Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-18893/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2025 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                  Буровой А.А.

судей                                                                   Чапаевой Г.В.

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение                    от 30.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Пахомова Ю.А.) и постановление от 12.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда  (судьи Павлюк Т.В., Зайцева О.О., Хайкина С.Н.) по делу № А45-18893/2023 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Новосибирской области (630008, 

<

...>,                                    ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения № 11 от 11.07.2022, (с учетом изменений в соответствии с решением Управления Федеральной налоговой службы по Новосибирской области от 11.08.2023 № 843/1) в части доначисления НДС в размере 23 052 465 руб., пени в размере 2 874 165 руб. 27 коп., штрафа в размере 576 312 руб., НДФЛ в размере 8 588 888 руб., пени в размере                   719 103 руб. 45 коп., штрафа в размере 214 722 руб.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО6 Амиди.

В судебном заседании приняли участие представители:

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Новосибирской области – ФИО3 по доверенности от 09.09.2024, ФИО4 по доверенности от 09.04.2024;

от индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 01.06.2022.

Суд установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – заявитель, предприниматель, ИП ФИО2, налогоплательщик) обратился в арбитражный суд                  с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21                            по Новосибирской области (далее – заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 11.07.2022 № 11 (с учетом изменений                         в соответствии с решением Управления Федеральной налоговой службы                                         по Новосибирской области от 11.08.2023 № 843/1) в части доначисления налога                                на добавленную стоимость (далее – НДС) в размере 23 052 465 руб., пени в размере                             2 874 165 руб. 27 коп., штрафа в размере 576 312 руб., налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 8 588 888 руб., пени в размере 719 103 руб. 45 коп., штрафа в размере 214 722 руб.

Определением от 24.10.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 Амиди (далее – ИП ФИО6).

Решением от 30.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 12.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленного требования отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, заявитель обратился с кассационной жалобой (дополнениями к ней), в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов, изложенных в судебных актах фактическим обстоятельствам дела, просит решение и постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

По его мнению, инспекция неправомерно вменила предпринимателю создание противоправной схемы, направленной на минимизацию налоговых обязательств,                     ИП ФИО6 являлся независимым хозяйствующим субъектом, вел реальную предпринимательскую деятельность, считает неверным определение инспекцией налоговых обязательств по результатам проверки.

Инспекция возражает против удовлетворения кассационной жалобы согласно отзыву (дополнительных к нему пояснениях).

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка ИП ФИО2 по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов, сборов и страховых взносов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020, по результатам которой составлен акт проверки и 11.07.2022 принято решение № 11.

Названным решением предпринимателю предложено уплатить недоимку, пени и штрафы в общей сумме 78 771 400,59 руб., в том числе: налог, уплачиваемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения (далее – УСН), в размере 6 424 743 руб.; НДФЛ – 9 436 944 руб.; НДС – 49 969 565 руб., пени в общей сумме                   11 294 367,59 руб.; штраф в соответствии с пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс, НК РФ) (с учетом смягчающих ответственность обстоятельств) – 1 645 781 руб.

В рамках досудебного урегулирования спора налогоплательщиком подана апелляционная жалоба в Управление Федеральной налоговой службы по Новосибирской области, в результате рассмотрения которой решением от 29.05.2023 № 834 ( в редакции решения от 11.08.2023 № 843/1) решение от 11.07.2022 № 11 отменено в части начисления налога, уплачиваемого в связи с применением УСН, в размере 6 424 743 руб., НДС в размере 26 917 100 руб., НДФЛ в размере 848 056 руб., пени в размере 4 677 498,57 руб., штрафа в размере 854 747 руб.

Основанием для принятия оспариваемого решения послужили выводы налогового органа о несоблюдении ИП ФИО2 положений пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, выразившемся в умышленном совершении действий по созданию схемы «дробления бизнеса» индивидуальными предпринимателями ФИО2 и ФИО6 (отец заявителя) с целью минимизации налоговых обязательств и создания формальных условий для применения налогоплательщиком специального налогового режима, при этом фактически осуществляющими деятельность как единый хозяйствующий субъект, что повлекло утрату права на применение УСН с 4 квартала 2019 года.

Не согласившись с решением налогового органа, заявитель обратился с настоящим заявлением в Арбитражный суд Новосибирской области.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 23, 54.1, 346.11, 346.12, 346.13, 252, 265, 272 НК РФ, постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                            от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53), статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», пришли к                            выводу о соответствии оспариваемого решения налогового органа требованиям действующего законодательства и отсутствии нарушений прав и законных интересов налогоплательщика.

