АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕССКОЙ РЕСПУБЛИКИ

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Черкесск                                                                                                  Дело №А25-217/2018

пр. Ленина, 9                                                

                                                   Резолютивная часть решения оглашена 23 января 2019 года

                          Решение изготовлено в полном объеме  30 января  2019 года

Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Тебуевой З.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Управления Федеральной антимонопольной службы по Карачаево-Черкесской Республике (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к администрации Адыге-Хабльского муниципального района (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО2, ФИО3 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: 

- ООО «АПК «Приэльбрусье» (ИНН 

<

***>, ОРГН 1080716000210), 

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4 доверенность от 13.04.2018 №605-1/15,

от администрации Адыге-Хабльского муниципального района – отсутствует, надлежаще извещен, 

от ФИО2 - ФИО5 С-А., доверенность от 15.03.2018 р.№09/06-н/09-2018-1-165,

от ФИО3- ФИО6, доверенность от 06.02.2018 р№09/06-н/09-2018-1-54

У С Т А Н О В И Л:

Управление Федеральной антимонопольной службы по Карачаево-Черкесской Республике (далее-истец, антимонопольный орган) обратилось в суд с исковым заявлением к администрации Адыге-Хабльского муниципального района (далее-администрация района), ФИО2 и ФИО3 со следующими требованиями:

- признать недействительным договор купли-продажи от 24.03.2014 №141 земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а. Адыге-Хабль, ул. Кирпичная, 1, заключенного между администрацией Адыге-Хабльского муниципального района и ФИО2, 

- применить последствия недействительности договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а. Адыге-Хабль, ул. Кирпичная, 1, заключенного между администрацией Адыге-Хабльского муниципального района и ФИО2, путем возвращения сторон в первоначальное положение,

- признать недействительным договор купли-продажи от 31.10.2017 земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а. Адыге-Хабль, ул. Кирпичная, 1, заключенного между ФИО2 и ФИО3,

- применить последствия недействительности договора купли-продажи от 31.10.2017 земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенным по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а.Адыге-Хабль, ул. Кирпичная, 1, заключенного между ФИО2 и ФИО3, путем возвращения сторон в первоначальное положение, 

-  признать отсутствующим право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенный по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а. Адыге-Хабль, ул. Кирпичная,1 (л.д.9-19, т.1).

Исковые требования обоснованы ссылкой на следующие обстоятельства:

- в нарушение ст. 38 Земельного кодекса РФ и Постановления Правительства РФ от 11.11.2002 №808 информация о проведении торгов не размещена на сайте www.torgi.gov.ru, а также извещение о продаже земельного участка не содержит сведений о проведении аукциона и иных обязательных реквизитов извещения, 

- расчет цены выкупаемого земельного участка произведен администрацией района со ссылкой на Закон КЧР от 13.01.2009 №100-РЗ "О порядке определения цены земельных участков, находящихся в собственности Карачаево-Черкесской Республики или государственная собственность на которые не разграничена при их продаже собственникам расположенных на них зданий, строений, сооружений", тогда как на спорном земельном участке отсутствуют объекты недвижимости, 

- при формировании земельного участка администрацией района грубо нарушены нормы земельного законодательства, ввиду того, что на спорном земельном участке расположено индивидуальное жилое строение площадью 54,3кв.м, где фактически проживают граждане, чьи права и интересы также нарушены, 

- в соответствии со ст. 17 Закона о защите конкуренции заключением договора купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141 нарушены права лиц, в том числе хозяйствующих субъектов, изъявивших желание на недискриминационной основе участвовать в торгах, в частности ООО «АПК «Приэльбрусье» для строительства водонасосной станции с целью полива садовых насаждений на площади 99,5га, 

- договор купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141 является ничтожной сделкой  и влечет его недействительность и в порядке ст. 181 ГК РФ для лица, не являющегося стороной сделки, срок исковой давности начинает течь со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале её исполнения, в связи с чем для антимонопольного органа срок исковой давности исчисляется со дня поступления заявления о нарушении антимонопольного законодательства, 

- договор купли-продажи земельного участка от 31.10.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3 также является недействительным, поскольку право собственности ФИО2 на спорный земельный участок возникло на основании ничтожного договора, 

- истец обратился в суд в порядке ст. 53 АПК РФ в защиту публичных интересов неопределенного круга лиц, подведомственность спора арбитражному суду независимо от субъектного состава спорящих сторон определена ст.23 Закона о защите конкуренции.      

