АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3892/2022

г. Петропавловск-Камчатский

23 января 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 23 января 2023 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «КамТехноСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «ТСМ «Форт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 2 031 964,74 руб.,

при участии:

от истца: не явились,

от ответчика (посредством веб-конференции): ФИО2 – представитель по доверенности от 27.04.2021 (сроком на 3 года), удостоверение адвоката № 9574,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «КамТехноСтрой» (далее – истец, ООО «КамТехноСтрой», адрес: 683006, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском обществу с ограниченной ответственностью «ТСМ «Форт» (далее – ответчик, ООО «ТСМ «Форт», адрес: 119146, 

<

...> Фрунзенская 3А, стр. 2 пом. 5) о взыскании 2 031 964,74 руб., включающих 1 720 148,95 руб. неосновательного обогащения и 311 815,79 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.01.2019 по 21.01.2022 с их последующим начислением на сумму неосновательного обогащения с 22.01.2022 по день фактической уплаты денежных средств. 

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы получением ответчиком от истца строительных материалов без возмещения их стоимости. 

Исковое заявление принято к производству Арбитражного суда города Москвы, делу присвоен номер А40-32186/22-141-235. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2022, оставленным ьез изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2022, дело № А40-32186/22-141-235 передано по подсудности в Арбитражный суд Камчатского края на основании пункта 12.3 договора подряда от 18.06.2018 № 1416187380772090942000000/1-КМЧСП и статей 37,39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В период судебного разбирательства в Арбитражном суде Камчатского края стороны дополнили свои правовые позиции, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, а истец представил возражения по указанному доводу ответчика. Для предоставления сторонам возможности ознакомиться с пояснениями и дополнительными документами, представленными в материалы дела процессуальным оппонентом, судебное заседание протокольным определением от 21.11.2022 отложено на 16.01.2023.

Истец явку в судебное заседание своего представителя не обеспечил, направив непосредственно в день проведения судебного заседания через систему «Мой арбитр» ходатайства о вызове свидетеля, об отложении рассмотрения дела, а также дополнительные пояснения по иску. 

Протокольным определением от 16.01.2023 суд отказал в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля (бывшего генерального директора ООО «КамТехноСтрой»), поскольку показания свидетеля по смыслу статьи 68 АПК РФ не являются допустимым доказательством при установлении факта передачи товарно-материальных ценностей. Более того, суд оценивает заявленное непосредственно в день проведения судебного заседания ходатайство о вызове свидетеля наряду с подачей ходатайства об отложении рассмотрения дела применительно к части 5 статьи 159 АПК РФ как направленное на затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, поскольку заявитель не обосновал и не представил доказательств невозможности обратиться с таким ходатайством ранее, с учетом нахождения дела в суде с 01.08.2022.

Также суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства истца об отложении судебного заседания, мотивированного болезнью конкурсного управляющего, поскольку доказательств уважительности причин неявки к ходатайству не приложено.

Более того, по смыслу статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств (часть 5 статьи 158 АПК РФ). Обязательное отложение судебного заседания предусмотрено только в двух случаях: когда это прямо предусмотрено АПК РФ, и в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о месте и времени судебного разбирательства. При этом из содержания частей 3, 4, 5 статьи 158 АПК РФ следует, что если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство о его отложении, то совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью. 

Указанные нормы предоставляют возможность суду отложить рассмотрение дела по ходатайству отсутствующего лица в случае, если его отсутствие приведет к невозможности всестороннего объективного рассмотрения дела. 

Установив, что материалы дела располагают достаточным объемом доказательств, позволяющих рассмотреть спор по существу в отсутствие истца, принимая во внимание, что сторонам было предоставлено достаточно времени для дополнения своих правовых позиций, что истец не был лишен возможности представить в материалы дела дополнительные пояснения (чем он и воспользовался, направив одновременно с ходатайством дополнительные пояснения), как и не лишен возможности обеспечить участие в деле своего представителя либо принять участие в рассмотрении дела посредством веб-конференции, суд пришел к выводу о том, что заявленная причина для отложения судебного разбирательства, к тому же не подтвержденная документально, не создает безусловных препятствий для рассмотрения спора по существу.

