлетворения требований всех иных кредиторов.

Истец указывает, что он не был предупреждён о принадлежности приобретенных облигаций к субординированным. 

Данный довод судом отклоняется, поскольку Суд признает обоснованным довод ответчика о том, что облигации ПАО «МИнБанк» (государственный регистрационный номер 40100912В от 29.04.2015г.) являются субординированными в соответствии с Решением ПАО «МИнБанк» о выпуске облигаций от 27.03.2015 года. 

На титульном листе Проспекта ценных бумаг ПАО «МИнБанк» - облигаций серии 01, зарегистрированного Банком России 29.04.2015г. за №40100912В (далее – Проспект облигаций), а также в подпунктах «порядок и условия досрочного погашения облигаций» и «Прекращение обязательств по облигациям» п.8.9.5, в п.п.8.7, 8.19 Проспекта облигаций содержатся условия, указанные в ст.25.1 Закона о банках и банковской деятельности.

Пункт 8.8.2 Проспекта облигаций предусматривает порядок опубликования текста зарегистрированного Проспекта ценных бумаг, а также порядок ознакомления всех заинтересованных лиц с Проспектом облигаций.

Ответчик опубликовал 05.05.2015г. Проспект облигаций в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу http://www.e-disclosure.ru/portal/files.aspx?id=3007&type=7.

Таким образом, суд признает обоснованным довод ответчика о том, что у Истца до приобретения субординированных облигаций было достаточно времени для установления вида облигаций ПАО «МИнБанк» и учета всех рисков, связанных с данной ценной бумагой, а также была возможность еще 05.05.2015 года получить Проспект облигаций по адресу http://www.e-disclosure.ru/portal/files.aspx?id=3007&type=7.

Доказательств обратного истцом не представлено, а судом не установлено.

Истец в исковом заявлении сослался на ч.14 ст.25.1 Закона о банках и банковской деятельности. 

Указанная часть предусматривает, что облигации субординированного облигационного займа являются ценными бумагами, предназначенными для квалифицированных инвесторов. Номинальная стоимость одной облигации субординированного облигационного займа не может быть менее десяти миллионов рублей.

Пункт 15 ст.24 Федерального закона от 27 декабря 2018 г. №514-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования правового регулирования осуществления эмиссии ценных бумаг» предусматривает, что в случае, если размещение субординированных облигаций кредитных организаций, не отвечающих требованиям части четырнадцатой статьи 25.1 Закона о банках (в редакции №514-ФЗ), началось до дня официального опубликования №514-ФЗ, на размещение и обращение таких субординированных облигаций не распространяются требования и ограничения, установленные Законом о рынке ценных бумаг (в редакции №514-ФЗ) для размещения и обращения ценных бумаг, предназначенных для квалифицированных инвесторов, за исключением случаев, если решением о выпуске таких субординированных облигаций предусмотрено, что они предназначены для квалифицированных инвесторов.

Суд согласен с доводом третьего лица о том, что абзац 5 подп.5 п.8.7 Проспекта облигаций предусматривает, что облигации не являются ценными бумагами, предназначенными для квалифицированных инвесторов.

Таким образом, субординированные облигации ПАО «МИнБанк» размещены до вступления в силу ч.14 ст.25.1 Закона о банках и банковской деятельности, а также учитывая абз.5 подп.5 п.8.7 Проспекта облигаций, на указанные облигации ПАО «МИнБанк» не распространяются требования об их реализации квалифицированным инвесторам, в связи с чем истец приобрел облигации как неквалифицированный инвестор.

Подпункт 2 п.12 ст.189.49 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусматривает, что финансовая помощь путем приобретения дополнительного выпуска акций (внесения дополнительного вклада в уставный капитал) банка за счет денежных средств, составляющих Фонд консолидации банковского сектора, создаваемого в соответствии с Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», или имущества Агентства оказывается Банком России, Управляющей компанией или Агентством при одновременном соблюдении следующих условий, в числе прочего прекращением обязательств банка по договорам субординированного кредита (договорам депозита, займа, облигационного займа), включая обязательства по процентам и по финансовым санкциям за неисполнение обязательств по субординированным кредитам (депозитам, займам, облигационным займам), либо осуществление мены (конвертации) требований кредиторов по субординированным кредитам (депозитам, займам, облигационным займам), включая обязательства по процентам и по финансовым санкциям за неисполнение обязательств по субординированным кредитам (депозитам, займам, облигационным займам), на обыкновенные акции (доли в уставном капитале) кредитной организации.

Кроме того, ч.4 ст.25.1 Закона о банках и банковской деятельности предусматривает, что в случае снижения норматива достаточности собственных средств (капитала) кредитной организации ниже уровня, определенного нормативным актом Банка России для прекращения (мены, конвертации) субординированного кредита (депозита, займа, облигационного займа), а также в случае утверждения Советом директоров Банка России плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка или утверждения Комитетом банковского надзора Банка России (а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 3 статьи 189.49 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», также Советом директоров Банка России) плана участия Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство) в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, предусматривающих оказание Банком России или Агентством финансовой помощи, предусмотренной пунктом 8 статьи 189.49 Закона о банкротстве, обязательства кредитной организации по возврату суммы основного долга по договору субординированного кредита (депозита, займа) или по условиям облигационного займа, обязательства по финансовым санкциям за неисполнение обязательств по субординированным кредитам (депозитам, займам, облигационным займам) прекращаются в объеме, необходимом для достижения значения норматива достаточности собственных средств (капитала) указанного уровня или значений нормативов достаточности собственных средств (капитала), установленных Банком России в соответствии с Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», соответственно невыплаченные проценты по таким кредитам (депозитам, займам, облигационным займам) не возмещаются и не накапливаются.

