ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-11726/2024,   11АП-11727/2024

Дело № А72-2833/2023

г. Самара

13 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 сентября 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гольдштейна Д.К., Котельникова А. Г.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Туфатулиной И.В.,

с участием после перерыва:

ФИО1 – лично (паспорт),

ФИО2 – лично (паспорт),

конкурсный управляющий ФИО3 – лично (паспорт),

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 26 августа - 09 сентября 2024 года в помещении суда в зале № 2, апелляционные жалобы конкурсного управляющего  ООО "Деметра" ФИО3 и ФИО1 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А72-2833/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО "Деметра", 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением от 26.06.2023 (резолютивная часть от 21.06.2023) ООО «Деметра» признано несостоятельным (банкротом) с применением положений о банкротстве отсутствующего должника; в отношении ООО «Деметра» открыто конкурсное производство сроком на 5 месяцев; конкурсным управляющим утверждён арбитражный управляющий ФИО3.

03.07.2023 посредством сервиса «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ФИО3 поступило заявление, в котором он просил:

1. Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО4 в пользу ООО «Деметра» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 2 724 126 руб. 63 коп.

2. Взыскать с ООО «РемПромПуть» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Деметра» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 164 858 руб. 82 коп.

Определением  суда от 04.07.2023 заявление принято к производству; к участию в деле в качестве заинтересованных лиц (ответчиков) привлечены ФИО1 (ответчик), ФИО4 (ответчик), ООО «РемПромПуть» (ответчик), финансовый управляющий ФИО1 – ФИО5.

Определением суда от 08.11.2023 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10;

Определением от 27 июня 2024 года судом принят отказ конкурсного управляющего от требования о привлечении ООО «РемПромПуть» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Деметра», производство по рассмотрению требования в этой части прекращено.

Заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично.

ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Деметра»; в пользу ООО «Деметра» с ответчика взысканы денежные средства в сумме 3 577 998 руб. 56 коп.

В остальной части заявление оставлено судом без удовлетворения.

Конкурсный управляющий ООО "Деметра" ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года в рамках дела № А72-2833/2023, в которой полагал необоснованным отказ суда в привлечении к ответственности других ответчиков по спору, а также выразил несогласие с отдельными выводами мотивировочной части определения; в связи с этим просил:

- взыскать в пользу ООО «Деметра» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежные средства с ФИО1 в размере 3 699 891,00 рублей; с ФИО6 в размере 3 699 891,00 рублей; с ФИО4 в размере 3 699 891,00 рублей; с ФИО7 в размере 3 699 891,00 рублей; с ФИО8 в размере 3 699 891,00 рублей; с ФИО9 в размере 2 064 600,00 руб.; с ФИО10 в размере 1986240,00 руб.; 

- а также исключить из мотивировочной части определения суда следующие выводы: 

"Однако, суд не исключает полностью возможный мнимый характер и данного обязательства, учитывая результаты проведенной по настоящему спору судебной почерковедческой экспертизы, а также того, что в картотеке арбитражных дел (https://kad.arbitr.ru/) содержатся сведения об идентичных правоотношениях ООО «Заволжская строительная компания» с иными организациями, подконтрольность которых ФИО1 установлена приговором Ленинского районного суда г. Ульяновска от 18.12.2020 по делу № 1-322/2020. (абз. 13 л. 22 определения); 

"Суд полагает, что указанные пояснения ФИО1 в совокупности с иными вышеуказанными обстоятельствами в том числе могут указывать на потенциальную мнимость Страница 8 из 8 правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания». (абз. 6 л. 23 определения)"; 

"При таких обстоятельствах суд полагает, что последствия вовлечения ООО «Деметра» в потенциально мнимые правоотношения с ООО «Заволжская строительная компания» в любом случае следует возложить на ФИО1, как на лицо, совершившее преступление с вовлечением в него должника и извлекшим материальную выгоду от таких действий". (абз. 11 л. 23 определения). 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2024 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26.08.2024.  

ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года в рамках дела № А72-2833/2023, в которой просил отменить судебный акт в полном объеме. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2024 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 09 сентября 2024 года. 

В соответствии со ст.163 АПК РФ и п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" в судебном заседании объявлялся перерыв до 12 час. 30 мин. 09 сентября 2024 года для рассмотрения в одном судебном заседании всех апелляционных жалоб, поданных на один судебный акт. 

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Конкурсный управляющий ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы. Ходатайство заявителя об истребовании аудиопротокола судебного заседания 04.05.2023 отклонено судом в связи с отсутствием процессуальных оснований. 

Кредитор ФИО2 поддержал доводы конкурсного управляющего. 

ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы с учетом дополнительно представленных письменных объяснений. 

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда пришла к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

Согласно ст. 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладает арбитражный управляющий по своей инициативе.

Пунктом 5 ст.61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III Федерального закона “Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве”, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Привлечению к субсидиарной ответственности подлежат контролирующие лица, указанные в ст.61.10 Федерального закона.

Если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий со ссылкой на положения статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве связывает с невозможностью полного погашения требований кредиторов должника вследствие действий указанных контролирующих лиц и наличием следующих условий:

– неисполнение обязанности по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд при наличии признаков банкротства (ФИО11 и ФИО4);

– причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате вывода активов должника путем совершения сделок по отчуждению денежных средств должника в пользу аффилированных лиц (ФИО1, ФИО6, ФИО11, ФИО8, ФИО12, ФИО10).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Деметра»:

– ФИО6 являлась директором в период с 09.08.2016 по 31.03.2017, единственным участником в период с 08.08.2016 по 27.02.2017г.,

– Плешкова (в настоящее время ФИО14) Мария Юрьевна являлась директором в период с 31.03.2017 по 08.02.2019, единственным участником в период с 27.02.2017 по 13.02.2019г.,

– ФИО4 являлась директором в период с 08.02.2019 по 01.07.2023, единственным участником в период с 13.02.2019 по настоящее время (04.08.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности).

Таким образом, суд признал ФИО6, ФИО7, ФИО4 контролирующими должника лицами.

Наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий связывает с совершением должником в 2017-2020 г.г. сделок по перечислению со своих счетов денежных средств в пользу указанных лиц и контролируемых ими организаций, имеющих признаки  аффилированных лиц (направленных на вывод активов).

