СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск,634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                                 Дело № А67-11028/2022

Резолютивная часть постановления  объявлена 11.10.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 16.10.2023.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1,

судей                                

 

ФИО2

 

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4 рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УС БАЭС» (№ 07АП-7815/2023) на решение от 25.08.2023 Арбитражного суда Томской области по делу  №  А67-11028/2022 (судья Токарев Е.А.) по иску общества с ограниченной ответственностью «УС БАЭС» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) к акционерному обществу «Сибирский химический комбинат» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) об установлении отсутствия вины ООО «УС БАЭС» в ненадлежащем исполнении обязательств по договору № 24/24-2140 от 12.12.2014, которое повлекло выплату по банковской гарантии в размере 162568575,31 руб. 

третьи лица - публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>); общество с ограниченной ответственностью «ЯВА Строй» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>),

В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО5, паспорт, диплом, доверенность от 01.01.2023 (в здании суда);

от ответчика: ФИО6, паспорт, диплом, доверенность № 11/117/2021-Д013 от 28.04.2021 (в здании суда);

от ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие»: ФИО7, паспорт, диплом, доверенность от 24.01.2023 (посредством веб-конференции);

от иных лиц: не явились (извещены).

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «УС БАЭС» (далее – ООО «УС БАЭС») обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Сибирский химический комбинат» (далее – АО «СХК») с требованием установить отсутствие вины ООО «УС БАЭС» в ненадлежащем исполнении обязательств по договору №24/24-2140 от 12.12.2014, которое повлекло выплату по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 в целях компенсации убытков АО «СХК».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее - ПАО Банк «ФК Открытие»); общество с ограниченной ответственностью «ЯВА Строй» (далее – ООО «ЯВА Строй»).

Решением от 25.08.2023 Арбитражного суда Томской области в удовлетворении исковых требований отказано. 

В апелляционной жалобе (с дополнением к ней) ООО «УС БАЭС», ссылаясь на незаконность и необоснованность решения, просит его отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает на то, что АО «СХК» необоснованно получило 120 522 803,60 руб. в отсутствие вины ООО «УС БАЭС» в нарушении обязательств по договору. В состав убытков включен НДС в размере 26 546 036,35 руб. Суммы НДС не являются убытками согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие у ООО «УС БАЭС» обязанность по возмещению расходов на восстановление КРУ-6кВ подтверждено судебным актом по делу №А60-43860/2019, имеющим преюдициальное значение для рассмотрения спора. Вина ООО «УС БАЭС» в причинении убытков по зданию 22, причинно-следственная связь между размером убытков и неисполнением обязательств отсутствует. АО «СХК» на протяжении 6 лет не предпринимало действий для устранения недостатков, достоверно осознавая, что с каждым днем недостатки влекут большие убытки. Дата, с которой АО «СХК» стало известно об отказе ООО «УС БАЭС» от устранения недостатков по договору – 11.05.2018. 

АО «СХК», оспаривая доводы апелляционной жалобы, в отзыве просило оставить решение без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

ПАО Банк «ФК Открытие» в отзыве на апелляционную жалобу ее доводы поддержало, просило решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

ООО «ЯВА Строй», надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции представителей не направило.

В порядке части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие третьего лица.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил оставить решение без изменения.

Представитель ПАО Банк «ФК Открытие» поддержал доводы истца, просил решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, 12.12.2014 между АО «СХК» (заказчиком) и ООО «ЯВА Строй» (подрядчиком) был заключен договор № 24/24-2140 на выполнение строительно-монтажных и пусконаладочных работ по проекту «ОАО «СХК» Строительство модуля фабрикации и пускового комплекса рефабрикации плотного смешанного уранплутониевого топлива для реакторов на быстрых нейтронах (основной период строительства)».

20.12.2017 было заключено соглашение о передаче договора (доп. соглашение №17 от 24.12.2017 к договору от 12.12.2014 № 24/24-2140), в рамках которого произошла замена подрядчика ООО «ЯВА Строй» на ООО «УС БАЭС» по договору №24/24-2140 от 12.12.2014.

