ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-17618/2023, 18АП-17619/2023, 18АП-17620/2023

Дело № А76-800/2021

13 марта 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Курносовой Т.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола помощником судьи Бакайкиной А.Ю., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» -ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Уралэнергосбыт», ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2023 по делу № А76-800/2021 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

 

В судебное заседание явились:

представитель общества с ограниченной ответственностью «Уралэнергосбыт» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 06.04.2023 сроком действия по 31.12.2024);

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» - ФИО1 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 26.01.2024 сроком действия 1 год);

представитель общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» - ФИО5 (паспорт, доверенность от 27.11.2023 сроком действия по 27.05.2024);

ФИО6 (паспорт);

представитель публичного акционерного общества «Россети Урала» - «Челябэнерго» - ФИО7 (паспорт, доверенность от 01.09.2023 сроком действия по 07.08.2026);

представитель ФИО2 - ФИО8 (паспорт, доверенность от 06.09.2022 сроком действия 3 года).

 

Определением суда от 18.01.2021 заявление общества с ограниченной ответственностью «Стройград» (далее – общество «Стройград») о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» (далее – общество «Урал-Ресурс) принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Урал-Ресурс», г. Челябинск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). 

Определением суда от 09.08.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО9, из числа членов Ассоциации МСРО Содействие. 

Определением суда от 16.11.2021 временным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО1 член Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО» (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих 15112, адрес для направления корреспонденции: 454091, г. Челябинск, а/я 12974. 

Решением суда от 22.04.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО1 

Информационное сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» - № 77 (7278) от 30.04.2022. 

Конкурсный управляющий ФИО1 24.08.2022 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих общество с «Урал-Ресурс» лиц: 

- общество с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест», 

- ФИО6, 

- ФИО10, 

- ФИО11, 

- ФИО12, 

- Леонтьеву Татьяну Юрьевну 

солидарно по всем обязательствам общество «Урал-Ресурс», оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Определением суда от 24.11.2023 (резолютивная часть от 21.11.2023) отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО1, общество «Уралэнергосбыт», ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили определение отменить,  апелляционные жалобы удовлетворить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО1 указывает, что вынесенный по делу судебный акт необоснован и не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Судом сделаны взаимоисключающие выводы относительно цели и характера сделок, совершенных между аффилированными лицами. Конкурсный управляющий поясняет, что суд первой инстанции с одной стороны указывает, что сделки по заключению договоров аренды были направлены на перевод бизнеса с общества «АЭС Инвест» на общество «Урал-Ресурс» с целью передачи прав на получение доходов от деятельности по предоставлению услуг по передаче электроэнергии, а с другой стороны, приходит к выводу, что эта деятельность являлась убыточной, что и привело в итоге к неплатежеспособности общества «АЭС Инвест». Так, суд первой инстанции указывает на увеличение активов по данным бухгалтерского баланса Должника с 9 033 тыс. руб. на конец 2017 года до 442 980 тыс. руб. на конец 2018 года. Вместе с тем, полагает управляющий, что судом первой инстанции не учтено что увеличение активов, в основном, произошло из-за увеличения размера дебиторской задолженности (275 307 тыс. руб.) и оборотных активов (109 369 тыс. руб.). При этом размер кредиторской задолженности Должника вырос с 8 003 тыс. руб. до 402 166 тыс. руб., соответственно.

Апеллянт также не  согласен с доводом суда первой инстанции о   том.   что получив в пользование все производственные мощности общества «АЭС Инвест», общество «Урал-Ресурс» в период с 01.07.2018 по 30.09.2019 осуществляло хозяйственную деятельность, от которой получало прибыль, при атом обязанность по оплате арендной платы, стоимости использованных ТМЦ и  иных платежей перед обществом «АЭС Инвест» общество «Урал-Ресурс» не исполнило с самого первого месяца пользования имуществом, что привело к наращиванию неплатежеспособности общества «АЭС Инвест» и возникновению неисполненной со стороны общества «Урал-Ресурс» задолженности и убытков, что опровергает довод конкурсного управляющего должника о том, что заключение договоров аренды привело к возможности со стороны общества «АЭС Инвест» получения конкретных положительных экономических результатов за счёт должника: получение арендной платы, погашение кредиторской задолженности.

