АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 24.07.2025 Дело № А40-157656/2020 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2025 года Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2025 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: Н.Н. Тарасова, В.З. Уддиной, 

при участии в заседании: от конкурсного управляющего должником – ФИО1, по доверенности от 27.12.2024, срок до 31.12.2025,  

рассмотрев 22.07.2025 в судебном онлайн-заседании кассационную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2025,  

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2025 о признании недействительными сделками договора купли-продажи от 13.11.2020 № 13-11/кп2020, заключенного между ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» и ООО «Гарант», а также платежей, совершенных ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» в пользу ООО «Гарант» за период с 08.02.2019 по 06.09.2021 на общую сумму 36 403 887 руб., применений последствий недействительности сделок  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ»,  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 05.08.2021 должник ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (является членом Ассоциации СРО «ЦААУ», ИНН 

<

***>), о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсант» № 144 от 14.08.2021.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками платежей в пользу ООО «Гарант» за период с 08.02.2019 по 06.09.2021 на общую сумму 36 403 887 руб. и договора купли-продажи от 13.11.2020 № 13-11/кп2020, заключенного между должником и ООО «Гарант», и применении последствий недействительности сделок.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2025, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО4 (единственный участник должника) обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2025 и принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Заявитель кассационной жалобы в суд округа не явился. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения кассационной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.  

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя управляющего, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам реализации мероприятий, предусмотренных процедурой конкурсного производства, конкурсным управляющим выявлен договор купли-продажи от 13.11.2020 № 13-11/кп2020, заключенный между должником и ООО «Гарант», а также сделки по перечислению в период с 08.02.2019 по 06.09.2021 с расчетных счетов должника в адрес ООО «Гарант» (ИНН 

<

***>) денежных средства в общей сумме 46 873 043 руб. 17 коп. с назначением платежа: «за оказание юридических услуг по договору б/н от 05.10.2018».  

Конкурсным управляющим оспаривается только часть платежей на сумму 36 403 887 руб., поскольку остальные платежи были оспорены ранее, а именно: определением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2022 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств должником в пользу ООО «Гарант» в размере 6 892 683 руб. 89 коп., применены последствия недействительности сделок в виде возврата ООО «Гарант» в конкурсную массу должника 6 892 683 руб. 89 коп.; определением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2022 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств должником в пользу ООО «Гарант» в размере 3 576 472 руб. 28 коп., применены последствия недействительности сделок в виде возврата ООО «Гарант» в конкурсную массу должника 3 576 472 руб. 28 коп.  

Полагая, что договор купли-продажи от 13.11.2020 № 13-11/кп2020 и сделки по перечислению денежных средств совершены при наличии признаков банкротства, в отсутствие доказательств, подтверждающих возмездность совершения сделок, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  

признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2  

Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В пункте 6 названного постановления Пленум ВАС РФ указал, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  

вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Заявление о признании должника банкротом принято определением от 10.09.2020.  

Оспариваемые сделки совершены в период с 08.02.2019 по 06.09.2021, то есть в пределах трехлетнего срока подозрительности.  

Судами установлено, что на даты совершения оспариваемых сделок у должника имелась задолженность перед другими кредиторами, впоследствии включенная в реестр требований кредиторов, что подтверждается следующими судебными актами.  

Так, в реестр требований кредиторов были заявлены и определением от 23.09.2021, вынесенным по настоящему делу, были включены требования уполномоченного органа (инспекции ФНС России № 18 по г. Москве) от 05.05.2021 № 24-12/251, основанные на решении от 15.12.2020 № 3605, вынесенном в отношении должника по результатам выездной налоговой проверки за период с 01.01.2014 по 31.12-2016.  

По результатам проведенной проверки уполномоченным органом установлена недоимка по уплате должником налога на прибыль организаций и налогу на добавленную стоимость за период с 30.03.2015 по 27.03.2017 в общем размере 37 760 474 руб.  

В связи с неуплатой данных налогов, уполномоченным органом были начислены пени в общем размере 15 654 048 руб. 95 коп.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2020 по делу № А40-111166/19- 126-979 с должника в пользу ПАО «МОЭК» взыскана задолженность по договорам теплоснабжения и горячего водоснабжения №№ 04.301380-ТЭ от  

01.06.2009 и 04.301380ГВС от 01.06.2009 в размере 141 068 259 руб. 35 коп. за период сентябрь -декабрь 2018 года.  

Указанная задолженность не погашена до настоящего времени и включена в реестр требований кредиторов определением о введении наблюдения.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2021 по делу № А40-134732/20- 43-1051 с должника в пользу АО «Мосэнергосбыт» взыскана задолженность по договору энергоснабжения № 92904669 от 01.07.2009 за ноябрь 2019 года в размере 922 359 руб. 03 коп.  

