АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А14-4668/2023

18 июня 2025 года

г. Калуга

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 июня 2025 года.

  Арбитражный суд Центрального округа в составе:

Председательствующего судьи

Радвановской Ю.А.,

судей

Бессоновой Е.В.,

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Григорьевой Т.В.,

при участии в судебном заседании:

от заявителя жалобы: ФИО2 - представитель ООО «ЭГП», доверенность от 09.06.2025, удостоверение адвоката;

от иных участвующих деле лиц: ФИО3 - представитель МИФНС России                № 17 по Воронежской области, доверенность от 15.01.2025, диплом, служебное удостоверение; ФИО4 - представитель МИФНС России  № 17 по Воронежской области, доверенность от 24.12.2024, диплом, служебное удостоверение; ФИО5 - представитель МИФНС России  № 17 по Воронежской области, доверенность от 15.01.2025, диплом, служебное удостоверение;

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЭГП»  по делу № А14-4668/2023,   

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭГП» обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области о признании недействительным решения № 15-09/4116 от 29.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 8 701 240 руб., пени по НДС - 2 820 932,76 руб., налога на прибыль - 17 602 736 руб., пени по налогу на прибыль - 5 096 004,93 руб., привлечения к ответственности в виде штрафа в размере - 11 799 417 руб. (с учетом уточнения требований).

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 14.11.2024 (с учетом определения об исправлении опечатки от 22.11.2024) заявленные требования удовлетворены частично, решение № 15-09/4116 от 29.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения признано недействительным в части предложения уплатить недоимку по налогу на прибыль организаций в размере 15 811 141 руб., пени по налогу на прибыль - 4 781 810,87 руб., привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере - 9 061 936,5 руб.. На Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 решение Арбитражного суда Воронежской области от 14.11.2024 в части признания недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Воронежской области № 15-09/4116 от 29.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части предложения уплатить недоимку по налогу на прибыль организаций в размере 15 811 141 руб., пени по налогу на прибыль - 4 781 810,87 руб., привлечения к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере -3 162 228 руб. отменено. В удовлетворении указанных требований отказано. В остальной части решение  суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами,  ООО «ЭГП» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу  новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.    

В обоснование своих доводов заявитель ссылается на необоснованность  выводов судов о фиктивности созданного документооборота и об отсутствии надлежащей осмотрительности у общества при выборе контрагентов, поскольку и налоговым органом и судами было установлено фактическое выполнение подрядных работ в проверяемом периоде и их принятие заказчиком, Фондом капитального ремонта многоквартирных домов Воронежской области.

Также, в обоснование своих доводов кассатор ссылается на разногласия в показаниях свидетелей, что, по его мнению, не было надлежаще оценено судами, как и в нарушение положений Главы 21 НК РФ не был обоснован отказ в предоставлении вычетов по НДС, учитывая наличие у налогоплательщика всех документов, необходимых для этого.  

От  МИФНС № 17 по Воронежской области в суд округа поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором  налоговый орган просит отказать у удовлетворении кассационной жалобы в связи с ее необоснованностью. 

В судебном заседании суда округа представитель общества поддержал доводы кассационной жалобы по основаниям в ней изложенным.

Представитель  налогового органа в судебном заседании поддержал доводы представленного отзыва.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд округа пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

По итогам выездной налоговой проверки МИФНС России № 17 по Воронежской области составлен Акт налоговой проверки от 31.03.2022 № 15-09/1355, Дополнение к Акту налоговой проверки от 09.08.2022 № 15-09/1132 и принято решение от 29.09.2022 № 15-09/4116 о привлечении ООО «ЭГП» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым обществу начислен  штраф в размере 6 538 622 руб. за неполную уплату налога на добавленную стоимость за 2018-2020, за неполную уплату налога на прибыль за 2018-2020 штраф в размере 7 041 094 руб. Кроме того, обществу доначислены налог на добавленную стоимость в сумме 17 602 736 руб., пеня по налогу на добавленную стоимость - 6 269 420,42 руб., налог на прибыль - 17 602 736 руб., пеня по налогу на прибыль - 6 287 710,16 руб..

Решением УФНС России по Воронежской области от 27.02.2023 № 15-2-18/05638@ решение от 29.09.2022 № 15-09/4116 оставлено без изменения, а жалоба общества - без удовлетворения.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции МИФНС России № 17 по Воронежской области принято решение № 15-09/10 от 29.01.2024 о внесении изменений в решение № 15-09/4116 от 29.09.2022 о привлечении ООО «ЭГП» к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым скорректирован (уменьшен) размер пеней по НДС до 5 077 715,19 руб., налог на прибыль до 5 096 004,93 руб.

Отказывая в признании незаконным налогового решения в части доначисления НДС, суды согласились с выводами налогового органа о создании налогоплательщиком формального документооборота с целью незаконного  обогащения. 