Конкурсный управляющий считает, что должник принял в аренду имущественный комплекс общества “АЭС Инвест” и принял на себя дополнительные финансовые обязательства, в том числе поручительства по кредитному договору общества “АЭС Инвест”. В результате исполнения всех своих обязательств не только не получил положительного экономического эффекта, а, напротив, сформирована кредиторская задолженность в сумме свыше 300 миллионов рублей. 

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указывает на то, что поддерживает судебный акт в части результата разрешения данного обособленного спора, однако, не согласна с выводами, изложенными в мотивировочной части определения. Считает, что  нужно исключить из мотивировочной части определения Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2023 г. (абз.10 на стр.13) следующие выводы: конечные бенефициары общества «АЭС Инвест» и общества «Урал-Ресурс» планировали действия, связанные с прекращением деятельности общества «АЭС Инвест» и передачей имущества аффилированной компании — обществу «Урал-Ресурс», с целью передачи прав на получение доходов от деятельности по передаче электрической энергии на должника.

В обоснование доводов  апелляционной жалобы ООО «Уралэнергосбыт» считает вынесенный по делу судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности общества «АЭС Инвест» необоснованным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела. Судом первой инстанции, по мнению кредитора, не учтено что передача финансово-хозяйственной деятельности от общества «АЭС Инвест» к обществу «Урал-Ресурс» произошла без наделения последнего имуществом, без наделения его имуществом, гарантирующим права кредиторов; передача финансово-хозяйственной деятельности от общества «АЭС Инвест» к обществу «Урал-Ресурс» произведена в отсутствии объективной необходимости такой передачи; увеличение активов, в основном, произошло из-за увеличения размера дебиторской задолженности (275 307 тыс. руб.) и оборотных активов (109 369 тыс. руб.). При этом размер кредиторской задолженности Должника вырос с 8 003 тыс. руб. до 402 166 тыс. руб., соответственно в результате перевода финансово-хозяйственной деятельности общества «Урал-Ресурс», платежи по обязательствам общества «АЭС Инвест» перед публичным акционерным обществом «Сбербанк» осуществлялись преимущественно перед иными кредиторами общества «Урал-Ресурс» по обязательствам, связанным с непосредственным осуществлением обществом «Урал-Ресурс» деятельности по передаче электрической энергии; основным (мажоритарным) кредитором в деле о банкротстве общества «Урал-Ресурс» является общество «АЭС Инвест» по обязательствам, не связанным с основным видом деятельности общества «Урал-Ресурс» по передаче электрической энергии. 

Таким образом, передача финансово-хозяйственной деятельности от общества «АЭС Инвест» к обществу «Урал-Ресурс» носила характер создания «центра убытков» на стороне общества «Урал-Ресурс». Общество «Урал-Ресурс» приняло в аренду имущественный комплекс общества «АЭС Инвест» и приняло на себя дополнительные финансовые обязательства, в том числе в виде поручительства за кредитные обязательства общества «АЭС Инвест». В результате исполнения всех обязательств должник не только не получил положительного экономического эффекта, а наоборот была сформирована кредиторская задолженности в общей сумме свыше 300 миллионов рублей. Заключение  договоров  аренды  с  сопутствующими договорами, являлось для должника негативным и привело к отрицательному экономическому результату. При этом  расторжение договоров аренды в октябре 2019 года повлекло полное прекращение основного вида производственной деятельности и абсолютную утрату возможности исполнять взятые на себя обязательства по договорам поручительства за общества «АЭС Инвест».

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 31.01.2024.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ФИО13 поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№ 2497 от 17.01.2024), который в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен к материалам дела. В отзыве ФИО13 с доводами апелляционных жалоб  конкурсного управляющего общества «Урал-Ресурс» ФИО1 и общества «Уралэнергосбыт» не согласен, просит определение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения, апелляционную жалобу ФИО2 просит удовлетворить.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от общество «АЭС-Инвест» поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№ 4875, от 26.01.2024), который в соответствии со статьей 262 АПК РФ приобщен к материалам дела, в отзыве общество «АЭС-Инвест» поясняет, что с доводами апелляционных жалоб не согласно, просит определение оставить без изменения апелляционные жалобы без удовлетворения.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего общества «Урал-Ресурс» ФИО1 поступили дополнительные документы по делу (доказательств направления апелляционной жалобы в адрес лиц, участвующих  в деле, вх.№ 5803 от 30.01.2024), данные документы в соответствии со статьей 260 АПК РФ приобщены к материалам дела.

