АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А05-13736/2019

г. Архангельск

19 ноября 2020 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 12 ноября 2020 года  

Полный текст решения изготовлен 19 ноября 2020 года 

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Бутусовой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

общества с ограниченной ответственностью «ЛИВОНД» (ОГРН 

<

***>; адрес: 163046, 

<

...>, офис 11)

к ответчику – федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ОГРН 

<

***>; адрес: 163069, 

<

...>)

с привлечением третьих лиц:

- Коммерческого Банка «ИНТЕРПРОМБАНК» (акционерное общество)                           (ОГРН 

<

***>; адрес: 119019, 

<

...>),

- индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304290107000047),

- индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 319290100004039),

- индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 314290426000039),

- общества с ограниченной ответственностью Строительная Компания «ГАРАНТ» (ОГРН 

<

***>: адрес: 163000, 

<

...>)

о признании недействительными одностороннего отказа от договора и требования по банковской гарантии

при участии в судебном заседании представителей истца ФИО5 (доверенность от 02.12.2019), ФИО6 (доверенность от 09.01.2020), представителя ответчика ФИО7 (доверенность от 30.06.2020), 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «ЛИВОНД» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с иском к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее – ответчик, Учреждение), в котором просит: 

- признать недействительным (незаконным) решение Учреждения                                 об одностороннем отказе от исполнения договора на выполнение работ № 48/2019                      от 23.07.2019, выраженное в уведомлении от 16.10.2019 № 993/2951;

- признать недействительным, незаконным и не подлежащим удовлетворению требование Учреждения от 06.11.2019 № 89.1/3193 о выплате денежной                                  суммы  по банковской гарантии № ЕТ22319-И/253546 от 08.07.2019 в размере                  1 893 390 руб. 50 коп.

В процессе судебного разбирательства в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Коммерческий Банк «ИНТЕРПРОМБАНК» (акционерное общество), индивидуальные предприниматели ФИО2, ФИО3, ФИО4, а также общество с ограниченной ответственностью Строительная Компания «ГАРАНТ».

Третьи лица своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 и части 6 статьи 121 АПК РФ считаются извещенными надлежащим образом. 

Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ. 

Представители истца в судебном заседании исковые требования поддержали, указав на то, что результаты судебной экспертизы подтверждают доводы истца о недостатках в проектной документации, а также о невозможности осуществить весь комплекс работ при затопленном подвале. Истец от выполнения работ не уклонялся, тогда как ответчик, напротив, выполнению работ не содействовал, на письма ответчика о согласовании работ, об изменении вида работ не отвечал. 

Представитель ответчика в судебном заседании в удовлетворении иска просил отказать, указывая на то, что общий срок выполнения работ по договору  составляет              90 календарных дней. Об отказе от договора заказчик заявил за 5 дней до окончания срока выполнения работ, когда стало очевидно, что работы не будут завершены в установленный срок. На день принятия решения об отказе от исполнения договора истец выполнил лишь демонтажные работы, которые были приняты ответчиком и оплачены. Также, по мнению Учреждения, подтопление подвала не препятствовало выполнению работ,  в том числе отделочных, на иных этажах здания. 

Исследовав доказательства по делу, суд установил следующие фактические обстоятельства. 

Как видно из материалов дела, по результатам проведения ответчиком аукциона между Учреждением (заказчик) и Обществом (подрядчик) был заключен договор на выполнение работ № 48/2019 от 23.07.2019 (далее – договор).

Договор между сторонами заключен в порядке Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». 

В соответствии с пунктом 1.1 договора подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по капитальному ремонту с перепланировкой  и переустройством в хостел здания, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – работы), в объеме, установленном в техническом задании в соответствии с локальными ресурсными сметными расчетами №№ 2-5. В свою очередь заказчик обязался принять результат работ и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных договором. 

Согласно пункту 3.1 договора цена составляет 17 843 876 руб. 96 коп., НДС не облагается в соответствии с пунктом 2 статьи 346.11 главы 6.2 части 2 НК РФ. 

Срок выполнения работ – в течение 90 календарных дней с даты подписания сторонами договора (пункт 2.1).

В силу пункта 2.3 договора работа считается выполненной после подписания сторонами окончательного акта сдачи-приемки выполненных работ (КС-2), справки о стоимости выполненных работ (КС-3). 

На основании пункта 9.2 договора подрядчиком предоставлено обеспечение исполнения договора на сумму 1 939 551 руб. 84 коп. в форме банковской гарантии              № ЕТ22319-И/253546 от 18.07.2019, выданной Коммерческим Банком «Интерпромбанк» (акционерное общество). 

23.07.2019 стороны подписали акт передачи объекта в работу. Согласно данному акту заказчик сдал, а подрядчик принял в работу объект по адресу: 

<

...>.  В этом же акте стороны указали дату начала работ – 23.07.2019, дату окончания работ – 20.10.2019.   

Письмом от 20.08.2019 № 45 Общество уведомило Учреждение о недостатках в сметной документации. Как указало Общество, по чердачному перекрытию предусмотрен демонтаж шлака, но не указаны работы по утеплению чердачного перекрытия. В сметной документации устройство фанеры предусмотрено в объеме                  170 кв.м., но при выполнении демонтажных работ вскрылось, что во всех помещениях на полах дощатое перекрытие, то есть для укладки линолеума необходимо укладывать слой фанеры, что сметой не предусмотрено. Также в этом письме Общество просило согласовать следующие виды работ:  по коридорам согласовать устройство потолков типа Амстронг, в комнатах согласовать устройство проводки в кабель-каналах. Данное письмо было вручено представителю Учреждения ФИО8, осуществлявшему контроль за выполняемыми работами. 

В свою очередь Учреждение направило в адрес Общества предписание                          № 02-09/19 от 06.09.2019 (исх. № 99.3/2434), в которым, ссылаясь на нарушение графика производства работ, просило Общество увеличить численность рабочего персонала на объекте, предоставить до 10.09.2019 график поставки материалов на объект, назначить прораба, иметь на объекте общий журнал производства работ, вести журнал входного контроля. Письмо вручено представителю Общества 06.09.2019.    

В предписании от 12.09.2019 № 03-12-09/19 (исх. № 99.3/2493) Учреждение указало на то, что в нарушение подписанного графика подрядчик не приступил к отделочным и электромонтажным работам, работам по монтажу труб отопления, по системе В1, ТЗ; работы по канализации К1 не ведутся. В связи с этим Учреждение просило Общество увеличить численность рабочего персонала. Также просило предоставить график поставки материалов, назначить прораба, вести общий журнал работ, вести журнал входного контроля. 

Письмом от 20.09.2019 № 33 Общество уведомило Учреждение о приостановлении работ по капитальному ремонту подвальных помещений, поскольку они затоплены. Работы в подвальном помещении согласно данному письму приостановлены Обществом до устранения причин затопления подвала. Данное письмо вручено 20.09.2019 представителю Учреждения ФИО8, которым на письме совершена надпись о том, что приостановка работ в подвале не препятствует проведению работ на этажах. 

