СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-18481/2018-АК

г. Пермь

23 января 2019 года

Дело № А60-40455/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гладких Е.О. 

судей Васевой Е.Е., Муравьевой Е.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сергеевой С.А., 

при участии:

от заявителя – Собенина О.В. по доверенности от 14.01.2019, Александрова И.А. по доверенности от 14.01.2019, Степанова Ю.И. по доверенности от 14.01.2019, Константинова А.В. по доверенности от 02.02.2018, 

от заинтересованного лица – представитель не явился,

от третьих лиц:

общества с ограниченной ответственностью "Управляющая жилищная компания "УРАЛ-СТ" – Назаренко Е.А. по доверенности от 05.02.2018,

общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "РЭМП Железнодорожного района" – Сизинцев В.А. по доверенности от 06.12.2018,

общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания жилищно-коммунального хозяйства Октябрьского района" – Кабанов М.А. по доверенности от 03.12.2018,

лица, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу заявителя, акционерного общества "Екатеринбурггаз",

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 06 ноября 2018 года по делу № А60-40455/2018,

принятое судьей Колосовой Л.В.,

по заявлению акционерного общества "Екатеринбурггаз" (ИНН 6608005130, ОГРН 1026605390668)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (ИНН 6658065103, ОГРН 1036602648928),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью "Управляющая жилищная компания "УРАЛ-СТ"; общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "РЭМП Железнодорожного района"; акционерное общество "Управляющая компания "Стандарт"; общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Пионер"; общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Чапаевская"; общество с ограниченной ответственностью управляющая компания "Дом Сервис"; Администрация города Екатеринбурга; акционерное общество "Управляющая компания "Верх-Исетская"; общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания "Чкаловская"; жилищный кооператив "Горизонт"; общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания жилищно-коммунального хозяйства Октябрьского района"; общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания

ЖКХ Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга», 

о признании недействительным предупреждения,

установил:

акционерное общество "Екатеринбурггаз" (далее – АО "Екатеринбурггаз", общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (далее – Свердловское УФАС России, Управление, антимонопольный орган, заинтересованное лицо) о признании недействительным предупреждения от 02.07.2018 № 14 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.11.2018 (резолютивная часть решения объявлена 30.10.2018) в удовлетворении требований отказано. 

Не согласившись с решением суда, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В апелляционной жалобе и в дополнениях к апелляционной жалобе заявитель приводит доводы, согласно которым является несостоятельным утверждение о том, что стоимость услуг технического обслуживания внутридомового и внутриквартирного газового оборудования (далее – ТО ВДГО/ВКГО) общества увеличилась на 300 %; условие о повышении цены экономически обоснованно, установленная цена за ТО ГО рассчитана в соответствии с Методическими рекомендациями о правилах расчета стоимости ТО ВДГО/ВКГО, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 27.12.2013 № 269-э/8, рассчитана на основании данных раздельного бухгалтерского учета доходов и расходов по ТО ГО многоквартирных домов, не имеет прямой математической зависимости от частоты выполнения работ; при этом общество вправе самостоятельно в одностороннем порядке определять цены и тарифы (прейскурант цен) на оказываемые услуги, одинаковые и обязательные для всех заказчиков, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2016 № 309-ЭС16-17745); возложение антимонопольным органом обязанности по установлению цены, которая не покрывает расходов за услуги по ТО ВДГО/ВКГО, нарушает права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; проведение анализа только в рамках процента повышения стоимости услуг в других регионах Российской Федерации неправомерно, поскольку не установлено с какой периодичностью в других регионах производилось повышение такой стоимости, при этом у общества повышение стоимости услуг по ТО ВДГО/ВКГО не было более 5 лет, несмотря на инфляционные процессы за данный период. 

