ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

20 июля 2024 года

дело №А56-125240/2018/суб.1

Резолютивная часть постановления оглашена 02 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 20 июля 2024 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Н.А. Морозовой,

судей Е.В. Будариной, А.Ю. Серебровой,

при ведении протокола секретарём судебного заседания А.А. Байшевой, 

при участии в судебном заседании:  

- от ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности от 30.03.2023; 

- от ООО «Технологии здоровья»: представителя ФИО3 по доверенности от 04.08.2024;

- генерального директора ООО «Нильс» ФИО4 на основании выписки из ЕГРЮЛ от 18.06.2024;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-39954/2023, 13АП-44482/2023, 13АП-44063/2023) ФИО1, ФИО5, ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2023 по обособленному спору № А56-125240/2018/суб.1, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АБтойс», общества с ограниченной ответственностью «Современная мама», общества с ограниченной ответственностью «Тойс Маркет», общества с ограниченной ответственностью «Технологии здоровья», ФИО7, ФИО8 и общества с ограниченной ответственностью «Корико» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ББД», 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ПДК» (далее – ООО  «ПДК») 10.10.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ББД» (далее – ООО «ББД») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 18.10.2018 заявление ООО  «ПДК» принято к производству.

Впоследствии общество с ограниченной ответственностью «РБ Лоджистикс» (далее – ООО «РБ Лоджистикс») 24.12.2018 также обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ББД» несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 10.01.2019 заявление ООО «РБ Лоджистикс» принято к производству. 

Определением суда от 24.01.2019 заявление ООО  «ПДК» оставлено без рассмотрения. 

Определением от 03.06.2019 (резолютивная часть от 29.05.2019) арбитражный суд признал заявление кредитора обоснованным, ввёл в отношении общества «ББД» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО9 – член Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциация «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 08.06.2019 №99.

Решением от 29.10.2019 (резолютивная часть от 23.10.2019) суд первой инстанции прекратил процедуру наблюдения, признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО9

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.11.2019 № 202.

Общество с ограниченной ответственностью «АБтойс» (далее – ООО «АБтойс») 02.10.2020 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Нильс»  (далее – ООО «Нильс») к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД».

Определением суда от 16.10.2020 заявление ООО «АБтойс» принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-125240/2018/суб.1.

Впоследствии 07.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Современная мама» (далее – ООО «Современная мама») подало в суд первой инстанции заявление о привлечении ФИО1, а также ФИО4, ФИО10, ФИО11 (учредители ООО «Нильс») к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД».

Определением арбитражного суда от 08.02.2021 заявление ООО «Современная мама» принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-125240/2018/суб.2.

Определением суда первой инстанции от 07.04.2021 обособленные споры №А56-125240/2018/суб.1 и А56-125240/2018/суб.2 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу номера А56-125240/2018/суб.1.

Общество с ограниченной ответственностью «Тойс Маркет» (далее – ООО «Тойс Маркет») 09.06.2021 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО1 и ООО «Нильс» к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД».

Определением суда от 25.06.2021 заявление ООО «Тойс Маркет» принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-125240/2018/суб.3.

Определением суда первой инстанции от 18.08.2021 обособленные споры №А56-125240/2018/суб.1 и А56-125240/2018/суб.3 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу номера А56-125240/2018/суб.1.

Впоследствии конкурсный управляющий ФИО9 заявил требование о привлечении БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (BETHWAY HOLDINGS LTD) и Фонда развития интернет инициатив к участию в обособленном споре №А56-125240/2018/суб.1. в качестве соответчиков., которое в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судом удовлетворено (определение суда первой инстанции от 13.04.2022). 

Общество с ограниченной ответственностью «Технологии здоровья» (далее – ООО «Технологии здоровья») 20.10.2022 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО1 и ООО «Нильс» к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД».

Определением арбитражного суда от 24.10.2022 заявление ООО «Технологии здоровья» принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-125240/2018/суб.4.