Отказав в удовлетворении заявленных истцом ходатайств о вызове свидетеля и об отложении судебного заседания, суд рассмотрел дело в его отсутствие на основании статьи 156 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам. 

Заслушав пояснения представителя ответчика, изучив правовую позицию истца, изложенную в иске и дополнительных пояснениях к нему, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как установлено решением Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2019 по делу № А40-111677/19-89-715, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2019, 18.06.2018 между ООО «ТСМ «Форт» (подрядчик) и ООО «КамТехноСтрой» (субподрядчик) заключен договор подряда № 1416187380772090942000000/1-КМЧСП, по условиям которого истец принял на себя обязательство выполнить в соответствии с проектно-сметной и технической документацией комплекс работ по строительству объекта в соответствии с описанием, приведенным в пункте 2.1 договора, и сдать результат выполненных работ ответчику, а последний – принять результат работ и оплатить его.

Цена договора определена в пункте 3.1 договора в размере 46 368 428,09 руб. и согласно пункту 3.3 договора включает цену строительно-монтажных работ, а также всех иных работ выполняемых субподрядчиком в соответствие с условиями договора.

При этом согласно пункту 3.6 договора субподрядчик подтверждает, что он информирован обо всех возможных обстоятельствах, способных повлиять на его затраты но выполнению своих обязательств по договору, в том числе следующих: колебания валютных курсовых разниц, колебания в стоимости привлекаемой рабочей силы, и ни при каких обстоятельствах не вправе требовать увеличения согласованной сторонами цены договора до основаниям, указанным в пункте.

Пунктом 3.7 договора установлена обязанность подрядчика по перечислению авансового платежа, а пунктом 3.7.4 договора – обязанность субподрядчика использовать авансовый платеж путем целевого расходования, а именно: на приобретение материалов, на выполнение работ, оплату выполненных работ субсубподрядчиками, согласованными с подрядчиками; нецелевое использование авансового платежа субподрядчиком запрещено.

В соответствии с пунктом 3.8.1 договора материалы и оборудование, поставку которых обеспечивает субподрядчик, оплачиваются в составе выполненных строительно-монтажных работ по актам о приемке выполненных работ и справкам о стоимости выполненных работ и затрат.

По смыслу раздела 8 договора, пунктов 3.8.1, 6.1.22, 9.3, 15.11 договора выполнение работ обеспечивается как иждивением заказчика, так и иждивением подрядчика. При этом согласно пункту 6.1.16 договора в течение 10 календарных дней со дня подписания акта окончательной приемки выполненных работ субподрядчик обязан вывезти за пределы строительной площадки свои машины, оборудование, материалы и другое имущество, а материалы, переданные ему подрядчиком, передать последнему вместе с результатом выполненных работ (пункт 15.11). 

Согласно пункту 15.1 договора подрядчик может, при наличии объективных обстоятельств, отказаться от исполнения договора, направив об этом субподрядчику соответствующее мотивированное уведомление не менее чем за 10 (десять) календарных дней до даты предполагаемого отказа. Субподрядчик с момента получения уведомления подрядчика обязан прекратить выполнение работ на объекте и поставку материалов, оборудования, запасных частей к нему.

В связи с тем, что субподрядчик допустил существенное нарушение сроков выполнения работ, не окончил их в срок, установленный договором, подрядчик направил ему уведомление о расторжении договора от 20.12.2018 № 434, полученное субподрядчиком 11.01.2019, а затем обратился в суд с требованием о взыскании неосновательного обогащения в размере неосвоенного авансового платежа (дело № А40-111677/19-89-715).

