АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

улица Пушкина, дом 45, Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5616/2018

24 декабря 2018 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 декабря 2018 года.

 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

Председательствующего судьи: Головниной Е.Н.

Судей: Лазаревой И.В., Шведова А.А.

при участии:

от ФИО1: ФИО2 – представителя по доверенности от 19.06.2018,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 18.07.2018 (судья Сецко А.Ю.), постановлении е Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018 (судьи Пичинина И.Е., Брагина Т.Г., Жолондзь Ж.В.)

по делу №  А73-16409/2015

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Дальневосточная технопромышленная компания» Меньшова Константина Александровича

о привлечении ФИО4, ФИО1 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная технопромышленная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 680015, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

 

Арбитражный суд Хабаровского края определением от 23.11.2015 принял к производству заявление Федеральной налоговой службы о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная техно-промышленная компания» (далее – общество «ДТПК», должник).

Определением от 08.06.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения по заявлению конкурсного кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточная Торговая Компания» (требования первого заявителя отклонены в связи с их погашением должником), временным управляющим утвержден ФИО3. 

Решением арбитражного суда от 05.10.2016 общество «ДТПК» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 Срок конкурсного производства и полномочия конкурсного управляющего неоднократно продлевались, определением от 03.10.2018 процедура продлена на четыре месяца. 

Определением от 20.12.2018 производство по делу прекращено.

В рамках настоящего дела 29.11.2016 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего обществом «ДТПК» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Заявитель, с учетом принятых судом уточнений и дополнений, просил привлечь             ФИО4 как бывшего руководителя должника и             ФИО1 как фактически осуществлявшего руководство деятельностью должника к ответственности: предусмотренной статьей 9 и пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) - в размере 3 123 761 руб.; предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве – в размере 15 769 576 руб.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 18.07.2018, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018,  заявление удовлетворено - ФИО4 и ФИО1 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с них солидарно взыскано в пользу общества «ДТПК» 15 769 576 руб. По основанию, закрепленному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суд условий для привлечения к субсидиарной ответственности не выявил. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение и постановление в части привлечения его к субсидиарной ответственности и взыскания с него денежной суммы отменить, в отмененной части принять новый судебный акт об отказе в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. Информирует о том, что являлся участником общества «ДТПК» с долей 50%  в период с 03.07.2008 по 24.12.2013, а руководителем должника с 18.04.2013 по дату признания должника банкротом являлся ФИО4 Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности названо недобросовестное поведение контролирующих должника лиц при передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему. Вместе с тем соответствующая обязанность на ФИО1 законом не возложена; в рамках настоящего дела арбитражный суд обязывал своим определением именно Донги Ю.Б. осуществить соответствующую передачу, то есть действия последнего находятся в причинно-следственной связи с невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Ссылается на добросовестность со своей стороны, что выразилось в оказании содействия в поиске бухгалтерской документации – данному обстоятельству судом не дана оценка. Обращает внимание на отсутствие доказательств того, что именно действия ФИО1 привели к несостоятельности общества «ДТПК». Настаивает на том, что наличие непогашенной кредиторской задолженности само по себе не свидетельствует о совершении         ФИО1 виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации; конкурсный управляющий не доказал, что именно действия бывшего учредителя должника довели последнего до финансовой неплатежеспособности. В этой связи считает недоказанной необходимую совокупность условий для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на его бывшего учредителя ФИО1

Отзывы на кассационную жалобу не проступили.

В заседании суда округа представитель ФИО1 настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам. От других лиц, участвующих в деле и извещенных надлежащим образом о времени и месте слушания дела, представители не прибыли.

Проверив законность определения от 18.07.2018 и постановления от 18.10.2018 в части, касающейся требования о привлечении к ответственности ФИО1, с учетом доводов кассационной жалобы и выступления участника процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как установлено судебными инстанциями по материалам дела,      общество «ДТПК» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.07.2008. Участниками общества при его создании являлись два лица, в том числе ФИО1 с размером доли в уставном капитале по 50%; с 25.12.2014 единственным участником общества стала ФИО5. Руководителем должника с 18.04.2013 по дату признания должника банкротом являлся ФИО4

В связи с открытием в отношении должника решением от 05.10.2016 процедуры конкурсного производства суд обязал руководителя «ДТПК» передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему должника.

