﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-103702/2018

26 мая 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2021 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Герасимовой Е.А.

судей  Бурденкова Д.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Санджиевой А.В.

при участии:  

от Хинейко Я.А.: представителя Зайцева С.В. по доверенности от 26.05.2020; 

от Хинейко Ю.В.: представителя Тулумова А.Э. по доверенности от 18.05.2021;

от конкурсного управляющего Силицкого П.Б.: представителя Винницкого Д.В. по доверенности от 01.06.2020; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-2926/2021, 13АП-3618/2021) Хинейко Якова Андреевича и Хинейко Юлии Валерьевны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.12.2020 по делу № А56-103702/2018/сд.1 (судья  Радченко А.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего Греб Евгении Сергеевны об оспаривании сделок должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Президент-Нева»,

установил:

Федеральная налоговая служба России обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании          общества с ограниченной ответственностью «Президент-Нева» (далее –                      ООО «Президент-Нева») несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 17.12.2018 (дата объявления резолютивной части) в отношении ООО «Президент-Нева» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Греб Евгения Сергеевна, член Ассоциации «МСО АУ «Содействие». 

Публикация сведений о введении в отношении должника процедуры наблюдения осуществлена в газете «Коммерсантъ» № 242 от 29.12.2018. 

Решением суда первой инстанции от 17.04.2019 ООО «Президент-Нева» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утверждена Греб Евгения Сергеевна, член Ассоциации «МСО АУ «Содействие». 

Публикация сведений об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства осуществлена в газете «Коммерсантъ» № 76 от 27.04.2019. 

20.12.2019 в суд первой инстанции от конкурсного управляющего Греб Евгении Сергеевны поступило заявление о признании недействительной сделкой договора купли-продажи нежилого помещения от 11.11.2016, подписанного между ООО «Президент-Нева» и Хинейко Яковом Андреевичем. Конкурсный управляющий просил обязать Хинейко Якова Андреевича вернуть в конкурсную массу должника нежилое помещение 221Н, назначение: нежилое, этаж: мезонин – надстройка, общей площадью 178,7 кв.м., кадастровый номер 78:36:0005308:1175, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Зеленогорская, д.4, лит.А, пом.221Н.

Определением суда первой инстанции от 02.06.2020 конкурсным управляющим ООО «Президент-Нева» утвержден Силицкий Павел Борисович, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Определением суда первой инстанции от 30.12.2020 признан недействительным пункт 2.1 договора купли-продажи нежилого помещения от 11.11.2016, заключенного между ООО «Президент-Нева» и Хинейко Яковом Андреевичем. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе Хинейко Я.А., ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 30.12.2020 отменить в части удовлетворения заявления, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств очевидности совершения сделки на заведомо невыгодных условиях, учитывая данные представленных бухгалтерских балансов должника, содержащих данные о наличии прибыли по итогам деятельности должника в период с 2015 по 2017 годы.

В апелляционной жалобе Хинейко Ю.В. (лицо, не участвующее в обособленном споре), ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 30.12.2020 отменить, перейти к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлечь к участию в споре Хинейко Ю.В. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. По мнению подателя жалобы, обжалуемым судебным актом затрагиваются права Хинейко Ю.В. как супруги Хинейко Я.А., в чьей совместной собственности находится нежилое помещение, являющееся предметом оспариваемого договора.

Отзыв на апелляционную жалобу Хинейко Я.А., поступивший от конкурсного управляющего и зарегистрированный в день судебного заседания, не приобщен апелляционным судом к материалам дела как поданный с нарушением срока, установленного частью 2 статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании представители Хинейко Я.А. и Хинейко Ю.В. поддержали доводы соответствующих апелляционных жалоб. Представитель конкурсного управляющего ООО «Президент-Нева» возражал, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, из ответа Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу конкурсному управляющему стало известно, что 11.11.2016 должник произвел отчуждение нежилого помещения общей площадью 178,7 кв.м., кадастровый номер 78:36:0005308:1175, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, ул. Зеленоградская, д.4, лит.А, пом.221Н, по договору купли-продажи, заключенному с Хинейко Яковом Андреевичем. 

В соответствии с пунктом 1.2 указанного договора недвижимое имущество принадлежит продавцу на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 78-АЗ № 089785, выданным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 08.08.2013, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации № 78-78-39/071/2013-012. 

Согласно пункту 5.1 договора право собственности на недвижимое имущество возникает у покупателя с момента государственной регистрации перехода права собственности в уполномоченном государственном органе. 

