Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-108793/2022

17 октября 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена 05 октября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  17 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Сергеевой О.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: акционерное общество «Центральное конструкторское бюро машиностроения» (адрес: 190020, город Санкт-Петербург, Обводного канала набережная, дом 138, корпус 1 литер Б, ОГРН: 

<

***>), 

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация» (адрес: 119415, 

<

...>, эт. 2, пом XI, ком 18, ОГРН: 

<

***>) 

о взыскании денежных средств,

при участии

- от истца: ФИО2 (доверенность от 08.12.2022), 

- от ответчика: ФИО3 (доверенность от 01.06.2023),  

 

установил:

Акционерное общество «Центральное конструкторское бюро машиностроения» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация» о взыскании 14 601 663 руб. 45 коп. неустойки за нарушение сроков достижения Ключевых событий по договору от 11.07.2018 № 37/8781-Д, 60 460 280 руб. 11 коп. неустойки за нарушение сроков поставки оборудования. 

Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве, ссылается на пропуск истцом срока исковой давности, просит уменьшить неустойку на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования в полном объеме, ответчик поддержал заявленные возражения. 

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, заслушав позиции сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Акционерное общество «Центральное конструкторское бюро машиностроения» (Бюро, Заказчик) и общество с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация» (Корпорация, Поставщик) заключили договор от 11.07.2018 № 37/8781-Д (далее – Договор) и дополнительные соглашения к нему. Поставщик, обладая необходимой квалификацией, знаниями и опытом поставки с выполнение всех требований российских норм и правил, действующих в атомной энергетике, а также на основании Технического задания (Приложение № 2), обязался изготовить и поставки в Место поставки для энергоблоков № 1 и № 2 Курской АЭС-2 оборудование по номенклатуре, ценам и в сроки, указанные в Спецификациях, являющихся Приложениями № 1.1 и 1.2 к Договору, в том числе разработать и согласовать Техническую документацию на оборудование, выполнить полный объем испытаний согласно Техническому заданию, выполнить полный объем мероприятия по обеспечению качества оборудования, укомплектовать оборудование, осуществить его консервацию, упаковку после положительного заключения Приемочной комиссией, маркировку грузовых мест; доставить грузовые места в место поставки; осуществить выгрузку; произвести шеф-монтаж и шеф-наладку оборудования на площадке Заказчика и га площадке АЭС. Заказчик обязался обеспечить поставку давальческого сырья в соответствии с Приложением № 19, приемку оборудования, оказанных услуг по шеф-монтажу и шеф-наладке и оплатить принятое оборудование и оказанные услуги в сроки, указанные в договоре (пункт 2.1 Договора). 

При этом Стороны 22.07.2021 заключили Дополнительное соглашение от 22.07.2021, согласно которому сроки поставки электродвигателей №№ 2-5 для блока № 1 Курской АЭС были перенесены на 25.01.2023, а сроки поставки электродвигателей №№ 1-5 для блока № 2 Курской АЭС были перенесены на 2024 год.

Стороны 20.07.2022 заключили дополнительное соглашение №00000000725160150013/00000000725170060013/00000000725956180123/13 к Договору, в соответствии с которым из объема поставки по Договору исключено оборудование для энергоблока №2 Курской АЭС-2, т.е. Приложение №1.2 (Спецификация Оборудования, энергоблок №2») в полном объеме.

Стороны 03.10.2022 заключили Соглашение о перемене лица в обязательстве, согласно которому Корпорация передала свои права и обязанности по Договору ООО «Русэлпром. Электрические машины». Однако, в пункте 3.3 указанного Соглашения стороны предусмотрели, что ответственность по договору за нарушение Поставщиком обязательств в виде неустойки (штрафа, пени), начисляемых до даты вступления в силу Соглашения, несет Поставщик, а с даты вступления в силу Соглашения, ответственность по Договору несет Новый Поставщик ООО «Русэлпром. Электрические машины». 

Приложением № 12 к Договору в редакции Приложения № 2 к Соглашению о перемене лица в обязательстве от 03.10.2022 установлен перечень ключевых событий при изготовлении оборудования, в котором Стороны зафиксировали сроки достижения каждого ключевого события, его стоимость и перечень отчетной документации.

В отношении предполагаемой просрочки достижения ключевых событий Бюро указало следующее.

В соответствии с Перечнем Ключевых событий при изготовлении Оборудования, в отношении электродвигателей для энергоблока №1 Курской АЭС-2 установлены следующие сроки достижения Ключевых событий:

- Ключевое событие №1 «Разработка рабочей конструкторской, технологической, эксплуатационной документации и проекта плана качества» должно быть достигнуто не позднее августа 2018 года;

- Ключевое событие №2 «Заключение договоров на поставку материалов и полуфабрикатов с подтверждением оплаты авансов» должно быть достигнуто не позднее октября 2018 года (для двигателя №1) и июля 2019 года для двигателей №2-5;

- Ключевое событие №3 «Сборка статоров под обмотку» для двигателя №1 должно быть достигнуто не позднее февраля 2019 года, для двигателя №2 - не позднее августа 2020 г.

По утверждению истца, Поставщиком допущены следующие нарушения сроков достижения Ключевых событий при изготовлении оборудования:

- Ключевое событие №1 для электродвигателей №1-5 блока №1 было достигнуто Поставщиком 05.11.2019, что подтверждается Актом №1 о достижении ключевого события. Просрочка составила 440 дней.

- Ключевое событие №2 для электродвигателей №1-5 блока №1 было достигнуто Поставщиком 28.11.2019, что подтверждается Актом №2 о достижении ключевого события. Просрочка составила 392 дня для электродвигателя №1 и 119 дней для электродвигателей №2-5.

- Ключевое событие №3 для электродвигателя №1 блока №1 было достигнуто 24.09.2020, что подтверждается Актом №3 о достижении ключевого события. Просрочка составила 573 дня.

- Ключевое событие №3 для электродвигателя №2 блока №1 было достигнуто 10.06.2022, что подтверждается Актом №5 о достижении ключевого события. Просрочка составляет 647 дней.

В отношении предполагаемой просрочки поставки оборудования было указано следующее.

В соответствии с Приложением №1.1 к Договору (Спецификации оборудования энергоблока №1 Курской АЭС-2), поставка приводных асинхронных двигателей для энергоблока №1 Курской АЭС-2 должна была состояться в следующие сроки:

двигатель №1 - 31.03.2019, двигатель №2 - 25.02.2021, двигатель №3 - 25.03.2021, двигатель №4 - 25.04.2021, двигатель №5 - 25.05.2021.

Как утверждал истец, по состоянию на 03.10.2022 ответчиком не поставлено ни одной единицы оборудования по Договору.

При этом стороны 22.07.2021 заключили дополнительное соглашение №00000000725956180123/10, согласно которому сроки поставки электродвигателей №2-5 для блока №1 Курской АЭС были перенесены на 25.01.2023, а сроки поставки электродвигателей №1-5 для блока №2 Курской АЭС были перенесены на 2024 год.

Стороны 03.10.2021 заключили Соглашение о перемене лица в обязательстве. В соответствии с п. 1.9 Соглашения, стороны изложили Спецификацию Оборудования для энергоблока №1 (Приложение №1.1. к Договору) в редакции Приложения №1 к Соглашению о перемене лица в обязательстве. Согласно Спецификации в редакции Приложения №1 к Соглашению, стороны установили следующие сроки поставки электродвигателей:

- электродвигатель №1 - дата окончания ресурсных испытаний двигателя №1 + 150 календарных дней;

- электродвигатель №2 - дата окончания ресурсных испытаний двигателя №1 + 150 календарных дней;

- электродвигатели №№3-5 - октябрь 2023 года.