ФИО15 и ФИО4 указывали, что являлись номинальными руководителями должника, на должности директора и участника ООО «Деметра» были привлечены по инициативе ФИО1, который, является фактическим владельцем и неформальным руководителем должника и множества иных юридических лиц, по, что подтверждается приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020. Также указывали, что по инициативе ФИО1 ими на свое имя были открыты счета, которыми управлял ФИО1

ФИО4 указала, что по инициативе ФИО1 она зарегистрировала на свое имя статус индивидуального предпринимателя, а также что ФИО8 является ее родной дочерью.

ФИО1 в своем письменном отзыве указал, что в 2016 г. он создал ряд фирм для обналичивания денежных средств. 09.08.2016 он организовал регистрацию ООО «Деметра», оформив его на подконтрольное лицо, для возможности обналичивания денежных средств. Также указывал, что заключал мнимые сделки для движения денежных средств по расчетному счету ООО «Деметра», которое хозяйственную деятельность никогда не осуществляло, все договоры были мнимыми, должник никогда не арендовал складских помещений и не мог получать ни товары, ни материалы от контрагентов, никогда не оплачивал транспортные услуг и не имел личного транспорта. Указывал на злоупотребление правом со стороны заявителя, поскольку не предъявлен гражданский иск при рассмотрении уголовного дела.

ФИО10 указывал в отзыве, что он давно знаком с ФИО1, который предложил ему стать директором общества «Стандарт». Позже, также по просьбе ФИО1 ФИО10 зарегистрировал на свое имя статус индивидуального предпринимателя. В деятельность ФИО1 не вникал. Осенью 2020 г. ФИО10 был вызван в суд свидетелем, где он узнал, что ФИО1 занимался обналичиванием денежных средств посредством подконтрольных организаций, которые не вели реальной финансово-хозяйственной детельности.

ФИО9 указывала, что ее действия как индивидуального предпринимателя фактически контролировал ФИО1, который использовал расчеты между ООО «Деметра» и ИП ФИО9 для осуществления незаконной банковской деятельности. ФИО9 денежными средствами, поступившими от ООО «Деметра», лично не распоряжалась, сделок с ООО «Деметра» не заключала.

ФИО8 в пояснениях представителя указала, что по инициативе ФИО1 ею на свое имя были открыты счета, которыми управлял ФИО1, доступа к ним она не имела.

Финансовый управляющий ФИО1 – ФИО5 возражала против заявленных требований, указав на недоказанность доводов заявителя.

Оценивая доводы заявителя, суд исходил из следующего.

Конкурсный управляющий указывал, что в результате проведенного финансового анализа им был сделан вывод о наличии у ООО «Деметра» признака недостаточности имущества, о возникновении у руководителя и контролирующих должника лиц обязанности обратиться в суд с заявлением должника о признании банкротом.

Заявитель указывал, что 09.01.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Заволжская строительная компания» и ООО «Деметра» заключен договор поставки, согласно которому Поставщик обязуется поставить, а Покупатель обязуется принять и оплатить продукцию (п. 1.1 договора). У ООО «Деметра» возникла задолженность по товарным накладным № 54 от 06.04.2018, № 51 от 10.04.2018, № 75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018.

За неисполнение обязанности по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд при наличии признаков банкротства управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности Плешкову (ныне ФИО14) Марию Юрьевну и ФИО4.

В отношении остальных ответчиков данное основание привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий не заявлял.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. Лицо, не являющееся руководителем должника, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Суд установил, что признаки неплатежеспособности ООО «Деметра» конкурсный управляющий определял датой возникновения задолженности перед ООО «Заволжская строительная компания» по товарным накладным № 54 от 06.04.2018, № 51 от 10.04.2018, № 75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018.

Вместе с тем, наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором не может рассматриваться как безусловное основание необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3)).

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Деметра» должник имел следующие показатели финансово-хозяйственной деятельности:

– по итогам отчетного периода 2017 года у Общества имелись активы на общую сумму 50 467 тыс. руб. (запасы, дебиторская задолженность), общая кредиторская задолженность составляла 50 145 тыс. руб.;

– по итогам отчетного периода 2018 года у Общества имелись активы на общую сумму 82 597 тыс. руб. (запасы, дебиторская задолженность), общая кредиторская задолженность составляла 82 163 тыс. руб.

– по итогам отчетного периода 2019 года у Общества имелись активы на общую сумму 42 226 тыс. руб. (запасы, дебиторская задолженность), общая кредиторская задолженность составляла 42 198 тыс. руб.

Бухгалтерская отчетность за последующие периоды в материалы дела не представлена,  на портале «Ресурс БФО» (https://bo.nalog.ru/) также не размещена.

Бухгалтерский баланс ООО «Деметра» за 2019 г. был сдан в налоговый орган 26.02.2020 за подписью ФИО4 по телекоммуникационным каналам связи с ЭП.

Как видно, должник до конца 2019 года имел кредиторскую задолженность, существенно превышающую 300 тыс. руб., однако из приведенной динамики показателей финансово-хозяйственной деятельности должника признаков недостаточности имущества не усматривается.

Вместе с тем, согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013 не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Анализ активов должника указывает на то, что до 2019 г. они состояли только из запасов и дебиторской задолженности.

Согласно ответам регистрирующих органов, представленных в основное дело о банкротстве, у должника отсутствует какое-либо движимое и недвижимое имущество.

Судом установлено, что приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 172, ч.1 ст.187, ч.1 ст. 173.1 Уголовного кодекса РФ с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев (условно) со штрафом в размере 180 000 руб.

Приговором установлено, что ФИО1 создал ряд юридических лиц, в том числе ООО «Деметра», оформив их на других подконтрольных ему лиц (в отношении ООО «Деметра» такими лицами выступили ФИО6, в последующем ФИО20 и ФИО4), без цели осуществления этими юридическими лицами финансово-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Посредством таких юридических лиц ФИО1 организовал предоставление неограниченному количеству лиц услуг по осуществлению незаконных банковских операций путем заключения мнимых и притворных хозяйственных сделок для создания формальных оснований движения денежных средств по расчетным счетам.