Определением суда от 26.10.2022 обособленные споры №А56-125240/2018/суб.1 и А56-125240/2018/суб.4 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу номера А56-125240/2018/суб.1.

ФИО7, ФИО8 и общество с ограниченной ответственностью «Корико» (далее – ООО «Корико») 01.03.2023 направили в суд первой инстанции заявление о привлечении ФИО1, ФИО6, ФИО5, ООО «Нильс», Фонд развития интернет-инициатив, БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (BETHWAY HOLDINGS LTD), общества с ограниченной ответственностью «БСПБ Капитал» (БСПБ Капитал Джи Пи Лтд) и Таргет Венчур Групп Лтд к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД».

Определением суда первой инстанции от 25.04.2023 заявление ФИО7, ФИО8 и ООО «Корико» принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-125240/2018/суб.5.

Определением суда от 14.06.2023 обособленные споры №А56-125240/2018/суб.1 и А56-125240/2018/суб.5 объединены в одно производство с присвоением объединенному делу номера А56-125240/2018/суб.1.

Определением арбитражного суда от 31.10.2023 заявления ООО «АБтойс», ООО «Современная мама», ООО «Тойс Маркет», ООО «Технологии здоровья», ФИО7, ФИО8 и ООО «Корико» удовлетворены частично, ФИО1, ФИО6 и ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД», производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания произведения расчётов с конкурсными кредиторами должника. В удовлетворении остальной части заявления суд отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  31.10.2023 по обособленному спору № А56-125240/2018/суб.1 отменить в части её привлечения к субсидиарной ответственности, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что объективное банкротство общества наступило после её увольнения; причинно-следственной связи между наступлением банкротства общества и действиями ответчика не имеется; заявителями не представлено доказательств появления у общества финансовых обязательств после наступления объективного банкротства. 

В апелляционной жалобе ФИО5, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  31.10.2023 по обособленному спору № А56-125240/2018/суб.1 отменить в части её привлечения к субсидиарной ответственности, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что ФИО5 в полном объеме исполнила обязанность по передаче всей имеющейся у неё документации. 

В апелляционной жалобе ФИО6, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  31.10.2023 по обособленному спору № А56-125240/2018/суб.1 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции неверно определена степень вины ответчиков в фактической невозможности погашения кредиторской задолженности ООО «ББД».

Определением суда апелляционной инстанции от 14.02.2024 жалобы ФИО1, ФИО5, ФИО6 приняты к производству и назначены к рассмотрению в судебном заседании на 02.04.2024. 

До начала судебного заседания, назначенного на 02.04.2024:

- 19.03.2024 ООО «Современная мама» представило отзыв на апелляционные жалобы, в котором просило оставить обжалуемый судебный акт без изменения;

- 29.03.2024 конкурсный управляющий ФИО9 представил письменные пояснения, в которых он просил обжалуемый судебный акт отменить и привлечь солидарно ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО10 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника;

- 02.04.2024 ООО «Тойс Маркет» представило письменные пояснения, в которых оно просило отменить обжалуемый судебный акт в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, а в остальной части – оставить без изменения. 

Определением суда апелляционной инстанции от 26.03.2024 апелляционное разбирательство по жалобам ФИО1, ФИО5 и ФИО6 отложено до 28.05.2024. 

До начала судебного заседания, назначенного на 28.05.2024, от ООО «Технологии здоровья» 24.05.2024 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в которых общество просило оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Определением суда апелляционной инстанции от 28.05.2024 апелляционное разбирательство по жалобам ФИО1, ФИО5 и ФИО6 повторно отложено на 02.07.2024. 

До начала судебного заседания, назначенного на 02.07.2024:

- 01.07.2024 ООО «Нильс» представило письменную позицию по обособленному спору, согласно которой общество просило привлечь к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД» в размере 191 405 174 руб. 97 коп. ФИО1, конкурсного управляющего ФИО12, БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД, Фонд развития интернет-инициатив, БСПБ Капитал Джи Пи Лтд и Таргет Венчурз Групп Лтд.

