Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-51287/2019

Дело № А40-226577/18

г. Москва

15 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2019 г.

Полный текст постановления изготовлен 15 октября 2019 г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.А.Комарова,

судей С.А.Назаровой, Д.Г.Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ООО «Тарасово» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.08.2019г. по делу № А40-226577/18, вынесенное судьей Мироненко Э.В., об отказе во включении требования ООО «Тарасово» в размере 23770 110 руб. долга в реестр требований кредиторов по делу о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «БРАНДТ» 

при участии в судебном заседании:

от ООО «Тарасово»-ФИО1 по дов.от 09.08.2018,

от в/у ФИО2-ФИО3 по дов.от 20.05.2019,

Иные лица не явились, извещены.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы 04.02.2019 г. (резолютивная часть объявлена 04.02.2019 г.) в отношении ЗАО «БРАНДТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения. 

Временным управляющим утвержден ФИО2, о чем опубликованы сведения в газете «КоммерсантЪ» 16.02.2019 г. 

В Арбитражный суд города Москвы поступило требование ООО «Тарасово» к должнику в размере 23 770 110 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2019 суд отказал во включении требования в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Тарасово» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, удовлетворить требования кредитора.

От временного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Из заявления кредитора и материалов дела следует, что 19.02.2016 г. ООО «Тарасово» и ЗАО «БРАНДТ» заключили договор на поставку товара № 19/02, в соответствии с которым ЗАО «БРАНДТ» обязалось выполнить поставку товара в адрес ООО «Тарасово» в соответствии со спецификациями на общую сумму 45 190 667 рублей.

Между ООО «Тарасово» и ЗАО «БРАНДТ» 30.04.2017 г. был подписан акт сверки взаимных расчетов за период с февраля 2016 года по апрель 2017 года, из которого следует, что задолженность ЗАО «БРАНДТ» в пользу ООО «Тарасово» составляет 23 770 110 руб.

Для обеспечения исполнения Поставщиком (ЗАО «БРАНДТ») всех обязательств по договору поставки перед Покупателем (ООО «Тарасово») 14.07.2016 г. между ЗАО «БРАНДТ», ООО «АТЭ-Терминал» и ООО «Тарасово» был заключен договор поручительства по договору поставки № 19/02 от 19.02.2016 г., в соответствии с которым ООО «АТЭ-Терминал» обязалось в случае неисполнения ЗАО «БРАНДТ» любого из своих обязательств по договору поставки нести ответственность перед Заявителем солидарно с Поставщиком в сумму в пределах 50 000 000 руб.

При подаче заявления об установлении размера требований и включении их в реестр требований кредиторов должника заявитель приложил лишь копии документов, на которых основывает свои требования.

В определении от 07.03.2019 предлагалось заявителю представить документы, в надлежащем образом заверенных копиях, оригиналы - на обозрение суда.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2019 г. сторонам разъяснено, что в соответствии со ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий

Однако, затребованные судом документы в материалы дела не представлены.

Суд первой инстанции посчитал, что представленные в материалы дела копии документов достоверно не подтверждают доводы, изложенные в заявлении.

Таким образом, в силу специфики дел о банкротстве при наличии сомнений в правомерности требования, согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ), заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами.

Исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу, что доказательства, позволяющие сделать однозначный вывод об обязательствах должника перед кредитором отсутствуют.

ООО «Тарасово» не были предоставлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При анализе выписки по расчетному счету ЗАО «Брандт» и акта сверки взаимных расчетов между ООО «Тарасово» и ЗАО «Брандт» от 30.04.2017 временным управляющим установлено, что отношений по поставке товара между ЗАО «Брандт» и ООО «Тарасово» не возникло, так как с момента подписания договора поставки до момента подписания акта сверки ЗАО «Брандт» не было поставлено товаров в соответствии со спецификациями, однако, с определенной периодичностью ЗАО «Брандт» частично возвращал ООО «Тарасово» оплаченные за поставку денежные средства.

ООО «Тарасово» оплачивало поставку товара по спецификациям на определенную сумму, затем спецификации расторгались и часть суммы ЗАО «Брандт» возвращало ООО «Тарасово» и такая операция повторялась несколько раз.

Следовательно, заключение договора поставки №19/02 от 19.02.2016 не имело целью поставку товара, что говорит о мнимости данной сделки.

В соответствии с карточкой дела №А40-233216/2018 ООО «Тарасово» обратилось с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 31.05.2017 по делу №15/2017 только 03.10.2018, то есть спустя почти полтора года с момента вынесения решения третейским судом, при этом решение третейского суда было изготовлено спустя всего месяц после подписания акта сверки между ООО «Тарасово» и ЗАО «БРАНДТ» (30.04.2017).

Указанное, по мнению суда первой инстанции, свидетельствует о нерыночном, нетипичном характере отношений между ООО «Тарасово» и ЗАО «Брандт».

Кроме того, из представленных временным управляющим документов следует, что ЗАО «Брандт», ООО «Тарасово», ООО «АТЭ-Терминал», ООО «Юридическая компания «Красные Ворота» являются фактически и юридически аффилированными лицами.

Так, ФИО4 является (являлся) генеральным директором ЗАО «Брандт» (с 16.10.2002 по 26.03.2018), учредителем ООО «Брандт» (до 02.12.2014, в настоящий момент учредителем и руководителем является ФИО5 - он же руководитель ООО «Таврино» и ООО «Тарасово»), генеральным директором ЗАО «ВИТ» (с 12.08.2004 по 27.10.2016), ФИО4 и ФИО6 являются учредителями ООО «АТЭ-Терминал» (19% и 81% соответственно), являлись учредителями ООО «Крокус-Интерьер» (ИНН 

<

***>, 70% и 30% соответственно), следовательно, ФИО4, ЗАО «ВИТ», ЗАО «Брандт», ООО «АТЭ-Терминал», ФИО6 являются аффилированными лицами.

