СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-9960/2023(1)-АК

Дело №А71-12444/2020

06 октября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 октября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной

судей                                И.П. Даниловой, Т.В. Макарова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от истца ООО «Производственный трест банно-прачечного хозяйства» - ФИО2, паспорт, доверенность от 17.04.2023,

от ответчика арбитражного управляющего ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 30.01.2018, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу истца общества с ограниченной ответственностью «Производственный трест банно-прачечного хозяйства» 

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 28 июня 2023 года,

вынесенное судьей Е.С. Верченовой 

в рамках дела №А71-12444/2020

по иску общества с ограниченной ответственностью «Производственный трест банно-прачечного хозяйства» г. Ижевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Ижевск, Управления Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике

к ФИО5, арбитражному управляющему ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Арт-Мастер» и взыскании убытков в размере 3 259 395,72 рубля,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6; общество с ограниченной ответственностью «Рент-Инвест»; общество с ограниченной ответственностью «Домкор Проект»; закрытое акционерное общество «Комфорт»; общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Уралбетон»; ФИО7; открытое акционерное общество «Спецгидрострой»; общество с ограниченной ответственностью «Стройком»; общество с ограниченной ответственностью «Уралполимертрейд»; общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Ижметаллсервис»; общество с ограниченной ответственностью «Завод железобетонных изделий»; общество с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ №2»; общество с ограниченной ответственностью «Гермес»; ФИО8; ФИО9; индивидуальный предприниматель ФИО10; администрации муниципального образования «город Ижевск»; союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих»; общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ»; общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь»; общество с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование»; общество с ограниченной ответственностью «АК Барс страхование»; акционерное общество Страховую компанию «Армеец»; акционерное общество «Страховая компания «Стерх»; акционерное общество «Страховая компания «Подмосковье»;  

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Производственный трест банно-прачечного хозяйства» (далее - ООО ПТ БПХ) 19.10.2020 обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к бывшему руководителю ликвидированного должника ООО «Арт-Мастер» ФИО5 о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании убытков в размере 3 259 395,72 рубля после завершения процедуры конкурсного производства по делу №А71-14642/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Арт-Мастер» (далее - ООО «Арт-Мастер»). 

Определением суда от 09.11.2020 указанное исковое заявление принято к производству по правилам главы 28.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возбуждено производство по делу с присвоением №А71-12444/2020.

Этим же определением в соответствии со статьей 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Рент-Инвест», общество с ограниченной ответственностью «Домкор Проект», закрытое акционерное общество «Комфорт», общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Уралбетон», Федеральная налоговая служба Российской Федерации в лице Управления Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике (далее - ФНС России), открытое акционерное общество «Спецгидрострой», общество с ограниченной ответственностью «Стройком», общество с ограниченной ответственностью «Уралполимертрейд», общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Ижметаллсервис», общество с ограниченной ответственностью «Завод железобетонных изделий», общество с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ №2», общество с ограниченной ответственностью «Гермес», ФИО8, ФИО9, индивидуальный предприниматель ФИО10 

Определением суда от 09.12.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация муниципального образования «город Ижевск». 

Истцом ООО ПТ БПХ 14.01.2021 представлено в суд заявление об уточнении заявленных требований, в котором просил привлечь ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании с них убытков в размере 3 259 395,72 рубля, которое принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. Также заявлено ходатайство о привлечении ФИО3 к участию в деле в качестве соответчика. 

Определением суда от 15.02.2021 к участию в деле в качестве соответчика привлечен арбитражный управляющий ФИО3. 

Определением суда от 08.08.2021 (резолютивная часть от 01.06.2021) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» (далее - СРО ГАУ), общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» (далее - ООО СК «Арсеналъ»), общество с ограниченной ответственностью «АК Барс страхование» (далее - ООО «АК Барс страхование»), общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь» (далее - ООО СК «Помощь»), общество с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование» (далее - ООО РКС), акционерное общество Страховая компания «Армеец» (далее - АО СК «Армеец»), акционерное общество «Страховая компания «Стерх» (далее - АО СК «Стерх»), акционерное общество «Страховая компания «Подмосковье» (далее - АО СК «Подмосковье»), ФИО7. 

В арбитражный суд 17.08.2021 поступило заявление УФНС России по Удмуртской Республике о присоединении к заявленным ООО ПТ БПХ требованиям о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Арт-Мастер». 

Определением суда от 19.08.2022 удовлетворено заявление УФНС Росси по Удмуртской Республике о присоединении к требованию ООО ПТ БПХ о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в деле №А71-12444/2020. УФНС России по Удмуртской Республике привлечено к участию в деле в качестве соистца. 

Ответчиками представлены возражения против заявленных требований с ходатайством о применении срока исковой давности

Истцом представлены возражения на отзыв ответчиков.   

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28 июня 2023 года (резолютивная часть от 14.06.2023) в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Производственный трест банно-прачечного хозяйства», Федеральной налоговой службы к ФИО5, ФИО3 отказано. 

Не согласившись с судебным актом, истец ООО ПТ БПХ подал апелляционную жалобу, в которой просит решение  суда от 28.06.2023 (резолютивная часть от 14.06.2023) отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований истца к ФИО5 и ФИО3 в полном объеме. 

