АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-13362/21

г. Уфа

28 декабря 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 21.12.2022

Полный текст решения изготовлен 28.12.2022

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе: судьи Хазиахметовой З.Р. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Завод Промсталь» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ОНИКС» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) об обязании заключить соглашение об инвестиционных условиях, исполнить обязательства по договорам долевого участия, инвестирования,

третьи лица: ООО «Пилигрим альфа» (ИНН 

<

***>),  ООО фирма «Интра»(ИНН 

<

***>),  ООО Дирекция программ развития г. Уфы»(ИНН 

<

***>), ООО «Лифтсервис» (ИНН 

<

***>),  ООО «Инвест-ресурс» (ИНН 

<

***>), ЖСК «Жилой дом литер 6»

при участии в судебном заседании: 

от ответчика - ФИО2, по доверенности от 30.12.2021;

от истца, третьих лиц – не явились, извещены надлежащим образом.

Общество с ограниченной ответственностью «Завод Промсталь» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ОНИКС» об обязании заключить соглашение об инвестиционных условиях и исполнить обязательства по договорам долевого участия, инвестирования перед ООО «Пилигрим Альфа», ООО фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис», ООО «Инвест-ресурс», ФИО3 Башировичем и ФИО4 (с учетом уточнений исков, принятых судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены - ООО «Пилигрим Альфа», ООО фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис», ООО «Инвест-ресурс».

Истец, извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание явку своего представителя не обеспечил, ходатайствовал об отложении судебного заседания по причине занятости представителя в ином судебном процессе и в связи с непредставлением третьим лицом доказательств по делу, истребованных судом.

Судом данное ходатайство рассмотрено и отклонено.

Согласно ч. 5 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий. 

Таким образом, положения статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса РФ носят диспозитивный характер и применяются по усмотрению суда.

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам или сочтет причины для отложения судебного разбирательства неуважительными.

В данном случае суд, учитывая мнение ответчика, а также, что ранее по ходатайству ответчика судебное заседание откладывалось, считает возможным рассмотреть дело, отклонив ходатайство истца об отложении судебного заседания. 

Участие представителя ФИО5 в ином судебном процессе не свидетельствует об отсутствии у истца реальной возможности участия в судебном заседании по настоящему делу, поскольку оно не лишено было права направить для участия в судебном заседании любого представителя с надлежащим образом оформленными полномочиями, в том числе руководителя. Истребованные у третьего лица сведения были представлены им в дело в том виде, в котором он счел возможными.

Суд учитывает, что настоящий спор рассматривается судом на протяжении продолжительного времени, представители истца неоднократно выражали свою процессуальную позицию по делу, которая также отражена истцом и в имеющихся в деле процессуальных документах.

Отложение судебного разбирательства при отсутствии в материалах дела доказательств уважительности причин невозможности обеспечения явки в судебное заседание представителя юридического лица, а также доказательств, препятствующих рассмотрению дела, приведет к необоснованному увеличению срока разрешения спора. 

Третьи лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела без их участия (пункт 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

В судебном заседании представитель ответчика возражала против удовлетворения иска по мотивам, изложенным в представленных отзывах и в письменных пояснениях, а также просила учесть выводы преюдициальных судебных актов, принятых по делу А07-2397/2021 и А07-13442/2021.

Ходатайство истца о привлечении к участию в дело в качестве третьих лиц – ФИО3 Башировича и ФИО4 судом рассмотрено и отклонено в силу следующего.

Частью 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлено, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суд. О вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение.

Предусмотренный процессуальным законодательством институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия.

В пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 года № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что в силу части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика по своей инициативе либо могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда в случае, если судебный акт, принятый по данному делу, может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. О вступлении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в процесс либо о его привлечении в процесс или об отказе в этом арбитражный суд выносит определение.

Указание истцом в ходатайстве на ФИО3 Башировича и ФИО4 как на третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, само по себе не является основанием для привлечения данных лиц к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

При разрешении вопроса о необходимости привлечения такого лица к участию в деле арбитражный суд устанавливает, каким образом судебный акт, который может быть принят по данному делу, повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора.

Установив, что судебный акт, который может быть принят по данному делу, не повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора, арбитражный суд на основании части 3 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса РФ выносит определение об отказе в привлечении (вступлении) данного лица к участию в деле.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.12.2009 года № 12523/09 указано, что предусмотренный Арбитражным процессуальным кодексом РФ институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия. Положения статей 50 и 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются общими и относятся ко всем видам арбитражного судопроизводства, не ограничивая возможность участия третьих лиц делами лишь искового характера, что отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 17.11.2005 года № 11-П.

Из смысла вышеприведенных положений законодательства и разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ следует, что при решении вопроса о привлечении к участию в деле третьего лица, арбитражный суд должен дать оценку характеру спорного правоотношения и определить юридический интерес нового участника процесса по отношению к предмету по первоначально заявленному иску.

Вместе с тем, данные лица самостоятельного интереса к участию в рассмотрению настоящего спора не заявляли.