Кроме того, Учреждением в адрес Общества было направлено предписание № 04-01-10/19 от 01.10.2019 (исх. № 99.3/2738), в котором Учреждение, ссылаясь на нарушение графика производства работ, подписанного сторонами, просило увеличить численность рабочего персонала на объекте, организовать работу в 1,5-2 смены и в выходные дни, предоставить график поставки материалов на объект. Письмо вручено представителю Общества 01.10.2019.  

Письмом от 04.10.2019 № 65 Общество направило в адрес Учреждения локальный ресурсный сметный расчет на работы, которые не были учтены в проектно-сметной документации. Письмо с приложением получено представителем заказчика                      ФИО8 04.10.2019. 

В ответ на данное письмо Учреждение уведомило Общество в письме от 10.10.2019 № 99.3/2849 о том, что проверка локального ресурсного сметного расчета на работы, не учтенные в проектно-сметной документации, переданы на проверку и согласование в проектную организацию. В этом же письме Учреждение просило закончить монтаж отопления до 14.10.2019, увеличить численность рабочего персонала, так как работы выполняются с отставанием от графика, организовать работу в 1,5-2 смены, закончить монтаж окон на 1-ом и 2-ом этажах до 14.10.2019 и др.  Письмо вручено Обществу 10.10.2019.

В претензии от 08.10.2019 № 02/2828 Учреждение вновь заявило о нарушении Обществом подписанного сторонами графика производства работ и вновь просило закончить монтаж отопления до 14.10.2019, увеличить численность рабочего персонала, предоставить график поставки материальных ценностей на объект в полном объеме, организовать работу в 1,5-2 смены и в выходные дни. Письмо вручено представителю Общества 09.10.2019.  

Письмом от 11.10.2019 № 48 Общество вновь обратилось к Учреждению. В данном письме Общество просило внести изменения в проектно-сметную документацию и произвести расчет мощности, поскольку сметой предусмотрена установка 3 плит, а согласно указаниям заказчика необходимо было увеличить количество плит до 20 штук в связи с переоборудованием дополнительного помещения в столовую. Данное письмо было вручено представителю заказчика ФИО8 11.10.2019. 

Письмом от 16.10.2019 № 70 Общество повторно уведомило Учреждение о невозможности выполнения работ в подвале, поскольку до настоящего времени заказчиком не решен вопрос об осушении подвальных помещений. В этом же письме Общество указало на то, что от заказчика не получен ответ на письмо от 11.10.2019                  № 48 по вопросу внесения изменений в сметную документацию в связи с указаниями заказчика об увеличении количества варочных плит, а также о том, что от заказчика                   не получено согласование на дополнительные виды работ, смета на которые была направлена письмом от 04.10.2019 № 65. Письмо от 16.10.2019 № 70 вручено представителю заказчика ФИО8 также 16.10.2019. 

В свою очередь Учреждением принято решение об одностороннем отказе от договора в порядке пункта 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 12.6 договора, о чем Учреждением составлено уведомление от 16.10.2019                         № 99.3/2951. В уведомлении Учреждение указало на то, что согласно документам подрядчика работы выполнены на общую сумму 1 675 045 руб. 69 коп., что составляет меньше 10% от всего объема работ по договору. В связи с тем, что окончание работ к сроку явно невозможно, Учреждение приняло решение об отказе от договора в одностороннем порядке. 

Общество с уведомлением Учреждения о расторжении договора не согласилось. В претензии от 17.10.2019 № 71 Общество указало на то, что по состоянию на 16.10.2019 работы фактически выполнены в объеме 50%. Выполнение оставшегося объема работ затрудняется по вине заказчика, от которого так и не поступил ответ по вопросу  согласования материала, который не предусмотрен сметной документацией, но без которого выполнение работ невозможно, так как будет нарушен технологический процесс. Также причиной задержки в выполнении работ Общество указало затопление подвала, вопрос по осушению которого заказчиком так и не решен. 

Письмом от 17.10.2019 № 72 Общество просило Учреждение предоставить доступ к объекту и направить представителя заказчика для фиксации объема выполненных работ по состоянию на 16.10.2019. В этом же письме Общество указало о том, что в период с 08 по 16 октября 2019 года на объект были завезены материалы. Данное письмо вручено Учреждению согласно входящему штампу 17.10.2019 № 541. 

Ответа на данное письмо от Учреждения не  последовало, в связи с чем Общество вновь обратилось к Учреждению с письмом от 18.10.2019 № 73, в котором просило предоставить 21.10.2019  доступ к объекту, чтобы вывезти закупленные и доставленные на объект материалы и оборудование. 

В свою очередь письмом от 18.10.2019 № 02/2995 Учреждение со ссылкой на прекращение договора между сторонами просило Общество вывезти 21.10.2019 с объекта материалы и оборудование, принадлежащие подрядчику. 

До уведомления о расторжении договора между сторонами был подписан акт о приемке выполненных работ № 1 от 16.09.2019 на сумму 424 462 руб. 89 коп. Оплата по данному акту произведена Учреждением по платежному поручению № 675142 от 03.10.2019.  

Направленные Обществом в адрес Учреждения акты приемки  № 2 от 07.10.2019 на сумму 274 976 руб. 71 коп., № 3 от 07.10.2019 на сумму 24 918 руб. 66 коп.,                                    № 4 от 07.10.2019 на сумму 120 538 руб. 32 коп., № 5 от 07.10.2019 на сумму 830 149 руб. 11 коп., заказчиком не подписаны. Данные акты были представлены Обществом Учреждению до расторжения договора по инициативе заказчика. О передаче документов на работы общей стоимостью 1 675 045 руб. 69 коп. указано в уведомлении заказчика от 16.10.2019 № 99.3/2951 о расторжении договора.

Фиксация объемов выполненных работ после направления Учреждением в адрес Общества уведомления от 16.10.2019 № 99.3/2951 о расторжении договора сторонами                 не произведена. 

По утверждению Общества, всего по состоянию на 16.10.2019 им были выполнены работы на общую сумму 5 685 647 руб. 18 коп., из которых Учреждением оплачено только 424 462 руб. 89 коп. 

Для оплаты фактически выполненных работ письмом от 30.10.2019 № 90 были повторно направлены счет № 24 от 07.10.2019 на сумму 1 250 582 руб. 80 коп. и акты приемки к нему: № 2 от 07.10.2019 на сумму 274 976 руб. 71 коп., № 3 от 07.10.2019 на сумму 24 918 руб. 66 коп.,  № 4 от 07.10.2019 на сумму 120 538 руб. 32 коп., № 5 от 07.10.2019 на сумму 830 149 руб. 11 коп., а также направлен счет № 26 от 16.10.2019 на сумму 4 010 601 руб. 49 коп. и акты приемки к нему: № 6 от 16.10.2019 на сумму 107 086 руб. 52 коп., № 7 от 16.10.2019 на сумму 74 534 руб. 80 коп., № 8 от 16.10.2019 на сумму 1 813 476 руб. 52 коп., № 9 от 16.10.2019 на сумму 456 095 руб. 81 коп., № 10 от 16.10.2019 на сумму 1 295 716 руб. 43 коп., № 11 от 16.10.2019 на сумму                               263 691 руб. 41 коп. 

