ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-88987/21

30 мая   2024  года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая    2024  года

Полный текст постановления изготовлен 30 мая    2024  года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я.

судей Зеньковой Е.Л., Зверевой Е.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 24.07.2023г.

от конкурсного управляющего ООО "Трансстройсервис" – ФИО3 – дов. от 11.12.2023г.

рассмотрев в судебном заседании 27 мая    2024 года

кассационную жалобу  ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 14 декабря 2023 года

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 22   февраля  2024 года

о признании недействительной единой сделки, состоящей из следующих взаимосвязанных сделок: договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 24.12.2020 г., заключенный между ООО "Трансстройсервис" и ФИО4; договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 07.09.2021, заключенный между ФИО4 и ФИО5; договор куплипродажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 03.03.2022 г., заключенный между ФИО5 и ФИО1. Кроме того, заявитель просил применить последствия недействительности единой сделки в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: земельный участок (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.)

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Трансстройсервис» 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 30.12.2022 г. по делу № А41-88987/2021 в отношении ООО «Трансстройсервис» введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим ООО «Трансстройсервис» в Арбитражный суд Московской области подано заявление с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений о признании недействительной единой сделки, состоящей из следующих взаимосвязанных сделок:

договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 24.12.2020 г., заключенный между ООО «Трансстройсервис» и ФИО4;

договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 07.09.2021, заключенный между ФИО4 и ФИО5;

договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.) от 03.03.2022 г., заключенный между ФИО5 и ФИО1

Кроме того, заявитель просил применить последствия недействительности единой сделки в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: земельный участок (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.).

Суд привлек в качестве соответчиков ФИО1 и ФИО5, а также финансового управляющего ФИО4 – ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 декабря 2023 года, оставленным без изменения постановление Десятого  арбитражного апелляционного суда от 22   февраля         2024 года  заявленные требования были удовлетворены.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и  постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять новый судебный акт, которым заявленные требования оставить без удовлетворения.

В обоснование  кассационной жалобы ее заявитель  ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что  суды пришли к ошибочному выводу об отсутствии доказательств оплаты ответчиком цены земельного участка по договору купли-продажи от 03.03.2022.

По утверждению кассатора ответчиком были представлены исчерпывающие доказательства наличия у него финансовой возможности уплатить цену Земельного участка по Договору купли-продажи от 03.03.2022, которым суды не дали какой-либо оценки в обжалуемых судебных актах.

По мнению подателя жалобы выводы судов о приобретении ответчиком земельного участка по заниженной цене сделаны с нарушением норм процессуального законодательства о доказывании, а также положений Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и прямо противоречат фактическим обстоятельствам дела и представленным письменным доказательствам.

Заявитель ссылался на то, что суды допустили существенное нарушение норм материального и процессуального права при оценке представленных ответчиком доводов и доказательств, характеризующих его как добросовестного приобретателя земельного участка.

Поступивший от конкурсного управляющего должником отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представитель ФИО1  доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, представитель конкурсного управляющего ООО "Трансстройсервис"  против удовлетворения кассационной  жалобы возражал.

Иные  участвующие в деле лица,  явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей этих лиц.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами,   24.12.2020 между ООО "Трансстройсервис"   и ФИО4 заключен договор купли-продажи земельного участка (адрес: Московская область, Одинцовский район, п. Мозжинка, участок 50, кадастровый номер: 50:20:0050402:422, площадь 3250 кв.м.), цена договора - 9 010 000 рублей.

07.09.2021 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи указанного земельного участка, цена договора - 9 000 000 рублей.

03.03.2022 между ФИО5 и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка, цена договора - 9 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО "Трансстройсервис"  основываясь на позиции ВС РФ, изложенной в п. 22 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021 (Определение Верховного Суда РФ от 27.11.2020 N 308-ЭС18-14832(3,4) по делу N А25-1087/2018) указал, что вышеуказанные три договора купли-продажи являются цепочкой прикрывающих притворных сделок - единой сделкой, которая является недействительной на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ (притворная сделка), а прикрываемая сделка по прямому отчуждению земельного участка ФИО1 является недействительной как подозрительная на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление конкурсного управляющего должника, исходил из того, что оспариваемые управляющим сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, направленных на вывод актива должника, с целью недопущения обращения на него взыскания в пользу независимых кредиторов, в связи с чем цепочка сделок является недействительной в соответствии со ст. 61.2 Закона о банкротстве, п. 2 ст. 170 ГК РФ.

