Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-3940/2023

12 сентября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года. Полный текст  постановления изготовлен 12 сентября 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Козловой Т.Д.

судей                                       Пичининой И.Е., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от ФИО2:  ФИО3, представитель по доверенности от  11.02.2022;

от Министерства имущественных отношений Амурской области: ФИО4, представитель по доверенности от 27.12.2022;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение от 29.06.2023

по делу №А04-2464/2014

Арбитражного суда Амурской области

по заявлениям конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новый экономический проект» ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 (Министерство имущественных отношений Амурской области (правопреемник),  ФИО16,

к ФИО2, ФИО17 

и заявление ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21  (Министерство имущественных отношений Амурской области (правопреемник) 

к учредителю должника ФИО22 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Новый экономический проект» несостоятельным (банкротом)  

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 (далее – ФИО6) обратилась в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Новый экономический проект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - ООО «НЭП», должник) несостоятельным (банкротом).

Также ФИО7 (далее – ФИО7) 05.05.2014 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «НЭП», просила признать должника несостоятельным (банкротом).

Определением от 28.05.2014 суд отказал во введении наблюдения и оставил заявление ФИО6 о признании ООО «НЭП»  несостоятельным (банкротом) без рассмотрения.

Определением суда от 31.07.2014 требования ФИО7 признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5 (далее - ФИО5).

Определением от 05.11.2014 судом утверждено мировое соглашение, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «НЭП» прекращено. 

Определением от 25.02.2015 мировое соглашение, заключенное в рамках дела №А04-2464/2014 о несостоятельности (банкротстве) ООО «НЭП», утвержденное определением суда от 05.11.2014 расторгнуто, возобновлено производство по делу, введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5

Решением суда от 08.07.2015 ООО «НЭП» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (далее - конкурсный управляющий).

В рамках дела о признании должника несостоятельным (банкротом) конкурсные кредиторы - ФИО6, ФИО7, ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО9 (далее - ФИО9), ФИО10 (далее - ФИО10), ФИО11 (далее - ФИО11), ФИО12 (далее - ФИО12), ФИО13 (далее - ФИО13), ФИО16 (далее - ФИО16), ФИО14 (далее - ФИО14), ФИО15 (далее - ФИО15) 31.08.2015 обратились в суд первой инстанции с заявлением к бывшим руководителям должника ФИО17 (далее - ФИО17) и ФИО2 (далее - ФИО2) с требованием о взыскании с последних в пользу должника убытков в порядке субсидиарной ответственности в размере 9 651 987,55 руб.

Также в рамках дела о признании должника несостоятельным (банкротом) в суд первой инстанции 18.11.2015  от конкурсных кредиторов - ФИО18 (далее - ФИО18), ФИО19 (далее - ФИО19), ФИО20 (далее - ФИО20), ФИО21 (далее - ФИО21) поступило заявление к учредителю должника ФИО22 с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 1/3 кредиторской задолженности ООО «НЭП». 

Конкурсный управляющий в рамках дела о признании должника несостоятельным (банкротом) 02.12.2020 обратился в суд первой инстанции с заявлением: 

- о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «НЭП», в связи с неисполнением обязанности по подаче в Арбитражный суд Амурской области заявления о признании должника банкротом в период времени с 13.08.2013  по 15.04.2014 - ФИО17  и ФИО2; 

- в связи с неисполнением обязанности по подаче в Арбитражный суд Амурской области заявления о признании должника банкротом на основании статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) взыскать солидарно с ФИО17  и ФИО2  в пользу ООО «НЭП» сумму – 122 481 836,41 руб.

Определением от 20.01.2020 суд в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объединил в одно производство рассмотрение вышеуказанных заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц. 

В ходе рассмотрения дела о признании должника несостоятельным (банкротом) определением от 21.09.2015 суд  включил в реестр требований кредиторов о передаче жилых помещений ООО «НЭП» требования ФИО24 по договору долевого участия в строительстве № 275 от 09.10.2013 в отношении следующего имущества: однокомнатная квартира №13, общей площадью 37,8 кв.м, расположенной на 1, 2 этажах двухэтажного 20-ти квартирного дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, с.Чигири в юго-восточной части кадастрового квартала, кадастровый №28:10:013013:330, со следующими сведениями:

- сумма, уплаченная участником строительства застройщику по договору, предусматривающему передачу жилого помещения, и (или) стоимость переданного застройщику имущества в рублях – 1 245 480 руб.;

- размер неисполненных обязательств участника строительства перед застройщиком по договору, предусматривающему передачу жилого помещения, в рублях (в том числе стоимость непереданного имущества, указанная в таком договоре) – 228 000 руб.