Истец указывает, что Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017 было разъяснено, что по общему правилу изменение договора влечет изменение соответствующих обязательств сторон лишь на будущее время и не освобождает стороны от ответственности за нарушение обязательств, возникших до такого изменения, если только дополнительное соглашение к договору не содержит условия об освобождении общества от исполнения возникшего до его заключения обязательства по уплате неустойки (Определение от 27.09.2016 N 4-КГ16-37).

По мнению Истца, учитывая, что Дополнительное соглашение от 22.07.2021 о переносе сроков поставки оборудования заключено Сторонами уже в период просрочки исполнения поставщиком своих обязательств, и не содержит указания на освобождение Поставщика от ответственности за просрочку, допущенную до даты его заключения, неустойка за нарушение сроков поставки оборудования подлежит начислению по дату заключения указанного дополнительного соглашения.

Со ссылкой на статьи 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) истец утверждал, что ответчик своими действиями нарушил условия обязательства. Также истец сделал ссылку на пункт 1 статьи 329 и пункт 1 статьи 330 ГК РФ указав, что в соответствии с пунктом 1.15 Соглашения о перемене лица в обязательстве от 03.10.2022, стороны изложили пункт 10.2 Договора в новой редакции, согласно которой: «Если поставщик не сможет достичь Ключевого события в срок, предусмотренный Приложением №12 к Договору, кроме Ключевых событий №№3-15 для электродвигателей №№3-5 Энергоблока №1, Поставщик уплачивает Заказчику по его требованию неустойку в размере 0,3%  от цены просроченного Ключевого события за каждый день просрочки, кроме Ключевых событий №№3-15 для электродвигателей №№3-5 Энергоблока №1».

Таким образом, Заказчиком Поставщику начислена неустойка по ставке 0.3% от цены просроченного Ключевого события за каждый день просрочки в отношении Ключевых событий №1 и 2 электродвигателей №1-5 блока №1 и Ключевого события №3 электродвигателей №1 и №2 блока №1.

При этом, согласно пункту 1.26 Соглашения о перемене лица в обязательстве, неустойка, начисленная Поставщику за просрочку достижения Ключевого события не может превышать 20% от цены просроченного Ключевого события.

Согласно прилагаемому к исковому заявлению расчету, неустойка за нарушение Поставщиком срока достижения Ключевых событий по Договору составляет 14 601 663 руб. 45 коп. 

В пункте 1.16 Соглашения стороны изложили пункт 10.4 Договора в новой редакции, согласно которой: «Если Поставщик не поставит Оборудование в срок, предусмотренный Приложением №1.1 к Договору, либо не доставит Оборудование после окончания хранения в согласованный сторонами срок (п. 6.5.10 Договора), Поставщик уплачивает Заказчику по его требованию неустойку в размере 0,05% (Ноль целых пять сотых процента) от цены не поставленного в срок оборудования за каждый день просрочки». При этом, ставка для начисления неустойки в размере, указанном в первом абзаце настоящего пункта, подлежит применению только в отношении нарушения сроков поставки Оборудования либо доставки Оборудования после окончания хранения Поставщиком, допущенного после даты заключения настоящего Соглашения о перемене лица в обязательстве.

К нарушениям, допущенным Поставщиком до даты заключения настоящего Соглашения о перемене лица в обязательстве применяется ставка для начисления неустойки за нарушение срока поставки Оборудования, предусмотренного Приложением №1.1 к Договору, либо доставки Оборудования после окончания хранения в согласованный сторонами срок (пункт 6.5.10 Договора), в размере 0,3% от цены не поставленного в срок оборудования за каждый день просрочки».

Заказчиком начислена неустойка за нарушение сроков поставки Оборудования, исчисленная с применением ставки равной 0,3% от цены не поставленного в срок Оборудования за каждый день просрочки.

При этом, согласно пункту 1.26 Соглашения о перемене лица в обязательстве, неустойка, начисленная Поставщику за просрочку поставки оборудования не может превышать 20% от цены не поставленного или несвоевременно поставленного оборудования.

Согласно прилагаемому к исковому заявлению расчету, неустойка за нарушение срока поставки приводных асинхронных односкоростных двигателей составляет 60 460 280,11 руб.

 

Общий размер начисленной неустойки за нарушение срока достижения Ключевых событий и срока поставки Оборудования составляет: 14 601 663,45 руб. + 60 460 280,11 руб. - 75 061 943,56 руб.

Пунктами 10.17, 10.18 Договора предусмотрен обязательный претензионный порядок рассмотрения любых споров, возникающих при исполнении Договора. Во исполнение указанного пункта Договора истцом в адрес ответчика направлялись претензии исх. №40/2019-ПРЕТ от 13.12.2019, №29/2020-ПРЕТ от 21.05.2020, №15/2021-ПРЕТ от 24.02.2021, №12/2022-ПРЕТ от 28.02.2022 с требованием уплаты неустойки. В ответных письмах исх. №П-451 от 17.07.2020, исх. №П-308 от 21.04.2021, исх. №П-117 от 21.03.2022 ответчик заявил о несогласии с претензиями, в добровольном порядке неустойку не оплатил, что послужило основанием для предъявления настоящего иска в суд. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил о том, что договор от 11.07.2018 № 37/8781-Д по своей правовой природе является договоров на выполнение опытно-конструкторских работ (ОКР) по разработке нового оборудования. Поставщик в рамках договора изготовил опытный (головной) образец, произвел испытания и запустил данный двигатель в производство. В подтверждение данного утверждения ответчик представил в материалы дела Заключение специалиста автономной некоммерческой организации Экспертно-консультационный центр «Судтехэксперт» ФИО4 от 21.08.2023 № 738-1-77-103. 

Специалистом ФИО4 сделаны следующие выводы:

1.Работы, выполненные ООО «Нацконтракт» по Договору №00000000725170060013/37/8781-Д от 11.07.2018 и ТЗ к нему (Техническому заданию на ОКР "разработка, изготовление и поставка двигателя асинхронного 7100 кВт, 10 кВ, 1000 об/мин ДВАЗ-190-7100/10-6 АО5 ДНРП.528825.002 ТЗ") однозначно относятся к опытно-конструкторским работам по разработке нового электродвигателя в соответствии с ГОСТ Р 15.301-2016 «Система разработки и постановки продукции на производство. Продукция производственно-технического назначения. Порядок разработки и постановки продукции на производство».

2. Головной образец двигателя вертикального асинхронного ДВАЗ-190-7100/10-6 АО5 трехфазного переменного тока с короткозамкнутым ротором является первым опытным образцом, подлежащим последующей эксплуатации.

Квалификация правоотношений сторон в силу части 4 статьи 170 АПК РФ входит в компетенцию суда, суд при вынесении решения определяет законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (часть 5 статьи 71 АПК РФ). Следовательно, при квалификации правоотношений сторон суд также оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Заключение специалиста от 21.08.2023 № 738-1-77-103 является лишь одним из представленных ответчиком в подтверждение позиции по делу доказательств. 