Заявитель жалобы ссылается на то, что банкротство ООО «Арт-Мастер» произошло в результате виновных действий контролирующего лица ФИО5, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности. Суд первой инстанции необоснованно переложил бремя доказывания наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности с директора юридического лица на истца ООО ПТ БПХ. Суд проигнорировал выводы, сделанные в решении от 28.03.2017 по делу №А71-14642/2016, о наличии о общества «Арт-Мастер» признаков недостаточности имущества на октябрь 2016 года, поскольку ФИО5 (единственный участник и руководитель общества) знал об обязательствах по договору займа от 15.07.2016 перед ФИО6, подтвержденного судебным приказом; а также о наличии обвинительного приговора Первомайского районного суда г. Ижевска от 03.06.2016. В то же время общество ПТ БПХ и ФИО6 были не единственными кредиторами, о которых ФИО5 достоверно знал. В рамках дела о банкротстве общества «Арт-Мастер» установлено наличие иных кредиторов, требования которых возникли в 2015 году и подтверждены решениями арбитражного суда, размещенными на сайте kad.arbitr.ru и находящимися в свободном доступе. Следовательно, на момент принятия решения о ликвидации общества и подачи заявления о признании его банкротом у должника имелись неисполненные обязательства в размере, превышающем 12 000 000 рублей, что было отражено в судебных актах по делу о банкротстве должника ООО «Арт-Мастер» (дело №А71-14642/2016), выводы которых имеют преюдициальное значение для рассмотрения данного дела. Указанные обстоятельства однозначно свидетельствуют о недостаточности имущества и неплатежеспособности должника уже в 2015 году, однако, суд первой инстанции не ознакомился со вступившими в законную силу судебными актами в рамках дела о банкротстве общества «Арт-Мастер», несмотря на то, что их выводы явились основанием для обращения ситца с настоящим иском. Апеллянт предполагает, что ликвидация общества «Арт-Мастер» была направлена лишь на то, чтобы избежать погашения образовавшейся задолженности перед кредиторами. Считает, что выводы суда основаны на неполном исследовании обстоятельств дела и противоречат судебным актам. Указывая на необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, считает, что судом первой инстанции не учтено, что погашение требований кредиторов в процедуре банкротства ООО «Арт-Мастер» было произведено не в полном объеме. Остались неудовлетворенными требования ООО ПТ БПХ в размере 3 259 395,72 рубля по вине ФИО5, что подтверждено вступившим в законную силу приговором суда в отношении него, которым установлено, что ФИО5 знал, допускал и желал наступления для истца неблагоприятных последствий в виде причинения ущерба в особо крупном размере в результате необоснованного получения от истца денежных средств за фактически не выполненные обществом работы, сведения о выполнении которых были сфальсифицированы ответчиком, что причинило убытки истцу, не возмещенные в ходе процедуры банкротства. Со ссылкой на правовую позицию Конституционного и Верховного судов, считает неоспоримым фактом, что при наличии  признаков несостоятельности должника, ответчик, будучи контролирующим лицом, не предпринял необходимых и обязательных действий, предусмотренных Законом о банкротстве, а именно, не обратился с заявлением о банкротстве должника. Кроме того, ответчиком были совершены действия по созданию задолженности перед кредиторами, например перед истцом. Приговором суда от 03.06.2016 и определением арбитражного суда от 15.04.2019 по делу №А71-14642/2016 были установлены факты завышения должником объемов фактически выполненных для истца работ в первичных учетных документах от имени должника. Требования ООО ПТ БПХ были включены в реестр требований кредиторов общества «Арт-Мастер» в размере 1 553 866,94 рубля. Неисполнение ответчиком обязанности по обращению в суд о банкротстве общества является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности. Кроме того, полагает, что недобросовестным и неразумным поведением конкурсного управляющего ФИО3 истцу причинены значительные убытки, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков. ФИО5 достоверно знал о задолженности перед кредиторами, как минимум с начала 2015 года. Вопреки принципам разумности, ФИО5 продолжал наращивать кредиторскую задолженность, последовательно заключая договоры с контрагентами. В силу Закона о банкротстве в обязанности конкурсного управляющего входит подавать иски о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника. Между тем, соответствующее заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 от конкурсного управляющего ООО «Арт-Мастер» ФИО3 подано не было, несмотря на наличие обстоятельств, установленных статьей 61.11 Закона о банкротстве. Со ссылкой на правоприменительную практику Верховного Суда, апеллянт, полагает, что имеются основания для привлечения конкурсного управляющего к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков. В связи с тем, что требования истца в размере 3 259 395,72 рубля остались неудовлетворенными в виду отсутствия у должника имущества, апеллянт считает доказанным факт ненадлежащего исполнения обязанностей арбитражным управляющим ФИО3, поскольку он не подал заявление о привлечении бывшего руководителя общества к субсидиарной ответственности, за счет чего могли быть удовлетворены требования истца и иных кредиторов. Суд первой инстанции неверно исчислил срок исковой давности. Суд первой инстанции, вопреки требованиям Закона, связывает срок, в течение которого возможно обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, с опубликованием сведений об инвентаризации имущества должника (03.07.2017). Суд первой инстанции предъявил к истцу заведено незаконные требования, ограничив его права на защиту нарушенных прав, поставив его право на удовлетворение требований в зависимость от момента опубликования сведений об инвентаризации имущества должника. в действительности, трехлетний срок на подачу заявления начинает течь только с момента, когда кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии всей совокупности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. По мнению апеллянта, срок исковой давности подлежит исчислению не ранее даты вступления в законную силу судебного акта, которым был установлен размер убытков (т.е. ранее 08.07.2019). Конечными сроками (которые могут быть восстановлены судом), установленными Законом для подачи заявления являются: три года со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и десять лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. Исковое заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности было подано истцом как в пределах трёхлетнего срока после прекращения производства по делу о банкротстве (производство прекращено 25 мая 2020 года), когда кредитору стало известно о недостаточности активов должника, так и в пределах десяти лет со дня, когда имели место действия, являющиеся основанием для привлечения ответчика к ответственности (с июня 2014 года по январь 2015 года). В связи с чем, срок исковой давности для предъявления требования в суд пропущен не был. Основания для отказа в удовлетворении заявленных требований у суда отсутствовали. 