Требование о взыскании задолженности в сумме 5 261 184 руб. 29 коп. согласно указанным выше актам предъявлено в порядке искового производства и рассматривается Арбитражным судом Архангельской области в рамках дела                                    № А05-1484/2020. 

По мнению Общества, отказ заказчика от исполнения договора является незаконным, поскольку вины подрядчика в просрочке выполнения работ нет, работы в полном объеме не выполнены из-за подтопления подвала, который на день расторжения контракт не осушен. Общество не могло и не должно было выполнять работы, не соответствующие строительным нормам и нормам безопасности работ. Также проектно-сметная документация не соответствовала фактическому состоянию объекта, из-за чего требовалось изменения вида работ, однако Учреждение от согласования изменений уклонилось.   Поскольку основания для одностороннего отказа от договора у Учреждения отсутствовали, Общество обратилось в суд с иском о признании одностороннего отказа от договора, оформленного уведомлением от 16.10.2019 недействительным. 

Кроме того, ссылаясь на неисполнение Обществом обязательств по договору, Учреждение предъявило гаранту (АО КБ «Интерпромбанк») требование от 06.11.2019 № 89.1/3193 о выплате по банковской гарантии 1 893 390 руб. 50 коп.  

Поскольку Общество оспаривает односторонний отказ от договора, с требованием по банковской гарантией Общество также не согласно и просит признать недействительным и не подлежащим удовлетворению требование Учреждения по банковской гарантии.  

Учреждение с исковыми требованиями Общества не согласилось. Считает, что Общество не приняло все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательств по договору. По утверждению Учреждения, работы по состоянию на 16.10.2010 выполнены Обществом только на сумму 424 462 руб. 89 коп. согласно подписанному сторонами акту приемки № 1 от 16.09.2019. Работы по остальным представленным истцом актам Учреждением не приняты, поскольку по ним не была предоставлена исполнительная документация, работы фактически истцом                                  не выполнены. 

Кроме того, по мнению Учреждения, затопление подвала не препятствовало выполнению работ. Как указывает Учреждение, после расторжения договора весь объем невыполненных Обществом работ был выполнен иными привлеченными подрядчиками при тех же условиях. К выполнению работ были привлечены предприниматель ФИО2 (договор на выполнение работ № 95/2019 от 31.10.2019), предприниматель ФИО3 (договор на выполнение работ № 94/2019 от 31.10.2019), предприниматель ФИО4 (договор на выполнение работ № 93/2019 от 31.10.2019), ООО СК «Гарант» (договор на выполнение работ № 96/2019 от 31.10.2019). Обязательства по договорам исполнены. 

По ходатайству истца по делу определением суда от 15.06.2020 была назначена судебная экспертиза с тем, чтобы определить наличие или отсутствие объективных препятствий для выполнения работ. Проведение экспертизы было поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Проф-Эксперт» ФИО9 и                      ФИО10 

Заключение судебной экспертизы (заключение эксперта № 12-2020 СЭ от 01.09.2020) представлено в суд. Кроме того, в судебном заседании 20.10.2020 был заслушан эксперт ФИО9 по составленному заключению. 

Представители Общества и Учреждения результаты судебной экспертизы                   не оспаривали. При этом, по мнению Учреждения, судебная экспертиза                                   не подтверждает обоснованность требований истца, поскольку очевидно, что работы истцом не были бы выполнены в срок. За 85 дней из 90 дней срока выполнения работ истец выполнил работы меньше чем на 10%. 

Представители Общества, напротив, сослались на то, что результаты экспертизы подтвердили доводы Общества о причинах, по которым выполнение работ в полном объеме оказалось невозможным. 

Проверив обоснованность доводов истца, возражений ответчика, третьих лиц, оценив собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу об удовлетворении иска по следующим основаниям. 

В пункте 12.6 договора стороны согласовали условие о том, что расторжение договора допускается по соглашению сторон, по решению суда и в одностороннем порядке по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации. 

В соответствии с положениями статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) расторжение договора возможно по соглашению сторон, по требованию одной из сторон по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной и в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором, а также в одностороннем внесудебном порядке в случае, когда такое право предоставлено названным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Пунктом 1 статьи 708 ГК РФ установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

В соответствии с частью 2 статьи 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Учреждение отказалось от исполнения договора в одностороннем порядке, сославшись на то, что окончание работ к установленному сроку явно невозможно, поскольку подрядчиком выполнены работы менее чем на 10% от общего объема работ при том, что работы уже выполняются 85 календарных дней, а по контракту срок выполнения работ 90 календарных дней. 

Общество не оспаривало, что договор не был полностью им исполнен, однако настаивало на том, что неисполнение произошло по вине Учреждения, которое как заказчик уклонилось от содействия в исполнении контракта, в том числе от согласования изменений в техническую документацию, необходимость которых была установлена в период проведения работ. По утверждению Общества предоставленная техническая документация имела ошибки и не соответствия. По сути, заказчиком были предоставлены недостоверные сведения об объеме и характере требуемых работ, что выяснилось уже в период производства работ. Кроме того, процент выполнения работ подрядчиком Учреждением занижен.  

Статьей 743 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. Договором строительного подряда должны быть определены состав и содержание технической документации, а также должно быть предусмотрено, какая из сторон и в какой срок должна предоставить соответствующую документацию.

В силу положений пункта 1 статьи 716 ГК РФ, подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. 

При этом, в соответствии со статьей 718 ГК РФ, заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы. При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы.

В соответствии со статьей 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Заказчик, получивший соответствующее сообщение от подрядчика, обязан принять необходимые меры для устранения обстоятельств, препятствующих выполнению работ подрядчиком (пункт 3 статьи 716 ГК РФ). 

Согласно условиям договора работы должны выполняться подрядчиком в соответствии с техническим заданием, локальным ресурсным сметным расчетом, которые являются приложениями к договору, а также в соответствии с проектной документацией, предоставленной заказчиком (пункты 1.1. и 5.2.15 договора). 

Таким образом, необходимая для выполнения строительных работ документация (в том числе проектная) должна была быть предоставлена подрядчику заказчиком, т.е. Учреждением.

В соответствии с техническим заданием к договору Обществу необходимо было выполнить демонтажные работы систем отопления, водопровода, канализации и электроснабжения, а также монтажные работы систем отопления, водоснабжения, канализации, электроснабжения и отделочные работы на первом, втором и третьем этажах здания по адресу: 

<

...> (далее - здание или объект), а также в подвальном помещении здания.