Позиция истца о возможном нарушении их прав и законных интересов обосновывалась лишь предположениями истца о наличии между указанными лицами и ЖСК «Жилой дом литер №6» неисполненных договор паенакопления с ними, которая документально подтверждена не была.

Из представленной в дело банковской выписки по расчетному счету ЖСК «Жилой дом литер №6» усматривается, что ФИО4 денежные средства в оплату пая никогда не вносила, а ФИО3 Р.М.Б. внесенные им денежные средства в оплату пая были полностью ему возвращены.

Сами договоры паенакопления, которые, по мнению истца, не были исполнены, в материалы дела представлены не были, как и не были представлены конкретные данные вышеуказанных лиц (дата рождения, ИНН, СНИЛС, паспортные данные).

В материалы дела истцом не представлены доказательства того, что между ответчиком, ЖСК «Жилой дом литер №6», ФИО4 и ФИО3 Р.М.Б.  имеются неразрешенные разногласия, в том числе на стадии судебных споров или разрешаемые в досудебном порядке.

Следовательно, спорные правоотношения, разрешаемые в рамках настоящего спора, непосредственно не затрагивают прав и обязанностей ФИО4 и ФИО3 Р.М.Б.

Сама по себе опосредованная заинтересованность основанием для вступления указанных лиц в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, не является.

Иных заявлений и ходатайств не поступало.

       Заслушав доводы представителя ответчика, изучив представленные в материалы дела документы, арбитражный суд 

УСТАНОВИЛ:

Из материалов дела усматривается, что общество «Завод Промсталь», являясь победителем торгов, 14.02.2011 заключило с Администрацией городского округа город Уфа Республики Башкортостан договор № 16-РТ о развитии застроенной территории квартала, ограниченного улицей в створе улицы Айской, улицами Брестской, Сун-Ят-Сена, продолжением Бакалинской в Кировском районе городского округа город Уфа Республики Башкортостан. 

В рамках исполнения данного договора общество «Завод Промсталь» стало собственником: 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:362, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование - для проектирования и строительства объекта "Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (литер 6)", общая площадь 8 085 кв. м, что подтверждается записью в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 19.12.2014 N 02-04-01/430/2014-934 (свидетельство о государственной регистрации права серии 06 АЕ N 572535 от 19.12.2014); 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:1763, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование - для проектирования и строительства объекта "Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (литер 6)", общая площадь 5 802 кв. м, что подтверждается записью в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 19.12.2014 N 02-04-01/430/2014-937 (свидетельство о государственной регистрации права серии 04 АЕ N 572534 от 19.12.2014); 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:213, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование - для обслуживания жилого дома, общая площадь 517 кв. м, что подтверждается записью в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 19.12.2013 N 02-04-01/407/2013-974 (свидетельство о государственной регистрации права серии 04 АД N 866755 от 19.12.2013). 

В 2013 году общество "Завод Промсталь" на указанных земельных участках начало строительство многоквартирного дома. В целях привлечения денежных средств для осуществления его строительства общество "Завод "Промсталь" заключило как договоры участия в долевом строительстве с физическими лицами, так и договоры инвестирования с юридическими и физическими лицами (далее по тексту - инвесторы). 

Из отчета об оценке от 24.08.2017 года № 17-10-Н следует, что фактические затраты общества "Завод Промсталь" на строительство объекта "Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (литер 6) по состоянию на 04.08.2017 составили 371 509 064 руб. 45 коп., на дату оценки (21.08.2017) реализовано 7 314 кв. м квартир, стоимость реализованных квартир составила 363 596 416 руб. 

Между обществом "Завод Промсталь" (продавец) и обществом "СЗ "ОНИКС" (покупатель) 23.05.2018 заключен договор купли-продажи земельных участков, по условиям которого общество "Завод Промсталь" обязуется передать в собственность общества "СЗ "ОНИКС", земельные участки с кадастровыми номерами 02:55:010910:362, 02:55:010910:1763, 02:55:010910:213 (пункт 1.1 договора). 

В пунктах 1.3.1, 1.3.2 договора стороны указали, что покупатель осведомлен о том, что продаваемые земельные участки находятся в границах территории, в отношении которой Администрацией городского округа город Уфа Республики Башкортостан принято решение о развитии согласно постановлению Администрации городского округа город Уфа РБ от 29.12.2012 № 6234 «Об утверждении проекта планировки и проекта межевания территории квартала ограниченного улицами Сун-Ят-Сена, Брестской и Айской в Кировском районе городского округа город Уфа Республики Башкортостан», а также о том, что продавец до продажи земельных участков произвел их инвестиционные улучшения, касающиеся подготовки их к строительству, в том числе путем разработки проекта строительства. 

Кроме того согласно пункту 1.3.3 договора покупатель осведомлен о том, что до продажи земельных участков продавец заключил договоры с третьими лицами (физическими и юридическими) по инвестированию в строительство объекта "Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (Литер 6) на территории квартала ограниченного улицами Айской, Брестской, Сун-Ят-Сена, продолжением улицы Бакалинской в Кировском районе городского округа город Уфа РБ". Перечень указанных в настоящем пункте третьих лиц является неотъемлемой частью соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков. 

