Арбитражный суд Республики Алтай

649000, г. Горно-Алтайск, ул. Ленкина, 4. Тел. (388-22) 4-77-10 (факс) 

http://www.my.arbitr.ru/                                  http://www.altai.arbitr.ru/

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А02-68/2021

02 июня 2021 года

город Горно-Алтайск

Резолютивная часть объявлена 27.058.2021 года. Полный текст решения изготовлен 02.06.2021 года.

Арбитражный суд Республики Алтай в составе судьи Кириченко Е. Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Шебалинский питомник "Королевский марал" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, ул. Пролетарская, д. 38, литер А, с. Шебалино, р-н. Шебалинский, Республика Алтай) к ФИО2 (г. Горно-Алтайск, Республика Алтай),

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью «Чебоксарский завод силовых агрегатов» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, пр. Тракторостроителей, д. 109, г. Чебоксары, Чувашская республика), и ФИО3 (г. Одинцово, Московская область),

о взыскании убытков в сумме 609169 рубелей 80 копеек, судебных расходов по оценке стоимости движимого имущества в сумме 36400 рублей.

В судебном заседании участвуют:

от истца – ФИО4, представитель по доверенности от 06.02.2020, сроком на два года, диплом№ВСВ1531903 от 21.04.2006;

от ответчика – ФИО2 (личность установлена по паспорту);

от третьего лица ООО «ЧЗСА» – ФИО5, представитель по доверенности от 07.10.2020, сроком на один год - в режиме онлайн;

от третьего лица ФИО3 – ФИО6, представитель по доверенности от 23.08.2019 года, сроком на два года - в режиме онлайн.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью "Шебалинский питомник "Королевский марал" (далее – ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Алтай с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании убытков в сумме 609169 рубелей 80 копеек, судебных расходов по оценке стоимости движимого имущества в сумме 36400 рублей.

В обоснование заявленных требований в иске указано, что ФИО2 в период с 19.11.2007 года по 19.06.2018 года являлась единоличным исполнительным органом (генеральным директором) ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал». В период с 18.06.2018 года по 31.08.2019 года ответчик занимала должность президента общества.

ООО «Чебоксарский завод силовых агрегатов» является участником общества с долей в уставном капитале в размере 69,81% от уставного капитала общества, ФИО3 также является участником общества с долей в уставном капитале в размере 30,19% от уставного капитала общества, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

18.06.2018 года генеральным директором общества был назначен ФИО7

По результатам работы за год была проведена аудиторская проверка бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» за 2018 год.

Согласно письму от 01.10.2019 ООО «АУДИТСИСТЕМА», аудитором установлено, что аудиторское заключение о бухгалтерской отчетности общества за 2018 год не может быть выдано положительным, поскольку аудитор выразил сомнения в реальной стоимости имущества, приобретенного обществом по договору купли-продажи от 01.06.2017 года, заключенного между обществом и ФИО3 на общую сумму 857946 рублей 80 копеек.

В рамках данного договора ФИО3 поставила обществу 182 позиции различного имущества, от бытовой техники до лампочек и мисок, в котором кроме нового имущества было имущество, бывшее в употреблении, требуемое ремонта или непригодного для использования.

ФИО2 приняла данное имущество, при этом документы, подтверждающие рыночную стоимость и принадлежность этого имущества ФИО3 обществу не были представлены в полном объеме.

В дальнейшем стоимость данного имущества была принята для увеличения доли ФИО3 в уставном капитале общества на сумму 857946 рублей 80 копеек.

В целях определения законности увеличения доли в уставном капитале общества, по заявке генерального директора общества ФИО7 специализированной оценочной фирмой ООО «Бюро оценки» проведена оценка рыночной стоимости имущества на дату приобретения. По результатам оценки от 13.11.2020 было установлено, что рыночная стоимость имущества, приобретенного обществом у ФИО3, по состоянию на 01.06.2017 составляла 284476 рублей, что в несколько раз ниже цены, по которой имущество было приобретено, и впоследствии привело к увеличению доли ФИО3 в уставном капитале общества.