Обязательства ООО «УС БАЭС» по договору с даты заключения соглашения о передаче договора обеспечивались банковскими гарантиями, что требовалось согласно разделу 4 договора от 12.12.2014 № 24/24-2140.

Имелось генеральное соглашение №15-ЕКА-163-00106 от 25.12.2015 о выдаче банковских гарантий, в рамках которого Банком (ПАО «Бинбанк», позднее ПАО Банк «ФК Открытие») ежегодно выдавались банковские гарантии в обеспечение исполнения обязательств ООО «УС БАЭС» по контракту от 12.12.2014 № 24/24-2140.

ПАО Банк «ФК Открытие» была выдана банковская гарантия №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 в пользу АО «СХК» на денежную сумму, не превышающую 189 519 983 руб., со сроком действия до 05.09.2022 (включительно).

Соглашением от 19.02.2021 договор от 12.12.2014 № 24/24-2140 был расторгнут сторонами.

19.04.2022 в Банк поступило требование АО «СХК» от 19.04.2022 №11-01/10761 о платеже по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 в связи с ненадлежащим исполнением ООО «УС БАЭС» обязательств по договору №24/24-2140 от 12.12.2014 на сумму 162 568 575,31 руб.

В указанном требовании, в частности, АО «СХК» указывало, что ООО «УС БАЭС» были ненадлежащим образом исполнены обязательств по договору от 12.12.2014 № 24/24- 2140 в части восстановления огнезащитного покрытия на здании 22, в результате чего АО «СХК» причинены убытки на сумму 147 456 844,80 руб., также ООО «УС БАЭС» не восстановило утраченное оборудование по КРУ-6кВ, в связи с чем, АО «СХК» причинены убытки на сумму 9 656 953,78 руб.

08.06.2021 ПАО Банк «ФК Открытие» произвел в пользу АО «СХК» выплату по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 в размере 162 568 575,31 руб. (платежное поручение №1241 от 08.06.2021).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2022 по делу №А60-59995/2020 требования ПАО Банк «ФК Открытие» включены в реестр требований кредиторов ООО «УС БАЭС» в размере 162 568 575,31 руб. (определение от 18.10.2022 вступило в законную силу).

В состав суммы 162 568 575,31 руб., выплаченной в пользу АО «СХК» по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 вошли следующие обязательства, о вине в ненадлежащем исполнении которых со стороны ООО «УС БАЭС» заявлено АО «СХК»:

- о возмещении расходов на восстановление огнезащитного покрытия по зданию 22 - убытки в размере 147 456 844,80 руб., в том числе НДС 24 614 645, 60 рублей;

- о возмещении расходов на восстановление КРУ-6кВ в связи с утратой части комплектующих - частично в размере 9 656 953,78 руб., в том числе НДС 1 931 390,76 рублей;

- о выплате 5 454 776,73 руб. на основании вступивших в законную силу судебных актов.

Истец считает, что АО «СХК» необоснованно получило по банковской гарантии:

- по обязательству по возмещению расходов на восстановление огнезащитного покрытия по зданию 22: АО «СХК» не понесло убытки в размере 147 456 844,80 руб., сумма расходов на восстановление огнезащитного покрытия металлоконструкций необоснованно завышена АО «СКХ»; АО «СХК» своим бездействием по неустранению выявленных недостатков на протяжении более 6 лет способствовало значительному более чем в 5,5 раз увеличению суммы расходов, в связи с чем, расходы в размере 147 456 844,80 руб. не являются следствием виновных действий ООО «УС БАЭС», отсутствует причинно-следственная связь, в связи с чем данная сумма не подлежит взысканию в качестве убытков; сумма НДС 24 614 645,60 руб., взысканная в составе убытков в размере 147 456 844,80 руб. не является убытками;

- по обязательству о возмещении расходов на восстановление КРУ-6кВ в связи с утратой части комплектующих: ООО «УС БАЭС» не несет ответственности за утраченное оборудование КРУ-6кВ на сумму 9 656 953,78 руб., так как никогда не получало указанное оборудование – преюдициальное решение Арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-43860/2019 от 28.09.2019 (подтверждено определением Верховного Суда РФ от 16.07.2020); сумма НДС 1 931 390,76 руб., взысканная в составе убытков в размере 9 656 953,78 руб. не является убытками. В части суммы, выплаченной по банковской гарантии по обязательству о выплате 5 454 776,73 руб. на основании вступивших в законную силу судебных актов, ООО «УС БАЭС» выплату не оспаривает.