До подписания настоящего договора покупатель осведомлен о наличии у продавца договоров с третьими лицами (физическими и юридическими) по инвестированию в строительство объекта "Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (Литер 6) на территории квартала ограниченного улицами Айской, Брестской, Сун-Ят-Сена, продолжением улицы Бакалинской в Кировском районе городского округа город Уфа РБ" и согласен принять земельные участки с сохранением обязательств продавца по данным договорам за собой путем перемены лиц в обязательствах в порядке, установленном действующим законодательством и соглашением об инвестиционных условиях использования земельных участков. 

В пункте 2.1 договора стороны предусмотрели, что цена продажи участков определена в размере 100 000 000 руб., и подлежит оплате покупателем продавцу в течение 1 (одного) года со дня заключения настоящего договора. 

Земельные участки 24.05.2018 переданы продавцом покупателю по акту приема-передачи земельных участков. 

Между обществом "Завод Промсталь" и обществом "СЗ "ОНИКС" 09.11.2018 заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи земельных участков, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о внесении в договор следующих изменений: 

- пункт 2.1 договора изложить в следующей редакции: цена продажи земельных участков определена в размере 100 000 000 рублей, НДС не облагается, и подлежит оплате покупателем в течение 1 года со дня заключения настоящего договора. 

При этом стоимость каждого из участков определена сторонами: 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:362 - 56 130 274 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:1763 - 40 280 443 рублей; 

- земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:213 - 3 589 283 рублей. 

На момент заключения настоящего дополнительного соглашения земельные участки с кадастровыми номерами 02:55:010910:1763 и 02:55:010910:213 объединены с присвоением кадастрового номера 02:55:010910:6573. 

Стоимость земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:6573 - 43 869 726 руб.; 

- пункт 2.3 договора до момента оплаты покупателем стоимости земельного участка с кадастровым номером 02:55:010910:6573 он будет находиться в залоге у продавца в силу закона. 

Земельный участок с кадастровым номером 02:55:010910:362 не будет находиться в залоге у продавца. 

Остальные пункты договора купли-продажи земельных участков от 23.05.2018 оставлены в прежней редакции, без изменений. 

Общество "СЗ "ОНИКС" 30.01.2019 зарегистрировало право собственности на объект незавершенного строительства - многоквартирный дом степенью готовности 38%, расположенный по адресу: Российская Федерация, Республика Башкортостан, г. Уфа, на территории квартала, ограниченного улицами: Айской, Брестской, Сун-Ят-Сена, продолжением улицы Бакалинской, запись о государственной регистрации права 02:55:010910:6597-01/101/2019-2. 

Указанный объект незавершенного строительства был расположен на земельном участке с кадастровым номером 02:55:010910:362. 

Полагая, что ответчик необоснованно уклоняется от заключения с истцом соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, обязанность по заключению которого, по мнению истца, стороны предусмотрели в п. 1.3.3 договора купли-продажи от 23.05.2018 года, ООО «Завод Промсталь» обратилось в суд с рассматриваемым иском, приведя в качестве правового обоснования иска положения ст.ст. 308.1, 308.3 и 396 Гражданского кодекса РФ

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке ст.ст. 68,71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, заслушав мнения сторон, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в указанной части.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу положений статьи 46 Конституции РФ, статьи 11 Гражданского кодекса РФ заинтересованным лицам гарантировано право судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и (или) законных интересов их прав и свобод.

Выбор способа защиты, как и выбор ответчика по делу, является прерогативой истца. Выбор способа защиты нарушенного права должен осуществляться с таким расчетом, что удовлетворение именно заявленных требований и именно к этому лицу приведет к наиболее быстрой и эффективной защите и (или) восстановлению нарушенных и (или) оспариваемых прав.

Одним из условий предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд, является установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, и факта его нарушения именно ответчиком.

При этом защита нарушенных гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса РФ, а также иными способами, предусмотренными в законе.

В силу статей 11, 12 Гражданского кодекса РФ истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорному правоотношению, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

В абзаце третьем пункта 3 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 года № 2665/2012 и от 24.07.2012 года № 5761/2012 судам разъяснено, что в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты, при очевидности преследуемого им материально-правового интереса, суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению. 

Отказ в иске со ссылкой на неправильный выбор способа судебной защиты (при формальном подходе к квалификации заявленного требования) недопустим, поскольку не обеспечивает разрешение спора, определенность в отношениях сторон, баланс их интересов и стабильность гражданского оборота в результате рассмотрения одного дела в суде, что способствовало бы процессуальной экономии и максимально эффективной защите прав и интересов всех причастных к спору лиц. 

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. 

Статьей 6 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что законность при рассмотрении дел арбитражным судом обеспечивается правильным применением законов и иных нормативных правовых актов. 