В частности, в период с 01.01.2016 по 29.04.2020 ФИО1 в целях обналичивания денежных средств для организаций приискивал на постоянной основе представителей хозяйствующих субъектов, желающих обналичить денежные средства, размещенные в безналичной форме на расчетных счетах вышеуказанных хозяйствующих субъектов. После чего ФИО1 организовал систематическое привлечение таких безналичных денежных средств клиентов (заказчиков) путем перечисления их на расчетные счета подконтрольных ему юридических лиц. При этом основания поступления денежных средств являлись выдуманными – оплата за якобы поставленный товар, выполнение работ и оказание услуг. 

Таким образом, между заказчиками наличных денежных средств и подконтрольными ФИО1 организациями заключались мнимые и притворные хозяйственные сделки для создания формальных оснований для движения денежных средств по расчетным счетам. Мнимость проводимых хозяйственных операций проявлялась в отсутствии фактического движения товарно-материальных ценностей, либо выполнения работ и оказания услуг, при наличии надлежащим образом оформленных первичных бухгалтерских документов. Притворность заключалась  в документальном оформлении поставок товаров, выполнении работ и оказании услуг от имени подконтрольных ему юридических лиц с составлением всех первичных бухгалтерских документов для создания видимости осуществления хозяйственной деятельности, в то время как фактически они не выполнялись, либо выполнялись другими физическими и юридическими лицами.

Приговором установлено, что в ходе осуществления взаимодействия с заказчиками незаконных банковских операций ФИО1 лично вел с ними переговоры, представлял клиентам платежные реквизиты, необходимые для перечисления денежных средств на расчетные счета подконтрольных ему юридических лиц, определял размер вознаграждения за оказанные услуги, который составлял не менее 6% от суммы денежных средств, поступивших для обналичивания, передавал клиентам обналиченные денежные средства за вычетом удержанного вознаграждения.

Доказательств фактического наличия указанного в отчетности ООО «Деметра» объема запасов в материалы настоящего дела не представлено.

Из материалов дела о банкротстве также не усматривается, что данный имущественный актив должника был выявлен в ходе конкурсного производства.

В отношении показателя дебиторской задолженности суд отметил, что ее расшифровка в материалы дела не представлена, сведения общедоступной картотеки арбитражных дел (https://kad.arbitr.ru/) указывают лишь на взыскание с ООО «ДЕЛЬТА-КРОВ» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Деметра» 283 476 руб. 00 коп. – сумма основного долга, 21 346 руб. 14 коп. – неустойка за период с 25.08.2017 по 13.08.2018, 9 091 руб. 00 коп. – в возмещение расходов по госпошлине (решение Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2018 по делу №А72-13653/2018), что, как видно, не сопоставимо с отраженной в бухгалтерской отчетности должника величиной данного показателя.

Отраженные в отчетности должника показатели кредиторской задолженности также не раскрыты в ходе рассмотрения настоящего спора, в реестр требований кредиторов включены всего два кредитора с общей суммой требований 3 311 326 руб. 62 коп., что, как видно, также не сопоставимо с официально отраженными в балансах ООО «Деметра».

С учетом совокупности приведенных обстоятельств, в отсутствие убедительных доказательств обратного, суд пришел к выводу о том, что приведенные в бухгалтерской отчетности должника показатели его финансово-хозяйственной деятельности за все периоды, начиная с 2017 года, носили формальный характер и не отражали фактическое имущественное положение ООО «Деметра».

Из материалов обособленных споров по настоящему делу о банкротстве следует, что неисполненные денежные обязательства перед кредиторами начинают формироваться у ООО «Деметра» с первого квартала 2017 г.

В частности, в реестр требований кредиторов ООО «Деметра» включено требование ФНС России, основанное на задолженности по уплате финансовых санкций по ст. 17 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования в размере 5 000 рублей (за отчетные периоды: «март 2017 г» в сумме 500,00 руб., «2017 г.» в сумме 1000,00 руб., «ноябрь 2019 г» в сумме 500,00 руб., «февраль 2019 г» в сумме 500,00 руб., «январь 2020 г» в сумме 500,00 руб., «апрель 2020 г» в сумме 500,00 руб., «май 2020 г» в сумме 500,00 руб., «июнь 2020 г» в сумме 500,00 руб., «июль 2020 г» в сумме 500,00 руб.).

Вместе с тем, данная задолженность ООО «Деметра» не является существенной и не может бесспорно указывать на момент возникновения у него признаков объективного банкротства с учетом также того, что она могла быть погашена за счет актива в виде дебиторской задолженности к ООО «ДЕЛЬТА-КРОВ», взысканной решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2018 по делу №А72-13653/2018 (право требования к ООО «ДЕЛЬТА-КРОВ» возникло у должника на основании договора уступки прав (цессии) № 14-05/2018 от 14.05.2018, заключенного между ООО «Деметра» (цессионарий) и ООО «ТЕХНОСТРОЙМОНТАЖ» (цедент)).

При этом задолженность перед ООО «Заволжская строительная компания» (правопреемником является ИП ФИО2) в размере 2 724 126 руб. 63 коп. (основной долг), возникшая по товарным накладным № 54 от 06.04.2018, № 51 от 10.04.2018, № 75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018, остается непогашенной и включена в реестр.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.07.2020 по делу № А72-475/2020 с ООО «Деметра» в пользу ООО «Заволжская строительная компания» взыскано 2 724 126 рублей 63 копейки - основной долг. В последующем определением от 19.05.2022 по делу № А72-475/2020 произведена процессуальная замена истца общества с ограниченной ответственностью «Заволжская строительная компания» на правопреемника индивидуального предпринимателя ФИО2. 

Материалами дела не подтверждается, что должник мог обладать ликвидным активом, за счет которого данная задолженность могла быть погашена.

С учетом данных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что момент объективного банкротства ООО «Деметра» (недостаточность имущества) следует определить периодом образования его задолженности перед ООО «Заволжская строительная компания» по хронологически последней товарной накладной, т.е. 13.05.2018.

По мнению суда, именно этой датой должен быть определен момент осознания контролирующими лицами ООО «Деметра» критичности финансового положения должника, требующего внешнего вмешательства с их стороны, в случае допущения реальности правоотношений с ООО «Заволжская строительная компания».

В этом случае с заявлением о признании должника банкротом текущий руководитель должника должен был обратиться не позднее 13.06.2018.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 14 постановления Пленума N 53 разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

В соответствии с указанным подходом, длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, поскольку обязательства по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.

При привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности только по одному основанию - неподача заявления о признании должника банкротом, размер ответственности может быть определен и подлежит определению одновременно с привлечением к субсидиарной ответственности.

