ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17406/2022

г. Челябинск

24 января 2023 года

Дело № А07-26940/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калашника С.Е., 

судей Арямова А.А., Плаксиной Н.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.10.2022 по делу № А07-26940/2021.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет. 

В судебном заседании принял участие представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 26.10.2022, удостоверение адвоката № 2837).

Представитель Harman International Industries, Incorporated в судебное заседание не явился, сторона признана извещенной о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы исходя из того, что при рассмотрении дела судом первой инстанции истец извещен, представитель принимал участие в судебном разбирательстве путем представления документов и пояснений, апелляционная жалоба подана с соблюдением установленного законодательством процессуального срока.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Harman International Industries, Incorporated (далее - истец, компания «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед», компания) обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик, предприниматель ФИО2, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 100 000 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.10.2022 (резолютивная часть решения объявлена 25.10.2022) исковые требования удовлетворены, с предпринимателя ФИО2 в пользу компании «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед» взыскана компенсация за нарушение исключительных прав в размере 100 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4000 руб., расходы по приобретению товара в размере 1899 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, предприниматель                     ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит отменить решение суда первой инстанции.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, исковое заявление подано неуполномоченным лицом. Доверенность от 08.06.2020 от имени компании «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед» выдана ФИО4 неуполномоченным лицом – ФИО5. Представленный протокол заседания Совета директоров от 14.02.2020 в подтверждение полномочий ФИО5 подписан этим же лицом. Доверенность от 08.06.2020 апостилирована государственным нотариусом ФИО6 Бокузци, вместе с тем нотариус в США не удостоверяет доверенность по содержанию и подтверждает лишь совершение подписи лицом, указанным в доверенности, то есть полномочия ФИО5 нотариусом не проверялись. В том случае, если данное лицо является руководителем организации, его полномочия не могут быть подтверждены  протоколом заседания Совета директоров от 14.02.2020, а выпиской из торгового реестра страны происхождения организации. Выписка из торгового реестра штата Дэлавэр от 26.08.2021 не содержит информации о менеджменте компании «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед», а является «свидетельством хорошего состояния компании».

Кроме того заявитель апелляционной жалобы указывает, что реализация товара ответчиком не доказана, так как видеозапись процесса покупки в ходе судебного разбирательства не исследовалась, приобщенный фискальный чек не содержит наименования приобретенного товара. 

Реализованный товар не соответствует промышленным образцам, зарегистрированным за истцом. Так приобретенное изделие представляет собой вертикальный ориентированный цилиндр с дугообразной ручкой для переноски в верхней части, тогда как предметом охраны промышленного образца по патенту № 98697 является горизонтально ориентированный цилиндр без каких-либо ручек. Предмет охраны промышленного образца по патенту № 92417 также имеет различия с проданным товаром, поскольку горизонтально ориентированный цилиндр не имеет форму усеченного конуса, а имеет форму шарового сегмента. Размещенное на товаре изображение также имеет отличие от товарного знака № 266284, представляющего собой сочетание букв английского алфавита «JBL». На товаре имеется буква «J» без букв «BL», то есть не создано единство композиции, различие легко определяется на взгляд рядового потребителя.

Также заявитель отмечает возможность снижения суммы назначенной компенсации, поскольку взысканный размер компенсации явно несоразмерен допущенному нарушению, учитывая незначительный объем (2 шт.) и низкую стоимость реализованного товара, отсутствие сведений о понесенных истцом убытках, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал доводы жалобы в полном объеме. 

Представителем предпринимателя ФИО2 заявлено ходатайство для целей подготовки и заявления ходатайства о назначении экспертизы. По мнению заявителя ходатайства, при рассмотрении довода о подаче иска неуполномоченным лицом суд обязан выявить действительный смысл иностранного законодательства, с учетом этого установить лиц, уполномоченных выдавать от имени организации доверенность и подписывать исковое заявление.