Исходя из вышеуказанных императивных требований и разъяснений, суд приходит к выводу об ошибочном правовом обосновании иска, выразившегося в определении рассматриваемых по настоящему делу требований в качестве обязательственных, фактически же истцом заявлен к рассмотрению иск о понуждении заключить договор, то есть имеет место преддоговорной спор, который подлежит разрешению по специальным правилам, регулируемым ст. ст. 429, 445,446 Гражданского кодекса РФ, которые суд и считает необходимым применить при разрешении настоящего спора.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса РФ понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Общий случай заключения договора в обязательном порядке установлен также статьей 445 Гражданского кодекса РФ, по смыслу которой заключение договора обязательно исключительно для той стороны, в отношении которой ГК РФ или иным законом установлена обязанность по его заключению.

Согласно пункту 38 постановления Пленума ВС РФ № 49 от 25.12.2018 года «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор. Названная обязанность и право требовать понуждения к заключению договора могут быть предусмотрены лишь ГК РФ либо иным Федеральным законом или добровольно принятым обязательством (пункт 2 статьи 3, пункт 1 статьи 421, абзац первый пункта 1 статьи 445 ГК РФ). 

Таким образом, законодателем в приведенных нормах определено три случая возможности понуждения стороны к заключению договора:

- обязанность заключения договора предусмотрена непосредственно Гражданским кодексом РФ;

- обязанность заключения договора предусмотрена законом;

- обязанность заключения договора обусловлена добровольно принятым обязательством.

В спорной ситуации истец мотивирует свои требования достижением сторонами договоренности об обязанности в будущем заключить соглашение, согласованной сторонами в п. 1.3.3. договора от 23.05.2018 года.

Согласно пункту 1.3.3 договора купли-продажи от 23.05.2018 года стороны предусмотрели, что существенный интерес продавца в заключении настоящего договора состоит в том, что в течение 5 (пяти) дней с момента государственной регистрации перехода права собственности на указанные в настоящем договоре земельные участки стороны настоящего договора подпишут соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков, регулирующие права и обязанности продавца и покупателя по отношению к земельным участкам и условиям их использования (пункты 1.3.1 - 1.3.2 договора). Отказ от заключения соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, предусмотренного настоящим пунктом, или нарушение условий указанного соглашения влечет право продавца требовать расторжения настоящего договора купли-продажи.

Следовательно, обязанность сторон заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков действительно была предусмотрена добровольно принятым обязательством истца и ответчика.

По предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (п. 1 и 4 ст. 429 Гражданского кодекса РФ). 

Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора. В случае возникновения разногласий сторон относительно условий основного договора такие условия определяются в соответствии с решением суда. Основной договор в этом случае считается заключенным с момента вступления в законную силу решения суда или с момента, указанного в решении суда.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса РФ).

Указанное означает, что действующее гражданское законодательство РФ, предоставляя право на реализацию такого способа защиты нарушенного права как судебный порядок понуждения к заключению договора, в то же время не определяет право заинтересованного лица требовать заключать договор на любых условиях по его усмотрению, не согласованных сторонами в результате  достигнутой предварительной договоренности.

Вместе с тем, оценив условия договора от 23.05.2018 года, суд приходит к выводу, что в нарушение п. 3 ст. 429 Гражданского кодекса РФ сторонами вообще не достигнуты какие-либо конкретные условия соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, за исключением его наименования и срока заключения.  В частности, сторонами предварительно не были согласованы условия, которые заявлены истцом в рассматриваемом иске и в проекте соглашения от 19.02.2019 года, направленного истцом в адрес ответчика.

В ходе судебного разбирательства представитель истца пояснял, что условия соглашения формулировались им исходя из собственных материальных интересов.

Указанное означает, что истец не вправе требовать в судебном порядке заключения соглашения на тех условиях, которые не были приняты на себя ответчиком письменно.

Суд также отмечает, что согласно пункту 1.3.3 договора от 23.05.2018 соглашение об инвестиционном использовании земельных участков должно быть заключено в течение пяти дней с даты государственной регистрации перехода права собственности на земельные участки.

Переход права собственности на земельные участки был зарегистрирован 26.06.2018 года, а потому соглашение должно было быть заключено сторонами не позднее 03.07.2018 года.

В материалы дела не представлены доказательства того, что в период с 27.06.2018 года по 03.07.2018 года, то есть в срок, предусмотренный в пункте 1.3.3 договора от 23.05.2018 года, истец требовал, а ответчик уклонялся от заключения соглашения об инвестиционном использовании земельных участков.

Не представлено и доказательств того, что истец требовал заключения соглашения в срок до 10.10.2018 года, то есть в годичный срок с даты заключения предварительного договора (пункт 4 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, именно ответчик 14.01.2019 года первый направил истцу проект соглашения, который не был подписан истцом. Разногласия по данному проекту в адрес истца также не были направлены. 

При рассмотрении дела А07-15331/2019 установлено, что в целях исполнения обязательств пункта 1.3.3. договора от 23.05.2018 года 14.01.2019 года ответчик общество «СЗ «ОНИКС» направлял в адрес истца общества «Завод Промсталь» проект соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, согласно пункту 2 которого общество «Завод Промсталь» обязано было передать все документы (договоры, соглашения и т.п.) с третьими лицами, которым переданы права на помещения Жилого дома, а также данные по оплате ими по заключенным договорам.