В судебном заседании стороны выступили с позициями по делу.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 28.02.2024.

Определением заместителя председателя суда от 27.02.2024 произведена замена судьи Румянцева А.А. , находящегося в отпуске, в составе суда для рассмотрения дела на судью Кожевникову А.Г.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ООО «Урал-Ресурс» ФИО1 поступило дополнение к апелляционной жалобе (вх.№ 10070 от 16.02.2024), которые в соответствии со статьями 49, 260, 268 АПК РФ, приобщены к материалам дела.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от общества «АЭС Инвест» поступили письменные пояснения с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№ 11241 от 26.02.2024), которые в соответствии со статьей 268 АПК РФ приобщены к материалам дела.

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ФИО2 поступили дополнительные пояснения (вх.№ 11408 от 26.02.2024), которые в соответствии со статьями 159, 262 АПК РФ приобщить к материалам дела.

В зале судебного заседания представитель общества «Уралэнергосбыт» ходатайствует о приобщении письменных пояснений с приложением дополнительных доказательств: выписки из протоколов №67 от 29.12.2016, № 71 от 28.12.2017, № 89 от 27.12.2018, суд руководствуясь статьей 268 АПК РФ в  приобщении к материалам дела письменных пояснений отказал в виду незаблаговременного представления и незаблаговременного раскрытия перед иными участниками процесса, дополнительные доказательства - протоколы Министерства тарифного регулирования и энергетики Челябинской области приобщены к материалам дела, поскольку данные документы находятся общем доступе и стороны также могут ознакомиться с ними на сайте Министерства тарифного регулирования и энергетики.

Иных заявлений и ходатайств не поступило.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 27.02.2010, основным видом деятельности с 12.10.2018 являлось передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям.

Обязанности единоличного органа управления обществом осуществляли по данным Единого государственного реестра юридических лиц в различные периоды следующие лица:

- с 13.03.2015 по 16.07.2018 – ФИО2;

- с 16.07.2018 по 30.10.2019 – ФИО6;

- с 30.10.2019 по 13.02.2020 – ФИО11;

- с 14.02.2020 по 01.06.2020 – ФИО12;

- с 16.06.2020 по 26.04.2022 – ФИО10.

Таким образом, ФИО2, ФИО6, ФИО11, ФИО12, ФИО10 отвечают признакам контролирующих должника лиц, установленным статьей 61.10 Закона о банкротстве, в силу должности на период осуществления ими полномочий директора.

Конкурсный управляющий должника в своем заявлении указывает на аффилированность должника и общества «АЭС Инвест», в связи с чем, указанное лицо также имело возможность фактически влиять на принимаемые должником решения, указанный факт подтверждается определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.04.2020 по делу № А76-43527/2018. Лицами, участвующими в рассмотрении обособленного спора, не оспаривается. 

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума ВС РФ № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, а потому материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3). Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. 

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, разъяснениям пункта 27 Постановление Пленума ВС РФ № 53 правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Субсидиарная ответственность является правом взыскать недополученный долг с контролирующих должника лиц, если организация-должник не в состоянии погасить существующие обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В силу пункта 3 Постановление Пленума ВС РФ № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В качестве единственного основания для привлечения контролирующих должника лиц: общества «АЭС Инвест», ФИО2, ФИО6, ФИО11, ФИО12, Назарчука И.С., к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указывает на факт совершения им убыточных сделок (согласование или их одобрение), способствовавших доведению должника до банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе: если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума ВС РФ № 53, следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Презумпция совершения невыгодной сделки может применяться тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника. В частности, надлежит дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок.

Следует отметить, что сам по себе факт отказа в признании недействительной сделки не препятствует применению указанной доказательственной презумпции. 

Применение рассматриваемой доказательственной презумпции не ограничено случаями признания сделок недействительными на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (презумпция включает такие сделки, а не ограничивается ими). Основным условием применения презумпции является причинения сделкой существенного вреда.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Данный подход нашел свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

Как следует из пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 Постановления Пленума ВС РФ № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

 В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Конкурсный управляющий в обосновании заявленных требований указывает, что 01.07.2018 сложилась ситуация, когда общество «АЭС Инвест» лишилось статуса территориальной сетевой организации, действие тарифа было прекращено, и, как следствие, общество «АЭС Инвест» перестало иметь возможность осуществлять свою производственно-хозяйственную деятельность, в связи с чем, хозяйственная деятельность была переведена на должника общество «Урал-Ресурс».