Признавая недействительным налоговое решение в части налога на прибыль, суд первой инстанции учел факты реального выполнения работ, принял во внимание заключения, предоставленные налогоплательщиком в обоснование отсутствия у ООО «ЭГП» технической возможности для выполнения таких работ своими силами, а также подтверждающие размер минимальных расходов, понесенных обществом по спорным сделкам.  

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции в этой части, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие у общества права на учет спорных расходов в части затрат на оплату спорных работ при исчислении налога на прибыль организаций ввиду допущения им искажения сведений о совершенных им операциях в части раскрытия всех сведений и документов, позволяющих установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, чем не  содействовал устранению потерь казны.

Суд округа считает такие выводы суда апелляционной инстанции правомерными и такими, что  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и правовому подходу, сформированному ВС РФ.   

В силу положений статьи 286 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. 

Так, заявитель кассационной жалобы оспаривает судебные акты в части отказа в признании налогового решения недействительным в части доначисления к уплате НДС, указывая на достаточность предоставленных им документов и правильность их оформления  со стороны налогоплательщика для проведения соответствующих вычетов.

Положения, регламентирующие условия и порядок применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, закреплены статьями 171 - 172 НК РФ.

Из содержания положений главы 21 НК РФ следует, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками (подрядчиками, исполнителями).

При этом вычеты могут быть приняты только при осуществлении реальных хозяйственных операций, обусловленных разумными экономическими причинами и подтвержденных документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из пункта 3 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.12.2023), наличие у налогоплательщика счетов-фактур и иных первичных учетных документов не является безусловным подтверждением его права на вычет сумм НДС и на учет расходов, если представленные документы в своей совокупности не подтверждают реальность хозяйственных операций.

При этом, взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (пункт 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с                                               оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденного Президиумом ВС РФ 13.12.2023).

Как установлено Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки и судами при рассмотрении дела, в проверяемый период ООО «ЭГП» выполняло подрядные работы по договорам, заключенным с Фондом капитального ремонта многоквартирных домов Воронежской области на капитальный ремонт общедомового имущества многоквартирных домов (ремонт кровли, фасада, отопления, водоотведения, электрики).

Согласно представленным ООО «ЭГП» в ходе выездной налоговой проверки документам в рамках исполнения договоров с Фондом капитального ремонта обществом были заключены договоры субподряда с ООО «Вектор», ООО «Вормтранс», ИП ФИО6, по условиям которых субподрядчики обязались выполнить комплекс работ, предназначенных для осуществления налогоплательщиком своей деятельности. 

По результатам анализа представленных обществом документов налоговый орган пришел к выводу о недостоверности сведений, указанных в первичных документах по взаимоотношениям с ООО «Вормтранс», ООО «Вектор», ИП ФИО6, а также о создании ООО «ЭГП» формального документооборота и о направленности его действий на получение необоснованной налоговой экономии ввиду отсутствия реальности хозяйственных операций с указанными контрагентами, позволивших уменьшить сумму налогов, подлежащих уплате в бюджет, исходя из применения налоговых вычетов по НДС и расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль организаций.

Так, в ходе проведенной проверки налоговым органом было выявлено, что у спорных контрагентов налогоплательщика отсутствуют материальные и трудовые ресурсы для выполнения указанных работ в соответствующем объеме, а также ООО «ЭГП» не было представлено документов, подтверждающих проявление должной осмотрительности при выборе спорных контрагентов, поиск при выборе контрагентов, либо ведение деловых переговоров. 

Из анализа операций по расчетным счетам спорных контрагентов также усматривалось, что по ним отсутствуют расходы, необходимые и характерные для осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности (перечисления за аренду офиса, склада, техники, рекламные, бухгалтерские и коммунальные услуги, услуги связи, канцтовары, охрану и т.д.). Направленность финансово-хозяйственной деятельности контрагентов на получение доходов от выполнения работ не прослеживалась, движение денежных средств по расчетным счетам носило транзитный характер. Также, по указанным счетам не производились платежи, позволяющие установить факт привлечения к выполнению работ третьих лиц при отсутствии у самих контрагентов ресурсов для производства спорных работ в заявленном размере.

В ходе налоговой проверки также была установлена взаимозависимость спорных контрагентов исходя из наличия общих сотрудников, имеющих между собой родственные связи. Так, ФИО7 и ФИО8 являлись сотрудниками ООО «Вормтранс» и ООО «Вектор», а ФИО6 состоял на момент проверки в браке с ФИО9

Кроме того, применительно к содержанию представленных обществом договоров со спорными контрагентами налоговым органом был установлен формальный подход к их оформлению: договоры со спорными контрагентами были идентичны в оформлении и по содержанию; в них не были предусмотрены санкции за невыполнение условий договоров. В представленных договорах субподряда отсутствовали приложения, являющиеся неотъемлемой частью договора, где определялся календарный план выполнения работ, график финансирования, график проведения работ, сводная смета. 

