АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 апреля 2022 года

Дело №

А56-53177/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.04.2022

Полный текст постановления изготовлен 08.04.2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л.,судей Бычковой Е.Н., Колесниковой С.Г., 

при участии от публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» ФИО1 (доверенность от 04.12.2020), финансового управляющего  ФИО2 (паспорт),   

рассмотрев 05.04.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 по делу № А56-53177/2020,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2020 по делу № А56-53177/2020, на основании заявления публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ», адрес: 119048, Москва, улица Ефремова, дом 8, ОГРН 

<

***>,                     ИНН 

<

***> (далее – Банк), в отношении ФИО3 (город Всеволожск, Ленинградская область) введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО2.

В рамках дела о банкротстве, Банк 08.04.2021 обратился в суд с ходатайством о признании требований Банка к должнику по договору поручительства от 23.10.2015 № 345-1-ПВ/14 (далее – Договор поручительства), в размере 607 845 674 руб. 02 коп. основного долга и 76 969 155 руб. 24 коп. штрафных санкций, общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4.

Решением суда от 15.06.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

По обособленному спору, определением суда первой инстанции от 17.09.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021, Банку отказано в удовлетворении ходатайства.

 

В кассационной жалобе Банк просит отменить указанные определение от 17.09.2021 и постановление от 02.12.2021, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податель жалобы считает, что упомянутое обеспечительное  обязательство на себя приняли должник и его супруга в рамках развития их совместного семейного бизнеса. Банк полагает, что данное утверждение подтверждается вхождением ФИО4 в состав органов управления - заемщика по кредитному договору – акционерного общества «ГлавСтройКомплекс» (далее – АО «ГСК», Общество) и голосованием на заседании коллегиального органа по вопросу  одобрения заключения Обществом кредитного договора и дополнительных соглашений к нему. Также податель жалобы обращает внимание на то, что ФИО4 не заявляла возражений против заключения ее супругом договора поручительства по обязательствам Общества. Кроме того, Банк ссылается на совместное участие супругов и в органах управления других организаций, объединенных в группу компаний для ведения бизнеса: в обществе с ограниченной ответственностью «Невский-24» (ИНН 

<

***>); в обществе с ограниченной ответственностью «Ладога» (ИНН 

<

***>) и в обществе с ограниченной ответственностью «РУТДЕВИ» (ИНН 

<

***>) (ликвидировано 08.08.2017). Податель жалобы, приводит ссылки на открытые источники в сети Интернет, и полагает, что полученные Обществом кредитные денежные средства частично были направлены должником и его супругой на удовлетворение семейных нужд, например, на оплату обучения своих детей.

По мнению Банка, отклоняя приведенные доводы, суды двух инстанций неправильно распределили бремя доказывания по делу, не возложили на должника большее бремя доказывания или опровержения доводов кредитора. Суды не проверили возможность внутригруппового распределения полученного Обществом кредитования; поэтому пришли к необоснованному выводу о достаточности поступлений в пользу должника и его супруги от юридических лиц – остальных участников группы, для содержания семьи. Как полагает Банк, суды не дали оценки фактам злоупотребления правом ФИО3 и ФИО4, которые имели место  уже после возбуждения дела о банкротстве должника: сокрытие сделок по отчуждению принадлежащего должнику дорогостоящего имущества; изменение регистрации по месту жительства ФИО3; расторжение супругами брака и несправедливый раздел принадлежащего им имущества. 

ФИО3 представил письменную позицию на доводы жалобы, в которой возражает против ее удовлетворения, полагая, что действия        ФИО4 при голосовании за одобрение сделки кредитования были направлено на реализацию обычного экономического интереса, а полученный Обществом кредит имел целевой характер – приобретение акций акционерного общества «ДСК № 5». Другие доводы Банка не относятся к предмету спора и не подтверждены доказательствами. 

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, приведенные в жалобе.

Финансовый управляющий поддержал доводы жалобы Банка. 

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, основанием для обращения Банка в суд с заявлением о банкротстве ФИО3, послужило нарушение АО «ГСК» кредитных обязательств, возникших из заключенного с правопредшественником Банка (открытым акционерным обществом «Банк Балтийское Финансовое Агентство) кредитного договора от 11.06.2014 № 345-КД/14 (далее – Кредитный договор), за которое ФИО3 предоставил поручительство по договору поручительства от 23.10.2015 № 345-1-ПВ/14 (далее – Договор поручительства). 

По условиям Кредитного договора Общество обязано было возвратить кредит (лимитом 950 000 000 руб.) в установленный срок и уплатить соответствующие проценты (14,5% годовых). Целью кредитования являлось: оплата Обществом по договорам купли-продажи акций открытого акционерного общества «Домостроительный комбинат № 5»; погашение задолженности последнего, а также погашение задолженности самого Общества перед третьими лицами по договорам займа в размере, не более 56 000 000 руб. и по договорам генерального подряда, заключенным между заемщиком и закрытым акционерным обществом «Фирма «Стройкомплекс». 

Поскольку Обществом были нарушены обязательства по Кредитному договору, а в отношении одного из поручителей по кредиту – акционерного общества «ДСК» была введена процедура наблюдения, Банк 23.04.2018 предъявил требование о досрочном возврате кредита, которое не было исполнено заемщиком. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2020 по делу А56-76787/2017 АО «ГСК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Требование Банком было предъявлено в рамках гражданского дела           № 2-115/2019 к заемщику и поручителю; решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 24.09.2019 с должника взыскана задолженность в размере 1 034 784 829 руб. 26 коп.