Истец просит суд установить отсутствие вины ООО «УС БАЭС» в ненадлежащем исполнении обязательств по договору № 24/24-2140 от 12.12.2014 на сумму 120 522 803,60 руб., которое повлекло выплату по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020 в целях компенсации убытков АО «СХК» в размере 162 568 575,31 руб.

Как указывает истец, им не допускалось нарушения по контракту на сумму 120 522 803,6 рублей (из 147 456 844,80 руб. обоснованно лишь 36 590 995,00 руб., 9 656 953,78 руб. – необоснованно в полном объеме), возмещение которых выплачено Банком в пользу АО «СХК» в составе платежа по банковской гарантии №18/ЕКА/00001/056 от 27.03.2020: сумма убытков необоснованно завышена АО «СХК» в части здания №22 на 111 096 878,6 руб.; разумный размер убытков не мог превышать 36 590 995,00 руб. (стоимость ремонтно-восстановительных работ на 3 кв.2017 года – дата обнаружения недостатков и 1 кв.2018 года – когда ООО «УС БАЭС» выразило отказ от устранения недостатков); АО «СХК» в составе суммы убытков необоснованно взыскало 9 656 953,78 руб. убытков по восстановлению оборудования по КРУ-6кВ, при наличии преюдиции, подтверждающей отсутствие обязанности ООО «УС БАЭС» по возмещению данных расходов АО «СХК»; АО «СХК» необоснованно включило в состав убытков НДС в размере 26 546 036,35 рублей (147 456 844,80 руб. в том числе НДС 24 614 645, 60 руб., 9 656 953,78 руб. в том числе сумма НДС 1 931 390,76 руб.), который не может быть предъявлен в составе убытков, что подтверждается сформированной ВС РФ позицией, в том числе выраженной в постановлении Пленума ВС РФ.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления ООО «УС БАЭС» настоящего иска.

В соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

По независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (часть 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование либо приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии либо представлены гаранту по окончании определенного в гарантии срока. Гарант должен немедленно уведомить бенефициара об отказе удовлетворить его требование.

При этом предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство (статья 370 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (пункты 2, 5 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации), что неоднократно отмечалось высшими судебными инстанциями (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 14 «Об отдельных вопросах практики разрешения споров, связанных с оспариванием банковских гарантий», пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии» (далее - информационное письмо № 27), пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019 (далее - Обзор от 05.06.2019).

Отход от принципа независимости гарантии допускается только при злоупотреблении бенефициаром своим правом на безусловное получение выплаты. Для применения норм о злоупотреблении правом в споре о взыскании долга по независимой гарантии необходимо, чтобы из обстоятельств дела явно следовало намерение бенефициара, получившего вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству, недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта (пункт 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

Между тем, доказательств, бесспорно свидетельствующих о злоупотреблении правами со стороны бенефициара истцом, вопреки статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

По общему правилу гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного (обеспеченного) обязательства, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в самой гарантии (пункт 2 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сказанное согласуется с актуальной судебной практикой высшей судебной инстанции, сформированной при рассмотрении конкретных дел (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2015 № 307-ЭС14-4641, от 25.11.2016 № 305-ЭС16-10078, от 30.01.2017 № 305-ЭС16-15440).

Это означает, что даже если кредитор в обеспечительном правоотношении (бенефициар) потребовал от гаранта исполнения в большем объеме, чем ему причитается от должника в основном (обеспеченном) правоотношении, гарант по общему правилу не может отказать в выплате, если требование бенефициара заявлено в срок действия гарантии и соответствует требованиям гарантии по форме и приложенным документам (пункт 4 статьи 368, статья 374, пункты 2 и 3 статьи 375 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 9 Обзора от 05.06.2019).

