Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, дом 28, Южно-Сахалинск, 693024, 

www.sakhalin.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Южно-Сахалинск Дело № А59-4158/2024

25.06.2025 – дата оглашения резолютивной части решения

09.07.2025 – дата изготовления решения в полном объеме

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Р. В. Есина, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания П. А. Мошенским, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «Сахалинская ГРЭС-2» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу «Теплоэнергетическая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о понуждении ответчика выполнить работы по устранению недостатков водопроводящих труб СПО-1 в соответствии с рекомендациями и замечаниями, отраженными в Техническом отчете,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью «Сахалинская механизированная колонна № 68» ИНН 

<

***>, 2) общество с ограниченной ответственностью «УК «Группа 100» ИНН 

<

***>, 3) общество с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация» ИНН 

<

***>, 4) открытое акционерное общество «Буровая компания «Дельта» УНП 400001679, 

при участии в заседании:

от истца – ФИО1, по доверенности № 15 от 21.04.2025, паспорт;

от ответчика – ФИО2, по доверенности № Д-213 от 20.10.2024, скрин паспорта (онлайн);

от третьих лиц – не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «Сахалинская ГРЭС-2» (далее по тексту АО «Сахалинская ГРЭС-2», истец) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области к акционерному обществу «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» (далее по тексту АО «ТЭК МОСЭНЕРГО», ответчик) с иском о понуждении ответчика выполнить работы по устранению недостатков водопроводящих труб СПО-1 в соответствии с рекомендациями и замечаниями, отраженными в Техническом отчете.

В обоснование заявленного искового требования истец сослался на заключенный между сторонами договор генерального подряда от 23.01.2015 № СГРЭС-15/0002, в рамках исполнения которого ответчик обязался выполнить или обеспечить выполнение всего комплекса работ в соответствии с технической документацией и передать истцу завершенный строительством, полностью оборудованный, смонтированный, прошедший гарантийные испытания и подключенный к внешней инфраструктуре объект, обеспечивающих достижение гарантированных эксплуатационных показателей. Одним из сооружений, подлежащих возвещению в рамках указанного договора, является противооползневое сооружение, представляющее собой железобетонное сооружение, препятствующее смещению грунта. В железобетонные конструкции вмонтированы водопропускные (водоотводящие) трубы, способствующие отводу сточных и грунтовых вод. В период гарантийного срока заказчиком были обнаружены недостатки в противооползневом сооружении. 26.06.2020 между сторонами составлен акт выявленных недостатков № 496, согласно которому определен перечень недостатков и необходимость рассмотрения вопроса о привлечении специализированной организации для установления причин возникновения выявленных дефектов, мероприятий и сроков по их устранению. После обследования данного сооружения специализированной организацией – АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева» была составлена техническая документация (отчет), в которой установлено некачественное выполнение строительно-монтажных работ по устройству водопропускных труб, дефекты ростверка. Основной причиной выявленных дефектов водопропускных труб является неправильная укладка труб внутри обратного фильтра из габионов и несоответствие конструкции труб проектным решениям. Таким образом, причины выявленных недостатков в полной мере относятся к зоне ответственности генерального подрядчика. Между тем, АО «ТЭК МОСЭНЕРГО» от выполнения гарантийных обязательств в части устранения выявленных недостатков уклоняется.

Ответчик представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором с требованием истца не согласился, считает требование истца не подлежащим удовлетворению по следующим обстоятельствам.

Применительно к определению гарантийного срока, то в пункте 78.1 договора в редакции дополнительного соглашения № 21 от 01.06.2020 определено, что гарантийный срок составляет 27 месяцев и исчисляется с даты подписания приемочной комиссией акта по форме КС-14. Указанный гарантийный срок распространяется и на оборудование, если производителями оборудования не установлены более длительные гарантии. Таким образом, стороны не дифференцировали гарантийный срок для выполнения работ и поставки оборудования. Акт по форме КС-14 подписан сторонами 22.11.2019, следовательно, гарантийный срок на работы и оборудование по договору истек 22.02.2022.