В удовлетворении ходатайства отказано на основании ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возможность представления в суд апелляционной инстанции дополнительных доказательств ограничена нормами статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Согласно части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Причин, объективно препятствующих заявить ходатайство о назначении экспертизы при рассмотрении дела в суде первой инстанции подателем апелляционной жалобы не приведено. Кроме того, судом принимается во внимание отсутствие соответствующего ходатайства при отсутствии причин обеспечить его подготовку и представление заблаговременно к судебному заседанию апелляционного суда.

В связи с изложенным суд расценивает ходатайство как направленное на затягивание судебного разбирательства при отсутствии к этому правовых и фактических оснований.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  компания Harman International Industries, Incorporated является правообладателем товарных знаков: 

- № 264256 - товарный знак в виде словесного обозначения «JBL» (приоритет товарного знака - 04.03.1999, дата государственной регистрации - 26.02.2004, в отношении товаров и услуг, в том числе 09 класса МКТУ - звуковая аппаратура и звуковое оборудование); 

- № 266284 - товарный знак в виде комбинированного обозначения «JBL» (приоритет товарного знака - 21.03.2003, дата государственной регистрации - 30.03.2004, в отношении товаров и услуг, в том числе 09 класса МКТУ – звуковая аппаратура и звуковое оборудование).

Указанные обстоятельства подтверждены копиями свидетельств на товарные знаки, содержащимися в материалах дела. Вышеуказанные товарные знаки являются действующими на территории Российской Федерации.

В ходе закупки, 09.12.2020 в торговых точках ИП ФИО2, расположенных по адресу: 

<

...>, ТЦ «Ишимбай», отдел «С-03», 

<

...>, ТЦ «Лето» отдел «Батареечка+», истцом по договору розничной купли-продажи приобретены товары - портативная акустическая колонка, на которых содержатся обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками истца.

В изделии использованы промышленные образцы (по патентам Российской Федерации) № 92417 дата регистрации – 17.03.2015, № 98697 дата регистрации – 25.05.2016.

Обладателем исключительного права на названную интеллектуальную собственность является истец - Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед, корпорация штата Делавэр (Соединенные Штаты Америки), что подтверждается представленными свидетельствами на товарные знаки, патентами на промышленные образцы.

В подтверждение покупки истцом представлены в материалы дела кассовые чеки от 09.12.2020 на сумму 899 рублей, на сумму 1000 рублей (общую сумму 1899 рублей), на которых содержатся сведения о стоимости проданного товара, дате продажи, а также ФИО, ИНН индивидуального предпринимателя - ответчика; приобретенный товар, а также видеосъемка (CD-диск приобщен к материалам дела), совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Поскольку использование товарных знаков и промышленных образцов ответчиком с истцом не согласовывалось, в целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия с предложением уплаты компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки и промышленные образцы, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании компенсации.

Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении ответчиком исключительных права истца, осуществляя продажу спорного товара без согласия правообладателя.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс), на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Кодекса, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как отмечено в пункте 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

В рассматриваемом случае, сравнив обозначения, зарегистрированные истцом как товарные знаки, словесное обозначение «JBL», и комбинированное словесно-изобразительное обозначение, размещенные на приобретенном у ответчика товаре (портативная колонка), судом первой инстанции установлено их сходство до степени смешения товарными знаками № 264256, № 266284, а также установлено сходство спорного товара с промышленными образцами № 92417, № 98697, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Доказательств предоставления истцом ответчику прав на введение в гражданский оборот указанных товаров в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) ответчиком в материалы дела не представлено.

Доводы апеллянта о том, что товарный знак № 266284 не может признаваться нарушением исключительного права, так как наличие единственной буквы «J» над левой частью которой размещен знак препинания «!», без букв «BL», не создает единства композиции зарегистрированного товарного знака № 266284, являются необоснованными, поскольку не опровергают вывод о контрафактности спорного товара ввиду неправомерного размещения на нем товарного знака истца и реализации его.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что приобретенный у ответчика товар имеет лишь сходство по форме с промышленным образцом № 98697, однако имеет отличную от образца поверхность, при этом у реализованного ответчиком товара отсутствует какое-либо сходство с промышленным образцом № 92417, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены как несостоятельные.

