АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А60-50971/2020

25 мая 2021 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 19 мая 2021 года

Полный текст решения изготовлен 25 мая 2021 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи                                  Е.Г. Италмасовой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи М.А. Харченко, рассмотрел дело рассмотрел дело №А60-50971/2020 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственности Частное охранное предприятие "АЛЬФА-Е" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей и учредителя должника ФИО1, ФИО2, ФИО3,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 (адрес: 119017, г.Москва, а/я 25), члена Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих»

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО5, представитель по доверенности от 03.04.2019,

от ФИО1, ФИО2:  ФИО6, ФИО7, представитель по доверенности от 05.11.2020. 

Представителям лиц, участвующих в деле, разъяснены процессуальные права и обязанности. Отводов составу суда не заявлено.

12.10.2020  в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственности Частного охранного предприятия "АЛЬФА-Е" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей и учредителя должника ФИО1, ФИО2, ФИО3.

Заявитель просит:

Привлечь к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, к солидарной субсидиарной ответственности по долгам   ООО «ДИС КОМПАНИ»  и взыскать с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу Истца денежную сумму в размере 998 986 рублей 49 копеек, в том числе,  взысканные с  ООО «ДИС Компани» решением Арбитражного суда  Свердловской области от 17.07.2018 по делу № А60-20444/2018 в размере 884 255 руб. 37 коп., из них 815 000 руб. 00 коп. – долг, 19 564 руб. 37 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 30 000 руб. 00 коп. – в возмещение судебных издержек, 19 691 руб. 00 коп. - расходы по уплате государственной пошлины, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с  20.07.2018 по 10.08.2020  в размере 114 761,12 рубль.

Определением суда от 19.10.2020 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

09.11.2020 от ООО ЧОП "АЛЬФА-Е" поступило дополнение к заявлению (приобщено к материалам дела), а также ходатайство о проведении предварительного судебного заседания в отсутствие истца.

Представитель ФИО2 заявил  ходатайство о приобщении отзыва от ФИО2 Ходатайство удовлетворено, отзыв приобщен.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.01.2021 произведена замена судьи С.А.Курченко путем определения состава суда с использованием автоматизированной  информационной системы распределения дел на судью Е.Г. Италмасову.

В судебном заседании 29.01.2021 представитель ФИО2 заявил  ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 (адрес: 119017, г.Москва, а/я 25), члена Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено (ч. 1 ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании 19.05.2021 заинтересованное лицо представило отзыв, дополнение к отзыву.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд  

установил:

В соответствии с ч. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3 ст. 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 61.14 того же Закона правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Как следует из материалов дела, Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2020г.  прекращено производство по делу о банкротстве №А60-48860/2019 на основании абз.8 п.1 ст. 57 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в отношении ООО «ДИС КОМПАНИ».

Заявителем по вышеуказанному делу являлся ООО ЧОП «Альфа – Е».

Руководителями вышеуказанного юридического лица и его учредителями, с момента его создания (02.07.2014г.) являлись: ФИО1, ФИО2, ФИО3.

01 июля 2017 г. между ООО ЧОП «Альфа-Е» и ООО «ДИС Компани» заключен договор №11-2017 на оказание охранных услуг.  

Задолженность перед ООО ЧОП «Альфа-Е» образовалась на основании неоплаты оказанных услуг по вышеуказанному договору. В соответствии с п. 1.1 указанного договора, ООО ЧОП «Альфа-Е» оказала комплекс услуг по охране материальных ценностей  ООО «ДИС Компани», находящихся на территории объектов: нежилое здание общей площадью 10000 (десять тысяч) кв.м, предназначенное для торговли продовольственными и непродовольственными товарами, на земельных участках общей площадью 26330 кв.м. с кадастровыми номерами: 66:41:0205011:20 и 66:41:0205011:18, расположенных по адресам: 

<

...> и Свердловская область, и 

<

...>.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2018 по делу №А60-20444/2018 с должника -  ООО «ДИС Компани» в пользу заявителя – ООО ЧОП «Альфа – Е» взыскано:  долг - 815 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 19564 руб., 37 коп., возмещение судебных издержек – 30 000 руб., госпошлина – 19691 руб. 

Определением от 26 сентября 2019 г.  в рамках банкротного дела А60-48860/2019  включены в реестр требований кредиторов ООО «ДИС Компани» требования ООО ЧОП "АЛЬФА-Е" в размере 884 255 руб. 37 коп., из них 815 000 руб. 00 коп. – долг, 19 564 руб. 37 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 30 000 руб. 00 коп. – в возмещение судебных издержек, 19 691 руб. 00 коп. - расходы по уплате государственной пошлины, в составе требований третьей очереди.