Указанная задолженность также не погашена до настоящего времени и включена в реестр требований кредиторов определением от 22.06.2021, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве.  

Таким образом, исходя из содержания вышеуказанных судебных актов, а также из содержания актуального реестра требований кредиторов должника следует, что у должника на даты спорных сделок имелись непогашенные реестровые обязательства как перед ПАО «МОЭК», так и перед иными кредиторами на общую сумму более 1 миллиарда рублей.  

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности в контексте положений статьи 2 Закона о банкротстве.  

Кроме того, суды пришли к выводу, что ООО «Гарант» не могло не знать о вышеуказанных обстоятельствах, поскольку является фактически аффилированным с должником лицом.  

Так, в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении ответчика - ООО «Гарант» (ИНН: 

<

***>), его генеральным директором в период с 07.03.2019 по 01.06.2023 являлась ФИО5. Единственным участником ответчика с 21.03.2017 по сегодняшний день является ФИО6. Также ФИО6 в период с 21.03.2017 по 07.03.2019 являлся генеральным директором ответчика.  

Проанализировав банковскую выписку по расчетному счету должника № 40702810701150000200, открытому в ПАО «ВТБ», судами установлено, что и ФИО5, и ФИО6 ранее являлись штатными сотрудниками должника - ООО «УК «ЮНИ-Дом».  

На данный факт, по мнению судов, указывают осуществленные должником в период с 10.01.2017 по 07.09.2018 и с 07.09.2017 по 11.12.2017 платежи на личные банковские карты указанных лиц с назначениями «перечисление заработной платы».  

Кроме того, суды установили, что доверенностью от 09.02.2019, генеральный директор ООО «УК «ЮНИ-Дом» - ФИО2 уполномочил генерального директора ответчика ФИО5 быть представителем ООО «УК «ЮНИ-Дом» во всех судебных органах, государственных и коммерческих  

структурах, с предоставлением ей права на совершение всех процессуальных действий, необходимых для исполнения указанных полномочий.  

Из содержания данного документа суды усмотрели, что на момент заключения оспариваемого договора, генеральный директор ответчика - ФИО5 была осведомлена как о наличии не исполняемых должником с сентября 2018 года обязательств перед вышеуказанными кредиторами, так и о размере, и составе данных обязательств, а также о подаче данными кредиторами исковых заявлений о взыскании задолженности и, в случае с требованиями ПАО «МОЭК», о вынесении арбитражным судом решения об их взыскании.  

При таких обстоятельствах суды посчитали, что генеральный директор ответчика не могла не быть осведомленной о неплатежеспособности ООО «УК «ЮНИ-Дом».  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

В данном случае суды установили, что оспариваемой сделкой должником осуществлено добровольное полное исполнение не подтверждённых судебными актами обязательств перед ответчиком в условиях, при которых погашение требований иных кредиторов, в частности ПАО «МОЭК» производилось только после предъявления исполнительных документов к принудительному исполнению.  

Таким образом, суды пришли к выводу, что спорная сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника в отношении аффилированного лица, в связи с чем данное лицо презюмируется осведомленным о соответствующем финансовом состоянии должника (указанные выводы подтверждены судебной практикой, в частности Определением Судебной коллегии по экономическим  

спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013).  

В обоснование наличия совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий указал на перечисление денежных средств в пользу ответчика, при наличии признаков неплатежеспособности с фактически аффилированным с должником лицом в отсутствие доказательств реальности оказания услуг, тем самым приходя к выводу о безвозмездном отчуждении ликвидного актива, что не мог не осознавать ответчик, проявляя должную степень осмотрительности при совершении сделки.  

Из материалов дела следует и судами установлено, что 05.10.2018 между должником (заказчик) и ответчиком (исполнитель) заключен договор, по условиям которого исполнитель оказывал юридические услуги по взысканию дебиторской задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг.  

В подтверждение оказания услуг от ООО «Гарант» на электронном носителе в материалы дела представило 87 реестров оплат, на основании которых исполнителем составлены акты оказанных услуг, которые приняты заказчиком.  

Выражая сомнения относительно действительности оказания юридических услуг по договору от 05.10.2018, конкурсный управляющий заявил о фальсификации доказательств, а именно: 87 реестров оплат, на основании которых исполнителем составлены акты оказанных услуг, которые приняты заказчиком.  

Вместе с тем суды отметили, что утверждение конкурсного управляющего о том, что факты и обстоятельства, изложенные в письменном доказательстве, не соответствуют действительности, само по себе не является заявлением о фальсификации, а представляют собой отрицание наличия фактов, на которых основаны требования или возражения на них.  