Между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 25 от 21.11.2022, согласно пункту 1 которого был актуализирован перечень недостатков, подлежащих устранению генподрядчиком. В абзаце 3 пункта 3 дополнительного соглашения № 25 от 21.11.2022 стороны договорились, что заказчик в порядке пункта 6 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации отказался от прав требования к генподрядчику в части устранения любых недостатков по договору, за исключением недостатков, указанных в приложениях № 1 и № 2 к данному соглашению.

Таким образом, дополнительным соглашением № 25 от 21.11.2022 были резолютированы права и обязанности сторон в части устранения недостатков в связи с истечением гарантийного срока - в части недостатков генподрядчик принял на себя обязательства их последующего устранения (Приложение № 1), по части недостатков вследствие их устранения генподрядчиком гарантийный срок продлен (Приложение № 2), часть недостатков устранялась силами заказчика, что привело к выплате генподрядчиком соответствующей компенсации (Приложение № 3). От требования устранения остальных недостатков заказчик отказался в порядке пункта 6 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Применительно к недостаткам противооползневого сооружения, то в пункте 10 Приложения № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022, указывался лишь следующий недостаток: подвижка СПО с раскрытием деформационного шва верхнего ростверка (письмо № 409 от 17.06.2021) - 28.02.202 устранено.

Следовательно, указывалось исключительно о подвижке противооползневого сооружения с раскрытием деформационного шва ростверка на основании письма № 409 от 17.06.2021. Фактически в письме шла речь о расширении трещины на фундаменте, которая была устранена 28.02.2022, о чем указано в пункте 10 приложения № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022. Иных недостатков противооползневого сооружения зафиксировано не было. В Приложениях № 1 и № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022 они не указаны, следовательно, в силу абзаца 3 пункта 3 названного Соглашения, заказчик (АО «Сахалинская ГРЭС-2») отказался от права требования устранения недостатков к генподрядчику. 

Исковые требования сформулированы как устранение недостатков водопроводящих труб СПО-1, в части обязания выполнить работы по прочистке водопроводных труб, устранению смещения и расхождения стыков водопроводящих труб, монтажу конструкций, обеспечивающих целостность водопропускных труб в местах выявленных разрывов и смещений. Тем не менее, указанные в иске недостатки не относятся к подвижке СПО-1 с раскрытием деформационного шва верхнего ростверка (письмо № 409 от 17.06.2021), не указаны в Приложениях № 1 и № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022, следовательно, в силу абзаца 3 пункта 3 названного соглашения, пункта 6 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации у истца отсутствует материальное право на иск.

Помимо изложенного, по мнению ответчика, истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права. При этом АО «ТЭК МОСЭНЕРГО» исходит из того, что избранный истцом способ восстановления нарушенного права должен отвечать принципу исполнимости судебного акта. Избрав данный способ защиты, истец не учел отсутствие возможности реального исполнения решения суда, если он будет принят в пользу АО «Сахалинская ГРЭС-2». Истцом не доказана возможность исполнения решения и реальной защиты нарушенных прав при выборе в данном случае такого способа защиты права как присуждение к исполнению обязанности в натуре. 

В письменных дополнениях к отзыву на иск, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока давности на подачу данного иска. 