При подаче апелляционной жалобы истцом уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, в подтверждение чего представлено платежное поручение №200 от 24.07.2023, приобщенное к материалам настоящего дела. 

До начала судебного заседания ответчиками арбитражным управляющим ФИО3 и ФИО5 поданы отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят оставить обжалуемое решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный управляющий ФИО11 в обоснование своей позиции ссылается на то, что в процедуре банкротства ООО «Арт-Мастер» бывшим руководителем ФИО5 были переданы все документы и имущество конкурсному управляющему. В связи с чем, невозможность погашения требований кредиторов должника не имеет причинно-следственной связи с действиями руководителя по непередаче документов. Наличие судебных актов о взыскании задолженности и наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не подтверждает наличия у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Производственная деятельность должника была прекращена, в связи с чем, в целях проведения расчетов с кредиторами 06.10.2016 единственным участником ФИО5 06.10.2016 принято решение о ликвидации общества, назначении ликвидатора, определены его обязанности, о чем внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ 13.10.2016. На момент принятия решения о ликвидации ООО «Арт-Мастер» обладало достаточным имуществом для погашения требований кредиторов, что подтверждается делом о банкротстве должника и его балансом. В 2015 году общество вело безубыточную деятельность, балансовая стоимость активов составляла 158 690 тыс. рублей, кредиторская задолженность – 58 754 тыс. рублей. Исполнительные производства в отношении должника на дату принятия решения о его ликвидации отсутствовали. Общество находилось в состоянии подготовки к расчетам с кредиторами по погашению кредиторской задолженности, инвентаризации имущества, составлению промежуточного ликвидационного баланса. После подачи ФИО6 заявления о признании должника банкротом, активы должника – незавершенные строительством два многоквартирных дома ЖК «Акварель», потеряли свою коммерческую привлекательность для инвесторов, и как следствие привели к отсутствию приобретательского спроса на объекты строительства, которые могли быть реализованы в ходе ликвидационных мероприятий. Дебиторская задолженность 82 234 тыс. рублей после признания должника банкротом перешла в нулевой актив, т.к. в основном состояла из задолженности участников долевого строительства, которые отказались в последующем от права требования квартиры. Апеллянтом не представлены доказательства того, что неисполнение обязанности по обращению ликвидатора в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, привело к финансовой неплатежеспособности должника, не позволившей удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам. У руководителя отсутствовала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества. В данном случае отсутствие негативных изменений в соотношении активов и пассивов должника указывает на отсутствие признака причинения вреда кредиторам, в силу чего не имеется и условий для возложения на контролирующих лиц субсидиарной ответственности по долгам общества. Ссылка апеллянта на наличие приговора суда в отношении ФИО5 не является основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности, поскольку приговором суда были установлены конкретные обстоятельства, не являющиеся основанием для включения требований ООО ПТ БПХ при включении в реестр требований кредиторов должника. Ущерб, причиненный истцу, был возмещен ответчиком в полном объеме, доказательства чего имеются в материалах дела. Со ссылкой на правовую позицию Верховного Суда, указывает на то, что в ситуации, когда контролирующее лицо произвело компенсацию за изъятый ранее актив, по общему правилу отсутствуют основания для возложения на такое лицо ответственности по долгам подконтрольного общества. Кроме того, истец был вправе самостоятельно обратиться с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве должника. Вместе с тем, таким правом кредитор самостоятельно не воспользовался. Основания для привлечения бывшего руководителя должника и его ликвидатора к субсидиарной ответственности отсутствуют. Истец, со ссылкой на приговор суда от 03.06.2016, вменяет в вину конкурсного управляющего, что он располагал объективными данными о необходимости обращения с заявлением о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности, но с таким заявлением не обратился. Однако, вред, причиненный действиями ФИО5. был возмещен полностью. Иных виновных действий (бездействия) ФИО5, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов в ходе банкротства, апеллянтом не приведено. Не представлены доказательства обращения с таким заявлением в адрес конкурсного управляющего в ходе процедуры банкротства и до даты завершения конкурсного производства. Отмечает, что со стороны конкурсного управляющего ООО «Арт-Мастер» противоправных действий за весь период процедуры конкурсного производства не совершалось, ни одной жалобы кредиторами или иными заинтересованными лицами не подавались. Кроме того, в процедуре банкротства были погашены 100% требований, включенных в реестр по передаче жилых помещений; 100% требований кредиторов второй и третьей очередей, а также 77,66% требований кредиторов четвертой очереди. При таких обстоятельствах считает, что апеллянтом не приведено доказательств, позволяющих сделать вывод о недобросовестности поведения конкурсного управляющего ООО «Арт-Мастер». Также отсутствуют основания для взыскания с конкурсного управляющего убытков, поскольку апеллянтом не доказаны ни противоправность действий (бездействия) конкурсного управляющего, ни причинно-следственная связь между действиями и наступившими последствиями. В обоснование своей позиции об исчислении сроков исковой давности апеллянт ссылается на определение суда от 15.05.2019 (дополнительное), которым в реестр включены расходы по оплате экспертизы. Данный судебный акт не является судебным актом, которым установлен размер убытков общества ПТ БПХ, как на то ссылается апеллянт. Из приговора суда следует, что в вину ФИО5 вменяются конкретные деяния, совершенные им с июня 2014 года по январь 2015 года. Кроме того, истцом в вину ответчика вменяется бездействие до 15.11.2016 по подаче заявления о банкротстве общества. В этот период применительно к заявленным основаниям, вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности регулировался положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 28.06.2013 №134-ФЗ, а не положениями статей 61.12. и 61.19 Закона о банкротстве. Соответственно, к возникшим правоотношениям подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату совершения вменяемых действий. Ввиду того, что в настоящем дела в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ответчику вменяются конкретные деяния, совершенные в период с июня 2014 года по январь 2015 года, и в период времени до 15.11.2016, а также того, что заявление о привлечении к ответственности подано в арбитражный суд 19.10.2020, т.е. по истечении 5 лет с момента совершения инкриминируемых ответчику деяний, по истечение 3 лет с момента открытия конкурсного производства, учитывая, что в период с 04.04.12017 (дата открытия конкурсного производства) и до подачи настоящего заявления кредитор не принимал никаких действий по подаче в установленном порядке заявления о привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а никаких объективных препятствий к подаче указанного заявления не имелось, управляющий констатирует, что исковое заявление истца было подано более, чем через три года с того момента, когда кредитор узнал о наличии оснований для подачи данного заявления, а значит срок исковой давности в данном случае пропущен. В связи с чем, суд правомерно указал в обжалуемом судебном акте о наличии оснований для применения срока исковой давности. Полагает, что апеллянтом не доказана вся совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию для привлечения к ответственности конкурсного управляющего ФИО3 