Как следует из пункта 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик, в силу пункта 1 статьи 781 ГК РФ оплатить оказанные ему услуги в порядке и сроки, установленные договором.  

Поскольку доводы заявителя сводились к безвозмездности спорных сделок, а также недоказанности реальности исполнения договора, следовательно, для разрешения настоящего обособленного спора следует установить факт оказания услуг, наличие у ответчика фактической возможности исполнить условия договора, результат оказания услуг и их ценность для должника.  

Суды подробно проанализировали условия Договора и пришли к следующим выводам.  

В подтверждение реальности оказания услуг ответчиком ни одного отчета, установленного пунктами 3.2.-3.5 приложения № 1 договора, не представлено, также не представлены акты об оказании услуг по форме установленной в приложении № 3 к договору.  

Базой для расчета вознаграждения ответчика по договору, является сумма денежных средств, полученных заказчиком в каждом календарном месяце от должников в счет оплаты задолженности.  

Если в отношении данного должника была проведена работа ответчиком, т.е. согласно пункту 4 приложения № 1 договора ответчик должен был представить заказчику отчет об оказанных услугах, содержащий информацию о проведенных мероприятиях в отношении каждого должника, по которому поступила оплата в отчетный период, или не представлять отчет, что означает что заказчик самостоятельно погасил задолженность, а, следовательно, услугу ответчик не оказал.  

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды не усмотрели фактов ведения между сторонами надлежащей переписки, передачи документации, составление отчетов об оказанных услугах, а также доказательств, позволяющих установить какие услуги были фактически оказаны исполнителем в каком объеме, как соотносятся поступившие от должников заказчика денежные средства на счета должника с услугами оказанными исполнителем по договору, как фактически рассчитывалась база для расчета вознаграждения ответчика, фактические обстоятельства оказания услуг по договору, что в совокупности не позволяет установить взаимодействие сторон при совершении сделки, а также результат оказанных услуг.  

Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (часть 6 статьи 71 АПК РФ).  

Суды пришли к выводу о том, что представленные ответчиком копии документов на электронном носителе являются ненадлежащими доказательствами.  

Кроме того, оценивая осведомленность ООО «Гарант» об указанной недобросовестной цели, судами обращено внимание на то, что само по себе фактически безвозмездное получение актива должника, уже свидетельствует о том, что ответчик должен был осознавать ее неблагоприятные последствия как для самого должника, так и для его кредиторов.  

Такой вывод соответствует сложившейся судебной практике, которая исходит из того, что существенное несоответствие между стоимостью отчужденного имущества и полученным встречным предоставлением не может  

не порождать у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения имущества (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).  

Отчуждение ликвидного актива без встречного предоставления привело к уменьшению конкурсной массы должника, что соответствует определению понятия причинения вреда имущественным правам кредиторов, данному в статье 2 Закона о банкротстве.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.  

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Доказательства, которые бы опровергали вышеуказанные доводы заявителя, со стороны ответчика в материалах дела не представлены.  

Как установлено судами, 13.11.2020 между должником (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор купли-продажи № 13-11/кп-2020, объектом продажи по которому являются имущественные права и обязанности должника по договору купли-продажи от 25.09.2018, заключенному между должником и Департаментом городского имущества города Москвы, в соответствии с которым Департамент городского имущества г. Москвы обязан передать должнику в собственность объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

...>, с кадастровым номером 77:03:0003016:75, общей площадью 53,4 кв.м., а должник обязался оплатить вышеуказанный объект (пункт 1.2 договора от 13.11.2020).  

По указанному договору ответчик обязан оплатить должнику денежные средства в размере 3 565 033 руб. 42 коп. (размер оплаченной департаменту суммы) в срок до 25.11.2020, а должник обязан передать имущественные права и обязанности по купле-продаже объекта недвижимости (пункт 2.4 договора от 13.11.2020).  

Неуплаченную Департаменту городского имущества г. Москвы сумму в размере 4 661 966 руб. 58 коп. ответчик обязуется оплатить в сроки, указанные в договоре купли-продажи недвижимости от 25.09.2018 (пункт 2.5. договора от 13.11.2020). Условия договора от 13.11.2020 не содержат требований, предусмотренных пунктами 2.5-2.7 договора от 25.11.2018.  

Данные обстоятельства, как посчитали суды, свидетельствуют о том, что договор купли-продажи от 13.11.2020 заключен формально с целью не допустить обращения взыскания на объект недвижимости в процедуре банкротства.  