Объект для выполнения работ был передан от заказчика подрядчику 23.07.2019, о чем стороны подписали акт передачи объекта в работу. В данном акте указано, что датой окончания работ является 20.10.2019. Вместе с тем, исходя из пункта 2.1 договора и положений статьи 191 ГК РФ, согласно которым течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало, последний день срока выполнения работ (90-ый день) приходится на 21.10.2019.

Таким образом, к указанному сроку работы должны были быть завершены.  

Однако в период проведения работ Обществом было установлено несоответствие проектно-сметной документации фактическому состоянию объекта, при котором требовался больший объем работ, чем это было предусмотрено контрактом.

Так, письмом от 20.08.2020 № 45 (том 1 л.д. 31)  Общество уведомило Учреждение о том, что в проектно-сметной документации по чердачному перекрытию предусмотрен демонтаж шлака, однако не указаны работы по утеплению чердачного перекрытия. Также в сметной документации устройство фанеры предусмотрено в объеме 170 кв.м., но при выполнении демонтажных работ выяснилось, что во всех помещениях на полах дощатое перекрытие, то есть для укладки линолеума необходимо укладывать слой фанеры, что сметой не предусмотрено. 

В этом письме Общество также просило согласовать следующие виды работ: по коридорам согласовать устройство потолков типа «Амстронг», в комнатах согласовать устройство проводки в кабель-каналах. 

В процессе судебного разбирательства Общество поясняло, что изменение работ в части отделки потолка и устройства проводки в кабель-каналах было вызвано тем, что исходя из проекта подрядчику необходимо было лишь осуществить затирку поверхности потолка и окрасить его водоэмульсионной краской. То есть, в соответствии с проектно-сметной документацией потолок должен был быть уже подготовлен к финишной третьей шпаклевке после чего производится третья шпаклевка и наносится водоэмульсионная краска. Работы по подготовке поверхности потолка перед окончательной (последней) шпаклевкой не были предусмотрены. Однако как оказалось, в действительности потолки на объекте не были подготовлены к финишной отделке и требовались подготовительные работы. В связи с этим подрядчик и предложил заменить предусмотренный проектом вид отделки потолка устройством потолков типа «Амстронг», чтобы не увеличить объем работ и их стоимость. В связи с этим также  потребовалось установка проводки в кабель-каналах.

Данное письмо, как указывалось выше, было вручено представителю Учреждения ФИО8, осуществлявшему контроль за выполняемыми работами.

Однако ответ на данное письмо по существу описанных Обществом замечаний и выявленных неточностей фактического состояния объекта проектно-сметной документации Учреждением дан не был. Причины уклонения от согласования заявленных подрядчиком работ Учреждением объективно не раскрыты. 

Письмом от 11.10.2019 № 48 (том 1 л.д. 34) Общество уведомило Учреждение о необходимости внесения в проектно-сметную документацию изменений, поскольку из-за увеличения количества плит в помещениях до 20 штук, увеличивается мощность, в связи с чем подрядчиком предложено установить отдельные электрические щиты на каждую столовую. Также подрядчик просил заказчика произвести расчет мощности. 

Данное письмо также было вручено представителю Учреждения                      ФИО8, однако, ответ на данное письмо Учреждением дан не был. Причины уклонения от согласования данных работ Учреждением объективно не раскрыты.                         То, что заказчик дал указания переоборудовать дополнительное помещение в столовую, а также увеличить количество электрических плит до 20 штук, Учреждение в период судебного разбирательства не оспаривало. Фактические изменение части площадей и увеличение варочных плит до 20 шт. также было подтверждено результатами судебной экспертизы по делу. 

О том, что указанные выше требования Общества по дополнительным работам, по изменению вида работ являются необоснованными, Учреждение не доказало. Напротив, материалами дела подтверждена обоснованность замечаний подрядчика по проектно-сметной документации, которая не отражала весь комплекс необходимых работ с учетом фактического состояния здания. 

Так определением суда от 15.06.2020 по делу № А05-13736/2019 была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Проф-Эксперт» ФИО9 и ФИО10 

Перед экспертами было поставлено 5 вопросов, в том числе вопрос о том, соответствуют ли выполненные работы на объекте техническому заданию к договору, сметной документации  и проектам 19.009-АС, 19.009-ОВ, 19.009-ВК в части выполнения потолков и полов по всему зданию и комплекс работ по подвальным помещениям? Если не соответствуют, указать, в чем несоответствие и как это влияет на стоимость и сроки выполнения работ (вопрос № 1).

Также были поставлены вопросы о том, имелась ли возможность производства работ в соответствии с условиями договора без внесения в проектно-сметную документацию изменений, предложенных подрядчиком (Обществом), без потери качества конечного результата выполняемых работ? Если не имелось, указать почему (вопрос № 2); имелись ли в проекте, техническом задании, сметных расчетах к договору недостатки, препятствующие своевременному выполнению работ подрядчиком ? Если имелись, то какие (вопрос № 3). 

Как указывалось выше, после расторжения Учреждением договора с Обществом в одностороннем порядке Учреждение заключило договоры на выполнение работ в здании  со следующими подрядчиками: предпринимателем ФИО2 (договор на выполнение работ № 95/2019 от 31.10.2019), предприниматель ФИО3 (договор на выполнение работ № 94/2019 от 31.10.2019), предприниматель ФИО4 (договор на выполнение работ № 93/2019 от 31.10.2019), ООО СК «Гарант» (договор на выполнение работ № 96/2019 от 31.10.2019).  При этом по утверждению Учреждения данными лицами был выполнен объем работ, который не был выполнен Обществом. 

Экспертами при проведении экспертизы осуществлялся осмотр объекта экспертизы с участием представителей сторон, о чем были составлены акты присутствия от 02 и 07 июля 2020 года.  По результатам осмотра эксперты установили, что устройство основания пола выполнено по всей площади из фанеры. Отделка потолков выполнена путем устройства потолков типа «Армстронг» вместо шпаклевания, грунтования и окраски водоэмульсионным составом.

То есть Учреждение, уклонившись от согласования изменений в техническую документацию в части работ и их вида, по сути, при заключении контрактов с иными подрядчиками изменило необходимые объемы работ и виды работ.                                          Это свидетельствует об обоснованности требований Общества, изложенных в письмах от  20.08.2020 № 45, от 11.10.2019 № 48.

Согласно выводам судебных экспертов предложения Общества о внесении дополнений в проектное решение было обоснованным, так как данные изменения по факту производства ремонтно-строительных работ были выполнены последующими подрядчиками. В случае соблюдения проектного решения в части ремонта потолков и полов, возникла бы ситуация нарушения строительных требований к подготовке оснований и привело бы к снижению срока эксплуатации и проявлению дефектов,                   были бы нарушены требования пунктов 7.3.1 и 7.3.5 СП 71.13330.2017, пунктов 8.19.11, 11.17, 11.30 «Полы. Свод правил». Также установка дополнительных варочных панелей в помещениях кухонь требует дополнительного расчета на проектную мощность электросети, так как максимальное единовременное включение источников потребления электрической энергии может привести к перегреву и возгоранию электропроводки. 

