АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-107704/18

06 марта 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2023 года  Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2023 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего-судьи Мысака Н.Я. судей Зеньковой Е.Л., Дербенева А.А. при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего КБ «РТБК» (ООО) – ФИО1 – дов. от  15.06.2020г. № 285  

рассмотрев в судебном заседании 27 февраля 2023 года 

кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, конкурсного  управляющего КБ «РТБК» (ООО)  

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 сентября  2022 года о признании недействительными сделками: договор купли-продажи  недвижимого имущества от 01.03.2018, заключенный между Коммерческим  Банком «Русский Торговый Банк» (общество с ограниченной ответственностью)  и ФИО3; договор купли-продажи недвижимого  имущества от 19.03.2018, заключенный между ФИО3 и ФИО2 и применении  последствий недействительности сделки  

в рамках дела о банкротстве КБ «РТБК» (ООО) 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2018 в отношении  ООО КБ «РТБК» открыто конкурсное производство, функции конкурсного  управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по  страхованию вкладов». Сообщение об открытии в отношении должника  

конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 153 от  25.08.2018.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2020,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 24.02.2021, отказано в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего в лице ГК «АСВ» о признании недействительными  сделками действия по внесению 16.04.2018 ФИО3 наличных  денежных средств в размере 700 000 евро, 2 993 000 долларов США в кассу КБ  «РТБК» (далее – Банк); договора купли-продажи недвижимого имущества от  01.03.2018, заключенного между Банком и ФИО3; договора купли-продажи недвижимого имущества от 19.03.2018, заключенного между  ФИО3 и ФИО2; и о применении последствий  недействительности сделок в виде возврата сторон в первоначальное положение.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.05.2021  определение Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2020 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2021 по делу № А40107704/18 отменены, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд  города Москвы.  

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое  рассмотрение в суд первой инстанции суд округа указал, что суды ограничились  лишь формальной проверкой документов, представленных лицами,  участвующими в деле и полученными от ЦБ РФ, и не установили реальные  правоотношения сторон, тем самым, лишив ГК АСВ права на надлежащую  судебную защиту нарушенных прав.  

Необходимо было также проверить довод конкурсного управляющего о  том, что договор купли-продажи недвижимости, заключенный 01.03.2018 между  Банком и ФИО3, и договор купли-продажи недвижимости,  заключенный 19.03.2018 между ФИО3 и ФИО2,  являются притворными сделками, которые прикрывали сделку по купле-продаже  недвижимости с иным субъектным составом, а именно, между Банком и  ФИО2  

При новом рассмотрении спора определением Арбитражного суда города  Москвы от 21.02.2022 по делу № А40-107704/2018-174-140 в удовлетворении  заявления об оспаривании сделок отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02  сентября 2022 года определение Арбитражного суда города Москвы от  21.02.2022 отменено, признаны недействительными сделками:  

договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.03.2018,  заключенный между Коммерческим Банком «Русский Торговый Банк» (общество  с ограниченной ответственностью) и ФИО3;  

договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.03.2018,  заключенный между ФИО3 и ФИО2, применены  последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО2  возвратить Банку объект недвижимого имущества: нежилое помещение  площадью 393,9 кв. м, этажи: подвал № 0, этаж 1, антресоль № 1, расположенное  по адресу: 

<

...>, кадастровый номер:  

77:01:0003036:3938; восстановлено право собственности Банка на указанный  объект недвижимого имущества.  

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, ФИО2,  ФИО3, конкурсный управляющий должником обратились в  Арбитражный суд Московского округа каждый со своей кассационной жалобой,  в которых ФИО2, ФИО3 просят отменить постановление и  оставить в силе определение суд первой инстанции, в свою очередь конкурсный  управляющий КБ «РТБК» (ООО) просит изменить постановление путем  дополнения резолютивной части признанием недействительными сделками  следующих действий:  

внесение 16.04.2018 ФИО3 наличных денежных средств в кассу  Банка в размере 700 000 евро на основании приходного кассового ордера № 109  от 16.04.2018;  

внесение 16.04.2018 ФИО3 наличных денежных средств в кассу  Банка в размере 2 993 000 долларов США на основании приходного кассового  ордера № 108 от 16.04.2018.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО2, ссылается на  нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и  процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в  обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся  в деле доказательствам, утверждая, что многочисленными доказательствами,  не опровергнутыми ни конкурсным управляющим, ни обжалуемым  постановлением, подтверждается, что без денег ФИО3 у Банка не  хватило бы наличных денежных средств для совершения иных действительных  сделок.  