Ответчик ФИО5 в обоснование своей позиции указывает на то, что судом первой инстанции сделан правильный вывод об отсутствии оснований полагать, что на 13.10.2016 у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества. В связи с чем, у руководителя отсутствовала обязательств по подаче заявления о банкротстве общества «Арт-Мастер». За 2016 год финансовые показатели были сформированы в марте 2017 года, в то время как решение о ликвидации общества было принято в октябре 2016 года, а ФИО6 обратился с заявлением о банкротстве до 09.11.2016. Следовательно, обязанность ФИО5 по подаче заявления о банкротстве не могла быть исполнена, поскольку, с одной стороны, он не обладал необходимыми объективными данными о неплатежеспособности общества или недостаточности имущества (промежуточный ликвидационный баланс не составлялся), а с другой стороны, ФИО6 уже обратился в суд с заявлением о банкротстве должника. само по себе наличие задолженности перед контрагентами не свидетельствует однозначно о том, что должник не способен удовлетворить требования кредиторов. Иной даты, с которой у ФИО5 возникла соответствующая обязанность обратиться с заявлением о банкротстве общества, истец не приводит. Договор, в рамках которого возникла задолженность перед истцом, возникла в 2013 году, т.е. до возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества. Соответственно, задолженность по нему не может быть включена в размер субсидиарной ответственности. Не усматривая в действиях ФИО5 противоправных действий, судом был сделан вывод о том, что договор подряда с истцом был заключен в процессе обычной хозяйственной деятельности должника и не причинил обществу «Арт-Мастер» убытков и не повлек для должника иных негативных последствий (вывод активов общества, заведомо неправомерная цель сделки, намерение причинить вред кредиторам и т.п.). В рассматриваемом случае у общества «Арт-Мастер» отсутствуют убытки, вызванные исполнением договора подряда от 25.11.2013; в действиях ФИО5 отсутствует элемент противоправности. Тот факт, что ФИО5 при исполнении указанного договора совершил преступление, предусмотренное частью 4 статьи 159 УК РФ, не свидетельствует, что именно эти деяния привели к невозможности удовлетворения всех требований кредиторов. Отсутствует причинно-следственная связь между этими действиями и наступившими последствиями. Суд также правильно отклонил требования, заявленные истцом к конкурсному управляющему ФИО3. считает, что исковое заявление подано истцом по истечении одногодичного срока исковой давности, предусмотренного действовавшей на 08.07.2017 статьей 10 Закона о банкротстве, о чем подробно изложено в обжалуемом судебном акте. Считает решение в этой части законным и обоснованным. Доводы апеллянта о необходимости применения норм статьи 61.14 Закона о банкротстве противоречат основным положениям гражданского законодательства о действии нормативных актов во времени. 

В судебном заседании представитель истца ООО ПТ БПХ поддержал доводы жалобы, просил отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика арбитражного управляющего ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просила обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела ООО «Арт-Мастер» было зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России №8 по Удмуртской Республике 15 мая 2007 года, государственный регистрационный номер 1071840004301. 

Единственным учредителем (участником) и единоличным исполнительным органом (директором) ООО «Арт-Мастер» являлся ФИО5, которым 06 октября 2016 года было принято решение о ликвидации общества, назначении ликвидатора, определены обязанности ликвидатора. 

В Единый государственный реестр юридических лиц 13 октября 2016 года внесена запись о принятии решения о ликвидации юридического лица.

Определением арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.11.2016 было принято к производству заявление кредитора ФИО6 о признании ООО «Арт-Мастер» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве №А71-14642/2016. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2017 (резолютивная часть от 28.03.2017) ООО «Арт-Мастер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, член НП СРО «Гильдия арбитражных управляющих». 

