Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-30275/2023

08 сентября 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  05 сентября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  08 сентября 2023 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Варениковой А.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью «ГСП-5» (адрес:  Россия 196084, Санкт-Петербург, ул. Ташкентская, д.3, к.3, лит. Б, ком.15, ОГРН: 

<

***>);

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Десна Московский» (адрес:  Россия 191119, 

<

...>, лит.А, ОГРН:  

<

***>);

о взыскании убытков,

при участии: 

- от истца: ФИО2 (доверенность от 12.12.2022),

- от ответчика: ФИО3 (доверенность от 02.03.2023), 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ГСП-5» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Десна Московский» (далее – ответчик) о взыскании суммы понесенных убытков в размере 22 213 766,78 руб., неосновательного обогащения в размере 3 087 328,40 руб.

Дело принято к производству судьей Балакир М.В.

Распоряжением Заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.07.2023, в связи с назначением судьи Балакир М.В. на должность судьи Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, дело передано для рассмотрения в производство судье Варениковой А.О.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования.

Ответчик возражал на иск, ссылаясь на недоказанность факта причинения убытков, а также указывая на то, что договором аренды предусмотрено право арендатора на удержание имущества до момента оплаты долга.

Заслушав пояснения сторон, рассмотрев представленные доказательства, суд установил следующее.

Между ООО «СГК-5» (после переименования - ООО «ГСП-5», арендатор, истец) и ООО «Десна Московский» (арендатор, ответчик) был заключен договор аренды нежилого помещения от 06.12.2017 №061217Б, в соответствии с которым арендодатель принял на себя обязательство предоставить арендатору за плату во временное пользование и владение (аренду) недвижимое имущество - нежилые помещения, расположенные в нежилом здании (Бизнес-центр «Ренессанс Премиум»), находящемся по адресу: 

<

...>, лит. А, а именно часть Помещения 11-Н (часть ч.п. 2), площадью 475,0 кв.м., расположенного на 5 этаже здания, для использования под организацию офиса (пункты 1.1-1.3 договора)

Согласно пункту 1.6 договора, он заключен на неопределенный срок. При этом в пункте 7.3.2 договора указано, что в случае, если арендатор фактически пользуется помещениями более одного календарного года (при этом срок начала исчисления использования считается дата подписания акта приема-передачи помещений по Договору), арендатор обязуется уведомить арендодателя о намерении освободить помещения и прекратить действие договора не позднее, чем за 6 месяцев до планируемой даты расторжения.

Порядок внесения  арендной платы установлен разделом 3 договора, в соответствии с которым арендная плата состоит из базовой и переменной частей. Базовая часть арендной платы включает в себя: Базовую арендную плату за пользование Помещениями,  указанными в пункте 1.2 настоящего Договора. Переменная составляющая арендной платы включает в себя стоимость расходов за фактически потребленную арендатором электроэнергию.

Как указано в пункте 4.2 договора, начиная со второго месяца аренды арендатор уплачивает арендодателю арендную плату ежемесячно, согласно счета арендодателя или на основании договора, путём предоплаты в течение первых 5 рабочих дней оплачиваемого периода на банковские реквизиты, указанные в п. 9 договора.

За просрочку в оплате счетов, в том числе счетов по оплате арендной платы арендодатель имеет право взыскать  штрафную неустойку в виде пени в размере 0,3% от суммы просроченного платежа за каждый календарный день просрочки (пункт 4.3 договора).

Одновременно в пункте 4.5 договора указано, что в случае, если Арендатор допускает просрочку уплаты арендной платы более чем на 30 календарных дней, арендодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от договора на основании ст. 450.1 ГК РФ. В данном случае Договор будет считаться расторгнутым, начиная со дня получения Арендатором письменного уведомления о расторжении Договора, либо с даты получения от почтовой службы уведомления о невозможности вручения письменного уведомления о расторжении договора по причине отсутствия Арендатора по указанному адресу.

Положениями пункта 4.1.2 договора аренды предусмотрено внесение арендатором авансового платежа в размере 828 034,25 руб. как гарантии надлежащего исполнения обязательств арендатора по договору.

В течение срока действия договора арендодатель вправе использовать авансовый платеж по своему усмотрению при проведении взаиморасчетов с арендатором. Арендодатель обязан письменно уведомить арендатора об учете суммы авансового платежа в счет погашения любой из задолженностей Арендатора в рамках настоящего договора.