Банк России применил меры по повышению финансовой устойчивости ПАО «МИнБанк» в качестве инвестора с использованием денежных средств Фонда консолидации банковского сектора в соответствии с Планом участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства ПАО «МИнБанк».

Таким образом, временная администрация ПАО «МИнБанк» действовала в соответствии с подп.2 п.12 ст.189.49 Закона о банкротстве, ч.4 ст.25.1 Закона о банках, в связи с чем правомерно прекратила обязательства ПАО «МИнБанк» по договору с АО «Сантехпром».

АО «Сантехпром» сообщил в исковом заявлении, что ПАО «МИнБанк» выступал в отношениях с АО «Сантехпром» в качестве эмитента, брокера и депозитария (абз.6 стр.2 иска). Также АО «Сантехпром» указал в исковом заявлении ссылку на абз.2 п.2 ст.3 Федерального закона от 22 апреля 1996 года №39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (абз.3 стр.5 иска). 

Указанная норма предусматривает, что в случае, если конфликт интересов брокера и его клиента, о котором клиент не был уведомлен до получения брокером соответствующего поручения, привел к причинению клиенту убытков, брокер обязан возместить их в порядке, установленном гражданским законодательством Российской Федерации.

Суд отклоняет доводы истца о конфликте интересов, так как ответчик действовал по поручению истца от 28.05.2015г., который указал Ответчику о необходимости приобрести облигации ПАО «МинБанк».

Возмещение возникших убытков предусмотрено ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В частности, п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимает расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п.1 ст.3 Федерального закона от 22 апреля 1996 г. №39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон о рынке ценных бумаг) брокерской деятельностью признается деятельность по исполнению поручения клиента (в том числе эмитента эмиссионных ценных бумаг при их размещении) на совершение гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) на заключение договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, осуществляемая на основании возмездных договоров с клиентом.

Закон о рынке ценных бумаг, иные нормативные правовые акты, регулирующие брокерскую деятельность, не предусматривают ответственность брокера за результаты инвестиционных решений, принятых клиентом на основе информации, предоставленной брокером.

Необходимыми условиями для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков и упущенной выгоды является наличие неправомерных (противоправных) действий ответчика и причинная связь между неправомерными действиями ответчика и возникшими у истца убытками.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении в совокупности всех указанных элементов ответственности.

При этом отсутствует причинно-следственная связь между приобретением истцом субординированных облигаций ответчика и убытками истца, вызванными прекращением исполнения обязательств ответчика перед истцом по субординированным облигациям ответчика на основании Закона о банкротстве.

Доказательств обратного истцом не представлено, а судом не установлено.

Суд отклоняет довод истца о том, что у истца на момент совершения сделки отсутствовали в штате специалисты, обладающие специальными знаниями в области ценных бумаг, так как наличие/отсутствие в штате юридического лица специалиста по ценным бумагам не может являться основанием для освобождения истца от необходимости знания законодательства Российской Федерации.

Согласно материалам дела истец ознакомился с «Уведомлением о рисках, возникающих при работе на фондовом рынке ценных бумаг и об учете денежных средств Клиента у Брокера», о чем свидетельствует подпись генерального директора истца ФИО2

В пункте 1 указанного уведомления содержится разъяснение, что существует риск потерять средства полностью или частично в результате неплатежеспособности, банкротства, иного неисполнения своих обязательств эмитентами, торговыми системами и/или другими участниками рынка.

В заключительной части уведомления истец сообщает о своем понимании, что «настоящее Уведомление не может раскрыть все возможные виды рисков, правила хранения и учета денежных средств и ценных бумаг Клиента, а также другие важные аспекты функционирования фондового рынка» и то, что истец «согласен нести все риски при работе на рынке ценных бумаг».

Следовательно, истец был предупрежден ответчиком о рисках, которые возникают при инвестировании, в том числе в субординированные облигации.

Брокер, как посредник, обязан, руководствуясь п.2 ст.3 Закона о рынках ценных бумаг, исполнять поручения клиента, но при этом не должен оценивать ликвидность приобретаемых ценных бумаг. Указанный довод следует подтверждать Договором на брокерское обслуживание №37 от 28.05.2015г., а также поручением клиента на совершение сделки с ценными бумагами (вх.№2399 от 02.06.2015г.).

Верховный суд РФ в Определении от 08.02.2018 N 305-ЭС17-15339 по делу №А40-176343/2016 указал, что денежные средства, предоставляемые по договору субординированного депозита, пополняющие капитал кредитной организации, являются инвестициями вкладчика в банковский сектор в расчете на прибыль в виде процентов. При этом, заключая такого рода договор, инвестор принимает на себя повышенные риски, которые заключаются, помимо прочего, в понижении очередности удовлетворения его требования на случай несостоятельности (соответствующие обязательства исполняются в последнюю очередь), то есть правовое положение инвестора-вкладчика при банкротстве приравнивается к правовому положению участников (акционеров) банка.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Госпошлина  и иные судебные издержки, понесенные истцом,   относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь  ст. ст. 15, 401 ГК РФ, ст.189.49 Закона о банкротстве, ст.25.1 Закона о банках и банковской деятельности,, ст. ст. 4, 65,  110, 111,   123, 124,  156, 167-171 АПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в  Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯБурмаков И. Ю.