Применительно к рассматриваемому случаю, руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере совокупных обязательств ООО «Деметра», возникших в период с 14.06.2018 по 20.03.2023 (дата возбуждения дела о банкротстве).

С учетом этого, в рассматриваемом случае в размер потенциальной ответственности контролирующего лица по данному основанию может быть включена только часть реестрового требования ФНС за отчетные периоды: «ноябрь 2019 г» в сумме 500,00 руб., «февраль 2019 г» в сумме 500,00 руб., «январь 2020 г» в сумме 500,00 руб., «апрель 2020 г» в сумме 500,00 руб., «май 2020 г» в сумме 500,00 руб., «июнь 2020 г» в сумме 500,00 руб., «июль 2020 г» в сумме 500,00 руб.

К указанному периоду образования задолженности ФИО6 и ФИО11 отношения не имеют.

Применительно к ФИО4 суд отметил, что указанные требования ФНС являются финансовыми санкциями по статье 17 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования".

В постановлении от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО16» Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что при определении размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, судам следует учесть также позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П, согласно которой суммы штрафов по своему существу выходят за рамки налогового обязательства как такового, носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности, потому вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.

В связи с изложенным толкованием пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (применительно к пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве), суд приходит к выводу, что при определении размера субсидиарной ответственности лиц, контролирующих деятельность должника, не подлежат учету требования уполномоченного органа в части штрафных санкций.

Таким образом, судом не установлено обязательств должника, которые могли бы быть включены в размер потенциальной субсидиарной ответственности бывших руководителей в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

С позиции изложенных обстоятельств суд не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве ни одного из ответчиков. 

Суд апелляционной инстанции в указанной части признает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, соответствующими положениям Закона о банкротстве. Суд первой инстанции в данной части полно и всесторонне исследовал обстоятельства дела, обоснованно указав на отсутствие оснований субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.  

Другим основанием для привлечения ФИО1, ФИО4, ФИО15, ФИО8, ФИО17 и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указывал совершение должником в 2017-2020 г.г. сделок по перечислению со своих счетов денежных средств в пользу указанных лиц и контролируемых ими организаций, имеющих признаки  аффилированных лиц (вывод активов).

Конкурсным управляющим на основе анализа расчетных счетов ООО «Деметра»  выявлены следующие подозрительные сделки:

– в пользу ИП ФИО4 22.01.2020, 10.02.2020 со счета должника в АО «Альфа Банк» были перечислены денежные средства в общей сумме 258 601,00 рублей, с назначением платежа: оплата по договору №б/н от 10.01.2019 г. за строительные материалы,

– в пользу ФИО4 с расчетного счета должника в АО «Тимер Банк» в период с 22.05.2019 по 14.06.2019 были перечислены денежные средства в общем размере 264400 рублей, с назначением платежа:  командировочные расходы, за строительные материалы,

– ФИО4 произведено снятие со счета должника в АО «Тинькофф Банк» денежных средств в общем размере 4215000,00 рублей в период с 29.09.2017 по 18.04.2018,

– в пользу ИП ФИО8 по счетам должника, открытым в АО «Альфабанк», ПАО «Росбанк», были перечислены денежные средства в общей сумме 66478,83 рублей, с назначением платежа: за строительные материалы, поддоны деревянные,

– в пользу ООО «Ника ЛТД» (ИНН 

<

***>; ликвидировано; учредителем и директором являлась ФИО8) по счетам должника, открытым в АО «Тимер Банк», ПАО «Росбанк», в период с 03.08.2018 по 10.04.2019 перечислены денежные средства в общем размере 364 700,00 рублей, с назначением платежа: за услуги по аренде а/транспорта, за строительные материалы,

– в пользу ООО «Мастербрик» (ИНН 

<

***>, ликвидировано по решению налогового органа, имеется сведения о недостоверности в отношении адреса, директора и учредителя, находится по одному адресу с ООО «Ника ЛТД») пор счетам должника в  ПАО «Росбанк» и АО «Тинькофф банк» в период с 28.03.2017г. по 04.04.2018г. были перечислены денежные средства в общем размере 1 702 050,00 рублей, с назначением платежа:  за строительные материалы,

– в пользу ООО «Гермес» (ИНН 

<

***>), находится по одному адресу с ООО «Ника ЛТД», директор и учредитель ФИО8) по счету должника, открытом в АО «Тимер Банк», 06.07.2018 по были перечислены денежные средства в размере 171 000 рублей, с назначением: «оплата по счету №32/1 от 06.07.2018 за строительные материалы, в т.ч. НДС 26084,75 руб.»,

– ФИО7 со счета должника, открытом в ПАО «Росбанк», в период с 16.03.2018г. по 25.04.2018г. сняла посредством бизнес-карты наличные средства в общем размере 1 750 000,00 рублей.

– в пользу ФИО7 11.07.2018 с расчетного счета должника, открытого в АО «Тимер банк», перечислены денежные средства в размере 50 000 рублей, с назначением «командировочные расходы с 09.07.18 по 15.07.2018»,

– в пользу ИП ФИО18 (ныне ФИО19) Ксении Викторовны (ИНН 

<

***>) по счету должника, открытом в АО «Тимер банк», 26.07.2018 были перечислены денежные средства в сумме 251 200,00 рублей, с назначением платежа «оплата по счету №2 от 24.07.2018г. за ТМЦ, в т.ч. 38318,64 руб.»,

– в пользу ООО «Азимут» (ИНН 

<

***>; ликвидировано, учредитель и директор ФИО9) по счету должника, открытом в АО «Тинькофф банк», период с 23.03.2018г. по 06.04.2018г. были перечислены денежные средства в общем размере 1 813 400,00 рублей, с назначением платежа: за услуги по аренде автотранспорта, за услуги по аренде строительной техники,

– в пользу ИП ФИО10 (ИНН 

<

***>) по счету должника, открытому в АО «Альфабанк», за период с 18.12.2019 по 19.02.2020 перечислены денежные средства в общем размере 214 750,00 рублей, с назначением платежа: за поддоны, за строительные материалы,

– в пользу ООО «Стандарт-А» (ИНН 

<

***>, ликвидировано по решению налогового органа, содержит запись о недостоверности по ЕГРЮЛ, директор ФИО10) по счетам должника, открытым в АО «Тимер банк», АО КБ «Модульбанк», АО «Тинькофф Банк», ПАО «ВТБ» в период с 13.01.2017 по 02.04.2017 были перечислены денежные средства в общем размере 1 525 090,00 рублей, с назначением платежа за строительные материалы,

– в пользу ООО «СК Рысь» (ИНН 

<

***>; ликвидировано; учредителем и директором являлся ФИО10) по счетам должника, открытым в АО «Тимер Банк» в период с 25.04.2019 по 25.04.2019 были перечислены денежные средства на сумму 246 400 рублей, с назначением платежа за товарно-материальные ценности,

– ФИО6, в период с 09.01.2017 по 15.02.2017 сняла денежные средства со счета должника, открытого в ПАО «Банк ВТБ», в общем размере 7 392 100 рублей.