Суд обращает внимание на то, что условия заключенного сторонами Договора, согласно п. 3.1 Заключения специалиста, не являлись предметом изучения в рамках проведения исследования. Исследовались только Техническое задание, которое разрабатывал ответчик, и конструкторская документация Двигателя асинхронного ДВАЗ-190-7100/10-6 А05. Таким образом, выводы специалиста, сделанные им в Заключении (стр. 46,47), в том числе о том, что выполненные в рамках Договора работы «однозначно относятся к опытно-конструкторским работам по разработке нового электродвигателя», сделаны техническим специалистом, и, кроме того, без учета условий Договора, приложений к нему и дополнительных соглашений.

Бюро представило в материалы дела Техническую справку за подписью Заместителя главного конструктора по насосному оборудованию АО «ЦКБМ» ФИО5, в возражениях от 05.10.2023 пояснило, что опытный образец электродвигателя был разработан и изготовлен АО «ЦКБМ» в рамках договора между ОАО «ОКБ Гидропресс» и АО «ЦКБМ» №3.023/07 от 12.09.2008. В частности, согласно п. 1 Акта по результатам работы комиссии по проведению приемочных испытаний опытного образца электродвигателя типа АВЗ 7100-6 А05 с подшипниками на водяной смазке для привода ГЦНА-1391, утвержденного Директором ПКФ ОАО «Концерн Росэнергоатом», приемочные испытания опытного образца электродвигателя типа АВЗ 7100-6 А05 с подшипниками на водяной смазке выполнены в полном объеме. Согласно п.4 указанного Акта, комиссия рекомендует электродвигатель АВЗ 7100-6 А05 с подшипниками на водяной смазке для привода ГЦНА-1391 в промышленное производство.  Указанный выше Акт по результатам работы комиссии, а также Протоколы заседания комиссии по проведению приемочных испытаний опытного образца электродвигателя от 24.10.2011, от 29.10.2011 и от 01.11.2011 являлись приложением №5 к Возражениям Истца исх. №37-164-164/2938 от 02.09.2023 на Отзыв Ответчика.

В ТЗ № ДНРП.528825.002ТЗ, разработчиком которого был привлеченный ООО «Нацконтракт» завод-изготовитель электродвигателя ООО «Русэлпром-ЛЭЗ», содержится прямое указание на то, что завод-изготовитель, входящий в концерн «Русэлпром», имеет опыт разработки РКД на крупные асинхронные двигатели и их изготовления, что само по себе также опровергает довод Ответчика о разработке им «совершенно нового оборудования». Кроме того, п. 2.3 указанного ТЗ, разработанного заводом-изготовителем прямо указывает на то, что в конструкции двигателя используются апробированные комплектующие элементы конструкции, поставляемые заказчиком (АО «ЦКБМ»), что также свидетельствует о верности вывода специалиста АО «ЦКБМ», изложенного в Технической справке, о том, что «от ООО «Нацконтракт» фактически потребовалось выполнить разработку только конструкторской документации статора и ротора асинхронного электродвигателя, применив ранее апробированную компоновку электродвигателя, подшипниковые и остальные узлы, разработанные АО «ЦКБМ»».

Помимо изложенного, для наглядной демонстрации того, что конструкция поставляемых ООО «Нацконтракт» электродвигателей является не новой, а типовой для такого рода оборудования (асинхронных двигателей), в Технической справке АО «ЦКБМ» приведены фронтальные виды из сборочных чертежей двигателей производства иных заводов-изготовителей: ООО «Электротяжмаш-Привод» (г. Лысьва), АО «Уралгидромаш» (Свердловская область), НПО «ЭЛСИБ» ПАО (г. Новосибирск). Также в Технической справке обращено внимание на тот факт, что в рамках Договора АО «ЦКБМ» передавало ООО «Нацконтракт» конструкторскую документацию в отношении комплектующих электродвигателя, которые передавались поставщику в качестве давальческого материала для изготовления и сборки электродвигателей.

 Таким образом, изготовление электродвигателей по Договору производилось с применением готовых узлов, разработанных и изготовленных АО «ЦКБМ» и на основе ОКР, произведенной ранее АО «ЦКБМ» в целях разработки электродвигателя, опытный образец которого был произведен и испытан в 2011 году. Работы по проектированию не являются опытно-конструкторскими работами, так как двигатель разработан поставщиком с учетом опыта проектирования и изготовления крупных асинхронных двигателей на предприятиях концерна «Русэлпром», с использованием апробированных комплектующих элементов конструкции, поставляемых на согласованных условиях заказчиком - АО «ЦКБМ». Ранее были спроектированы и изготовлены аналоги.

Согласно пункту 2.1 Договора, его предметом является изготовление и поставка в Место поставки Оборудования для энергоблоков №1 и №2 Курской АЭС-2 по номенклатуре, ценам и в сроки, указанные в Спецификациях, являющихся Приложениями №1.1. и №1.2 к Договору. При этом, Спецификации к Договору предусматривали поставку серии однотипных электродвигателей по пять штук на каждый энергоблок, что дополнительно свидетельствует о том, что заключенный сторонами Договор является договором поставки, а не договором на выполнение ОКР с созданием единичного опытного образца. Также суд обращает внимание на то, что Договором предусмотрена обязанность Заказчика по передаче давальческого материала для изготовления оборудования (перечень давальческого сырья, состоящий из 99 позиций, являлся приложением №19 к Договору). 

Также истец указал на то, что запуск в производство двигателя №2 до момента окончания всех испытаний электродвигателя №1 подтверждается Планом качества №159-2020, согласно которому первая контрольная точка «Анализ состояния производства изготовителя» была освидетельствована еще 23.06.2020, а контрольные точки, в ходе которых контролируется непосредственно сам процесс изготовления (Контроль изготовления) были освидетельствованы в период с 03.07.2020 по 10.12.2021 (План качества являлся приложением №8 к Возражениям Истца на Отзыв Ответчика на иск). Таким образом, изготовление электродвигателя №2 велось Ответчиком параллельно с изготовлением головного электродвигателя, что также полностью опровергает доводы Ответчика и выводы специалиста, изложенные в Заключении от 21.08.2023, относительно статуса электродвигателя №1 как опытного образца.

Помимо изложенного, Договором предусмотрено, что цена Договора включает в себя налог на добавленную стоимость (НДС), что следует из пункта 7.2 Договора. При этом, подпунктами 16 и 16.1 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса РФ установлено, что не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории Российской Федерации выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Договор предусматривает казначейское сопровождение, поскольку проект строительства Курской АЭС-2 финансируется из федерального бюджета (п. 4.47 - 4.51 Договора). Таким образом, в случае, если бы Договор между сторонами предусматривал проведение опытно-конструкторских работ, его условиями был бы предусмотрен иной  режим  налогообложения. 

Ответчик на основе письма АО ОКБ «ГИДРОПРЕСС» от 29.11.2018 исх. №044-0-1.52-03/21942 и письма АО «ЦКБМ» от 26.09.2019 исх. №37-01-416/6094 делает выводы о том, что ООО «Нацконтракт» является разработчиком электродвигателей ГЦНА для Курской АЭС, а сам электродвигатель ГЦНА-1753 является новой разработкой и впервые применяется на Курской АЭС. 

Однако Актом по результатам работы комиссии по проведению приемочных испытаний опытного образца электродвигателя типа АВЗ 7100-6 А05, утвержденного Директором ПКФ ОАО «Концерн Росэнергоатом», а также тремя Протоколами заседания комиссии по проведению приемочных испытаний опытного образца электродвигателя от 24.10.2011, от 29.10.2011 и от 01.11.2011 (приложение №5 к Возражениям Истца от 02.03.2023) опровергается данное утверждение ответчика. Указанные документы однозначно свидетельствуют о том, что разработка электродвигателя в рамках опытно-конструкторских работ была осуществлена АО «ЦКБМ» самостоятельно и завершилась успешными приемочными испытаниями опытного электродвигателя на стенде АО «ЦКБМ». Таким образом, указание на то, что ООО «Нацконтракт» - разработчик нового электродвигателя для ГЦНА является неверным.