Как указали судебные эксперты в проекте, техническом задании, сметном расчете к договору имелись недостатки, препятствующие своевременному выполнению работ подрядчиком. Так в локально-сметном расчете (далее ЛСР) № 5 пункт 9, которым предусмотрена «третья шпатлевка при высококачественной окраске по штукатурке и сборным конструкциям: потолков, подготовленных под окраску», не соответствует требованиям пунктом 7.3.1 и 7.3.5 СП 71.13330.2017, так как отсутствует возможность нанесения шпатлевки на не защищенную поверхность. А позиции №№ 10 и 11 данного ЛСР (покрытие поверхностей грунтовкой глубокого проникновения: за 1 раз потолков; окраска поливинилацетатными водоэмульсионными составами высококачественная: по сборным конструкциям потолков, подготовленным под окраску) не могут быть выполнены из-за отсутствия должной подготовки по пункту 9 ЛСР № 5. Также по пункту 13 ЛСР № 5 работы не могут быть выполнены в целях достижения результата в целом, так как в данном пункте неверно определена площадь коридоров, в связи с чем требуется дополнительная укладка фанеры по полам коридоров 1-3-го этажей здания, так как фактическая площадь коридоров превышает расчетную площадь в смете на           54,5 кв.м. Позиция 15 в ЛСР № 5 в части применения линолеума полукоммерческого «Tarkett Европа» при укладках в коридорах с 1-по 3-ий этажи здания нарушает проектное решение 19.009-АС и не соответствует требованиям пункта 4.3.2                             СП 1.13130.2009. Проектом и сметой ЛСР № 5 укладка линолеума происходит на существующее покрытие пола. Однако отсутствие ровного основания под линолеум является нарушением пунктов 8.19.11, 11.17 и 11.30 «Полы. Свод Правил».

В судебном заседании эксперт ФИО9 также пояснил, что требования Общества применительно к ремонтным работам по полу и потолку считает обоснованными, поскольку согласно сметным расчетам предполагалось выполнять работы уже на подготовленную поверхность, что не соответствовало фактическому состоянию объекта. Это подтверждается тем, что на всей площади полов в настоящее время уложена фанера, т.е. заказчик предусмотрел данный объем работ на всей площади (укладку фанеры) с новым подрядчиком. А выполнить качественно работы с соблюдением обязательных строительных норм и правил без подготовки основания для укладки невозможно. Вместе с тем подготовительные работы (укладка фанеры) увеличивают как сроки выполнения работ, так и стоимость работ, поскольку дополнительно применяется материал и выполняются работы по его укладке. 

Также согласно пояснениям эксперта первоначальное ненадлежащее состояние потолков, при котором невозможно выполнить работы по отделке третьего этапа (финишную отделку), очевидно и в настоящее время. Кроме того, во избежание работ по подготовке потолков к финишной шпаклевке и окраске вновь привлеченным подрядчикам был согласован ремонт потолков в здании путем установки подвесных потолков типа «Армстронг». Такое изменение влечет сокращение срока выполнения работ, к снижению затрат на выполнение работ по ремонту потолка надлежащего качества. 

Таким образом, Обществом у заказчика запрашивалось согласие на выполнение дополнительного объема работ по отделке пола и изменение вида работ по отделке потолкам (вида отделки), что было необходимо для качественного выполнения работ, чтобы не были нарушены обязательные нормы и правила. Без согласования дополнительного объема работ, без изменений проектно-сметной документации невозможно было достичь надлежащего результата работ. Однако на уведомления подрядчика по данным работам заказчик от ответа уклонился. Учреждение как заказчик на требования истца лишь формально требовало увеличить рабочий персонал, предоставить график поставки материалов на объект, организовать работы в две смены. Однако в ситуации, когда Общество не могло выполнять часть работ по объективным причинам, требования Учреждения по увеличению персонала представляются суду неубедительными. В материалы дела истцом представлены списки работников для допуска на объект (том 2, л.д. 115-117). Согласно данным спискам по состоянию на 06.09.2020 для допуска на объект было заявлено 12 работников (не считая 2-х ответственных лиц), по состоянию на 13.09.2020 было заявлено дополнительно еще 8 работников, по состоянию на 30.09.2020 истец представил список на 13 работников. Причины, по которым ответчик считает, что указанное количество работников недостаточно для выполнения работ с учетом фактических обстоятельств дела, касающихся производства работ, ответчик не назвал, аргументировано позицию по данному доводу не обосновал. 

Также из искового заявления и пояснений истца в период судебного разбирательства следует, что проведению работ и завершению работ на объекте  препятствовало затопление подвального помещения. Затопление подвала уже наблюдалось в августе 2019 года, но в тот период в отсутствие между сторонами конфликта, переговоры о необходимости осушить подвал, установить причины затопления велись устно. Об этом поясняла представитель истца                          ФИО6, которая непосредственно курировала работы на спорном объекте. Оснований не доверять пояснениям данного представителя истца, которые в силу положений части 2 статьи 64 АПК РФ также являются доказательствами, суд не усматривает. Сам факт затопления подвального помещения подтверждается материалами дела и Учреждением не оспаривается. 

Поскольку причины затопления подвала заказчиком так и не были установлены и устранены, и подвал так и оставался затопленным, Общество письмом от 20.09.2019 № 33 уведомило о приостановке работ в подвальных помещениях. О невозможности выполнения работ из-за подтопления в подвале Общество уведомляло Учреждение позднее в письме от 16.10.2019 № 70. 

В соответствии с условиями договора обязанностью подрядчика было выполнить комплекс работ в здании. Итогом работ должно быть отремонтированное здание. При этом работы по ремонту дренажной системы в перечень выполняемых подрядчиком работ не входили, технической документацией это не предусматривалось. Соответственно, само здание, включая подвальное помещение, должны были быть предоставлены подрядчику заказчиком в состоянии, позволяющим выполнять предусмотренные договором работы. 

Однако после передачи объекта подрядчику подвал был затоплен. Впервые запись об этом сделана 16.09.2019 в Общем журнале работ № 1. Уровень воды в подвальном помещении достиг 13 см, что подтверждается представленной в дело фотографией, достоверность которой применительно к заявленному истцом периоду (сентябрь 2019 года) ответчиком не оспаривается. При этом признаки подтопления подвальных помещений были установлены экспертами, проводившими судебную экспертизу. Из заключения эксперта № 12-2020 СЭ от 01.09.2020 следует, что во время осмотра подвальных помещений экспертом установлена значительная степень разрушения перегородок и полов из-за повышенной водонасыщенности. В подвале при его осмотре экспертом было зафиксировано наличие зон, залитых грунтовыми и сточными водами. 

В соответствии с определением суда о назначении судебной экспертизы перед экспертами был поставлен вопрос о том, являлось ли подтопление подвала 20.09.2019 препятствием к выполнению работ по договору  или лишь осложняло проведение работ? Учитывая, что подвал был подтоплен, возможно ли было проводить работы, предусмотренные договором на других этажах здания?