Таким образом, вследствие недобросовестных и неразумных действий ответчика истцу были причинены убытки в размере 573470 рублей 80 копеек.

Кроме того, согласно накладной на внутреннее перемещение, передачу товаров, тары от 20.09.2017 №67 ответчику был передан в пользование ноутбук Lenovo Z710 (FHD), стоимость которого составляет 35699 рублей.

После увольнения ответчику было направлено письмо от 03.09.2019 с предложением о возврате ноутбука. Ноутбук Lenovo Z710 (FHD) до настоящего времени обществу не возвращен. Таким образом, ответчик обязан возместить истцу убытки, причиненные обществу в общем размере 609169 рублей 80 копеек.

Иск обоснован ссылками на статью 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 44 Федерального закона №14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах).

Определением от 27.01.2021 исковое заявление было принято судом к производству, одновременно суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Чебоксарский завод силовых агрегатов» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, пр. Тракторостроителей, д. 109, г. Чебоксары, Чувашская республика, далее – ООО «ЧЗСА», и ФИО3 (г. Одинцово, Московская область).

Ответчик ФИО2 просила отказать в удовлетворении иска, указав в отзыве (том 2, л.д. 132-133) на следующее.

При приемке имущества, поступившего от ФИО3, комиссией в составе заместителя генерального директора ФИО7, главного бухгалтера ФИО8, бухгалтера-делопроизводителя ФИО9 были выявлены дефекты у двух позиций: сломана боковая спинка у дивана; расколота раковина MONZA 81x46 Balta 6880, указанное  имущество не имеет отношения к договору купли-продажи имущества от 01.06.2017 и не включалось в него.

Акты №106-109, №300 от 02.10.2017 о приемке товара были подписаны участниками комиссии в составе генерального директора ФИО7 (действующий генеральный директор), главного бухгалтера и бухгалтера-делопроизводителя.

Часть имущества поступила в питомник без подтверждающих документов. Это имущество принимала вышеуказанная комиссия, при этом ФИО7 определил стоимость имущества на свое усмотрение и предоставил в бухгалтерию питомника соответствующую таблицу с наименованиями и ценой. Указанная таблица была оформлена как приложение №5 к договору купли-продажи имущества (акт №300 от 02.10.2017). Указанные обстоятельства подтверждаются нотариальным протоколом о производстве осмотра письменных доказательств от 15.03.2021.

Спорное имущество было приобретено для использования в хозяйственной деятельности питомника, а именно было необходимо для обустройства сдаваемых в аренду коттеджей, санитарно-бытового блока.

В отношении экспертного заключения ООО «Бюро оценки» ответчиком представлена рецензия №01/20/02/2021 от 04.03.2021 АНО «Судебная Экспертиза недвижимости и бизнеса», согласно которой предоставленный на исследование документ не соответствует требованиям ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ» от 29.07.1998 №135-Ф3 и требованиям федеральных стандартов оценки.

По требованию о взыскании убытков в части стоимости ноутбука ответчик указала, что согласно карточке счета 10 за январь 2014 года - декабрь 2017 года, ноутбук 20.09.2017 года со счета бухгалтерского учета 10.07 (материалы, переданные в переработку на сторону) был переведен на счет бухгалтерского учета 10.09 (инвентарь и хозяйственные принадлежности). По документам ноутбук не передавался ответчику.

Далее в карточке счета 10 за январь 2014 года - декабрь 2017 года отражена операция 30.09.2017 по передаче материалов в эксплуатацию и списание ноутбука на общехозяйственные расходы (счет 26 бухгалтерского учета). Списание ноутбука произошло в связи с тем, что в 2017 году он работал со сбоями, а в начале 2018 года сломался окончательно и был утилизирован, т.к. его восстановление являлось финансово нецелесообразным.

Упоминание истцом о конфликте между интересами ответчика и интересами питомника является злоупотреблением правом ос стороны истца.