Истец в возражениях от 05.10.2023 пояснил, что указания в письме АО ОКБ «ГИДРОПРЕСС» о том, что электродвигатель ГЦНА-1753 является новой разработкой и впервые применяется в проекте Курской АЭС-2 не входят в противоречие с ранее изложенной позицией Истца. Истец разработал опытный электродвигатель и закончил его испытания только в 2011 году. Учитывая, что главные циркуляционные насосные агрегаты (ГЦНА) и приводные электродвигатели к ним, используются в конструкции атомных электростанций с момента их изобретения (с 50-х годов XX века), разработка 2011 года для атомных электростанций с реакторами поколения «3+», которой является и Курская АЭС-2, однозначно является новой в сравнении со сроком применения предыдущей конструкции двигателя.

Оценив с соблюдением требований статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия Договора в соответствии со статьей 431 ГК РФ, суд пришел к выводу о том, что в части изготовления и поставки оборудования договор от 11.07.2018 № 37/8781-Д является договоров поставки товара. Его предметом не являются опытно-конструкторские работы и изготовление «опытного» образца асинхронного электродвигателя, поскольку, как указано выше опытный образец электродвигателя был разработан и изготовлен АО «ЦКБМ» в рамках договора между ОАО «ОКБ Гидропресс» и АО «ЦКБМ» №3.023/07 от 12.09.2008.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ.

Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара (пункт 1 статьи 458 ГК РФ).

Установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором (статья 521 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Материалами дела подтверждается, и Корпорацией не оспариваются факты нарушения обязательств по Договору в части сроков достижения Ключевых событий, сроков поставки оборудования. 

Корпорация заявила о пропуске срока исковой давности по суммам неустойки, заявленным за нарушение пропуска сроков достижения Ключевых событий. В соответствии с произведенным ответчиком перерасчетом, неустойка за нарушение сроков достижения Ключевых событий с учетом применения правильных цен на КС, сроков и сроков исковой давности, составляет 5 795 800,30 руб. 

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 196, пункт 1 статьи 200 ГК РФ). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям  (неустойка), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, что предусмотрено пунктом 2 статьи 199 ГК РФ. 

В пункте 1.18 Соглашения о перемене лица в обязательстве, стороны договорились о прекращении арбитража в РАЦ по указанному выше спору и передаче его на рассмотрение в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области. При этом, пунктом 1.18 Соглашения стороны также установили, что поставщик (ООО «Нацконтракт») не вправе заявлять в рамках рассмотрения Арбитражным судом г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области спора о взыскании неустойки за нарушение срока поставки оборудования по договору, о пропуске заказчиком (АО «ЦКБМ») срока исковой давности в части взыскания сумм, заявленных заказчиком в рамках арбитража по делу №D7741-22. Стороны договорились, что заявление Поставщиком в нарушение настоящего пункта в споре о взыскании неустойки за просрочку поставки Оборудования, о пропуске Заказчиком срока исковой давности в части указанных требований, Стороны признают злоупотреблением правом.

В рамках арбитража по делу №D7741-22 Бюро заявляло требование о взыскании неустойки за просрочку достижения Ключевых событий, что подтверждается представленным в материалы дела Постановлением о прекращении арбитража от 31.10.2022 Российского арбитражного центра при Российском институте современного арбитража. 

Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором, в случаях, когда сторона, осуществляющая предпринимательскую деятельность, при наступлении обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором и служащих основанием для осуществления определенного права по договору, заявляет отказ от осуществления этого права, в последующем осуществление этого права по тем же основаниям не допускается, за исключением случаев, когда аналогичные обстоятельства наступили вновь (пункт 6 статьи 450.1 ГК РФ). 

Юридические лица свободны в заключении договора, в том числе в определении его условий (пункты 1 и 4 статьи 421 ГК РФ). 

Ответчик не представил суду доказательств того, что при заключении Соглашения о перемене лица в обязательстве свобода договора была нарушена, пункт 1.18 Соглашения является недействительным по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, либо представляет собой несправедливое договорное условие. 

Из вышеизложенного суд делает вывод о том, что Корпорация, осуществляющая предпринимательскую деятельность, своим свободным волеизъявлением отказалась от осуществления права на заявление о пропуске Бюро срока исковой давности по требованиям, ранее заявлявшимся в рамках арбитражного дела №D7741-22. Заявление Корпорации о пропуске срока исковой давности отклоняется судом на основании пункта 1.18 Соглашения и пункта 6 статьи 450.1 ГК РФ. 

Возражая против удовлетворения исковых требований ответчик заявил о том, что при исполнении условий Договора имела место просрочка по вине кредитора (Заказчика) (ст. 404, 406 ГК РФ), в связи с чем, по его вине были нарушены сроки изготовления электродвигателя на 715 дней.

1. Ответчик указал, что из п. 1 таблицы, приведенной в отзыве, видно, что истцом была допущена просрочка подписания Договора на 84 дня.

В соответствии с Протоколом № 3/1802061065028 заседания конкурсной комиссии по рассмотрению заявок на отборочной стадии по конкурсу на право заключения договора на изготовление и поставку асинхронных электродвигателей ГЦНА для АЭС «Курская-2», блоки 1,2, состоявшейся 27.03.2018, дальнейшему участию в конкурсе был допущен только один участник конкурса - Ответчик. В связи с тем, что по результатам рассмотрения заявок принято решение о допуске только одного участника конкурса, в соответствии с пп. б) п. 1.2 ч. 1 ст. 6.4 ЕОСЗ конкурс признан несостоявшимся. Протокол был опубликован 29.03.2018.

В соответствии с пп. а) п. 1 ст. 9.1 ЕОСЗ «при проведении конкурентных закупок договор заключается не ранее 10 дней и не позднее 20 дней после размещения на официальном сайте протокола подведения итогов конкурентной закупки (для заказчиков второй группы - не ранее 5 дней и не позднее 20 дней после размещения на официальном сайте протокола подведения итогов или иного указанного в извещении и закупочной документации срока).

Таким образом, Договор должен был быть заключен Заказчиком в течение 20 дней с даты размещения на официальном сайте протокола подведения итогов. Протокол размещен 29.03.2018 и в соответствии с ЕОСЗ должен был быть подписан не позднее 18.04.2018. Однако, по утверждению Ответчика, Договор был подписан только 11.07.2018. Таким образом, просрочка при подписании договора составила 84 дня. 

Вместе с тем, в соответствии с подпунктом «а» пункта 2 ст. 9.1 ЕОСЗ, срок заключения договора может быть увеличен, в случае если в соответствии с законодательством РФ для заключения договора необходимо его одобрение органом управления заказчика. Согласно пункту 2.1. ст. 9.1 ЕОСЗ, в случае продления срока заключения договора в соответствии с п. а), б) ч. 2 настоящей статьи срок заключения договора продлевается на количество дней задержки.

Учитывая, что общая цена договора, заключенного между сторонами Договора составляла 607 000 000 (шестьсот семь миллионов) рублей с НДС, сделка с ООО «Нацконтракт» подлежала одобрению единственным акционером АО «ЦКБМ» - Акционерным обществом «Атомэнергомаш», так как, согласно действующей в то время редакции Устава АО «ЦКБМ», к компетенции единственного акционера относилось, в том числе, согласование совершения сделок, предметом которых является имущество, работы и услуги, стоимость которых составляет более 100 (сто) миллионов рублей (пункт 33 ст. 12.1 Устава).