По мнению ФИО2, у трех рядовых сотрудников Банка не было  мотива намеренно фальсифицировать документы и под свою личную  ответственность занижать переданную им сумму на сотни миллионов. Такое  поведение рядовых сотрудников также подтверждает, что денежные средства  ФИО3 внесены были. Однако в тексте обжалуемого апелляционного  постановления не содержится ни упоминания обозначенных выше  обстоятельств, ни тем более мотивов их отклонения или переоценки.  

По мнению подателя жалобы, в настоящем случае апелляционным судом  установлен лишь единственный порок сделки – причинение вреда кредиторам  вследствие неравноценности встречного исполнения, так называемый «вывод  активов» (абз. 6 стр. 9 обжалуемого постановления). Однако указанный порок не  выходит за пределы диспозиции п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, что  исключает применение в деле о банкротстве общегражданских оснований.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО3, ссылается на  нарушение судом норм материального и процессуального права, а также  несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте,  фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам,  утверждая, что сомнения ГК «АСВ» и основанные на них выводы  апелляционного суда, независимо от их обоснованности, лишь косвенно  относятся к предмету доказывания и не имеют правового значения для исхода  спора с учетом иных установленных обстоятельств, прямо подтверждающих  реальность сделок ФИО3  

По утверждению кассатора, тот факт, что ФИО3 действительно  обладал финансовой возможностью совершить сделки, подтверждается и  установленными судами обстоятельствами. Так, часть покупной цены по  оспариваемому договору была уплачена ФИО3 в безналичной форме - путем перевода денежных средств в размере 30 000 000 рублей.  Действительность указанного платежа никем не оспаривается.  

В обоснование кассационной жалобы ГК АСВ ссылается на то ,что  Конкурсным управляющим Банком были заявлены требования (в том числе с  учетом уточнения) о признании недействительными в том числе следующих  сделок:  

внесение 16.04.2018 ФИО3 наличных денежных средств в кассу  Банка в размере 700 000 евро на основании приходного кассового ордера № 109  от 16.04.2018;  

внесение 16.04.2018 ФИО3 наличных денежных средств в кассу  Банком в размере 2 993 000 долларов США на основании приходного кассового  ордера № 108 от 16.04.2018 (т. 1 л.д. 6, т. 5 л.д. 6).  

Как следует из резолютивной части постановления Девятого арбитражного  апелляционного суда от 02.09.2022 своего разрешения данные требования не  получили.  

Вместе с тем, конкурсный управляющий Банком по данному вопросу  направил в Девятый арбитражный апелляционный суд ходатайство о вынесении  дополнительного постановления на основании ст. 178 АПК РФ.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация  о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном  интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

От конкурсного управляющего должником поступил отзыв на  кассационные жалобы ФИО2, ФИО3  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего КБ  «РТБК» (ООО) доводы своей кассационной жалобы поддержал в полном  объеме по мотивам, изложенным в ней, возражал против удовлетворения  кассационных жалоб ФИО2, ФИО3  

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд  округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является  препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.  

Изучив материалы дела, выслушав представителя конкурсного  управляющего КБ «РТБК» (ООО), обсудив доводы кассационных жалоб и  возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 АПК РФ законность  обжалуемого судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не  находит правовых оснований для его отмены ввиду следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной  инстанции,  

01.03.2018 между Банком (продавец) и ФИО3 (покупатель)  заключен договор купли-продажи объекта недвижимого имущества, а именно  нежилого помещения, площадью 393,9 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кад. № 77:01:0003036:3938. Договорная  цена имущества составила 270 000 000 руб., оплачивается следующим образом:  

не позднее 31.03.2018 в размере 30 000 000 руб. 00 коп.; не позднее 30.04.2018 –  в размере 40 000 000 руб., не позднее 31.05.2018 – в размере 200 000 000 руб.  