Как следует из пункта 2.1 договора, цена недвижимого имущества составляет 7 000 000 руб. Оплата цены недвижимого имущества в полном объеме производится покупателем в следующем порядке: в течение 5 рабочих дней оплачивает продавцу сумму в размере 6 000 000 руб.; в течение двенадцати рабочих дней в размере                 1 000 000 руб. путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца (пункт 2.2 договора). 

В соответствии с выпиской по счету ООО «Президент-Нева» за период с 01.01.2015 по 20.02.2019 в адрес должника поступили денежные средства в размере 7 000 000 руб. в счет оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества.

29.11.2016 право собственности на недвижимое имущество зарегистрировано за Хинейко Яковом Андреевичем, номер государственной регистрации права: 78-78/039-78/068/004/2015-483-2.

Считая сделку по отчуждению недвижимого имущества недействительной как заключенной с причинением вреда, по заниженной стоимости, при отсутствии равноценного встречного исполнения и со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий обратился в суд первой инстанции с настоящим заявлением.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных  жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о банкротстве ООО «Президент-Нева» возбуждено 21.08.2018, оспариваемый договор заключен 11.11.2016, переход права собственности на нежилое помещение зарегистрирован 29.11.2016, следовательно, сделка по отчуждению имущества может быть оспорена по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации                  (далее – ГК РФ).

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо  доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

В рассматриваемом случае на дату заключения договора (11.11.2016) и дату регистрации перехода права собственности должник не обладал признаками неплатежеспособности, поскольку решение суда по делу № А56-59654/2018 о взыскании с должника в пользу Санкт-Петербургского казенного учреждения «Имущество Санкт-Петербурга» задолженности в размере 562 677 руб. 55 коп. по арендной плате за периоды с 01.10.2015 по 31.12.2015 и с 01.07.2016 по 31.12.2016 вынесено лишь 16.07.2018 (то есть после совершения сделки).

Уведомление АО «ЮниКредит Банк» о наличии просроченной задолженности направлено в адрес заемщика 16.01.2018. Нарушение графика платежей по Соглашению № 002/0156L/15 о предоставлении кредита, с учетом Дополнения № 1 от 16.10.2015, Дополнения № 2 от 24.01.2017 явилось основанием для объявления всей задолженности по кредиту подлежащей досрочному погашению. Требование банка в размере 140 563 490 руб. 82 коп. основного долга и процентов и 1 627 068 руб. 22 коп. неустойки включено в реестр требований кредиторов по определению суда первой инстанции от 27.09.2019 по обособленному спору № А56-103702/2018/тр.2.

Однако само по себе наличие неоплаченной задолженности перед несколькими контрагентами не может являться определяющим фактором, подтверждающим неплатежеспособность должника, то есть его неспособность удовлетворить требования кредиторов.

Хинейко Я.А., выступая покупателем по оспариваемому договору, не является юридически либо фактически аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом. Следовательно, Хинейко Я.А. о финансовом положении должника мог узнать только из открытых источников и публичной информации. 

Однако на дату сделки и регистрации перехода права судебных актов о взыскании с должника денежных средств не было вынесено, при этом                 Хинейко Я.А. доступа к первичным и бухгалтерским документам должника не имел, а потому был объективно лишен возможности каким-либо образом узнать о неисполнении ООО «Президент-Нева» обязательств по кредитному соглашению, заключенному с АО «ЮниКредит Банк».

Конкурсным управляющим не доказан как факт неплатежеспособности должника на дату сделки, так и факт осведомленности Хинейко Я.А. об этом, что исключает возможность признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, на что правомерно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте.

Вместе с тем согласно позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Суд первой инстанции, не установив наличие цели причинения вреда кредиторам, признал пункт 2.1 договора недействительным, указал на заключение сделки по заниженной стоимости, поскольку нежилое помещение продано по цене 7 000 000 руб., в то время как согласно оценочному заключению ООО «Бюро независимой экспертизы» от 20.10.2020 № 004-20/СН рыночная стоимость помещения по состоянию на 11.09.2016 составляет 10 553 000 руб. Суд согласился с доводом конкурсного управляющего о том, что оспариваемая сделка совершена по существенно заниженной стоимости  по сравнению с рыночной ценой спорного имущества и по сравнению с аналогичными сделками должника в этом же здании.

Апелляционная инстанция с таким выводом суда не может согласиться.