С учетом частичной уступки Банком прав требования к Обществу на сумму 350 000 000 руб., оставшаяся задолженность по Кредитному договору в общем размере 684 784 829 руб. послужила основанием для возбуждения по заявлению Банка  в отношении ФИО3 дела о банкротстве.

Как подтверждается протоколами заседания Совета директоров АО «ГСК» от 21.04.2014 № 3-03/14 и от 23.10.2015 № 01од/10/15, ФИО4 является членом совета директоров Общества, принимала участие в одобрении крупных сделок, в том числе по заключению Кредитного договора, а также по внесению изменений в график возврата денежных средств по Кредитному договору, по определению состава обеспечения исполнения обязательств по Кредитному договору в виде ценных бумаг. 

В списке аффилированных лиц Общества, по состоянию на 30.09.2015, ФИО4 принадлежало 76% акций АО «ГСК». 

Обращаясь в суд с требованием о признании обязательств по Кредитному договору и Договору поручительства общим обязательством супругов ФИО5, Банк привел указанные выше обстоятельства, а также предположил, что кредитные средства могли быть использованы должником на нужды семьи.      

Возражая против ходатайства Банка, ФИО4 настаивала на том, что поручительство по обязательствам Общества по Кредитному договору совместным не является, а  доводы Банка, о расходовании полученных по Кредитному договору денежных средств на нужды семьи должника, опровергаются ее достаточными собственными доходами, которые подтверждены соответствующими доказательствами. 

Отказывая Банку в удовлетворении ходатайства, суд первой инстанции исходил из того, что кредит по своему характеру для Общества носил целевое назначение, а потому не мог быть направлен на иное, несвязанное с деятельностью АО «ГСК». Также суд квалифицировал одобрение ФИО4 (как членом Совета директоров Общества) на заключение Обществом крупной сделки - кредита с Банком, как обычные корпоративные полномочия, а ее согласие на заключение супругом договора поручительства по упомянутому Кредитному договору - не связанное с принятием на себя аналогичных обязательств.  

По мнению суда, в данном случае предполагается направление действий супругов исключительно в экономических интересах Общества, а не в личных семейных. К тому же у семьи имелся достаточный доход, получаемый      ФИО4 в  ООО «Невский-24» и в ООО «Ладога». 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, также отметил, что Банком объективно не доказано фактов, которые бы безусловно подтверждали его требование. 

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражения на нее, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Вопрос о признании обязательства супругов общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве). Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. 

При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Таким образом, в отличие от режима имущества супругов, обязательства каждого из них, по общему правилу, предполагаются личными.

По смыслу положений пункта 2 статьи 45 СК РФ, обязательства супругов могут быть признаны общими лишь в случае прямого указания на это в обязательстве, а также, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Правовая позиция по этому поводу отражена в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, согласно которой, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Как видно из существа рассматриваемого спора и установленных судебными инстанциями обстоятельств, основанием возникновения спорного обязательства на стороне гражданина-должника является предоставление последним Банку поручительства за упомянутое Общество. То есть, указанное основание непосредственно не связано с получением денежных средств самим ФИО3, что исключает возможность их расходования должником на нужды семьи и в интересах ФИО4, а прямых или косвенных доказательств обратного, в порядке статей 64 - 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявителем не представлено.

Участие ФИО4 в органах управления Обществом, равно ее участие в органах управления иных юридических лиц, в том числе аффилированных по отношению к Обществу или должнику не означает, с обязательностью, изъятия полученных на основании Кредитного договора денежных средств из Общества в личных интересах ФИО4 и их семьи. На доказательства, которые бы подтверждали совершение внутригрупповых расчетов с участием Общества и организаций, контролируемых ФИО4, получение должником или его супругой денежных средств с расчетных счетов Общества, Банк также не ссылается. 

При названных обстоятельствах, сведения Банка о фактах расходования денежных средств ФИО4 на личные нужды не позволяет сделать однозначный вывод о том, что указанные расходы были совершены исключительно, либо в том числе,  за счет средств, полученных Обществом по Кредитному договору. 

Условиями Кредитного договора, как правильно отмечено судами, предусматривали конкретные цели кредитования, связанные с предпринимательской деятельностью Общества, а не с личными нуждами контролирующих его лиц, доказательств в нецелевом использовании кредитных средств, Банк в обоснование своего ходатайства не представил. 

По мнению суда кассационной инстанции, оценив, в порядке статьи          71 АПК РФ, доводы Банка, возражения должника и ФИО4, а также собранные по делу доказательства относимые и допустимые к спору, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что сомнения и предположения Банка об использовании семьей ФИО5 кредитных средств, предоставленных Обществом, на собственные нужды, не подтвердились.

Обоснования своего несогласия с обжалуемыми судебными актами, изложенные Банком в кассационной жалобе, повторяют доводы, приведенные в ходатайстве и в апелляционной жалобе, но не опровергают выводы, сделанные судебными инстанциями.

Возможные последующие недобросовестные действия ФИО3, а также ФИО4 (на которые обращает внимание податель жалобы), направленные на сокрытие их совместного имущества от взыскания или сокрытия сведений от финансового управляющего, могут явиться основанием для применения к ним ответственности, но не связанные с квалификацией ранее возникшего обязательства из договора поручительства.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций дали правильную правовую оценку представленным в материалы дела доказательствам, не усмотрев оснований для вывода о признании обязательств ФИО3 и ФИО4 общими.

Оснований для отмены определения от 17.09.2021 и постановления от 02.12.2021 не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021 по делу № А56-53177/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

Е.Н. Бычкова

С.Г. Колесникова