- от ООО «Технологии здоровья» и ООО «Нильс» поступили ходатайства об участии их представителей в судебном разбирательстве посредством системы веб-конференция, которые судом апелляционной инстанции были удовлетворены. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, а представители ООО «Технологии здоровья» и ООО «Нильс» придерживались правовых позиций, изложенных в ранее представленных в материалы апелляционного производства отзывах на апелляционные жалобы. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

Приняв во внимание, что ФИО6 в просительной части апелляционной жалобы просил об отмене обжалуемого судебного акта в полном объёме, тогда как ФИО1 и ФИО5 только в части их привлечения к субсидиарной ответственности, учитывая представленные 29.03.2024 конкурсным управляющим ФИО9, 02.04.2024 ООО «Тойс Маркет» и 01.07.2024 ООО «Нильс» правовые позиции касательно надлежащих ответчиков по делу, установив, что стороны не смогли согласовать, в какой части апелляционной инстанции следует проверить судебный акт первой инстанции от 31.10.2023, апелляционный суд посчитал необходимым проверить законность и обоснованность определения суда в полном объёме.

Как усматривается из материалов дела, обращаясь в суд первой инстанции, заявители указали, что ФИО5, ФИО6, ФИО1, ООО «Нильс», ФИО4, ФИО10, ФИО11, Фонд развития интернет-инициатив, БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (BETHWAY HOLDINGS LTD), ООО «БСПБ Капитал» (БСПБ Капитал Джи Пи Лтд) и Таргет Венчур Групп Лтд являлись контролирующими должника лицами. 

В соответствии с правовой позицией заявителей ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника:

1) по правилам подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона,

2) по правилам подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непередачей бухгалтерской и иной документации, имущества и материальных активов конкурсному управляющему, 

3) по правилам пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом).

В соответствии со статьёй 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В части определения ответчиков в качестве контролирующих должника лиц.  

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ; пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Из положений пункта 1 и подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в том случае, когда оно извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения органов управления должника.

Иными словами подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусматривает презумпцию того, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ. Данное положение служит обеспечению как определенности понятия «контролирующее должника лицо», так и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 исполняла функции генерального директора ООО «ББД» в период с 06.06.2013 по 28.09.2018; ФИО6 занимал данную должность в период с 28.09.2018 по 10.01.2019; ФИО5 являлась генеральным директором общества в период с 10.01.2019 по 28.10.2019.

Таким образом, ФИО1, ФИО6 и ФИО5 являлись контролирующими должника лицами, поскольку они исполняли обязанности единоличного исполнительного органа должника, имели право действовать от имени компании без доверенности и совершать большинство юридически значимых действий в отношении должника.

При этом ООО «Нильс» являлось участником должника со 100% долей в уставном капитале ООО «ББД».

В отношении остальных ответчиков материалами дела подтверждается следующее. 

Как указали заявители, участником должника с 58% долей в уставном капитале в период с 19.12.2013 по 26.07.2018 являлось БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД; участником должника с 40% долей в уставном капитале с 03.02.2015 по 26.07.2018 являлся Фонд развития интернет-инициатив. Кроме того, в различные периоды существования должника его участниками являлись БСПБ Капитал Джи Пи Лтд (доля 21,13%), Таргет Венчурз Групп Лтд (доля участия 18,39%).

В качестве контролирующих лиц кредиторами также названы ФИО10, являющаяся участником ООО «Нильс» с долей в уставном капитале в размере 37% с 05.03.2014 по настоящее время, а также ФИО11, являющийся участником ООО «Нильс» с долей в уставном капитале в размере 25% с 06.12.2017 по настоящее время.

Вместе с тем:

1) БСПБ Капитал Джи Пи Лтд, Таргет Венчурс Групп Лтд, а также Фонд развития интернет-инициатив в различные периоды исполнения их обязанностей не являлись мажоритарными участниками ООО «ББД» либо участниками с контролирующей долей в уставном капитале, коль скоро размер доли каждого из указанных ответчиков не превышал 40%.