Оставляя без изменения обжалуемые судебные акты, суд округа исходит из доводов кассационной жалобы и конкретных обстоятельств рассматриваемого спора.

Согласно статье 57 Конституции Российской Федерации и пункту 1 статьи 3 Налогового кодекса каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения (пункты 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса).

Особенности использования УСН как специального налогового режима предусмотрены положениями главы 26.2 Налогового кодекса.

Применение УСН организациями, в частности, предусматривает их освобождение                от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, НДС (пункт 2 статьи 346.11 Налогового кодекса).

Согласно пункту 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период), если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1                      статьи 346.25 НК РФ, превысили 150 млн. руб. и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4                   статьи 346.12 и пункта 3 статьи 346.14 НК РФ, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Исходя из положений статьи 54.1 Налогового кодекса превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2).

Как следует из ряда актов Конституционного Суда Российской Федерации (постановление от 06.06.2019 № 22-П, определение от 21.05.2015 № 1036-О и др.), применение налогоплательщиком специального режима налогообложения, как правило, связано с уменьшением общего размера налоговых обязательств.

Таким образом, с учетом пункта 1 Постановления № 53 применение налогоплательщиком специального налогового режима в виде УСН является разновидностью налоговой выгоды, поскольку направлено на уменьшение размера налоговой обязанности.

В тех случаях, когда для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), полученная в связи с этим налоговая выгода может быть признана необоснованной, а объем прав и обязанностей налогоплательщика - определяется исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции или совокупности операций в их взаимосвязи (пункты 3 и 7 Постановления № 53).

Аналогичные разъяснения относительно оценки налоговых последствий финансово-хозяйственных операций даны в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Таким образом, сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение УСН данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности. Однако действия, направленные в обход установленных главой 26.2 Налогового кодекса ограничений в применении УСН как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства, могут быть квалифицированы в качестве злоупотребления правом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2022 № 308-ЭС22-15224).

В частности, о превышении установленных пределов осуществления права могут свидетельствовать: 1) распределение доходов от реализации товаров (работ, услуг) между несколькими лицами, которыми прикрывалась фактическая деятельность другого (одного) хозяйствующего субъекта, обладавшего необходимыми ресурсами для ее ведения, но не отвечавшего установленным законом условиям для применения УСН; 2) осуществление единой (общей) деятельности несколькими лицами, объединившими принадлежащие им материальные, трудовые и финансовые ресурсы при том, что в силу значительности своего объема осуществляемая ими деятельность не отвечала (перестала отвечать) ограничениям, необходимым для применения УСН, связанным, в частности, с размером полученного дохода, численностью работников, стоимостью основных средств.

В таких случаях налоговый орган определяет права и обязанности соответствующих лиц исходя из подлинного экономического содержания их деятельности путем консолидации доходов и исчисления налогов по общей системе налогообложения (пункт 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Из материалов дела следует, что в проверяемом периоде ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 07.09.2011, основной вид деятельности - 47.19 «Торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах», осуществлял розничную торговлю одеждой и обувью в магазине «Четыре Сезона», расположенном по адресу: город Петропавловск - Камчатский, проспект Победы, дом 2/2, применяя УСН со ставкой налога 6%; в 2020 году объектом налогообложения являлись доходы, уменьшенные на величину расходов, с налоговой ставкой 15 %.

ФИО6 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 20.09.2018, основной вид деятельности - 47.71 «Торговля розничная одеждой в специализированных магазинах»; в проверяемом периоде осуществлял предпринимательскую деятельность по адресам:  

<

...> 

<

...> село Мильково Камчатского края: улица Победы, дом 7А, применяя УСН с налоговой ставкой 15%.

Обстоятельства взаимозависимости предпринимателя и ФИО6 в связи с родственными отношениями не оспариваются сторонами.