В пунктах 4, 5 проекта соглашения общество «СЗ «ОНИКС» предусмотрело, что оно как покупатель приняло по договору земельные участки с обязательством перевести на себя обязанности продавца перед третьими лицами, и после получения разрешительной документации на строительство жилого дома и получения права на заключение договоров долевого участия на строительство жилого дома, а также после получения всего комплекта документации по третьим лицам обязано заключить в соответствии с требованиями действующего законодательства с третьим лицами, перечень которых указан в приложении №1, договоры участия в долевом строительстве. При этом заключение договоров участия в долевом строительстве должно производиться с третьими лицами на те же объекты, права на которые третьи лица приобрели у общества «Завод Промсталь», как напрямую, так и через участие (членство) в ЖСК «Жилом дом литер 6».

В качестве оплаты по договорам участия в долевом строительстве покупатель (общество «СЗ «ОНИКС») примет фактические и подтвержденные платежи, произведенные третьими лицами на строительство жилого дома.

Согласно пункту 11 проекта соглашения от 14.01.2019 года все затраты, строительно-монтажные работы, произведенные на земельных участках являются принадлежностью основной вещи - земельных участков и следуют судьбе основной вещи (статья 135 ГК РФ). При этом все доходы от использования земельных участков принадлежит покупателю (статья 136 ГК РФ).

В судебном заседании суда кассационной инстанции по делу А07-15331/2019 стороны пояснили, что данное соглашение не было подписано, поскольку общество «Завод Промсталь» не передало документы об оплате инвесторами стоимости жилых и нежилых помещений. 

При этом из писем общества «СЗ «ОНИКС» адресованных обществу «Завод Промсталь» от 28.01.2019 года № 7, от 11.02.2019 года № 14, от 28.02.2019 года № 20, от 15.05.2019 года № 107 следует, что оно заключило договоры участия в долевом строительстве со всеми лицами, предоставившими надлежащие документы (договоры, заключенные с обществом «Завод Промсталь», платежные документы подтверждающие оплату ему за объекты недвижимости) подтверждающие их права на приобретаемые объекты недвижимости в жилом доме.

Данные обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.02.2020 года по делу №А07-15331/2019, оставленного в силу постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2020 года и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 24.11.2020 года и являются преюдициальными для разрешения настоящего спора (п. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», несовершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается.

Таким образом, если основной договор не заключается в срок, указанный в предварительном договоре, и ни одна из сторон не направит другой стороне предложение о заключении основного договора, предварительный договор теряет свою силу, а стороны освобождаются от выполнения обязательств, предусмотренных в нем.

Сторонами не оспаривается, что в срок до 03.07.2018 года сторонами друг другу не направлялись предложения заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков. 

В сроки, установленные пунктом 5 статьи 429 и пунктом 2 статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации, преддоговорной спор об условиях соглашения об инвестиционном использовании земельных участков, либо о понуждении заключить такое соглашение, не был передан на рассмотрение суда ни истцом, ни ответчиком.

Как было указано выше, проект соглашения был направлен ответчиком в адрес истца 14.01.2019 года, а истцом в адрес ответчика только 19.02.2019 года, то есть по истечении семи месяцев с даты прекращения обязанности заключить соглашение.

В этой связи суд принимает во внимание правовую позицию, приведенную Верховным судом РФ в определении от 18.12.2018 года № 305-ЭС18-12143 по делу №А40-113011/2017, согласно которой предложение заключить договор позже установленного срока уже не имеет правового значения и контрагента нельзя понудить к заключению основного договора в судебном порядке.

В рамках дела А07-13442/2021 суды пришли к выводу, что обязательства сторон по заключению соглашения об инвестиционном использовании земельных участков прекратились 01.07.2018 года ввиду утраты интереса обоих сторон, а не по вине ответчика.

В рамках дела № А07-2397/2021 суды также пришли к выводу, что обязательства сторон по заключению соглашения об инвестиционных условиях использования земельного участка прекратились.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

При этом преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами; преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение. 

Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, определенном законом. Если в рамках предмета доказывания по двум различным делам ряд обстоятельств, которые следует установить, совпадает и арбитражный суд однажды уже сделал выводы относительно их наличия, суд не может по общему правилу прийти к другим выводам при рассмотрении дела с участием тех же лиц. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 года № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

 В системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, от 16.07.2013№ 1201-О, от 24.10.2013 № 1642-О). 

Кроме того, оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 года № 305-ЭС15-17704, от 19.03.2020 года № 305-ЭС19-24795).

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства о факте прекращения обязательств сторон по заключению соглашения об инвестиционных условиях использования земельного участка, установленные при рассмотрении дела А07-2397/2021 и А07-13442/2021, являются преюдициальными для разрешения настоящего спора, и не подлежат повторной оценке судом.