По мнению заявителя, сравнительный анализ услуг по ТО ГО общества мог быть проведен только с теми регионами, компании в которых определяют стоимость услуг также как в АО "Екатеринбурггаз", то есть исходя из стоимости за 1 кв.м общей площади жилого помещения в месяц с периодичностью их оказания 1 раз в 3 года, а начиная с 2018 года – 1 раз в год (при условии, существования на рынке данных услуг не позднее конца 2016 года и других сопоставимых условий), поскольку постановлением Правительства Российской Федерации от 09.09.2017 № 1091 внесены изменения в Правила № 410 и частота проведения ТО ВДГО/ВКГО увеличилась с 1 раза в 3 года до 1 раза в год. 

Заявитель полагает, что в действиях (бездействии) АО "Екатеринбурггаз" как лица, занимающего доминирующее положение на рынке услуг ТО ВДГО/ВКГО в Свердловской области, признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют; доказательств, подтверждающее обратное, антимонопольным органом не представлено.

Заинтересованное лицо и третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, а именно: ООО "УЖК "УРАЛ-СТ", ООО "УК "РЭМП Железнодорожного района", администрация города Екатеринбурга,  АО "УК "Верх-Исетская", представили отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители заявителя поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в дополнениях к апелляционной жалобе, просили решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Заинтересованное лицо и третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители заявителя заявили ходатайство о назначении судебной экспертизы для подготовки расчета средней стоимости ТО ВДГО/ВКГО за 1 кв.м общей площади жилых помещений многоквартирных домов на 2018 года при периодичности технического обслуживания 1 раз в год, поскольку судом первой инстанции не было исследовано представленное в материалы дела заключение экспертизы, подготовленной АО «Гипрониигаз».

Заявленное ходатайство о назначении экспертизы рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и в его удовлетворении отказано на основании статьи 82, части 2 статьи 268 АПК РФ в связи с отсутствием в данном случае необходимости проведения по делу экспертизы.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 66 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Таким образом, судом апелляционной инстанции может быть назначена экспертиза в случае необоснованного отклонения судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы и невозможности рассмотрения дела без экспертного заключения.

Принимая во внимание обстоятельства настоящего дела, суд апелляционной инстанции считает, что проведение судебной экспертизы по поставленному вопросу является нецелесообразным, спор может быть разрешен без проведения экспертизы по имеющимся в деле доказательствам, отсутствуют основания, предусмотренные статьей 82 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что в Свердловское УФАС России поступили заявления от управляющих организаций многоквартирными домами в муниципальном образовании «город Екатеринбург» (далее – МО «город Екатеринбург») ООО «УЖК «УРАЛ-СТ» (вх. № 01-7541 от 16.04.2018), ООО «УК РЭМП Железнодорожного района» (вх. № 01-6374 от 02.04.2018) и АО «УК «Стандарт» (вх. № 01-6314 от 02.04.2018), ООО УК «Пионер» (вх. №01-10296 от 22.05.2018) о проверке на соответствие антимонопольному законодательству действий газораспределительной организации АО «Екатеринбурга» по повышению в 3 (три) раза с 01.01.2018 стоимости услуг технического обслуживания внутридомового газового оборудования в многоквартирных домах (далее - ВДГО) расположенных в МО «городе Екатеринбурге» с 0,39 руб./кв.м до 1,36 руб./кв.м. АО «Екатеринбурггаз» в ответах, представленных в Управление, а также в своем заявлении в обоснование увеличения в 3 раза стоимости услуг ВДГО указало на увеличение периодичности проводимых работ в 3 раза в связи с вступившими 20.09.2017 в силу изменениями в подпункте «б» пункта 43 Правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 № 410, (далее –  Правила № 410), предусматривающих увеличение частоты проведения ВДГО с 1 раза в 3 года до 1 раза в 1 год.

Однако, экономическим образом АО «Екатеринбурггаз» не обосновало рост стоимости услуг ВДГО в 3 раза, мотивируя изменение цены только прямой (математической) зависимостью от частоты выполняемых работ.