Удовлетворяя требования ООО «ТСМ «Форт» в рамках дела № А40-111677/19-89-715, суды первой и апелляционной инстанций установили, что с момента заключения договора субподрядчиком выполнены работы на общую сумму 15 520 106,52 руб. согласно представленным в материалы дела актам о приемки выполненных работ от 15.09.2018 и от 15.12.2018, в то время как размер полученного от подрядчика аванса составил 20 865 792,63 руб. 63 коп. (платежные поручения от 31.07.2018 № 681, от 16.10.2018 № 065). В связи с тем, что субподрядчик допустил существенное нарушение сроков выполнения работ, не окончил их в срок, установленный договором, подрядчик правомерно воспользовался правом на односторонний отказ от договора, направив субподрядчику соответствующее уведомление, полученное последним 11.01.2019. Таким образом, договор прекращен ввиду одностороннего отказа ООО «ТСМ «Форт» от его исполнения. Судом также дана оценка доводам ООО «КамТехноСтрой» и представленным им доказательствам относительно выполнения работ в период с 16.12.2018 по 29.12.2019 на сумму 6 735 877,78 руб. Отклоняя указанный довод и не принимая представленные ООО «КамТехноСтрой» документы в качестве доказательства выполнения работ, суд исходил из того, что  документы о выполнении работ на указанную сумму направлены подрядчику лишь 20.05.2019, то есть после прекращения договора подряда, и в такой ситуации у подрядчика не возникло обязанности по приемке работ, их оплате либо направлению мотивированного отказа от приемки. 

Обращаясь с рассматриваемым требованием в суд, истец указывает, что после прекращения договора подряда ввиду одностороннего отказа от него ответчика, ООО «КамТехноСтрой» по накладной от 23.01.2019 передало ООО «ТСМ «Форт» металлоизделия (уголок, лист стальной, арматуру) стоимостью 1 720 148,95 руб. 

Истец утверждает, что по указанной накладной производилась передача подрядчику материала, приобретенного субподрядчиком для целей выполнения договора, но не использованного в связи с прекращением договорных обязательств по инициативе ответчика. В подтверждение факта приобретения материала именно субподрядчиком истцом представлены договоры поставки от 24.08.2018 № 87, от 29.10.2018 № 97, выписка из лицевого счета о внесении платы по указанным договорам, платежные поручения об оплате материала от 04.09.2018 № 870, от 18.10.2018 № 1097, универсальные передаточные документы № 463083/112002, 465790/112002, 417261/112002, 511115/112002, 423128/1120002, 458253/112002. 

Претензией от 21.01.2022 № 133 истец потребовал от ответчика перечислить стоимость полученного материала, поскольку его оплата в составе переданных по договору подряда работ подрядчиком не производилась и в составе принятых подрядчиком работ не учтена. 

Письмом от 18.02.2022 № 49 ООО «ТСМ «Форт» в ответ на полученную претензию сообщил об отсутствии у него задолженности перед ООО «КамТехноСтрой» и отказал в удовлетворении требования истца, что явилось основанием для обращения последнего с рассматриваемым иском в суд. 

Согласно пункту 7 части 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с положениями ГК РФ обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из анализа вышеназванных норм права, а также разъяснений, содержащихся в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 года № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» (далее – Информационное письмо № 49), следует, что неосновательное обогащение должно соответствовать трем обязательным признакам: должно иметь место приобретение или сбережение имущества; данное приобретение должно быть произведено за счет другого лица и приобретение не основано ни на законе, ни на сделке (договоре), то есть происходить неосновательно (аналогичный вывод указан в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2013 № 12435/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 20-КГ15-5).

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

При условии объективного подтверждения истцом своих доводов, на ответчика возлагается обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 17.07.2019).

Решающее значение для квалификации обязательства по статье 1102 ГК РФ имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 ГК РФ). 

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

В пункте 4 Информационного письма № 49 также указано на возможность применения правил об обязательствах вследствие неосновательного обогащения к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате ошибочно исполненного.

Исходя из существа заявленных требований, в предмет доказывания по делу входят факты получения ответчиком неосновательного обогащения за счет истца; отсутствие правовых оснований получения ответчиком спорной суммы денежных средств; размер неосновательного обогащения.

