АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-4988/2020

15 декабря 2020 года

г. Курск

Резолютивная часть решения объявлена 09 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Захаровой В. А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «1С» 

к обществу с ограниченной ответственностью «Курские элеваторы» 

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО2 – по довер. б/н от 09.12.2019;

от ответчика: ФИО3 – по довер. б/н от 05.08.2019.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «1С» (далее – ООО «1С»), обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Курские элеваторы» (далее – ООО «Курские элеваторы»») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в сумме 50 000 руб. 00 коп. 

Определением Арбитражного суда Курской области от 07.07.2020 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

07.07.2020 от истца поступило уточненное исковое заявление, просит взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 1 172 000 руб. 00 коп.

Уточненные требования приняты судом к рассмотрению.

Определением суда от 07.08.2020 суд перешел к рассмотрению требований по общим правилам искового судопроизводства.

В судебном заседании 09.12.2020 истец уточнил исковые требования, просил  взыскать компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 1 016 000 руб. 00 коп.

Уточненные требования приняты судом к рассмотрению.

Ответчик заявленные исковые требования оспорил, представил письменный отзыв на иск, в котором сослался на то, что системные блоки, среди прочего имущества были приобретены правопредшественником ООО «Курские элеваторы» у должника ОАО «ЗЛАК», в связи с использованием обществом более современной версии (8.3) программа 1С версии 7 в хозяйственной деятельности элеватора не использовалась. Полагает, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства осуществления ответчиком действий по воспроизведению и распространению указанного программного обеспечения.

Как следует из материалов дела, является обладателем исключительных авторских прав на программы для ЭВМ «1С: Предприятие 7.7 (сетевая версия) Комплексная поставка», «1С: Предприятие 7.7 Управление распределенными информационными базами», «1С: Предприятие 7.7 Комплексная поставка для SQL».

17.03.2020 в ходе проведения проверки по адресу: 

<

...>, являющимся юридическим и фактическим адресом ООО «Курские элеваторы», осуществлённой сотрудниками полиции в рамках КУСП № 498 от 11.03.2020 г. был установлен факт незаконного использования программных продуктов, исключительные права, на которые принадлежат ООО «1С» в деятельности ООО «Курские элеваторы» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>).

В ходе проверки сотрудниками полиции было изъято четыре системных блока, на которых было установлено и хранилось нелицензионное программное обеспечение (далее - ПО) «1С».

Постановлениями ОМВД России по Золотухинскому району от 19.03.2020 и от 08.05.2020 были назначены компьютерные экспертизы.

Согласно заключению эксперта №2-146/з от 28.04.2020 на объектах исследования обнаружено следующее программное обеспечение.

НЖМД

№

Наименование программы

Количество экземпляров

1

1С предприятие 7.7 (сетевая версия). Установленные компоненты: 

Бухгалтерский учет, 

Оперативный учет, 

Расчет.

1.

3

1С предприятие 7.7 (сетевая версия). Установленные компоненты: 

Бухгалтерский учет, 

Оперативный учет, 

Расчет.

1

4

1С предприятие 7.7 (сетевая версия). Установленные компоненты:

Бухгалтерский учет, 

Оперативный учет,

Расчет

1

5 

1С:Предприятие 7.7 (сетевая версия).

Установленные компоненты:

Бухгалтерский учет,

Оперативный учет,

Расчет.

1

Таким образом, на каждом из жестких дисках № 1, №3, №4, №5 было обнаружено по одному экземпляру программы, полное коммерческое наименование которой - «1С:Предприятие 7.7 (сетевая версия). Комплексная поставка + ИТС USB».

Также, из заключения эксперта № 2-146/3 от 28.04.2020 и заключения эксперта № 2-203/з от 26.05.2020 следует, что на одном из изъятых компьютеров был записан и хранился дистрибутив «1С_77_25 setup.exe», содержащий в себе следующие экземпляры программы «1С»

нжмд

№

Наименование программь*

Количество экземпляров

3

1 С:Предприятие 7.7 для SQL

Установленные компоненты: 

Бухгалтерский учет, 

Оперативный учет, 

Расчет.

1

1С:Предприятие 7.7 (сетевая версия).

Установленные компоненты: 

Бухгалтерский учет, 

Оперативный учет, 

Расчет.

1.

1С:Предприятие 7.7 

Установленные компоненты: 

Бухгалтерский учет. 

Оперативный учет, 

Расчет,

Управление распределенными ИБ.

1

Из заключения эксперта № 2-146/з от 28.04.2020  и заключение эксперта № 2-203/з от 26.05.2020 следует, что спорные программы были запущены в отсутствии предусмотренного правообладателем ключа защиты HASP, что является основным признаком контрафактности программного обеспечения «1С».