Согласно заключению эксперта № 12-2020 СЭ от 01.09.2020 выполнение ремонтно-строительных работ в помещениях подвала здания при условии наличия воды недопустимо в соответствии с требованиями СНиП 12-03-2001 «Безопасность труда в строительстве», поскольку при таких работах используется электроинструмент. Производство подготовительных и отделочных работ на влажных и сырых поверхностях невозможно. 

Таким образом, приостановка подрядчиком работ в подвальных помещениях в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 716 ГК РФ и пункта 5.2.13 договора обоснована, ведь именно подрядчик отвечает за безопасность выполнения работ. 

В соответствии с проектной документацией, в помещении подвала располагалась электрощитовая, тепловой узел, душевые, хозяйственные помещения, в которых из-за подтопления подвала, невозможно было выполнять работы по монтажу и запуску тепла в здании, выполнять электромонтажные работы и работы по монтажу системы канализации и водопровода. Также согласно проектно-сметной документации в подвальных помещениях необходимо было установить перегородки, бетонирование полов, шпаклевку и окраску стен и потолков, устройство керамической плитки, установку сантехнических приборов. Однако данные виды работ можно проводить только в сухих помещениях.

Из-за затопления подвала невозможно было запустить систему отопления всего здания. Отсутствие отопления влияет на сроки и качество отделочных работ на этажах здания, так как для выполнения малярных работ необходимо соблюдать температурный режим, сушить поверхности, что в неотапливаемом помещении в осенний период затруднено. 

В соответствии с пунктом 7.1.1 СП 71.13330.2017 отделочные работы в помещениях следует проводить при температуре окружающей среды и отделываемых поверхностей от 5 до 30°С, относительной влажности воздуха не более 60%, если иное не указано производителем материала. Данный температурно-влажностный режим в помещении необходимо поддерживать круглосуточно в течение всего периода производства отделочных работ и не менее чем за 2 суток до начала и 12 суток после окончания работ. 

О том, что такой температурный режим в здании был соблюден, Учреждение             не заявляло и доказательств этому не представило. В связи с этим доводы Учреждения со ссылкой на заключение эксперта о том, что подтопление подвала не препятствовало выполнению работ на этажах, судом отклоняется. При этом, как пояснил эксперт в судебном заседании 20.10.2019, подтопление подвала не препятствует выполнению только тех работ, которые не связаны с работами в подвале. Соответственно доводы ответчика о возможности выполнения всего комплекса работ на этажах ошибочны. Кроме того, материалы дела не свидетельствуют о том, что подрядчик приостановил работы в здании в целом. Напротив, согласно пояснениям представителя истца                    ФИО6 подрядчик продолжал работы, которые не были связаны с теми недостатками, о которых заявлял подрядчик.  Факт выполнения работ, в том числе отделочных, вплоть до 16.10.2019 подтверждается Общим журналом работ. 

Кроме того, претензий о том, что на объекте работы не велись и работники подрядчика отсутствовали, заказчик в адрес подрядчика не направлял. Какие-либо акты, фиксирующие отсутствие работников на объекте в сентябре, октябре 2019 года (до даты отказа от исполнения договора), заказчиком не составлялись. Напротив, из писем самого Учреждения от 06.09.2019 № 02-0/19, от 12.09.2019 № 03-12-09/19, от 01.10.2019 № 01-10/19, от 08.10.2019 № 02/2828, от 10.10.2019 № 99.3/2849 следует, что работы на объекте подрядчиком велись. А субъективное восприятие заказчиком недостаточности количества работников на объекте никак не обоснованно с учетом уведомлений  подрядчика о невозможности выполнить работы в результате выявленных недостатков проектно-сметной документации, ненадлежащего состояния подвальных помещений.

Согласно статье 750 ГК РФ, если при выполнении строительства и связанных с ним работ обнаруживаются препятствия к надлежащему исполнению договора строительного подряда, каждая из сторон обязана принять все зависящие от нее разумные меры по устранению таких препятствий. 

Доказательств принятия таких мер в период с сентября по 16.10.2019 (дата отказа заказчика от исполнения договора) Учреждением не представлено. Как указывалось выше на запросы подрядчика об изменении объема работ и вида работ Учреждение уклонилось от ответа. А ремонт дренажной системы здания (т.е. осушение подвала) выполнялся в период с октября по декабрь 2019 года, о чем в материалы дела истцом представлена информация из открытых источников (сайт https://zakupki.gov.ru) о заключении Учреждением следующих договоров: договор на работы по капитальному ремонту дренажной системы в подвале здания, переустраиваемого в хостел по адресу: 

<

...> (договор  № 82901047671190000550000 от 03.10.2019 сроком исполнения по 09.12.2019); договор на работы строительные по прокладке местных трубопроводов воды или сточных вод от 11.10.2019 (договор № 82901047671190000580000 от 11.10.2019 сроком исполнения по 09.12.2019); договор на изготовление и поставку септика в рамках работы по капитальному ремонту дренажной системы спорного здания (договор № 82901047671190000600000 от 17.10.2019 сроком исполнения до 25.11.2019). 

Таким образом, причина затопления помещений подвала из-за неисправности дренажной системы подтверждена подрядчиком. При этом данное обстоятельство, препятствующее исполнению договора в полном объеме, от подрядчика (истца)                      не зависит. По отношению к Обществу затопление подвала является не зависящим от подрядчика обстоятельством, которое создает невозможность выполнения работ и завершения их в срок. 

В процессе судебного разбирательства представители Общества поясняли, что Учреждением уже в период производства работ также было дано устное указание об установке чаш Генуя. Письменных указаний ответчика об этом нет. Однако, оснований сомневаться в достоверности пояснений истца у суда не имеется, поскольку ответчик данные пояснения истца не отрицал, при этом чаши Генуя фактически установлены на объекте, что было выявлено экспертами при производстве судебной экспертизы. Однако установка чаш-Генуя в помещениях туалетов изначально не была предусмотрена проектной документацией. В связи с этим данные работы, по мнению судебных экспертов, также увеличивают время производства работ, так как нормативно требуется просушка бетонного основания. Возрастает стоимость работ по устройству железобетонного основания. Согласно пояснениям истца о согласовании объема и стоимости работ для установки чаш Генуя и иных работ истец направлял в адрес ответчика локальный ресурсный расчет письмом от 04.10.2019 № 65, которое было получено ответственным работником ответчика ФИО8 также 04.10.2019. Вместе с тем ответ на данное письмо истца ответчиком дан не был. В письме от 10.10.2019 № 99.3/2849 (том 3 л.д. 134) Учреждение лишь указало на то, что локально-сметный расчет Общества на неучтенные работы передан на проверку. Однако впоследствии каких-либо ответов по результатам проверки данного расчета в адрес Общества ответчиком направлено не было. О том, что заявленные истцом работы необоснованны и не требуются на объекте или что их стоимость завышена, Учреждение в период судебного разбирательства также не заявляло. 