При банкротстве ООО «Арт-Мастер» применены правила параграфа 7 главы IX ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции ФЗ от 12.07.2011г. №210-Ф3.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2019 (резолютивная часть от 01.04.2019) требование ООО ПТ БПХ в размере 12 553 866,94 рубля, в т.ч. 11 968 789,86 рубля долга и 585 077,08 рубля штрафных санкций, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. В удовлетворении остальной части требования отказано.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.07.2017 требование ФНС в размере 38 143,62 рубля включено в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.09.2017 требование ФНС в размере 333 553,63 рубля включено во вторую очередь реестра требований кредиторов должника и требование в размере 146 415,01 рубля - в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.09.2019 требование ФНС в размере 3 875,00 рублей штрафа признано обоснованным, подлежащим удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В ходе процедуры конкурсного производства во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов в размере 1 403 841,50 рубля, в третью очередь – 5 125 444,00 рублей, в четвертую очередь – 33 523 181,56 рубля; размер требований, подлежащих удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве составил 30 711 373,04 рубля.  

Конкурсная масса сформирована в размере 40 698 854,50 рубля.

В конкурсном производстве произведено 100% погашение реестра требований кредиторов, включенных в реестр требований о передаче жилых помещений. 

Суммарный размер денежных требований составил 31 694 285,50 рубля, в т.ч. требований второй и третьих очередей в размере 100% и четвертой очереди – 77,66 % или 25 165 000,00 рублей.

Также в полном объеме погашены требования по текущим обязательствам.

В остальной части требования кредиторов не погашены в связи с отсутствием денежных средств. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.05.2020 (резолютивная часть оглашена 22.05.2020) конкурсное производство, открытое в отношении ООО «Арт-Мастер», завершено.

В ЕГРЮЛ 29.06.2020 внесена запись о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства. 

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ООО ПТ БПХ указало, что банкротство должника и, как следствие, неполное удовлетворение должником требований кредиторов произошло в результате целого ряда виновных действий контролирующего лица должника – бывшего директора ООО «Арт-Мастер» ФИО5, связанных с управлением должником, а именно совершением виновных действий, подтвержденных вступившим в законную силу приговором суда, а также неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника при наличии у последнего признаков неплатежеспособности, что повлекло невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.

В обоснование предъявленных требований к ФИО3 ООО ПТ БПХ указало на то, что требования ООО ПТ БПХ в размере 3 259 395,72 рубля не были удовлетворены ввиду отсутствия имущества ООО «Арт-Мастер» и непринятия конкурсным управляющим мер по предъявлению требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, что повлекло утрату возможности увеличения конкурсной массы и нарушение прав конкурсных кредиторов, в том числе ООО ПТ БПХ.

В обоснование исковых требований ФНС России указала на то, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Арт-Мастер» №А71-14642/2020 не в полном объеме погашены требования по погашению обязательных платежей, в связи с чем, непогашенная часть требований подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ответчиков.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности совокупности условий, достаточных для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (взыскании убытков) по обязательствам ООО «Арт-Мастер», применив, в т.ч. к заявленным исковым требованиям срок исковой давности. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на них, выслушав представителей истца ООО ПТ БПХ и ответчика ФИО3, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) субсидиарной признается ответственность лица, которую оно несет в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Как указывалось выше, ФИО5 являлся единственным участником и руководителем общества «Арт-Мастер», в связи с чем, в силу закона о банкротстве, относится к контролирующему должника лицу (статьи 2 и 61.10 Закона о банкротстве). 

Исковое заявление ООО ПТ БПХ о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после 01.07.2017, соответственно, суд первой инстанции правомерно указал на рассмотрение настоящего заявления в части процессуального порядка рассмотрения с учетом новой редакции Закона о банкротстве, т.е. по правилам главы III.2 Закона о банкротстве. Поскольку материальные основания для привлечения к субсидиарной ответственности связаны с действиями (бездействием) ответчиков в 2014-2016 года, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о применении положений Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в момент совершения указанных действий (бездействия). 

В силу статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) (в применимой к спорным отношениям редакции) контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Статьей 10 Закона о банкротстве (подлежащей применению к спорным отношениям) установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей и руководителей должника – юридического лица.

Для субсидиарной ответственности учредителей (участников), собственника имущества юридического лица или других лиц по обязательствам юридического лица необходимыми условиями являются: наличие у соответствующего лица права давать обязательные для юридического лица указания либо возможности иным образом определять его действия; совершение этим лицом действий (или его бездействие), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права давать обязательные для юридического лица указания и (или) своих возможностей иным образом определять его действия; причинно-следственная связь между использованием соответствующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и действием самого юридического лица, повлекшим его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества общества для расчетов с кредиторами.

По мнению ООО ПТ БПХ, ФИО5 в соответствии с требованиями статьи 9 Закона о банкротстве должен был обратиться в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании ООО «Арт-Мастер» несостоятельным (банкротом) при наличии признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества для погашения требований кредиторов, о которых стало известно ему не позднее октября 2016 года (в результате принятия судебных актов о взыскании задолженности)  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. Недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Как указывалось выше, ООО ПТ БПХ, не указывая точной календарной даты возникновения у руководителя ООО «Арт-Мастер» обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом, ссылалось на наличие судебных актов, принятых в 2016 годах в связи с неисполнением обязательств по погашению задолженности, возникшей до указанной даты.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, доказательств того, что наступил критический момент, в который ООО «Арт-Мастер» стало не способно в полном объеме удовлетворить требования кредиторов суду первой инстанции представлено не было.

Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Таким образом, по итогам оценки доказательств, суд пришел к выводу о недоказанности ООО ПТ БПХ того обстоятельства, что по состоянию на указанные им периоды у должника имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, а также о недоказанности факта возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, которое могло бы быть принято в качестве основания для обращения ФИО5 с заявлением о признании ООО «Арт-Мастер» банкротом.

Судебная коллегия отмечает, что из материалов дела следует, что непогашенные перед истцами обязательства, в частности перед ООО ПТ БПХ возникли до даты объективного банкротства должника (по договору подряда, заключенному в 2013 году), обязательства перед бюджетом также возникли до 2016 года. 

Соответственно, даже если принять во внимание позицию истцов в указанной части, неисполнение обязанности по обращению бывшего руководителя должника, не привело к возникновению новых обязательств перед кредиторами (наращиванию кредиторской задолженности), и обязанность по возмещению убытков в пользу истцов. Обязательства, возникшие после 2016 года, отсутствовали, что исключает возможность привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве). 

С учетом изложенного, доводы апеллянта в указанной части подлежат отклонению как необоснованные. 

В абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 даны разъяснения, согласно которым в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Убытки определяются в соответствии с правилами статьи 15 ГК РФ, устанавливающими, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 статьи 15 ГК РФ определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: факт причинения убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств, обязанностей), причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков. Отсутствие одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

При разрешении спора о наличии (отсутствии) оснований для взыскания с ответчиков убытков в пользу истцом, суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

Как указывалось ранее, ООО «Арт-Мастер» было зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №8 по Удмуртской Республике 15 мая 2007 года, единственным учредителем и директором общества являлся ФИО5, которым в октябре 2016 года было принято решение о ликвидации ООО «Арт-Мастер», назначении ликвидатора с определением его обязанностей. 13.10.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о принятии решения о ликвидации юридического лица.

Как верно отмечено судом первой инстанции, до завершения мероприятий по инвентаризации имущества ООО «Арт-Мастер», составлению промежуточного ликвидационного баланса, которые бы позволили установить факт недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов, кредитор ФИО6 09.11.2016 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании ООО «Арт-Мастер» несостоятельным (банкротом).

В связи с подачей ФИО6 заявления о признании ООО «Арт-Мастер» несостоятельным (банкротом), ФИО5 не была исполнена обязанность по обращению в суд с аналогичным заявлением.

Кроме того, как следует из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Арт-Мастер» №А71-14642/2016, в соответствии с бухгалтерским балансом должника по состоянию на 01.01.2016 стоимость активов должника составляла 158 690 тыс.руб. (в т.ч. основные средства стоимостью 32 210 тыс.руб., запасы на сумму 31 928 тыс.руб., дебиторская задолженность - 82 234 тыс.руб., а также финансовые вложения - 9 385 тыс.руб.), при этом кредиторская задолженность составляла 58 754 тыс.руб.

Проанализировав структуру баланса общества, сопоставив его с обязательствами перед кредиторами, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в 2016 году должник имел имущество, достаточное для погашения требований кредиторов. Отчет о финансовых результатах за январь-декабрь 2015 года свидетельствует также о  безубыточной деятельности в 2015 году.

ООО ПТ БПХ ссылается на то, что ООО «Арт-Мастер» не исполнены обязательства по договору подряда №25-11/03-2013 от 25.11.2013.

Вместе с тем, как верно отмечено арбитражным судом, само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредитором не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Сам по себе факт наличия просроченной задолженности должником перед тем или иным кредитором не может повлечь вывод о несостоятельности или неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства. 

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом новая редакция Закона о банкротстве не содержит критериев, по которым возможно квалифицировать вред как существенный или несущественный.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

По смыслу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 2, 3 постановленияот 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на ООО ПТ БПХ.

Судом первой инстанции установлено, что ООО ПТ БПХ не представлено доказательств того, что действия ФИО5 при заключении договора подряда №25-11/03-2013 от 25.11.2013 были направлены на уменьшение имущества ООО «Арт-Мастер», вывод денежных средств, а также стали причиной банкротства ООО «Арт-Мастер».

Договор подряда №25-11/03-2013 от 25.11.2013 был совершен в процессе обычной производственной деятельности ООО «Арт-Мастер», не причинил вред обществу и иным кредиторам, в судебном порядке недействительной сделкой не признавался.

Убедительных доказательств того, что сделка заключена на невыгодных для должника условиях, в материалы дела не представлено.

ООО ПТ БПХ не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о факте причинения вреда кредиторам ООО «Арт-Мастер», а также не доказана значимость данной сделки и её существенной убыточности                        (ст. 9, 65 АПК РФ).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 по делу № 305-ЭС18-15540, №А40-180646/2017, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную кредиторскую задолженность.

Суд первой инстанции, проанализировав доводы истца, возражения ответчика, исследовав сведения о финансово-хозяйственной деятельности должника, включая анализ, составленный конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства должника, заключения о наличии (отсутствии) сделок, подлежащих оспариванию, пришел к правильному выводу, что убедительных доказательств того, что невозможность погашения задолженности была вызвана именно неправомерными действиями (бездействием) ФИО5 как директора ООО «Арт-Мастер» в материалы дела не представлено, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а ООО ПТ БПХ не доказано.

Суд сделал правильный вывод, что ООО ПТ БПХ не доказало наличие необходимых оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Арт-Мастер» и взыскании с него убытков.

