АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 апреля 2021 года

Дело №

А13-19355/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Зарочинцевой Е.В., ФИО1,

рассмотрев 13.04.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Арктур» ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 16.11.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 по делу № А13-19355/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 27.11.2017  принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Арктур», адрес: 160000, 

<

...>, кв. 270, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Решением от 11.01.2018 Общество признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В рамках дела о банкротстве Общества конкурсный управляющий 22.04.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь солидарно ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в размере 895 838 411,89 руб. 

При рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Мособлбанк» (далее - Банк), ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Поларис» (далее - ООО «Поларис»), общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Предтеченская 83» (далее - ООО УК «Предтеченская 83»), ФИО7.

Определением от 16.11.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 16.11.2020, постановление от 03.02.2021 и принять новый судебный акт об удовлетворении его заявления.

Податель кассационной жалобы ссылается на ничтожность сделок по перечислению денежных средств в «фирмы-однодневки», а также настаивает на том, что срок исковой давности по заявленному требованию им не пропущен. 

Как указывает ФИО2, суды неправильно применили нормы права, регулирующие порядок применения срока исковой давности, в связи с чем необоснованно посчитали его пропущенным. 

В ходатайстве, поступившем в суд 12.04.2021 в электронном виде, ФИО2 просит рассмотреть его кассационную жалобу в отсутствие его представителя. 

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ)          общество с ограниченной ответственностью «Ленторг» (далее - ООО «Ленторг») 01.04.2015 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к Обществу. 

В период с 22.06.2012 по 16.11.2014 генеральным директором ООО «Ленторг» являлся ФИО4, в период с 17.11.2014 по дату прекращения деятельности ООО «Ленторг» (01.04.2015) обязанности генерального директора исполнял ФИО5

Также судами установлено, что руководителями Общества в период с 24.11.2014 по 18.08.2015 являлся ФИО7, с 19.08.2015 по 13.06.2016 – ООО «Поларис», с 14.06.2016 по 09.10.2017 – ООО УК «Предтеченская 83», с 10.10.2017 по 02.11.2017 – ФИО6 и с 03.11.2017 по 10.01.2018 – ликвидатор ФИО6

Между Банком (кредитором) и ООО «Ленторг» (заемщиком) 18.03.2013 заключен кредитный договор № 

<

***>, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредит в форме кредитной линии с лимитом задолженности в размере 230 000 000 руб. на период с 18.03.2013 по 18.09.2014 с установлением процентов за пользование кредитом в размере 18 % годовых.

Срок полного погашения задолженности заемщика установлен не позднее 18.09.2014.

Денежные средства в размере 230 000 000 руб. 00 коп. перечислены на счет ООО «Ленторг» № 4520781060000000

<

***>, открытый в Банке, что подтверждается выпиской по счету за 18.03.2013.

Обязательства по кредитному договору от 18.03.2013 № 

<

***> обеспечены залогом принадлежащего ООО «Ленторг» оборудования в соответствии с договором залога от 29.11.2013 № 

<

***>-З, поименованным в Приложении № 1 к договору залога.

Залоговую стоимость оборудования стороны определили в размере 244 027 153 руб.

Также между Банком (кредитором) и ООО «Ленторг» (заемщиком) 24.10.2013 заключен кредитный договор № 

<

***>, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредитную линию с суммой лимита задолженности в размере 100 000 000 руб. на период с 24.10.2013 по 23.12.2014 с взиманием процентов за пользование кредитом в размере 18 % годовых.

Цель выдачи кредита - пополнение оборотных средств, срок полного погашения задолженности заемщика установлен не позднее 23.12.2014.

Денежные средства в размере 100 000 000 руб. перечислены на счет ООО «Ленторг» № 45207810000000

<

***>, открытый в Банке, что подтверждается выпиской по счету за 24.10.2013.

Обязательства по кредитному договору от 24.10.2013 № 

<

***> обеспечены залогом принадлежащего ООО «Ленторг» оборудования в соответствии с договором залога от 29.11.2013 № 

<

***>-З, поименованным в Приложении № 1 к договору залога. Залоговую стоимость оборудования стороны определили в размере 100 201 548 руб.