Во-первых, оспариваемая сделка заключена в пределах трехлетнего периода подозрительности, а потому не подлежит оспариванию по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Во-вторых, оценочное заключение ООО «Бюро независимой экспертизы» от 20.10.2020 № 004-20/СН, на которое сослался конкурсный управляющий в подтверждение довода о неравноценном встречном исполнении, составлено на основании представленных документов (каких именно установить не представляется возможным) и не является отчетом об оценке, на что прямо указано в заключении  (лист дела 76).

В-третьих, предварительная оценка проведена по состоянию на 11.09.2016, в то время как договор подписан 11.11.2016, переход права осуществлен 29.11.2016. Доказательств проведения оценки на дату заключения оспариваемой сделки в материалах дела не имеется и конкурсным управляющим не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ).  

Кроме того, по мнению апелляционного суда, является заслуживающим внимания довод Хинейко Я.А. о том, что итоговая величина рыночной или иной стоимости имущества является предполагаемой, вероятной ценой, по которой объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции. Рыночная цена объекта оценки не должна и не может точно совпадать с ценой сделки, заключенной двумя конкретными лицами. У участников гражданских правоотношений отсутствует установленная каким-либо нормативными актами обязанность заключать договоры купли-продажи недвижимости по цене, равной величине рыночной стоимости, определенной в отчете об оценке.

Таким образом, само по себе отличие цены сделки от рыночной стоимости предмета сделки не может являться основанием для признания соответствующей сделки недействительной в отсутствие доказательства сопутствующих признаков недобросовестного поведения сторон сделки, предусмотренных гражданским законодательством.

В силу абзаца третьего пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» о наличии явного ущерба, свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить их того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. То есть наличие явного ущерба имеет место в сделке на заведомо и значительно невыгодных условиях, при этом это было очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

Данные разъяснения подлежат применению и при рассмотрении арбитражными судами дел о несостоятельности, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

Конкурсным управляющим в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено надлежащих доказательств очевидности совершения сделки на заведомо невыгодных условиях и о существенном занижении стоимости помещения.

Действительно, цена имущества в оспариваемом договоре отличается от стоимости, определенной в предварительной оценке ООО «Бюро независимой экспертизы», однако не в столь существенном размере, который позволял бы сделать вывод о злоупотреблении сторонами своими правами в ущерб кредиторам должника.

Помимо этого в предварительной оценке нет сведений об анализе технических характеристик помещения, его расположения, нахождения по отношению к иным помещениям в здании, что очевидно влияет на рыночную стоимость. Неисследование данных факторов могло повлечь определение лишь приблизительной стоимости, не соответствующей цене, по которой помещение реально могло быть продано на рынке.    

Далее, в качестве обоснования заключения сделки по заведомо заниженной цене конкурсный управляющий ссылается на определение рыночной цены, по мнению управляющего, аналогичных помещений № 9Н, 47Н, 48Н, 49Н, 107Н при их передаче в ипотеку АО «ЮниКредитБанк».

Представитель Хинейко Я.А. пояснил, что указанные выше помещения хотя и расположены в одном здании, но находятся на 1, 2 и 3 этажах, в то время как спорное помещение является мансардой – пристройкой, что влияет на его рыночную стоимость по сравнению в помещениями на 1, 2 и 3 этажах.

Рыночная стоимость проданного объекта в соответствии с условиями оспариваемого договора составляла 7 000 000 руб., что превышает кадастровую стоимость более чем в 3 раза. Кадастровая стоимость объекта согласно данным, размещенным на официальном сайте Росреестра, составляет 1 792 757 руб. 71 коп., что подтверждается приложенным к отзыву на заявление скриншотом страницы с официального сайта Росреестра. Приведенная Хинейко Я.А. кадастровая стоимость помещения конкурсным управляющим не оспорена, данных об иной кадастровой стоимости управляющий не представил.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под кадастровой стоимостью понимается стоимость, установленная в результате проведения государственной кадастровой оценки или в результате рассмотрения споров о результатах определения кадастровой стоимости либо определенная в случаях, предусмотренных статьей 24.19 названного Закона.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2015 № 28 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов недвижимости» разъяснено, кадастровая стоимость земельных участков и отдельных объектов недвижимого имущества устанавливается для целей налогообложения и в иных, предусмотренных федеральными законами случаях (пункт 5 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 375, 390, 402 Налогового кодекса Российской Федерации, главы III. 1 Федерального закона от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».  

 В соответствии с Федеральным стандартом оценки «Определение кадастровой стоимости (ФСО № 4)», утвержденным Приказом Минэкономразвития России от 22.10.2010 № 508, под кадастровой стоимостью понимается рыночная стоимость, определенная методами массовой оценки, или, при невозможности определения рыночной стоимости методами массовой оценки, рыночная стоимость, определенная индивидуально для конкретного объекта недвижимости.