О недостатках на СПО-1 истцу стало известно не позднее 26.06.2020. Срок исковой давности вопреки доводам истца, не может находиться в поле его усмотрения. Если недостатки были обнаружены в июне 2020 года, а иск предъявлен в июле 2024 года, то указанное однозначно свидетельствует о неосмотрительности истца, направлено на искусственное растягивание сроков исковой давности. По смыслу норм об исковой давности, действия заинтересованного лица не могут определять начало его течения, поскольку наступление даты начала течения срока исковой давности – это независимое от чьей-либо воли событие. Вопреки доводам истца, начало течения срока давности начинается не с момента выставления претензии, а с момента выявления недостатка. В силу системного толкования пунктов 1 и 3 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, является специальным по отношению к статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет 1 год. При этом, если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работ сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках (пункт 3 статьи 725 ГК РФ, Обзор судебной практики № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016). Так как истец узнал о недостатках СПО-1 не позднее 26.06.2020 – даты составления комиссионного акта № 496 в период гарантийного срока, то на момент подачи иска (02.07.2024) срок исковой давности является пропущенным.

Возражая против доводов ответчика, истцом указано на следующее.

В период гарантийного срока заказчиком были обнаружены недостатки противооползневого сооружения, о чем генподрядчику было направлено уведомление от 23.06.2020 № 198. Стороны составили акт выявленных недостатков от 26.06.2020 № 496. Согласно данному акту определен перечень недостатков и необходимость рассмотрения вопроса о привлечении специализированной организации для установления причин возникновения дефектов, мероприятий и сроков по их устранению. В нарушение статьи 79 договора генподрядчик уклонился от исполнения обязанности по установлению причин возникновения недостатка, не согласовал и не привлек специализированную организацию. В этой связи, в целях установления причин возникновения недостатков, заказчиком было привлечено АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева». По результатам первого этапа работ (частичное обследование) был составлен отчет, согласно которому установлены некачественно выполненные строительно-монтажные работы водопропускных труб, дефекты ростверка, несоответствие результатов работ технической документации. Также АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева» было указано, что для полного обследования всего сооружения, в том числе 144 водоотводящих труб необходимо выполнить ряд работ, позволяющих получить доступ ко всем конструкциям, трубам, узлам и сделать финальное обследование. Генподрядчик произвел указанные работы и уведомил заказчика письмом от 22.11.2021 № ТЭК/11/382 о том, что проведены работы по обеспечению доступа для проверки работоспособности 144 водоотводящих труб и запросил финальный отчет по обследованию для определения всех недостатков и их устранения. После того, как доступ для осмотра 144 водоотводящих труб был обеспечен, было проведено их финальное обследование. Таким образом, весь объем работ по выявлению недостатков противооползневого сооружения был осуществлен в два этапа. Установить все недостатки удалось только в конце 2023 года. Технический отчет АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева» от 2023 года, в соответствии со статьей 79.2 договора генерального подряда от 23.01.2015 № СГРЭС-15/0002 является результатом расследования причин выявленных недостатков (дефектов), отраженных в акте. После получения этих данных стало возможным согласование мер, порядка и сроков исправления выявленных недостатков. Важно отметить, что актом выявленных недостатков от 26.06.2020 № 496 стороны зафиксировали видимые недостатки: разрыв ростверка в местах устройства термошвов и обводнение сооружений. Причины их возникновения не установлены данным документом. Актом об устранении выявленных недостатков от 19.10.2022 № 496 именно эти видимые недостатки были устранены, о чем в Приложении № 2 к дополнительному соглашению № 26 от 22.12.2023 к договору генерального подряда от 23.01.2015 № СГРЭС-15/0002 сделана запись об их устранении. В этом Приложении № 2 к дополнительному соглашению № 26 от 22.12.2023 к указанному договору отражены недостатки, на которые гарантийный срок продлевается на 24 месяца с даты устранения. В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня установления факта нарушения своего права и определения надлежащего ответчика. причины возникновения дефектов противооползневого сооружения, а именно: непроходимость/частичная непроходимость труб и некачественный монтаж, установлены специализированной организацией в октябре 2023 года. Именно с этого момента у заказчика появились доказательства того, что ответственность за недостатки несет генподрядчик. Иск предъявлен в июле 2024 года, то есть в пределах срока исковой давности.

