ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2190/2019

г. Челябинск

20 марта 2019 года

Дело № А76-20349/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Трубодеталь» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.01.2019 по делу № А76-20349/2018 (судья Ефимов А.В.). 

  В судебном заседании принял участие представитель акционерного общества «Трубодеталь» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 14.11.2017).

   Акционерное общество «Трубодеталь», ОГРН 

<

***>, г. Челябинск (далее - истец, АО «Трубодеталь») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО3, г. Челябинск, ФИО4, г. Челябинск (далее – ответчики, ФИО3, ФИО4) о взыскании солидарно задолженности в порядке субсидиарной ответственности в сумме 3 165 809,33 рублей.

Решением суда от 09.01.2019 в иске отказано.

С решением суда не согласился истец, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявитель полагает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, представленным доказательствам, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, считает, что совокупность условий для привлечения к ответственности доказана.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы жалобы поддержал в полном объеме.

     Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

      В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей. 

    Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Как следует из материалов дела и установлено судом,  из выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 27.06.2018 (л.д. 145-161 т.1) АО «Трубодеталь» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.06.1994 с присвоением 06.09.2002 ОГРН 

<

***>.

     Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 13.06.2012 (л.д. 16-32 т.1) ООО «Ладога» в качестве юридического лица зарегистрировано 30.05.2006 с присвоением ОГРН 

<

***>. Уставный капитал общества составляет 12 000 руб., единственным участником общества с долей в уставном капитале номинальной стоимостью 12 000 руб. является ФИО3, он же указан в качестве единоличного исполнительного органа – директора.

Между ОАО «Трубодеталь» (правопредшественник АО «Трубодеталь») (заказчик) и ООО «Ладога», ОГРН 

<

***> (подрядчик) 22.09.2011 заключен договор №45-18/11 (л.д. 44-51 т.1).

В соответствии с п. 1.1 договора Подрядчик принял на себя обязательства

выполнить работы по устранению дефектов крановых путей мостовых кранов, а заказчик – принять их результат и оплатить обусловленную цену.

В исковом заявлении указано, что при проведении ремонта выполнялись огневые работы, послужившие причиной пожара в здании цеха АО «Трубодеталь». Поскольку в добровольном порядке ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, не произвело возмещение причиненного имуществу АО «Трубодеталь» ущерба, последнее обратилось в суд с иском.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 (л.д. 52-62 т.1) с ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, в пользу ОАО «Трубодеталь» взысканы убытки в сумме 5 128 666 руб., а также 37 143 руб. 33 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2013 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Федерального арбитражного суда Уральского округа от 14.05.2013 (л.д. 63-68 т.1) решение суда от 12.12.2012 и постановление апелляционного суда от 20.02.2013 оставлены без изменения.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Межрайонного специализированного отдела судебных приставов г. Челябинска от 04.07.2013 на основании исполнительного листа арбитражного суда от 28.02.2013 серии АС №003921186 в отношении ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, возбуждено исполнительное производство №27243/13/20/74 (л.д. 70 т.1).

ОАО «Трубодеталь» направило Страховому открытому акционерному обществу «ВСК» (далее – СОАО «ВСК») заявление исх. от 17.10.2013 о выплате страхового возмещения (л.д. 76 т.2).

Платежным поручением №22671 от 03.02.2014 (л.д. 71 т.1) СОАО «ВСК»

на счет ОАО «Трубодеталь» перечислено страховое возмещение в сумме 2 000 000 руб.

21.11.2013 ОАО «Трубодеталь» направило в подразделение судебных приставов запрос о ходе исполнительного производства (л.д. 74 т.2).

Справкой исх. от 14.01.2014 (л.д. 79 т.2) Межрайонный специализированный отдел судебных приставов г. Челябинска сообщил отсутствие поступлений от ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, денежных средств на депозит отдела.