Между тем, объем работ по ВДГО выполняемых каждый раз (1 раз в год) согласно Постановлению № 410 с 01.01.2018 остался неизменным, и, следовательно, по мнению антимонопольного органа, АО «Екатеринбурггаз» увеличивая стоимость выполняемых (1 раз в год) работ в 3 раза, подменяет объем выполнения работ их частотой.

Согласно действовавшей до 20.09.2017 редакции подпункта «б» пункта 43 Правил № 410 исполнитель обязан осуществлять техническое обслуживание внутренних газопроводов, входящих в состав внутридомового и внутриквартирного газового оборудования, - не реже 1раза в 3 года.

Согласно действующей с 20.09.2017 редакции подпункта «б» пункта 43 Правил № 410 исполнитель обязан осуществлять техническое обслуживание внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования не реже 1 раза в год с учетом минимального перечня выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, предусмотренного приложением к настоящим Правилам.

Считая, что в действиях общества имеются признаки нарушения законодательства о защите конкуренции, Управление вынесло предупреждение от 02.07.2018 № 14 о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства.  

Не согласившись с указанным предупреждением, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемое предупреждение соответствует закону и не нарушает прав и законных интересов заявителя.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, рассмотрев доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в дополнениях к апелляционной жалобе и в отзывах на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

Из системного толкования части 1 статьи 198, статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Согласно части 1 статьи 39.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции) в целях пресечения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо ущемлению интересов неопределенного круга потребителей, антимонопольный орган выдает хозяйствующему субъекту, федеральному органу исполнительной власти, органу государственной власти субъекта Российской Федерации, органу местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органу или организации, организации, участвующей в предоставлении государственных или муниципальных услуг, государственному внебюджетному фонду предупреждение в письменной форме о прекращении действий (бездействия), об отмене или изменении актов, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, либо об устранении причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, и о принятии мер по устранению последствий такого нарушения (далее - предупреждение).

Согласно части 2 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции предупреждение выдается лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, в случае выявления признаков нарушения пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, статей 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 настоящего Федерального закона. Принятие антимонопольным органом решения о возбуждении дела о нарушении пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, статей 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 настоящего Федерального закона без вынесения предупреждения и до завершения срока его выполнения не допускается. 

Из изложенного следует, что основанием для выдачи предупреждения является обнаружение в действиях (бездействии) хозяйствующего субъекта признаков нарушения Закона о защите конкуренции; предупреждение выдается до возбуждения дела о нарушении пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, статей 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 настоящего Федерального закона.

Согласно части 4 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции предупреждение должно содержать:

1) выводы о наличии оснований для его выдачи;

2) нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение;

3) перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения, а также разумный срок их выполнения.

Как следует из материалов дела, основанием для выдачи оспариваемого предупреждения послужили выводы антимонопольного органа о наличии в действиях заявителя признаков нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

В соответствии со статьей 424 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, определенной соглашением сторон. В предусмотренных законом случаях применяются цены, установленные или регулируемые государственными органами. Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

Согласно пункту 40 Правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 № 410, (далее –  Правила № 410) цена договора на техобслуживании и ремонт ВДГО, определяется на основании тарифов, рассчитываемых в соответствии с Методическими рекомендациями о правилах расчета стоимости технического обслуживания и ремонта внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования (утверждены  приказом ФСТ России от 27.12.2013 № 269-э/8), согласно которым при определении стоимости технического обслуживания и ремонта внутридомового и внутриквартирного газового оборудования рекомендуется использовать следующие документы: Порядок содержания и ремонта внутридомового газового оборудования в Российской Федерации, утверждены приказом Министерства регионального развития Российской Федерации от 26.06.2009 № 239; Федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности газораспределения и газопотребления, утверждаемые в соответствии со статьей 4 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Таким образом, тарифы по ВДГО утверждаются хозяйствующими субъектами самостоятельно, однако с учётом требований к их структуре, указанных в приведенных нормативно-правовых актах.

Согласно части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц.

В частности указанный запрет распространяется на навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования) (пункт 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции).