С этой целью между обществом «АЭС Инвест» (арендодатель) и обществом «Урал_Ресурс» (арендатор) заключены договоры № 6 от 18.06.2018, № 7 от 18.06.2018, № 8 от 18.06.2018, № 9 от 18.06.2018, № 10 от 18.06.2018, согласно которым арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование недвижимое и движимое имущество на территории Челябинской области в целях их использования в соответствии с основными видами деятельности арендатора – оказания услуг по передаче электрической энергии, осуществления технологического присоединения к электрическим сетям.

Указанный перевод хозяйственной деятельности осуществлялся только при условии предоставления поручительства обществом «Урал-Ресурс» перед публичным акционерным обществом «Сбебранк России» (договор поручительства № 87298 от 25.09.2018) за обязательства общества «АЭС Инвест», возникшие в свою очередь из договоров об открытии невозобновляемой кредитной линии № 76227 от 12.07.2013 и № 78017АСРМ от 08.02.2018.

В последствии требование ПАО «Сбебранк России» определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.02.2022 по делу № А76-800/2021 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника общества «УралРесурс» в размере 145 440 888 руб. 09 коп., в том числе: 

- по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 76227 от 12.07.2013 в сумме 130 234 369 руб. 19 коп., в том числе: просроченная ссудная задолженность – 123 002 586 руб. 46 кои., просроченная задолженность по процентам –160 508 руб. 50 коп., неустойка – 7 071 274 руб. 23 кон.;

- по договору № 78017АСРМ об открытии возобновляемой кредитной линии № 78017АСРМ от 08.02.2018 в сумме 15 206 518 руб. 90 коп., в том числе: неустойка –15 206 518 руб. 90 коп.

Судом первой инстанции установлено, что судебные акты, связанные с делами общества «АЭС Инвест» и общества «Урал_Ресурс» содержат выводы, сделанные в определении Арбитражного суда Челябинской области от 24.04.2020 по делу № А76-43527/2018, что общество «Урал-Ресурс», являясь компанией, на которую фактически был переведен бизнес, которым занималось общество«АЭС Инвест», являлось фактически аффилированным по отношению к обществу «АЭС Инвест» лицом (в частности через ФИО6).

После введения процедуры конкурсного производства в отношении общества «АЭС Инвест» (дело № А76-43527/2018) и.о. конкурсного управляющего общества «АЭС Инвест» в одностороннем порядке отказался от исполнения договоров аренды № 6 от 18.06.2018, №7 от 18.06.2018, № 8 от 18.06.2018, № 9 от 18.06.2018, № 10 от 18.06.2018, № 12 от 18.06.2018, № 11/1 от 01.08.2018, заключенных между обществом «Урал-Ресурс» и обществом «АЭС Инвест». Как следствие, имущество было изъято в октябре 2019 года.

Основная производственная деятельность должника была прекращена и как следствие, была утрачена возможность исполнять взятое на себя поручительство за общество «АЭС Инвест». 

В свою очередь, источником для обслуживания кредитной задолженности перед Банками со стороны общества «Урал-Ресурс» были не арендные платежи, а денежные средства, получаемые обществом от текущей хозяйственной деятельности, связанной с обслуживанием объектов электрохозяйства.

Общество «Урал-Ресурс» получало доход от предпринимательской деятельности, одновременно неся бремя расходов на производственные затраты, оплату труда, уплату налогов и сборов, оплату кредитных обязательств перед банками.