При этом кредиторы и конкурсный управляющий не представили доказательств о том, что поименованные участники должника действовали согласованно, принимали ключевые корпоративные решения единогласно, фактически преследовали цель выстраивания такой модели ведения бизнеса, при которой их консолидированным большинством достигалось совершение юридически значимых действий в компании, в результате чего они становились выгодоприобретателями.

Поскольку означенные ответчики не имели достаточно голосов, которые обеспечивали бы им возможность самостоятельно избирать исполнительный орган должника или давать исполнительному органу ООО «ББД» обязательные указания, правовых оснований для признания БСПБ Капитал Джи Пи Лтд, Таргет Венчурс Групп Лтд, а также Фонда развития интернет-инициатив контролирующими должника лицами не имеется, что, в свою очередь, исключает возможность применения к ним субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Оснований полагать наличие у БЭТВЕЙ ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД контроля над должником также не имеется. 

Материалы спора не содержат свидетельств о том, что указанный участник должника являются выгодоприобретателем от банкротства общества, сберёг какое-либо имущество, активы и денежные средства компании под своим контролем, получил иную возможную выгоду от кризисной ситуации и объективного банкротства организации.

2) ФИО11 и ФИО10 не являлись управляющими должника в смысле статьи 42 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», не осуществляли функции единоличного исполнительного органа, не заключали каких-либо корпоративных договоров, либо иных соглашений с участниками должника, которые могли бы позволить давать им обязательные для исполнения указания, доказательств обратного суду не представлено.

Факт наличия у ФИО11 и ФИО10 предполагаемого кредиторами контроля обуславливается исключительно участием в ООО «Нильс», в котором они имеют не контролирующие доли в уставном капитале, то есть не превышающие половину от его общей стоимости.

Каких-либо хозяйственных договоров о передаче имущества и активов должника в пользу ответчиков ФИО11 и ФИО10 в рамках настоящего дела конкурсным управляющим оспорено не было, правовой оценки недобросовестного поведения ответчиков при исполнении тех или иных гражданско-правовых сделок (при их наличии) с участием должника дано не было, доказательств, позволяющих суду сделать вывод о том, что исполнительными органами компании-ответчика от имени юридического лица реализовывались заведомо порочные бизнес-схемы, в материалах настоящего обособленного спора не имеется.

ФИО11 и ФИО10 самостоятельно не являлись и не могли являться лицами, контролирующими должника, так как в любом случае их контроль не мог существовать неопосредованным вмешательством, то есть вне принятия корпоративных решений в ООО «Нильс», где они не обладают контрольными долями участия.

В таком случае правовых оснований для признания ФИО11 и ФИО10 контролирующими должника лицами не имеется, что также не позволяет применить к ним субсидиарную ответственность по предъявленным основаниям.

В части доводов заявителя о бездействии ФИО1 и ФИО6 по обращению в суд первой инстанции с заявлением о признании ООО «ББД» несостоятельным (банкротом).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых тем же Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление №53) разъяснено, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пункте 12 постановления №53 разъяснено, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

Как следует из пункта 8 постановления №53, руководитель должника может быть привлечён к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

На основании пункта 9 постановления №53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления №53).

Моментом возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом является тот момент, когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному на встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объёмом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, определения Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713, от 15.12.2022 №302-ЭС19-17559(2), от 29.12.2022 №305-ЭС22-11886).

В соответствии с пунктом 14 постановления №53, согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, к числу обстоятельств, входящих в предмет доказывания, относится объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Заявители полагают, что у должника, начиная с января 2018 года появились объективные признаки несостоятельности, поскольку в указанный период к  ООО «ББД» были предъявлены требования 41 кредитора на общую сумму 194 454 477 руб. 29 коп., тогда как по состоянию на 31.12.2018 активы общества составляли 99 863 тыс. руб.