Поддерживая выводы инспекции о том, что деятельность предпринимателя и взаимозависимого лица являлась фактически единым производственным процессом, направленным на достижение общего экономического результата, что разделение бизнеса носит формальный характер, суды исходили из следующих обстоятельств: взаимозависимость сторон, получение доходов участниками группы от одного вида деятельности, связанного с розничной торговлей одеждой в специализированных магазинах под единым брендом «Четыре Сезона»; ведение бухгалтерского и налогового учета у данных предпринимателей одним лицом – ФИО7; оформление магазинов «Четыре Сезона» в едином стиле (цветовое решение, оформление рекламных конструкций), рекламирование гипермаркетов осуществлялось как позиционирование единой торговой сети, указывался один единый контактный телефон, а также адрес страницы социальной сети Инстаграм – chetiri_sezona_kamchatka, на которой размещалась информация об акциях и распродажах в гипермаркете «Четыре Сезона» (указаны адреса магазинов, принадлежавших обоим предпринимателям); расположенная при входной группе информация о режиме работы исполнена одинаково, что не позволяет клиентам магазинов установить, кому именно из индивидуальных предпринимателей принадлежит то или иное торговое место; предприниматели имели одних и тех же основных поставщиков товаров; осуществляли передачу первичных документов через единую электронную почту, отправляли отчетность с использованием одних и тех же IP-адресов, оплата производилась централизованно; в декларациях указывался единый контактный номер телефона; предприниматели применяли единую логистическую схему движения товара, который в дальнейшем реализовывался в сети магазинов «Четыре Сезона»; исходя из показаний предпринимателей, оказывающих услуги перевозки, согласование мест погрузки/разгрузки  товара осуществлялось с ФИО2, документы подписывались                 в магазине ИП ФИО2, в котором  происходило также товарораспределение и                         в дальнейшем товар доставлялся в магазин ИП ФИО6; осуществление сотрудниками ИП ФИО2 трудовой деятельности в магазинах, оформленных на имя ИП ФИО6, осуществление единого учета товаров (складского учета).

Принимая судебные акты, суды нижестоящих инстанций учли также показания свидетелей.

Так, свидетель ФИО8 (протокол допроса от 26.10.2021 № 527), занимавшая должность управляющей, подтвердила установленный налоговым органом факт того, что индивидуальные предприниматели ФИО6 и ФИО2 осуществляют деятельность как единый хозяйствующий субъект, указав, что одни и те же работники могли по необходимости быть распределены как в магазин ИП ФИО2, так и в магазин ИП ФИО6; приемка всех поступающих товаров, которые в дальнейшем развозились в торговую сеть «Четыре Сезона» в г. Петропавловске-Камчатском и г. Вилючинске, осуществлялась по адресу магазина: 

<

...>, товар принимался лично ФИО8, хранился товар также по данному адресу, здесь арендовались большие площади и была выделена зона под склад. Основной объем реализуемой предпринимателями продукции приобретался                     ИП ФИО2 на оптовом рынке в г. Новосибирске и в г. Бишкеке за наличные денежные средства, подтвердила, что магазины «Четыре Сезона» разделены на индивидуальных предпринимателей для того, чтобы не превысить лимит дохода и не утратить право на применение УСН. Кассовых аппаратов покупалось больше, чем фискальных накопителей с целью сокрытия реальной выручки.

Согласно показаниям ФИО9 магазины «Четыре Сезона» являются одной торговой сетью, только оформлены на трёх родственников: ФИО6, ФИО2 и ФИО10, индивидуальные предприниматели вели деятельность с применением незарегистрированной в налоговых органах контрольно-кассовой техники.

Доводы подателя жалобы о недостоверности показаний свидетелей                    ФИО8 и ФИО9 были предметом рассмотрения судов и мотивированно отклонены со ссылкой на установленные в ходе проверки обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства.

Проанализировав первичные документы, подтверждающие взаимоотношения предпринимателей с поставщиками товаров (работ, услуг), пояснения исполнителей, акты осмотров, суды установили, что отдельные работы (услуги), оформленные на имя                        ИП ФИО6, осуществлялись (принимались) по адресу осуществления деятельности ИП ФИО2, сотрудники ИП ФИО2 принимали товар, оформленный на                          ИП ФИО6 (ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО8 и пр.), установлены факты перечисления денежных средств в счёт оплаты услуг ИП ФИО2                                 за ИП ФИО6, в рабочем кабинете ИП ФИО2 установлены мониторы,                             на которые транслируется видео с камер, расположенных в торговых залах, в том числе                с магазинов, где осуществлял деятельность ИП ФИО6, наличие у ИП ФИО2 документов, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ИП ФИО6

Учитывая перечисленные обстоятельства, а также, что в документах банка, оформленных при открытии банковского счета ИП ФИО6, указан контактный номер                              ИП ФИО2, следовательно, ИП ФИО2 являлся лицом, контролирующим операции по расчетному счету (аутентификации и подтверждение операций по расчетному счету происходило по номеру телефона, что подтвердили при допросе                            ИП ФИО2 и бухгалтер предпринимателей ФИО7), суды нижестоящих инстанций правомерно отклонили доводы налогоплательщика о самостоятельном ведении ИП ФИО6 хозяйственной деятельности.

На основании совокупности установленных обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций обоснованно сочли, что в рассматриваемом случае имело место применение предпринимателем схемы «дробления бизнеса» с участием взаимозависимого лица – ИП ФИО6 для минимизации налоговых обязательств и получения необоснованной налоговой выгоды.