В дополнительных пояснениях к отзыву на исковое заявление, ответчик указал, что в декабре 2020 года для обследования противооползневого сооружения была привлечена специализированная организация ООО «Инжзащита», по итогам исследований которой истец сам 03.03.2021 направил ответчику письмо № 200 об устранении недостатков водовыпусков, а в отчете АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева», на которые ссылается истец в иске, лишь повторно констатируются обозначенные в письме № 200 от 03.03.2021 недостатки. Вопреки доводам истца, АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева» было привлечено им самим по собственной инициативе (воле). Однако, закон не связывает начало течения срока исковой давности с определением причин недостатков – необходимо лишь выявить сам недостаток, а для поиска причин его возникновения дается трехлетний срок давности. Довод истца о том, что о виновном лице стало известно позднее, должен быть отклонен, так как заказчиком давались рекомендации по устранению недостатков генеральному подрядчику как минимум в марте 2021 года, недостатки выявлены в гарантийный период, в связи с чем ответственное за их устранение лицо презюмируется (ст. 724 ГК РФ).

Определением арбитражного суда от 27.02.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: 1) общество с ограниченной ответственностью «Сахалинская механизированная колонна № 68»; 2) общество с ограниченной ответственностью «УК «Группа 100»; 3) общество с ограниченной ответственностью «Трансстроймеханизация»; 4) открытое акционерное общество «Буровая компания «Дельта».

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, явку своих представителей в суд не обеспечили. Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении заявленного иска в полном объеме.

Представитель ответчика иск не признал, поддержал доводы, изложенные в отзыве на иск и в письменных дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Между 3AO «Сахалинская ГРЭС-2» (после изменения организационно-правовой формы – АО «Сахалинская ГРЭС-2», заказчиком) и АО «ТЭК МОСЭНЕРГО» (генподрядчиком) заключен договор генерального подряда от 23.01.2015 на строительство Сахалинской ГРЭС-2 (1-я очередь) № СГРЭС-15/0002, по условиям которого в сроки и в порядке, предусмотренные договором, генподрядчик обязан выполнить или обеспечить выполнение всего объема работ в соответствии с технической документацией и передать заказчику завершенный строительством, полностью оборудованный, смонтированный, прошедший гарантийные испытания, подключенный к внешней инфраструктуре, эксплуатируемый объект, обеспечивающий достижение гарантированных эксплуатационных показателей, вместе со всей относящейся к нему документацией, а заказчик обязуется принять результат работ и уплатить договорную цену (пункт 14.1 договора).

Описание объекта (включая проект объекта) и требования к нему приведены в Приложении 1 («Техническая Спецификация»). Объем работ установлен пунктом 14.2 договора без ограничения приведенным перечнем.

Согласно пункту 14.3. договора объем и виды работ, подлежащие выполнению, определяются договором, технической документацией, а также обязательными техническими правилами.

Согласно пункту 14.4. договора генподрядчик обязан выполнить также дополнительные работы, которые включают в себя: работы, хотя прямо и не обозначенные в договоре, в технической документации и/или в обязательных Технических Правилах, но которые необходимы для достижения Объектом Гарантированных Эксплуатационных Показателей и (или) его безопасной и надежной эксплуатации. Работы, хотя прямо и не обозначенные в договоре, в технической документации и/или в обязательных технических правилах, необходимость производства которых возникла вследствие обстоятельств, которые не могли быть предвидены опытным, квалифицированным и разумным генподрядчиком на дату заключения Договора. Дополнительные работы считаются включенными в состав работ и в договорную цену, за исключением работ, необходимость выполнения которых возникла в связи с принятием заказчиком решения о включении в техническую документацию нового сооружения, не предусмотренного технической спецификацией и технической документацией, а также работы, выполнение которых приводит к корректировке проектной документации по инициативе заказчика с обязательным повторным прохождением экспертизы в ФАУ «Главгосэкспертиза России».