В счет оплаты договорной цены 22.03.2018 ФИО3 перечислил на  корреспондентский счет Банка денежные средства в размере 30 000 000 руб. 00  коп., что не оспаривается конкурсным управляющим. Оставшаяся часть  договорной цены внесена наличными денежными средствами в кассу Банка в  сумме 700 000 евро, 2 993 000 долларов США, эквивалентных 240 000 000 руб.  00 коп.  

Конкурсный управляющий считает данные операции фиктивными,  мнимыми сделками (п. 1 ст. 170 ГК РФ), в действительности никогда не  совершавшимися, ссылаясь на отсутствие в материалах дела доказательств  наличия у ФИО3 финансовой возможности совершения подобных  сделок.  

19.03.2018 между ФИО3 (продавец) и ФИО2  (покупатель) заключен договор купли-продажи указанного выше недвижимого  имущества.  

Конкурсный управляющий считает данный договор притворной сделкой (п.  2 ст. 170 ГК РФ), прикрывающей договор купли-продажи указанного выше  недвижимого имущества между Банком и ФИО2, ссылаясь на  отсутствие разумных объяснений продажи имущества спустя 18 дней с момента  покупки с существенным уменьшением договорной цены.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных  требований, пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств  совершения сделки с целью прикрыть другую сделку, а также намерения сторон  достичь несоответствующие правовые последствия.  

Суд первой инстанции отметил, что при наличии неопровергнутых  доказательств получения Банком наличных денежных средств по оспариваемым  сделкам, суд приходит к выводу, что иные обстоятельства, в том числе источник  денежных средств ФИО3, притворность договора-купли-продажи от  19.03.2018 между ФИО3 и ФИО2 (п. 2 ст. 170 ГК РФ),  не имеют правового значения для целей защиты прав и интересов кредиторов в  деле о банкротстве (ст. 61.1 Закона о банкротстве).  

Отменяя определение суда первой инстанции, и признавая требования  заявителя подлежащими удовлетворению, суд апелляционной инстанции  обоснованно исходил из следующего.  

Апелляционный суд установил, что 19.03.2018 (т.е. спустя всего 18 дней  после приобретения ФИО3 спорного недвижимого имущества и 4 дня  после регистрации права собственности) между ФИО3 (продавец) и  ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи  спорного недвижимого имущества. Договорная цена имущества при этом  составила уже 98 000 000 руб. Право собственности на спорный объект  недвижимости был зарегистрирован за ФИО2 29.03.2018.  

Агентство указывает на то, что внесения ФИО3 16.04.2018 в  кассу Банка наличных денежных средств в сумме 700 000 евро и 2 993 000  долларов США на основании приходных кассовых ордеров являлись  фиктивными банковскими операциями, в действительности никогда не  

совершавшимися, Банком были лишь оформлены не соответствующие  действительности документы.  

В обоснование якобы имевшего место факта внесения наличных денежных  средств в кассу Банка при первоначальном рассмотрении обособленного спора  были представлены копии приходных кассовых ордеров № 108, 109 от  16.04.2018, реестра операций с наличной валютой и чеками, а также оборотных  ведомостей по счетам бухгалтерского учета Банка.  

 При повторном рассмотрении настоящего обособленного спора  конкурсным управляющим Банком были представлены дополнительные  документы: выписки по счетам учета операций по кассе Банка, копии кассовых  документов дня за период с 16.04.2018 по 19.04.2018 и книги учета выданных и  принятых ценностей ФИО4  

Вместе с тем суд должен проверять не только формальное соблюдение  внешних атрибутов документов, которыми стороны подтверждают  обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и  доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности),  указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, 4 А40-107704/18  притворность и т.п.) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 по делу № А3242517/2015).  

Одним из обстоятельств, указывающих на фиктивность платежных  операций наличными денежными средствами, является отсутствие убедительных  доказательств источника аккумулирования наличных денежных средств лицом,  которое якобы распорядилось ими, т.е. отсутствие финансовой возможности  реального распоряжения таким лицом наличными денежными средствами в  соответствующем размере.  