Свердловским УФАС России запрошены тарифы («Требованием о предоставлении информации» № 7583 от 08.05.2018) по всем 12 городам Российской Федерации с населением, как в городе Екатеринбурге свыше 1 млн. человек (города Новосибирск, Нижний Новгород, Казань, Челябинск, Омск, Самара, Ростов-На-Дону, Уфа, Красноярск, Пермь, Воронеж, Волгоград) у 2-3 крупнейших, как и АО «Екатеринбурггаз» в городе Екатеринбурге участников рынка.

Анализ изменения тарифов услуг ВДГО в 12 городах России с населением свыше 1 млн. человек показал следующее:

у 9 из 19 организации повышение тарифов составило от 2 до 7%;

у 8 из 19 организаций стоимость тарифов не изменилась (0%);

у 1 из 19 организаций стоимость услуг изменилась как у АО «Екатеринбурггаз».

В целом, на сопоставимых с МО «город Екатеринбург» рынках, рост тарифов на услуги ВДГО в 2018 году по отношению к тарифам в 2017 году составил от 2 до 7% (приложение к предупреждению).

Между тем, АО «Екатеринбурггаз» увеличило тарифы на ВДГО с 01.01.2018 на 300%.

Антимонопольный орган, исходя из анализа вышеназванных документов, пришел к выводу, что АО «Екатеринбурггаз», предлагая хозяйствующим субъектам (ООО «УЖК «УРАЛ-СТ», ООО «УК РЭМП Железнодорожного района», АО «УК «Стандарт», ООО УК «Пионер»), а также иным потенциальным потребителям (путем размещения прейскуранта на сайте АО «Екатеринбурггаз») заключить с 01.01.2018 договор на оказание услуг ВДГО с «новыми» тарифами, навязывает экономически необоснованное условие о повышении стоимости услуг ВДГО в 3 раза.

Навязывание АО «Екатеринбурггаз» условия договора заявителям ООО «УЖК «УРАЛ-СТ», ООО «УК РЭМП Железнодорожного района», АО «УК «Стандарт», ООО УК «Пионер» проявляется в направлении АО «Екатеринбурггаз» управляющим организациям проектов дополнительных соглашений\договоров с указанным ценовым условием о повышении услуг ВДГО в 3 раза (что и послужило основанием для обращения управляющих организаций в Свердловское УФАС России).

Пункт 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции запрещает навязывание контрагентам экономически не обоснованных условий лицам, которые занимают доминирующее положение на рынке товара (а именно на рынке товара, соответствующего «предмету» договора, в рамках которого предлагается такое «экономически не обоснованное условие»).

В силу пункта 1 части 1 статьи 5 Закона о защите конкуренции доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта, доля которого на рынке определенного товара превышает 50%.

По результатам анализа Свердловским УФАС России состояния конкурентной среды на рынке услуг ВДГО в городе Екатеринбурге за 2017 год АО «Екатеринбурггаз» занимает доминирующее положение с долей от 98,99% до 99,9%.

Поскольку по правилам пункта 1 части 1 статьи 5 Закона о защите конкуренции положение АО «Екатеринбурггаз» является доминирующим, на АО «Екатринбурггаз» распространяются запреты и ограничения пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции; хозяйствующий субъект, занимающий такое положение, может оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем рынке.

Так как АО «Екатеринбурггаз» имеет монопольное положение на рынке, общество единолично оказывает решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем рынке, обладая исключительной рыночной властью в отношении как своих, так и потенциальных потребителей услуг ВДГО в МО «город Екатеринбург».

Из оспариваемого предупреждения следует, что оно содержит выводы о наличии оснований для его выдачи (установлены признаки нарушения субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке ВДГО запретов, установленных частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции; признаки нарушения установлены на основании анализа переписки управляющих организаций и общества, а также тарифов, полученных по требованию о предоставлении информации № 7583 от 08.05.2018 по 12 городам России с населением свыше 1 млн. человек).