В пункте 14.7 договора, Стороны отмечают, что данный договор является договором на условиях «под ключ», то есть генподрядчик должен передать заказчику готовый к эксплуатации объект. Объект должен обеспечивать достижение всех гарантированных эксплуатационных показателей генподрядчиком. 

В соответствии с пунктом 58.1 рассматриваемого договора, достижение Объектом фактического завершения будет оформляться актом фактического завершения, составленным по форме, указанной в Приложении № 6. В акте фактического завершения будет указана дата фактического завершения.

Датой начала работ является дата заключения договора (пункт 62.2).

Плановая дата готовности к пуску: 27.11.2017 (пункт 62.3).

Плановая дата фактического завершения: 31.12.2017 (пункт 62.4).

Плановая дата финального завершения: определяется Сторонами в момент подписания акта фактического завершения (пункт 62.5).

Акт фактического завершения подписывается сторонами после подписания приемочной комиссией акта по форме КС-14 и прохождения гарантийных испытаний и функциональных испытаний.

С подписанием акта по форме КС-14:

- риск случайной гибели или повреждения объекта переходит на заказчика;

- начинается течение гарантийного срока;

- ответственность за ущерб, причиненный действиями эксплуатационного персонала заказчика, несет заказчик (за изъятиями, предусмотренными условиями договора) (пункт 5.8 договора в редакции дополнительного соглашения № 19 от 19.11.2019).

Согласно пункту 77 договора качество объекта, возводимого генподрядчиком, должно одновременно соответствовать: a) требованиям, установленным договором; b) обязательным техническим правилам и требованиям применимого права; c) всем разрешениям государственных органов; d) требованиям технической документации; e) технологическому, функциональному, коммерческому назначению объекта; f) оптимальным практическим нормам.

Гарантийный срок составляет 27 (двадцать семь) месяцев. Если производителями оборудования установлены более длительные гарантийные сроки (гарантии) в отношении такого оборудования, то генподрядчик уступит заказчику все права по таким гарантиям производителей оборудования в той части, в которой данные гарантии превышают гарантийный срок по договору, а если такая уступка окажется невозможной или не будет произведена по любым обстоятельствам, генподрядчик предоставит заказчику аналогичные собственные гарантии на тот же срок (пункт 78.1 в редакции дополнительного соглашения № 21 от 07.06.2020).

Началом течения гарантийного срока является дата подписания приемочной комиссией акта по форме КС-14. Гарантийный срок продляется, если объект, или какая-либо из его частей, не могут быть использованы по целевому назначению вследствие какого-либо недостатка, дефекта или повреждения, за которые отвечает генподрядчик (пункт 78.2 в редакции дополнительного соглашения № 19 от 19.11.2019).

Если во время производства работ или в течение гарантийного срока на объекте или любой части объекта будут обнаружены любые дефекты, повреждения, несоответствия (недостатки), заказчик обязан в разумный срок направить генподрядчику уведомление, в котором приводится описание недостатков (дефектов) и указываются сроки их устранения (пункт 79.1).

Не позднее 3 (трех) дней с даты получения уведомления Заказчика об обнаружении недостатков Генподрядчик обязан направить Представителя Генподрядчика для расследования причин выявленных недостатков (дефектов) и согласования с заказчиком мер, порядка и сроков исправления недостатков, а также подписания акта выявленных недостатков (пункт 79.2).

Заказчик и генподрядчик, в кратчайший срок, но не более 14 (четырнадцати) дней проводят анализ выявленных недостатков и формируют предложения об их устранении. Предлагаемые меры должны, в том числе, предусматривать, меры по уменьшению ущерба заказчика в связи с наличием и исправлением таких недостатков. Акт выявленных недостатков считается вступившим в силу с даты его подписания сторонами, либо при необоснованном отказе генподрядчика от составления или подписания такого акта, после подписания акта выявленных недостатков (дефектов) заказчиком (пункт 79.3).