Согласно пункту 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктами 2 и 3 указанной статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Подпунктом 1 пункта 2 той же статьи предусмотрено, что использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

Промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение (пункт 3 статьи 1358 ГК РФ).

В данном случае при сопоставлении промышленных образцов № 98697, № 92417, запатентованных истцом, и реализованного ответчиком товара, судом апелляционной инстанции установлено наличие совокупности признаков, производящих на потребителя такое же общее впечатление, как и промышленные образцы № 98697, № 92417. В частности, товар имеет корпус в форме горизонтально ориентированного тела вращения, имеющего большую цилиндрическую промежуточную часть, при этом имеет усечено-конические боковые части и сетчатую поверхность корпуса - аналогично промышленному образцу № 92417, и Х-образное исполнение, равно как и промышленный образец № 98697.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия приходит к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на промышленные образцы № 98697, № 92417.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности четырех фактов нарушения исключительных прав истца ответчиком.

Факт нарушения ответчиком прав истца на товарные знаки и промышленные образцы путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

В материалы дела представлены кассовые чеки от 09.12.2020 на сумму 899 рублей, на сумму 1000 рублей (общую сумму 1899 рублей) (л.д. 24), а также видеозапись процесса закупки (л.д. 25).

В силу статьи 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Кассовые чеки от 09.12.2020, выданные при покупке товаров, позволяют определить стоимость товара, содержат сведения о фамилии, имени, отчестве и ИНН продавца (ИП ФИО2, ИНН 

<

***>), отвечают требованиям статей 67, 68 АПК РФ, следовательно, являются достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактных товаров.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ и вышеуказанных норм процессуального законодательства осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений.

Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статьи 12, 14 ГК РФ.

На представленной в материалы дела видеозаписи зафиксирован процесс приобретения товара в виде портативной колонки в картонной упаковке, которые соответствуют вещественным доказательствам, представленным в материалы дела.

В результате исследования имеющейся в материалах дела видеозаписи процесса приобретения спорного товара судом апелляционной инстанции установлено, что зафиксированная на указанной видеозаписи последовательность действий покупателя и продавца, том числе с учетом того, что спорные товары находились в торговых точках ответчика, а также с учетом фиксации на видеозаписи выданного при покупке товара чека с указанием реквизитов продавца, однозначно свидетельствует о заключении договора розничной купли-продажи между представителем истца, производившим видеосъемку и ответчиком.

Из видеозаписи процесса закупки усматривается адрес торговой точки, момент передачи денег, момент передачи чека, передачи спорного товара, что позволяет сделать вывод о том, что спорные товары реализованы представителю истца именно ответчиком.

Согласно абзацу 3 пункта 55 Постановления № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Оснований для критической оценки данной видеозаписи у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений, что не противоречит положениям статьи 50 Закона РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации».

Оценив представленные доказательства, по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности факта реализации спорного товара ответчиком. Кроме того, о фальсификации указанных доказательств в порядке, предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком в суде первой инстанции не заявлялось.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе потребовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от 10000 рублей до 5000000 рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

При этом правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ).

Согласно пунктам 59 - 62 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Вне зависимости от способа расчета суммы компенсации в исковом заявлении должна быть указана цена иска в твердой сумме (пункт 6 части 2 статьи 131 ГПК РФ, пункт 6 части 2 статьи 125 АПК РФ). Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер нарушения исключительных прав истца, а также отсутствие со стороны ответчика доказательств чрезмерности заявленной суммы компенсации, обоснованно признал возможным взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав истца в общей сумме 100 000 рублей (из расчета по 25000 рублей за незаконное использование каждого из товарных знаков и по 25000 рублей за незаконное использование каждого из промышленных образцов). 

Сторона, заявившая о необходимости снижения размера компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Апелляционный суд отмечает, что ходатайство о снижении размера компенсации предпринимателем в суде первой инстанции не заявлено, ответчиком в материалы дела не представлены соответствующие доказательства несоразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд по собственной инициативе, без представления соответствующих доказательств, не вправе произвольно снижать размер компенсации.