Кроме того, между Банком (кредитором) и ООО «Ленторг» (заемщиком) 06.12.2013 заключен кредитный договор № 

<

***>, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредит в форме кредитной линии с лимитом задолженности в размере 120 000 000 руб. на период с 06.12.2013 по 05.02.2014 с взиманием процентов за пользование кредитом в размере 18 % годовых.

Срок полного погашения задолженности заемщика установлен не позднее 23.12.2014.

Денежные средства в размере 120 000 000 руб. перечислены на счет Ленторг» № 45207810000000

<

***>, открытый в Банке, что подтверждается выпиской по счету за 06.12.2013.

Решением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2015 по делу № А41-28539/2015 с Общества как правопреемника ООО «Ленторг», а также поручителя - открытого акционерного общества «Республиканская финансовая Корпорация» в пользу Банка взыскана задолженность по вышеуказанным кредитным договорам: 

<

***> 221,91 руб. – по кредитному договору от 18.03.2013 № 

<

***>, 145 407 679,43 руб. – по кредитному договору от 24.10.2013 № 

<

***>, 158 179 624,13 руб. – по кредитному договору от 06.12.2013 № 

<

***>; обращено взыскание на имущество, заложенное по договору залога от 29.11.2013 № 

<

***>-З с установлением его начальной продажной цены в размере 100 201 548 руб., а также на имущество, заложенное по договору залога от 29.11.2013 № 

<

***>-З с установлением его начальной продажной цены в размере 158 179 624,13 руб. 

Требования Банка, подтвержденные названным решением суда, включены в реестр требований кредиторов Общества (далее – Реестр) определением от 22.05.2018 в размере 895 035 100,76 руб., в том числе 450 000 000 руб. - основной долг, 292 114 041,05 руб. - проценты, 5 300 000 руб. - комиссия, 147 515 059,71 руб. - пени, 106 000 руб. - государственная пошлина.

Полагая, что правопредшественник должника - ООО «Ленторг», руководителем которого являлся ФИО4, получил в Банке кредитные средства без реальной цели использования их в предпринимательской деятельности и заведомо в условиях их невозврата, а юридические лица, которым ООО «Ленторг» перечислило полученные от Банка средства, являлись «фирмами-однодневками» и реальную хозяйственную деятельность не вели, при этом ФИО5, на которого были возложены обязанности руководителя ООО «Ленторг» с ноября 2014 года, то есть за месяц до начала процедуры реорганизации, является «массовым» руководителем и учредителем юридических лиц, ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. При этом в отношении ФИО3 конкурсный управляющий ссылается на то, что, будучи руководителем управляющей компании Общества - ООО «Поларис», ФИО3 также обязан был, но не предпринял действий по привлечению бывших руководителей ООО «Ленторг» к ответственности в виде взыскания убытков. 

Суд первой инстанции, изучив и оценив обстоятельства спора и представленные доказательства, не установил совокупности обстоятельств, достаточной для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а ФИО3 – также по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 03.02.2021 оставил определение от 16.11.2020 без изменения.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017               № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона           № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае обстоятельства, на основании которых заявлено требование о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности, имели место в 2013-2015 годах, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Таким образом, судами правомерно указано на то, что спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ).

Пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации               (далее - ГК РФ) предусмотрено, что, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений, субсидиарная ответственность применяется в случае, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий).

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период) заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

По правилам абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых очевидно не будет соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Оценив периоды исполнения ФИО4 и ФИО5 обязанностей руководителя ООО «Ленторг» во взаимосвязи с датой возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) Общества (27.11.2017), суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали, что отсутствуют основания для признания их лицами, контролировавшими должника и его правопредшественника ООО «Ленторг», в смысле и значении, установленных статьей 2 Закона о банкротстве.

Доказательств обратного ФИО2 суду не представил, новых доводов, отличных от заявленных при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций, не заявил. 

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

При этом субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472, суд должен проверить, каким образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.

Исходя из положений приведенных норм права суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для вывода о том, что действия (бездействие) ФИО3, ФИО4, ФИО5 безусловно повлекли банкротство должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В силу разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника. Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В рассматриваемом случае довод конкурсного управляющего о том, что у ООО «Ленторг» не имелось реальной цели использования в предпринимательской деятельности кредитных средств, полученных у Банка, не подтверждается материалами дела, в связи с чем правомерно отклонен судами.