Конкурсным управляющим должника установлено, что обществом «Урал-Ресурс» по итогу 2020 года был получен убыток от продаж в сумме 19 434 тыс. руб. по причине снижения выручки на 99%. Причина убытков от основной деятельности в 2019 году – изъятие арендованного имущества после расторжения договора аренды электросетей обществом «АЭС Инвест», в результате чего общество «Урал-Ресурс» утратило статус территориальной сетевой организации, что повлекло прекращение тарифа на оказание услуг по передаче и, как следствие – прекращение основной производственной деятельности и невозможность извлекать прибыль, а в последующем – банкротство предприятия.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника указывает, что при наличии выводов отраженных в определении Арбитражного суда Челябинской области от 24.04.2020 по делу № А76-43527/2018, о том, что общество «АЭС Инвест» является фактически аффилированным по отношению к должнику лицом (в частности через ФИО6) и при условии, что на момент заключения договоров аренды (18.06.2018), подписанных со стороны должника ФИО2, ФИО6 являлся главным инженером общества «АЭС Инвест», а с 16.07.2018 стал руководителем общества «Урал_Ресурс», однозначно свидетельствует о том, что общество «АЭС Инвест» является контролирующим должника лицом, весь перевод деятельности на общество «Урал-Ресурс» был произведен по инициативе общества «АЭС Инвест» с возможностью получения конкретных положительных экономических результатов за счёт должника (получение арендной платы, погашение кредиторской задолженности).

Совокупность вышеперечисленных действий, по мнению конкурсного управляющего должника, привела к тому, что должник общество «Урал-Ресурс», принимая деятельность от общества «АЭС Инвест», в итоге получил признаки, как неплатежеспособности, так и недостаточности имущества при возникновении обязательств:

- по договору поручительства № 87298 от 25.09.2018 перед ПАО «Сбербанк России» за обязательства общества «АЭС Инвест» в размере 145 440 888 руб. 09 коп. (определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.02.2022 по делу № А76-800/2021);

- по договорам аренды перед обществом «АЭС Инвест».

Выгода (прибыль) от аренды имущества общества «АЭС Инвест», получаемая обществом «Урал-Ресурс», уходила либо на погашение задолженности по договору поручительства № 87298 от 25.09.2018 перед ПАО «Сбербанк России», либо на оплату арендных платежей обществу «АЭС Инвест».

Конкурсный управляющий должника отмечает, что директором общества «Урал_Ресурс» в период с 12.07.2018 по 21.10.2019 был ФИО6, который с 11.01.2016 по 11.07.2018 занимал должность заместителя генерального директора по реализации услуг и развитию общества «АЭС Инвест».

Договоры аренды № 6 от 18.06.2018, № 7 от 18.06.2018, № 8 от 18.06.2018, № 9 от 8.06.2018, № 10 от 18.06.2018, № 12 от 18.06.2018, № 11/1 от 01.08.2018, заключенные между обществом «Урал-Ресурс» и обществом «АЭС Инвест», со стороны общества «Урал_Ресурс» были подписаны ФИО2, а дополнительные соглашения и договор поручительства подписывал уже ФИО6.

Как указывает общество «АЭС Инвест» в своем отзыве, заключение между обществом «АЭС Инвест» и обществом «Урал-Ресурс» договоров аренды электросетевого имущества № 6 – 10 от 18.06.2018 не было вынужденной мерой, данные действия являлись переводом финансово-хозяйственной деятельности с общества «АЭС Инвест» на аффилированное лицо общество «Урал-Ресурс», в результате чего совокупные активы предприятия (должника) выросли в 50 раз (с 9 033 тыс. руб. по состоянию на конец 2017 года до 442 980 тыс. руб. по состоянию на конец 2018 года).

Договоры аренды № 6, 7, 8, 9, 10 были заключены между обществом «АЭС Инвест» и обществом «Урал-Ресурс» 18.06.2018, то есть еще при наличии действующего тарифа общества «АЭС Инвест».

По условиям договоров аренды арендодатель (общество «АЭС Инвест») передал, а арендатор (общество «Урал-Ресурс») принял во временное владение и пользование недвижимое и движимое имущество на территории Челябинской области в целях их использования в соответствии с основными видами деятельности арендатора – оказания услуг по передаче электрической энергии, осуществления технологического присоединения к электрическим сетям.

При этом арбитражный суд первой инстанции указал, что передача имущества по договорам аренды от общества «АЭС Инвест» к обществу «Урал-Ресурс» была публична, ключевым моментом является участие высшего должностного лица региона в принятии решения о передаче имущества в аренду, что подтверждается копией перечня поручений губернатора Челябинской области от 02.07.2018 № 419-УО и КР, согласно которому обществу «АЭС Инвест» рекомендовано урегулировать с обществом «Урал-Ресурс» взаимоотношения по передаче имущественного комплекса и персонала, обеспечить бесперебойное электроснабжение.