С данными выводами согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, (пункт 86 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок куплипродажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Как указано в Определении Верховного суда от 02.07.2020 № 307- ЭС19-18598(3) по делу N А56-94386/2018 суды не должны ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются.

Судами установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 09.02.2022, первая спорная сделка между должником и ФИО4 совершена 24.12.2020, последняя – 03.03.22 (запись регистрации 04.03.22), то есть, в период подозрительности сделок, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

По оспариваемым договорам отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. Конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок должника является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством.

Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашений, по которым они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации.

Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Указанная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4).

В рассматриваемом случае суды исходили из того, что  государственная регистрация последней сделки произведена 04.03.2022, то есть купля-продажа для целей банкротства считается совершенной после возбуждения дела о банкротстве ООО "Трансстройсервис"   и потому сделка могла быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным законодательством о несостоятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307- ЭС18-1843).

Суды приняли во внимание, что решением ИФНС России по г. Красногорску Московской области № 5947 от 20.09.2021 о привлечении ООО "Трансстройсервис" к ответственности за совершение налогового правонарушения установлено, что ФИО4 являлся основным бенефициаром ООО "Трансстройсервис"   и реальным руководителем должника. Соответственно, ФИО4 является аффилированным к должнику лицом.

Судами установлено, что согласно п. 2.2. договора купли-продажи земельного участка от 24.12.2020 г., заключенного между ООО "Трансстройсервис" и ФИО4, стороны оценивают земельный участок в 9 010 000 рублей.

Пунктом 2.4. Договора предусмотрен порядок расчетов по договору: расчет между сторонами по настоящему договору будет произведен в течение 6 месяцев с момента регистрации перехода права собственности на имя Покупателя по настоящему договору путем внесения денежных средств на счет Продавца по указанным в договоре банковским реквизитам Продавца или иным не запрещенным законом способом, но в сроки, установленные настоящим Договором. Произведенный расчет будет подтверждаться платежным поручением.

Согласно п. 2.5 договора стороны договорились, что до момента произведения оплаты за имущество в соответствии с пунктом 5 статьи 488 ГК РФ право залога у Продавца на указанный земельный участок не возникает.

Судами учтено, что доказательств того, что ФИО4 оплатил стоимость земельного участка в соответствии с Договором, материалы дела не содержат.

ФИО4 какие-либо доказательства оплаты земельного участка, в том числе указанное в п. 2.4.1. договора платежное поручение, не представлены.

Суды установили, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица.

Решением ИФНС России по г.Красногорску Московской области № 5947 от 20.09.2021 о привлечении ООО "Трансстройсервис" к ответственности за совершение налогового правонарушения ретроспективно была установлена неуплата налога на добавленную стоимость в размере 147 647 594 рублей (недоимка) за 2018 год со сроком уплаты 25.04.2018- 25.12.2018 (стр. 401 решения ИФНС России по г. Красногорску Московской области № 5947 от 20.09.2021).

Определением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-8698/22 от 08 сентября 2022 года указанная задолженность по налогу на добавленную стоимость в составе задолженности по уплате обязательных платежей в общем размере 1 914 193 931,10 рублей была включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

С учетом указанного ретроспективного доначисления налогов стоимость чистых активов должника на 31.12.2018 становится отрицательной: 124 295 000 рублей (чистые активы) - 147 647 594 рублей (налог) = - 23 352 594 рублей. Таким образом, на 31.12.2018 разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации (стоимость чистых активов по п. 4 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н) была отрицательной, поскольку размер денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника превышал стоимость имущества.