При таких обстоятельствах апелляционным судом также отклоняются доводы ответчика о том, что взысканный размер компенсации явно несоразмерен допущенному нарушению.

Истцом в исковом заявлении также заявлено о взыскании государственной пошлины в сумме 4000 рублей, а также расходов по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 1899 рублей.

Стоимость товара подтверждается представленными в материалы дела кассовыми чеками от 09.12.2020.

Таким образом, с учетом полного удовлетворения исковых требований, принимая во внимание компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный положениями статьями 106, 110, 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом обоснованно взысканы с ответчика в пользу истца расходы, связанные с приобретением вещественного доказательства, в размере 1899 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 4000 рублей.

В обоснование апелляционной жалобы предприниматель указывает на недостоверность представленных от лица компании доверенностей и об отсутствии полномочий у представителя на подачу искового заявления.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с указанным доводом по следующим обстоятельствам.

Как усматривается из материалов дела, ответчик в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции заявлял о фальсификации доверенности от 08.06.2020, выданной Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед.

В целях установления юридического статуса истца суд первой инстанции надлежащим образом исследовал и оценил представленные истцом документы, подтверждающие юридический статус истца (представлена выписка о текущем руководящем составе компании «Harman International Industries, Incorporated» с апостилем и нотариально удостоверенным переводом на русский язык).

Так, компанией были представлены следующие документы: апостилированная 15.06.2020 доверенность компании от 08.06.2020, согласно которой в рамках своих полномочий ФИО5 выдала доверенность ФИО4 с правом передоверия третьим лицам; выданная компанией в лице ФИО4 нотариально-удостоверенная доверенность от 14.07.2020 серии 77 АГ 1600717 на имя ФИО7; принятые 14.02.2020 на очередном собрании совета директоров компании решения о том, что ФИО5 как генеральный юрисконсульт и корпоративный секретарь является одним из административных должностных лиц компании, уполномоченных предпринимать любые действия в ее интересах.

В рамках проверки заявления о фальсификации суд первой инстанции установил, что названные документы являются достоверными, апостилированны и в соответствии с требованиями статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сопровождаются надлежащим образом заверенным переводом (нотариальным).

Представленные компанией документы (нотариально-удостоверенная и апостилированная выписка из торгового реестра) подтверждают факт инкорпорации истца на территории США и наличие у него статуса юридического лица, обладающего правоспособностью.

Проставление на нотариально заверенной доверенности от 08.06.2020 апостиля 15.06.2020 хронологически верно: 08.06.2020 доверенность компании нотариально заверена государственным нотариусом штата Коннектикут ФИО6 Бокуцзи, подлинность подписи, качество, полномочия которой подтверждены апостилем, проставленным 15.06.2020 секретарем штата Коннектикут ФИО8 Меррилл.

Довод апелляционной жалобы о том, что доверенность от имени компании «Харман Интернешенл Индастриз, Инкорпорейтед» не является нотариально удостоверенной доверенностью в силу применимого российского права, так как апостиль оформлен ненадлежащим образом, отклоняется судебной коллегией.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление Пленума № 23), при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 Гражданского кодекса Российской Федерации). Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 названного Кодекса). Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 4 и 6 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с Федеральным законом. Доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью или может быть удостоверена в соответствии с частью 7 статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 39 Постановления Пленума № 23 указано, что арбитражный суд принимает в качестве доказательств официальные документы из другого государства при условии их легализации консульскими учреждениями Российской Федерации и консульскими отделами дипломатических представительств Российской Федерации, если нормами международного договора не установлено иное.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 41 Постановление Пленума № 23 доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и, по общему правилу, не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля, если не содержит отметок официальных органов иностранного государства.

Отклоняя довод апеллянта, судебная коллегия отмечает, что подателем апелляционной жалобы нормативно не подтверждена необходимость выдачи непосредственно нотариальной доверенности от имени компании «Харман Интернешнл Индастриз, Инкорпорейшн».

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции принято при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, основания для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.10.2022 по делу № А07-26940/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяС.Е. Калашник

 

Судьи:А.А. Арямов

 

Н.Г. Плаксина