При этом как указано в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Проанализировав представленные в материалы дела договор подряда и документы, связанные с его исполнением, суд пришел к выводу, что между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 37 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

В соответствии со статьями 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 702, пункту 1 статьи 711 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работ при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

Прекращение обязательства по требованию одной из сторон является одним из способов прекращения обязательств (пункт 2 статьи 407 ГК РФ), возможно лишь в случаях, установленных законом либо договором, и предполагает расторжение договора, которым данные обязательства были установлены, (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

При расторжении договора согласно пунктам 2, 4 статьи 453 ГК РФ обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Из пунктов 2 и 4 статьи 453 ГК РФ и разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – Постановление № 35) следует, что после расторжения договора происходит определение завершающих имущественных обязательств сторон, в том числе возврат и уравнивание осуществленных ими при исполнении расторгнутого договора встречных имущественных предоставлений. 

В случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент расторжения договора сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным. Данное право стороны основано на положениях пункта 1 статьи 1102 ГК РФ.

Таким образом, поскольку в случае допустимого законом или договором одностороннего отказа стороны договора от его исполнения договор считается расторгнутым (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ), то по смыслу пункта 4 статьи 1, статьи 10, пункта 3 статьи 307, пункта 4 статьи 450, статьи 1102, подпункта 3 статьи 1103 ГК РФ, пункта 1 Информационного письма № 49, пункта 5 Постановления № 35 сторона, получившая предоставление в ходе исполнения договора и не предоставившая эквивалентное встречное исполнение, обязана возвратить полученное в натуре или компенсировать его стоимость. Вне зависимости от оснований расторжения договора ликвидационная стадия обязательства должна окончиться приведением сторон в такое положение, в котором ни одна из них не могла бы считаться извлекшей необоснованные преимущества из исполнения и расторжения договора.

Истец, полагая, что по накладной от 23.01.2019 им осуществлялась передача ответчику материалов, приобретенных субподрядчиком за счет собственных средств, и что при прекращении договора подряда вследствие одностороннего отказа от него подрядчиком оплата указанного материала не произведена и не вошла в стоимость принятых ответчиком работ, считает, что на стороне ООО «ТСМ «Форт» в связи с непредставлением встречного исполнения образовалось неосновательное обогащение за счет средств ООО «КамТехноСтрой» в размере стоимости металлоизделий.

Возражая против удовлетворения требований истца, ответчик утверждает, что по спорной накладной субподрядчик (истец) производил не передачу приобретенного материала подрядчику (ответчику), а возврат давальческого материала, ранее полученного от ответчика для выполнения работ. Также ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Рассмотрев доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд пришел к следующему выводу.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Таким образом, закон исходит из того, что срок исковой давности в любом случае исчисляется с даты, когда о нарушении своего права узнал обладатель данного права (то есть в данном случае – юридическое лицо), а не лица, на которые в последующем возложено исполнение обязанностей руководителя.

Следовательно, начальный период течения срока исковой давности следует исчислять с момента, когда о нарушении прав и законных интересов должно было узнать само Общество, а не конкурсный управляющий, осуществляющий полномочия руководителя. 

Применительно к заявленным требованиям, исходя из его предмета и основания, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истец узнал (должен был узнать) о необоснованной передаче материала ответчику.

Исходя из того, что обязательства сторон по договору подряда прекращены вследствие одностороннего отказа подрядчика от его исполнения, как отмечено ранее, с даты прекращения договора наступила ликвидационная стадия обязательства, которая должна была окончиться приведением сторон в такое положение, в котором ни одна из них не могла бы считаться извлекшей необоснованные преимущества из исполнения и расторжения договора. То есть при прекращении обязательств сторонам надлежало сопоставить взаимные предоставления и определить завершающие обязанности по отношению друг к другу, соответствующие установленному сальдо встречных обязательств.

Как установлено ранее, по смыслу раздела 8 договора, пунктов 3.8.1, 6.1.22, 9.3, 15.11 договора выполнение работ обеспечивается как иждивением заказчика, так и иждивением подрядчика. При этом согласно пункту 6.1.16 договора при завершении работ субподрядчик обязан вывезти за пределы строительной площадки свои машины, оборудование, материалы и другое имущество, а материалы, переданные ему подрядчиком, передать последнему вместе с результатом выполненных работ (пункт 15.11). Кроме того, согласно пункту 15.1 с момента получения уведомления подрядчика об отказе от договора субподрядчик обязан прекратить выполнение работ на объекте и поставку материалов, оборудования, запасных частей к нему.