Не опровергая формальный подход к выбору контрагентов и оформлению сопровождающей спорные сделки документации, налогоплательщик указал на  достаточность в понимании статьи 172 НК РФ предоставленной им документации, находящейся в его распоряжении, для проведения вычетов, также ссылался на  фактическое выполнение подрядных работ.

Однако, такие доводы были предметом оценки апелляционной инстанции и были правомерно отклонены в виду прямого запрета, содержащегося в пункте                            1 статьи 54.1 НК РФ, согласно которому не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Так, налоговым органом были установлены следующие искажения сведений, допущенные налогоплательщиком, а также признаки введения им в цепочку хозяйственных операций «технических» компаний. 

Было установлено создание спорных юридических лиц накануне заключения договоров субподряда с налогоплательщиком (ООО «Вормтранс»), либо после их заключения (ООО «Вектор»), принятие работ по сомнительным сделкам по Актам до их заключения, отсутствие необходимых трудовых и технических ресурсов у контрагентов для их исполнения, отсутствие доказательств осуществления обычной финансово-хозяйственной деятельности контрагентами, формальность руководства контрагентов, неподтверждение выполнения ими работ по договорам силами контрагентов, наличие родственных связей среди сотрудников контрагентов, совпадение их IP-адресов, недостоверность сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Доводы общества о проявленной им должной осмотрительности при выборе контрагентов были правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, исходя из того, что действия по созданию фиктивного документооборота с  ними могли быть совершены налогоплательщиком только умышленно.  

Таким образом, суды, по мнению суда округа, пришли к верному выводу о том, что предъявление к вычету НДС на основании счетов-фактур контрагентов, состоящих в цепочке  проблемных, свидетельствует о нереальности спорных хозяйственных операций и влечет правомерный отказ налогового органа в проведении вычетов по налогу на добавленную стоимость.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ, в частности, если обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

С учетом приведенных положений не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени, при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Право на вычет сумм НДС и право на учет расходов по налогу на прибыль организаций могут быть реализованы налогоплательщиком, представившим документы, которые позволяют установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, поскольку обязанность подтвердить указанные права лежит на налогоплательщике (пункт 5 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с                                               оценкой обоснованности налоговой выгоды).   

Как правильно указали суды двух инстанций, наличие у общества документов, подтверждающих, по его мнению, исполнение сделки, само по себе не может свидетельствовать об исполнении сделок спорными контрагентами, что и представляет собой искажение сведений о совершенных хозяйственных операциях.  

Так, представленные ООО «ЭГП» документы в совокупности с установленными в ходе проверки обстоятельствами свидетельствуют о недостоверности и противоречивости сведений в отношении исполнения договоров, заключенных обществом и спорными контрагентами, опровергают реальность заявленных обществом хозяйственных операций и правомерность налоговых вычетов по спорным сделкам при исчислении НДС, а также отнесении на расходы затрат по этим сделкам, учитываемых при исчислении налога на прибыль организаций. 

Факты регистрации контрагентов в Едином государственном реестре юридических лиц, присвоения им ИНН, отсутствия задолженности в рамках исполнительных производств, споров относительно взыскания задолженности, равно как сам факт сдачи в налоговый орган отчетности не являются достаточными доказательствами, свидетельствующими о проявлении должной осмотрительности, равно как и о реальности проводимых ими хозяйственных операций.

Согласно подходу, изложенному в постановлениях Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09, от 20.04.2010 № 18162/09, от 12.02.2008 № 12210/07, проявление надлежащей осмотрительности предполагает, что при выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Учитывая совокупность изложенного, суд округа признает обоснованными выводы судов двух инстанций в этой части.

Выводы суда апелляционной инстанции относительно отсутствия оснований для признания  недействительным оспариваемого решения налогового органа в части доначисления недоимки по налогу на прибыль организаций, суд округа также считает правомерными исходя из последующего.

В силу пункта 1 статьи 246 НК РФ российские организации являются плательщиками налога на прибыль организаций, исчисление и уплата которого регулируется главой 25 НК РФ. 

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, которой для российских организаций являются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

При этом, под обоснованными расходами, на которые налогоплательщик уменьшает полученные доходы, понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме (статьи 246, 247, 252, 265, 270 НК РФ).

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе, таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Исходя из приведенных норм, представляемые налогоплательщиком документы, отражающие определенные хозяйственные операции, с которыми связаны те или иные последствия в сфере налоговых правоотношений, должны содержать сведения, соответствующие действительным обстоятельствам. Документы, содержащие недостоверные сведения, не могут являться основанием для подтверждения расходов по налогу на прибыль организаций.