Суды пришли к верному выводу о том, что сделка совершена безвозмездно, в пользу аффилированного лица, что, безусловно, свидетельствует о наличии вреда имущественным правам кредиторов.

Впоследствии 07.09.2021 между ФИО4 и ФИО5 был заключен договор купли-продажи земельного участка.

03.03.2022 между ФИО5 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи земельного участка .

Судами установлена фактическая аффилированность всех участников указанных выше сделок. Доводы заявителя жалобы об обратном, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Суды обоснованно исходили из того, что в материалы дела не представлены доказательства оплаты цены каждого из оспариваемых договоров, что предполагает безвозмездность отчуждения имущества должника, на которое возможно обратить взыскание в счет удовлетворения требований кредиторов.

Суды правомерно не признали  третьего покупателя - ФИО1 добросовестным приобретателем в силу того, что, купив земельный участок по цене 9 000 000 рублей, впоследствии ФИО1 выставил данный земельный участок на сайте "Циан" за 30 000 000 рублей, что свидетельствует об осознании ФИО1 факта покупки по цене в 3 раза ниже рыночной, а также в силу участия ФИО1 в приобретении иного имущества должника - договор купли-продажи от 30.07.2021 в отношении автомобиля БМВ X7 M50D по цене 3 400 640 рублей при рыночной стоимости 10 239 200 рублей.

Согласно позиции Верховного суда РФ, выраженной в Определении от 23 декабря 2021 г. N 305-ЭС21-19707, кратная разница в цене презюмирует осведомленность покупателя о противоправности цели сделки по ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судами также принято во внимание, что по всем трем договорам купли-продажи земельный участок перепродавался по одной и той же цене – 9 млн рублей, что свидетельствует о неполучении прибыли от сделки в виде разницы между ценой покупки и ценой продажи, соответственно, об отсутствии экономической целесообразности для продавцов в перепродаже земельного участка и направленности договоров купли-продажи на прикрытие прямого отчуждения должником земельного участка ФИО1.

Действия сторон спорных сделок свидетельствуют о том, что их воля не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из заключенных ими договоров, а совершены лишь в целях прикрытия единой сделки по безвозмездному выводу актива должника, что привело к причинению вреда имущественным правам как самого должника, так и его кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно правовому подходу, выработанному судебной практикой, если цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является использование правового механизма, установленного п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ, а не виндикационный иск (определение Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС15-11230 от 31.07.2017).

При таких обстоятельствах, судом верно применения последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО1 вернуть в конкурсную массу должника недвижимое имущество.

ФИО1 в кассационной жалобе ссылается на то, что причиной указания в объявлении о продаже на сайте «Циан» цены, в 3 раза превышающей цену покупки, были, в частности, произведенные им улучшения земельного участка. Однако никаких доказательств улучшений земельного участка ФИО1 представлено не было.

Вопреки доводам кассатора, в настоящем споре о подконтрольности всех участников сделок бенефициару свидетельствовали, в частности, следующие обстоятельства: - непродолжительное время владения земельным участком промежуточными собственниками, - перепродажа земельного участка всеми промежуточными собственниками по одной и той же цене, - связь конечного покупателя с должником по другой подозрительной сделке, заключенной за 7 месяцев до договора с конечным покупателем, - заключение договора конечным покупателем через месяц после возбуждения дела о банкротстве должника.

Судебная коллегия соглашается с выводом судов о том, что вышеуказанная совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждает, что целью вышеуказанных договоров купли-продажи земельного участка был вывод актива должника по цепочке сделок во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов, а также создание фигуры добросовестного приобретателя для затруднения возврата земельного участка в конкурсную массу должника на случай оспаривания вывода земельного участка при введении процедур банкротства в отношении должника и бенефициара.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства в связи с чем,  оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

В кассационной жалобе, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы судов, заявитель не привел.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14 декабря 2023 года, постановление Десятого  арбитражного апелляционного суда от 22   февраля  2024 года  по делу № А41-88987/21  оставить без изменения, кассационную жалобу– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Я. Мысак

Судьи:                                                                                               Е.Л. Зенькова

Е.А. Зверева