На основании представленных сведений заявители полагали, что, начиная с 01.03.2018, ФИО1 и ФИО6 следовало обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «ББД»

Между тем ни конкурсным управляющим, ни конкурсными кредиторами не указано, какие финансовые обязательства ООО «ББД» возникли у общества после появления признаков объективного банкротства, что обусловило бы вину ответчиков, предусмотренную положениями пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, и, как следствие, позволило определить размер обязательств, применительно к пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Какого-либо злоупотребления по данному эпизоду в действиях ФИО1 и ФИО6 не установлено. Заявители не доказали, что при наличии у должника неисполненных и непосильных к исполнению обязательств он злонамеренно продолжал наращивать кредиторскую задолженность притом, что сам факт наличия у должника неисполненных перед кем-либо обязательств после даты предполагаемого банкротства заявители не отразили.

Совершение ФИО1 и ФИО6 каких-либо действий, направленных на возникновение новых обязательств у должника после вышеуказанной даты и до введения соответствующей процедуры банкротства в ущерб интересам кредиторов, конкурсным управляющим и конкурсными кредиторами не доказано.

Подобное не установлено и арбитражным судом при рассмотрении настоящего спора, равно как и не определён размер обязательств поименованных ответчиков в этой части. 

Суд апелляционной инстанции признаёт заслуживающим внимание довод ФИО6 об отсутствии у него реальной возможности оценить финансовое состояние должника для целей инициирования процедуры банкротства последнего с учётом даты его назначения на должность руководителя организации 28.09.2018 и момента возбуждения судом дела о банкротстве по заявлению кредитора - 18.10.2018.

При таком положении, вопреки позиции арбитражного суда, основания для привлечения ФИО1 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД» на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствовали.

В части доводов заявителей о непередаче ФИО5 бухгалтерской и иной документации ООО «ББД».

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления №53 разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Применительно к положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве заявители сослались на то, что не передача ФИО5 конкурсному управляющему бухгалтерской документации общества препятствовала установлению активов должника и существенно затруднила проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

В частности заявители указали, что в соответствии со вступившем в законную силу определением суда первой инстанции от 20.10.2020 по обособленному спору №А56-125240/2018/истреб.2 ФИО5 обязана была передать конкурсному управляющему ФИО9 договор, заключённый с ООО «Сеть дата-центров «Селектел», на основании которого осуществлялось хранение и обслуживание серверов, а именно: Сервер 2U Procase ES206-SATA3-B-0, черный, MB 12x13, Сервер Supermicro 6017R-NTF 2*Хеоn Е5-2670 48 GB, Сервер MicroXperts ([OEM] Intel Xeon E5-2620V2, RAM 64Gb, HDD 4*1Tb FreeDos, Сервер SuperMicro SYS-6027R-TRF 2U/2xLGA201l/iC602/16xDDR3/8x SATA(HS)/IPMI/VGA/2Gla.

Действительно, сведений об исполнении вышеуказанного судебного акта со стороны ответчика в материалы обособленного спора не представлено.

Вместе с тем, заявители не обосновали, каким образом непередача вышеуказанного договора повлияла на ход проведения банкротных мероприятий; затруднила или сделала невозможным деятельность конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы.

Причинно-следственная связь между непередачей ответчиком договора хранения и невозможностью формирования конкурсной массы ООО «ББД» не доказана, притом, что на потерю какого-либо имущества или вывод ликвидных активов заявители не сослались. 

На прямой вопрос апелляционного суда касательно обстоятельств истребования договора хранения и его необходимости для формирования конкурсной массы, притом, что его реальность не была поставлена под сомнение, конкурсный управляющий соответствующих пояснений не дал, ограничившись формальной ссылкой на неисполнение ответчиком судебного акта. Однако обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, применительно к рассматриваемым отношениям не являются достаточными для вывода о невозможности погашения требований кредиторов в результате бездействия ФИО5

Одновременно в материалы дела представлена копия акта приёма-передачи документации общества конкурсному управляющему от 28.10.2019, приобщённая апелляционным судом к материалам дела, в соответствии с которым ФИО5 передала управляющему ФИО9 всю имеющуюся в её распоряжении первичную документацию, включая архивную, по финансово-хозяйственной деятельности должника. Достоверность данного акта ни одним участником процесса не оспаривалась.