Включил в реестр требований кредиторов должника требования ФИО24 с очередностью удовлетворения третья очередь:

- 194 499,36 руб. неустойки по правилам ч. 2 ст. 6 Закона №214-ФЗ за период с 01.07.2014 по 25.02.2015;

определением от 24.09.2014 суд признал обоснованным и включил требование ФИО21 о передаче однокомнатной квартиры № 8, общей проектной площадью 37,8 кв.м, расположенной на 1,2 этаже двухэтажного 12-ти квартирного дома, расположенного по адресу: Амурская обл., Благовещенский район, с.Чигири  в юго-восточной части кадастрового квартала, кадастровый номер 28:10:131040:87 (первая очередь) в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «НЭП», в том числе со следующими сведениями: 

- размер исполненных обязательств участника строительства по договору участия в долевом строительстве от 16.06.2011 №154 - 938 860,37 руб. 

- размер неисполненных обязательств участника строительства перед застройщиком по оплате объекта, определенного договором от 16.06.2011 №154 - 41 139,63 руб.;

определением от 16.05.2018 суд заменил в реестре требований кредиторов ООО «НЭП» на правопреемника - Министерство имущественных отношений Амурской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – Министерство) следующих кредиторов:

- ФИО24 с правом требования от ООО «НЭП» в собственность однокомнатную квартиру № 13, площадью 37,8 кв.м., на 1,2-ом этаже 20-квартирного жилого дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, с.Чигири на земельном участке в с. Чигири кадастровый номер 28:10:013013:330, установленном определением арбитражного суда Амурской области от 21.09.2015 № А04-2464/2014;

– ФИО21 с правом требования от ООО «НЭП» в собственность однокомнатную квартиру № 8, площадью 37,8 кв.м., на 1,2-ом этаже 12-квартирного жилого дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, с.Чигири на земельном участке в с. Чигири кадастровый номер 28:10:013040:87, установленном определением арбитражного суда Амурской области от 24.10.2015 № А04-2464/2014;

определением от 24.04.2014 суд  признал обоснованным и включил требование ФИО18 о передаче однокомнатной квартиры № 10, общей проектной площадью 37,8 кв.м., расположенной на 1,2 этаже двухэтажного 12-ти квартирного дома, расположенного по адресу: Амурская обл., Благовещенский район, с. Чигири  в юго-восточной части кадастрового квартала, кадастровый номер 28:10:131040:87 (первая очередь) в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «НЭП», в том числе со следующими сведениями: 

- размер исполненных обязательств участника строительства по договору участия в долевом строительстве от 26.09.2011 № 187 - 1 289 084 руб.

Также 29.07.2015 суд признал обоснованным и включил требование ФИО20 о передаче однокомнатной квартиры № 19, общей проектной площадью 32,1 кв.м., расположенной на 1,2 этаже двухэтажного 20-ти квартирного дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, с. Чигири, кадастрового квартала, кадастровый номер 28:10:013013:330, в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «НЭП», в том числе со следующими сведениями: 

- размер исполненных обязательств участника строительства по договору участия в долевом строительстве от 21.01.2013 №241 - 864 000 руб.;

- размер неисполненных обязательств участника строительства перед застройщиком по договору участия в долевом строительстве от 21.01.2013 №241 - 420  000 руб.;

определением от 22.05.2018 суд заменил в реестре требований кредиторов должника на правопреемника - Министерство следующих кредиторов:

– ФИО18 с правом требования от ООО «НЭП» в собственность однокомнатную квартиру № 10, площадью 37,8 кв.м., на 1,2-ом этаже 12-квартирного жилого дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, с.Чигири на земельном участке в с. Чигири кадастровый номер 28:10:013040:87, установленном определением арбитражного суда Амурской области от 24.09.2014 № А04-2464/2014; 

– ФИО20 с правом требования от ООО «НЭП» в собственность однокомнатную квартиру № 19, площадью 32,1 кв.м., на 1,2-ом этаже 20-квартирного двухэтажного жилого дома, расположенного по адресу: Амурская область, Благовещенский район, на земельном участке в с. Чигири, кадастровый номер 28:10:013013:330, установленном определением арбитражного суда Амурской области от 29.07.2015 № А04-2464/2014;

определением от 24.09.2014 суд признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование кредитора – ФИО13 в размере 1 095 368 руб. – задолженности, подтвержденной решением Благовещенского городского суда от 22 .03.2013 по делу № 2-2175/13;