В соответствии с п. 3. ст. 47  Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", в обществе, все голосующие акции которого принадлежат одному акционеру, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания акционеров, принимаются этим акционером единолично и оформляются письменно. 

Во исполнение п. 33 ст. 12.1 Устава АО «ЦКБМ», утвержденного Решением АО «Атомэнергомаш» как единственного акционера АО «ЦКБМ» №01-РЕА/17 от 09.01.2017 и зарегистрированного МИФНС №15 по г. Санкт-Петербургу 26.01.2017, а также в соответствии с п. 3 ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", 11.07.2018 было получено Решение единственного акционера №24-РЕА/18 об одобрении заключения сделки между АО «ЦКБМ» и ООО «Нацконтракт». После получения указанного Решения единственного акционера в тот же день – 11.07.2018 был заключен Договор с Ответчиком.

Таким образом, срок заключения Договора был обусловлен необходимостью его одобрения органом управления заказчика, что, согласно подпункту «а» пункта 2 ст. 9.1 и пункту 2.1. ст. 9.1 ЕОСЗ, свидетельствует об отсутствии нарушений положений ЕОСЗ и просрочки заключения Договора на стороне Истца.

Кроме того, ответчик не пояснил, как срок подписания Договора повлиял на сроки достижения  Ключевых условий, срок поставки оборудования с учетом того, что данные сроки к моменту подписания Договора между сторонами привязаны не были. 

2. Также ответчик ссылается на отказ в подписании акта приемки электродвигателя №1 на испытания. Вместе с тем, Акт приема-передачи оборудования был подписан сторонами 21.12.2020.  Согласно п. 1 указанного Акта, Истец принял электродвигатель №1 для проведения приемочных испытаний (в том числе ресурсных) головного образца в составе насосного агрегата ГЦНА-1753. При этом, стороны в п. 2 Акта указали, что переданный электродвигатель является некомплектным, т.к. отсутствуют ряд обязательных элементов:

- установка водопровода ДНРП.687453.014 со всеми входящими в неё деталями;

- тахометрические комплексы;

- комплект ключей и приспособлений для монтажа;

- комплект ЗИП;

- сопроводительная документация.

В Акте указано, что для проведения испытаний указанные элементы не требуются. При этом, согласно п. 3 Акта, право собственности на оборудования по данному акту к Заказчику не переходит.

Более того, Ответчик, указывая на наличие злоупотребления на стороне Истца при не подписании товарной накладной на некомплектный не прошедший на тот момент испытаний электродвигатель, не учитывает, что пунктом 6.6.3 Договора установлено, что право собственности на каждую единицу оборудования переходит от Поставщика к Заказчику с даты подписания Товарной накладной, которая в свою очередь подписывается Заказчиком в течение трех рабочих дней с даты подписания Акта входного контроля на площадке АЭС.

И, кроме того, вторым абзацем п. 6.5.4 Договора предусмотрено, что в любом случае оборудование не может быть отгружено до момента подписания соответствующего заключения приемочной инспекции оборудования без замечаний, окончательной приемки всех контрольных точек по Плану качества в соответствии с условиями Приложения №6 к Договору, а также без письменного подтверждения отгрузки оборудования Заказчиком.

Следовательно, подписание товарной накладной ТОРГ-12 и переход права собственности в момент передачи некомплектного оборудования Ответчиком Истцу для проведения испытаний, Договором не предусмотрено.

3. Корпорация заявила о том, что в нарушение Приказа от 16.11.2017 № 1/1134-П Государственной корпорацией по атомной энергии «РОСАТОМ» «Об утверждении единых отраслевых порядков согласования технических заданий и технических условий на оборудование, необходимое для сооружения энергоблоков АЭС на территории Российской Федерации и за рубежом, и внесении изменений в приказы Госкорпорации «РОСАТОМ» от 29.04.2013 № 1/450-П, от 26.05.2017 № 1/465-П» (Далее по тексту – Приказ №1/1134-П, Порядок согласования заданий /технических условий) Заказчик просрочил согласование Технического задания (далее - ТЗ), разработанного и направленного в адрес всех участников согласования Поставщиком, на 485 дней. 

В соответствии с пунктом 3.7. указанного Порядка № 1/1134-п согласования заданий /технических условий (Приказ №1/1134-П) ответственным за организацию рассмотрения и согласования ТЗ/ТУ является Заказчик. При этом функции по организации рассмотрения и согласования при взаимном согласии могут быть переданы Заказчиком отраслевой организации - участнику согласования, за исключением Поставщика.

Ответчик заявил о том, что 31.08.2018 Поставщик направил на согласование разработанное Техническое задание ДНРП.528825,002 ТЗ письмом от 31.08.2018 № П-500 в адрес АО «ЦКБМ». Также проект был направлен всем участникам согласования. В нарушение предусмотренных Единым отраслевым порядком сроков Техническое задание на ОКР было утверждено 16.04.2020 и получено Поставщиком 22.04.2020: письмо ООО «Русэлпром-ЛЭЗ» в г. Екатеринбурге № 015 от 22.04.2020.

Пунктом 1.1. Приложения №5 к Договору (Перечень, условия и сроки передачи Документации) установлено, что в течение 45 дней с даты подписания Договора поставщик обязуется передать Заказчику (АО «ЦКБМ») и Генподрядчику (АО «НИАЭП») проект ТЗ (Технического задания) на Оборудование, согласно условиям пункта 4.2 Договора. Таким образом, проект ТЗ Ответчик должен был направить до 24.08.2018. 

При этом, Техническое задание было направлено на согласование ответчиком письмом от 31.08.2018 исх. №П-500, то есть с нарушением срока, предусмотренного Договором, на 7 календарных дней. Пунктом 4.2.2 Договора установлена обязанность Поставщика согласовать ТУ на Оборудование с Генпроектировщиком, Заказчиком, Разработчиком Технического проекта РУ, Генподрядчиком и Заказчиком-застройщиком в срок не позднее 115 (ста пятнадцати) дней от даты подписания Договора. Таким образом, обязанность по согласованию Технического задания со всеми участвующими в процессе согласования лицами, предусмотренная пунктом 4.2.2 Договора, возложена на Ответчика.

Истец пояснил, что в ходе согласования документации, разработчиком было выпущено 7 итераций технического задания, что говорит о низком уровне качества его разработки.  Например, в ТЗ поставщик указал массу (60 тонн) и габаритные размеры двигателя, которые значительно превышали размеры и массу двигателя опытного образца (50 тонн), приведенные в приложении Б к Приложению №2 к Договору (Техническое задание №307/1-04-2017), о чем сообщалось в замечаниях (письмо АО «ЦКБМ» от 19.10.2018 исх. №37-12-307/6740). В процессе согласования ТЗ с АО «Концерн Росэнергоатом» было предъявлено 56 замечаний, которые, в основном, касались отклонений в техническом задании на двигатель от технических условий на ГЦНА, что говорит о низком качестве разрабатываемой привлеченным Ответчиком заводом-изготовителем документации.

Истец в возражениях на отзыв от 02.03.2023 приводит хронологию согласования ТЗ. 

Таким образом, заводом-изготовителем ООО «Русэлпром-ЛЭЗ» было разработано 7 итераций ТЗ, только к последней из которых не было замечаний у согласующих лиц. Ответчик надлежащими доказательствами по делу данное утверждение истца не опроверг. 