Сделка купли-продажи от 11.11.2016 совершена по цене, в разы  превышающей кадастровую стоимость помещения, следовательно, не представляется возможным говорить о ее совершении по явно заниженной стоимости.

Довод конкурсного управляющего о притворности сделки вследствие того, что аффилированное к должнику лицо ООО «Технопроект» после совершения сделки продолжает находиться по адресу спорного помещения, отклоняется апелляционным судом.

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относится притворная сделка (статья 170 ГК РФ) (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", далее – постановление Пленума № 25).

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В пункте 87 постановления Пленума № 25 разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Из материалов дела следует, что договор на отчуждение имущества подписан 11.11.2016, полностью оплачен покупателем, переход права собственности зарегистрирован 29.11.2016, то есть сделка исполнена сторонами в соответствии с условиями ее заключения.

Конкурсный управляющий не указал, по каким основаниям, предусмотренным законом, сделка, фактически исполненная сторонами, является притворной и прикрывает иную сделку. Также управляющий не пояснил, какую именно сделку прикрывает оспариваемая, в чем состоят разночтения в воле сторон оспариваемого договора с реально предпринятыми действиями.

То обстоятельство, что юридический адрес определенного юридического лица ООО «Технопроект», аффилированность которого по отношению к должнику конкурсным управляющим в рамках настоящего спора не подтверждена, совпадает с адресом спорного помещения, в принципе не может свидетельствовать о притворности сделки между должником и Хинейко Я.А., поскольку отсутствуют доказательства, на каком именно праве, каком договоре и с каким сроком действия ООО «Технопроект» занимает либо занимало указанное помещение.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что определение суда первой инстанции в обжалуемой части подлежит отмене как принятое при несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела с принятием нового решение об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Относительно апелляционной жалобы Хинейко Ю.В. апелляционный суд отмечает следующее.

В силу статьи 42 АПК РФ лица, не участвующие в деле, вправе обжаловать судебный акт, которым принято решение об их правах и обязанностях.

Согласно пункту 4 части 4 статьи 270 АПК РФ принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", право на обжалование судебных актов, в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ.

К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 АПК РФ относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт, то есть указание на них содержится в мотивировочной и/или резолютивной части оспариваемого судебного акта, а также лица, в отношении прав и обязанностей которых хотя и отсутствует указание в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, но права и обязанности, которых непосредственно затрагиваются принятым судебным актом, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Наличие у лица, не участвующего в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебного акта.

Предоставляя лицу, не участвующему в деле, процессуальное право обжалования судебного акта, законодатель исходит из того, что именно это лицо должно доказать, что судом принято решение о его правах и обязанностях.

Таким образом, для возникновения права на обжалование судебного акта у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемый судебный акт не просто затрагивал права и обязанности этих лиц, а был принят непосредственно об их правах и обязанностях этих лиц.

Из установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств по делу усматривается, что обжалуемый судебный акт о правах и обязанностях                    Хинейко Ю.В. не принимался и не создает ей препятствий для реализации своих субъективных прав. Суд первой инстанции не разрешал вопросы, связанные с совместным имуществом супругов Хинейко, а потому факт наличия брачных отношений не является безусловным основанием для привлечения супруги ответчика по спору об оспаривании сделки.   

Согласно пункту 1 части 1 статьи 264 АПК РФ арбитражный суд возвращает апелляционную жалобу, если при рассмотрении вопроса о принятии апелляционной жалобы к производству установит, что апелляционная жалоба подана лицом, не имеющим права на обжалование судебного акта в порядке апелляционного производства.

В случае, если жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается на основании пункта 1 части 1 статьи 264   АПК РФ.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150               АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению.

Поскольку обжалуемый судебный акт не принят о правах и обязанностях Хинейко Ю.В. и у нее отсутствует право на обжалование определения, то апелляционный суд считает необходимым производство по апелляционной жалобе Хинейко Ю.В. прекратить применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются апелляционным судом по общим правилам статьи 11 АПК РФ.    

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе Хинейко Юлии Валерьевны прекратить. 

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.12.2020 по обособленному спору № А56-103702/2018/сд.1 в обжалуемой части отменить.

В удовлетворении заявления отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Президент-Нева» в пользу Хинейко Якова Андреевича 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Возвратить Хинейко Юлии Валерьевне из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной по квитанции от 18.04.2021.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

 

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 

Н.А. Морозова