определением от 09.10.2014 суд признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО6 в размере 460 205, 65 руб., в том числе: 99 000 руб. неосновательного обогащения, 361 205, 55 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.02.2012 по 30.07.2014;

определением от 21.08.2014 суд признал обоснованными и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО15 в размере 829 253, 12 руб. – задолженности по решению Благовещенского городского суда Амурской области  от 20.08.2013 по делу № 2-5886/2013, в том числе: денежные средства по договору № 225 участия в долевом строительстве от 19.03.2012 в размере 525 000 руб., неустойка в размере 133 402, 50 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., штраф в размере 165 850, 62 руб.; 

определением от 09.10.2014 суд признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО12 в размере 160 000 руб. – задолженность по соглашению о рассрочке от 01.02.2013, от 18.06.2013;

определением от 26.04.2018 суд заменил в реестре требований кредиторов ООО «НЭП» на правопреемника – Министерство – следующих кредиторов:

- ФИО13 с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 931 000 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением суда от 24.09.2014;

- ФИО6 с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 99 000 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением суда от 09.10.2014;

- ФИО7 с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 950 739, 42 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением суда от 31.07.2014;

- ФИО15 с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 525 000 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением суда от 21.08.2014;

- ФИО12 с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 160 000 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением суда от 09.10.2014;

определением от 09.09.2014 признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «НЭП» требование ФИО8 в размере 1 386 941, 91 руб. – задолженность, подтвержденная решениями Благовещенского городского суда от 13.05.2013 по делу № 2-3888/13, от 01.04.2014 по делу № 2-3280/2014;

определением от 09.09.2014 суд признал обоснованным и включил в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «НЭП» требование ФИО25 в размере 792 396, 88 руб. задолженность, подтвержденная решением Благовещенского городского суда от 18.09.2013 по делу № 2-6129/2013;

определением от 29.07.2015 суд признал обоснованными и включил в реестр требований кредиторов ООО «НЭП» требование ФИО14 в размере 766 300 руб. – задолженности по решению Благовещенского городского суда Амурской области  от 15.04.2013 по делу № 2-2966/2013, в том числе:

- в первую очередь компенсация морального вреда в сумме 2 000 руб.;

- в третью очередь денежные средства по договору № 222 участия в долевом строительстве от 24.02.2012 в сумме 700 000 руб., неустойка за период с 30.10.2012 по 20.03.2013 в размере 61 600 руб., судебные расходы в размере 2 700 руб.;

определением от 15.07.2019 суд заменил в реестре требований кредиторов ООО «НЭП» на правопреемника – Министерство – следующих кредиторов:

- ФИО25  на Министерство с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 792 396, 88 руб., установленном определением суда от 09.09.2014;

- ФИО8 на Министерство с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 802 700 руб., установленном определением суда  от 09.09.2014;

- ФИО14 на Министерство с правом требования от ООО «НЭП» денежных средств в размере 700 000 руб., установленном определением суда  от 29.07.2015;

определением от 29.07.2015 суд признал обоснованными и включил реестр требований кредиторов должника  требование ФИО10 и ФИО11 в размере 2 356 412, 50 руб., задолженности подтвержденной решением Благовещенского городского суда по делу № 2-1584/2013 от 27.02.2013, в том числе: в солидарном порядке в  третью очередь  денежные средства в размере 1 900 000 руб., уплаченные по договору от 21.10.2011, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.10.2011 по 05.02.2013 в размере 396 412, 50 руб., компенсация морального вреда по 10 000 руб. в пользу каждого, штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований по 20 000 руб. в пользу каждого;

определением от 15.07.2019 суд заменил в реестре требований кредиторов ООО «НЭП»  ФИО10  на Министерство с правом требования от должника  денежных средств в размере 1 900 000 руб., установленном определением  суда от 29.07.2015 на правопреемника – Министерство;

определением от 09.09.2014 суд признал обоснованными и включил в реестр требований кредиторов должника требование ФИО16 в размере 430 380, 37 руб.  - основной долг в размере 95 000 руб., неустойка в размере 220 223 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., расходы но уплате государственной пошлины 3 250 руб.;  расходы на услуги представителя в сумме 10 000 руб., судебные расходы в размере 2000 руб.;  неустойка в размере 68 875 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 16 022, 37 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб.

Таким образом,  при рассмотрении данного обособленного спора установлено, что суд первой инстанции заменил в реестре требований кредиторов должника на правопреемника – Министерство –  в отношении следующих кредиторов: ФИО24, ФИО21, ФИО18, ФИО20, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

Далее, определением от 18.01.2022 судом первой инстанции в порядке статьи 48 АПК РФ  произведена замена заявителей ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 на их правопреемника - Министерство.