Исходя из вышеизложенного следует, что лицами ответственным за нецелевое использование денежных средств являются руководители (учредители) ООО «ДИС Компани»: ФИО1, ФИО2, ФИО3. 

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлены доказательственные презумпции невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее по тексту также - Постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно постановлению № 53 следует, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В соответствии с абзацем тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. конкурсному управляющему необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1ГК РФ).

По смыслу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 2, 3 Постановления от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1)действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2)скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3)совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4)после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5)знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) .

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2)до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3)совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом установлено,  что ФИО3 являлся учредителем ООО «ДИС КОМПАНИ» с 02 июля 2014 по 07 февраля 2018. При этом, каких-либо доказательств, что  ФИО3  были совершены какие-либо действия, которые явились причиной банкротства ООО «ДИС КОМПАНИ» заявителем  не представлено.

Кроме того,  судом не установлено наличие доказательств совершения ФИО1, ФИО2 действий (бездействий), которые привели к несостоятельности ООО «ДИС КОМПАНИ».

Из искового заявления следует, что в связи с наличием у ООО «ДИС КОМПАНИ» задолженности в размере 884 255 руб. 37 коп., истец обратился в суд с требованием о признании Общества банкротом (дело № А60-48860/2019). 

В связи с отсутствием денежных средств на финансирование процедуры банкротства производство по делу № А60-48860/2019  прекращено Определением Арбитражного суда от 07.03.2020.

ФИО1, ФИО2 являлись учредителями и участниками Общества в период с 02.07.2014 по 16.08.2018 (ФИО1), с 02.07.2014 по 24.01.2018 (ФИО8), должность руководителя ФИО1 занимал с 02.07.2014 по 11.09.2018, должность руководителя Общества ФИО8 не занимала. В указанный период ФИО1, ФИО2 не было совершено виновных действий, которые привели к несостоятельности Общества.

Заявитель  указал, что в связи с тем, что ФИО1, ФИО2 являлись  учредителями Общества, денежные средства в сумме 884 255руб. 37 коп.  неправомерно удержаны ими в виде неоплаты оказанных истцом услуг, соответственно  они являются ответственным за нецелевое использование денежных средств, и их бездействием причинен существенный ущерб истцу.

Таким образом, истец основывает свои требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности на основании положений п. 1 и пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов).

В силу указанных положений если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пп. 1 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

При этом, в силу п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Однако, заявитель не указал,  какие именно действия (бездействия) ответчиков привели к неплатежеспособности Общества. 

Фактически истец указывает, что одного факта неисполнения Обществом обязательств перед истцом достаточно для применения презумпции, установленной пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Между тем, указанный вывод ответчика не соответствует положениям Закона о банкротстве.

С учетом того, что истцом не представлены пояснения относительно действий/бездействий ФИО1, ФИО2, которые привели к неплатежеспособности Общества, а также доказательства наличия причинно-следственной связи между данными действиями/бездействиями и неплатежеспособностью Общества, отсутствуют основания для привлечения ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Так, согласно ч. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1)причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника;

2)документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту вынесения определения о введении наблюдения отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве;

3)требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4)документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством РФ об обществах с ограниченной ответственностью к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5)на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Между тем, заявителем не доказано наличие оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве:

-не представлены сведения о совершении/одобрении контролирующими лицами каких-либо сделок Общества;

-не представлены доказательства непередачи/искажения/отсутствия документации.

-не представлены сведения о наличии требований, возникших вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения;

-не представлены сведения о невнесении ответчиками обязательных сведений о юридическом лице (или внесение недостоверных сведений).

Таким образом, в связи с недоказанностью истцом ни одного из вышеуказанных оснований невозможность погашения требования истца вследствие действий/бездействия контролирующих лиц не презюмируется. В таком случае истец должен доказать все основания для привлечения к субсидиарной ответственности в общем порядке. 

Между тем, такие доказательства не представлены.

Кроме того, ненадлежащее исполнение временным управляющим своих обязанностей не является основанием для изменения бремени доказывания по делу о привлечении к субсидиарной ответственности.

Оценив имеющиеся в материалах доказательства в порядке, предусмотренном ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применительно к обстоятельствам настоящего дела, суд пришел к выводу о недоказанности заявителем необходимой совокупности обстоятельств для привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем заявление удовлетворению не подлежит.

Вопросы распределения судебных расходов разрешается арбитражным судом в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (ст. 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По общему правилу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

При отказе в удовлетворении исковых требований все судебные расходы в соответствии с ч.1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворения исковых требований  общества с ограниченной ответственности Частное охранное предприятие "АЛЬФА-Е" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей и учредителя должника ФИО1, ФИО2, ФИО3 отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

СудьяЕ.Г. Италмасова