Выявив признаки получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, налоговый орган произвел «реконструкцию» налоговых обязательств заявителя в соответствии подлинным экономическим смыслом и содержанием хозяйственных операций.

Судами установлено и из материалов дела следует, что расчет налоговых обязательств ИП ФИО2 произведен исходя из правил исчисления налогов по общей системе налогообложения на основе документов (информации), полученных в ходе выездной налоговой проверки, и фактов хозяйственной жизни участников схемы; при расчете налоговых обязательств инспекцией учтены расходы, соответствующие условиям статьи 252 НК РФ, а также суммы налога по УСН, уплаченные налогоплательщиком и     ИП ФИО6

Произведенный расчет налоговых обязательств проверен судами и признан верным.

В кассационной жалобе предприниматель ссылается на необоснованное исключение налоговым органом из расходов понесенных затрат по сделкам с ИП ФИО14

Судами установлено и следует из материалов дела, что в ходе проверки представлены договоры транспортной экспедиции, заключенные между                                      ИП ФИО14 и индивидуальными предпринимателями ФИО6 и ФИО2, предметом которых являлись услуги по экспедированию и организации перевозки грузов, а именно «экспедитор (ИП ФИО14) принимает на себя обязанности по организации перевозки грузов».

Согласно актам ИП ФИО14 осуществлял доставку контейнеров, в том числе по маршруту Новосибирск – Петропавловск – Камчатский.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО14 пояснил, что ФИО6 и                      ФИО2 свидетелю лично не знакомы, знает о них от ФИО15 (являлся знакомым и умер весной 2021 года). ФИО15 обратился к свидетелю с предложением, чтобы на ИП ФИО14 были перечислены денежные средства за организацию грузоперевозок для ФИО6 и ФИО2, фактически свидетель как ИП ФИО14 ничего не организовывал, всем занимался ФИО15, полученные денежные средства от предпринимателей свидетель снимал и наличными передавал ФИО15, после смерти которого денежные средства от ИП ФИО6 и                      ИП ФИО2 на расчётный счёт свидетеля не перечислялись.

Из анализа предоставленной ООО «РТ-Инвест Транспортные системы» информации о маршрутах движения транспортных средств, указанных в транспортных накладных,  установлено, что контейнеры по маршруту г. Новосибирск – г. Петропавловск – Камчатский автомобильным транспортом не доставлялись.

Из ответа ПАО «Владивостокский Морской Торговый Порт» следует, что контейнеры, которые указаны в транспортных накладных ИП ФИО14, фактически перевозились железнодорожным транспортом.

Исследовав представленные сторонами доказательства (договоры, акты, транспортные накладные, железнодорожные накладные, показания свидетелей, ответ ООО «РТ-Инвест Транспортные системы» и др.), суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание, что документы, подтверждающие фактические затраты по перевозке груза и отвечающие критериям, установленным в статье 252 НК РФ, заявителем в материалы дела не представлены, пришли к верному выводу о том, что                      у налогового органа отсутствовали основания для уменьшения налоговой базы на документально не подтвержденные расходы.

Ссылка заявителя в обоснование затрат на железнодорожные накладные судом округа отклоняется, поскольку из указанных перевозочных документов не следует, что заказчиком, отправителем, получателем груза является ИП ФИО2 либо                      ИП ФИО6, а также то, что оплата за спорную перевозку товара произведена именно налогоплательщиком или его взаимозависимым лицом.

Податель жалобы не согласен с выводами судов о правильном определении его налоговых обязательств, считая, что налоговая база должна была быть уменьшена на сумму ущерба, причиненного заявителю пожаром, а пени по НДС скорректированы                       с учетом уплаченного налога по УСН.

Так, согласно пунктам 1, 2 статьи 252 НК РФ установлена возможность учета                        в составе расходов убытков, поименованных в статье 265 НК РФ. При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Согласно подпункту 6 пункта 2 статьи 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности потери от стихийных бедствий, пожаров, аварий и других чрезвычайных ситуаций, включая затраты, связанные с предотвращением или ликвидацией последствий стихийных бедствий или чрезвычайных ситуаций. При этом                   к потерям от пожара относится стоимость уничтоженных или испорченных запасов, товаров, материалов и иного имущества, принадлежащего налогоплательщику.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 272 НК РФ, расходы, принимаемые для целей налогообложения с учетом положений настоящей главы, признаются таковыми в том отчетном (налоговом) периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты.