Сделка по увеличению уставного капитала ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» позволила питомнику произвести взаимозачет и освободиться от долга перед ФИО3 на сумму 18627411 рублей. Решение об увеличении уставного капитала питомника было принято его участниками единогласно в присутствии нотариуса. Указанные обстоятельства были предметом рассмотрения по делу №А02-102/2020.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности, поскольку в отношении договора купли-продажи имущества от 01.06.2017 срок исковой давности должен рассчитываться не с даты экспертного заключения о рыночной стоимости имущества от 13.11.2020, а с момента подписания договора купли-продажи - 01.06.2017 или с 02.10.2017 когда ФИО7 принял на ответственное хранение имущество и подписал акты №106-109, №300. В отношении убытков в связи с невозвратом ноутбука срок исковой давности, по мнению ответчика, должен быть рассчитан с даты увольнения ФИО2 с должности президента питомника с 31.08.2019 и составлять 1 год.

Ответчик указала, что при заключении договора купли-продажи от 01.06.2017 действовала добросовестно, разумно и в интересах общества, ущерб последнему не причиняла, а все действия согласовывала с собственниками питомника.

ООО «Чебоксарский завод силовых агрегатов» в письменном отзыве на иск от 17.03.2021, поступившем в суд 19.03.2021 (том 2 л.д. 128), указало, что учитывая наличие у ответчика конфликта интересов при заключении договора купли-продажи от 01.06.2017 между ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» и ФИО3, а также наличие установленного вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Алтай от 03.07.2020 по делу №А02-102/2020 факта аффилированности ФИО2 и ФИО3, третье лицо считает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Треть лицо ФИО3 в удовлетворении иска просила суд отказать, указав в отзыве на исковое заявление, поступившем в суд 19.03.2021 (том 2, л.д. 8-9), приводит следующие основания.

Представленное истцом письмо ООО «АУДИТСИСТЕМА» от 01.10.2019 не соответствует признакам, указанным в части 2 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2008 №307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» и аудиторским заключением не является. Аудитор в своем письме не выражал сомнений в реальной стоимости имущества, приобретенного истцом по договору купли-продажи от 01.06.2017 , кроме того, в письме аудитора не содержится упоминание указанного договора.

10.06.2019 состоялось общее собрание участников истца, на котором произошел конфликт между бенефициарами истца - ФИО10 (отец ФИО3) и ФИО11. В тот же день ФИО3 отправила истцу по почте заявление о выходе из состава участников.  В результате этого конфликта рассматривались дела №А02-1313/2019 (об оспаривании решения общего собрания истца), №А02-2194/2019 (о выходе из состава участников и выплате действительной стоимости доли); №А02-102/2020 (о признании недействительными части договоров займа, которые послужили основанием увеличения уставного капитала истца в 2018).

В результате рассмотрения дела №А02-102/2020 по иску ООО «ЧЗСА», суды трех инстанций отказали в удовлетворении искового заявления. При этом Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в своем постановлении от 28.12.2020 указал, что в действиях третьего лица было установлено наличие признаков недобросовестности, направленных на затягивание судебного разбирательства по выплате ФИО3 действительной стоимости доли в уставном капитале питомника. Законность увеличения доли ФИО3 в уставном капитале истца не требовала проверки и обращения в специализированную оценочную фирму ООО «Бюро оценки». Указанная проверка была проведена вступившим в силу решением Арбитражного суда Республики Алтай от 03.07.2020 по делу №А02-102/2020.

По мнению третьего лица, настоящим иском общество пытается создать правовые основания для оспаривания части принадлежавшей ФИО3 доли в уставном капитале истца, т.к. задолженность истца по договору купли-продажи от 01.06.2017 была зачтена в счет дополнительного вклада ФИО3 при увеличении уставного капитала истца в 2018 году.