Также предупреждение содержит нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение и перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения (обществу предложено прекратить действия, выразившиеся в навязывании хозяйствующим субъектам экономически не обоснованного условия договора о повышении с 01.01.2018 в три раза стоимости услуг по ВДГО, путем принятия всех зависящих мер), а также разумный срок их выполнения.

Судебный контроль при обжаловании предупреждения как при проверке его соответствия закону, так и при оценке нарушения им прав и законных интересов ограничен особенностями вынесения такого акта, целями, достигаемыми этим актом, соразмерностью предписанных мер и их исполнимостью.

Поскольку предупреждение выносится при обнаружении признаков нарушения, а не при установлении факта нарушения (факт нарушения устанавливается в рамках возбужденного дела о нарушении законодательства о защите конкуренции), и такие признаки антимонопольным органом были обнаружены, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемое предупреждение соответствует требованиям Закона о защите конкуренции, является обоснованным, прав и законных интересов заявителя не нарушает.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований при отсутствии оснований, указанных в статьях 198, 201 АПК РФ для признания оспариваемого ненормативного правового акта антимонопольного органа недействительным. 

Предупреждение принято в отношении надлежащего субъекта, его текст содержит выводы о наличии оснований для его выдачи, ссылки на нормы антимонопольного законодательства, перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства. Предупреждение содержит разумный срок его выполнения – 10 рабочих дней со дня его получения.

Доказательств, опровергающих наличие указанных обстоятельств, свидетельствующих о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства, участвующими в деле лицами суду не представлено.

Ссылки заявителя апелляционной жалобы на наличие доказательств, подтверждающих экономическое обоснование условия о повышении цены в соответствии с Методическими рекомендациями о правилах расчета стоимости ТО ВДГО/ВКГО, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 27.12.2013 № 269-э/8, расчете данной цены на основании данных раздельного бухгалтерского учета доходов и расходов по ТО ГО многоквартирных домов, не имеющей прямой математической зависимости от частоты выполнения работ, не могут свидетельствовать об отсутствии признаков нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.04.2014 № 1840/13, суд не устанавливает обстоятельства, подтверждающие факт совершения правонарушения, которые должны быть установлены антимонопольным органом при производстве по делу в случае его возбуждения, и не предрешает выводы антимонопольного органа в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции.

Суд ограничивается констатацией соответствия либо несоответствия предупреждения требованиям статьи 39.1 Закона о защите конкуренции и утвержденного Приказом Федеральной антимонопольной службы от 14.12.2011 № 874 Порядка выдачи предупреждения о прекращении действий (бездействия), содержащих признаки нарушения антимонопольного законодательства, с учетом того, что предписанные действия должны отвечать целям предупреждения и не могут выходить за пределы мер, необходимых для прекращения действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, устранения причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, а также его последствий.

Поскольку УФАС в оспариваемом ненормативного правовом акте нарушений антимонопольного законодательства не установлено, а было вынесено предупреждение в связи с выявлением их признаков, то судом в настоящем деле не усматривается нарушений прав и законных интересов заявителя. Доказательств обратного вопреки положениям статей 65, 200 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлено.

Доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, не опровергают обстоятельств, установленных арбитражным судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, не свидетельствуют о неправильном применении им норм материального и процессуального права и, соответственно, не влияют на законность обжалуемого предупреждения.

Апелляционная инстанция считает, что суд первой инстанции верно отказал заявителю в удовлетворении требований, поскольку оспариваемое предупреждение соответствует положениям действующего законодательства, содержит только те требования, которые касаются выявленных признаков нарушения антимонопольного законодательства. При этом предписанные действия не выходят за пределы мер, необходимых для прекращения действий, содержащих признаки нарушения антимонопольного законодательства.

С учетом изложенного оснований полагать, что оспариваемым актом реальным образом нарушаются права и законные интересы заявителя (что является необходимым условием для признания такого акта недействительным в силу положений статьи 201 АПК РФ), не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, решение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 06 ноября 2018 года  по делу № А60-40455/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

Е.Е. Васева

Е.Ю. Муравьева