При таких обстоятельствах, следует согласиться с доводами ответчика о том, что договоренность сторон о намерениях заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков прекратила свое действие 03.07.2018 года, то есть задолго до предъявления иска по настоящему спору.

Ответчиком в ходе рассмотрения настоящего спора также заявлено о нарушении истцом срока передачи настоящего спора на рассмотрение суда.

По смыслу пункта 2 статьи 446 Гражданского кодекса РФ, если разногласия возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, суд отказывает в удовлетворении требования об их урегулировании (абзац 2 пункта 41 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49). 

В то же время, согласно правовой позиции, приведенной в абзаце 4 пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 от 25.12.2018 года «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в случае отсутствия у ответчика обязанности заключить договор или отсутствия соглашения о передаче разногласий на рассмотрение суда в принятии искового заявления о понуждении заключить договор (об урегулировании разногласий) не может быть отказано. В этом случае суд рассматривает дело по существу и отказывает в иске, если в ходе процесса стороны не выразили согласия на передачу разногласий на рассмотрение суда. 

Из условий договора от 23.05.2018 года не усматривается, что сторонами достигнуто соглашение о возможности передаче разногласий, возникших при заключении соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, на рассмотрение суда. 

Ответчик согласие на рассмотрение судом настоящего спора не выразил, напротив возражал против рассмотрения настоящего спора судом, о чем неоднократно высказывался как в процессуальных документах, так и в устных выступлениях.

Согласно п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского Кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в случае пропуска управомоченной стороной тридцатидневного срока, установленного ст. 445 Гражданского кодекса РФ для передачи протокола разногласий на рассмотрение суда, суд отказывает в удовлетворении такого требования лишь при наличии соответствующего заявления другой стороны.

Соответствующее заявление было передано ответчиком суду надлежащим образом в дополнительном отзыве, датированного 14.01.2022 года.

Ведение сторонами переговоров, урегулирование разногласий в целях заключения основного договора не могут являться основаниями для изменения момента начала течения указанного шестимесячного срока (абз. 2 п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49).

Таким образом, в силу прямого указания закона исковые требования об урегулировании разногласий за пределами пресекательного шестимесячного срока удовлетворению не подлежат. 

Судом отклоняются доводы истца о том, что условия п. 1.3.3 договора от 23.05.2018 года следует квалифицировать в качестве рамочного договора (договора с открытыми условиями), поскольку в соответствии со ст. 429.1 Гражданского кодекса РФ, рамочный договор в любом случае определяет лишь базовые общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые в последующем могут быть конкретизированы и уточнены сторонами, в то время как в настоящем случае, сторонами было лишь указано на наименование соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков, но его базовые условия не определялись и не согласовывались сторонами.

Кроме того, заключение рамочного договора не влечет за собой возможности понуждения сторон к заключению основного договора на определенных условиях, которые как было указано выше, вообще не согласовывались сторонами.

Возражения истца о необходимости применении к спорным правоотношениям абзаца 3 пункта 41 постановления от 25.12.2018 года №49 ввиду наличия предоставления, судом отклоняются. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. 

Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (пункт 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 1 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Акцепт должен быть полным и безоговорочным. 

При этом согласно пункту 2 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации молчание не является акцептом, если иное не вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или из прежних деловых отношений сторон. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - постановление № 49), в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Пункт 12 Постановления от 25.12.2018 года № 49 содержит разъяснение, согласно которому акцепт должен прямо выражать согласие направившего его лица на заключение договора на предложенных в оферте условиях (абзац второй пункта 1 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации). Ответ на оферту, который содержит иные условия, чем в ней предложено, считается новой офертой, если он соответствует предъявляемым к оферте статьей 435 Гражданского кодекса Российской Федерации требованиям (статья 443 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

С учетом приведенных положений законодательства в ситуации, когда заключение договора не является для сторон обязательным, именно наличие единой воли субъектов, заключающих договор, в отношении содержания его условий как предусмотренных законом, так и включенных по желанию любой стороны, является обязательным для вывода о признании такового заключенным. Указанное толкование следует из принципа свободы договора, предполагающего возможность принудительного вовлечения субъекта гражданского оборота в имущественное правоотношение исключительно в случаях, установленных законом, например - при заключении публичного договора, образуя основные начала гражданского законодательства (Постановление Конституционного Суда РФ от 23.02.1999 года № 4-П).

Истцом не оспаривается, что в силу статьи 426 Гражданского кодекса РФ соглашение об инвестиционном использовании земельных участков не является публичным видом договора.

Следовательно, истец, не заявивший акцепт на оферту ответчика, и не направив на нее разногласия, фактически отказался заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельного участка на условиях ответчика. Аналогичным образом, ответчик, не принявший предложение истца заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков, фактически отказался от его заключения.

Однако, данные взаимные действия сторон по направлению друг другу предложений заключения соглашения об инвестиционных условиях использования земельных участков не является предоставлением в том смысле, которое придается этому юридическому понятию в абз. 3 пункта 41 постановления от 25.12.2018 года №49.