Таким образом, из материалов проверки следует, что в деятельности ООО «Курские элеваторы» незаконно использовалось программное обеспечение, права на которое принадлежит ООО «1С».

31.05.2020 в адрес ответчика была направлена досудебная претензия, в которой представитель правообладателя предлагал урегулировать спор в досудебном порядке, которая осталась без удовлетворения.

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительных прав ООО «1С», истец обратился в суд с настоящим иском.

Исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ к объектам авторских прав также относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения. 

При этом, исходя из положений статьи 1262 ГК РФ, для возникновения авторских прав на программы для ЭВМ государственная регистрация такой программы не является обязательным условием.

Авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения (статья 1261 ГК РФ).

Дистрибутивы являются объектом правовой охраны, представляя собой разновидность программ для ЭВМ, нелицензионное использование дистрибутивов (их воспроизведение на ЭВМ) влечет ответственность по правилам гражданского законодательства о нарушении исключительных прав на программы для ЭВМ.

В соответствии с частью 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В силу пункта 1 части 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением. 

Таким образом, запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, является воспроизведением (использованием произведения), кроме случая, когда такая запись является временной и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование записи или правомерное доведение произведения до всеобщего сведения.

Согласно пункту 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» использование модифицированной программы для ЭВМ в отсутствие письменного договора с правообладателем, которым передается право на такое использование программы для ЭВМ как ее модификация, само по себе является нарушением авторских прав.

С учетом изложенного, применительно к настоящему спору в предмет доказывания входит факт принадлежности истцу исключительных прав на программы для ЭВМ, а также факт нарушения ответчиком этих исключительных прав одним из способов, перечисленных в части 2 статьи 1270 ГК РФ.

Принадлежность истцу исключительных прав, в защиту которых предъявлен настоящий иск, подтверждается материалами дела, договором об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 09.12.2010, договор об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 28.02.2011, и участвующими в деле лицами не оспаривается. 

При этом доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику в установленном законом порядке своих исключительных прав на использование программного обеспечения, в материалы дела не представлено. 

Учитывая повышенный стандарт поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями (статья 10 ГК РФ), которым является юридическое лицо-ответчик, при подтверждении факта наличия контрафактных компьютерных программ на материальных носителях, принадлежащих такому лицу, действия со стороны владельца материальных носителей по сохранению программ в их память презюмируются до тех пор, пока владельцем материального носителя не доказано иное.

В связи с этим, при условии подтверждения факта наличия контрафактного программного обеспечения на имуществе ответчика, оставление бремени доказывания на истце необоснованно и неразумно, поскольку делает практически невозможным доказывание факта нарушения по таким делам. Ввиду того, что приобретение владения программой для ЭВМ возможно только посредством активных действий по сохранению программы в памяти ЭВМ, лицо, владеющее программой, должно доказать, что приобрело право владения правомерно, или, как в настоящем случае, опровергнуть факты, свидетельствующие о его неправомерном владении.

Следовательно, наличие факта хранения программы в памяти ЭВМ будет свидетельствовать об их использовании владельцем материального носителя посредством сохранения до тех пор, пока не доказано иное.

Вместе с тем следует учитывать, что ответственность за хранение в памяти компьютера контрафактного программного обеспечения также возлагается нормами действующего законодательства на участников экономических отношений.

Хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения. Данный вывод следует из нормы статьи 1 (4) Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20.12.1996, участником которого является Российская Федерация, в толковании согласованного заявления к указанной норме, согласно которому право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 года (далее – Бернская конвенция), и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции.

Аналогичное понимание хранения программы для ЭВМ в памяти компьютера как использования объекта авторского права, влекущего ответственность, содержится в статье 4 Директивы 2009/24/ЕС Европейского парламента и Совета от 23.04.2009, применимой в Европейском Союзе, согласно которой поскольку такие действия как загрузка в память компьютера, отображение на экране, эксплуатация, передача или хранение компьютерной программы в памяти устройства влекут за собой воспроизведение, совершение таких действий возможно только с согласия правообладателя.

Норма статьи 1279 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня способов использования произведения и указывает на то, что использование произведения, влекущее нарушение прав правообладателя, может быть осуществлено не только в формах, перечисленных в этой норме, но и иными способами.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о формировании современного унифицированного стандарта использования программ для ЭВМ как в форме записи (сохранения) в память компьютера, так и в форме хранения в его памяти, поскольку как сохранение, так и хранение влекут воспроизведение компьютерной программы.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400. 

С учетом изложенного, доводы ответчика об отсутствии какие-либо доказательств осуществления ответчиком действий по воспроизведению и распространению указанного программного обеспечения, отклоняются судом, как необоснованные.