Сторонами особо оговорено, что весь или часть авансового платежа могут быть использованы в качестве уплаты любой арендной платы или иной суммы, не выплаченной арендатором в срок по настоящему договору, или любой иной суммы, причитающейся арендодателю вследствие нарушения арендатором любого из условий настоящего договора (включая, но не ограничиваясь случаями причинения вреда помещениям или имуществу арендодателя). 

При намерении сторон расторгнуть договор в согласованном порядке и при условии надлежащего соблюдения арендатором всех условий договора, по письменному требованию арендатора авансовый платеж может быть зачтен арендодателем в качестве оплаты последнего месяца (части оплаты) аренды помещений или иных платежей, причитающихся арендодателю по договору.

При этом арендатор обязуется уведомить арендодателя о желании произвести зачет не позднее чем за 10 рабочих дней до даты внесения очередного платежа, предусмотренного в п. 4.2 договора.

По акту приема-передачи от 25.12.2017 Помещение было передано арендатору.

Как указывает истец, письмом от 06.08.2020 №01473-И он направил арендодателю письмо о согласовании срока аренды Помещения до 31.12.2020.

Ответным письмом от 11.08.2020 Арендодатель согласовал предложенную дату прекращения аренды.

В связи с имеющимися финансовыми трудностями арендатор допустил просрочку по внесению арендных платежей, в связи с чем 17.11.2020 арендодатель уведомил его о наличии долга в размере 4 264 697,77 руб. арендной платы и 946 615,73 руб. штрафной неустойки.

В ответ на претензию арендатор письмом от 26.11.2020 №02511-И гарантировал погашение задолженности в срок до 30.12.2020, а письмом от 03.12.2020 №02571-И заявил о зачете суммы ранее оплаченного авансового платежа в качестве оплаты последнего месяца аренды помещения и просил направить уполномоченных представителей арендодателя 30.12.2020 для приемки помещения и подписания акта возврата объекта аренды.

Однако, как утверждает истец, арендодатель с 30.11.2020 прекратил допуск сотрудников арендатора в арендуемое помещение, заблокировав электронные пропуска и физически препятствуя прохождению сотрудников в здание бизнес-центра.

Для возобновления доступа в арендуемое помещение арендодатель потребовал оплатить задолженность и неустойку по договору в общей сумме 2 707 400,66 руб.

Сумма долга и неустойки были оплачены истцом, однако доступ к арендованному помещению и имуществу предоставлен не был. 

По мнению истца, неправомерные действия арендодателя по прекращению доступа к арендованному помещению и имуществу арендатора привели к невозможности исполнения сотрудниками арендатора своих трудовых обязанностей, в связи с чем арендатор вынужденно объявил простой сотрудников, рабочие места которых находились в арендуемом Помещении. Кроме того, ввиду неправомерных действий арендодателя арендатор не мог в полной мере осуществлять свою коммерческую деятельность и после прекращения действия договора (после 30.12.2020), поскольку отсутствие возможности вывоза имущества создало невозможность выхода сотрудников в новые офисные помещения (офисная мебель и оргтехника, необходимые для работы, незаконно удерживались арендодателем), в связи с чем арендатор понес убытки в размере стоимости платы за аренду офисного оборудования (компьютеры, принтеры, мониторы и пр.), которые арендатор не мог использовать по причине их удержания арендодателем в период с декабря 2020 по август 2021. Также Арендатор понес убытки в размере стоимости платы за аренду нового офисного помещения. Таким образом, как указывает истец, незаконные действия арендодателя привели к возникновению следующих убытков: выплата заработной платы сотрудникам, находящимся в простое за декабрь 2020 в размере 18 731 096,81 руб.; плата за аренду оборудования в размере 3 482 669,96 руб.; плата за аренду офисного помещения за декабрь 2020 в размере 159 547,14 руб. Итого, 22 213 766,78 руб.

Также истец полагает, что на стороне арендодателя возникло неосновательное обогащение, поскольку с целью получения доступа в помещение арендатор вынужденно оплатил штраф по п. 4.5. договора в размере 993 641,10 руб. и пени, в связи с просрочкой оплаты задолженности в размере 1 713 759,56 руб.

Кроме того, письмом от 11.08.2021 №ДМ 47/08 арендодатель уведомил арендатора о готовности возвратить удерживаемое имущество только при условии внесении платежей по арендной плате за декабрь 2020 (в период, когда арендатор не имел возможности использовать помещение) в размере 288 476,45 руб., а также компенсировать расходы арендодателя по аренде складов, в которых находилось имущество арендатора, в размере 227 464,29 руб.

18.08.2021 указанные суммы были оплачены арендатором, однако сам истец полагает, что в результате уплаты указанных сумм на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в общей сумме 993 641,10 руб.

20.01.2021 ответчику была направлена претензия № 00071-И) об оплате убытков и неосновательного обогащения, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ все, представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает требования истца подлежащими удовлетворению частично, ввиду следующего.

Согласно положениям статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

Как указано в статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и убытками, а также размер убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кредитор обязан представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно тексту искового заявления убытки истца складываются из убытков в виде платы работникам за простой в декабре 2020 года, оплаты аренды помещения в этот же период, платы за аренду оборудования.

Ответчик полагает, что в данном случае отсутствуют как убытки истца, так и причинно-следственная связь между его действиями и причиненными убытками, поскольку договор аренды был прекращен на основании одностороннего уведомления арендодателя об отказе договора в связи с нарушением арендатором сроков внесения арендных платежей. При этом ответчик указывает, что каких-либо ограничений доступа на объект не имелось, а условиями договора предусмотрено право арендодателя на удержание имущества арендатора до выполнения последним всех обязательств по оплате долга.

Оценивая доводы сторон, суд исходит из следующего.

Условиями договора аренды действительно предусмотрено право арендодателя в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора при наличии просрочки во внесении арендной платы на срок более 30 календарных дней (пункт 4.5 договора).

Судом установлено, что 17.11.2020 арендодатель направил арендатору уведомление о наличии у него задолженности по оплате за период с августа по ноябрь 2020 года в общей сумме 4 262 697,77 руб., а также о начислении в связи с этим неустойки в сумме 946 615,73 руб. Этим же письмом ответчик потребовал незамедлительно оплатить задолженность.

Однако задолженность погашена не была, а в ответном письме от 26.11.2020 арендатор гарантировал погашение долга до 30.12.2020 и просил не препятствовать допуску в помещение.

То есть, по состоянию на конец ноября у арендатора имелась существенная задолженность по арендной плате, нарушение сроков внесения арендной платы составляло более 30 календарных дней, что давало арендодателю право заявить об одностороннем отказе от договора.

Указанное право было реализовано ответчиком посредством направления истцу претензии от 01.12.2020 о расторжении договора и возврате помещения. Указанное письмо было направлено экспресс-почтой по адрес местонахождения истца и возвращено отправителю 09.12.2020 в связи с отсутствием получателя по месту нахождения.

Соответственно, с учетом положений пункта 4.5 договора аренды договор аренды считается расторгнутым с даты получения от почтовой службы уведомления о невозможности вручения письменного уведомления о расторжении договора по причине отсутствия Арендатора с 09.12.2020.

Поскольку установленный договором порядок уведомления о расторжении договора соблюден истцом, суд отклоняет доводы истца о невозможности получения почтовой корреспонденции и о том, что арендодатель должен был направить уведомление по электронной почте, поскольку такой порядок уведомления договором не предусмотрен.

Одновременно суд считает необходимым отметить, что, зная о наличии задолженности за 4 месяца и получив требование об оплате долга, арендатор должен был осознавать последствия нарушения условий договора при наличии установленного договором права арендодателя на односторонний отказ от договора в случае просрочки во внесении платежей. При этом согласованный ранее сторонами срок прекращения договора аренды с 31.12.2020 не лишает права арендодателя при нарушении условий договора воспользоваться правом на односторонний отказ от договора ранее установленной даты при наличии соответствующих оснований.

Что касается доводов истца об отсутствии задолженности по арендной плате за декабрь 2020 года. Истец полагает, что арендная плата за декабрь 2020 года подлежала зачету за счет внесенного обеспечительного платежа, поскольку 03.12.2020 арендодателю было направлено соответствующее письмо о зачете.

Между тем, условиями договора аренды прямо предусмотрено, что при намерении сторон расторгнуть договор в согласованном порядке и при условии надлежащего соблюдения арендатором всех условий договора, по письменному требованию арендатора авансовый платеж может быть зачтен арендодателем в качестве оплаты последнего месяца (части оплаты) аренды помещений или иных платежей, причитающихся арендодателю по договору.

При этом арендатор обязуется уведомить арендодателя о желании произвести зачет не позднее чем за 10 рабочих дней до даты внесения очередного платежа, предусмотренного в п. 4.2 договора.

Однако, данные условия для зачета арендатором соблюдены не были, поскольку, во-первых, по состоянию на дату расторжения договора у арендатора имелась существенная задолженность. Во-вторых, срок платежа по договору – до 5 числа текущего месяца, а уведомление о зачете было направлено 03.12.2020, то есть, менее, чем за 10 дней до даты предполагаемого платежа.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что с учетом положений пункта 4.1.2 договора у арендатора не имелось права на принятие решения о зачете уплаченного авансового платежа в счет оплаты декабря 2020 года, поскольку в сложившейся ситуации именно арендодателю принадлежало право принимать решение о том, в счет какой из нарушенных арендатором обязанностей подлежит зачету внесенный авансовый платеж.

В обоснование иска истец ссылается также на недопуске его сотрудников на объект аренды с декабря 2020 года. В подтверждение данного факта истец представил акта о недопуске, датированные 01.12.2020, 02.12.2020, 03.12.2020, 04.12.2020, 30.12.2020, а также письма в адрес арендодателя.

Ответчик полагает, что указанные документы не являются допустимым доказательством, поскольку составлены истцом в одностороннем порядке.

Между тем, из материалов дела, в частности, пояснений самого ответчика, усматривается, что эксплуатацию и охрану здания бизнес-центра осуществляют ООО «Десна Проперти Менеджмент» и ООО «Охранное предприятие «СБР-Охрана». Указанные организации являются аффилированными по отношению к ответчику, поскольку либо входят с ним в единую группу юридических лиц, либо наняты ответчиком. Из пояснений истца и представленных им актов усматривается, что представители ответчика и управляющих организаций отказались от подписания соответствующих актов. От ответчика какой-либо реакции на недопуск в помещение, несмотря на обращение истца, до момента расторжения договора не последовало, а в письме от 23.12.2020 арендодателю указал, что с 11.12.2020 приступил к использованию помещения. При этом допуск сотрудников арендатора на объект для получения имущества поставил в зависимость от исполнения обязанности по внесению арендной платы и погашения всех штрафных санкций.

Анализ представленных доказательств свидетельствует о том, что в декабре 2020 года истец не использовал арендуемое помещение, поскольку до 09.12.2020 допуск на объект был ограничен, а с 09.12.2020 договор аренды расторгнут.

Подводя итог изоженномму, суд приходит к выводу о том, что расторжение договора аренды было обусловлено неправомерным поведением самого арендатора, допустившего просрочку внесения арендной платы, в связи с чем расторжение договора со стороны арендодателя является законным, равно как и недопуск в помещение сотрудников арендатора после даты расторжения договора.

Поскольку действия арендодателя, связанные с ограничением доступа на объект обусловлены нарушением условий со стороны арендатора, возникновение убытков, связанных как с простоем сотрудников, так и вынужденной оплатой аренды иного помещения в декабре 2020 года, вытекает из действий самого истца, в связи с чем понесенные в связи с простоем убытки по оплате труда работников в сумме 18 731 096,81 руб. и оплате аренды офиса на сумму 159 547,14 руб. взысканию с ответчика не подлежат.

В то же время, в декабре 2020 года истец не использовал помещение по независящим от него обстоятельствам.

В пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020, указано, что  договор аренды носит взаимный характер, риск невозможности использования арендованного имущества в соответствии с условиями договора и назначением этого имущества лежит на арендодателе. Если невозможность использования имущества возникла по причине, за которую арендатор не отвечает, то он не обязан вносить арендную плату.

С учетом изложенного, следует признать, что обязанность по внесению арендной платы за декабрь 2020 года у истца отсутствовала. 24.12.2020 истцом была оплачена задолженность по состоянию на конец ноября 2020 года, а также оплачен начисленные финансовые санкции в сумме 993 641,1 руб. по пункту 4.5 договора, и 1 713 759,56 руб. неустойки. Между тем, несмотря на погашение задолженности, ответчик продолжал удерживать оборудование истца, требуя внесения арендной платы за декабрь 2020 года в размере 288 476,45 руб. и компенсации расходов по аренде складов, на которое было перемещено оборудование, в сумме 227 464,29 руб. Фактически оборудование было возвращено истцу в августе 2021 года только после внесения указанных сумм.

Обосновывая право на удержание имущества ответчик ссылается на пункт 2.7 договора, дающий ему право удержания имущества арендатора до момента погашения долга.

Однако, учитывая отсутствие у арендатора обязанности по внесению арендной платы за декабрь 2020 года, а также полную оплату задолженности 24.12.2020,  требования ответчика о внесении платы за пользование помещением за декабрь 2020 года, а также удержание имущества с 25.12.2020 нельзя признать правомерным. Согласно представленным истцом документам (договор аренды №ГСП-19-33/07 от 01.02.2019, спецификации к договору аренды, акт сверки) плата за аренду оборудования (компьютеры, принтеры, мониторы и иная оргтехника), удерживаемого ответчиком, составляет за период с 25 декабря 2020 года по август 2021 года с учетом расчета истца 3 241 199,14 руб. Указанные расходы понесены истцом в связи с незаконными действиями ответчика, являются реальным расходом истца и подлежат взысканию с ответчика. Также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца вынужденно уплаченные арендатором суммы арендной платы за декабрь 2020 года в размере 288 476,45 руб. и компенсации расходов по аренде складов, на которое было перемещено оборудование, в сумме 227 464,29 руб. 