При этом гарант обладает правом безусловного взыскания с принципала в порядке регресса уплаченной бенефициару суммы (статья 379 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку неакцессорность гарантии должна быть последовательной, и отношения по основному обязательству не могут противопоставляться гаранту ни при исполнении им обязанности по выплате, ни при реализации им права по регрессу. Сказанное в числе прочего следует из пункта 12 Обзора от 05.06.2019, согласно которому денежные суммы, уплаченные гарантом бенефициару по независимой гарантии, возмещаются принципалом в порядке, предусмотренном статьей 379 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответствующее возмещение не может быть квалифицировано в качестве неосновательного обогащения гаранта, если он произвел выплату по гарантии согласно ее условиям.

Таким образом, институт независимой гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

В то же время закон содержит механизм защиты прав принципала от необоснованных требований бенефициара, удовлетворенных гарантом в связи с неакцессорным характером гарантии, предусмотренный статьей 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъясненный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2021 № 306-ЭС21-9964.

В соответствии с указанной нормой бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным. То есть принципал вправе взыскать с бенефициара превышение суммы, полученной бенефициаром по независимой гарантии от гаранта, над действительным размером обязательств принципала перед бенефициаром (пункт 16 Обзора от 05.06.2019).

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении № 306-ЭС21-9964, принципал получает право взыскания с бенефициара убытков в порядке статьи 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации только после реального возмещения затрат гаранту в порядке регресса (пункт 1 статьи 379 Гражданского кодекса Российской Федерации), а именно, убытки могут быть взысканы в пользу принципала в той части, в которой требование об их взыскании охватывается фактически исполненной принципалом в пользу гаранта регрессной обязанности и составляет разницу между объемом исполнения по основному (обеспеченному) обязательству, на который бенефициар мог претендовать, и суммой, компенсированной принципалом банку.

Таким образом, принципал не вправе оспаривать требование бенефициара о платеже по гарантии как сделку, поскольку предоставление принципалу такой возможности блокировало бы независимый характер гарантии и нивелировало ее ценность как максимально быстрого и удобного средства обеспечения исполнения обязательств.

На основании вышеизложенных норм, при необоснованности требований бенефициара, закон прямо устанавливает способ защиты нарушенного права - возможность взыскания убытков.

Судом первой инстанции установлено, что Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2022 требования ПАО Банк «ФК Открытие» включены в реестр требований кредиторов ООО «УС БАЭС» в размере 162 568 575 руб. 31 коп. (определение вступило в законную силу). Указанное требование возникло в связи с выплатой по банковской гарантии №18/ЕКАУ00001/056 от 27.03.2020 в связи с ненадлежащим, по мнению АО «СХК», исполнением ООО «УС БАЭС» обязательств по договору №24/24-2140 от 12.12.2014, в результате которого АО «СХК» были причинены убытки в размере 214 млн. рублей.

В обоснование исковых требований ООО «УС БАЭС» указало на отсутствие его вины в причинении убытков по зданию 22, а также отсутствие причинно-следственной связи между размером убытков и неисполнением обязательств ООО «УС БАЭС», по мнению истца, АО «СХК» способствовало увеличению убытков, если бы АО «СХК» действовало добросовестно и разумно, как того требует и закон и договор, и устранило бы недостатки в разумные сроки с момента их обнаружения в 2017 году, то стоимость устранения недостатков не превысила бы 36 590 995,00 руб. (согласно ЛСР по состоянию на 2017 год – год обнаружения недостатков, а также по состоянию на 1 кв.2018 года – когда подрядчиком уже являлось ООО «УС БАЭС» и ООО «УС БАЭС» выразило однозначный отказ от устранения недостатков, т.е. АО «СХК» было известно о необходимости устранить недостатки самостоятельно или путем привлечения третьего лица), между тем, АО «СХК» не устраняло недостатки на протяжении 5 лет, с даты их обнаружения в 2017 года, в результате чего стоимость устранения недостатков выросла с 36 590 995,00 руб. до 147 687 873,6 руб. (данная сумма оспаривается ООО «УС БАЭС»).

Таким образом, по мнению истца, неустранение АО «СХК» недостатков в разумный срок привело к увеличению убытков на сумму 111 096 878,6 руб. (147 687 874,60 руб. – 36 590 995,00 руб.), в связи с чем, отсутствует причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением договора со стороны ООО «УС БАЭС» и убытками в размере 111 096 878,60 руб. – данный размер убытков понесен АО «СХК» исключительно в результате того, что заказчиком не предпринималось действий по устранению выявленных недостатков в разумный срок и по разумной цене.