Таким образом, суд признает, что Учреждение как заказчик уклонилось от содействия в выполнении работ, тогда как содействие заказчика в силу статьи 718                  ГК РФ является обязанностью заказчика. 

По сути, возникла ситуация, при которой последовательное выполнение работ было невозможным по обстоятельствам от подрядчика не зависящим, о чем подрядчик уведомлял заказчика. Фактическое состояние здания, его конструкций не соответствовало проектно-сметной документации, о чем заказчик уведомлялся. Однако в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что Учреждение  до отказа от исполнения договора предпринимало все от него зависящее для его исполнения. В свою очередь, Общество, напротив, представило доказательства того, что оно от выполнения работ не уклонялось, а предпринимала меры для исполнения обязательств по договору. 

Из пояснений эксперта в судебном заседании 20.10.2020,  следует, что причиной недостатков в проектной документации явилось отсутствие информации о существующем техническом состоянии строительных конструкций здания и систем инженерно-технического обеспечения. 

Пунктом 4.4 ГОСТ 31937-2011 «Здания и сооружения. Правила обслуживания и мониторинга технического состояния» предусмотрено, что при изменении технологического назначения здания проводится обследование и мониторинг технического состояния здания. Доказательств того, что такое обследование проводилось, ответчиком не представлено. Результаты обследования и мониторинга не представлены. 

Доводы Учреждения о том, что весь невыполненный истцом объем работ был выполнен иными подрядчиками, судом отклоняется. По результатам судебной экспертизы установлено, что вновь привлеченные подрядчики выполняли в том числе объем работ, который дополнительно был заявлен Обществом. То есть без дополнительных работ, достижение результата работ было невозможным. Кроме того, по результатам осмотра объекта и результата работ, завершенных на объекте, эксперт установил многочисленные нарушения и отступления от проекта, которые непосредственно влияют на качество выполненных работ. Вместе с тем все замечания по качеству касаются объема работ по полам, потолкам, подвалу, который выполнялся не истцом, а иными подрядчиками. Поскольку предметом рассматриваемого иска не являются требования, связанные с качеством работ, выполненных подрядчиками, которые привлечены Учреждением после отказа от договора с истцом, то оценка данным работам судом при рассмотрении настоящего дела не дается. 

Доводы Учреждения о том, что Обществом были выполнены работы только на сумму 424 462 руб. 89 коп., которые приняты Учреждением и оплачены, суд считает несостоятельными. 

Данная позиция Учреждения основана на подписанном сторонами акте о приемке выполненных работ № 1 от 16.09.2019 на сумму 424 462 руб. 89 коп. Данные работы были оплачены ответчиком по платежному поручению № 675142 от 03.10.2019. 

Однако утверждения Учреждения об объеме выполненных Обществом работ недостоверны и опровергаются материалами дела. В данном случае суд отмечает, что условиями договора этапы работ и промежуточная приемка этапов работ                                    не предусмотрены. В соответствии с пунктами 6.1, 6.2 договора акты сдачи-приемки выполненных работ и иные документы, указанные в пункте 6.2 договора, предоставляются подрядчиком заказчику после завершения выполнения работ, т.е. после того, как весь объем работ выполнен подрядчиком. То, что в пункте 5.2.1 предусмотрена обязанность подрядчика предоставить поэтапный график производства ремонтно-строительных работ, не изменяет условия договора о сроке окончания работ, который является единым. Составляемый подрядчиком график, по сути, является планом работ, ответственность за нарушение которого договором не установлена. 

Таким образом, очевидно, что до завершения работ акты подрядчиком могли не направляться. То, что стороны осуществили приемку части работ, является их правом. В связи с этим ссылка ответчика на акт приемки № 1 от 16.09.2019 на сумму                   424 462 руб. 89 коп. безоснователен. Данный акт не является доказательством всего объема работ, который фактически был выполнен Обществом по договору. 

Кроме того, по данному акту были приняты демонтажные работы. Однако Учреждение в переписке с Обществом признавало факт выполнения Обществом иных работ. 

В претензии от 01.10.2019 № 99.3/2738 Учреждение само определило объем исполненных Обществом работ по отоплению (монтаж системы) на 30%, по водопроводу и канализации – на 25%, электромонтажных работ – на 25%, отделочных работ – на 10%.

В претензии от 08.10.2019 № 02/2828 Учреждение вновь само определило объем исполненных Обществом работ по отоплению (монтаж системы) на 40%, по водопроводу и канализации – на 30%, электромонтажных работ – на 35%, отделочных работ – на 20%. 

Следовательно, по расчетам самого Учреждения за период с 01.10.2019 по 08.10.2019 объем выполненных Обществом работ увеличился на 35%. 

То, что Общество до дня отказа заказчика от исполнения договора выполняло работы на объекте, подтверждается также Общим журналом производства работ, представленным в дело. Также Обществом были представлены фотографии работ по внутренней отделки помещений, сделанные 21.10.2019. На фотографиях видно, что были установлены окна (в помещениях на фотографиях), частично проложена проводка и др.

Судом также учтено, что по ходатайству Общества перед экспертом был поставлен вопрос № 5 о том, установлены или нет на объекте окна, двери, радиаторы, трубы, закупленные Обществом. При этом Обществом были представлены документы по закупке материалов. По результатам экспертного исследования эксперт установил наличие на объекте материалов, которые идентичны материалам, закупленным Обществом. Выводы об этом содержаться на страницах 54-66, 68-69 экспертного заключения. 

Так согласно экспертному заключению эксперты установили, что на объекте во всех помещениях установлены оконные блоки из ПВХ профилей различных производителей, имеющие разные размеры и конфигурации. Из 85 установленных оконных блоков 56 соответствуют параметрам оконных блоков, закупленных Обществом. 

Согласно экспертному заключению эксперты установили, что во всех помещениях здания установлены дверные блоки. Тип, материал, размеры дверных блоков различные. Из 65 установленных дверных полотен 30 согласно представленным документам закуплены Обществом (соответствует внешнему виду и параметрам). 

В заключении эксперты также указали, что во всех помещениях здания установлены радиаторы разных производителей и имеющих разное количество секций. Всего установлено 74 радиатора. На основании анализа представленных документов по закупке эксперты посчитали, что 48 радиаторов и сопутствующие к ним материалы идентичны изделиям, которые были приобретены Обществом. 

Относительно канализационных труб, металлических труб, теплоизоляционных труб и труб водоснабжения из полипропилена с различными сердечниками эксперты указали, что на объекте присутствуют трубы, аналогичные по внешним параметрам тем, которые закуплены Обществом. Однако произвести их детализацию по техническим параметрам невозможно, так как на отдельных участках трубопроводов отсутствует маркировка, а часть труб не маркируется.

То есть эксперт по результатам осмотра установил, наличие на объекте материалов, закупленных Обществом. Третьи лица результаты экспертизы                               не оспорили, выводы экспертов не опровергли, документы по закупке материалов не представили. Изложенное также подтверждает доводы Общества о частичном выполнении работ в объеме большем, чем заявляет Учреждение. 

Кроме того, как установлено судом в период судебного разбирательства здание находилось под охраной. Допуск работников Общества осуществлялся согласно спискам, которые предоставлял подрядчик. После отказа от договора допуск представителей Общества на объект был  прекращен. Однако Учреждение как заказчик после принятия решения об отказе от исполнения должно было приступить к приемке фактически выполненных работ. Приемка работ является обязанностью заказчика, что следует из положений пункта 1 статьи 740 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 753 ГК РФ. Как указано в пункте 2 статьи 753 ГК РФ заказчик организует и осуществляет приемку результата работ за свой счет. А в силу пункта 6 статьи 753 ГК РФ заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком. То есть даже при отказе заказчика от исполнения договора не зависимо от оснований такого отказа действуют общие правила сдачи-приемки работ. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 450.1 ГК РФ сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В рассматриваемой ситуации поведение заказчика (Учреждение) недобросовестное, поскольку он уклонился от приемки фактически выполненных работ и фиксации объема фактически выполненных работ. При этом составленные Обществом в одностороннем порядке акты приемки №№ 2, 3, 4, 5 от 07.10.2019 и №№ 6, 7, 8, 9, 10, 11 от 16.10.2019 на общую сумму 5 261 184 руб. 29 коп. были направлены в адрес Учреждения письмом от 30.10.2019 № 90, то есть в разумный срок.  Однако данные акты не подписаны, обоснованные возражения по данным актам по перечню работ их объему, стоимости не заявлены. Акты осмотра здания в целях фиксации объема выполненных работ на день расторжения договора представителями Учреждения не составлялись. 

На основании изложенного, суд считает, что расчет Учреждения по выполненным Обществом работам недостоверным. 

Вместе с тем сам по себе спор по стоимости выполненных работ для настоящего дела не имеет значения, поскольку требование о взыскании долга за фактически выполненные работы в рамках настоящего дела не заявлено. Данное требование рассматривается в деле № А05-1484/2020. 

Применительно к рассмотренному спору существенным является то, что в период производства работ были установлены недостатки проектно-сметной документации, исключающие возможность проведения всего цикла работ в установленный срок, а также требующие проведения дополнительных работ. Фактическое состояние здание не соответствовало проектно-сметной документации, достижение цели договора было невозможным. При этом указания самого заказчика также влекли увеличение объема необходимых работ и стоимости работ. Однако заказчик об содействия в выполнении работ уклонился, на письма подрядчика по существу испрашиваемых согласований не отвечал.  Также невозможность выполнения всего объема работ была вызвана затоплением подвала из-за неисправной дренажной системы здания. Работы по устранению данного недостатка были исполнены за пределами срока исполнения обязательств по договору. То есть наличие обстоятельств, препятствующих истцу в выполнении работ в соответствии с условиями договора об их сроках, доказано. 

Таким образом, просрочка в выполнении работ не была вызвана виновным поведением подрядчика. Фактов ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по договору судом не установлено. 

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Как разъяснено в пункте 10 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее - Обзор ВС РФ), при несовершении заказчиком действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых исполнитель государственного (муниципального) контракта не мог исполнить своего обязательства, исполнитель не считается просрочившим, а сроки исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту продлеваются на соответствующий период просрочки заказчика.

В рассматриваемой ситуации судом установлено, что просрочка в выполнении работ по договору вызвана обстоятельствами, за которые истец не отвечает, а также по вине ответчика, не исполнившего свои встречные обязательства. 

Учитывая изложенное, основания для расторжения договора по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 715 ГК РФ, отсутствовали, в связи с чем односторонний отказ заказчика от исполнения договора, по заявленным ответчиком основаниям, подлежит признанию недействительной сделкой. Суд удовлетворяет требование истца и признает незаконным решение Учреждения об одностороннем отказе от исполнения договора, выраженное в уведомлении от 16.10.2019 № 99.3/2951.

Исполнение Обществом обязательств по договору было обеспечено банковской гарантией № ЕТ22319-И/253546 от 18.07.2019, выданной гарантом - Коммерческим банком «Интерпромбанк» (акционерное общество). Согласно пункту 2 банковской гарантии гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом (Обществом) своих обязательств перед бенефициаром (Учреждением) по договору, в том числе в части уплаты неустойки. Сумма гарантии указана 1 939 551 руб. 84 коп. 

Учреждение направило в адрес АО «КБ «Интерпромбанк» требование от 06.11.2019 № 89.1/3193 об уплате по банковской гарантии 1 893 390 руб. 50 коп.  неустойки в связи с неисполнением Обществом обязательств по договору.

Требование Учреждению об уплате суммы по банковской гарантии исполнено гарантом, о чем суду представлено платежное поручение № 40039 от 22.11.2019. 

В силу статьи 329 ГК РФ исполнения обязательств может обеспечиваться независимой гарантией. 

По независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (пункт 1 статьи 368        ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

В пункте 3 банковской гарантии указано, что требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии бенефициар вправе заявить только в случае ненадлежащего исполнения или невыполнения принципалом обязательств по договору. 

Учреждение предъявило требование по банковской гарантии, ссылаясь на ненадлежащее исполнение Обществом обязательств по договору. 

Однако при рассмотрении спора установлено, что вина Общества в неисполнении или в просрочке исполнения обязательства отсутствует. Невозможность исполнения обязательства вызвана причинами, которые от Общества не зависят. 

Поскольку Общество не считается просрочившим обязательство и отказ ответчика от договора по пункту 2 статьи 715 ГК РФ признан недействительным, то основания для предъявления требования по банковской гарантии также отсутствовали. 

С учетом изложенного суд удовлетворяет требование истца о признании недействительным (незаконным) требования Учреждения от 06.11.2019 № 89.1/3193 о выплате денежной суммы по банковской гарантии № ЕТ22319-И/253546 от 18.07.2019 в размере 1 893 390 руб. 50 коп.

Таким образом, исковые требования суд удовлетворяет полностью. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные издержки Общества по оплате судебной экспертизы в сумме 64 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины по иску в сумме 6 000 руб. относятся на ответчика, поскольку исковые требования удовлетворены полностью.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «ЛИВОНД» (ОГРН 

<

***>) удовлетворить. 

Признать незаконным решение федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ОГРН 

<

***>) об одностороннем отказе от исполнения договора на выполнение работ № 48/2019 от 23.07.2019, выраженное в уведомлении от 16.10.2019 № 99.3/2951.

Признать незаконным требование федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ОГРН 

<

***>) от 06.11.2019 № 89.1/3193 о выплате денежной                              суммы  по банковской гарантии № ЕТ22319-И/253546 от 18.07.2019  в размере 1 893 390 руб. 50 коп.

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северный государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации                                   (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЛИВОНД» (ОГРН 

<

***>) 64 000 руб. 00 коп. судебных издержек по оплате судебной экспертизы и 6 000 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины по иску. 

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

       Судья

      Н.В. Бутусова.