Факт размещения на жестком диске ЭВМ, принадлежащего ответчику, программных продуктов «1С», авторские права на которые принадлежат истцу, подтвержден протоколом осмотра места происшествия от 17.03.2020 (л.д. 13-16), составленным старшим оперуполномоченным ЭП и ПК ОМВД России по Золотухинскому району ФИО4 в присутствии представителя  ответчика – ФИО5, заключениями эксперта № 2-146/з от 28.04.2020, №2-203/з от 26.05.2020 (имеются в материалах дела). 

При этом осмотр произведен в помещении, принадлежащем ответчику, в присутствии приглашенных лиц (понятых), подписан без замечаний и возражений.

Указанные действия уполномоченных лиц в предусмотренном законом порядке не оспорены, незаконными не признаны. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленные документы в данном случае являются допустимыми доказательствами.

Согласно положениям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Из искового заявления следует, что неработоспособная система защиты от несанкционированного доступа к программе, предусмотренная правообладателем, свидетельствует о контрафактности обнаруженного программного обеспечения.   

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, для защиты компьютерной информации и баз данных правообладатель применяет ключ аппаратной защиты «HASP», без указанного ключа правомерная работа в программах общества «1С» невозможна. При этом любые попытки заменить существующий ключ защиты какими-либо программными и/или аппаратно-программными средствами (эмуляторами) является незаконным вмешательством в работу защищенных программ (модификацией) и нарушением целостности автоматизированных аппаратнопрограммных комплексов, а также приводит к несанкционированному правообладателем воспроизведению и использованию программ для ЭВМ (несанкционированное блокирование, модификация и компьютерной информации, нарушение работы ЭВМ). 

Нарушением исключительных прав правообладателя (незаконным использованием) является в силу подпункта 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ переработка (модификация) программы для ЭВМ, под которой закон понимает любые изменения, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя. 

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что возможность запуска программ, в том числе дистрибутива «1С_77_25setup.exe», без ключа защиты была установлена на ЭВМ ответчика, а отсутствие именно аппаратного ключа «HASP», который является средством защиты от нелегального копирования данной программы, свидетельствует о контрафактности программного продукта ответчика. 

Таким образом, представленными в материалы дела документами подтверждается, что дистрибутив «1С_77_25setup.exe», установленный на компьютере ответчика, является контрафактным, поскольку программы из него запускались без обязательного ключа защиты HASP, что свидетельствует об их модификации (пункт 9 статьи 1270 ГК РФ).

Дистрибутивы являются объектом правовой охраны, представляя собой разновидность программ для ЭВМ, нелицензионное использование дистрибутивов (их воспроизведение на ЭВМ) влечет ответственность по правилам гражданского законодательства о нарушении исключительных прав на программы для ЭВМ.

Таким образом, представленными в материалы дела документами подтверждается, что программные продукты, возможность использования которых была в наличии у ответчика благодаря дистрибутиву «1С_77_25setup.exe», являются контрафактными, поскольку запускались без обязательного ключа защиты HASP, что свидетельствует об их модификации (пункт 9 статьи 1270 ГК РФ).

Дистрибутивы являются объектом правовой охраны, представляя собой разновидность программ для ЭВМ, нелицензионное использование дистрибутивов (их воспроизведение на ЭВМ) влечет ответственность по правилам гражданского законодательства о нарушении исключительных прав на программы для ЭВМ.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что действия ответчика свидетельствуют о незаконном использовании дистрибутива программных продуктов на ЭВМ и нарушают исключительные права истца.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, для защиты компьютерной информации и баз данных правообладатель применяет ключ аппаратной защиты «HASP», без указанного ключа правомерная работа в программах общества «1С» невозможна. При этом любые попытки заменить существующий ключ защиты какими-либо программными и/или аппаратно-программными средствами (эмуляторами) является незаконным вмешательством в работу защищенных программ (модификацией) и нарушением целостности автоматизированных аппаратно-программных комплексов, а также приводит к несанкционированному правообладателем воспроизведению и использованию программ для ЭВМ (несанкционированное блокирование, модификация и компьютерной информации, нарушение работы ЭВМ).

Вместе с тем, возможность запуска программ без ключа защиты была установлена на ЭВМ ответчика.

Нарушением исключительных прав правообладателя (незаконным использованием) является в силу подпункта 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ переработка (модификация) программы для ЭВМ, под которой закон понимает любые изменения, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

Из материалов дела следует, что отсутствие именно аппаратного ключа «HASP», который является средством защиты от нелегального копирования данной программы, свидетельствует о контрафактности программного продукта ответчика.

Документы, подтверждающие факт легального использования указанного программного продукта в своей деятельности, а именно применения ключ аппаратной защиты «HASP», ответчиком не представлены.