Ответчики, возражая против данного основания, указывали, что фактически не распоряжались денежными средствами, счета на свое имя открывали по инициативе ФИО1, который, является фактическим владельцем и неформальным руководителем должника и иных юридических лиц, что подтверждается приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020. Также указывали, что их счетами фактически управлял ФИО1, по его же инициативе ими на свое имя были оформлены статусы ИП и номинальное руководство иными юридическими лицами.

Как видно из приведенного перечня денежных операций, должником были перечислены денежные средства в пользу ООО «Мастербрик» (ИНН 

<

***>), ООО «Ника ЛТД» (ИНН 

<

***>), ООО «Гермес» (ИНН 

<

***>), ООО «Азимут» (ИНН 

<

***>), ООО «Стандарт-А» (ИНН 

<

***>), ООО «СК Рысь» (ИНН 

<

***>).

На момент вынесения настоящего определения все указанные организации, кроме ООО «Гермес» (ИНН 

<

***>), ликвидированы с исключением их из ЕГРЮЛ.

По мнению конкурсного управляющего, ответственность за негативные последствия от перечисления денежных средств указанным ликвидированным обществам следует возложить на их учредителей и директоров – соответственно ФИО10, ФИО17, ФИО8

Согласно пункту 1 статьи 61 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

В соответствии с п. 3 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Нормы ст. 53.1 ГК РФ предусматривает ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В силу положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, материально-правовое требование к ФИО10, ФИО12, ФИО8 как к бывшим руководителям и учредителям ООО «Ника ЛТД» (ИНН 

<

***>), ООО «Азимут» (ИНН 

<

***>), ООО «Стандарт-А» (ИНН 

<

***>), ООО «СК Рысь» (ИНН 

<

***>) на основании статьи 53.1 ГК РФ и части 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" с учетом положений Постановления Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П должно быть облечено в форму искового заявления; данный иск имеет самостоятельные предмет и основания, а также субъектный состав и не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве ООО «Деметра».

Указанный подход применяется в судебной практике (Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2021 N 11АП-11330/2021 и Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23.11.2021 № Ф06-38713/2018 по делу N А72-13927/2015, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 04.08.2021 N Ф06-55881/2019 по делу N А72-7808/2018, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 08.09.2022 N Ф06-7863/2016 по делу N А72-3964/2015).

В отношении определения статуса ответчиков по данному основанию суд отметил, что ФИО4, ФИО11 и ФИО6 в разное время являлись директорами и единственными участниками ООО «Деметра», остальные ответчики формально какие-либо управленческие должности в ООО «Деметра» не занимали.

Конкурсный управляющий определял ФИО1 бенефициаром ООО «Деметра», обладающим статусом лица, фактически осуществлявшего руководство должником.

ФИО8, ФИО17 и ФИО10 конкурсный управляющий определял как выгодоприобретателей финансовых операций по перечисленным денежным средствам, указывая на их фактическую аффилированность с должником и ФИО1

Оценивая доводы сторон применительно к данному основанию, суд исходил из следующего.

Приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 172, ч.1 ст.187, ч.1 ст. 173.1 Уголовного кодекса РФ с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев (условно) со штрафом в размере 180 000 руб.

Приговором установлено, что ФИО1 создал ряд юридических лиц, в том числе ООО «Деметра», ООО «Гермес», ООО «Азимут», ООО «Стандарт-А», ООО «СК Рысь», ООО «Лидер», ООО «Ника ЛТД», ООО «Мастербрик», ООО «Тепломонтаж», оформив их на подконтрольных лиц (в том числе ФИО6, ФИО20, ФИО4, ФИО8, ФИО10, ФИО18 (Упилкову) К.В.), без цели осуществления этими юридическими лицами финансово-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Кроме того, приговором установлено, что по инициативе и под контролем ФИО1 были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей ФИО10, ФИО21, ФИО8, ФИО4, ФИО20

Посредством участия юридических лиц и индивидуальных предпринимателей ФИО1 организовал предоставление неограниченному количеству лиц услуг по осуществлению незаконных банковских операций путем заключения мнимых и притворных хозяйственных сделок для создания формальных оснований движения денежных средств по расчетным счетам.

Помимо вышеуказанного, приговором суда также установлено, что в ходе осуществления взаимодействия с заказчиками незаконных банковских операций ФИО1 лично вел с ними переговоры, представлял клиентам платежные реквизиты, необходимые для перечисления денежных средств на расчетные счета подконтрольных ему юридических лиц, определял размер вознаграждения за оказанные услуги, который составлял не менее 6% от суммы денежных средств, поступивших для обналичивания, передавал клиентам обналиченные денежные средства за вычетом удержанного вознаграждения.

Приговором установлено, что с момента зачисления на расчетные счета подконтрольных ФИО1 юридических лиц денежных средств, поступивших от клиентов, они поступали в оборотный капитал ФИО1, который становился держателем и распорядителем поступивших денежных средств.

В приговоре суда ФИО10, ФИО21, ФИО8, ФИО4, ФИО20 и ФИО6 признаны судом неосведомленными о преступных действиях и умысле ФИО1

В своих пояснениях ответчики указывают, что их счетами полностью распоряжался ФИО1, у которого находились их банковские карты, электронные ключи, а также логины и пароли от личных кабинетов к банковским продуктам.