Администрация Адыге-Хабльского муниципального района в отзыве на исковое заявление доводы иска признает обоснованными и просит удовлетворить заявленные исковые требования (л.д.95-101, т.1).

ФИО2 в отзыве на исковое заявление указал, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о недействительности договора купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141, поскольку иск подан в защиту интересов потенциальных участников торгов, которые должны были узнать о нарушении своего права не ранее 06.02.2014 (даты опубликования извещения в газете) и не позднее 30.04.2014 (даты государственной регистрации права собственности ФИО2), постольку срок исковой давности по требованию, поступившему в арбитражный суд 08.02.2018, пропущен. 

По мнению ФИО2, антимонопольному органу необходимо также отказать и в требовании, заявленному к  ФИО3 о возврате спорного земельного участка, поскольку данное требование носит виндикационный характер, тогда как истец в соответствии с Законом о защите конкуренции и ст. 301 ГК РФ таких полномочий не имеет. 

 

Также Карданов М.Н считает, что в действиях администрации района и ООО «АПК «Приэльбрусье» имеются признаки злоупотребления правом согласно ст. 10 ГК РФ, так как в антимонопольный орган 07.02.2018 с жалобой обратилась администрация района, при этом 06.02.2018 в администрацию района обратилось ООО «АПК «Приэльбрусье» с заявлением предоставить в собственность земельный участок площадью 99,5га, находящийся на южной окраине а. Адыге-Хабль, тогда как 13.09.2017 ФИО2 был подан иск к ООО «АПК «Приэльбрусье» с требованием демонтировать линии электропередач с земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, что свидетельствует о том, что третьему лицу на момент подачи заявления 06.02.2018 было известно, что спорный участок не находится в собственности администрации района. Кроме того, для занятий деятельностью по посадке интенсивного яблоневого сада третье лицо дополнительные ОКВЭДы получило лишь в декабре 2016 года, из чего следует, что в 2014 году третьим лицом не проявлялся интерес к приобретению в собственность спорного земельного участка, следовательно оно не являлось конкурентом и при проведении торгов (л.д.85-87, т.3).

ФИО3 в отзыве на исковое заявление просит отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку он не знал и не мог знать о том, что спорный участок приобретен ФИО2 с нарушением действующего земельного законодательства,  является добросовестным приобретателем на основании пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», к тому же статьей 12 Гражданского кодекса РФ не предусмотрен  такой способ защиты в отношении добросовестного приобретателя, как признание заключенной сделки недействительной и применение реституции, признание отсутствующим зарегистрированного права, а также заявил о пропуске истцом срока исковой давности (л.д.3-4, т.3).

Истец в дополнительных пояснениях выразил несогласие с доводом о добросовестности ответчика ФИО3, указав, что ни ФИО7, ни ФИО3 добросовестными приобретателями не являются, поскольку данные, содержащиеся в ЕГРН о спорном земельном участке не соответствуют действительности, в частности не соответствует действительности информация об отсутствии обременений третьих лиц (на земельном участке расположены индивидуальные жилые строения и проведены линии электропередач, принадлежащие ПАО «МРСК Северного Кавказа»). 

Кроме того, по мнению истца, договор купли-продажи спорного земельного участка, заключенный  между ФИО2 и ФИО3 является мнимой сделкой, направленной на придание правового статуса земельному участку, приобретенному посредством грубого нарушения антимонопольного и земельного законодательства (л.д.67-72, т.2).

Общество с ограниченной ответственностью «АПК «Приэльбрусье» (далее - третье лицо, общество) в отзыве на исковое заявление просит исковые требования удовлетворить, указав, что в 2014 году общество не знало и не могло знать о продаже земельного участка, поскольку продажа земельного участка осуществлялась без проведения торгов в установленном порядке, что значительно ущемило конкурентные права общества (л.д.65-66, т.2).

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования, не согласился с доводом о пропуске срока исковой давности, указав, что о нарушении антимонопольного законодательства истцу стало известно только с момента обращения с соответствующим заявлением администрации района, отметил, что в исковом заявлении требования о виндикации спорного имущества отсутствуют, при этом содержатся требования о применении реституции.