Ссылки ответчика на приобретение, изъятых в ходе проведения проверки, системных блоков, на котором были установлены спорные продукты ПО и  дистрибутив «1С_77_25setup.exe», у должника ОАО «Злак» единым лотом, равно как и доводы о том, что ООО «Курские элеваторы» использует более современную версию программ «1С» (8.3), не имеют  правового значения, поскольку в ходе проведения компьютерных экспертиз, назначенных постановлениями ОМВД России по Золотухинскому району от 19.03.2020 и от 08.05.2020,  установлено, что спорные продукты,  наряду  с версией программы «1С» (8.3), были установлены на НЖМД изъятых системных блоков, и функционировали при тестовых запусках. Кроме того, суд учитывает, что ответчик, действий по удалению спорных  программных продуктов с момента приобретения по 17.03.2020 года не предпринял.

Документы, подтверждающие факт легального использования спорных программных продуктов ответчиком не представлены.

В силу положений части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Оценив фактические обстоятельства дела, исследовав материалы дела в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу, что ответчиком не представлено доказательств, опровергающих выводы экспертов, изложенных в представленных экспертных заключениях.

При этом соответствующих ходатайств о назначении судебной экспертизы по делу ответчиком не заявлено. 

Суд также принимает во внимание, что в силу пункта 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» сам по себе отказ в привлечении лица к уголовной ответственности за нарушение авторских прав не означает невозможности применения к нему мер гражданско-правовой ответственности.

В рассматриваемом случае суд исходит из того, что за нарушение авторских прав может быть применена как уголовная или административная, так и гражданско-правовая ответственность.

Непривлечение к уголовной ответственности само по себе не свидетельствует об отсутствии нарушения лицом авторских прав, поскольку состав гражданско-правового деликта отличается от состава преступления, предусмотренного статьей 146 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом суд исходит из того обстоятельства, что факт хранения программы для ЭВМ в памяти компьютера является формой использования программного обеспечения, следовательно, является основанием ответственности общества. 

Использование спорных программ именно ответчиком подтверждается материалами дела.

В связи с тем, что факт использования ответчиком программного обеспечения установлен, суд приходит к выводу о нарушении исключительных прав истца и о наличии основания для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных указанным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Размер компенсации за нарушение авторских прав рассчитан истцом на основании подпункта 3 статьи 1301 ГК РФ, исходя из размера двукратной стоимости использования программных продуктов, что составило 1 016 000 руб.                 00 коп. (508 000 руб. х 2). Расчет произведен на основании справочника цен на лицензионное программное обеспечение, разработанного Некоммерческим Партнерством Поставщиков Программных Продуктов за 2019 год. Использование самостоятельной версии программного обеспечения использовалось на каждом из изъятых компьютере,  что установлено в ходе проведения компьютерных экспертиз, назначенных постановлениями ОМВД России по Золотухинскому району от 19.03.2020 и от 08.05.2020.

Согласно расчету правообладателя, содержащемуся в уточненном исковом заявлении, размер компенсации за нарушение исключительных прав составил 508 000  руб. 00 коп.: ((78 000 (стоимость программы 1С: Предприятие 7.7 (сетевая версия). Компл. поставка) + ИТС USB, установленная на НДМД 1, 3, 4, 5) + (146 000  (стоимость программы 1С:Предприятие 7.7 для SQL. Компл. поставка + ИТС USB) + (25 000 (стоимость программы 1С: Предприятие 7.7. ПРОФ. Комплексная поставка + ИТС USB)+ (25 000 (стоимость программы 1С: Предприятие 7.7. Управление распределенными информационными базами USB) * 2 (двукратная стоимость права использования)). 

Правовой подход к определению размера компенсации за нарушение исключительных прав на программные продукты, исходя из ориентировочной стоимости, приведенной в справочнике цен на лицензионное программное обеспечение, соответствует нормам действующего законодательства и не противоречит разъяснениям высшей судебной инстанции (постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2018 по делу №А42-6657/2015).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 3 статьи 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – Постановление № 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-2988, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3088, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-4299, от 18.01.2018 № 305-ЭС17-16920 и  от 13.11.2018 № 305-ЭС18-14243.

Ответчик расчет не оспорил, ходатайств о снижении размера компенсации, не заявлял, что с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, лишает суд возможности его снижения по собственному усмотрению. 

Статьей 71 АПК РФ установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

С учетом изложенного, оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика. В части госпошлины, подлежащей оплате после увеличения истцом размера исковых требований, госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 17, 102, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «1С» удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Курские элеваторы» в пользу общества с ограниченной ответственностью «1С» компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 1 016 000 руб. 00 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. 00 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Курские элеваторы» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 21 160 руб. 00 коп. 

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца со дня его принятия  в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                          В. А. Захарова