Установление данных обстоятельств явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Арт-Мастер» на основании п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, а также о наличии оснований для взыскания с него убытков.

Сама по себе невозможность полного погашения требований кредитора в процедуре банкротства должника в связи с недостаточностью средств, при отсутствии доказательств, совершения ответственным лицом противоправных действий, приведших к невозможности полного погашения требований кредиторов либо совершение им действий, направленных на уменьшение активов общества, не позволившее погасить требования кредиторов, не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, в т.ч. в виде взыскания с него убытков.

Ссылка истца на наличие вступившего в законную силу приговора Первомайского суда г. Ижевска от 03.06.2016 по делу №1-232/2016, которым ФИО5 признан виновным в совершении преступления, ответственность за которое предусмотрена частью 4 статьей 159 УК РФ, в результате чего был причинен ущерб ООО ПТ БПХ, не является основанием для взыскания с ответчика убытков в размере непогашенных требований в процедуре банкротства ООО «Арт-Мастер» в силу следующих обстоятельств.

Вышеуказанным приговором установлено, что между истцом и обществом «Арт-Мастер» (директор ФИО5) 25.11.2013 был заключен договор подряда №25-11/03-2013 на реконструкцию бани по ул. Орджоникидзе,41а в г. Ижевске, утвержден локальный сметный расчет в размере 13 214 513,00 рублей, работы по которому были выполнены не в полном объеме. 

Размер причиненного ущерба 4 027 808,86 рубля погашен в полном объеме (т.1 л.д.122).

Таким образом, ущерб, причинный преступными действиями был возмещен ответчиком в полном объеме.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2023 №305-ЭС18-17629(5-7), не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности контролирующее лицо, которое произвело компенсацию за ранее изъятый актив. 

В реестр требований кредиторов должника требования ООО ПТ БПХ включены в размере 12 553 866,94 рубля (определение от 15.04.2019). Данные требования основаны на том, что не произведен возврат излишне уплаченных денежных средств в рамках вышеуказанного договора подряда и не связан с конкретными действиями, вмененными приговором суда в вину ФИО5 

За счет сформированной массы, требования ООО ПТ БПХ погашены в размере 9 294 471,22 рубля.

Сведений о том, что ответчиком были совершены действия, направленные на вывод активов должника, на невозможность формирования конкурсной массы, с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов, не представлено. 

Таким образом, доказательств того, что совершение вышеуказанных противоправных деяний явились объективной причиной банкротства должника, что привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, в материалы дела не представлено, судом не установлено.

Соответственно, указанные действия не могут быть положены в основу привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. 

В связи с чем, доводы апеллянта подлежат отклонению и в указанной части в полном объеме, как необоснованные.

Вопреки доводам апеллянта, бремя доказывания было распределено судом первой инстанции в соответствии с процессуальным законом.

Ответчиком представлены достаточно убедительные пояснения относительно своих действий, которые не свидетельствуют о наличии в них противоправности поведения. 

Оснований переоценивать выводы суда первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Рассмотрев требование ООО ПТ БПХ о привлечении к субсидиарной ответственности арбитражного управляющего ФИО3 и взыскании с него убытков, арбитражный суд сделал правильный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований в силу следующего. 

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4).

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5).

Согласно пункту 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.

Арбитражный управляющий (временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий, конкурсный управляющий) утверждается судом с введением соответствующей процедуры банкротства предприятия-должника в целях ее проведения и не подпадает под понятие контролирующего должника лица.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что поскольку ФИО3 как лицо, исполнявшее обязанности конкурсного управляющего ООО «Арт-Мастер», не относится к контролирующим должника лицам и, соответственно, не является субъектом субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, требование ООО ПТ БПХ о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 удовлетворению не подлежит.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Как указывалось выше, материалами дела о банкротстве №А71-14642/2016 подтверждается, что в процессе исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Арт-Мастер» произошло пополнение конкурсной массы на 36 млн. рублей в результате оспаривания сделки должника – соглашения о расторжении договора купли-продажи земельного участка от 21.09.2015 №18/001/005/2015-6484 от 09.02.2017, заключенного с ООО ПТ БПХ.

Кроме того, по результатам процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Арт-Мастер» было произведено 100% погашение реестра требований кредиторов требований, включенных в реестр требований о передаче жилых помещений; 100% погашение кредиторам второй очереди; 100% погашение третьей очереди реестра требований кредиторов; 77,6% погашение требований кредиторов четвертой очереди.

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, подача заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего. Следовательно, в отсутствие у арбитражного управляющего доказательств неправомерных действий контролирующих должника лиц, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов, он вправе не обращаться с соответствующими требованиями в рамках дела о банкротстве.

При этом, материалы настоящего дела не содержат доказательства обращения участвующих в деле о банкротстве ООО «Арт-Мастер» лиц к конкурсному управляющему с требованием о подаче заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, доводов указывающих на наличие оснований для обращения с данным заявлением.

Доказательств того, что конкурсный управляющий ООО «Арт-Мастер» ФИО3 действовал недобросовестно или допустил действие, противоречащее целям конкурсного производства, в материалы дела не представлено и судом не установлено. В материалах дела не имеется доказательств неисполнения или ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, повлекших нарушение прав и законных интересов кредиторов ООО «Арт-Мастер», что причинило или могло причинить убытки должнику и кредиторам.

На основании изложенного суд пришел к правильному выводу о недоказанности ООО ПТ БПХ наличия всех условий, необходимых для привлечения ФИО3 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков.