Также 28.02.2022 от конкурсного управляющего поступили уточненные требования, согласно которым последний просил привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, в связи с неисполнением обязанности по подаче в Арбитражный суд Амурской области заявления о признании должника банкротом в период времени с 13.08.2013 по 15.04.2014, а также в связи с тем, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующих должника лиц на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве: ФИО17 и ФИО2 и взыскании солидарно с указанных лиц в пользу ООО «НЭП» денежных средств в размере                122 481 836,41 руб. на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

В свою очередь, Министерство поддержало поданное 31.08.2015 заявление кредиторов о привлечении ФИО2 и ФИО17 к субсидиарной ответственности.

Определением от 29.08.2022 суд освободил ФИО5 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 06.12.2022 в отношении ООО «НЭП» производство по делу о признании его несостоятельным (банкротом) прекращено на основании пункта  9 статьи 45 Закона о банкротстве.

Между тем, Министерство и ФИО16 поддержали требования по заявлениям, соответственно.

Так, указанными  кредиторами поддержаны требования к ФИО2 и ФИО17

При этом, к ФИО22 основания и предмет требований не заявлены и не сформулированы.

Определением суда от 29.06.2023 признаны доказанными основания для привлечения контролирующего должника лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «НЭП» по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (редакция на 31.12.2013) и взыскании с ФИО2  в пользу  Министерства денежных средств в размере  63 715 814,19 руб.,  ФИО16  - 430 380, 37 руб. В требованиях к ФИО17 отказано.

Также суд первой инстанции, поскольку производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) прекращено и управляющий ФИО5 утратила статус лица, участвующего в деле, применительно к правилам статьи 60 Закона о банкротстве и статьи 150 АПК РФ прекратил производство по заявлению управляющего.

Кроме того, как верно указано судом  первой инстанции,  поскольку к ФИО22 никаких требований действующими заявителями не предъявлено, никаких выводов относительно данного ответчика не делается. 

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда от 29.06.2023 отменить, в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что материалами дела установлено, что каких-либо должностей в органах управления должника после 25.06.2013 ФИО2 не занимал. Ссылается на то, что Уставом должника предусмотрено, что единоличным исполнительным органом  общества является генеральный директор, в полномочия и обязанности которого входит, в числе прочего, представление интересов  должника без доверенности, заключение сделок, утверждение должностных инструкций. Обращает внимание на то, что таким лицом с 25.06.2013 являлся ФИО17 Считает, что в материалы обособленного спора  не представлены доказательства, согласно которым  ФИО2 давались бы распоряжения генеральному директору ФИО17 о совершении сделок и иных действий по управлению обществом. По мнению заявителя жалобы, после 25.06.2013 действия по доведению  должника до банкротства, выразившиеся в принятии денежных средств от граждан по договорам долевого участия в строительстве под обязательства ООО «НЭП»  построить и передать жилые помещения, указанные действия мог совершать только ФИО17 Указывает на то, что совокупность фактов (руководство должником ФИО17 с 15.06.2013)  и момента наступления признаков банкротства (13.07.2013) исключает возложение на ФИО2 ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  Также считает, что суд первой инстанции необоснованно исключил  ФИО17 из числа лиц, подлежащих привлечению к ответственности по обязательствам должника. При этом ссылается на то, что представленными доказательствами опровергается вывод суда о том, что ФИО2 полученные от граждан денежные средства  на цели возведения МКД фактически не тратил. Обращает внимание на то, что из содержания приговора Благовещенского городского суда Амурской области не следует вывода, что ООО «НЭП» является потерпевшей стороной по данному уголовному делу, а также, что его банкротство вызвано исключительно действиями ФИО2 Полагает, что размер ущерба для дольщиков, который указан в данном уголовном деле, и на который, в том числе ссылается суд, не доказывает причину  несостоятельности должника в спорный период времени, а также не подтверждается доказательствами наличие связи между  совершенными ответчиком действиями в 2010 -2012 году и наступлением банкротства должника в 2014 году.  Кроме того, полагает, что ссылки суда на абзац 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  основаны на неверном толковании и применении норм права. В связи с чем, считает, что к спорным правоотношениям подлежат применению действовавшие в указанный период  положения статьи 10 Закона о  банкротстве в редакции Закона №73-ФЗ. Ссылается на то, что ФИО2 предпринимались меры по привлечению финансирования проекта строительства и исполнения ООО «НЭП» принятых обязательств. При этом обращает внимание, что ухудшение финансовой устойчивости повлекло изменение проектных условий  строительства, изменения материала строительства, объективное удорожание объектов жилого фонда. Указывает на то, что в материалах дела отсутствуют  доказательства, что на 2010 год  должник отвечал признакам банкротства, имел неудовлетворительное финансовое состояние  и отчуждение участка могло повлиять  на финансовую устойчивость предприятия. Также считает, что отчуждение участка никаким образом не повлияло на финансовую стабильность должника  и не являлось причиной банкротства. 