Апелляционный суд исходил из того, что в материалы настоящего дела  были представлены справки по форме 2-НДФЛ (т. 2 л.д. 72 об., 73, приложение   № 2 к ходатайству о приобщении дополнительных доказательств от 20.01.2022),  согласно которым в 2016 – 2018 гг. единственным источником дохода ФИО3 являлся его заработок по основному месту работы в Обществе с  ограниченной ответственностью «Межрегиональная строительная компания»  (март – октябрь 2016 г.), Государственном бюджетном учреждении  здравоохранения Тверской области «Ржевская центральная районная больница»  (октябрь 2016 г. – апрель 2018 г.) (в 2016 г. доход за вычетом НДФЛ составил  151 391,23 руб., в 2017 г. – 50 859,92 руб., в 2018 г. – 37 097,16 руб.).  

Судом апелляционной инстанции учтено, что ФИО3 30.11.2015  приобрел право собственности на объекты недвижимого имущества,  расположенные в Псковской обл., у ФИО5, а уже  20.01.2016 право собственности на объекты недвижимости перешло к ФИО6 (т. 4 л.д. 3 – 7 об.) При этом ФИО6 – бывший  генеральный директор Общества с ограниченной ответственностью «Центр  Столицы» (т. 4 л.д. 8, приложение № 7 к объяснениям от 12.08.2021, т. 5),  которое является участником Банка (т. 1 л.д. 47, т. 4 л.д. 8).  

Суд апелляционной инстанции верно отметил, что в материалах дела  отсутствуют доказательства и разумные объяснения источника дохода у  

ФИО3 для приобретения им в 2015 г. объектов недвижимости в  Псковской обл. и оснований их приобретения.  

Судебная коллегия соглашается с выводом апелляционного суда  ФИО3 в материалы дела не были представлены документы, из  которых можно было бы установить дальнейшую судьбу якобы полученных от  ФИО6 денежных средств, в том числе размещение их в кредитной или  иной финансовой организации, равно как не были представлены доказательства  проведения конверсионных операций с якобы полученными от ФИО6  денежными средствами в российских рублях в доллары США и евро, которые и  были в дальнейшем якобы внесены ФИО3 в кассу Банка 16.04.2018.  

Апелляционным судом учтено, что настоящий обособленный спор  рассматривается уже около трех лет, но за это время ФИО3 не было  представлено никаких доказательств проведения конверсионных операций, даже  не было представлено каких-либо объяснений (устных либо письменных) в  каком банке им приобреталась наличная иностранная валюта. В случае  отсутствия документов ФИО3 мог бы просить о содействии суда в  собирании доказательств путем их истребования из банка, в котором им  приобреталась иностранная валюта, чего им также сделано не было.  

Апелляционный суд верно отметил, что в отсутствии каких-либо  доказательств приобретения ФИО3 наличных денежных средств в  иностранной валюте не имеет правового значения иные сведения о финансовом  и имущественном положении ответчика, в том числе сведения о якобы имевшем  место получении наличных денежных средств в размере 600 млн руб. от ФИО6, поскольку в кассу Банка ФИО3 вносились не рубли, а евро и  доллары США.  

Приобретение иностранной валюты не могло быть произведено вне  уполномоченного банка и в отсутствие каких-либо оправдательных документов,  которые в материалы настоящего обособленного спора представлены не были.  

Судом установлено, что ответчики в обоснование финансового положения  ФИО3 ссылались на наличие договора купли-продажи от 27.12.2015,  заключенного между ФИО3 и ФИО6 (т. 2 л.д. 31 – 36)  (предмет договора – земельный участок площадью 37 270,78 кв. м с  расположенными на нем зданиями, находящиеся по адресу: Псковская обл.,  Дновский р-н, д. Филиппково). Цена реализованного ФИО3  недвижимого имущества согласно договору составила 600 000 000 руб. (т. 2 л.д.  33).  