Недостатки, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения генподрядчиком обязательств по договору, должны быть устранены генподрядчиком за свой счет в срок, установленный актом выявленных недостатков. Обязательство генподрядчика за свой счет устранить выявленные недостатки в выполненных работах включает в себя в том числе, обязательство повторно выполнить любую дефектную часть работ, пропущенных работ, замену или поставку измененного оборудования и материалов, доработку и ремонт оборудования и материалов (пункт 79.4). 

Если генподрядчик не устраняет недостатки в вышеуказанный срок, либо если заказчик полагает, что генподрядчик недостаточно компетентен для устранения недостатков заказчик вправе по своему выбору: a) потребовать от генподрядчика соразмерного уменьшения договорной цены; b) устранить недостатки самостоятельно, либо поручить их устранение другому подрядчику с отнесением документально подтвержденных расходов на счет генподрядчика. При этом генподрядчик соглашается, что гарантия в отношении объекта, либо его части не прекращается (пункт 79.9).

Как следует из материалов дела, 22.11.2019 между сторонами подписан акт № 1 приемки законченного строительством объекта. Из содержания данного акта следует, что данный объект капитального строительства принят в эксплуатацию.

Таким образом, с учетом положений статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации, с 23.11.2019 начал течь гарантийный срок в отношении выполненных работ и поставленного на объект оборудования. 

В период гарантийного срока заказчиком были обнаружены недостатки СПО-1 Сахалинской ГРЭС-2, о чем генподрядчику в порядке, предусмотренном условиями договора, направлено уведомление от 23.06.2020 № 198.

В указанном уведомлении, истец обозначил, что 18.06.2020 при осмотре противооползневых сооружений обнаружено, что:

железобетонный ростверк на участке СПО-1-2 ПК 0+27.52 – ПК 3+60.5, имеет увеличенные разрывы в местах устройства термошвов, величиной до 45 мм на участках 9Б, 10Б (согласно строительной координатной сетке);

ручей, расположенный в районе участка 9Б (согласно строительной координатной сетке), который должен перехватываться водоотводным лотком, уходит в грунт, тем самым обводняя участок противооползневых сооружений. 

В этой связи, заказчик в целях расследования причин выявленных дефектов, и согласования сроков и порядка их исправления, направить своего представителя.

По результатам осмотра объекта, комиссией в составе представителей истца и ответчика составлен акт выявленных недостатков № 496 от 26.06.2020.

Согласно данному Акту определен перечень недостатков и необходимость рассмотрения вопроса о привлечении специализированной организации для установления причин возникновения дефектов, мероприятий и сроков по их устранению.

Согласно акту от 19.10.2022 № 496, составленному Комиссией, состоящей из числа представителей истца и ответчика, указанные в настоящем акте недостатки (дефекты) устранены силами АО «Мосэнерго» в полном объеме.

Вместе с тем, в рамках договора от 19.07.2021 № СГРЭС-21/13/2-273-1407 на оказание услуг по комплексному обследованию противооползневого сооружения, заключенному между АО «Сахалинская ГРЭС-2» и специализированной организацией АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева» был подготовлен технический отчет.

На основании анализа результатов видеокаротажного обследования водопроводящих труб экспертная организация пришла к следующим выводам:

– значительная часть труб (13%) находится в неработоспособном состоянии; 

– состояние 60 % труб можно считать условно работоспособным – входные отверстия этих труб более чем на половину высоты сечения заполнены суглинистыми отложениями и щебнем, что существенно снижает их водоприемную и водоотводящую способность; 

– относительное смещение и расхождение стыков труб (13,8%) свидетельствует о несоответствии конструкций водоотводящих труб проектным решениям и значительно снижает их водоотводящую способность. Это позволяет оценить их состояние, как условно работоспособное. 