Согласно пункту 13.1 Договора, ответственность за последствия ненадлежащего исполнения обязательств привлеченными третьими лицами в полной мере несет ответчик.

Также истец обратил внимание на то, что согласование ТЗ с его стороны произошло письмом исх. №37-12-304/230 от 18.01.2019, а дальнейшие доработки ТЗ происходили по замечаниям иных согласующих лиц.

Кредитор не считается просрочившим в случае, если должник был не в состоянии исполнить обязательство (пункт 1 статьи 406 ГК РФ). 

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для применения положений о просрочке кредитора или смешанной вине к отношениям сторон. 

4. Ответчик указал, что при проведении ОКР по разработке электродвигателя возникли серьезные проблемы с давальческими комплектующими материалами, которые предоставлялись Заказчиком (Письмо ООО «Русэлпром» № РусЭП/02/286 от 12.10.2020). В письме в частности указано, что сборка головного электродвигателя, которая началась 21.09.2020 на площадке ООО «Русэлпром-ЛЭЗ» была приостановлена из-за ошибок, допущенных сотрудниками АО «ЦКБМ» при разработке технических решений в давальческих комплектующих и материалах. Это существенно увеличило время сборки головного образца. В частности,

- потребовалось изготовление дополнительных элементов для крепления домкратов;

- деформация болтов крепления радиально-осевого верхнего подшипника, привела к демонтажу ротора, с последующей заменой болтов.

При этом Поставщиком было выражено сомнение, что при таких обстоятельствах срок сборки нижнего подшипника и всего двигателя не будет увеличен.

Однако в порядке статьи 65 АПК РФ ответчик данный довод не подтвердил. Ответчиком приложена переписка только относительно согласования сторонами способа демонтажа маховика, которая пришлась на период с 02.12.2020 (первое письмо, на которое ссылается Ответчик) по 11.12.2020 (последнее письмо, на которое ссылается Ответчик), и которая не могла каким-либо образом повлиять на образование столь значительной просрочки поставки на стороне Ответчика.

5. Корпорация заявила, что Бюро вносились изменения в конструкцию Оборудования: 

- изменение высоты крепления цапф гидроамортизаторов на 1112 мм, что привело к увеличению сроков разработки РКД и соответственно увеличению срока изготовления электродвигателя № 1 на 120 календарных дней.

Указанный факт подтверждается письмами: 

- АО ОКБ «ГИДРОПРЕСС» от 19.03.2019 № 044-0-4.01-11/510 в адрес АО «ЦКБМ»;

- АО «ЦКБМ» от 01.04.2019 № 37-12-304/2060 в адрес ООО «Нацконтракт» и ОАО «Русэлпром»:

- в которых сообщалось об изменении размера высоты крепления цапф гидроамортизаторов на 1112 мм.

Письмом от 04.04.2019 № П-245 ООО «Нацконтракт» уведомил директора АО «ЦКБМ», что в связи с изменением конструкции гидроамортизаторов и до момента подтверждения решения об изменении высоты крепления цапф гидроамортизатора, работы по изготовлению электродвигателя временно приостановлены.

Истец пояснил, что Требование о корректировке высоты крепления цапф было принято Ответчиком и учтено в Техническом задании, направленном на очередное согласование письмом исх. №П-295 от 25.04.2019. Таким образом, приостановка исполнения обязательств Ответчиком пришлась на период с 04.04.2019 (дата письма Ответчика исх. №П-245) по 25.04.2019 и составила 21 день, а не 120 дней, как это указывает Ответчик.

6. Корпорация заявила о том, что Ответчиком было выявлено несоответствие давальческого сырья при сборке электродвигателя № 1:

- были произведены дополнительные работы по техническим решениям, выпущенным для доработки деталей и изделий, полученных от АО «ЦКБМ» для изготовления/сборки электродвигателей, что привело к увеличению срока на 26 дней.  Подтверждается Реестром отклонений и технических решений по давальческому комплекту от 27.10.2020 и письмом ООО «Нацконтракт» в адрес АО «ЦКБМ» от 17.07.2020 № П-454. 

АО «ЦКБМ» 28.07.2020 направило письмо № 37-012-304/4885 о согласовании технического решения по доработке давальческого сырья. В то время как, уже 21.12.2020 электродвигатель №1 блока № 1 был передан Заказчику в соответствии с условиями Договора на стендовые испытания.

Истец обратил внимание суда на то, что Техническое решение №ТР-ЕРМ-01-2020 «О доработке деталей из комплекта давальческого сырья для сборки подшипниковых узлов двигателя ДАВЗ-190-7100/10-6 АО5» было разработано заводом-изготовителем ООО «Русэлпром-ЛЭЗ» для оптимизации процесса сборки и разборки подшипниковых узлов. АО «ЦКБМ», рассмотрев письмо Ответчика от 17.07.2020 №П-454 сообщило письмом от 28.07.2020 №37-012-304/4885 (письма прилагались к Отзыву Ответчика на иск) о согласовании Технического решения №ТР-ЕРМ-01-2020 (прилагается к Возражениям на отзыв от 02.03.2023).

Таким образом, Ответчик необоснованно указывает на выявление неких несоответствий в давальческом сырье при сборке электродвигателя №1, поскольку доказательств выявления каких-либо несоответствий не представлено. Причиной разработки указанного выше Технического решения было не выявление неких несоответствий в давальческом сырье, а особенности технологического процесса сборки на заводе-изготовителе, привлеченном Ответчиком.

Более того, давальческий комплект, переданный Ответчику по накладной по форме М-15 от 02.06.2020 №2, проходил входной контроль перед отгрузкой с площадки Истца, и, согласно Акту входного контроля от 27.12.2019 продукция была признана соответствующей по качеству и количеству требованиям Договора, ГОСТ, ТУ, чертежей.

Исходя из изложенного, утверждение Ответчика о влиянии инициированных Ответчиком изменений в давальческое сырье на срок изготовления Оборудования и о наличии неких несоответствий в давальческом сырье, опровергаются материалами дела. 

Из материалов дела не следует, что в процессе исполнения Договора Корпорация приостанавливала исполнение в порядке пункта 2 статьи 328 ГК РФ, в разумный срок после выявления обстоятельств, препятствующих надлежащему исполнению обязательств, уведомляла Бюро об этом. 

Доводы ответчика о том, что только после даты подписания Акта № 10 от 08.12.2022 приемочных испытаний головного образца асинхронного электродвигателя ДВАЗ-190-7100/10-6 АО5 зав. № 130555 для Курской АЭС-2 по ДНРП.528825,002 ТЗ разработанного и изготовленного на ООО «Русэлпром-ЛЭЗ», электродвигатели данной модели могут быть запущены в производство, отклоняются судом как противоречащие условиям Договора и доказательствам, содержащимся в материалах дела. 

Исходя из п. 2.1 Договора, его предметом не являются опытно-конструкторские работы и изготовление «опытного» образца асинхронного электродвигателя. Более того, необходимость в проведении опытно-конструкторских работ в рамках Договора отсутствовала, поскольку такие работы, результатом которых было изготовление опытного образца электродвигателя, были ранее произведены АО «ЦБКМ» самостоятельно. В частности, опытный образец электродвигателя был разработан и изготовлен АО «ЦКБМ» в рамках договора между ОАО «ОКБ Гидропресс» и АО «ЦКБМ» №3.023/07 от 12.09.2008, в дальнейшем указанный двигатель прошел соответствующие ресурсные и приемочные испытания, по результатам которых были составлены Акты об успешном прохождении испытаний.