Постановлением от 29.06.2022 по обособленному спору №А56-125240/2018/истр.1 Арбитражный суд Северо-Западного округа, отменяя судебные акты нижестоящих судов и отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО5 документации а и материальных ценностей общества, подтвердил факт передачи ею всей документации в объёме, полученном от предыдущего руководителя.

В этой связи, условия для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не доказаны.

В части доводов заявителей о создании ООО «Нильс» и ФИО1 ситуации, при которой у ООО «ББД» образовались признаки несостоятельности в результате заключения недействительной сделки. 

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона о банкротстве.

Положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: заявление о признании сделки недействительной не подавалось; заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из разъяснений пунктов 16 и 17 постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 19 постановления №53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В обоснование своей правовой позиции по исследуемому эпизоду заявители сослались на то, что определением суда первой инстанции от 05.10.2020 по обособленному спору №А56-125240/2018/сд.2 признано недействительной сделкой перечисление 31.07.2018 ООО «ББД» денежных средств в пользу ООО «Нильс» в общей сумме 5 000 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Нильс» в конкурсную массу ООО «ББД» денежных средств в размере оспраиваемой суммы. Поскольку ФИО1 в юридически значимый период являлась руководителем ООО «ББД», а ООО «Нильс» - бенефициаром сделки, заявители полагают возможным привлечения этих субъектов к субсидиарной ответственности по правилам подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу правового подхода Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 05.10.2023 №305-ЭС20-8363(8-12), по смыслу норм действующего законодательства один лишь факт убыточности заключённой под влиянием контролирующего лица сделки (совокупности сделок) не может служить безусловным подтверждением наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В пункте 23 постановления №53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если сделка (сделки) одновременно отвечает двум квалифицирующим признакам: она является значимой для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточной.

Вместе с тем, доказательств того, что сделка по перечислению ООО «ББД» в пользу ООО «Нильс» денежных средств являлась настолько существенной, что послужила действительной причиной банкротства общества, не имеется.

 Как указывалось ранее, по состоянию на 31.12.2018 размер активов ООО «ББД» составлял 99 863 тыс. руб., что в 19 раз превышает сумму спорного перечисления.   

Само перечисление проведено за полгода до образования на стороне должника существенной кредиторской задолженности в размере 194 454 477 руб.

Таким образом, вменяемая в вину ответчикам сделка не являлась существенной применительно к масштабам деятельности должника, притом, что заключена задолго до образования на стороне общества существенной кредиторской задолженности, в связи с чем не могла привести к банкротству организации.

Правомерность установленного ФИО1 размера заработной платы и её выплата являлась предметом судебной оценки по обособленному спору                        №А56-125240/2018/сд.1, в рамках которого судами трёх инстанций подтверждена обоснованность действий ответчика в этой части.

При таком положении ни ООО «Нильс», ни ФИО1 не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по правилам подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку конкурными кредиторами и конкурсным управляющим не была доказана совокупность обстоятельств для привлечения ФИО1, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ББД», апелляционный суд полагает необходимым обжалуемый судебный акт в указанной части отменить, отказав в удовлетворении заявлений в данной части. В остальной части обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения как принятое в полном соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2023 по делу №  А56-125240/2018/суб.1 отменить в части привлечения ФИО1, ФИО6 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ББД» и приостановления производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до проведения расчётов с конкурсными кредиторами должника.

В указанной части в заявленных требованиях отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 31.10.2023 по делу №  А56-125240/2018/суб.1 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

Е.В. Бударина

 А.Ю. Сереброва