Тариф на услуги по передаче электрической энергии утвержден для общества «Урал_Ресурс» впервые Постановлением Министерства тарифного регулирования и энергетики Челябинской области от 16.07.2018 № 40/1 на 2 полугодие 2018.

При этом из Выписки из протокола заседания правления Министерства тарифного регулирования и энергетики Челябинской области № 37 от 29.06.2018 следует, что 20.06.2018 поступило заявление общества «АЭС Инвест» об отмене решений, принятых Министерством в отношении организации, по причине передачи имущества (объектов электросетевого хозяйства, движимого, недвижимого и прочего имущества в соответствии с актами приема-передачи имущества) в полном объеме по договорам аренды обществу «Урал-Ресурс», расторжении договоров с ТСО и прекращении деятельности общества «АЭС Инвест» по передаче электрической энергии.

Это означает, что передача всего имущества в аренду именно обществу «Урал_Ресурс» была спланирована аффилированными между собой обществами «АЭС Инвест» и «Урал-Ресурс» с целью перевода всего бизнес-процесса на аффилированное лицо, свободное от требований кредиторов.

До момента заключения договоров аренды с обществом «АЭС Инвест» должник не был сетевой организацией, обладающей необходимым объемом персонала и средств, позволяющих осуществлять обслуживание большого количества электросетевого имущества.

Сотрудники общества «АЭС Инвест», в том числе руководящий состав, в период с апреля по август 2018 года были уволены с целью трудоустройства в обществе «Урал_Ресурс».

Помимо электросетевого имущества, на хранение с правом приобретения в собственность, обществом «АЭС Инвест» были переданы должнику все товарно_материальные ценности (сумма задолженности, взысканная в рамках дел №А76-25021/2019, №А76-52256/2019), автотранспорт (договор аренды № 12 от 18.06.2018), оргтехника и мебель (договор аренды № 11/1 от 01.08.2018). Права и обязанности практически по всем договорам, имеющим отношение к деятельности общества «АЭС Инвест», были также переданы обществу «Урал-Ресурс». Заключены договоры субаренды земельных участков.

Указанные обстоятельства и выводы подтверждены вступившими в законную силу судебными актами: Определением Арбитражного суда Челябинской области по делу №А76-43527/2018 от 24.04.2020, Определением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-43527/2018 от 27.06.2022, Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-6221/2020 от 21.07.2020.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате совершенных действий совокупные активы общества «Урал-Ресурс» выросли в 50 раз, что следует из балансов должника: с 9 033 тыс.руб.на конец 2017 года до 442 980 тыс.руб. на конец 2018 года.

Судом указано, что заключение между обществом «АЭС Инвест» и обществом «Урал-Ресурс» договоров аренды не только не принесло обществу «АЭС Инвест» никаких положительных экономических результатов, но и привело к наращиванию неплатежеспособности общества «АЭС Инвест» и возникновению неисполненной со стороны общества «Урал-Ресурс» задолженности и убытков.

Получив в пользование все производственные мощности общества «АЭС Инвест», общество «Урал-Ресурс» в период с 01.07.2018 по 30.09.2019 осуществляло хозяйственную деятельность, от которой получало прибыль, при этом обязанность по оплате арендной платы, стоимости использованных ТМЦ и иных платежей перед обществом «АЭС Инвест» общество «Урал-Ресурс» не исполняло с самого первого месяца пользования имуществом, что привело к наращиванию неплатежеспособности общества «АЭС Инвест» и возникновению неисполненной со стороны общества «Урал-Ресурс» задолженности и убытков, что опровергает довод конкурсного управляющего должника о том, что заключение договоров аренды привело к возможности со стороны общества «АЭС Инвест» получения конкретных положительных экономических результатов за счёт должника: получение арендной платы, погашение кредиторской задолженности.

Деятельность по передаче электрической энергии является регулируемой, порядок формирования тарифа на оказание соответствующих услуг, расходы, учитываемые при определении тарифа, закреплены нормативно, в частности, в соответствии с принципами тарифного регулирования.