Министерство в отзыве на жалобу просит жалобу  оставить без удовлетворения,  определение суда от 29.06.2023 - без изменения. 

ФИО16 в отзыве на жалобу просит определение суда от 29.06.2023 оставить без изменения, жалобу – без изменения. 

В судебном заседании, проводившемся путем использования систем видеоконференц-связи в порядке части 1 статьи 153.1 АПК РФ при содействии Арбитражного суда Амурской области, представители ФИО2 и Министерства поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в отзыве на нее, соответственно, дав по ним пояснения.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав присутствовавших в судебном заседании представителей, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Положениями статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Так, Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» внесены изменения в Закон о банкротстве, который дополнен главой III.2  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

При этом частью 3 статьи 4 указанного Закона определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве  (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, применительно к изложенному, поскольку заявления поступили в суд первой инстанции до 01.07.2017, их рассмотрение должно производиться по правилам, действовавшим до введения в действие главы III.2  Закона о банкротстве.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757(2,3)  субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В связи с чем, суд первой инстанции, исходя из даты возбуждения производства по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) – 22.04.2014 и характера оснований требований по заявлениям, связанным с вопросами о доведении до банкротства должника без наличия на то объективных экономических причин, пришел к правомерному выводу о том, что к отношениям сторон следует применять материальные нормы права, указанные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на конец 2013 года, предусматривавшей, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Так, при этом пунктом  3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской федерации (в редакции на конец 2013 года, далее - ГК РФ) предусмотрено, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Таким образом, системный анализ нормы статьи 10 Закона о банкротстве (утратившей силу) и правила главы III.2 Закона о банкротстве (действующей в настоящее время) позволяет сделать вывод о том, что они имеют схожие презумпции доведения до банкротства, равно как нормы ГК РФ (статьи 56, 1064, 1080), в связи с чем,  суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении при разрешении данного обособленного спора правовых подходов, сформированных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Далее, определяя статуса контролирующего должника лица, суд первой инстанции пришел к следующему.

В силу  статей 2, 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции к контролирующему должника лица отнесены: лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью); руководитель должника;

В соответствии со статьей 56 ГК РФ (в редакции на конец 2013 года) фактически к контролирующему должника лица также отнесены:

- учредители (участники) должника, 

- собственник имущества юридического лица;

- другие лица, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия.

Так, при схожих обстоятельствах с настоящим делом по времени совершения вменяемых правонарушений определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу №А22-941/2006 высказана правовая позиция, согласно которой субъектами названного вида ответственности в спорный период для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являлись также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

Установлено, что в разные периоды времени  руководителями должника являлись: ФИО2 – с 22.10.2008 по 24.06.2013; ФИО17 - с 25.06.2013 по 27.07.2015.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу  о том, что по существу требования должны и могут быть рассмотрены к вышеуказанным ответчикам.

Так, в отношении рассмотрения требования о доведении  ООО «НЭП» до банкротства, суд первой инстанции пришел к следующему.

На основании пункта 2.2 раздела 2 Устава ООО «НЭП», утвержденного 16.09.2009 решением единственного учредителя №2 ФИО26, одним из основных видов деятельности ООО «НЭП» является строительство зданий и сооружений, а также монтаж зданий и сооружений из сборных конструкций.

При этом, с начала 2009 года ООО «НЭП» осуществляло деятельность, связанную со строительством в с.Чигири Благовещенского района Амурской области многоквартирных двухэтажных жилых домов блокированной застройки по каркасно-панельной технологии с последующей реализацией квартир в построенных домах. 

С конца 2009 года должник стал осуществлять долевое строительство многоквартирных двухэтажных жилых домов посредством привлечения для этих целей денежных средств граждан и юридических лиц на основании заключаемых с ними договоров участия в долевом строительстве или договоров соинвестирования.

В свою очередь, по обстоятельствам дела следует что большую часть  реестра требований кредиторов должника составляют обязательства ООО «НЭП» перед участниками долевого строительства.