Указанные пояснения ответчиков суд нашел убедительными, поскольку из приговора следует, что при обыске в офисе ФИО1 были изъяты вещественные доказательства по уголовному делу, в том числе документы финансово-хозяйственной деятельности юридических лиц, включая ООО «Деметра», среди которых счета-фактуры, товарные накладные, уставные документы данных юридических лиц, ключи электронного доступа к системе «клиент-банк» и «СБИС», печати, 58 пластиковых банковских карт на имя ФИО10, ФИО9, ФИО8, ФИО4, ФИО7, записи с логинами и паролями на вход в систему «клиент-банк» юридических лиц.

По мнению конкурсного управляющего, установленные преступные действия ФИО1 не исключают причастность и соучастие ФИО10, ФИО9, ФИО8, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 в выводе денежных средств должника.

Суд отклонил доводы управляющего, указав, что не каждое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение при отсутствии контроля должно толковаться против ответчиков.

Такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно, с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания и (или) участия в неправомерных действиях. Согласно части 1 статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. Данная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2, 3).

Суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказан факт общего намерения каждого из указанных ответчиков в совершении действий и принятии ими управленческих решений с намерением ФИО1, фактически осуществлявшего руководство деятельностью должника и множества иных аналогичных организаций, а также распоряжавшегося всеми счетами подконтрольных ему лиц.

С учетом правовой позиции в Определении Верховного Суда РФ от 29.01.2016 N 305-ЭС14-3834, от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4, 5, 7)) суд указал, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (статья 53.1 ГК РФ; статья 2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

При этом, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Изложенное находит отражение в пункте 17 Постановления N 53, разъяснения которого суд полагал применимым в настоящем случае.

Согласно пункту 6 Постановления N 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В отношении ФИО6, ФИО11 и ФИО4 суд отметил, что, несмотря на то, что по общему правилу номинальный характер деятельности руководителя не является основанием для освобождения от субсидиарной ответственности (пункты 6, 23 Постановления N 53), привлечение к ответственности номинальных руководителей должника, не получавших серьезной экономической выгоды от деятельности формально возглавляемых ими организаций, не может быть признано направленным на защиту имущественных интересов кредиторов.

В рассматриваемом случае приговором суда не установлено соучастие остальных ответчиков в совершении преступления, вмененного ФИО1

Напротив, в приговоре суда ФИО10, ФИО21, ФИО8, ФИО4, ФИО20 и ФИО6 признаны неосведомленными о преступных действиях и умысле ФИО1, а по заключению судебной экспертизы №005/070-2024 подписи от имени ФИО7 в договоре поставки с ОО ЗСК» и товарных накладных выполнены не ею, а иным лицом.

В отношении ФИО4 и ФИО8 суд также не нашел оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, поскольку участниками спора не представлены доказательства их вовлеченности в деятельность ФИО1

При таких обстоятельствах суд не установил оснований для привлечения ФИО10, ФИО12, ФИО8, ФИО4, ФИО11 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по данному основанию ввиду недоказанности.

Как разъяснено в п.5 и 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. 

Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В рассматриваемом случае с учетом конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в отношении как номинальных руководителей и учредителей ООО "Деметра", так и в отношении иных ответчиков, личности которых использовались ФИО1 для осуществления преступной деятельности, не имеется оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в полном объеме. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО3 указывал, что согласно ответу АО «Тинькофф банк» №7-10338709692562 от 06.02.2024 о движении денежных средств по расчетному счету ФИО4 установлено, что ФИО4 с определенной периодичностью использовала денежные средства, поступавшие на расчетный счет от ООО «Деметра» и ИП, в личных целях, в том числе на оплату товаров и услуг. 

Согласно ответу АО «Альфа-Банк» №942/64479 от 09.02.2024 о движении денежных средств по р/с 

<

***>, открытому на ИП ФИО8, в период с 26.08.2019 по 29.01.2020 были сняты денежные средства на общую сумму 451 500,00 рублей (снятие производилось сразу после получения денежных средств от ООО «Деметра»). Часть денежных средств была переведена на личный счет ФИО8 (40817810207110072323) с указанием «за командировочные расходы».

Согласно ответу АО «Тинькофф банк» №7-10338709692562 от 06.02.2024 о движении денежных средств по расчетному счету ФИО20 установлено, что поступившие от ООО «Деметра» денежные средства были сняты через банкомат (снятие производилось сразу после получения денежных средств от ООО «Деметра»). 

Согласно ответу АО «Альфа-банк» №942/64479 от 09.02.2024 о движении денежных средств по р/с 

<

***>, открытому на ИП ФИО10, в период с 23.12.2019 по 28.02.2020 были снятия денежных средств на общую сумму 302 500,00 рублей (снятие производилось сразу после получения денежных средств от ООО «Деметра»). 

Кроме того, на счет ФИО10 поступали денежные средства от ООО «Стандарт-А» (ИНН 

<

***>); на счет ФИО8 поступали денежные средства от ООО «Стандарт-А» (ИНН 

<

***>), ООО «Ника ЛТД» (ИНН 

<

***>).

Доводы  управляющего о том, что по указанным причинам ФИО4, ФИО8, ФИО7, ФИО10 извлекали выгоду из деятельности ООО «Деметра», подлежат отклонению. 

Соответствующие обстоятельства были предметом оценки в приговоре Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020, в результате чего указанные выше лица не признаны виновными в совершении преступления. Судом также установлено, что ответчики не имели фактического доступа к банковским картам и паролям от них, счетам и документам, в связи с чем операции, совершенные с использованием зарегистрированных на них банковских карт и счетов признаны совершенными непосредственно ФИО1

При рассмотрении уголовного дела суд не установил, что другие ответчики, кроме ФИО1, являлись выгодоприобретателями по сделкам в виде осуществляемых ООО "Деметра" перечислений денежных средств.  

Доводы управляющего о том, что в судебном заседании при рассмотрении спора в суде первой инстанции на вопрос суда о причинах непринятия действий по ликвидации (банкротству) ООО «Деметра» ФИО4 также пояснила, что не хотела обременять себя данными действиями и ждала, пока организацию исключат из ЕГРЮЛ, не могут быть приняты во внимание, поскольку  судом первой инстанции подробно проанализировано финансовое положение должника и установлено отсутствие оснований для субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, а данные доводы имеют отношение только к указанному основанию ответственности. 

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для привлечения к ответственности иных лиц, кроме ФИО1

Апелляционный суд также признал законными и обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что с учетом обстоятельств, установленных материалами настоящего спора, а также приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020, именно ФИО1 является лицом, незаконно получившим материальную выгоду от деятельности ООО «Деметра» в результате совершения преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 172, ч.1 ст.187, ч.1 ст. 173.1 Уголовного кодекса РФ.

Согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

В отзыве на заявление в суде первой инстанции, а также в апелляционной жалобе и дополнительных объяснениях к ней ФИО1 указывал, что ООО «Деметра», образованное им для возможности обналичивания денежных средств, хозяйственную деятельность никогда не осуществляло, все договоры были мнимыми, должник никогда не арендовал складских помещений и не мог получать ни товары, ни материалы от контрагентов, никогда не оплачивал транспортные услуги и не имел личного транспорта.

Вместе с тем указанные доводы не могут быть приняты во внимание апелляционным судом. 

Фактически ФИО1 приводит соответствующие доводы в качестве возражений относительно требования ООО "Заволжская строительная компания», правопреемником которого является ИП ФИО2

При этом Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.07.2020 по делу № А72-475/2020 с ООО «Деметра» в пользу ООО «Заволжская строительная компания» взыскано 2 724 126 рублей 63 копейки - основной долг. В последующем определением от 19.05.2022 по делу № А72-475/2020 произведена процессуальная замена истца общества с ограниченной ответственностью «Заволжская строительная компания» на правопреемника индивидуального предпринимателя ФИО2. 

Решением от 26.06.2023 (резолютивная часть от 21.06.2023) требование индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Деметра» с суммой 2 724 126 руб. 63 коп. – основной долг.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.09.2023 требование индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Деметра» с суммой 582 199 руб. 99 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

Задолженность, послужившая основанием для включения требования ИП ФИО2, подтверждена вступившим в законную силу судебным актом. Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.07.2020 по делу № А72-475/2020 в установленном порядке не пересмотрено и носит общеобязательный характер. 

ФИО1 также не представлены доказательства признания недействительным договора поставки от 09.01.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «ЗСК» (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью «Деметра» (покупатель), согласно которому должнику передан товар на сумму 2724126,63 руб. по товарным накладным № 54 от 06.04.2018, №51 от 10.04.2018, № 75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018.

Кроме того, судом первой инстанции указано, что на стадии рассмотрения обоснованности заявления ИП ФИО2 о признании ООО «Деметра» банкротом были приняты меры по дополнительной проверке реальности правоотношений должника и ООО «Заволжская строительная компания».

Согласно сведениям, представленным налоговым органом во исполнение определения суда от 04.05.2023 по основному делу о банкротстве, хозяйственные операции по товарным накладным № 54 от 06.04.2018, № 51 от 10.04.2018, № 75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018 отражены в книгах покупок и продаж ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания». Мнимость указанных правоотношений не выявлена налоговым органом при проведении камеральных проверок как ООО «Деметра», так и ООО «Заволжская строительная компания» (решения налогового органа также представлены в материалы основного дела).

Из карточки дела №А72-475/2020 (https://kad.arbitr.ru/) судом установлено, заявления финансового управляющего ФИО1 ФИО5 о пересмотре по новым обстоятельствам решения суда от 27.07.2020 по делу №А72-475/2020 возвращены определениями от 18.09.2023 и от 23.07.2024. 

В ходе рассмотрения настоящего спора ФИО14 (ранее ФИО13) М.Ю. указала, что подписи в договоре поставки №б/н от 09.01.2018 между ООО «ЗСК» и ООО «Деметра» и товарных накладных №54 от 06.04.2018, №51 от 10.04.2018, №75 от 10.05.2018, №79 от 13.05.2018 ей не принадлежат, для проверки данного довода заявила ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы.

Определением от 16.05.2024 по ходатайству ФИО15 была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено АНО «Экспертная специализированная организация «Региональный центр экспертизы по Приволжскому округу-Ульяновск» (432017, 

<

...>), эксперту ФИО22. Перед экспертом был поставлен следующий вопрос: выполнены ли подписи в договоре поставки №б/н от 09.01.2018 и товарных накладных №54 от 06.04.2018, №51 от 10.04.2018, №75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018 от имени Плешковой (в настоящее время ФИО14) Марии Юрьевны ею самой или другим лицом?

Согласно заключению эксперта №005/070-2024 подписи от имени ФИО7 в договоре поставки №б/н от 09.01.2018 между ООО «ЗСК» и ООО «Деметра» и товарных накладных №54 от 06.04.2018, №51 от 10.04.2018, №75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018 вероятно выполнены не ФИО7, другим лицом.

Учитывая наличие вступившего в законную силу судебного акта о взыскании задолженности, приняв во внимание сведения налогового органа об отражении хозяйственных операций в книгах покупок/продаж контрагентов по обязательству, а также в отсутствие в материалах дела убедительных доказательств обратного, суд не нашел оснований для признания мнимого характера обязательственных правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания». 

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд не может признать обоснованными доводы ФИО1 об отсутствии реальности хозяйственных отношений между ООО «Деметра» и ООО «ЗСК».

При этом ФИО1 не лишен возможности обратиться с заявлением пересмотре определения Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по делу № А72-2833/2023 в случае отмены  решения Арбитражного суда Ульяновской области от 27.07.2020 по делу № А72-475/2020.

Апелляционный суд также отмечает, что утверждая об отсутствии реальности хозяйственных отношений с обществом «Заволжская строительная компания», ФИО1 при этом не раскрывает все обстоятельства взаимоотношений между этими сторонами и не представляет конкретные сведения и доказательства, которые бы подтверждали его доводы применительно к отношениям между этими лицами, а ограничивается указанием на приговор Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020, который не содержит выводов непосредственно по взаимоотношениям ООО «Деметра» и ООО «ЗСК».

Заключение судебной экспертизы №005/070-2024, согласно выводам которой подписи от имени ФИО7 в договоре поставки №б/н от 09.01.2018 между ООО «ЗСК» и ООО «Деметра» и товарных накладных №54 от 06.04.2018, №51 от 10.04.2018, №75 от 10.05.2018, № 79 от 13.05.2018 вероятно выполнены не ФИО7, а другим лицом, не противоречат установленным судом обстоятельствам. Поскольку приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020 установлена подконтрольность ФИО1 ряда лиц, включая ООО «Деметра» и ФИО7, и номинальный характер участия ФИО7 в деятельности должника, несоответствие подписи этого лица само по себе не опровергает наличие правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «ЗСК».

Материалами дела подтверждено совершение ООО «Деметра» ряда сделок по выводу денежных средств должника в противоправных целях, при этом поскольку ФИО1 являлся выгодоприобретателем от деятельности должника по крайней мере в части установленного приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу №1-322/2020 размера его вознаграждения от незаконных финансовых операций, указанные сделки причинили вред кредитору ООО «ЗСК», правопреемником которого является ИП ФИО2

В связи с этим суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац первый). Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица (абзац второй).

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что в настоящее время мероприятия конкурсного производства исчерпаны, перспектив пополнения конкурсной массы не имеется.

Определением от 05.03.2024 в рамках основного дела о банкротстве ООО «Деметра» принято к рассмотрению ходатайство конкурсного управляющего о завершении конкурсного производства.

Определением от 22.04.2024 производство по делу №А72-2833/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Деметра» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) приостановлено до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках обособленного спора №А72-2833-1/2023.

В производстве арбитражного суда не имеется на рассмотрении требований кредиторов о включении в реестр.

При таких обстоятельствах суд обоснованно не установил оснований для приостановления рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно уточненным сведениям конкурсного управляющего, в реестр требований кредиторов включены требования двух кредиторов: ИП ФИО2 (3 306 326,62 руб.) и ФНС России (5 000,00 руб. – санкции); размер непогашенных текущих обязательств должника составляет 271 671 руб. 94 коп.

С учетом правовой позиции, приведенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П, суммы штрафных санкций, из которых состоят требования ФНС России, в размере 5 000 руб., не подлежат включению в размер субсидиарной ответственности ФИО1

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО1 суд определяет в сумме 3 577 998 руб. 56 коп. (3 306 326,62 руб. + 271 671 руб. 94 коп.), которые подлежат взысканию с него в пользу ООО «Деметра».

Вместе с тем суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО3 в отношении его требования об исключении следующих выводов суда из мотивировочной части судебного акта: 

"Однако, суд не исключает полностью возможный мнимый характер и данного обязательства, учитывая результаты проведенной по настоящему спору судебной почерковедческой экспертизы, а также того, что в картотеке арбитражных дел (https://kad.arbitr.ru/) содержатся сведения об идентичных правоотношениях ООО «Заволжская строительная компания» с иными организациями, подконтрольность которых ФИО1 установлена приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу № 1-322/2020 (абз. 13 л. 22 определения)".

"Суд полагает, что указанные пояснения ФИО1 в совокупности с иными вышеуказанными обстоятельствами в том числе могут указывать на потенциальную мнимость правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания» (абз. 6 л. 23 определения)"

"При таких обстоятельствах суд полагает, что последствия вовлечения ООО «Деметра» в потенциально мнимые правоотношения с ООО «Заволжская строительная компания» в любом случае следует возложить на ФИО1, как на лицо, совершившее преступление с вовлечением в него должника и извлекшим материальную выгоду от таких действий (абз. 11 л. 23 определения)".

В соответствии с ч.1 ст.168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены. 

Одним из критериев, который предъявляется к судебному решению, является его соответствие требованию определенности, когда решен вопрос относительно содержания прав и обязанностей сторон в связи с тем спором, который являлся предметом рассмотрения суда. Выводы суда должны быть четкими, не допускать неопределенности в утверждении о существовании либо отсутствии между сторонами правоотношения и его существе и содержать ответ на вопросы о том, кому принадлежат права, на ком лежат обязанности, каково их конкретное содержание.

В соответствии  со ст.65 и 71 АПК РФ выводы суда не могут основываться на предположениях.

Между тем приведенные выше выводы суда первой инстанции содержат в себе предположения (допущения) относительно характера правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания», что вступает в противоречие как с выводами, содержащимися в решении Арбитражного суда Ульяновской области от 27.07.2020 по делу № А72-475/2020, так и выводами самого суда, рассматривающего дело о банкротстве, в решении от 26.06.2023 и определении от 12.09.2023 по настоящему делу, а также непосредственно в обжалуемом определении от 27 июня 2024 года. 

Принимая во внимание, что сделка между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания» не признана судом недействительной (ничтожной), а ранее вынесенными судебными актами установлена обоснованность требования кредитора к должнику, у суда  первой инстанции не имелось оснований для включения в судебный акт выводов, содержащих предположение о возможной ее недействительности. 

Как разъяснено в п.39 Постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при принятии постановления арбитражный суд апелляционной инстанции действует в пределах полномочий, определенных статьей 269 АПК РФ.

В случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

На изменение мотивировочной части судебного акта может быть также указано в резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что следует изменить мотивировочную часть определения Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по делу № А72-2833/2023, исключив из нее указанные выше выводы. 

В остальной части доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Принимая во внимание, что заявителям предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины и учитывая, что апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО3 признана обоснованной в части, в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по двум апелляционным жалобам подлежат отнесению на  ФИО1

 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по делу № А72-2833/2023 изменить. 

Исключить из мотивировочной части определения Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по делу № А72-2833/2023 следующие выводы: 

"Однако, суд не исключает полностью возможный мнимый характер и данного обязательства, учитывая результаты проведенной по настоящему спору судебной почерковедческой экспертизы, а также того, что в картотеке арбитражных дел (https://kad.arbitr.ru/) содержатся сведения об идентичных правоотношениях ООО «Заволжская строительная компания» с иными организациями, подконтрольность которых ФИО1 установлена приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 18.12.2020 по делу № 1-322/2020 (абз. 13 л. 22 определения)".

"Суд полагает, что указанные пояснения ФИО1 в совокупности с иными вышеуказанными обстоятельствами в том числе могут указывать на потенциальную мнимость правоотношений между ООО «Деметра» и ООО «Заволжская строительная компания» (абз. 6 л. 23 определения)"

"При таких обстоятельствах суд полагает, что последствия вовлечения ООО «Деметра» в потенциально мнимые правоотношения с ООО «Заволжская строительная компания» в любом случае следует возложить на ФИО1, как на лицо, совершившее преступление с вовлечением в него должника и извлекшим материальную выгоду от таких действий (абз. 11 л. 23 определения)".

В остальной части определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27 июня 2024 года по делу № А72-2833/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционных жалоб в размере 6000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                Я.А. Львов

 

Судьи                                                                                               Д.К. Гольдштейн

 

                                                                                                                      А.Г. Котельников