В силу пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, вопрос № 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» далее - постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер.

Должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент ее заключения по правилам пункта 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. В то же время в случае заключения замещающей сделки на неразумных условиях суд не отказывает в иске о взыскании ценовой разницы полностью, а соразмерно снижает объем компенсации в соответствии со статьей 404 Гражданского кодекса Российской Федерации. Таким образом, юридически значимыми фактами для взыскания убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке (привлечение иного лица для устранения недостатков в данном случае фактически по своей природе является замещающей сделкой) является разумный срок заключения и разумная цена.

Согласно пункту 27.6 договора от 12.12.2014 № 24/24-2140 заказчик, обнаружив недостатки в выполненных работах, назначает комиссию и составляет акт о выявленных недостатках. С даты вручения акта подрядчику начинает течение срок исковой давности. Подрядчик устраняет недостатки в сроки, указанные в акте. При этом заказчик вправе устранить недостатки собственными силами или силами других организаций с отнесением затрат на подрядчика (пункт 27.9 договора).

В ноябре 2020 года АО «СХК» обратилось к ООО «УС БАЭС» с письмом с исх. №11-01/29141-ИВК от 11.11.2020 с требованием о производстве восстановительных работ по огнезащитному покрытию в здании 22.

Ответным письмом с исх. № 3291 от 03.12.2020 ООО «УС БАЭС» указало, что у подрядчика якобы отсутствуют обязательства по выполнению ремонтно-восстановительных работ, поскольку, несмотря на установление определением Верховного Суда РФ по делу № А60-11259/2019 факта перехода обязательств от ООО «ЯВА Строй» в адрес ООО «УС БАЭС», указанное определение лишь отменило судебные акты нижестоящих судов и направило дело на новое рассмотрение, из чего ООО «УС БАЭС» в указанном письме заявило, что требование о производстве восстановительных работ заявлено преждевременно, так как отсутствует вступившее в законную силу решение суда по делу № А60-11259/2019, обязывающее ООО «УС БАЭС» произвести восстановительные работы за свой счет.

После принятия Арбитражным судом Свердловской области решения, подтвердившего факт перехода обязанности по выполнению ремонтно-восстановительных работ в адрес ООО «УС БАЭС», АО «СХК» письмом с исх. № 11-01/34051-ИВК от 29.12.2020 обратилось к ООО «УС БАЭС» с повторным требованием о производстве работ по огнезащитному покрытию в здании 22.

Письмом с исх. № 3542 от 30.12.2020 ООО «УС БАЭС» указало, что требование АО «СХК» незаконно и преждевременно, так как до настоящего времени нет вступившего в законную силу решения по делу № А60-11259/2019, обязывающего ООО «УС БАЭС» произвести восстановительные работы за свой счет.

Таким образом, ООО «УС БАЭС» выражало согласие с безвозмездным устранением дефектов после окончания судебных споров по договору.

Решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-11259/2019, на основании которого был установлен факт перехода к ООО «УС БАЭС» исчерпывающего комплекса обязательств по договору подряда, вступило в законную силу 30.03.2021.

Неисполнение ООО «УС БАЭС» обязательств по производству ремонтно-восстановительных работ после вступления в законную силу решения по делу № А60- 11259/2019 повлекло обращение АО «СХК» к иному подрядчику для устранения дефектов выполненных работ через шесть месяцев с указанной даты (19.11.2021).