Имущество, которое было передано истцу согласно приложениям №1-4 к договору купли-продажи от 01.06.2017, было приобретено в магазинах в период с марта по апрель 2017 года, что подтверждается чеками о покупке. По согласованию с бухгалтерией истца стоимость имущества в приложениях № 1-4 к договору купли-продажи от 01.06.2017 сделали равной покупной стоимости согласно чекам, т.к. указанное имущество было новым и в употреблении не было. Стоимость имущества в приложении №5 к договору купли-продажи определял лично заместитель генерального директора истца ФИО7

Доводы истца о том, что имущество, приобретенное по спорному договору, не имело отношения к хозяйственной деятельности общества, третье лицо опровергает, указав, что указанное имущество предназначалось для обустройства построенных истцом коттеджей Тошик-1, Тошик-2, Тошик-3, Тальное. Истец планировал сдавать коттеджи в аренду, что и происходит в настоящее время. Факт сдачи коттеджей в аренду подтверждается протоколом о производстве осмотра письменных доказательств от 22.01.2021.

В соответствии с представленными истцом документами ноутбук Lenovo Z710 (FHD) ответчику не передавался, т.к. накладная на внутреннее перемещение, передачу товаров, тары от 20.09.2017 № 67 лишь подтверждает факт перемещения указанного имущества с одного счета бухгалтерского учета на другой, а не выдачу его в пользование генеральному директору. Таким образом, истец документально не подтвердил выбытие ноутбука из его владения и причинение ему убытков на сумму 35699 рублей.

Доводы истца о незаконности увеличения доли ФИО3 в уставном капитале проверены и опровергнуты решением Арбитражного суда Республики Алтай от 03.07.2020 по делу №А02-102/2020.

Третьим лицом заявлено о пропуске срока исковой давности, поскольку истец узнал о стоимости имущества в момент подписания договора купли-продажи имущества - 01.06.2017, ФИО7 - в октябре 2017, когда лично принимал данное имущество и подписывал соответствующие документы.

В настоящем судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске и возражениях на отзыв.

Представитель ответчика в удовлетворении иска просил суд отказать, ссылаясь на возражения указанные в отзыве на иск.

Представитель ФИО3 считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, ссылался на пропуск срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском. Дополнительно указал на злоупотребление истцом своими правами.

Представитель третьего лица ООО «ЧЗСА» поддержал позицию истца в полном объеме, считает иск подлежащим удовлетворению.

Рассмотрев и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела, заслушав представителей сторон, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд согласно статьям 9, 11 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассматривая указанный иск к гражданину, суд учитывает, что в соответствии с частью 1 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей (далее - корпоративные споры), в том числе по следующим корпоративным спорам: споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее - участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

В соответствии с частью 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 2 указанной статьи Кодекса арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее - индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее - организации и граждане).

Согласно пункту 9 Постановления Пленума ВАС РЫ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  (далее – Постановление пленума №62) требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» зарегистрировано в качестве юридического лица Управлением Федеральной налоговой службой по Республике Алтай в Едином государственном реестре юридических лиц 30.11.2007 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

На основании выписки из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 18.12.2020 участниками общества являются ФИО3 – 30,19% долей в уставном капитале и ООО «Чебоксарский завод силовых агрегатов» - 69,81% долей в уставном капитале. Генеральным директором по состоянию на 18.12.2020 (дата выписки) является ФИО7.

В рамках настоящего дела истцом, завалено требование к бывшему директору общества ФИО2 о взыскании убытков.

Как следует из материалов дела ФИО2 в период с 19.11.2007 года по 18.06.2018 года являлась генеральным директором общества, с 18.06.2018 года по 31.08.2019 года занимала должность президента питомника, что подтверждено решением №1 учредительного собрания общества от 19.11.2007, трудовыми договорами от 19.11.2007, от 20.11.2009 с дополнительными соглашениями (том 1, л.д. 32-49).

На основании заявления ФИО2 от 14.08.2019 об увольнении по собственному желанию с 31.08.2019 была уволена с должности президента ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал».

18.06.2018 генеральным директором был назначен ФИО7,  о чем сделана запись в ЕГРЮЛ 25.06.2018.

Судом установлено, что 01.06.2017 между ФИО3 (продавец) и ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» (покупатель) в лице генерального директора ФИО2 был заключен договор купли-продажи, согласно пункту 1 которого продавец передает в собственность, а покупатель принимает имущество, перечисленное в приложениях №1-5 к договору.