В ходе первоначального и повторного рассмотрения настоящего  обособленного спора конкурсный управляющий Банком неоднократно указывал  на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства получения денежных  средств ФИО3 от продажи ФИО6 объектов недвижимости в  Псковской обл. в размере 600 млн руб., которые в дальнейшем в результате  конвертации в иностранную валюту (никаких доказательств проведения  конверсионных операций представлено не было) частично были внесены в кассу  Банку по оспариваемым сделкам.  

Апелляционный суд отметил, что только 28.01.2022 представителем  ФИО3 в материалы дела была представлена копия расписки о  получении ФИО3 от ФИО6 денежных средств в размере 600  

млн руб. в счет оплаты по договору купли-продажи земельного участка и зданий  от 27.12.2015.  

В данном случае конкурсный управляющий Банком подтвердил  существенность сомнений в реальности внесения ФИО3 наличных  денежных средств в кассу Банка.  

В связи с этим бремя доказывания реальности совершения банковских  операций должно было быть возложено на ответчиков (определение Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11.09.2017 № 301- ЭС17-4784 по делу № А38-1381/2016).  

Апелляционный суд верно отметил, что ответчики не опровергли  отмеченные Агентством многочисленные противоречия в их поведении  здравому смыслу и обычно сложившейся практике хозяйственных  взаимоотношений.  

Суд округа соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том,  что банковские операции по внесению ФИО3 наличных денежных  средств в кассу Банка в сумме 700 000 евро и 2 993 000 долларов США являются  мнимыми (фиктивными), в действительности никогда не совершавшимися.  

Договор купли-продажи недвижимости, заключенный 01.03.2018 между  Банком и ФИО3, и договор купли-продажи недвижимости,  заключенный 19.03.2018 между ФИО3 и ФИО2,  являются притворными сделками, которые прикрывали сделку по купле-продаже  недвижимости с иным субъектным составом, а именно между Банком и  ФИО2  

Судом установлено, что ФИО3 спустя 18 дней после заключения  договора купли-продажи недвижимости с Банком и через 4 дня после перехода  права собственности продает спорную недвижимость ФИО2, при  этом стороны не раскрыли экономического смысла и необходимости заключения  цепочки последовательных сделок купли-продажи;  

сделка по продаже недвижимости ФИО2 от имени ФИО3 была заключена его представителем ФИО7, доверенность была выдана 16.03.2018 т.е. на следующий день  после перехода права собственности на спорную недвижимость к ФИО3;  

отсутствуют доказательства аккумулирования ФИО3 наличных  денежных средств в размере 700 000 евро и 2 993 000 долларов США, якобы  направленных на исполнение обязательств по договору купли-продажи от  01.03.2018;  

 отсутствуют доказательства проведения расчетов по договору купли-продажи недвижимости от 19.03.2018 между ФИО3 и ФИО2;  

отсутствуют доказательства реального владения и пользования ФИО3 спорным объектом недвижимого имущества с учетом того, что ФИО3 в 2018 г. работал в Государственном бюджетном учреждении  здравоохранения Тверской области «Ржевская центральная районная больница»  и проживал в 

<

...>;  

стороны в оспариваемых договорах купли-продажи установили, что до  полной оплаты цены покупателем недвижимое имущество не считается  

находящимся в залоге у продавца (т. 1 л.д. 15, 113), тем самым, предотвратив  какие-либо негативные последствия от совершения безденежных сделок;  

стоимость спорного недвижимого имущества по договору купли-продажи  от 01.03.2018 между Банком и ФИО3 составила 270 000 000 руб. (т. 1  л.д. 15), а уже в договоре купли-продажи от 19.03.2018 между ФИО3 и  ФИО2 продажная стоимость спорной недвижимости составила 98  000 000 руб.; снижение цены в 2,8 раза при отсутствии каких-либо пояснений  сторон о причинах такого значительного снижения противоречит здравому  смыслу и обычно сложившейся практике предпринимательской деятельности.  

Апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что ФИО2  является связанным с Банком лицом, поскольку, как следует из его налоговой  декларации за 2017 г., он получал доходы от аффилированных с Банком лиц, а  именно от Общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное  предприятие «Семеновские газоны» и ООО «Парангон-2000»  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2020 по делу №  А40- 107704/2018-174-140, оставленным без изменения постановлением  Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 установлено, что  Акционерное общество «Русинвестактив», являющееся участником Банка с  долей участия в уставном капитале в размере 19%, являлось единственным  участником ООО «СХП «Семеновские газоны».  

ФИО8 в период с 2010 по 2017 гг. являлся  генеральным директором ООО «Парангон-2000», а с 2014 г. также являлся  единственным участником данного юридического лица.  

Как установлено определением Арбитражного суда города Москвы от  27.10.2020 по делу № А40-107704/2018-174-140, оставленным без изменений  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 и  постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.06.2021, ФИО8 занимал должность начальника управления недвижимости Банка.  

При таких обстоятельствах оспариваемые договоры купли-продажи  недвижимости являются притворными сделками, прикрывавшими сделку с  иным субъектным составом – сделку по купле-продаже спорной недвижимости  между Банком и ФИО2  

Апелляционным судом учтено, что стоимость спорного недвижимого  имущества по договору купли-продажи от 01.03.2018 между Банком и  ФИО3 составила 270 000 000 руб. А уже в договоре купли-продажи от  19.03.2018 между ФИО3 и ФИО2 продажная стоимость  спорной недвижимости составила 98 000 000 руб.  

 Как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от  03.11.2020, оставленного без изменений постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 11.02.2021 и постановления Арбитражного суда  Московского округа от 28.05.2021, спорное недвижимое имущество было  приобретено ФИО9 у Коммерческого Банка  «Нефтяной Альянс» (ПАО) за 259 305 902,84 руб., а затем продано ФИО9 Банку за 265 000 000 руб. по договору купли-продажи от 18.12.2017.  Согласно заключению эксперта № 3009/20-1 рыночная стоимость спорного  имущества по состоянию на 18.12.2017 составила 264 570 000 руб. В рамках  настоящего обособленного спора ранее уже было отказано в удовлетворении  

ходатайства конкурсного управляющего Банком о назначении судебной  оценочной экспертизы.  

С учетом доводов о фиктивности внесения в кассу Банка валютных средств  реально за продажу спорной недвижимости Банк получил только 30 000 000 руб.  что в 8,8 раза меньше его действительной рыночной стоимости.  

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что прикрываемая  сделка по купле-продаже спорной недвижимости между Банком и  ФИО2 является недействительной как сделка с неравноценным  встречным предоставлением другой стороной сделки.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы  апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем  оснований для иной оценки выводов суда у суда кассационной инстанции не  имеется.  

Довод кассационной жалобы ГК АСВ о необходимости дополнения  резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции подлежит  отклонению, так как выводы суда апелляционной инстанции относительно  сделок по внесению ФИО3 наличных денежных средств в суммах  700 000 евро и 2 993 000 долларов США в кассу Банка содержатся в  мотивировочной части постановления, что, по мнению судебной коллегии суда  округа, является достаточным.  

Вопреки доводам кассаторов, выявленные судом апелляционной инстанции  пороки, позволившие признать оспариваемые сделки совершенными со  злоупотреблением правом, выходят за пределы дефектов подозрительных сделок  и не тождественны им. При таких обстоятельствах суд апелляционной  инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемые сделки по  отчуждению недвижимого имущества являются недействительными как сделки,  совершенные со злоупотреблением правом, т.е. о недействительности сделок по  ст. 10, 168 ГК РФ.  

Иные доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные  на неправильном толковании норм материального и процессуального права и  направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда  кассационной инстанции.  

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены  проверкой правильности применения судами норм материального и  процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы  права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).  

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или  считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в  обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о  достоверности или недостоверности того или иного доказательства,  преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом апелляционной  инстанции фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не  означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.  

Нормы материального права применены правильно. 

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной  инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не  имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 сентября 

2022 года по делу № А40-107704/18 оставить без изменения, кассационные  жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Н.Я. Мысак  

Судьи: Е.Л. Зенькова   А.А. Дербенёв