07.11.2016 АО «Трубодеталь» направило на имя старшего судебного пристава подразделения службы судебных приставов жалобу (л.д. 80-82 т.2), ссылаясь на продолжающееся в течение трех лет бездействие судебного пристава-исполнителя, потребовало обязать последнего совершить предусмотренные Федеральным законом «Об исполнительном производстве» действия по выявлению активов должника, обращения на эти активы взыскания.

Письмом исх. от 26.12.2016 (л.д. 83 т.2) Отдел судебных приставов сообщил АО «Трубодеталь» об утрате оригинала исполнительного листа и о направлении в Арбитражный суд Челябинской области заявления о выдаче его дубликата.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.03.2017 по

делу А76-19030/2012 (л.д. 88 т.2) выдан дубликат исполнительного листа серии АС №003921186 от 28.02.2013.

04.08.2017 АО «Трубодеталь» направило на имя старшего судебного пристава очередную жалобу на бездействие судебного пристава-исполнителя (л.д. 89-92 т.2).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ (л.д. 103-107 т.2) ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, исключено из реестра на основании записи ГРН 6171690271824 от 17.07.2017 как недействующее юридическое лицо.

12.09.2017 Межрайонным специализированным отделом судебных приставов г. Челябинска вынесено постановление (л.д. 79 т.1) о прекращении исполнительного производства №27243/13/20/74 в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении организации-должника.

Полагая, что имеются основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

В обоснование требований ссылается на причинение Обществом «Ладога», ОГРН 

<

***>, при выполнении подрядных работ убытков имуществу АО «Трубодеталь» в результате пожара, взыскание решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 с ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, в пользу истца 5 128 666 руб. в возмещение убытков, 37 143 руб. 33 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, из которых лишь 2 000 000 руб. были выплачены страховой компанией, застраховавшей гражданскую ответственность причинителя вреда.

Отмечает исключение ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, как недействующего юридического лица, из ЕГРЮЛ записью за государственным регистрационным номером 6171690276873 от 17.07.2017, в результате чего исполнительное производство в отношении должника было прекращено. Полагает, что ответчики, осуществлявшие функции единоличного исполнительного органа ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, действовали недобросовестно и неразумно, вследствие чего на них возможно возложение субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

В качестве подтверждения недобросовестности и неразумности действий

расценивает непогашение ответчиками установленной судебным актом задолженности, изменение в 2016 места регистрации ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, с г. Челябинска на Республику Татарстан, неисполнение обязанности при наличии признаков банкротства по подаче в арбитражный суд заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), в результате чего АО «Трубодеталь» лишилось возможности получить возмещение по итогам проведения арбитражным управляющим процедур конкурсного производства.

Обращает внимание на выход ФИО3 в 2014 году из состава участников ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, с организацией в 2015 году нового юридического лица - Общества с ограниченной ответственностью Группа «Ладога», ОГРН 

<

***>.

Вину ФИО4 усматривает в следующем. После выхода ФИО3 из ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, и перехода его доли в уставном капитале обществу, ФИО4 не осуществила мероприятия, направленные на уменьшение уставного капитала, чем лишила АО «Трубодеталь», как кредитора общества, права требования досрочного исполнения соответствующего обязательства, возникшего в 2013 году, а при невозможности досрочного исполнения такого обязательства – его прекращения и возмещения связанных с этим убытков. Заключив сделку по приобретению 4% доли в уставном капитале ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, у которого на момент приобретения доли имелись долги перед АО «Трубодеталь» на сумму 3 165 809 руб. 33 коп, и став руководителем банкротного предприятия, ФИО4 не предприняла мер, направленных на финансовое оздоровление предприятия либо его ликвидацию. Именно в период руководства ФИО4 общество без особых оснований сменило юридический адрес на другой регион. По мнению истца, приобретение ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, не носило никаких экономических целей, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности и было направлено лишь на создание ситуации для дальнейшего исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего. Указывает, что ФИО4 является аффилированным лицом порядка 12 компаний, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующие в период с 2015 по 2017 годы.

Истец считает, что ответчиками создана схема ухода от оплаты кредитору АО «Трубодеталь» значительной суммы денежных средств.