Из всего вышесказанного можно заключить, что водопроводящие трубы в основании СПО 1 не в полной мере выполняют функцию по отводу поверхностных и фильтрационных вод за пределы противооползневого сооружения и с территории Сахалинской ГРЭС-2. 

Основной причиной выявленных дефектов водопропускных труб является некачественное выполнение строительно-монтажных работ, а именно неправильная укладка труб внутри обратного фильтра из габионов и несоответствие конструкции труб проектным решениям.

Ссылаясь на результаты Технического отчета, составленного АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева», полученного истцом вместе с сопроводительным письмом от 31.10.2023 № 5322-310, истец направил в адрес ответчика претензионное письмо от 21.11.2023, в котором потребовал приступить к устранению недостатков, выявленных в гарантийный период на водопроводящих трубах.

В ответе на претензию ответчик отказался от их устранения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым требованием.

Оценив взаимоотношения сторон в отношении производства работ, суд квалифицирует данные отношения как подрядные, к которым подлежат применению положения параграфов 1, 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете (пункт 1 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода (пункт 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).

Как следует из пункта 2 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда на результат работы не установлен гарантийный срок, требования, связанные с недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота.

Пунктом 2 статьи 755 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.

Из вышеуказанных положений действующего законодательства в их совокупности и взаимной связи следует отличать недостатки в выполненных работах, выявленные заказчиком в период предоставленной подрядчиком гарантии и недостатки, выявленные по истечении гарантийного срока.

В пределах гарантийного срока действует презумпция вины подрядчика за недостатки (дефекты) выполненных работ и на него в соответствии со статьей 65 АПК РФ возлагается обязанность доказать, что работы им выполнены качественно, а возникшие в период гарантийного срока недостатки (дефекты) не являются следствием выполненных подрядчиком работ.

Как следует из материалов дела, акт № 1 приемки законченного строительством объекта подписан между сторонами 22.11.2019.

Соответственно, по общему правилу, гарантийный срок по выполненным в рамках данного договора работам, с учетом положений пункта 78.1 договора в редакции дополнительного соглашения № 21 от 07.06.2020, должен был истечь 23 февраля 2022 года.

Из уведомления от 23.06.2020 № 198, следует, что о выявленном недостатке, связанным с тем, что вода не перехватывается водоотводными лотками, уходит в грунт, тем самым обводняя участок противооползневых сооружений истец обратился в пределах гарантийного срока.

Суд расценивает, указанные в уведомлении от 23.06.2020 № 198 недостатки в выполненных работах, как тождественные тем недостаткам, о которых было заявлено истцом в претензионном письме от 21.11.2023. Однако ввиду получения данных технического отчета, выполненного АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева», истец сформулировал их более подробно, но смысл (суть претензии истца – обводнение участка противооползневых сооружений из-за плохого удаления с него воды) осталась прежней.

Кроме того, дополнительным основанием не считать недостатки, указанные в претензионном письме истца новыми, является и то, что каких-либо новых уведомлений, связанных с порядком осмотра и фиксации выявленных недостатков в соответствии с условиями данного договора, истцом предпринято не было. 

Как усматривается из материалов дела, с настоящим иском в электронном виде через сервис «Мой Арбитр» истец обратился в арбитражный суд лишь 02.07.2024, то есть за пределами срока исковой давности. 

Гарантийный срок - это срок выявления недостатков, а срок исковой давности - это срок для обращения за защитой нарушенного права в суд.

Если договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности начинается со дня заявления о недостатках (пункт 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018)

В рассматриваемом случае истец, зная о наличии у себя претензий к качеству выполненных ответчиком работ, длительное время не обращался за его защитой в суд, чем фактически лишил себя возможности судебной защиты.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Возражения истца относительно того, что срок исковой давности по спору подлежит исчислению, начиная с момента выявления причин их возникновения со ссылкой на дату получения технического отчета, выполненного АО «ВНИИГ им. Б. Е. Веденеева», судом рассмотрены и не принимаются, поскольку данная позиция противоречит разъяснениям, изложенным в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018.

По смыслу норм об исковой давности, действия заинтересованного лица не могут определять начало его течения, поскольку наступление даты начала течения срока исковой давности - это независимое от чьей-либо воли событие (Постановление ФАС Московского округа от 09.04.2008 № КГ-А40/1406-08 по делу N А40-43223/07-134-244.

Кроме того, дополнительным основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска, является то, что между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 25 от 21.11.2022, согласно пункту 1 которого был актуализирован перечень недостатков, подлежащих устранению генподрядчиком.

В абз. 3 пункта 3 дополнительного соглашения № 25 от 21.11.2022 стороны договорились, что заказчик в порядке пункта 6 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации отказался от прав требования к генподрядчику в части устранения любых недостатков по договору, за исключением недостатков, указанных в приложениях № 1 и № 2 к данному соглашению.

Дополнительным соглашением № 25 от 21.11.2022 были определены права и обязанности сторон в части устранения недостатков в связи с истечением гарантийного срока – в части недостатков генподрядчик принял на себя обязательства их последующего устранения (приложение № 1), по части недостатков вследствие их устранения генподрядчиком гарантийный срок продлен (приложение № 2), часть недостатков устранялась силами заказчика, что привело к выплате генподрядчиком соответствующей компенсации (приложение № 3). От требования устранения остальных недостатков заказчик отказался в порядке пункта 6 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к недостаткам противооползневого сооружения (далее – СПО-1), в пункте 10 приложения № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022 указывался лишь следующий недостаток:

- подвижка СПО с раскрытием деформационного шва верхнего ростверка (письмо № 409 от 17.06.2021). 28.02.2022 указанный недостаток устранен. 

Следовательно, указывалось исключительно о подвижке противооползневого сооружения с раскрытием деформационного шва ростверка на основе письма № 409 от 17.06.2021. 

В письме № 409 от 17.06.2021 заказчик указывал, что наблюдалась деградация шва в виде расширения трещины. 

Фактически, в письме в 2021 году речь шла о расширении трещины на фундаменте, которая была устранена 28.02.2022, о чем указано в пункте 10 приложения № 2 дополнительного соглашения № 25 от 21.11.2022.

Иных недостатков СПО-1 зафиксировано не было, в приложениях № 1 и № 2 к дополнительному соглашению № 25 от 21.11.2022 они не указаны.

При таких обстоятельствах, в силу буквального толкования абз. 3 пункта 3 названного соглашения заказчик – истец отказался от права требования устранения любых недостатков по договору к генподрядчику, за исключением недостатков, перечисленных в приложениях № 1, 2 к настоящему соглашению № 25 от 21.11.2022.

Одним из способов прекращения обязательства является соответствующее соглашение его сторон, которые согласно пункту 3 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

В этой связи, позиция АО «Сахалинская ГРЭС-2», противоречит содержанию и правовым последствиям подписанного им Соглашения № 25 от 21.11.2022, в связи с чем не может быть принята судом.

Истец, подписывая соглашение, которым фактически отказался от предъявления ответчику требования устранения любых иных недостатков, за исключением указанных в приложениях № 1 и № 2 к данному соглашению, после подписания указанного Соглашения и возникновения в связи с этим соответствующих правовых последствий, совершает действия по предъявлению требований к ответчику об устранении таких недостатков. 

Такое поведение заказчика рассматривается судом как минимум как непоследовательное.  

Действующим законодательством не допускается непоследовательное, противоречивое поведение участников гражданских правоотношений, не соответствующее ранее достигнутым между ними договоренностям, ожидаемому поведению от контрагента и обычной коммерческой честности (правило «эстоппель»). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на их достоверность.

Указанное поведение по общему правило приводит к потере права на соответствующее возражение (утверждение).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного иска. 

По правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Сахалинской области.

Судья Р. В. Есин