Также установлено, что приговором Благовещенского городского суда от 07.06.2021 в отношении ФИО2 установлено, что он, являясь руководителем должника в личных корыстных целях принимал денежные средства от граждан по договорам долевого участия в строительстве под обязательства ООО «НЭП» построить и передать жилые помещения, однако полученные денежные средства на указанные цели фактически не тратил. Доказанный финансовый результат таких действий со стороны ФИО2 равен 66 млн. руб.

Так, в ходе работы Правительства Амурской области по программе защиты прав пострадавших дольщиков Министерство возместило пострадавшим гражданам по настоящему делу 63 715 814,19 руб. и заменилось в реестре требований кредиторов на соответствующую сумму.

При этом общий размер требований по реестру составляет 87 млн. руб., из которых ни одного рубля за счет конкурсной массы не погашено.

Более того, из материалов уголовного дела следует, что 09.09.2010 между Администрацией Благовещенского района и ООО «НЭП» заключен договор купли - продажи земельного участка №164, с кадастровым номером 28:10:013013:246, стоимость земельного участка составила 3 347 872 руб.

Денежные средства с расчетного счета ООО «НЭП» были перечислены на расчетный счет Администрации Благовещенского района в полном объеме (п/п №403 от 13.07.2010 на сумму 1 178 959,60 руб., п/п №433 от 29.07.2010 на сумму 669 574,40 руб., п/п №486 от 30.08.2010 на сумму 1 499 388 руб.).

По акту приема - передачи от 09.08.2010 данный земельный участок передан ООО «НЭП». 

ООО «НЭП» 30.08.2010 получено свидетельство о государственной регистрации права на данный участок №28АА 470313.

Далее, между ООО «НЭП» и ФИО2 28.10.2010 заключен договор купли-продажи земельного участка, согласно которому ООО «НЭП» реализовало его в пользу ФИО2 за 3 347 872 руб. 

В свою очередь ФИО2 принял на себя обязательства по оплате.

ФИО2 02.10.2010 получено свидетельство о государственной регистрации права собственности земельного участка за № 28АА 49616.

Однако,  денежные средства в кассу и на расчетный счет ООО «НЭП» за реализованный земельный участок не поступали (акт №56 документальной проверки ООО «НЭП»).

Далее, действуя в своих интересах, ФИО2, реализовал указанный земельный участок (размежеванный на 11 участков) в пользу третьего лица - ФИО27 (договор купли - продажи от 17.06.2013).

С учетом вышеизложенно, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ФИО2 из собственности ООО «НЭП» выведено имущество, которое могло быть действительно реализовано в целях поддержания финансовой устойчивости ООО «НЭП», либо использовано в целях получения дополнительной прибыли (сдача в аренду).

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, совокупность указанных показателей свидетельствует о том, что преступными действиями ФИО2 достигнуто состояние банкротства должника, поскольку последний привлекал денежные средства граждан, тратил их на цели не связанные с исполнением обязательств возглавляемым им обществом, следовательно, наращивал ничем не обеспеченные обязательства ООО «НЭП», а также фактически безвозмездно вывел в свою личную собственность земельный участок.

При этом, что также верно указано судом первой инстанции, требований ко второму ответчику – ФИО17 по данному эпизоду, связанному с доведением до банкротства заявителями не сделано, следовательно, по правилам статьи 49 АПК РФ заявление рассмотрено только в пределах заявленных оснований и требований.

В отношении неподачи заявления в суд о признании ООО «НЭП» несостоятельным (банкротом) суд первой инстанции пришел к следующему.  

Так, положениями статьи 9 Закона о банкротстве (действующей на конец 2013 года) предусматривалось, что руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670(3), А12-18544/2015 высказана правовая позиция, согласно которой по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Так, Министерство и ФИО16 ссылались на то, что признаки нестабильной хозяйственной деятельности, недостаточности финансовых ресурсов возникли у ООО «НЭП» с 2011 года.

При этом, заявители ссылаются на то, что указанное подтверждается анализом финансового состояния должника, из которого следует, что ООО «НЭП» за период с 01.01.2011 по 01.01.2014 не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. 

В связи с чем, баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, предприятие являлось неплатежеспособным, а стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами.

Вместе с тем, ФИО2 в отзывах указывал на то, что ООО «НЭП» намеревалось выйти из кризиса посредством участия в программе строительства многоквартирных жилых домов.

Суд первой инстанции, рассмотрев разногласия сторон по данному эпизоду,  пришел к следующему. 