Заключенный сторонами Договора содержит обязательство Ответчика по изготовлению именно головного образца, который не является опытным, поскольку после его восстановления по результатам ресурсных испытаний, как это предусмотрено пунктом 4.45 Договора, данный образец должен обеспечивать гарантийные показатели и показатели надежности, аналогичные остальным единицам оборудования, поставляемым по Договору, и подлежит поставке на Курскую АЭС-2.

В случае же разработки и изготовления опытного образца, он применяется только для испытаний соответствия его заданным техническим параметрам, оценки возможности и целесообразности дальнейшего производства и возможности эксплуатации. Таким образом, термин «опытный образец» к оборудованию, поставляемому Ответчиком, не применим.

Изложенные выше выводы подтверждаются и определениями головного образца и опытного образца, содержащимися в Едином отраслевом порядке согласования технических заданий и технических условий на оборудование, необходимое для сооружения энергоблоков АЭС на территории Российской Федерации, утвержденном приказом Госкорпорации «Росатом» от 16.11.2017 №1/1134-П (далее – Единый отраслевой порядок).

Ответчик необоснованно утверждает, что до полного окончания всех испытаний электродвигателя №1 (головного) остальные электродвигатели не могли быть запущены в производство (абз. 2 стр. 13, абз. 2 стр. 14 Отзыва).

Запуск в производство двигателя №2 до момента окончания всех испытаний электродвигателя №1 подтверждается Планом качества №159-2020, согласно которому первая контрольная точка «Анализ состояния производства изготовителя» была освидетельствована еще 23.06.2020, а контрольные точки, в ходе которых контролируется непосредственно сам процесс изготовления (Контроль изготовления) были освидетельствованы в период с 03.07.2020 по 10.12.2021. При этом, как подтверждает сам Ответчик в Отзыве на иск (стр. 13), ресурсные испытания электродвигателя №1 завершились только 08.12.2022.

Таким образом, изготовление электродвигателя №2 велось Ответчиком параллельно с изготовлением головного электродвигателя, что также полностью опровергает доводы Ответчика относительно статуса электродвигателя №1 как опытного образца.

Оценив с соблюдением требований статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что ответчик не доказал факты нарушения Заказчиком встречных обязательств по Договору (статья 328 ГК РФ), не подтвердил обстоятельства, свидетельствующие о просрочке кредитора (статьи 405, 406 ГК РФ). Следовательно, у суда отсутствуют основания для освобождения Поставщика от ответственности за нарушение обязательств по Договору. 

Ответчик полагает, что аналогов данного оборудования нет, в связи с чем сроки поставки двигателя целиком и полностью зависели от опытно-конструкторских работ и испытаний данного двигателя, что свидетельствует о том, что изначально в договор были заложены невыполнимые сроки.

Суд обращает внимание на положение статьи 421 ГК РФ, в соответствии с которыми юридические лица свободны в заключении договора, в том числе в определении его условий. Корпорация, являясь профессиональным участников оборота, специализирующимся на разработке и поставке подобного вида оборудования, при заключении Договора имело возможность оценить объем и сложность работ, условия о сроках достижения ключевых события и поставке товара в их взаимосвязи. Корпорация при заключении Договора приняла на себя предпринимательские риски. 

Истец пояснил, что Договор между сторонами заключен во исполнение обязательств Бюро по поставке оборудования ГЦНА для Курской АЭС-2 в рамках договора между АО «ЦКБМ» и АО «Атомэнергомаш» №33/3357-Д/3.005/15 от 12.03.2015, который, в свою очередь, заключен во исполнение договора №40/7692-Д/2014-Ку 1,2-1 от 30.12.2014 между АО «Атомэнергомаш» и АО «ДЕЗ», являющимся, в соответствии с п. 1.9 Договора, Генеральным заказчиком. Указанными договорами определены сроки поставки оборудования ГЦНА, в том числе электродвигателей. Следовательно, изменение срока поставки оборудования в рамках договора с ООО «Нацконтракт» возможно было только при условии аналогичного переноса сроков по всей договорной цепочке. Именно в связи с переносом сроков поставки оборудования по договору верхнего уровня, было оформлено дополнительное соглашение №00000000725956180123/10 от 22.07.2021 на перенос сроков поставки части электродвигателей.

Таким образом, утверждение ответчика о том, что истец уклонялся от обсуждения вопроса о переносе сроков поставки оборудования, является необоснованным.

Таким образом, материалами дела подтверждается нарушение ответчиком обязательств по Договору в части сроков достижения Ключевых события, сроков поставки оборудования, в связи с чем, у истца возникло право на взыскание неустойки. 

Ответчик заявил возражения по представленному истцом расчету штрафных санкций. Так, Корпорация полагает, что расчет неустойки за нарушение сроков достижения КС произведен исходя из сумм, которые не соответствуют Договору от 11.07.2018 и Соглашению о перемене лица в обязательстве от 03.10.2022; расчет неустойки за нарушение сроков поставки оборудования произведен исходя из сумм, которые не соответствуют Договору от 11.07.2018.

Также ответчик заявил, что неправильно указаны сроки просрочки исполнения обязательства. Так, Расчет неустойки за нарушение сроков достижения КС (приложение к Исковому заявлению) рассчитан Истцом непонятно с какой даты (начало просрочки). В таблице указан срок начала расчета (достижения КС) -  август 2018. Данный срок не является конкретным. Так если срок указан целый месяц август, то по 31 августа 2018 года срок не будет нарушен. В таком случае просрочка начнется с первого числа следующего месяца, а именно с 01 сентября 2018 года. Исходя из представленной таблицы расчета неустойки по КС 1 электродвигателя № 1 Блока № 1 непонятно почему число дней просрочки составляет 440 дней. Количество дне просрочки за период с 01.09.2018 по 04.11.2019 составляет 430 дней, а не 440, как указано в таблице.

Проверив представленный истцом расчет неустойки, суд пришел к выводу о том, что заявленные ответчиком возражения являются необоснованными. 

Ответчик не учитывает, что стоимость всех КС для всех электродвигателей энергоблока №1 Курской АЭС была изменена сторонами при подписании Дополнительного соглашения № 00000000725160150013/00000000725170060013/4 от 01.08.2019 (приложение №9 к исковому заявлению) ввиду того, что с 01.01.2019 ставка налога на добавленную стоимость увеличилась с 18% до 20% (в п. 3 ст. 164 Налогового кодекса Российской Федерации внесены изменения согласно подпункту «в» пункта 3 ст. 1 Федерального закона от 03.08.2018 №303-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах»).

Пунктом 6 указанного дополнительного соглашения стороны изложили в новой редакции Приложение №12 к Договору – Перечень ключевых событий, согласно которому стоимость ключевых событий для электродвигателя №1 энергоблока №1 составила: КС №1 – 6 654 003,17 руб., КС №2 – 6 654 003,18 руб., КС №3 – 6 654 003,18 руб.; для электродвигателей №№2-5 новая стоимость КС составила: КС №1 и №2 – 5 894 034,22 руб., КС №3 – 5 894 034,23 руб. Аналогичная стоимость КС, за нарушение которых Истцом начислена неустойка, зафиксирована сторонами в пункте 1.3.1 Соглашения о перемене лица в обязательстве от 03.10.2022 (приложение №19 к исковому заявлению) и в Перечне ключевых событий, который является приложением №2 к Соглашению о перемене лица в обязательстве.