В дополнительных пояснениях к исковому заявлению исх. от 20.09.2018 (л.д. 12-13 т.2) истец высказал предположение, что ФИО3, в ходе осуществления выхода из ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, при наличии у общества признаков банкротства, тем не менее, получил действительную стоимость доли в уставном капитале.

В дополнительных пояснениях исх. от 13.12.2018 (л.д. 55-63 т.2) АО «Трубодеталь» указывает на данные бухгалтерской отчетности о резком ухудшении в 2012-2013 годах финансовых показателей ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>. Полагает, что положения п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) наделяют кредиторов при наличии признаков недобросовестности или неразумности привлечь к субсидиарной ответственности лиц, ссылка на которые имеется в пунктах 1 – 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчики в судебное заседание не явились, отзывы на иск не представили, извещались по адресу, согласно данным, полученным из УФМС.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения к ответственности. 

Апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В таком случае, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 – 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом. Если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора. По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Согласно Конституции Российской Федерации в России признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина (статья 17, часть 1), право частной собственности охраняется законом (статья 35, часть 1), гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1), каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2), каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (статья 46, часть 1), государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Разъясняя применение названных норм, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. То есть, злоупотребляющее правом лицо, формально действует в соответствии с требованиями закона, однако преследует противоправный интерес, нарушая установленные в статье 10 ГК РФ пределы осуществления гражданских прав, причиняя вред третьим лицам или создавая условия для наступления вреда.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (статья 1080 ГК РФ).

Согласно статье 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Для оценки добросовестности поведения сторон имеют значения все фактические обстоятельства дела в совокупности, а также полнота пояснений в отношении целей и мотивов, совершаемых участниками гражданских правоотношений действий.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62

«О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена ст. 53 ГК РФ, а также ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения

причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В соответствии с п. 1 ст. 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности (статьи 401, ГК РФ).

Решением арбитражного суда от 12.12.2012 по делу А76-19030/2012 установлено, что ущерб имуществу АО «Трубодеталь» причинен при проведении ремонтных работ электрогазосварщиком ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>.

В период проведения данных работ и взыскания долга директором и единственным учредителем ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, являлся ФИО3

Доказательств принятия им каких-либо мер к проведению расчетов с кредитором не представлено.

Последующая смена руководителя, учредителя, адреса какой-либо экономической целесообразностью, требованиями разумности не обоснована, новый руководитель и учредитель каких-либо мер к проведению расчетов с кредитором также не принял.

Разумное обоснование не принятия таких мер не приведено, объективных препятствий к тому не установлено.

При этом, данные баланса ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, указывают на наличие активов в размере, достаточном для проведения расчетов с кредитором. Так, согласно балансу за 2013 год, сданному в инспекцию 11.04.2014, активы на отчетную дату составляли 684 тыс. руб., на 31.12. предыдущего года 2 778 тыс. руб., а на 31.12 года, предшествующего предыдущему, - 14 010 тыс. руб. (сформированы за счет доходных вложений в материальные ценности, запасов, дебиторской задолженности, денежных средств и эквивалентов; ответ Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области от 03.10.2015, т.2, л.д. 32, 34-43).Отчетность за последующие годы (2014-2016) должником не сдавалась, согласно ответу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан от 13.11.2018 (т.2, л.д. 51). 

Из выписки ЕГРЮЛ (л.д. 103-107 т.2) следует, что 17.07.2017 ООО «Ладога», ОГРН 

<

***>, прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ, как недействующее юридическое лицо.

Учитывая изложенное, следует признать, что ответчики, будучи контролирующими должника лицами, уклонились от исполнения обязательств перед кредитором, их поведение в совокупности  с фактом смены руководителя, учредителя, адреса должника, в отсутствие разумного обоснования совершения данных действий, создания другой организации со схожим наименованием и видами деятельности, не принятия мер к обращению в суд с заявлением о банкротстве (в рамках которого могли быть приняты меры к формированию конкурсной массы /в том числе посредством взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок и т.д., учитывая сведения баланса, отражающего наличие активов/, за счет которой могли быть удовлетворены требования истца,), не принятия мер, которые бы исключили возможность ликвидации основного должника в административном порядке,  однозначно указывает на наличие признаков злоупотребления правом.