Как было указано выше, в договоре от 23.05.2018 года сторонами в принципе не конкретизированы условия, подлежащие включению в обязательном порядке в соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков, а потому истец не может ссылаться на осуществляемое сторонами по нему предоставление ввиду того, что предоставлять в спорной ситуации сторонам попросту нечего.

Более того, в материалы дела представлены судебные акты, вынесенные по делу № А07-2397/2021, в рамках которого истцом к ответчику заявлялись требования о возмещении ему убытков именно в связи с незаключением соглашения об инвестиционном использовании земельных участков, что дополнительно опровергает доводы истца о наличии какого-либо предоставления.

Согласно пункту 2 статьи 446 Гражданского кодекса РФ, разногласия, которые возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, не подлежат урегулированию в судебном порядке.

Исходя из вышесказанного в совокупности, руководствуясь положениями пункта 5 ст. 429, пункта 1 ст. 445 и пункта 2 ст. 446 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 года № 49, принимая во внимание, что ответчик по существу спора возражал, согласие на рассмотрение спора судом не выразил, настаивал на применении последствий пропуска истцом срока, установленного пунктом 1 статьи 445 и п. 2 ст. 446 Гражданского кодекса РФ, суд приходит к выводу, что данный спор не мог быть передан истцом на рассмотрение суда.

Суд принимает во внимание также и то, что с рассматриваемым по настоящему спору иском истец обратился в суд только 27.05.2021 года, то есть практически по истечении трех лет с момента прекращения обязанности сторон заключить соглашение об инвестиционных условиях использования земельных участков, что, по мнению суда, позволяет согласиться с позицией ответчика об утрате сторонами интереса в его заключении.

Суд критически относится к доводам истца о необходимости заключения такого соглашения имеющимися у него опасениями за судьбу участников долевого строительства и инвесторов, поскольку какой-либо взаимосвязи между указанными обстоятельствами истцом доказано не было.

Более того, такое обоснование в силу ст.ст. 421,422,446 Гражданского кодекса РФ не может рассматриваться в качестве основания для предъявления иска о понуждении к заключению договора.

Доводы истца о наличии части обязательств, указанных в иске, в предварительном договоре купли-продажи от 10.10.2017 года судом также отклоняются, поскольку с момента заключения договора от 23.05.2018 года условия предварительного договора от 10.10.2017 года утратили свою силу.

Значение предварительного договора заключается в добровольном установлении между сторонами юридической связи по передаче вещи, выполнению работ, оказанию услуг в будущем, в связи с чем, они скрепляют свои обязательства договором организационного характера. 

Таким образом, стороны выполнили условия предварительного договора надлежащим образом, в связи с чем, на основании ст. 408 Гражданского кодекса РФ обязательства по предварительному договору прекратились. 

Аналогичные выводы относительно окончания действия предварительного договора от 10.10.2017 года были приведены во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.07.2019 года по делу А07-15491/2019, принятого между теми же сторонами

Также аналогичные выводы приведены во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.04.2022 года по делу А07-2397/2021, оставленного без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2022 года и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.10.2022 года, в котором суд указал, что поскольку земельные участки переданы покупателю по акту приема-передачи земельных участков от 24.05.2018 года, право собственности на земельные участки зарегистрировано за обществом «Специализированный застройщик «ОНИКС» 23.06.2018 года, следовательно, стороны исполнили предварительный договор.

Кроме того, по смыслу пункта 4 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, в предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора.

Таким образом, суды по делу №А07-2397/2021 также пришли к выводу о том, что предварительный договор прекращен его надлежащим исполнением.

В силу п. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ вышеприведенные выводы принимаются судом в качестве преюдициальных.

Приведенные обстоятельства в совокупности исключают возможность удовлетворения иска в указанной части заявленных требований.

В части требований иска об обязании исполнить обязательства перед ООО «Пилигрим Альфа», ООО Фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис», ООО «Инвест-ресурс», ФИО3 Башировичем и ФИО4 суд также приходит к выводу о их необоснованности по следующим основаниям.

Истец в качестве правового обоснования второго требования иска приводит положения ст. 308.3 Гражданского кодекса РФ, согласно которой, в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено названным Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение Гражданского кодекса Российской Федерации РФ» в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя.

Вместе с тем, истец не является кредитором должника.

Как было указано выше, истец выбыл из спорных правоотношений сторон, вытекающих из привлечения средств участников долевого строительства и инвесторов по договорам инвестирования и долевого участия на возведение многоквартирного жилого дома «Жилой дом со встроенной поликлиникой и крышной котельной (литер 6)» в связи с продажей земельного участка по договору от 23.05.2018 года ответчику, на котором он возводится.

Факт смены застройщика ООО «Завод Промсталь» на ответчика подтвержден судебными актами по делу №А07-15331/2019 и сторонами не оспаривается. 

В соответствии с частью 2 статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса РФ организации и граждане вправе обратиться в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц только в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом и другими федеральными законами.

В силу общеправового принципа, изложенного в п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ, граждане и юридические лица осуществляют принадлежащие им права по своему усмотрению, то есть своей волей и в своем интересе.