Определением от 01.02.2017 суд обязал ФИО4 передать конкурсному управляющему имущество, принадлежащее должнику (экскаваторы, прицепы, грузовые машины – всего 24 наименования), а также первичные бухгалтерские документы.

Данные предписания не исполнены – бухгалтерская отчетность должника, документы по взысканию дебиторской задолженности, иные бухгалтерские документы и материальные ценности бывшим руководителем ФИО4 конкурсному управляющему не переданы.

При этом по результатам проведения мероприятий конкурсного производства задолженность перед кредиторами третьей очереди в размере 15 769 576 руб. осталась непогашенной.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что непередача необходимых документов воспрепятствовала формированию конкурсной массы и, как следствие, удовлетворению требований кредиторов, обратился в арбитражный суд с настоящим требованием, в котором, с учетом  уточнения, просил привлечь к субсидиарной ответственности по долгам общества «ДТПК» в солидарном порядке контролирующих должника лиц –                   ФИО4 (бывший руководитель должника) и ФИО1 (бывший учредитель должника в период с 03.07.2008 по 12.04.2013, а после этого – лицо, фактически определяющее деятельность должника) в размере непогашенных требований кредиторов.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства, повлекшего причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве (утратила силу в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, однако в силу пункта 3 статьи 4 указанного Федерального закона привлечение к субсидиарной ответственности по новым правилам производится по заявлениям, поданным с 01.07.2017, а потому Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ к рассматриваемому заявлению, поданному конкурсным управляющим в суд 29.11.2016, применению не подлежит).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующие должника лица, в случае недостаточности имущества должника, несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия указанных лиц.  В данном пункте закреплены презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации - пока не доказано иное, предполагается, что должник признан банкротом вследствие действий и/или бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника; документы бухгалтерского учета и/или отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту введения процедуры банкротства отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует; такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Исходя из приведенных положений, учитывая также общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий или бездействия, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточность имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. При наличии доказательств существования причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет в силу пункта 2 статьи 9 и статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам такой организации.

Аналогичный подход к распределению бремени доказывания при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности содержится в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве». Данные разъяснения касаются положений главы III.2 Закона о банкротстве (глава действует с 30.07.2017, одновременно утратила ситу статья 10 Закона о банкротстве), однако они применимы в рамках настоящего спора, учитывая равнозначность составов нарушений.

В рамках настоящего дела установлено и не опровергнуто вменяемое ответчикам бездействие, выразившееся в непередаче конкурсному управляющему документов должника и принадлежащего ему имущества.

Также документально подтвержден факт недостаточности выявленного имущества должника для полного погашения требований кредиторов.

Наряду с этим признано доказанным то, что непередача соответствующей документации и имущества существенно затруднила проведение процедуры и не позволила сформировать достаточную для погашения кредиторских требований конкурсную  массу.

В этой связи установлено, что по данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2015  должник обладал  активами в виде основных средств (4 430 тыс. руб.), запасов (2 632 тыс. руб.), дебиторской задолженности – 22 364 тыс. руб.); исследование  движение денежных средств по счету должника за период с 01.01.2013 по 19.04.2017 показало значительное поступление и расходование средств в 2013-2016 годы, с 07.06.2013 по 15.09.2016 на расчетный счет должника поступило свыше          68 млн. руб.; по данным регистрирующих органов за должником зарегистрированы 24 единицы транспортной техники и самоходных средств. При этом фактическое местонахождение имущества не известно, документы на транспортные средства отсутствуют. Истребование имущества, также как и взыскание дебиторской задолженности и оспаривание сделок, без первичной документации невозможно.

При установленном сделан правильный вывод о наличии причинно-следственной связи между допущенным бездействием и негативными последствиями для кредиторов в виде невозможности полного погашения обязательств за счет имущества должника.

Судебные инстанции согласились с позицией конкурсного управляющего о солидарной ответственности привлекаемых лиц – номинального  (ФИО4) и фактического (ФИО1) руководителей должника, поскольку оба ответчика отвечают признакам контролирующих должника лиц.

Вывод о том, что фактическое руководство обществом «ДТПК» в период с даты создания общества до признания его банкротом осуществлял ФИО1,  обоснован – он сделан по результатам исследования и оценки судами двух инстанций совокупности доказательств.