Из распоряжения ГК «Росатом» от 06.12.2018 следует, что ООО «УС БАЭС» прямо заявляло о наличии у него обязательств по проведению ремонтно-восстановительных работ и о готовности безвозмездно устранить дефекты, что впоследствии подтверждалось в ранее упомянутых письмах истца (исх. № 3291 от 03.12.2020, с исх. № 3542 от 30.12.2020)

Распоряжение ГК «Росатом» от 06.12.2018, составленное комиссией при участии представителей ООО «УС БАЭС», содержит таблицу с результатами осмотра выполненных строительно-монтажных работ и комментариями ООО «УС БАЭС» и АО «СХК». Подпункт 2 пункта 12 указанной таблицы посвящен дефектам работ по восстановлению огнезащиты в здании 22. В двух разделах данного блока таблицы содержатся комментарии ООО «УС БАЭС» и АО «СХК», из которых следует, что ООО «УС БАЭС» не отрицало наличие дефектов работ, не отказывалось от выполнения ремонтно-восстановительных работ. В свою очередь АО «СХК» указывало, что в силу соглашения о передаче договора от 20.12.2017 все обязательства по исполнению договора генерального подряда передаются ООО «УС БАЭС», и подрядчик обязан устранить все дефекты в выполненных работах в течение срока действия договора.

Однако подрядчиком данное требование проигнорировано, в связи с чем, АО «СХК» вынуждено было произвести ремонтно-восстановительные работ в 2021 году с привлечением сторонней организации.

Оснований для применения статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации о вине кредитора у суда не имеется, так как приведенные доводы не являются обстоятельствами, влекущими уменьшение ответственности ООО «УС БАЭС» за неисполнение собственных обязательств по договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.

Из пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) следует, что по смыслу статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

На основе оценки имеющихся в деле доказательств суд установил, что ООО «УС БАЭС» не доказало, что при заключении замещающих сделок АО «СХК» действовало недобросовестно и умышленно или по неосторожности содействовало увеличению размера убытков, либо не приняло разумных мер к их уменьшению.

Суд первой инстанции обоснованно принял в качестве надлежащего доказательства локально-сметный расчет № 03-04-01-ОГ от 04.02.2022, представленный АО «СХК», поскольку он составлен инженером-сметчиком лица, не заинтересованного в исходе дела - сотрудника АО «Концерн Титан-2».

Локально-сметный расчет ООО «Концерн Титан-2» и АО «СХК» № 03-04-01- ОГ в рамках выполнения ремонтно-восстановительных работ составлен в соответствии с федеральной сметно-нормативной базой 2020 года (утвержденной Приказом Минстроя России от 26.12.2019 № 876/пр), действующей на момент устранения недостатков в здании № 22 по восстановлению антикоррозионной защиты и огнезащиты.

Применение АО «СХК» индекса 46,76 в договоре подряда с АО «Концерн Титин-2» от 19.11.2021 № 11/15976-Д (в пункте 4.2 Приложения № 2 к договору «Порядок определения цены работ и расчетов за выполненные работы по устранению дефектов незавершенного строительства по объектам МФР») и в локально-сметном расчете обусловлено нормативно установленными Госкорпорацией «Росатом» индексами изменения стоимости работ, которые имеют для АО «СХК», как для подведомственной организации, императивный характер.

Так, Приказом от 28.04.2021 № 1/545-П Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» установлен нормативный размер оплаты труда рабочего 4 разряда по Томской области 74 027 рублей (приложение к приказу Госкорпорации «Росатом»). Пунктом 1.10 Сборника «Индексы изменения сметной стоимости строительно-монтажных работ/пусконаладочных работ, выполняемых на объектах использования атомной энергии на территории Томской области» определен ИИСС отраслевой оплаты труда рабочего 4 разряда - 46,76.

При выполнении работ, согласно дефектной ведомости и ЛС, использовались материальные ресурсы: абразивный порошок (купершлак) фракции 0,5- 1,5 мм, «Огракс-В-СК», «Огракс-Т», «Огракс-СК-1», данные о сметных ценах в текущем уровне цен которых отсутствуют во ФГИС ЦС ФСНБ 2020.

Стоимость материальных ресурсов в локально-сметном расчете определена по прайс-листу (строка 32 в ЛС) ООО «Ново Коутингс», являющегося официальным представителем по продаже огнезащитных материалов ОГРАКС на территории Новосибирской, Омской, Томской, Кемеровской, Иркутской областей, Алтайского и Красноярского края, Республики Хакасии.

Таким образом, размер стоимости ремонтно-восстановительных работ подтверждены представленными в материалы дела документами и ООО «УС БАЭС» в установленном законом порядке не опровергнуты.