Таким образом, приобретенный за счет собственных средств материал подлежал вывозу субподрядчиком с территории строительной площадки, а не передаче подрядчику.

Тем не менее истец настаивает на том, что приобретенный субподрядчиком за счет своих средств был передан подрядчику. При этом суду не раскрыты причины подобного поведения истца, наличие соответствующей договоренности между сторонами документально не подтверждено.

Однако, вне зависимости от указанных обстоятельств, получив 11.01.2019 от ответчика уведомление об отказе от договора подряда, истец, действуя разумно и осмотрительно, мог и должен был прекратить поставку на объект собственного материала, возвратить давальческий материал подрядчику, определить объем исполненного по договору и сопоставить с объемом полученного от ответчика. 

Осознавая наличие на дату прекращения договора приобретенного для его исполнения материала, не включенного в стоимость переданных работ, субподрядчик имел возможность предъявить подрядчику соответствующие требования, связанные с передачей и оплатой этого материала. 

В такой ситуации моментом, с которого истцу стало известно о нарушении правила об эквивалентности встречных предоставлений, а следовательно, о нарушении его прав, следует считать дату прекращения договора, то есть 11.01.2019. 

Как отмечено ранее, к искам о взыскании неосновательного обогащения применяется общий трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ, который в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2019 № 308-ЭС19-10020).

При этом с учетом разъяснений, указанных в пункте 16 Постановления № 43 со ссылкой на пункт 3 статьи 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом или договором, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (аналогичный вывод содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2019 № 305-ЭС18-21546).

В рассматриваемом случае правоотношения сторон, связанные с выполнением работ и приобретением материала для их выполнения, урегулированы договором подряда от 18.06.2018 № 1416187380772090942000000/1-КМЧСП.

Несмотря на прекращение договора вследствие одностороннего отказа от него стороны, необходимо учитывать разъяснения, приведенные в пункте 3 Постановления № 35, где указано, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Именно исходя из этих разъяснений Арбитражным судом города Москвы применена согласованная сторонами в пункте 12.3 договора подсудность рассмотрения споров, вытекающих из этого договора, и применительно к порядку урегулирования споров, возникших между сторонами в связи с исполнением и прекращением спорного договора, также подлежат применению условия договора подряда, в частности, пункт 12.1, согласно которому сторонами установлен претензионный порядок и срок на рассмотрение претензии, равный 10  календарным дням.

Таким образом, с учетом установления соглашением сторон срока на досудебное урегулирование споров (10 календарных дней), течение исковой давности по требованиям, вытекающим из спорного договора, в том числе в связи с оплатой стоимости приобретенных для выполнения работ материалов, подлежит приостановлению на указанный срок.

Следовательно, применительно к рассматриваемым требованиям общий трехгодичный срок исковой давности подлежит продлению на 10 календарных дней, установленных сторонами для досудебного порядка урегулирования спора (3 года + 10 календарных дней).

В такой ситуации, учитывая дату прекращения договора (11.01.2019), срок исковой давности по требованиям, вытекающим из спорного договора, истек 21.01.2022, тогда как иск подан ООО «КамТехноСтрой» 20.02.2022, то есть за пределами срока исковой давности.

Оценивая доводы истца о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с даты передачи материала (23.01.2019), суд обращает внимание, что исходя из условий договора и ввиду утверждения истца о передаче материала, приобретенного им за счет собственных средств, сама по себе такая передача уже после прекращения договора не имела правовых или договорных оснований. Тем не менее, даже если исчислять срок исковой давности с указанной даты, учитывая, что истец связывает передачу материала именно с исполнением спорного договора, то срок исковой давности также является пропущенным, поскольку истекает в этом случае 03.02.2022 (3 года + 10 дней), тогла как иск подан 20.02.2022. 

Таким образом, суд признает обоснованным довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, что при наличии заявления ответчика о применении исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Вместе с тем суд также полагает необходимым отметить следующее.

Согласно частью 1 статьи 704 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, работа выполняется иждивением подрядчика – из его материалов, его силами и средствами.