Так, суды учли показания свидетеля ФИО6 - бывшего главного бухгалтера должника, полученные при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки должника (определение от 29.06.2018); результаты допросов  в рамках проведения предварительного следствия по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО4 и ФИО1; сведения из постановления о прекращении уголовного дела от 02.05.2015. Согласно представленной информации фактическое руководство деятельностью «ДТПК» осуществлялось ФИО1, который не имел должности в названном обществе, но общество было ему подконтрольно – от него исходили все распоряжения относительно движения денежных средств, приема на работу и увольнения, он имел допуск к электронно-цифровой подписи; положение ФИО1 давало ему преимущества в виде получения выгод – начисленные в качестве заработной платы ФИО4 денежные средства в итоге поступали в распоряжение ФИО1 и последний, как отмечено, имел и реализовывал возможность влиять на движение денежных средств должника.

Установленная совокупность обстоятельств (при том, что заявленная презумпция не опровергнута и отсутствие вины, также как разумность поведения, не доказаны ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ) достаточна для возложения субсидиарной ответственности  на контролирующих должника лиц, в том числе на ФИО1

Оснований для уменьшения размера ответственности, который в данном случае равен сумме непогашенных реестровых требований, судами по имеющимся документам не выявлено. При этом учтено то, что по имеющейся базовой информации погашение всех реестровых требований за счет имущества должника являлось реальным, однако отсутствие первичной документации и иных необходимых сведений не позволили обнаружить и истребовать всё значащееся по балансу имущество, а обнаруженный объем оказался недостаточным для покрытия долга; отсутствие необходимой документации – следствие неисполнения руководством должника нормативных предписаний и обязанностей.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что на          ФИО1 обязанность по передаче документации законом не возложена и судебными актами в настоящем деле обязанность по передаче возложена на ФИО4, в связи с чем не может иметь место причинно-следственная связь между вменяемым бездействием и наступившими последствиями, отклоняется. То, что судебными актами соответствующая обязанность (по передаче документов и имущества) возложена на           ФИО4, обусловлено формальными сведениями о руководителе должника, имеющимися в распоряжении как конкурсного управляющего, так и суда. Вопрос о признаках номинального руководства и о фактическом управлении обществом поставлен на обсуждение в рамках настоящего спора, изучен и разрешен в пользу сделанного выше вывода о наличии номинального и фактического руководителей должника в спорный период. Фактический руководитель несет, по общему правилу, равные обязанности с номинальным руководством; он, в частности, обязан в силу закона (вне зависимости от предписаний в судебном акте, а исходя из реально занимаемого положения и полномочий) обеспечить сохранность имущества, первичной документации и обеспечить их передачу конкурсному управляющему при банкротстве возглавляемой организации. В данном случае такая обязанность не выполнена, что влечет ответственность.

Довод ФИО1 о своей добросовестности заявлялся в апелляционной инстанции и обоснованно отклонен. В апелляционном постановлении верно указано на то, что заявление ответчика по принятию им мер к передаче бухгалтерской документации не совпадает с действительными намерениями – соответствующих заявлению действий не предпринято. Данное не опровергнуто.

Ссылки на недоказанность того, что именно действия ФИО1 привели к несостоятельности общества «ДТПК», о совершении         ФИО1 виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации не принимаются, поскольку в рассматриваемом споре установлена невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие несохранности и непередачи первичной документации, материальных ценностей должника – эта конструкция входит в перечень презумпций, позволяющих привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору, в связи с чем не могут являться основанием для отмены оспариваемых судебных актов в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

Поскольку в кассационной жалобе не приведено возражений в отношении удовлетворения судами требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО4 и отклонения требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (за неподачу заявления должника о своем банкротстве при наличии к тому предпосылок), при этом иные жалобы и отзывы отсутствуют, суд округа законность оспариваемых судебных актов в указанной части не проверяет.

На основании изложенного кассационная жалоба, доводы которой отклоняются ввиду их противоречия вышеприведенному обоснованию, удовлетворению не подлежит. Обжалуемые судебные акты в части требования о привлечении к ответственности ФИО1 следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 18.07.2018, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018 по делу № А73-16409/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.Н. Головнина

 

Судьи                                                                                    И.В. Лазарева

А.А. Шведов