Представители ФИО2 и ФИО3 в удовлетворении исковых требований просили отказать по основаниям, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Суд, выслушав доводы представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Из обстоятельств дела следует, что администрацией района в газете «День республики» 06.02.2014 опубликовано объявление о продаже земельного участка из земель населенных пунктов площадью 847000кв.м с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, ул.Кирпичная, 1, для размещения подсобного хозяйства по производству сельскохозяйственной продукции. Согласно объявлению заявления принимаются в земельную комиссию администрации района до 07.03.2014  (л.д.61-62, т.1). 

12.03.2014 состоялось заседание земельной комиссии администрации района, по результатам которого было решено заключить договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835 с ФИО2 на основании его заявления (л.д.63-64,т.1).

21.03.2014 администрацией района принято постановление №89 о продаже указанного земельного участка и заключении договора купли-продажи земельного участка  с ФИО2(л.д.66, т.1).

Между администрацией района и ФИО2 заключен договор купли-продажи от 24.03.2014 №141 земельного участка из земель населенных пунктов общей площадью 84700кв.м с кадастровым номером №09:01:0090003:835, находящегося по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, ул. Кирпичная, 1, для размещения подсобного хозяйства по производству сельскохозяйственной продукции в границах, указанных в кадастровом паспорте. Согласно п.1.2 договора стоимость земельного участка составляет 460 рублей на основании расчета цены земельного участка, произведенного администрацией района  (л.д.46-48, т.2).

Земельный участок передан по акту приема-передачи от 24.03.2014 (л.д.47, т.2).   

Право собственности ФИО2 на указанный земельный участок зарегистрировано 30.04.2014, что подтверждается штампом регистрации, проставленным на договоре (л.д.48, т.2).

Согласно договору купли-продажи от 31.10.2017, заключенному между ФИО2 и ФИО3, земельный участок с кадастровым номером №09:01:0090003:835 приобретен ФИО3 за 300 000 рублей, право собственности последнего в ЕГРН зарегистрировано 08.11.2017 (л.д.54, т.2).

Администрацией района в адрес Адыге-Хабльской межрайонной прокуратуры письмом от 27.10.2017 направлено обращение о принятии актов прокурорского реагирования по факту заключения противоречащего нормам права договора от 24.03.2014 №141 между администрацией Адыге-Хабльского муниципального района и ФИО2(л.д.40, т.3).

Согласно письму прокуратуры от 03.11.2017 принятие мер прокурорского реагирования не представилось возможным в связи с истечением срока исковой давности, поскольку прокурор, подавший заявление, пользуется всеми процессуальными правами и несет все процессуальные обязанности истца (л.д.57-58, т.3).

Письмом от 27.10.2017 исх.№1-1123 администрация района обратилась в антимонопольный орган с заявлением о даче правовой оценки заключенного с ФИО2 договора от 24.03.2014 №141 и принятии соответствующих мер реагирования (л.д.149,т.1).

Указанное письмо поступило в адрес истца 15.11.2017, что следует из штампа входящей корреспонденции, зарегистрированным за вх.№3256.

Повторно администрация района обратилась к истцу  письмом от 07.02.2018 №1-135 с указанием оснований недействительности заключенного с ФИО2 договора от 24.03.2014 №141 и приложением обращения ООО «АПК «Приэльбрусье» от 06.02.2018 №26 о выделении в собственность спорного земельного участка для строительства насосной станции и прокладки линии электропередач (л.д.83-94, т.1). 

В результате рассмотрения указанного заявления истец обратился 08.02.2018 в арбитражный суд с настоящим иском.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.06.2008 №30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства" разъяснено следующее. Закон о защите конкуренции формулирует требования для хозяйствующих субъектов при их вступлении в гражданско-правовые отношения с другими участниками гражданского оборота. Поэтому требования антимонопольного законодательства применяются к гражданско-правовым отношениям.

В силу подпункта б пункта 6 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган вправе обращаться в арбитражный суд с исками о признании недействительными полностью или частично договоров, не соответствующих антимонопольному законодательству.

Антимонопольный орган ссылается на допущенные администрацией района при продаже спорного земельного участка нарушения ст. 38 Земельного кодекса РФ и Постановления Правительства РФ от 11.11.2002 №808, выразившиеся в том, что  информация о проведении торгов не размещена на сайте www.torgi.gov.ru, а также извещение о продаже земельного участка не содержит сведений о проведении аукциона и иных обязательных реквизитов извещения.

В соответствии со статьей 29 Земельного кодекса РФ предоставление гражданам и юридическим лицам земельных участков из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на основании решения исполнительных органов государственной власти или органов местного самоуправления, обладающих правом предоставления соответствующих земельных участков в пределах их компетенции в соответствии со ст. 9, 10 и 11 Земельного кодекса РФ.

Статьей 29 Земельного кодекса РФ (здесь и далее по тексту в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) предусмотрено, что предоставление земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на основании решения исполнительных органов государственной власти и местного самоуправления, обладающих правом распоряжения землей, в порядке, установленном этим же Кодексом.

Порядок предоставления земельных участков для целей, не связанных со строительством, предусмотрен статьей 34 Земельного кодекса РФ.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статья 34 Земельного кодекса РФ граждане, заинтересованные в предоставлении или передаче земельных участков в собственность или в аренду из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для целей, не связанных со строительством, подают заявления в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные ст. 29 настоящего Кодекса.

В заявлении должны быть определены цель использования земельного участка, его предполагаемые размеры и местоположение, испрашиваемое право на землю (п. 3 ст. 34 Земельного кодекса РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО2 подано заявление 04.09.2013 в администрацию района о предоставлении муниципальной услуги в отношении земельного участка, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, ул. Кирпичная, 1 для подсобного хозяйства с предоставлением права собственности (л.д.52-53, т.3). 

Из кадастровой выписки следует, что указанный участок поставлен на кадастровый учет 12.12.2013 со статусом «ранее учтенный», уточненной площадью 84 700кв.м, кадастровой стоимостью 30 585 рублей, присвоен кадастровый номер №09:01:0090003:835 (л.д.54-55, т.3).

Статьей 34 Земельного кодекса РФ установлен определенный порядок предоставления гражданам и юридическим лицам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для целей, не связанных со строительством, который предусматривает эффективность, справедливость, публичность, открытость и прозрачность этой процедуры, которая заключается в заблаговременной публикации в средствах массовой информации данных о земельных участках, предоставляемых гражданам и юридическим лицам.

Требования земельного законодательства исключают возможность непосредственной передачи права на земельный участок по договору заранее определенному лицу. В связи с этим в соответствии с нормами, действовавшими на момент заключения сделки, при наличии двух и более заявок с момента публикации, земельный участок для целей, не связанных со строительством, должен был предоставляться на торгах, в порядке, установленном статьей 38 Земельного кодекса РФ и постановлением Правительства Российской Федерации от 11.11.2002 №808 "Об организации и проведении торгов по продаже находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков или права на заключение договоров аренды таких земельных участков".

Согласно пункту 8 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11.11.2002 №808, извещение о проведении торгов должно быть опубликовано в средствах массовой информации, определенных Правительством Российской Федерации, органом государственной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления, не менее чем за 30 дней до даты проведения торгов и содержать следующие сведения: а) форма торгов и подачи предложений о цене или размере арендной платы; б) срок принятия решения об отказе в проведении торгов; в) предмет торгов, включая сведения о местоположении (адресе), площади, границах, обременениях, кадастровом номере, целевом назначении и разрешенном использовании земельного участка, а также иные позволяющие индивидуализировать земельный участок данные; г) наименование органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявших решение о проведении торгов, реквизиты указанного решения; д) наименование организатора торгов; е) начальная цена предмета торгов или начальный размер арендной платы, "шаг аукциона", размер задатка и реквизиты счета для его перечисления; ж) форма заявки об участии в торгах, порядок приема, адрес места приема, даты и время начала и окончания приема заявок и прилагаемых к ним документов, предложений, а также перечень документов, представляемых претендентами для участия в торгах; з) условия конкурса; и) место, дата, время и порядок определения участников торгов; к) место и срок подведения итогов торгов, порядок определения победителей торгов; л) срок заключения договора купли-продажи или аренды земельного участка; м) дата, время и порядок осмотра земельного участка на местности; н) проект договора купли-продажи или аренды земельного участка; о) сведения о сроке уплаты стоимости, если земельный участок продается в кредит (с отсрочкой платежа), а также о порядке, сроках и размерах платежей, если земельный участок продается в рассрочку.

Частью 6 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что с 01.01.2011 информация о проведении конкурсов или аукционов на право заключения договоров, указанных в частях 1 и 3 настоящей статьи, размещается на официальном сайте Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" для размещения информации о проведении торгов, определенном Правительством Российской Федерации.

Согласно положениям пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 10.09.2012 №909 "Об определении официального сайта Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" для размещения информации о проведении торгов и внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации" (в редакции, действовавшей 06.02.2014) для размещения информации, в том числе о проведении конкурсов и аукционов на право заключения договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, предусмотренных антимонопольным законодательством Российской Федерации определен адрес сайта www.torgi.gov.ru в качестве адреса официального сайта Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Как установлено антимонопольным органом и не оспаривается администрацией района, информация о продаже спорного земельного участка на сайте www.torgi.gov.ru не размещалась.

Судом отклоняется как не основанный на нормах закона, довод истца о том, что извещение о продаже спорного участка должно было быть опубликовано на сайте www.torgi.gov.ru, поскольку согласно части 2 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей на дату публикации - 06.02.2014) указанный в части 1 настоящей статьи порядок заключения договоров не распространяется на имущество, распоряжение которым осуществляется в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации, Водным кодексом Российской Федерации, Лесным кодексом Российской Федерации, законодательством Российской Федерации о недрах, законодательством Российской Федерации о концессионных соглашениях.

В этой связи, суд приходит к выводу, что в этой части нарушений законодательства администрацией района не допущено. 

Информация о продаже спорного участка размещена администрацией района в общественно-политической газете «День республики», являющейся ведущим периодическим изданием Карачаево-Черкесской Республики (выходит 3 раза в неделю, тираж 5490 экз., учредители - Народное Собрание (Парламент) Карачаево-Черкесской Республики и Правительство Карачаево-Черкесской Республики), где публикуются все нормативно-правовые акты республики. 

Извещение о продаже спорного земельного участка, опубликованное в газете 06.02.2014, содержало в себе достаточную информацию, кроме определения начальной цены земельного участка, между тем у претендентов имелась возможность осмотра в самостоятельном порядке земельного участка на местности в течение срока приема заявлений, а также на получение дополнительной информации.

При этом наличие в информационном сообщении кадастрового номера земельного участка, являющегося индивидуальным и не повторяющимся во времени и на территории Российской Федерации государственным учетным номером (статья 5 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" в редакции на 06.02.2014) позволяло претендентам при возникновении каких-либо сомнений в предмете торгов запросить необходимые сведения из государственного кадастра недвижимости, являющиеся общедоступными.

Согласно протоколу заседания земельной комиссии от 12.03.2014 иных заявлений, кроме как от ФИО2 в установленный в информационном сообщении срок, в администрацию района не поступило. 

Согласно пункту 1 статьи 447 Гражданского кодекса РФ договор, если иное не вытекает из его существа, может быть заключен путем проведения торгов. В пункте 5 статьи 447 Гражданского кодекса РФ также предусмотрено, что аукцион и конкурс, в которых участвовал только один участник, признаются несостоявшимися. По смыслу указанного положения объявление торгов несостоявшимися является результатом проведения таких торгов (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 №2436/11). 

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что допущенные нарушения в виде отсутствия в информационном сообщении начальной цены земельного участка и иной информации, не являются настолько существенными, что могли привести к ограничению конкуренции.

Истец при обращении в суд с настоящим иском обосновал свое право ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, согласно которому органам местного самоуправления запрещено необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам.

Закон о защите конкуренции направлен на предупреждение и пресечение недопущения, ограничения, устранения конкуренции, в частности, органами местного самоуправления в целях обеспечения единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защиты конкуренции и создания условий для эффективного функционирования товарных рынков (статья 1 Закона о защите конкуренции).

Пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренция определена как соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке

Истец считает, что заключением договора купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141 нарушены права ООО «АПК «Приэльбрусье» - хозяйствующего субъекта, изъявившего желание участвовать в торгах, для строительства водонасосной станции с целью полива садовых насаждений на площади 99,5га. 

Судом отклоняются как несостоятельные указанные доводы антимонопольного органа.

Как было указано выше, в материалах дела отсутствуют доказательства нарушения антимонопольного законодательства в ходе заключения договора купли-продажи от 24.03.2014 №141 земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835.

Напротив, в действиях третьего лица, направленных на приобретение спорного земельного участка, суд усматривает злоупотребление правом.

Согласно части 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из обстоятельств дела следует, что ООО «АПК «Приэльбрусье» обратилось в администрацию района с заявлением от 06.02.2018 о выделении в собственность земельного участка общей площадью 99,5 га, находящегося на южной стороне окраины а.Адыге-Хабль для посадки интенсивного яблоневого сада, строительства насосной станции и прокладки линии электропередач (л.д.94, т.1).

Между тем, материалами дела подтверждается, что ООО «АПК Приэльбрусье» на указанную дату было достоверно известно, что территорией испрашиваемого земельного участка на праве собственности владеет ФИО2, а впоследствии ФИО3, так как 13.09.2017 ФИО2 был подан иск в Адыге-Хабльский районный суд к  ООО «АПК «Приэльбрусье» с требованием осуществить демонтаж самовольно возведенной линии электропередач на земельном участке с кадастровым номером №09:01:0090003:835 (л.д.52-60, т.5). 

В досудебном порядке третьему лицу ФИО2 дважды направлялись претензии об устранении нарушений от 24.07.2017 и от 15.08.2017, впоследствии аналогичная претензия направлена третьему лицу 08.02.2018 новым собственником земельного участка ФИО3 (л.д.112-115, 121,  т.3). 

ООО «АПК «Приэльбрусье» в Адыге-Хабльском районном суде ходатайством от 13.02.2018 просило приостановить производство по делу №2-88/2018 (№2-554/2017) до рассмотрения настоящего спора в Арбитражном суде КЧР, между тем определением Адыге-Хабльского районного суда от 22.02.2018 исковое заявление оставлено без рассмотрения (л.д.122-123, т.3; л.д.60, т.5).  

Кроме всего прочего, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц на ООО «АПК «Приэльбрусье», для такого вида деятельности как «посадка интенсивного яблоневого сада» общероссийские классификаторы видов экономической деятельности были приобретены третьим лицом лишь в 2016 году, что свидетельствует о том, что на дату совершения спорной сделки 24.03.2014 третье лицо не являлось конкурентом ответчику при продаже земельного участка и как следствие, его конкурентные права не нарушены (л.д.128-146, т.3). 

Следует также отметить, что третье лицо является собственником смежных  земельных участков, один из которых с кадастровым номером №09:01:0000000:10643 приобретен у гр. ФИО8 на основании договора от 29.12.2016 с расположенными на нем объектами недвижимости. Данный земельный участок приобретен ФИО8 у администрации района на основании договора купли-продажи от 03.04.2014 №146, заключенного в том же порядке и на аналогичных условиях, содержащихся в оспариваемом договоре от 24.03.2014 №141 (л.д.21, 86-87, т.4).

Разрешение на ввод объекта недвижимости с кадастровым номером 09:01:0061301:195 (насосной станции, расположенной на земельном участке с кадастровым номером №09:01:0000000:10643) в эксплуатацию датировано 28.07.2017 (л.д.147, т.4).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав свидетельствует о злоупотреблении правом

Обращение третьего лица в администрацию района с заявлением о предоставлении части спорного земельного участка в собственность в условиях, когда территория земельного участка уже находится в собственности иных лиц, не отвечает требованию добросовестного осуществления гражданских прав, а потому является злоупотреблением правом.

Констатация же антимонопольным органом того, что действиями администрации района и ФИО2 созданы препятствия для осуществления предпринимательской деятельности ООО «АПК «Приэльбрусье», что привело или может привести к ограничению конкуренции между хозяйствующими субъектами, не может рассматриваться как необходимое и достаточное основание для признания их  нарушившими требования статьи 15 Закона о защите конкуренции.

В связи с этим суд считает, что антимонопольный орган не доказал, в чем выразилось необоснованное препятствование ООО «АПК «Приэльбрусье» осуществлению его деятельности в том содержательно-правовом смысле, который придается Законом о защите конкуренции, каким образом действиями (бездействием) администрации района и ФИО2 нарушаются положения Закона о защите конкуренции, к каким негативным последствиям в сфере конкуренции это привело.

Учитывая тот факт, что спорный земельный участок продан администрацией района ФИО2 по договору от 24.03.2014, а в дальнейшем ФИО2 по договору от 31.10.2017 ФИО3, данные сделки исполнены и право собственности за указанными лицами зарегистрировано в установленном законом порядке, преследуемый материально-правовой интерес ООО «АПК «Приэльбрусье», заявившего о нарушении своего права на приобретение спорного участка, не подлежит защите путем использования правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ. 

Таким образом, избранный способ защиты не соответствует характеру и последствиям допущенного нарушения и в случае удовлетворения заявленного по настоящему спору требования не может привести к восстановлению прав ООО «АПК «Приэльбрусье», даже если бы он являлся потенциальным покупателем спорного земельного участка.

Принимая во внимание вышеприведенные положения Закона о защите конкуренции, подлежат отклонению доводы иска о том, что основанием для признания недействительным договора купли-продажи от 24.03.2014 №141 является также наличие на спорном земельном участке индивидуального жилого строения, где фактически проживают граждане, чьи права и интересы также нарушены, поскольку антимонопольный орган в рамках своей компетенции не вправе разрешать споры о праве и выходить за пределы своих полномочий. 

Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что до рассмотрения настоящего дела по существу в материалы дела представлены доказательства исключения части земельного участка, расположенного под индивидуальным жилым строением из общей площади спорного земельного участка.  

Действительно, из представленной истцом справки АО «Ростехинвентаризация» и выкопировки на объект недвижимости следовало, что на спорном земельном участке расположены двухквартирные жилые дома (л.д.73-101, т.2).

Вступившим в законную силу решением Адыге-Хабльского районного суда от 25.12.2017 по делу №2-709/2017 было признано право собственности ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 на квартиры в указанных индивидуальных жилых строениях (л.д.119-127, т.2).

Между тем, представителем ФИО3 в судебном заседании представлены выписка из ЕГРН по состоянию на 12.12.2018 и результаты межевания спорного земельного участка, в ходе которого исправлена кадастровая ошибка в местоположении границ и площади земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835, расположенного по адресу: КЧР, Адыге-Хабльский район, а.Адыге-Хабль, ул. Кирпичная, 1 (л.д.26-39, 61-63, т.5).

Согласно заключению кадастрового инженера работы выполнялись в связи с исправлением кадастровой ошибки в местоположении границ и площади земельного участка, площадь его в настоящем составила 78 032кв.м и в ходе натурного исследования земельного участка установлено, что на нем отсутствуют строения и объекты капитального строительства (л.д.33, т.5).

Судом установлено, что из содержания межевого плана земельного участка, заключения кадастрового инженера, схемы геодезических построений, схемы расположения земельных участков, чертежа земельных участков, акта согласования местоположения границ земельного участка, а также актуальной кадастровой выписки, следует, что двухквартирные жилые дома расположены за пределами границ земельного участка с кадастровым номером №09:01:0090003:835 площадью 78 032 кв.м.

В соответствии с п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, дав оценку доводам антимонопольного органа, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141 недействительным и применении последствии его недействительности. 

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из того, что при недоказанности фактов лишения конкретных претендентов возможности участвовать в проведенных торгах допущенные администрацией района процедурные нарушения относительно информирования о продаже земельного участка в соответствии с положениями Земельного кодекса РФ в силу принципа правовой определенности и стабильности гражданского оборота не могут служить основанием для истребуемого истцом правового результата (недействительность договора от 24.03.2014 №141, недействительность договора последующей продажи данного земельного участка от 31.10.2017, возврат сторон в первоначальное положение), направленного против добросовестных участников гражданского оборота - приобретателей по оспариваемым сделкам.

Между тем, ответчиками ФИО2 и ФИО3 заявлено о пропуске срока исковой давности по требованиям антимонопольного органа. 

В силу статьи 195 Гражданского кодекса РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года. 

Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 2 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1, 2 статьи 53, статья 53.1 АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Спорная сделка совершена 24.03.2014 органом местного самоуправления, уполномоченным распоряжаться земельными участками. Стороны сделки приступили к ее исполнению незамедлительно, что подтверждается передаточным актом от 24.03.2014. Применительно к указанным выше разъяснениям течение срока исковой давности по иску антимонопольного органа началось также с 24.03.2014.

Настоящий иск подан антимонопольным органом в защиту интересов потенциальных участников торгов, которые должны были узнать о нарушении своего права не ранее 06.02.2014 (даты опубликования извещения в газете) и не позднее 30.04.2014 (даты государственной регистрации права собственности ФИО2 по договору купли-продажи земельного участка).

Поэтому антимонопольному органу, выступающему в защиту прав и законных интересов третьего лица и администрации района в порядке статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса РФ, следовало рассчитать срок исковой давности так, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено (определение Верховного Суда РФ от 19.02.2018 №306-КГ17-23586, определение Верховного Суда РФ от 16.08.2018 №306-КГ18-11681).

С иском в суд антимонопольный орган обратился 08.02.2018, то есть за пределами срока исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении.

Выводы суда об отсутствии правовых оснований для признания недействительным договора купли-продажи земельного участка от 24.03.2014 №141 и об истечении срока исковой давности по требованиям о признании его недействительным являются также основанием для отказа в удовлетворении требований истца о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 31.10.2017 заключенного между ФИО2 и ФИО3 и применении последствий его недействительности. 

Однако, независимо от указанных выше выводов суда, в удовлетворении данных требований надлежит отказать также по тому основанию, что антимонопольный орган не обладает полномочиями в порядке ст. 23 Закона о защите конкуренции по обращению в суд с требованием об истребовании имущества из чужого незаконного владения. 

Согласно статье 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 названной статьи).

В соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 №6-П в случае, когда сделка, направленная на отчуждение имущества, не соответствует требованиям закона только в том, что совершена лицом, не имевшим права отчуждать это имущество и не являющимся его собственником, правила пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ не применяются. В этом случае права лица, считающего себя собственником спорного имущества, подлежат защите путем заявления виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Суд в данном случае усматривает возможность для переквалификации заявленного требования как самостоятельного виндикационного, поскольку предмет доказывания в рамках указанных способов защиты различен, исследованию подлежат иные обстоятельства, выяснение которых по реституционному иску не предполагается.

В частности, для реституционного иска не имеет правового значения наличие либо отсутствие титула истца на спорное имущество, поскольку по сделке стороны приводятся в первоначальное положение, в то время как для виндикационного иска названные обстоятельства являются существенными. Кроме того, при виндикации подлежат установлению обстоятельства выбытия спорного имущества у истца (возмездно, безвозмездно, по воле либо помимо воли), устанавливается добросовестность приобретения.

В случае, если даже первоначальная сделка от 24.03.2014 №141 была бы признана недействительной, виндикация имущества по смыслу статьи 302 Гражданского кодекса РФ возможна в только в пользу собственника либо иного правообладателя имущества, в данном случае в пользу Адыге-Хабльского муниципального района.

Истец также заявил требование о признании отсутствующим права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №09:01:0090003:835.

Данный способ защиты сформулирован в абзаце 4 пункта 52 Постановления Пленума ВС РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 (далее - Постановление Пленумов №10/22).

В случаях, когда запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Иск о признании права отсутствующим имеет узкую сферу применения. Он не может заменять виндикационный, негаторный или иные иски, поскольку допустим только при невозможности защиты нарушенного права иными средствами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2016 №19-КГ15-47).

Возможность обращения с требованием о признании права (обременения) на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена лицу, в чьем владении находится спорное имущество. Следовательно, удовлетворение такого требования возможно, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРН. 

Когда спорное имущество отсутствует во владении истца, его право может быть защищено исключительно с помощью иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, удовлетворение которого влечет за собой не только восстановление владения спорной вещью, но и корректировку записей в ЕГРН о принадлежности имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2015 №5-КГ15-36).

Упомянутые в абзаце 2 пункта 52 Постановление Пленумов №10/22 иски о виндикации и реституции направлены на возврат фактического владения, а иск о признании права подлежит удовлетворению только, если такое владение истцом сохранено (пункт 58 Пленума №10/22). 

Соответственно иск о признании права отсутствующим применим тогда, когда у истца отсутствует потребность в защите фактического владения.

В данном случае правовых оснований для удовлетворения иска о признании зарегистрированного права собственности ФИО3 отсутствующим не имеется, поскольку последствия недействительности спорных сделок, в случае удовлетворения заявленных требований,  могли быть устранены путем заявления реституционных либо виндикационных требований.

Вопрос об уплате государственной пошлины за обращение с настоящими требованиями  в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разрешению не подлежит, поскольку истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении с исками в арбитражный суд.

На основании изложенного  и руководствуясь ст.ст.110, 112, 167–170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его изготовления в полном объеме и может быть обжаловано до истечения указанного срока в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (Вокзальная улица, дом 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600) через Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики (проспект Ленина 9, город Черкесск, Карачаево-Черкесская Республика, 369000), а также может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа (Рашпилевская улица, дом 4, г. Краснодар, Краснодарский край, 350063) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                     З.Х. Тебуева