Пунктами 3, 4 договора установлено, что передача имущества осуществляется не позднее 30.09.2017 путем самовывоза покупателем.

Пунктом 5 договора стороны согласовали общую стоимость имущества в размере 857946 рублей 80 копеек.

Общество, ссылаясь на экспертное заключение о рыночной стоимости движимого имущества, и полагая, что вследствие недобросовестных и неразумных действий ответчика истцу были причинены убытки в сумме 573470 рублей, а также убытки в сумме 35699 рублей, возникшие в связи с  удержанием ответчиком ноутбука Lenovo Z710 (FHD), обратилось в суд с иском.

Отказывая в удовлетворении иска, суд руководствовался следующими обстоятельствами.

На основании пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 44 Закона об обществах  единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах).

Общество или его участник вправе обратиться в суд с иском к единоличному исполнительному органу общества (генеральному директору) о возмещении причиненных им убытков (пункт 5 статьи 44 Закона об обществах).

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума №62 лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 2 Постановления Пленума №62 установлено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.)т (пункт3 Постановления Пленума №62).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предусмотренная данными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что имущество, указанное в приложениях №1-5 к договору купли-продажи от 01.06.2017 было принято членами комиссии общества в составе заместителя генерального директора ФИО7 (в настоящее время действующий директор), главным бухгалтером ФИО8, бухгалтером –делопроизводителем ФИО9, что подтверждено актами о приемке товара №№106, 107, 108, 109 от 02.10.2017, №300 от 02.10.2017.

Стоимость имущества указанного в приложениях №1-4 подтверждена имеющимися в материалах дела платежными документами (чеками, товарными чеками и т.д.) и истцом не была поставлена под сомнение при получении и приемке товара.

Иное имущество, указанное в приложении №5 к договору, первоначально поступило без цены, по распоряжению ФИО2 было оценено заместителем генерального директора ФИО7 и принято комиссией также без разногласий, данный факт подтверждается нотариальным протоколом о производстве осмотра письменных доказательств от 15.03.2021 (том 4, л.д. 19-100).

В качестве подтверждения исковых требований о взыскании убытков с директора истцом в материалы дела представлены письмо ООО «АУДИТСИСТЕМА» от 01.10.2019 и экспертное заключение о рыночной стоимости движимого имущества от 13.11.2020, выполненное Специализированная оценочная фирма ООО «Бюро оценки» (том 1, л.д. 16, 17-26).

Исследовав письмо ООО «АУДИТСИСТЕМА» от 01.10.2019 суд не принимает его в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего факт возникновения убытков, поскольку данное письмо не соответствует признакам, указанным в части 2 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2008 №307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» и аудиторским заключением не является. Данное письмо не содержит каких-либо  сомнений в реальной стоимости имущества, приобретенного истцом по договору купли-продажи от 01.06.2017, кроме того, в письме аудитора не содержится упоминание спорного договора.

По заказу ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» 13.11.2020 Специализированная оценочная фирма ООО «Бюро оценки» было изготовлено, экспертное заключение о рыночной стоимости движимого имущества, согласно которому, рыночная стоимость оцениваемого движимого имущества на дату составления оценки округленно составляет 284476 рублей.

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – Постановление Пленума №23) не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 13 Постановления Пленума №23 заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Кодекса.

Суд оценил представленное истцом экспертное заключение на предмет его обоснованности, содержания и соответствия требованиям действующего законодательства, и, учитывая наличие в материалах документов, подтверждающих стоимость переданного товара, а также актов приемки товара, отклоняет данное доказательство и доводы истца в указанной части.

Доводы истца в части того, что имущество, приобретенное по спорному договору не имело отношения к хозяйственной деятельности общества, судом отклонены, поскольку исходя из выписки из ЕГРЮЛ в отношении истица ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал», в том числе, осуществляет деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания, деятельность по предоставлению мест краткосрочного проживания, детальность ресторанов и кафе с полным ресторанным обслуживанием, кафетериев, ресторанов быстрого питания и самообслуживания.