Суды пришли к выводу, что данной сделкой причинен имущественный вред кредиторам должника, поскольку из конкурсной массы должника выбыли имущественные права по договору купли-продажи от 25.09.2018, заключенному между должником и Департаментом городского имущества города Москвы, в соответствии с которым Департамент городского имущества г. Москвы обязан передать ООО «УК ЮНИ-ДОМ» в собственность объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

...>, с кадастровым номером 77:03:0003016:75, общей площадью 53,4 кв.м. Платежи, совершенные должником в пользу ответчика 23.11.2020 и 25.11.2020 на сумму 2 018 341 руб. 45 коп. и 1 558 130 руб. 83 коп. соответственно, хоть формально и совершены с назначением платежа по договору от 05.10.2018 за оказанные юридические услуги конкурсным управляющим не включены в расчет 36 403 887 руб., поскольку фактически являлись возвратом денежных средств, полученных от ответчика по договору купли-продажи № 13-11/кп-2020 от 13.11.2020.  

Исходя из вышеизложенного, суды, установив, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; на момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, сделки были совершены с фактически аффилированным лицом при фактическом отсутствии встречного исполнения со стороны ответчика (безвозмездно); в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в том, что при наличии обязательств должника на общую сумму более 1 миллиарда рублей перед ПАО «МОЭК» и иными кредиторами, из состава имущества должника фактически были выведены денежные средства на сумму 36 403 887 руб. и имущественные права должника по договору купли-продажи, заключенному между должником и Департаментом городского имущества города Москвы; ответчик знал или должен был знать об указанной цели должника к моменту совершения оспариваемых сделок.  

С учетом изложенного суды пришли к выводу о доказанности совокупности обстоятельств, являющихся основанием для признания спорных сделок недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Исходя из изложенного, суды признали недействительными сделками платежи, совершенные ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» в пользу ООО «Гарант» за период с 08.02.2019 по 06.09.2021 на общую сумму 36 403 887 руб., а также договор купли-продажи от 13.11.2020 № 13- 11/кп2020, заключенный между ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» и ООО «Гарант». Применил последствия недействительности сделок. Взыскал с ООО «Гарант» в пользу ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» денежные средства в размере 36 403 887 руб. Восстановил права и обязанности ООО «Управляющая компания «ЮНИ-ДОМ» по договору купли-продажи недвижимости от 25.09.2018 № 59-5568.  

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением последствий ее недействительности, что выражается в применении двусторонней реституции.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.  

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

В рассматриваемом случае в качестве последствий недействительности сделки суд взыскал с ответчика в пользу должника денежные средства в размере 36 403 887 руб. и восстановил права и обязанности должника по договору купли-продажи недвижимости от 25.09.2018 № 59-5568.  

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).  

Исходя из разъяснений, изложенных в п.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - «Постановление Пленума ВАС № 63») под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.  

Принимая во внимание вышеприведенные разъяснения, положения статей 126, 129, 61.9 Закона о банкротстве спорные перечисления денежных средств и договор уступки прав могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве, при этом конкурсный управляющий наделен правом на подачу заявления об оспаривании сделок по основанию, предусмотренному статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 Постановления Пленума ВАС № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  

правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  

должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности  

кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума ВАС № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В данном случае суды отметили, что обоснованность возражений управляющего относительно представленных ответчиком доказательств подтверждена надлежащим образом, мотивирована ссылками на конкретные расчеты и доказательства.  

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В данном случае суды посчитали, что для придания законности договору от 13.11.2020 года общество «Гарант», создавая видимость оплаты, перечислило в адрес ООО «УК ЮНИ-ДОМ» денежные средства на сумму 3 565 003,42 руб., которые впоследствии были возвращены обществу «Гарант».  

Для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и её безвозмездный характер (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). Юридическая либо фактическая аффилированность участников сделки подразумевает их осведомлённость о данной цели.  

Доказательств, обосновывающих совершение оспариваемых платежей, Ответчиком не представлено, в материалах дела они отсутствуют. В условиях неблагоприятного финансового состояния, при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, неисполненных требований иных кредиторов, оспариваемая сделка, по мнению судов, являлась экономически необоснованной, была совершена при злоупотреблении правом и в ущерб коммерческим интересам должника, и в результате привела к  

причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, уменьшению размера имущества должника (в момент фактической выплаты), что в совокупности привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований.  

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанности по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью имущества. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Факт наличия признаков аффилированности между должником и ООО «ГАРАНТ» установлен вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 27.05.2022, 31.08.2022, 02.09.2022.  

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Критерии оценки действий сторон на предмет добросовестности отражены в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из которых следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.  

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.  

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.  

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и  

второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.  

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2025 по делу № А40-157656/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова 

 Судьи: Н.Н. Тарасов 

 В.З. Уддина