ООО «Ленторг» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.11.2009. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности организации являлась прочая оптовая торговля (код 51.70 ОКВЭД).

Суды установили, что кредитные средства привлекались для пополнения оборотных средств, которые требовались для закупок оборудования, в целях последующей перепродажи; платежи кредитными средствами производились в пользу поставщиков, которые поставляли товары, предоставленные в последующем в залог Банку; договоры поставки, заключенные ООО «Ленторг» с поставщиками имеются в материалах кредитного досье, проверены Банком и его службой безопасности при даче заключения о выдаче кредита.

Согласно представленным в материалы дела сведениям финансовое состояние ООО «Ленторг» было проверено Банком и позволяло прогнозировать высокую вероятность возврата заемных средств; кредитные обязательства были обеспечены поручительствами иных лиц, залогом имущества.

Согласно данным бухгалтерской отчетности за 2013 год у ООО «Ленторг» имелись запасы балансовой стоимостью 660 161 000 руб. (строка 1210 раздела «Оборотные активы»).

Проверяя доводы о мнимости платежей, перечисленных третьим лицам за счет кредитных денежных средств, суды также обоснованно с учетом положений статьи 69 АПК РФ приняли во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2015 по делу № А41-28539/2015, согласно которому в пользу Банка обращено взыскание на имущество, заложенное по договорам от 29.11.2013 № 

<

***>-З и от 29.11.2013 № 

<

***>-З, соответственно судом установлен факт наличия спорного имущества в натуре. На момент такой проверки ООО «Ленторг» уже было присоединено к Обществу, соответствующий иск предъявлен к Обществу, руководителем должника в указанный период являлось ООО «Поларис».

Также судами правильно отклонен довод ФИО2 о неисполнении ФИО3, занимавшим должность руководителя управляющей компании должника ООО «Поларис», обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в срок не позднее 13.05.2016, то есть по истечении одного месяца с даты завершения процедуры реорганизации Общества. 

Данный эпизод судами первой и апелляционной инстанций отклонен со ссылкой на пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, пункты 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Оснований не согласиться с данным выводом у суда кассационной инстанции также не имеется. Судами исследованы представленные в материалы дела доказательства и сделан правильный вывод о том, что обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом возникла у ФИО3 не ранее 13.06.2016, которую он должен был исполнить не позднее 13.07.2016. Вместе с тем ФИО3 являлся генеральным директором ООО «Поларис» до 13.06.2016, что исключает возможность подачи им заявления о признании должника банкротом.

Возражая против удовлетворения требований ФИО2, ответчики также заявили о пропуске им срока исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43), если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Срок исковой давности исчисляется со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, правомерно исчислив начало течения данного срока с даты утверждения ФИО2 в качестве конкурсного управляющего, то есть с 11.01.2018, между тем пришел к ошибочному выводу о пропуске конкурсным управляющим на дату обращения с настоящим заявлением годичного срока исковой давности, в связи с чем, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 199 ГК РФ, с учетом разъяснений пункта 15 Постановления № 43, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с указанным выводом, поскольку Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 488-ФЗ) в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. 

Срок исковой давности, предусмотренный пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, по требованию конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков составлял один год и подлежал исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Согласно статье 4 Закона № 488-ФЗ положения пунктов 5 - 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции названного закона применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим в суд 22.04.2019, ФИО2 утвержден в качестве конкурсного управляющего должника 11.01.2018.

На момент истечения годичного срока исковой давности по названному требованию (11.01.2019) Закон о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и Закона № 488-ФЗ утратил силу в связи с принятием Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 названного Закона, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Таким образом, на дату вступления в силу Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ срок исковой давности по требованию о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности не истек.

Между тем, суд кассационной инстанции считает, что неверное исчисление судами срока исковой давности не привело к вынесению неправильных судебных актов. 

Как указано выше, суды также проверили наличие материально-правовых оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и обоснованно установили их отсутствие.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Доводы, указанные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию с оценкой установленных судами фактических обстоятельств дела, что не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права. Основания для иной оценки фактических обстоятельств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 16.11.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 по делу № А13-19355/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Арктур» ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

Е.В. Зарочинцева

ФИО1