Как следует из финансового анализа  должника и по заключению управляющего (заявление от 16.02.2021 вх. № 8708) датой объективного банкротстве предприятия является 01.01.2013.

Вместе с тем, суд первой инстанции,  детально исследовав финансовый анализ должника, установил следующее:

стр. 26 – значение коэффициента текущей ликвидности на 01.01.2014 соответствует нормальной платежеспособности предприятия;

стр. 27 – на 01.01.2014 величина чистых активов предприятия увеличилась;

стр. 31 – максимального размера основных средств предприятие достигло 01.04.2014. У предприятия отсутствовали оборотные средства;

стр. 35 – на 01.04.2014 предприятие было способно погасить свои текущие обязательства при реализации активов;

стр. 38 – уровень текущей ликвидности свидетельствует о том, что на 01.04.2014 и в ближайший промежуток времени организации удастся поправить свою платежеспособность. 

Таким образом, принимая во внимание значительные противоречия в самом финансовом анализе состояния должника, в том числе с выводом управляющего о дате объективного банкротства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о не признании доказанным по делу даты объективного банкротства должника, на которую указывает Министерство.

При этом, никаких детальных расчетов по указанному доводы заявителями не приведено.

В связи с чем, суд первой инстанции, принимая во внимание объемы деятельности должника, специфику его деятельности, а также доказанные факты преступного поведения ответчиков, пришел к правомерному  выводу о том, что самостоятельно без привлечения экспертных организаций установить достоверно дату объективного банкротства не представляется  возможным.

Так, действительно в имеющихся в материалах дела приговорах Благовещенского городского суда в отношении ФИО2 и ФИО17 указано, что подсудимые ссылались на ненадлежащее финансовое состояние должника в определенные периоды времени, при этом эти же лица также указывали и на то, что намеревались преодолеть кризис на предприятии.

Из приговора суда следует, что ФИО2 намеревался преодолеть долговую нагрузку, возникшую у ООО «НЭП», с помощью денежных средств, которые он получил бы за счет победы в федеральном конкурсе «Регионы - устойчивое развитие». 

Из показаний свидетеля ФИО28, занимавшего должность заместителя председателя экспертного совета конкурса ежегодной общественной премии «Регионы - устойчивое развитие» следует: «....27.04.2011 ООО «НЭП» стал победителем «Конкурса».... Задача организационного комитета - содействие в заключении инвестиционною соглашения с целью реализации проекта между банком, правообладателем проекта, частным инвестором и органом исполнительной власти субъекта РФ. Инвестором ООО «Новый экономический проект» выступало ЗАО «Корпорация инвестиций». Инвесторы самостоятельно отбирают проекты, интересные для них. Проект инвестиционного соглашения готовит организационный комитет «Конкурса». Инвестиционное соглашения для ООО «Новый экономический проем» не было согласовано с ОАО «Сбербанк России» и субъектом РФ.

Инвестиционное соглашения с инвестором было подписано 27.03.2013 и расторгнуто в начале 2014 года. По условиям инвестиционного соглашения, заключенного с инвестором ООО «Новый экономический проект», была организована работа по созданию специальной компании ООО «Национальное экономическое партнерство». Специальная компания является правообладателем проекта и получателем кредитных средств. Учредителем специальной компании являются инвесторы предприятия, инвестор входит в уставной капитал специальной компании после её регистрации инициатором проекта ООО «НЭП». 

При подготовке документов для кредитного договора Банком выявлены замечания по деятельности ООО «НЭП» по причинам наличия в отношении указанного общества негативной информации. 

Так, ОАО «Сбербанк России» 23.12.2014 направил генеральному директору ООО «НЭП» предложение о ходе дальнейшей реализации проекта, ответ на данное письмо так и не поступил, после чего реализация проекта не велась.

В итоге в рамках «Конкурса» реализация проекта не произведена, но это не исключает возможности самостоятельного получения кредита и осуществления реализации проекта» (стр. 158 приговора суда).

В свою очередь из показаний свидетеля ФИО29, заместителя начальника управления безопасности в Благовещенском отделении №8636 ОАО «Сбербанк», следует, что ООО «НЭП» отказано в выдаче кредитных денежных средств по причине наличия неисполненных у ООО «НЭП» обязательств, что подтверждалось возбужденными исполнительными производствами, и наличия претензий участников долевого строительства (стр. 158-159 приговора суда).

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая, что окончательный вопрос инвестирование деятельности должника разрешен только 23.12.2014, тогда как дело о банкротстве возбуждено судом 22.04.2014 по заявлению кредитора, пришел к правомерному выводу о том, что ответчики действительно до апреля 2014 года объективно могли рассчитывать на преодоление кризиса на предприятии, что исключает их недобросовестное поведение по наращиванию кредиторской задолженности, в связи с чем, правомерно не установил оснований для призвания требований заявителей обоснованными по данному эпизоду.