В соответствии с частью 1 статьи 713 ГК РФ подрядчик обязан использовать предоставленный заказчиком материал экономно и расчетливо, после окончания работы представить заказчику отчет об израсходовании материала, а также возвратить его остаток либо с согласия заказчика уменьшить цену работы с учетом стоимости остающегося у подрядчика неиспользованного материала.

Как установлено ранее, исходя из анализа условий договора подряда, в частности, раздела 8 договора, пунктов 3.8.1, 6.1.22, 9.3, 15.11 договора, выполнение работ в рассматриваемом случае предполагалось как иждивением заказчика, так и иждивением подрядчика. 

При этом согласно пункту 6.1.16 договора при завершении работ субподрядчик обязан вывезти за пределы строительной площадки свои машины, оборудование, материалы и другое имущество, а материалы, переданные ему подрядчиком, передать последнему вместе с результатом выполненных работ (пункт 15.11). Кроме того, согласно пункту 15.1 с момента получения уведомления подрядчика об отказе от договора субподрядчик обязан прекратить выполнение работ на объекте и поставку материалов, оборудования, запасных частей к нему.

Таким образом, приобретенный за счет собственных средств материал подлежал вывозу субподрядчиком с территории строительной площадки, а не передаче подрядчику, что само по себе противоречит правовой позиции истца, не раскрывшего причины, способствовавшие принятию истцом решения о передаче приобретенного за свой счет материала ответчику вопреки условиям договора.

В то же время ответчиком представлены накладные от 01.11.2018 и от 09.11.2018, из которых следует, что в рамках спорного договора подряда подрядчик передал субподрядчику давальческий материал, по наименованию и характеристикам совпадающий с материалом, поименованным в представленной истцом накладной от 23.01.2019.

В такой ситуации суд находит убедительными доводы ответчика о том, что по накладной от 23.01.2019 субподрядчиком производилась не передача собственного материала подрядчику, а осуществлялся возврат давальческого материала, ранее полученного от подрядчика по накладным от 01.11.2018 и от 09.11.2018, что согласуется с достигнутыми сторонами договоренностями и условиями спорного договора подряда, предполагающими, что после одностороннего отказа подрядчика от договора субподрядчик прекращает поставку на стройплощадку собственного материала, вывозит собственный материал с территории, а материал, полученный от подрядчика, возвращает последнему.

Ссылка истца на представленные им договоры поставки, платежные поручения и универсальные передаточные документы не опровергает указанный вывод, поскольку не исключает того обстоятельства, что приобретенный субподрядчиком материал действительно использовался при выполнении работ, однако применялся при выполнении именно того объема работ, который принят ответчиком до прекращения договора и оплачен за счет авансового платежа, тем более, что за счет собственных средств согласно представленным документам истец приобрел материал раньше (сентябрь, октябрь 2018 года), чем получил идентичный материал от ответчика (ноябрь 2018 года). В частности, как установлено судом в рамках дела № А40-111677/19-89-715, с момента заключения договора субподрядчиком выполнены работы на общую сумму 15 520 106,52 руб. согласно представленным в материалы дела актам о приемки выполненных работ от 15.09.2018 и от 15.12.2018, что по временному периоду совпадает с периодом приобретения истцом спорных материалов (сентябрь, октябрь 2018 года). В соответствии с пунктом 3.8.1 договора подряда материалы и оборудование, поставку которых обеспечивает субподрядчик, оплачиваются в составе выполненных строительно-монтажных работ по актам о приемке выполненных работ и справкам о стоимости выполненных работ и затрат. Доказательств тому, что материал, приобретенный по универсальным передаточным документам № 463083/112002, 465790/112002, 417261/112002, 511115/112002, 423128/1120002, 458253/112002 в сентябре и октябре 2018 года, не был использован при производстве работ, переданных ответчику по актам о приемки выполненных работ от 15.09.2018 и от 15.12.2018, истец в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представил, что не позволяет признать убедительными его доводы о том, что этот материал не был оплачен в составе переданных подрядчику работ за счет авансового платежа. 

Таким образом, проанализировав представленные в материалы дела документы, суд пришел к выводу, что заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению как в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, так и в связи с недоказанностью неосновательного обогащения ответчика за счет истца. 

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                          О.А. Душенкина