Оценив доводы апеллянта и сопоставив их с доказательствами, имеющимися в материалах настоящего гражданского дела, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований их переоценивать, поскольку арбитражным управляющим надлежащим образом была проанализирована деятельность общества-должника, не установлено противоправности поведения его бывшего руководителя, которые явились бы основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности либо к ответственности в виде взыскания с него убытков.

Действия арбитражного управляющего соответствовали положениям Закона о банкротстве, в результате произведенных мероприятий, большая часть требований кредиторов должника была погашена.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно не усмотрел противоправности поведения арбитражного управлюящего, приведшей к невозможности удовлетворения требований кредиторов, что исключает возможность привлечения его к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков в пользу истцов. 

Относимых и допустимых доказательств обратного ООО ПТ БПХ в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

Поскольку основания для привлечения ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскания убытков судом не установлены, в удовлетворении требований истцов правомерно отказано. 

При рассмотрении дела ФИО5 в суде первой инстанции было заявлено о пропуске истцами срока исковой давности.

Истцом ООО ПТ БПХ заявлены возражения относительно применения срока исковой давности.

Оценив доводы ответчика и возражения истца, суд первой инстанции пришел к следующим выводам. 

По общему правилу исковая давность исчисляется в соответствии с действующим на момент совершения правонарушения правовым регулированием (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная норма содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Как указывалось ранее, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2017 (резолютивная часть оглашена 28.03.2017) ООО «Арт-Мастер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства, предусмотренной для ликвидируемого должника.

Исковое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано ООО ПТ БПХ 19.10.2020, то есть по истечении максимального трехлетнего срока, предусмотренного статьей 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, судом отмечено, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2019 (резолютивная часть оглашена 01.04.2019) требование ООО ПТ БПХ к ООО «Арт-Мастер» признано обоснованным в размере 12 553 866,94 рубля и включено в реестр. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2019 по делу №А71-14642/2016 в обжалуемой части оставлено без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

При этом суд исходит из того, что конкурсный управляющий 03.07.2017 опубликовал сведения об инвентаризации имущества (сообщение №1911390). 

Таким образом, 08.07.2019, уже являясь кредитором по настоящему делу, ООО ПТ БПХ знало или могло знать (с учетом опубликования сведений об инвентаризации имущества 03.07.2017) о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами, и, соответственно, о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. 

С учетом срока исковой давности, установленного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в применимой редакции), ООО ПТ БПХ имело право подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности должника в пределах годичного срока не позднее 08.07.2020 (один год с даты вступления в законную силу определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2019 по делу №А71-14642/2016), и несло процессуальную обязанность по соблюдению этого процессуального срока. 

Учитывая, что решение о признании должника банкротом принято судом 28.03.2017, требования ООО ПТ БПХ включены в реестр требований кредиторов должника определением от 08.07.2019, а сведения об инвентаризации имущества опубликованы конкурсным управляющим 08.10.2018, суд пришел к выводу, что обратившись в суд 19.10.2020 (доставлено нарочно), заявитель пропустил срок исковой давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности как однолетний субъективный, так и трехлетний объективный. 

Пропуск срока исковой давности по заявленным требованиям в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Возражая против выводов суда первой инстанции, истец указал на то, что ранее возбуждения дела о банкротстве и установления требований кредитора в реестре, он не имел возможности обратиться с соответствующим заявлением в суд о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, судебная коллегия исходит из того, что в рассматриваемом случае обстоятельства, связанные с возникновением неосновательного обогащения, стали известны истцу на дату предъявления в 2016 году искового заявления к ООО «Арт-Мастер» о взыскании денежных средств, которое было оставлено без рассмотрения определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.05.2017 по делу №А71-203/2016 (в связи с открытием в отношении должника процедуры конкурсного производства). Требование о включении в реестр было заявлено истцом 24.07.2017 и принято к производству суда определением от 02.05.2017.

Соответственно, с указанной даты кредитор был вправе ознакомиться с актом инвентаризации имущества должника, финансовым анализом, произведенным арбитражным управляющим и его отчетом, и своевременно предъявить требование (при наличии к тому оснований) о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности либо направив соответствующее требование арбитражному управляющему.

Однако, в установленный законом трехлетний срок для предъявления требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, истец действия не совершил. Не было заявлено ходатайство о восстановлении указанного срока с указанием уважительных причин и в рамках настоящего дела.

Соответственно, выводы суда первой инстанции о пропуске истцом трехлетнего срока  исковой давности являются законными и обоснованными.

Оснований полагать, что указанный срок подлежит исчислению с даты вступления в законную силу судебного акта о включении требования в реестр, основаны на ошибочном толковании норм материального права. В связи с чем, доводы апеллянта подлежат отклонению и в указанной части. 

Проверив доводы апеллянта, судебная коллегия приходит к выводу о том, что все обстоятельства, указанные заявителем, были проверены судом первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Основания переоценивать выводы суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает. 

Судом не установлено противоправных действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. 

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения субсидиарной ответственности участника юридического лица являются наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий или кредиторы прибегают после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. 

В данном случае ответчиками, к которым предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (взыскании убытков), в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены доказательства отсутствия виновных умышленных действий, приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им истцом.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности - невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц - судом не установлено, а истцом в состязательном процессе не доказано.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах решение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 ГК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца, поскольку в удовлетворении апелляционной жалобы отказано. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28 июня 2023 года по делу №А71-12444/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров