231/2018-17712(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А43-26083/2014  20 сентября 2018 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 18.09.2018. Постановление в полном объеме изготовлено 20.09.2018. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Елисеевой Е.В., судей Жегловой О.Н., Прытковой В.П. 

при участии в заседании 12.09.2018 

конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия  «Сява-Теплосервис» Катана Максима Александровича  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия  «Сява-Теплосервис» Катана Максима Александровича  

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.03.2018, принятое судьей Григорьевой Н.В., и на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2018, 

принятое судьями Рубис Е.А., Кириловой Е.А., Протасовым Ю.В.,  по делу № А43-26083/2014  

по заявлению конкурсного управляющего  муниципального унитарного предприятия «Сява-Теплосервис»  

(ИНН: 5239010374, ОГРН: 1115235001309)  Катана Максима Александровича  

о привлечении администрации городского округа города Шахунья  Нижегородской области  

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного  предприятия «Сява-Теплосервис» (далее – Предприятие; должник) конкурсный  управляющий должника Катан Максим Александрович обратился в Арбитражный суд  Нижегородской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении собственника имущества  Предприятия – администрации городского округа города Шахунья Нижегородской  

области (далее – Администрация округа) к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника в размере 18 043 608 рублей 73 копеек.  

Заявление конкурсного управляющего основано на пункте 4 статьи 10 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве), действовавшем в спорный период, и мотивировано тем, что действия  правопредшественника Администрации округа – администрации Шахунского района  Нижегородской области (далее – Администрация района) по изъятию имущества  (котельной) из хозяйственного ведения Предприятия, непринятие мер по восстановлению  его платежеспособности и отсутствие контроля за финансово-хозяйственной  деятельностью, а также действия Администрации округа по наделению Предприятия на  праве хозяйственного ведения неликвидным имуществом, эксплуатация которого являлась  заведомо убыточной, привели к банкротству должника.  

Суд первой инстанции определением от 23.03.2018, оставленным без изменения  постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018, отказал  конкурсному управляющему в удовлетворении заявления. При принятии судебных актов  суды пришли к выводу об отсутствии совокупности условий, позволяющих привлечь  Администрацию округа к субсидиарной ответственности.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий  обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой  просит отменить определение от 23.03.2018 и постановление от 07.06.2018 и принять по  спору новый судебный акт о привлечении Администрации округа к субсидиарной  ответственности по обязательствам Предприятия в заявленном размере.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель указал, что действия  Администрации района по изъятию единственного имущества должника,  предназначенного для ведения его уставной деятельности, являлись неразумными.  Доказательств наличия у Предприятия иного имущества, достаточного для осуществления  безубыточной хозяйственной деятельности, в материалы дела не представлено. Изъятие  единственного ликвидного имущества привело к созданию ситуации, при которой стало  невозможным погашение кредиторской задолженности, в том числе перед ООО  «ЭкоТеплоСервис-Шахунья», о чем свидетельствуют бухгалтерские балансы, анализ  финансово-хозяйственной деятельности должника и иные имеющиеся в деле  доказательства. После изъятия котельной у должника образовалась отрицательная  величина чистых активов и тенденция роста кредиторской задолженности.  

По мнению заявителя жалобы, Администрация района, как собственник имущества  должника, обладала информацией о его финансовом положении, однако не принимала мер  по выделению денежных средств на покрытие убытков и погашение кредиторской  задолженности, не приняла решение о ликвидации Предприятия в порядке,  предусмотренном в статье 15 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ  «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». Возложение судами  бремени доказывания в полном объеме лишь на заявителя не соответствует принципам  справедливости и состязательности сторон.  

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 13 часов 15 минут 18.09.2018.  

В судебном заседании 12.09.2018 конкурсный управляющий поддержал доводы,  изложенные в кассационной жалобе.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное  заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их  отсутствие.  

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 23.03.2018  и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018 проверена  Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и  286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов,  изложенных в кассационной жалобе, и заслушав конкурсного управляющего Предприятия,  суд округа пришел к выводу о необходимости отмены судебных актов исходя из  следующего.  

Как усматривается из материалов дела, на основании распоряжения Администрации  района от 08.02.2012 № 55-р «О дополнительном предоставлении муниципального  имущества на праве хозяйственного ведения МУП «Сява-Теплосервис» Предприятие и  комитет муниципального имущества и земельных ресурсов Шахунского района заключили  дополнительное соглашение к договору хозяйственного ведения от 08.09.2011 № 2, в  соответствии с которым должнику передано имущество – отопительная котельная  балансовой стоимостью 100 118 220 рублей 04 копейки. По акту приема-передачи от  08.02.2012 котельная передана Предприятию. Право хозяйственного ведения должника на  полученное имущество в установленном законом порядке зарегистрировано не было.  Имущество использовалось в целях ведения Предприятием уставной хозяйственной  деятельности по производства пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными.  

Администрация района постановлением от 13.09.2012 № 425 изъяла у Предприятия  указанное муниципальное имущество. По акту приема-передачи от 13.09.2012 котельная  возвращена собственнику.  

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 28.10.2014 возбудил  дело о банкротстве Предприятия; определением от 23.12.2014 ввел в отношении должника  процедуру наблюдения; решением от 12.05.2015 признал Предприятие несостоятельным  (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил  конкурсным управляющим должника Катана М.А.  

Установив наличие оснований для привлечения Администрации округа к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий  обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Предприятие создано на основании распоряжения Администрации района, которая  является его учредителем и собственником имущества, следовательно, применительно к  статье 2 Закона о банкротстве Администрация являлась контролирующим должника  лицом.  

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности установлены в статье 10 Закона о банкротстве, действовавшей в спорный  период.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации  об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о  банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в  редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.  

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности до 01.07.2017, поэтому  к спорным правоотношениям применима статья 10 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона   № 73-ФЗ, действовавшей до 30.06.2013) контролирующие должника лица солидарно несут  субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или)  обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с  кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам  кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или  исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего  конкурсную массу. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный  имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и  разумно в интересах должника.  

Ответственность, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является  гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав  25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения  обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не  противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной  стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения  обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того,  приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и  условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В спорный период не действовали закрепленные в абзацах 2 – 5 пункта 4 статьи 10  Закона о банкротстве презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи  между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой  организации, поэтому соответствующие обстоятельства подлежали доказыванию по  общим правилам, установленным процессуальным законодательством и положениями  законодательства о гражданско-правовой ответственности.  

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность  соотносится с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица,  установленной в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации,  действовавшем в спорный период, по правилам которого в случае, если несостоятельность  (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником  имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать  обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют  возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества  юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его  обязательствам.  

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям  наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к  несостоятельности (банкротству) должника.  

В силу названных норм права для привлечения лица к субсидиарной  ответственности необходима совокупность следующих условий: наличие у привлекаемого  лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо  

возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение  им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности;  наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или)  возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности  (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения  требований кредиторов.  

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8  «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» разъяснено: при разрешении споров, связанных с  ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного  несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые  имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным  образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56  Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица  могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными  действиями.  

Аналогичная норма содержится в пункте 2 статьи 7 Федерального закона  «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».  

В соответствии с положениями, закрепленными в статье 2 Федерального закона от  21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и  сделок с ним», действовавшего в спорный период, а также правовой позицией, изложенной  в пункте 5 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации  и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22  «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров,  связанных с защитой права собственности и других вещных прав», право хозяйственного  ведения относится к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи  право хозяйственного ведения на недвижимое имущество возникает с момента его  государственной регистрации, при отсутствии государственной регистрации право  хозяйственного ведения унитарного предприятия на недвижимое имущество не возникает.  

Суды первой и апелляционной инстанций установили отсутствие в материалах дела  доказательств того, что котельная являлась единственным активом должника, изъятие  которого не позволило ему погасить имевшуюся кредиторскую задолженность;  кредиторская задолженность перед ООО «ЭкоТеплоСервис-Шахунья» образовалась в  период использования Предприятием спорного имущества, а также доказательств того, что  оставление котельной в пользовании должника привело бы к восстановлению его  платежеспособности.  

Установив, что право хозяйственного ведения Предприятия на котельную не  возникло в связи с отсутствием государственной регистрации, суды пришли к выводу об  отсутствии оснований для признания действий ответчика по изъятию имущества  противоправными.  

Как указали суды обеих инстанций, конкурсный управляющий, указав на  непринятие Администрацией района мер по восстановлению платежеспособности  Предприятия и неосуществление контроля за его финансово-хозяйственной  деятельностью, не конкретизировал, в чем именно выражалось бездействие собственника  имущества Предприятия.  

С учетом отсутствия доказательств совершения Администрацией округа сделок и  действий, повлекших банкротство Предприятия, суды двух инстанций пришли к выводу о  

недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для  привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Суды отклонили довод конкурсного управляющего о том, что наделение  Предприятия неликвидным имуществом (очистными сооружениями), использование  которого в хозяйственной деятельности было заведомо убыточным, увеличило  кредиторскую задолженность должника и привело к банкротству последнего. При этом  суды сослались на то, что на 09.09.2013 (дату передачи Предприятию указанного  имущества) не подано в суд заявление о признании должника банкротом.  

Между тем суды не учли следующее. 

Разрешая вопрос о том, явилось ли банкротство Предприятия следствием поведения  его учредителя в лице Администрации района, суды не учли положения статьи 2 Закона о  банкротстве, ошибочно отождествив понятия неплатежеспособности и банкротства.  

Согласно абзацу 2 названной статьи банкротство – это неспособность должника в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и  (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным  судом, тогда как под неплатежеспособностью понимается лишь прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац 34 этой статьи).  

Таким образом, сам по себе момент возникновения признаков  неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его  фактической несостоятельности (банкротства).  

Субсидиарная ответственность учредителя наступает тогда, когда в результате его  поведения должник стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить  требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного  уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.  

В связи с этим судам следовало принять во внимание и должным образом проверить  доводы конкурсного управляющего о том, что на фоне имеющейся кредиторской  задолженности и недостаточности у должника денежных средств (признаков  неплатежеспособности) действия Администрации района по изъятию имущества  Предприятия, используемого в производственных целях, усугубили и без того  затруднительное финансовое состояние должника, что привело к его банкротству, которое  в такой ситуации стало неизбежным, при этом иным имуществом либо средствами  должник наделен не был, в процедуре конкурсного производства конкурсный  управляющий не выявил имущества, за счет которого было бы возможно погашение  требований кредиторов Предприятия.  

Сделав вывод об отсутствии оснований для привлечения Администрации округа к  субсидиарной ответственности, суды необоснованно ограничились ссылкой на то, что  неплатежеспособность должника возникла до изъятия имущества, не приняв во внимание  и не проверив доводы конкурсного управляющего относительно последствий действий  собственника, направленных на изъятие имущества из ведения должника, в частности,  невозможности вследствие данных действий осуществления Предприятием безубыточной  хозяйственной деятельности и погашения требований кредиторов.  

Действия учредителя, касающиеся изъятия котельной Предприятия без какой-либо  компенсации при наличии у последнего кредиторской задолженности, вызывают  объективные сомнения в том, что Администрация района руководствовалась интересами  учрежденного ею предприятия, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации на контролирующее должника лицо переходит бремя  доказывания того, что изъятие у должника имущества явилось следствием обычного  оборота, а не вызвано использованием учредителем его возможностей, касающихся  

определения действий контролируемого лица во вред его кредиторам. Вместе с тем  ответчик не привел каких-либо обстоятельств и не представил доказательств,  свидетельствующих о добросовестности и разумности указанных действий.  

Конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении Администрации  округа к субсидиарной ответственности ссылался также на доказательства убыточности  деятельности Предприятия после передачи ему через год после изъятия котельной  очистных сооружений, требовавших значительных затрат на их содержание, что привело к  дальнейшему накоплению у должника кредиторской задолженности в еще большем  размере.  

Суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки указанным доводам  конкурсного управляющего, сославшись на обстоятельство (факт и дата подачи заявления  о возбуждении дела о банкротстве Предприятия), которое не имеет правового значения для  того, чтобы сделать вывод о правомерности и разумности действий Администрации округа  по наделению должника указанным имуществом. Суды фактически уклонились от  проверки доводов и доказательств, приведенных и представленных конкурсным  управляющим.  

Между тем Администрация округа как учредитель и собственник имущества  должника не могла не обладать информацией о финансовом положении контролируемого  Предприятия.  

При таких обстоятельствах вывод судов об отсутствии оснований для привлечения  Администрации округа к субсидиарной ответственности по долгам Предприятия не  соответствует установленным обстоятельствам и имеющимся доказательствам.  

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации несоответствие выводов, содержащихся в обжалованных судебных  актах, фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1 статьи  288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является основанием  для отмены определения суда первой инстанции от 23.03.2018 и постановления  апелляционного суда от 07.06.2018 и для направления данного обособленного спора на  новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду следует установить наличие либо отсутствие  совокупности юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию по  настоящему спору в соответствии с заявленными требованиями и правовыми основаниями,  полно и всесторонне исследовать доводы участвующих в деле лиц, дать им надлежащую  правовую оценку и принять законный и обоснованный судебный акт. В случае  установления наличия оснований для привлечения Администрации округа к субсидиарной  ответственности суду при определении размера ответственности следует учесть правила,  действовавшие в спорный период.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу  кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационной жалобой по  данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 3 части 1), 288 (частями 1 и 2) и 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго- Вятского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Нижегородской области от 23.06.2018 и  постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2018 по делу   № А43-26083/2014.  

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Нижегородской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  Е.В. Елисеева  

 Судьи  О.Н. Жеглова  

В.П. Прыткова