Далее, в отношении размера ответственности ФИО2 суд первой инстанции пришел к следующему. 

Так, по правилам статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции на конец 2013 года) размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В связи с чем, суд первой инстанции, учитывая, что сумма непогашенных требований Министерства в реестре требований кредиторов равна 63 715 814,19 руб., а ФИО16 – 430 380, 37 руб., учитывая, что производство по делу прекращено, а  имущества у должника не осталось, и заявителями по настоящему обособленному спору являются только два кредитора,  пришел к правомерному выводу о взыскании  с ФИО2 в пользу Министерства и ФИО16 вышеуказанных денежных средств в соответствующем размере.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, двойного взыскания по настоящему обособленному спору и по приговору Благовещенского городского суда в части разрешения судом гражданских исков потерпевших в отношении ФИО2 не установлено, поскольку согласно пояснениям Министерства, потерпевшим как раз и платило Министерство, а не ФИО2

Доводы жалобы о том, что Уставом должника предусмотрено, что единоличным исполнительным органом  общества является генеральный директор, в полномочия и обязанности которого входит, в числе прочего, представление интересов  должника без доверенности, заключение сделок, утверждение должностных инструкций, а также о том, что таким лицом с 25.06.2013 являлся ФИО17, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку требований к  ФИО17 по эпизоду доведения должника до банкротства не заявлено.

Доводы жалобы о том, что совокупность фактов (руководство должником ФИО17 с 15.06.2013)  и момента наступления признаков банкротства (13.07.2013) исключает возложение на ФИО2 ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку действия ФИО2, в связи с которым заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2013, следовательно, применению подлежат применению нормы материального права, действовавшие в этот период времени, а именно Закон о банкротстве в редакции Федерального закона №73-ФЗ. 

При этом следует отметить, что ссылки суда первой инстанции на пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в иной редакции  не привели к принятию неправильного судебного акта, поскольку  основания привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за доведение организации до банкротства закреплены в пункте 4 указанной статьи  как в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом №73-ФЗ, так и  в последующих редакциях.  

Доводы жалобы о том, что отчуждение участка никаким образом не повлияло на финансовую стабильность должника  и не являлось причиной банкротства, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку отчуждение земельного участка, в отсутствие внесения в кассу ООО «НЭП» ФИО2 денежных средств, свидетельствует о выводе имущества, которое могло быть действительно реализовано в целях поддержания финансовой устойчивости ООО «НЭП», либо использовано в целях получения дополнительной прибыли (сдача в аренду).

Доводы жалобы о том, что размер ущерба для дольщиков, который указан в данном уголовном деле, и на который, в том числе ссылается суд, не доказывает причину несостоятельности должника в спорный период времени, а также не подтверждается доказательствами наличие связи между  совершенными ответчиком действиями в 2010 -2012 году и наступлением банкротства должника в 2014 году, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку установлено, что ФИО2 не имел намерений исполнять принятые ООО «НЭП» обязательства по строительству квартир, тогда как заключение договоров повлекло за собой образование у ООО «НЭП» долговой нагрузки перед гражданами  в отсутствие финансовой возможности исполнять принятые обязательства. 

Доводы жалобы о том, что представленными доказательствами опровергается вывод суда о том, что ФИО2 полученные от граждан денежные средства на цели возведения МКД фактически не тратил, отклоняются судом апелляционной инстанции, как противоречащие установленным обстоятельством в рамках рассмотрения данного обособленного спора. 

Доводы жалобы о том, что ФИО2 предпринимались меры по привлечению финансирования проекта строительства и исполнения ООО «НЭП» принятых обязательств, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку победа в конкурсе в целях восстановления финансового состояния носит предположительный характер.  

Иные доводы, изложенные в жалобе, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, так как свидетельствуют о несогласии заявителя с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, принятого с правильным применением норм материального права.

Следует также отметить, что несогласие заявителя жалобы с оценкой имеющихся в данном обособленном споре доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в рамках его рассмотрения, не свидетельствует о том, что судом первой инстанции допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть возникший спор.

При этом, неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В связи с чем, основания для отмены или изменения определения суда от 29.06.2023 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 29.06.2023 по делу №А04-2464/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

       Т.Д. Козлова

 

Судьи

И.Е. Пичинина

 

       С.Б. Ротарь