Таким образом, процессуальное право лица на предъявление иска в защиту интересов иных лиц должно быть прямо предусмотрено законом, а материальное право на реализацию гражданских прав может быть делегировано только самим правообладателем.

Однако, истцом не приведены норма права, закрепляющие за ним право обращаться в защиту интересов ООО «Пилигрим Альфа», ООО Фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис», ООО «Инвест-ресурс», ФИО3 Башировича и ФИО4.

При этом, ООО «Пилигрим Альфа», ООО Фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис» и ООО «Инвест-ресурс» самостоятельно разрешают разногласия с ответчиком, инициировав самостоятельные судебные споры.

К дате предъявления настоящего иска судебный спор был разрешен с ООО «Инвест-Ресурс», часть споров, находилась на рассмотрении суда (ООО «Пилигрим Альфа», ООО Фирма «Интра», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО «Лифтсервис»), часть споров разрешена судами по существу в настоящее время  (дело №А07-6604/2020 (ООО «Инвест-Ресурс»), А07-8575/2020 (ООО «Лифтсервис»), А07-5809/2021 (ООО Фирма «Интра»), А07-5202/2021 и А07-19140/2021 (ООО «Пилигрим-Альфа»)), спор с ООО «Дирекция программ развития г. Уфы» находится на рассмотрении суда (дело А07-2292/2020, инициирован 04.02.2020 года).

В этой связи, разрешение вопросов об исполнении обязательств перед указанными лицами в рамках рассматриваемого спора может свидетельствовать о преодолении преюдиции, что недопустимо.

Таким образом, истец не наделен правом требовать от ответчика исполнения им обязательств перед третьими лицами ООО «Инвест-Ресурс», ООО «Лифтсервис», ООО «Дирекция программ развития г. Уфы», ООО Фирма «Интра» и ООО «Пилигрим Альфа». 

В материалы дела ответчиком представлены доказательства исполнения обязательств перед большей частью инвесторов и участников долевого строительства, средства которых привлекались истцом и обязательства перед которыми были переданы впоследствии ответчику, задолго до предъявления иска по настоящему делу.

Из имеющихся в деле документов усматривается, что секции Д и Е введены в эксплуатацию 06.04.2020 года, а секции В и Г – 12.11.2021 года.

ЖСК «Жилой дом литер №6» также представило сведения о том, что между ним и его пайщиками отсутствуют неисполненные договоры паенакомпления. Данные обстоятельства не опровергнуты истцом представлением опровергающих доказательств (ст.ст. 9,65 Арбитражного кодекса РФ).

Суд также принимает во внимание, что в материалы дела истцом не представлены доказательства того, что ФИО3 Баширович и ФИО4 являются инвесторами или участниками долевого строительства, или пайщиками, соответствующие договоры в дело представлены не были.

При этом, как было указано выше, согласно имеющимся в деле выпискам по банковским счетам ЖСК «Жилой дом литер №6» и ООО СЗ «Оникс» ФИО4 денежные средства в уплату паевого взноса или в уплату по договорам долевого участия в строительстве не вносила, договор с ней представлен не был.

ФИО3 Баширович 27.11.2015 года внес денежные средства в качестве оплаты пая в ЖСК «Жилой дом литер №6», которые были ему возвращены 30.11.2015 года в полном объеме, договор с ним в материалы дела представлен не был.

Доказательств наличия правопритязаний между ФИО4, ФИО3 Р.М.Б. и ответчиком относительно неисполнения перед ними каких-либо обязательств по передаче квартир материалы дела не содержат.

При этом, данные физические лица (ФИО4 и ФИО3 Р.М.Б.) могут самостоятельно урегулировать свои разногласия, при их наличии, напрямую с ответчиком, в то время как истцом также не доказано право обращаться в суд в защиту интересов данных лиц (ст. 53 Арбитражного процессуального кодекса РФ, ст. 9 Гражданского кодекса РФ). 

Суд разъясняет, что отказ в иске в данной части требований не препятствует указанным лицам обратиться, при наличии каких-то разногласий с ответчиком, в суд с самостоятельными исками или разрешить их во внесудебном порядке. 

В рамках настоящего спора суд не делает каких-либо выводов о наличии или отсутствии у ответчика обязательств перед указанными лицами, поскольку такие выводы противоречат ст. ст. 53,69 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

С учетом изложенного, в рассматриваемом споре отсутствуют правовые и фактические основания для удовлетворения заявленных истцом требований в обозначенном им виде. При таких обстоятельствах, иск не подлежит удовлетворению.

Поскольку при принятии искового заявления истцу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины и решение принято не в пользу истца, в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение иска в сумме 12 000 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «Завод Промсталь» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ОНИКС» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) об обязании заключить соглашение об инвестиционных условиях, исполнить обязательства по договорам долевого участия, инвестирования – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Завод Промсталь» в доход федерального бюджета 12 000 руб. суммы государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан. 

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

 

Судья З.Р. Хазиахметова