Правонарушение, выражающееся в уклонении от проведения расчетов с кредитором, длилось в период с момента причинения вреда в результате проведения работ, повлекших возгорание (февраль 2012 года), взыскания долга судебным актом от 12.12.2012, вступившим в силу 20.02.2013, и до момента исключения основного должника из реестра (17.07.2017), то есть являлось длящимся (более 5 лет) и состояло из совокупности отдельных фактов, в целом повлекших невозможность проведения расчетов с кредитором за счет имущества основного должника.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определена положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (действующей в период совершения правонарушения; далее – Закон о банкротстве), позднее главой 3.2 того же Закона.    

Приводимые  кредитором факты не свидетельствуют об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности, установленных Законом о банкротстве.

Истец, обращаясь с настоящим исковым заявлением в суд, в качестве нормативного обоснования иска ссылается на п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Федеральным законом N 488-ФЗ от 28.12.2016 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в частности статьей 1 указанного закона, статья 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью дополнена пунктом 3.1 в следующей редакции: «Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства».

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно ст. 4 Федерального закона N 488-ФЗ от 28.12.2012 настоящий Федеральный закон вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу (ст. 4 Закона N 488-ФЗ от 28.12.2016).

Принимая о внимание, что вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации - 29.12.2016, изменения в ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью», в части ее дополнения п. 3.1, вступили в законную силу 28.06.2017.

В силу п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе N 488-ФЗ от 28.12.2012 отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Следовательно, положения п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью к имеющим место правоотношениям по возмещению ущерба, возникшим в 2012 году, а также имевшим место правонарушениям в период до 28.06.2017 (вступления в силу названного Закона), применены быть не могут.

Вместе с тем, указанное не исключает возможности применения общих положений, регулирующих вопросы взыскания убытков статей 15, 53.1, 1064 ГК РФ, которые действовали в период длящегося правонарушения.

Поведение контролирующих должника лиц с очевидностью выходило за рамки разумности и добросовестности, поскольку в своей совокупности было направлено на нарушение прав истца с целью собственной имущественной выгоды (исключения возможности обратить взыскание на имущество).

С учетом изложенного, следует признать, что действиями ответчиков истцу причинен вред; истец в рассматриваемых правоотношениях является потерпевшим, названные ответчики отвечают перед истцом за причинение вреда солидарно, поскольку вред причинен совместными согласованными действиями указанных ответчиков (статья 1080 ГК РФ). Следовательно, в удовлетворении требований истца судом первой инстанции отказано неправомерно.

Решение подлежит отмене, поскольку выводы суда не соответствуют обстоятельствам (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины по иску и  апелляционной жалобе в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчиков в равной пропорции.

     Руководствуясь статьями 176, 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение  Арбитражного суда Челябинской области от 09.01.2019 по делу № А76-20349/2018  отменить, апелляционную жалобу акционерного общества «Трубодеталь»  – удовлетворить.

Иск  удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 (г. Челябинск), ФИО4 (г. Челябинск) в пользу акционерного общества «Трубодеталь» (ОГРН 

<

***>) солидарно 3 165 809 рублей 33 копейки в счет возмещения убытков.

Взыскать ФИО3 (г. Челябинск) в пользу  акционерного общества «Трубодеталь» (ОГРН 

<

***>) 20 914 рублей 50 копеек в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе.

Взыскать с ФИО4 (г. Челябинск) в пользу  акционерного общества «Трубодеталь» (ОГРН 

<

***>) 20 914 рублей 50 копеек в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья        Л.В. Забутырина

Судьи:  И.В. Калина 

          Ф.И. Тихоновский