Проанализировав вышеприведенные нормы права, суды правильно указали, что потери от пожара следует учитывать в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они документально подтверждены и фактически определены.

Из материалов дела следует и не оспаривается предпринимателем, что ни в ходе проведения налоговой проверки, ни в ходе обжалования решения инспекции                           в вышестоящий налоговый орган им не представлялись документы, подтверждающие причиненный ущерб от пожара, в том числе первичные документы по уничтоженному товару, инвентаризационная ведомость, справка о причинах пожара и тд.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции налогоплательщик представил вступившее в законную силу Апелляционное определение Камчатского краевого суда                    от 14.03.2024, в котором судом установлена сумма причиненного заявителю ущерба в результате пожара.

При таких обстоятельствах суды нижестоящих инстанций сочли обоснованным доначисление заявителю НДФЛ за 2020 год без учета убытка, в связи с чем указали на отсутствие оснований для признания недействительным оспариваемого решения по приведенным ИП ФИО2 доводам.

При этом судом апелляционной инстанции правильно отмечено, что само право на учет данных расходов заявителем не утрачено.

Учитывая изложенное, указание судов первой и апелляционной инстанций в мотивировочной части судебных актов на подпункт 8 пункта 7 статьи 272 НК РФ                         не привело к принятию неправильного судебного акта, в связи с чем отклоняются соответствующие доводы предпринимателя о нарушении судами норм права по данному эпизоду.

Доводы предпринимателя о неверном определении по итогам проверки его налоговых обязательств не нашли подтверждения в ходе кассационного производства.

Пунктом 13 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023 (далее - Обзор от 13.12.2023), разъяснено, что размер доначисляемых налогов подлежит уменьшению таким образом, как если бы налоги, уплачиваемые элементами схемы «дробления бизнес» в связи с применением специальных налоговых режимов, в рамках проверяемых периодов уплачивались налогоплательщиком-организатором. Такой зачет производится способом, который является наиболее благоприятным для налогоплательщика (пункт 7 статьи 3 НК РФ): в первую очередь при определении размера доначисляемого налога на прибыль организаций (в рамках проверяемых периодов начиная с наиболее ранних дат возникновения недоимок), поскольку налоги, уплачиваемые в связи с применением специальных налоговых режимов, являются фискальными эквивалентами налога на прибыль организаций. Соответствующим образом производится корректировка пеней и штрафов, начисляемых по налогу на прибыль организаций. В случае если после зачета указанных платежей в счет налога на прибыль организаций остается положительная разница (незачтенный остаток), то она подлежит зачету в счет иных образовавшихся по итогам проверок недоимок, включая косвенные налоги.

Как следует из содержания оспариваемого решения инспекции (с учетом внесенной корректировки), при проведении налоговой реконструкции в целях определения реальных налоговых обязательств предпринимателя в случае применения им общей системы налогообложения учтены показатели деятельности самого налогоплательщика и                        ИП ФИО6, в том числе уплаченный ими в рамках применения специального налогового режима налог по УСН, который в полном объеме был зачтен в счет недоимки по НДФЛ путем уменьшения доначисленной суммы налога по соответствующим срокам уплаты в соответствии с пунктом 13 Обзора от 13.12.2023, начисление пени и штрафа также произведено с учетом корректировки доначисленных сумм НДФЛ по соответствующим срокам уплаты, что соответствует правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Определениях от 27.05.2024                       №301-ЭС22-11144, от 04.09.2024 № 307-ЭС24-5688.

Правильно применив указанные выше нормы права, суды нижестоящих инстанции обоснованно посчитали, что в рассматриваемом деле отсутствуют основания для признания недействительным решения налогового органа, в связи с чем правомерно отказали налогоплательщику в удовлетворении заявленного требования.

Доводы, касающиеся доказательственной базы, подлежат отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела, и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Указания заявителя в кассационной жалобе о том, что судами не исследованы все представленные в материалы дела доказательства, отсутствует их подробная оценка и изложение мотивов, в связи с которыми судами вынесены оспариваемые судебные акты, суд округа признает несостоятельными.

В судебных актах отражены как доводы налогового органа и налогоплательщика, так и оценка приводимых доводов. Суды первой и апелляционной инстанций проанализировали все обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учетом положений статей 65, 71 АПК РФ, о чем имеется ссылка в судебных актах, выводы судов мотивированы и соответствуют материалам дела.

Доводы подателя кассационной жалобы повторяют его позицию по спору, являлись предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций и не опровергают их выводы.

Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13                      «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции не усматривает предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 30.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 12.09.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-18893/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                               А.А. Бурова

Судьи                                                                                              Г.В. Чапаева

ФИО1