Отказывая в удовлетворении требования в части установления отсутствия вины ООО «УС БАЭС» в правоотношении по возмещению расходов на восстановление КРУ-6кВ, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Ссылаясь на решение суда по делу № А60-43860/2019, имеющее преюдициальное значение для настоящего дела, ООО «УС БАЭС» указывает на отсутствие обязательства у ООО «УС БАЭС» по возмещению убытков, связанных с восстановлением утраченного оборудования КРУ-6кВ, которое никогда не передавалось ООО «УС БАЭС» со стороны ООО «ЯВА-строй».

При рассмотрении дела № А60-43860/2019 суды исходили из имеющих преюдициальное значение обстоятельств, установленных при рассмотрении дела № А60- 11259/2019.

Так, в Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 27.05.2020 № Ф09- 1426/20 по делу № А60-43860/2019 указано следующее: «…Как установлено судами и следует из судебного акта в рамках дела № А60-11259/2019, имеющим для рассмотрения настоящего дела преюдициальное значение в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проект соглашения от 20.12.2017 составлялся истцом и обществом «Ява Строй».

Формулируя условия дачи согласия на передачу договора, заказчик не указал, что согласие на передачу договора представляется при условии принятия новым подрядчиком на себя обязательств по восстановлению утраченного оборудования; первым подрядчиком также сокрыто, что оборудование утрачено.

При этом цель и смысл соглашения от 20.12.2017 заключались именно в продолжении новым подрядчиком выполнения работ на объекте строительства, принятии на им на себя только обязанности по выполнению оставшихся работ и ответственности в отношении тех работ, которые не выполнены обществом «Ява Строй» на момент заключения соглашения и подлежат выполнению ответчиком после 20.12.2017.

Руководствуясь вышеизложенными правовыми позициями, принимая во внимание умолчание заказчиком и первым подрядчиком об утрате спорного оборудования, информация о котором в силу характера сделки должна быть доведена до сведения нового подрядчика, учитывая также, что новый подрядчик неоднократно указывал, что не принимал на себя соответствующие обязанности первоначального должника, в то же время, принимая во внимание цель и смысл заключаемого соглашения от 20.12.2017, суды пришли к обоснованному выводу о том, что толкование условий соглашения должно осуществляться в пользу нового подрядчика - общества «УС БАЭС».

Таким образом, поскольку новый подрядчик не принимал на себя обязательства первого подрядчика по восстановлению утраченного оборудования, учитывая, обстоятельства, установленные судами при рассмотрении дела № А60-11259/2019, имеющим для рассмотрения настоящего дела преюдициальное значение, принимая во внимание, что толкование условий соглашения должно осуществляться в пользу нового подрядчика - общества «УС БАЭС», суды правомерно отказали в удовлетворении исковых требований к первому ответчику…».

Верховный Суд РФ в определении от 16.07.2020 № 309-ЭС20-10439 по делу № А60- 43860/2019 также указал, что суды с учетом установленных при рассмотрении дела № А60-11259/2019 обстоятельств, предусмотренного соглашением от 20.12.2017 и согласованного с заказчиком объема обязательств нового подрядчика, исходили из того, что согласно пунктам 13.1, 24.2 договора обязанность по обеспечению сохранности переданного в монтаж оборудования несет первоначальный подрядчик, а новому подрядчику оборудование в надлежащей комплектации ни заказчиком, ни первоначальным подрядчиком не передавалось.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2020 № 309-ЭС20-1152 по делу № А60-11259/2019 решение Арбитражного суда Свердловской области от 20.05.2019 по делу № А60-11259/2019, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2019 и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.12.2019 по тому же делу были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При этом Верховный Суд РФ указал следующее: «…Таким образом, поскольку соглашение предусматривало передачу всего договора, в том числе включая гарантийные обязательства, без исключения каких-либо прав и обязанностей, у судов при толковании договора не имелось оснований для выводов о передаче ответчиком только обязанностей по выполнению оставшихся работ и ответственности в отношении тех работ, которые не выполнены обществом «Ява Строй» на момент заключения соглашения и подлежат выполнению ответчиком после 20.12.2017…».

В рамках последующих арбитражных дел суды исходили из толкования соглашения от 20.12.2017, данного в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2020 № 309-ЭС20-1152 по делу № А60- 11259/2019.

Таким образом, именно ООО «УС БАЭС» несло обязанность по сохранению полученных от заказчика материалов и оборудования и по надлежащему дальнейшему исполнению договора подряда.

Судом также учтено, что в пункте 4 соглашения о передаче договора указано, что подрядчик ООО «ЯВА Строй» обязуется в срок до 28.12.2017 передать новому подрядчику ООО «УС БАЭС» строительную площадку, оборудование, выданное в монтаж, и всю относящуюся к договору документацию. В связи с чем, в случае нарушений условий пункта 4 соглашения ООО «УС БАЭС» самостоятельно несет риск непринятия такого оборудования.

Доводы о том, что в состав убытков ошибочно включается НДС, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, получили надлежащую оценку.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму НДС.

Вопрос наличия либо отсутствия возможности предъявления к вычету НДС связан с исполнением публично-правовой обязанности лица, совершающего соответствующие операции, то есть, по существу, с выводом о том, имеет ли истец в рассматриваемом случае законное право на соответствующее возмещение.

В пункте 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации закреплено право налогоплательщика уменьшить общую сумму НДС на установленные данной статьей налоговые вычеты. При этом реализация данного права связана с соблюдением установленного федеральным законодателем порядка применения соответствующих налоговых вычетов, предполагающего соблюдение налогоплательщиком необходимых условий их применения (статья 172 Налогового кодекса Российской Федерации).

Как верно отмечено судом первой инстанции, 08.06.2022 АО «СХК» от ПАО Банк «ФК Открытие» получена выплата по банковской гарантии.

Ремонтно-восстановительные работы были проведены АО «Концерн Титан-2» и оплачены АО «СХК» в 2023 году.

Вследствие получения выплаты по банковской гарантии АО «СХК» утратило право на получение возмещения уплаченного налога, воспользовавшись иным средством возмещения своих расходов.

АО «СХК», как налогоплательщик, получило возмещение по банковской гарантии, данный факт хозяйственной жизни подлежит отражению в бухгалтерском учете общества и свидетельствует о получении им финансово-хозяйственного результата, который квалифицируется в качестве увеличения имущественной сферы. Указанное исключает несение расходов, влекущих право на получение налогового вычета по НДС.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что получение выплаты по банковской гарантии в размере, включающем сумму НДС, не противоречит действующему законодательству.

Отклоняя доводы истца об имеющейся у ответчика возможности обратиться в налоговый орган за получением налогового вычета по НДС, суд первой инстанции верно указал, что само по себе гипотетическое право на такое обращение в налоговый орган не свидетельствует о наличии у ответчика права на возмещение НДС.

Иное толкование подателем апелляционной жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований судом первой инстанции отказано правомерно.

Довод апелляционной жалобы о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, не принимается судом апелляционной инстанции в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается судом, разрешающим дело по существу, исходя из предмета доказывания, имеющихся в деле доказательств. Совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

В рассматриваемом случае оснований для назначения по делу судебной экспертизы не имеется, поскольку значимые для дела обстоятельства установлены судом на основании совокупности иных относимых и допустимых доказательств, имеющихся в материалах дела.

Приложенное к дополнительным пояснениям истца от 27.09.2023 в качестве дополнительного доказательства постановление от 15.08.2023 Арбитражного суда Московского округа (которым обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции) дополнительным доказательством не является, его содержание является общедоступным. Заключение экспертов от 25.08.2023 не могло повлиять на выводы суда первой инстанции по существу спора, поскольку резолютивная часть решения объявлена 21.08.2023, в связи с чем оснований для его приобщения как дополнительного доказательства применительно к части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. Заявления АО «СХК» о включении в реестр от 15.04.2022 и о частичном отказе от иска от 02.08.2022 свидетельствуют о совершении процессуальных действий в рамках иного дела, не влияют на существо спора по настоящему делу.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Обстоятельства дела установлены судом первой инстанции верно и в полном объеме. Выводы суда сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 110, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 25.08.2023 Арбитражного суда Томской области по делу  №  А67- 11028/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УС БАЭС» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

 

 

ФИО3