Так, суд первой инстанции определил фактические налоговые обязательства заявителя по налогу на прибыль исходя из размера минимально возможной суммы расходов ООО «ЭГП» для выполнения работ в размере 79 055 696,80 руб., установленного в экспертном заключении ООО «ГлавЭкспертЦентр» от 29.09.2023 № 14723-С/23.

Однако, не соглашаясь с правомерностью такого подхода, суд апелляционной инстанции исходил из принципа добросовестности налогоплательщика, претендующего на вычет расходов из налогооблагаемой прибыли, поскольку это влечет уменьшение размера налоговой обязанности.

В частности, апелляционный суд указал на то, что согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении данной нормы реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени, при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Исходя из необходимости реализации вышеназванных публичных целей противодействия налоговым злоупотреблениям и поддержания в правоприменительной практике финансовых стимулов правомерного поведения участников оборота, в упомянутых в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ случаях последствия участия налогоплательщика в формальном документообороте должны определяться с учетом его роли в причинении потерь казне.

Соответственно, как было верно указано судом апелляционной инстанции, расчетный способ определения налоговой обязанности на основании имеющейся у налогового органа информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках (подпункт 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ) подлежит применению, если допущенное налогоплательщиком нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной им операции, нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним (пункт 10 постановления Пленума № 53).

Из этого же исходил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указывая в пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», что положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими.

Данное разъяснение Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сохраняет свое действие в условиях применения статьи 54.1 НК РФ, поскольку соотносится с предписаниями пункта 3 упомянутой статьи, в силу которых подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Напротив, если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности в такой ситуации не отвечало бы предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды, и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций.

В то же время право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны - раскрывшим в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 НК РФ сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, осуществить его налогообложение и, таким образом, вывести фактически совершенные хозяйственные операции из «теневого» (не облагаемого налогами) оборота.

Таким образом, право на вычет фактически понесенных расходов может быть реализовано в том случае, если только налогоплательщик содействовал устранению потерь казны: раскрыл сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, и способствовал его налогообложению.

При рассмотрении настоящего дела суд пришел к выводу о том, что формальный документооборот с участием ООО «Вектор», ООО «Вормтранс», ИП ФИО6 был организован самим налогоплательщиком, а спорные работы указанными контрагентами не выполнялись, напротив материалы дела и содержащиеся в нем доказательства свидетельствуют о выполнении работ самим ООО «ЭГП».

При этом, относительно экспертных заключений, предоставленных обществом, апелляционный суд указал, что выводы, изложенные в экспертном заключении № 1312-ДЭ/23 от 13.12.2023, о том, что у ООО «ЭГП» отсутствовала техническая возможность выполнить работы по договорам, заключенным между ООО «ЭГП» и Фондом капитального ремонта многоквартирных домов Воронежской области с учетом объемов и сроков выполнения работ, имеющегося штата сотрудников, их специальности, материально-технической базы общества, самостоятельно (без привлечения третьих лиц - субподрядчиков) при отсутствии сведений о лицах, фактически выполнивших спорные работы, не свидетельствуют о выполнении работ именно спорными контрагентами, равно как заключение эксперта от 29.09.2023 № 14723-С/23 также не опровергает выводы Инспекции по результатам налоговой проверки, а именно - не раскрывает сведения и документы, позволяющие установить лиц, осуществивших фактическое исполнение по сделкам и исследовать их налогообложение.

При этом, апелляционным судом было правомерно учтено, что налоговым органом применительно к спорным субподрядчикам исключены из состава расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль, только затраты на оплату соответствующих работ, тогда как в части стоимости отраженных в актах КС-2 использованных для выполнения работ материалов и иных ТМЦ соответствующие расходы налоговым органом приняты.

В силу правовых позиций Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (пункты 4, 9 и 11 постановления Пленума № 53) налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Признание налоговой выгоды необоснованной не должно затрагивать иные права налогоплательщика, предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции указано в пункте 7 Постановления № 53. 

Таким образом, установив, что обществом были совершены действия, направленные на необоснованное получение налоговой выгоды суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности налогового решения также и в этой части.  

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права. Изложенные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении им норм права, сводятся к переоценке доказательств и установлению иных обстоятельств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статей 286, 287 АПК РФ. Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств само по себе не свидетельствует о нарушении судами требований процессуального законодательства, о неправильном применении норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам дела. 

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, также не нарушены.

Кассационная жалоба общества с ограниченной ответственностью «ЭГП»   удовлетворению не подлежит.

Поскольку при обращении в суд кассационной инстанции за подачу кассационной жалобы обществу с ограниченной ответственностью «ЭГП» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 50 000 рублей подлежит взысканию с заявителя кассационной жалобы в доход федерального бюджета.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2025 по делу № А14-4668/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭГП» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                Ю.А. Радвановская

Судьи                                                                                                 Е.В. Бессонова                                                                                                   

                                                                                                     ФИО1