Истец также просит взыскать с ответчика в качестве убытков сумму уплаченного штрафа в размере 993 641,1 руб. и пеней в размере 1 713 759,56 руб.

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Как указано в статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В пункте 4.5 договора аренды указано, что в случае, если арендодатель выступит с инициативой о расторжении договора по основаниям, указанным в данном пункте (просрочка в оплате платежей), арендатор обязуется по письменному требованию арендодателя выплатить штраф в размере авансового платежа, предусмотренного пунктом 4.1.2 договора.

Также пунктом 4.4 договора предусмотрено право арендодателя на взыскание пени в размере 0,3% при нарушении сроков внесения арендных платежей.

Судом установлено, что расторжение договора аренды обусловлено нарушением договора со стороны арендатора, который допустил просрочку внесения арендных платежей в сумме 4 264 698,77 руб.

Соответственно, штрафные санкции по договору начислены арендодателем в соответствии с условиями договора.

Истец в исковом заявлении указывает, что оплата указанных сумм являлась условием возобновления арендодателем доступа в помещение с целью его освобождения арендатором, а также условием возврата имущества арендатора.

Вместе с тем, как отмечено в пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

Согласно изложенным разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, допускается возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в предусмотренных случаях.

Судом установлено, что финансовые санкции были уплачены истцом вынужденно с целью получения доступа на объект аренды и получения удерживаемого оборудования, в связи с чем истец вправе требовать применения статьи 333 ГК РФ в отношении уже оплаченных штрафных санкций.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

При этом, как указано в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №71, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 №263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Согласно правовой позиции, определенной в пунктах 1 и 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. 

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения; о неисполнении обязательств контрагентами; о наличии задолженности перед другими кредиторами; о наложении ареста на денежные средства или иное имущество ответчика; о непоступлении денежных средств из бюджета; о добровольном погашении долга полностью или в части на день рассмотрения спора; о выполнении ответчиком социально значимых функций; о наличии у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Как указывает истец, установленный пунктом 4.4. договора размер пени за просрочку платежа составляет 108% годовых, что в 14,4 раза превышает ключевую ставку Банка России - 7,5% и в 12,6 раз превышает максимальную из средневзвешенных процентных ставок по кредитам нефинансовым организациям - 8,56% годовых, действовавших в период просрочки.

С учетом изложенного, суд считает возможным применить статью 333 ГК РФ и снизить размер начисленной неустойки за нарушение сроков внесения арендных платежей до 1 400 000 руб. Оснований для большего снижение неустойки, с учетом суммы задолженности (4 264 697,77 руб.), а также в отсутствие иных обоснований невозможности исполнения обязательства в установленный срок, суд не усматривает. Также суд не усматривает оснований для применения статьи 333 к штрафу, начисленному в соответствии с положениями 4.5 договора, поскольку досрочное расторжение договора влечет для арендодателя негативные последствия, которые разумно сопоставить с размером арендной платы за один арендный период. 

Таким образом, общая сумма, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, составляет: 3 241 199,14 руб. убытки, связанные с удержанием оборудования + неосновательное обогащение в виде суммы арендной платы за декабрь 2020 года в размере 288 476,45 руб. + неосновательное обогащение в виде компенсации расходов по аренде складов в сумме 227 464,29 + 313 759,56 руб. (снижение неустойки на основании статьи 333 ГК РФ). Итого: 4 070 899,44 руб.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подаче иска была уплачена пошлина в размере 149 505 руб. Соответственно, с учетом частичного удовлетворения иска взысканию с ответчика в пользу истца подлежат судебные  расходы по уплате пошлины в сумме 24 055 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

Иск удовлетворить частично. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Десна Московский» (адрес:  Россия 191119, 

<

...>, лит.А, ОГРН:  

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГСП-5» (адрес:  Россия 196084, Санкт-Петербург, ул. Ташкентская, д.3, к.3, лит. Б, ком.15, ОГРН: 

<

***>) 4 070 899,44 руб. убытков и неосновательного обогащения и судебные  расходы по уплате пошлины в сумме 24 055 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                                                   Вареникова А.О.