Согласно выписке из протокола заседания правления Министерства тарифного регулирования и энергетики Челябинской области № 40 от 16.07.2018 при формировании тарифа (для общества «Урал-Ресурс») расчет расходов по статье арендная плата произведен Министерством с учетом амортизационных отчислений и платежей, связанных с владением имуществом, на основании ведомостей амортизационных отчислений арендодателей, в том числе общества «АЭС Инвест», налоговых расчетов по авансовым платежам по имущественным налогам на основании авансовых платежей за 1 кв. 2018 года (Определение Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-43527/2018 от 26.04.2022).

Таким образом, расходы общества «Урал-Ресурс» по арендной плате были включены им в тариф и компенсированы в процессе осуществления деятельности.

При этом арбитражный суд отметил, что размер арендной платы по заключенным в должником договорам сопоставим с ее размером по договорам, в последующем заключенным должником с обществом «МРСК Урала» от 01.09.2020 и с акционерным обществом «ЕЭСК» от 27.12.2021.

Как поясняли общество «АЭС Инвест», ФИО6, заключение должником договоров поручительства от 25.09.2018 № 87298 и от 12.10.2018 № 99002260816/П-4 по кредитным договорам, обеспеченным залогом имущества общества «АЭС Инвест», было обусловлено фактической аффилированностью с должником, необходимостью сохранения во владении и пользовании арендатора по договорам аренды № 6 – 12 от 18.06.2018 всего электросетевого комплекса общества «АЭС Инвест» с целью осуществления деятельности по оказанию услуг по передаче электрической энергии и мощности, иными словами заключение указанных договоров было направлено на достижение единой хозяйственной цели.

В определении от 27.06.2022 по делу А76-43527/2018, оставленном без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-9601/2022 от 10.11.2022, Арбитражный суд Челябинской области пришел к выводу, что заключение договоров поручительства обществом «Урал-Ресурс» и кредитными организациями 25.09.2018 и 12.10.2018 было обусловлено заключением обществом «Урал_Ресурс» и обществом «АЭС Инвест» договоров аренды электросетевого имущества от 18.06.2021 (договоры поручительства содержат условия об их прекращении в случае прекращения тарифного регулирования услуг общества «Урал-Ресурс» по передаче электрической энергии, после заключения договоров поручительства согласованы условия о долгосрочности договоров аренды, о прекращении договоров аренды в случае прекращения договоров поручительства).

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции. Должник являлся поручителям по кредитным договорам, заключенным ООО «АЭС Инвест» с ПАО “Сбербанк” и ПАО “Запсибкомбанк”.

В связи с частичным исполнением обязательств по кредитным договорам между должником и банками заключены соглашения от 10.01.2019 с ПАО Сбербанк и от 27.08.2019 с ПАО “Запсибкомбанк” о переходе прав залога по договорам поручительства.

Должник заключил договоры поручительства и исполнял соответствующие обязательства, будучи заинтересованным в использовании заложенного имущества и исключении обращения на него взыскания по долгам ООО «АЭС Инвест».

В определении от 27.06.2022 по делу А76-43527/2018 установлено, что в отсутствие арендных отношений между сторонами поручительство за должника не было бы дано, и кредитные обязательства должника перед банками обществом «Урал-Ресурс» бы не исполнялись, их исполнение было обусловлено необходимостью сохранения договоров аренды, сохранения заложенного имущества должника, переданного в аренду обществу «Урал-Ресурс», наличием у общества «Урал_Ресурс» перед должником обязательств по внесению арендной платы; сторонами систематически по результатам исполнения обществом «Урал-Ресурс» за должника кредитных обязательств перед банками в рамках данного поручительства производилось уменьшение обязательств общества «Урал-Ресурс» перед обществом «АЭС Инвест» по договорам аренды, что вплоть до введения в отношении должника процедуры банкротства оформлялось зачетами.

Учитывая установленные обстоятельства относительно деятельности должника, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы кредитора ООО “Уралэнергосбыт” о том, что передача финансово-хозяйственной деятельности от общества  «АЭС Инвест» носила характер создания “центра убытков” на стороне ООО  «Урал-Ресурс».

До расторжения договоров аренды ООО «АЭС Инвест» принимало в счет оплаты арендных платежей платежи, произведенные банкам и третьим лицам, что оформлялось зачетами, зачетов произведено на сумму 253 966 086,30 руб. Зачеты являлись обыкновенной практикой исполнения сторонами заключенной между ними группы договоров, поскольку у ООО «АЭС-Инвест» были заблокированы счета в результате задолженности перед бюджетом, а неоплата кредитных обязательств могла повлечь обращение взыскание на имущество ОАО «АЭС Инвест». 