Таким образом, довод Ответчика о неправильном расчете Истцом неустойки за нарушение сроков достижения КС, является необоснованным и противоречит условиям заключённых сторонами дополнительных соглашений к Договору.

Ответчиком при указании надлежащей, по его мнению, стоимости оборудования не учтено изменение сторонами стоимости оборудования по Договору, аналогично изменению стоимости КС, путем заключения дополнительного соглашения №00000000725160150013/00000000725170060013/4 от 01.08.2019 (приложение №9 к исковому заявлению).

Пунктом 6 указанного дополнительного соглашения стороны изложили в новой редакции Спецификацию оборудования энергоблока №1 (Приложение №1.1 к Договору), согласно которой стоимость электродвигателя №1 составила 66 540 031,78 руб., включая НДС, а стоимость каждого из электродвигателей №№2-5 составила 58 940 342,24 руб., включая НДС.

Таким образом, расчет неустойки за нарушение сроков поставки оборудования Истцом произведен верно, в строгом соответствии со стоимостью оборудования, установленной Договором. 

В расчете Истца имеется опечатка в количестве дней просрочки достижения Ответчиком КС №1 для всех пяти электродвигателей. Надлежащий период просрочки составляет не 440, а 430 дней. Однако, данный факт никак не влияет на сумму неустойки, предъявленную в рамках исковых требований, поскольку размер неустойки при её расчете за 430 дней в отношении КС №1 для электродвигателя №1 составит: 6 654 003,17 руб.*0,3%*430=8 583 664,08 руб. Неустойка за нарушение срока достижения КС №1 для каждого из электродвигателей №№2-5 составит: 5 894 034,22руб.*0,3%*430 = 7 603 304,14 руб.

При таком расчете неустойки, её размер значительно превышает ограничение, установленное в п. 1.26 Соглашения о перемене лица в обязательстве – 20% от цены просроченного Ключевого события. Истцом предъявлены требования о взыскании неустойки за просрочку достижения КС исходя из указанного выше ограничения. Следовательно, пересчет неустойки за просрочку достижения КС №1, исходя из 430 дней просрочки, не влияет на сумму исковых требований Истца.

Проверив расчет истца, суд признал его обоснованным, выполненным в соответствии с условиями Договора и подлежащим применению.

Корпорация заявила об уменьшении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ. Ответчик полагает, что заявленная к взысканию неустойка явно несоразмерна, последствиям нарушения обязательства. Установленный в пункте 10.4. Договора размер неустойки равный 0,3% (109,5% годовых) от суммы платежа за каждый день просрочки, значительно превышает значение учетной ставки, установленной Центральным банком России. Ответчик полагает, что расчет неустойки может быть произведен исходя из двойной ключевой ставки ЦБ РФ. Сумма неустойки, заявленная ко взысканию, в 1.5 раза больше расчета неустойки по двойной ключевой ставке ЦБ РФ, в целом размер заявленной по Договору неустойки превышает неустойку по двойной ключевой ставке ЦБ РФ в 2,6 раза.

В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 1 ст. 333 ГК РФ), при этом заявление ответчика о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства само по себе не является признанием долга либо факта нарушения обязательства.

Согласно пункту 71 Постановления Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. п. 73, 74, 75 Постановления Пленума ВС РФ №7 от 24.03.2016 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 ст. 65 АПК РФ). 

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 N263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 14.10.2004 №293-О, право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Возложив решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства на суды, законодатель исходил из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

В информационном письме от 14.07.1997 г. № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что критериями для установления несоразмерности неустойки последствиям нарушения в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другие обстоятельства. 

При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела. В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 №11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Оценив приведенные ответчиком доводы, суд пришел к выводу об их обоснованности. 

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что ставка неустойки 0,3% от цены не поставленного в срок оборудования, просроченного ключевого события за каждый день просрочки выше, чем обычно используемая в подобных коммерческих соглашениях ставка неустойки 0,1%. Размер ответственности Поставщика значительно выше размера ответственности Заказчика, предусмотренной Договором. Размер ответственности Заказчика выглядит следующим образом:

«10.6. В случае нарушения сроков оплаты за поставленное Оборудование в соответствии со ст. 8 настоящего Договора, Заказчик несет ответственность в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ от невыплаченных в срок сумм за каждый день просрочки платежа, но не более 2% (двух процентов) от невыплаченной суммы за все время просрочки». 

Таким образом, размер ответственности Заказчика по Договору в три раза ниже размера ответственности Поставщика, ограничение предельного размера штрафных санкций в 10 раз больше, чем ограничение предельного размера штрафных санкций для Поставщика (2% против 20%). 

Как видно из условий Договора, закрепленных в статье 10 «Ответственность Сторон и порядок разрешения споров», из 16 пунктов, предусматривающих ответственность за нарушение условий Договора, только один пункт предусматривает ответственность Заказчика. При этом, ответственность Заказчика не соразмерна мере ответственности Поставщика, так как практически все пункты ответственности Поставщика за нарушение сроков выполнения своих обязательств предусматривают размер 0,3% от цены оборудования.

Установление в Договоре различного подхода к расчету неустойки для Заказчика и Поставщика нарушает баланс интересов сторон, ставит Поставщика, нарушившего обязательство в более неблагоприятное положение, по сравнению с Заказчиком, допустившим нарушение. В гражданском законодательстве предусмотрен подход, основанный на сопоставимости мер ответственности всех участников гражданских правоотношений. Равные начала предполагают определенную сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

Из смысла основных положений гражданского законодательства назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественного положения потерпевшего вследствие несвоевременного исполнения обязательств, а не его неосновательное обогащение за счет нарушителя.

В Постановлении от 17.12.2013 № 12945/13 по делу № А68-7334/2012 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил следующее: положения Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» предусматривают равную ответственность государственного заказчика и исполнителей государственного заказа за просрочку исполнения обязательств, аналогичную по размеру той, которая установлена в государственном контракте для государственного заказчика. С учетом обстоятельств дела, заявления ответчика об уменьшении неустойки суд полагает возможным применить эти разъяснения и к правоотношениям сторон Договора № 37/8781-Д по аналогии. 

Таким образом, поскольку несоразмерность и необоснованность выгоды кредитора подтверждена материалами дела, суд полагает возможным уменьшить размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ до сумм, полученных из расчета, произведенного в порядке пункта 10.6 Договора (1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ). На дату направления претензии (28.10.2022) ключевая ставка Банка России составляла 7,5%. Размер неустойки за нарушение сроков поставки оборудования в таком случае составляет 19 378 861 руб. 60 коп., размер неустойки за нарушение сроков достижения ключевых событий составляет 6 528 020 руб. 53 коп. 

Суд полагает, что данные суммы неустойки являются соразмерными допущенному ответчиком нарушению обязательств по Договору, позволяют сохранить баланс интересов сторон, являются достаточной компенсацией истцу за нарушение ответчиком своих обязательств и исключат необоснованную выгоду на стороне Бюро. 

На основании изложенного, требования истца подлежат частичному удовлетворению с отнесением на ответчика в порядке статьи 110 АПК РФ расходов по уплате государственной пошлины. Поскольку размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения (пункт 9 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация» в пользу акционерного общества «Центральное конструкторское бюро машиностроения» 6 528 020 руб. 53 коп. неустойки за нарушение сроков достижения ключевых событий, 19 378 861 руб. 60 коп. неустойки за нарушение сроков поставки и 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Сергеева О.Н.