ФИО7 является (являлся) генеральным директором ООО «Таврино» (с 07.05.2013 по 16.08.2018), генеральным директором ООО «Тарасово» (с 07.05.2013 по 16.08.2018). Учредителем данных юридических лиц с долей участия 100% является АО «Земледелец» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которого являлся также ФИО7 (с 2010 по 2015 гг.), а в настоящий момент ООО «Паритет» (ИНН 

<

***>) является управляющей компанией АО «Земледелец, генеральным директором которой в свою очередь является ФИО8. То есть ФИО7, ФИО8, ООО Тарасово, ООО «Таврино», АО «Земледелец», ООО «Паритет» являются аффилированными лицами.

ООО «Паритет» является управляющей компанией ООО «Украина» (ИНН 

<

***>), ООО «Истоминка». ФИО6 является владельцем доли в размере 80% в уставном капитале ООО «Украина», то есть ФИО6, ФИО8, ФИО7 являются аффилированными лицами.

ФИО4 являлся генеральным директором (16.10.2002-23.07.2008) и имел долю в уставном капитале в размере 70% (остальные 30% принадлежали ФИО6) ЗАО «Супервизор универсал», которое в свою очередь в равных долях (по 50% с ФИО7) являлось совладельцем ООО «Юридическая компания «Красные ворота» (до 24.03.2010, затем доля ФИО7 увеличилась до 100%, который до 20.02.2012 являлся генеральным директором, с 20.02.2012 генеральный директор - ФИО9). То есть ООО «Юридическая компания красные Ворота» была подконтрольна ФИО4 ФИО6, ФИО7, что дает основания говорить о влиянии указанных лиц на принятие третейским судом при ООО «Юридическая компания «Красные ворота» решения.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (Определения Верховного Суда Российской Федерации N 308-ЭС16-7060 от 15.09.2016 года; N 306-ЭС16-17647(1) от 30.03.2017 года; N 306- ЭС16-17647(7) от 30.03.2017 года; N 306-ЭС16-20056(6) от 26.05.2017 года) выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от N 63 23.12.2010 года "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что между должником и кредитором установлена фактическая аффилированность, со стороны кредитора разумных объяснений целесообразности и деловой цели совершения указанной цепочки сделок, в результате которой должник лишился активов и на него возложено дополнительные обязательства перед "дружественным" кредитором, предъявившим на их основании требования о включении в реестр кредиторов должника, отсутствуют.

В связи с тем, что заявителем не представлено никаких доказательств, опровергающих возражения временного управляющего, а также пояснения, касающихся экономической целесообразности заключенной сделки, то заявленные требования не подлежат включению в реестр.

Кроме того, суд отмечал, что из представленной в материалы дела доверенности на имя ФИО10 следует, что на дату выдачи доверенности 01.08.2018 – ФИО5 не являлся генеральным директором ООО «Тарасово».

Согласно решению единственного участника ООО «Тарасово» №11 от 09.08.2018, ФИО5 назначен на должность генерального директора ООО «Тарасово» с 09.08.2018 г.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции отказал во включении требования в реестр требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

Довод заявителя о том, что суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда по формальным (процессуальным) основаниям, судом не принимается в силу следующего.

Как правильно определено судом первой инстанции наличие оснований в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнений решения третейского суда ведет к рассмотрению требования кредиторов в рамках дела о банкротстве по общим правилам, как требования, не подтвержденного решением третейского суда. Следовательно, суд рассматривал требование ООО «Тарасово» о включении в реестр требований кредиторов ООО «АТЭ-Терминал» по первичной документации.

Заявитель считает, что суд первой инстанции ошибочно, в нарушение п.6 ст. 71 АПК сделал вывод о том, что представленные в материалы дела копии документов достоверно не подтверждают выводы, изложенные в исковом заявлении.

Указанный довод судом не принимается в силу следующего.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации  от  22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее — Пленум № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Ссылка заявителя на п. 6 ст. 71 АПК РФ не применима к рассмотрению спора о включении требования в реестр требований кредиторов.

Апеллянт считает, что вывод суда первой инстанции о злоупотреблении правом и об искусственном увеличении задолженности, о мнимости сделки не подтвержден никакими доказательствами.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) приведена следующая позиция: «В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию. Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (ч. 3 ст. 16 АПК РФ, п. 24 постановления N 35). Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.»

Таким образом, бремя доказывания законности и обоснованности требования ООО «Тарасово» о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «Брандт» лежит на ООО «Тарасове», т.к. временный управляющий должника был ограничен в возможности предоставления соответствующих доказательств.

Следовательно, судом первой инстанции сделан правильный вывод о недостаточности доказательств наличия и размера задолженности.

Заявитель считает, что вывод суда об аффилированности сделан необоснованно и прямо противоречит действующему законодательству.

Подход суда, отраженный в оспариваемом судебном акте также отражен в многочисленной судебной практике, например, в Определении Верховного Суда РФ от 13.05.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014: «Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние па принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.»

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.08.2019г. по делу № А40-226577/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Тарасово»   – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:     А.А.Комаров 

Судьи:                 С.А.Назарова

 

                                                                                                                  Д.Г.Вигдорчик