Кроме того, отказывая в удивлении требований в части взыскания убытков в сумме 573470 рублей суд исходил из того, что установление обстоятельств включение данного имущества в уставной капитал общества, вопрос конфликта интересов (аффилированность) были предметом рассмотрения по делу №А02-102/2020 по иску ООО «ЧЗСА» к ФИО3 о признании сделки по увеличению уставного капитала, зарегистрированной 29.05.2018 недействительной. Новые доказательства в указанной части истцом не представлены.

Решением Арбитражного суда Республики Алтай от 03.07.2020, оставленным в силе постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанции, суд отказал в удовлетворении требований.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскания убытков в сумме 35699 рублей, суд исходил из следующего.

Как указано в исковом заявлении данная сумма убытков возникла в результате того, что бывший генеральный директор ФИО2 после увольнения не возвратила имеющийся в ее пользовании ноутбук Lenovo Z710 (FHD) стоимостью 35699 рублей. Врученная ФИО2 претензия оставлена последней без удовлетворения.

Судом установлено, что ноутбук Lenovo Z710 (FHD) стоимостью 35699 рублей был приобретен обществом на основании товарного чека №Б-00459056 от 15.01.2014 и чека об оплате.

Согласно карточке счета 10 за январь 2014 года  - декабрь 2017 года 20.09.2017. ноутбук со счета бухгалтерского учета 10.07 был переведен на счет бухгалтерского учета 10.09 (внутреннее перемещение ноутбука между счетами бухгалтерского учета). Далее в карточке счета 10 отражена операция 30.09.2017 по передаче материалов в эксплуатацию и списание ноутбука на материальные расходы (счет 26 бухгалтерского учета).

Доказательств передачи ноутбука ФИО2 истцом в материалы дела не представлено. Согласно представленным в материалы настоящего дела оборотно-сальдовым ведомостям по счетам бухгалтерского учета общества по состоянию на 31.12.2018, спорное имущество - ноутбук Lenovo Z710 (FHD) среди имущества истца не числится, иных доказательств, подтверждающих факт нахождения спорного имущества у ответчика в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом в суд не представлено.

Возражая по заявленным требованиям, ответчик и третье лицо ФИО3 заявили о пропуске срока исковой давности, указав, что истец узнал о стоимости имущества в момент подписания договора купли-продажи имущества 01.06.2017. ФИО7 лично в октябре 2017 года принимал  данное имущество и подписывал соответствующие документы. Следовательно, срок исковой давности следует исчислять не с даты экспертного заключения о рыночной стоимости имущества (13.11.2020), а с момента подписания договора купли-продажи с 01.06.2017, либо с даты подписания актов 02.10.2017.

В отношении суммы убытков за стоимость ноутбука срок исковой давности, по мнению ответчика, должен исчисляться с даты увольнения ответчика с 31.08.2019 и составлять 1 год в соответствии со статьей 392 Трудового кодекса российской Федерации.

Заявление о пропуске срока исковой давности, исходящее от третьего лица, не служит основанием для применения судом исковой давности.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление №43) разъяснено, что поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствие с положениями статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 3 Постановления №43, течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 10 Постановления Пленума №62 в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Генеральный директор ООО «Шебалинский питомник «Королевский марал» ФИО7 был назначен на должность 18.06.2018. В реестре ЕГРЮЛ внесена запись от 25.06.2018.

Поскольку с настоящим иском истец обратился в суд 20.01.2021, трехгодичный срок исковой давности к моменту обращения в суд не истек, следовательно, применение истечения срока исковой давности в настоящем случае не подлежит, вместе с тем, не изменяет вышеизложенные обстоятельства об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы (государственная пошлина и судебные издержки, в том числе расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде - статьи 101, 106 Кодекса), понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Отказ в иске исключает возмещение судебных расходов, как на оплату государственной пошлины, так и расходов, понесенных в связи с оказанием услуг по оценке рыночной стоимости имущества в силу положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Решение может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья

Е.Ф. Кириченко