Сторонами был изначально предусмотрен порядок расчетов, по которому  ООО «Урал-Ресурс» осуществляло платежи в кредитные организации по обязательствам ООО «АЭС Инвест», при этом сальдирование  происходило автоматически. В сложившейся ситуации прекращение взаимных обязательств сторон произошло не в силу актов о зачете, а в силу сложившихся отношений между сторонами. 

Так, взяв в аренду у ООО «АЭС Инвест» имущество, ООО «Урал-Ресурс» было вынуждено заключить договоры поручительства с ПАО «Сбербанк» и ПАО «Запсибкомбанк» и соответственно исполнять кредитные обязательства должника. 

Заключение договора поручительства между кредитными организациями и ООО «Урал-Ресурс» было обусловлено требованием ПАО «Сбербанк России» и ПАО «Запсибкомбанк». Только после получения дополнительных гарантий в виде поручителя в лице ООО «Урал-Ресурс» кредитные организации дали согласие на изменение срока аренды имущества, принадлежащего должнику, что позволило заключить договоры аренды на срок до 30 лет. 

Договоры аренды и договоры поручительства, обязательства общества «Урал-Ресурс» и общества «АЭС Инвест», возникающие в результате исполнения обществом «АЭС Инвест» договоров аренды, а обществом «Урал-Ресурс» – договоров поручительства, являются взаимосвязанными и взаимообусловленными, в связи с чем, соответствующие требования сторон друг к другу не подлежат установлению как самостоятельные, обособленные в условиях прекращения соответствующих правоотношений и хозяйственной деятельности предприятиями. 

В связи с чем было установлено судами, что с учетом сложившихся между сторонами отношений по их результатам подлежит установлению завершающая обязанность одной стороны перед другой посредством сальдирования – сопоставления обязанностей сторон (соотнесение взаимных предоставлений) и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения). Фактически между обществом «Урал-Ресурс» и обществом «АЭС Инвест» не возникали встречные обязанности, а формировалась лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон перед другой в рамках нескольких взаимосвязанных правоотношений, иное противоречило бы изначально достигнутым сторонами договоренностям, целям, преследуемым сторонами при вступлении в хозяйственные отношения. 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-43527/2018 от 31.08.2021 установлены факты нарушения обязательств со стороны общества «АЭС Инвест», причинения вреда, нарушения прав общества «Урал-Ресурс», неправомерность действий общества «АЭС Инвест», наличие состава правонарушения для взыскания с общества «АЭС Инвест» в пользу общества «Урал-Ресурс» заявленных сумм в качестве убытков заявителем не доказаны.

Указанные и установленные судебным актом обстоятельства свидетельствуют об отсутствии вины и причинно-следственной связи между действиями общества «АЭС Инвест» и невозможностью полного погашения требований кредиторов должника –общества «Урал-Ресурс».

При таких обстоятельствах, апеллянтами конкретных действий контролирующих должника лиц, повлекших непосредственное банкротство должника,  не приведено, как и не раскрыто каким образом заключенные сделки привели к банкротству должника. Фактов вывода денежных средств, имущества в пользу аффилированных лиц, как и факта заключения невыгодных, убыточных сделок арбитражным судом не установлено.

Арбитражный суд, обоснованно отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности, установил, что банкротство общества «Урал-Ресурс» было обусловлено не односторонним отказом общества «АЭС Инвест» от исполнения договоров аренды электросетевого имущества и изъятием указанного имущества у должника, а связано непосредственно с убыточностью отрасли электросетевого хозяйства в регионе в целом. Иные реальные причины банкротства должника конкурсным управляющим должника не указаны.

Учитывая недоказанность противоправного или злонамеренного поведения контролирующих должника лиц, направленного на причинение вреда имущественным правам кредиторов и с необходимостью повлекшее банкротство общества «Урал-Ресурс», суд  пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения общества «АЭС Инвест», ФИО6, Назарчука И.С., ФИО11, ФИО12, ФИО2 к субсидиарной ответственности применительно к подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2023 по делу № А76-800/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Урал-Ресурс» - ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Уралэнергосбыт», ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         М.В. Ковалева

 

Судьи:                                                                               Т.В. Курносова 

 

                                                                                          А.Г. Кожевникова