СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 

№ 17АП-4299/2017-ГК

г. Пермь

19 ноября 2017 года

Дело № А60-24214/2016 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2017 года,  постановление в полном объеме изготовлено 19 ноября 2017 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Романов В. А.,  судей  Даниловой И.П.,  

 Мартемьянова В.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кириенко И.К.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании  

апелляционные жалобы должника Попова Михаила Юрьевича 

 и ответчика Шарапова Ильи Анатольевича  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 августа 2017  

года, вынесенное судьей Сушковой С.А. в рамках дела № А60-24214/2016 о  

признании банкротом индивидуального предпринимателя Попова Михаила  

Юрьевича (ОГРНИП 310667002500065, ИНН 667004819581), 

(лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела  извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем  размещения информации на Интернет-сайте апелляционного суда),  

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2016  индивидуальный предприниматель Попов Михаил Юрьевич (далее – Должник,  Предприниматель Попов) признан несостоятельным (банкротом), в отношении  него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым  управляющим утвержден Силицкий П.Б.  

Финансовый управляющий Силицкий П.Б. обратился в арбитражный суд  с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от  27.02.2015 между должником Поповым М.Ю. и ответчиком Шараповым Ильёй  Анатольевичем (далее – Ответчик).  

В качестве основания своих требований управляющий ссылается на ст.  61.2 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве), а также мнимость оспариваемой сделки.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2017  (судья Сушкова С.А.) заявление управляющего удовлетворено: оспариваемый  договор признан недействительным по основаниям ст.ст. 10, 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), также с Шарапова И.А. в  конкурсную массу Попова М.Ю. подлежит взысканию 6.000 руб. в возмещение  понесенных расходов по уплате госпошлины.  

Должник и ответчик обжаловали определение суда от 03.08.2017 в  апелляционном порядке, указывают на то, что факт получения Должником от  Ответчика денежных средств в размере 240.000 руб. в качестве оплаты по  спорному договору подтвержден самим договором.  

До начала судебного разбирательства от финансового управляющего  поступил письменный отзыв, согласно которому позицию апеллянта считает  необоснованной, обжалуемое определение – законным.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание  представителей не направили, в силу ч. 3 ст. 156, ст. 266 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба  рассмотрена в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст.ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда  Свердловской области от 08.06.2016 возбуждено настоящее дело о банкротстве.  

Определением от 14.07.2016 в отношении Должника введена  реструктуризация долгов.  

Решением арбитражного суда от 14.07.2017 Должник признан банкротом,  в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина,  финансовым управляющим утвержден Силицкий П.Б.  

В ходе соответствующей процедуры управляющий выявил, что между  Должником (продавец) и Шараповым И.А. (покупатель) 27.02.2015 был  заключен договор купли-продажи транспортного средства Форд «Фокус» VIN  X9FMXXEEBMCY60436 по цене 240.000 руб.  

Полагая, что договор купли-продажи транспортного средства от  27.02.2015 является недействительной сделкой по ст. 61.2 Закона о банкротстве,  а также имеет признаки мнимости, финансовый управляющий обратился в суд с  заявлением о признании договора недействительным.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из  наличия оснований для признания договора недействительной сделкой по  основаниям мнимости, а также ввиду его совершения должником с целью  причинения вреда имущественным интересам кредиторов, так как сделка  совершена должником в условиях его неплатежеспособности с  заинтересованным по отношению к должнику лицом, автомобиль из владения  должника не выбывал, денежные средства за автомобиль от ответчика  должнику не передавались.  

Изучив доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в  силу следующего.  

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям,  предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка  оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании  сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о  банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве  должника.  

Пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона  от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам  граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки  указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред  кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК  РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора  (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 (в  редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).  

Из приведенных положений следует, что они направлены на  регулирование отношений связанных с оспариванием сделок граждан, не  являющихся индивидуальными предпринимателями. При этом действовавшее  до 01.10.2015 законодательство допускало возможность оспаривания сделок  заключенных предпринимателями на основании гл. III.1 Закона о банкротстве.  

Оспариваемый договор купли-продажи датирован 27.02.2015. 

Поскольку на указанную дату должник являлся гражданином,  являющимся индивидуальным предпринимателем, и заявление о признании  Должника банкротом принято в отношении индивидуального  предпринимателя, а не физического лица, финансовый управляющий имел  право оспорить данный договор по пункту 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли  (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с  выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости  активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или  после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1  Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации", добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные  интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  

необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается  поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему  права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав,  осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,  нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее  им вред или создающее для этого условия.  

На дату договора купли-продажи транспортного средства у Должника  уже имелась задолженность перед Масловым М.М., возникшая в результате  уступки ему прав требования возврата денежных средств за неисполнение  Должником договоров купли-продажи строительных материалов, заключенных  в период с 26.12.2014-по 12.03.2015, которая определением суда от 14.07.2017 в  сумме 1.401.218,85 руб. включена в реестр требований кредиторов, то есть у  Должника имелись признаки неплатежеспособности, предусмотренные ст. 2  Закона о банкротстве.  

В результате совершения сделки, из потенциальной конкурсной массы  должника выбыло транспортное средство при наличии непогашенной  кредиторской задолженности.  

Суд первой инстанций, оценив представленные в материалы дела  доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, установил, что автомобиль,  являющийся предметом оспариваемой сделки, до настоящего времени  зарегистрирован за Должником, его регистрация за ответчиком органами  ГИБДД не производилась, за такой регистрацией стороны не обращались.  

Как следует из составленного судебным приставом-исполнителем в июне  2016 года акта о наложении ареста на данный автомобиль (л.д. 18-19), он был  обнаружен и арестован около дома, в котором проживает должник. В  совокупности с наличием сведений об эксплуатации автомобиля Должником и  после указанной в договоре даты (это подтверждается сведениями о  нарушениях правил дорожного движения) эти обстоятельства позволяют  сделать вывод о том, что транспортное средство не выбывало из фактического  владения должника и фактически не передавалось ответчику.  

Кроме того, ответчик Шарапов И.А. является супругом матери Попова  М.Ю., т.е. заинтересованным лицом к Должнику (ст. 19 Закона о банкротстве),  а достоверных доказательств возможности для Шарапова И.А. уплатить Попову  М.Ю. цену, определенную договором купли-продажи от 27.02.2015, в  материалах деле не имеется.  

Доводы апеллянтов о том, что факт уплаты цены подтверждается  содержанием самого договора от 27.02.2015, подлежат отклонению, так как в  силу п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 для рассмотрения настоящего спора имеет  значение не оформление в тексте договора передачи денег, а представление  иных доказательств, которыми можно было бы объективно подтвердить  возможность для покупателя за счет своего дохода предоставить  

соответствующую сумму денежных средств, а для продавца – подтвердить факт  последующего расходования денежных средств на различные цели.  

Такого рода доказательства в нарушение требований ст. 65 АПК РФ ни  должником, ни ответчиком не представлены.  

С учетом изложенных обстоятельств, правильно установленных судом  первой инстанции, нужно согласиться с выводами суда о наличии всех  признаков, установленных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (с учетом  разъяснений, содержащихся в пунктах 5-7 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63) для квалификации оспариваемого  договора как сделки должника, совершенной с целью причинения вреда  имущественным интересам его кредиторов.  

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда  первой инстанции, что сделка по купле-продажи транспортного средства от  27.02.2015 фактически является мнимой.  

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна  (пункт 1 ст. 170 ГК РФ). Следовательно, при ее совершении должен иметь  место порок воли (содержания).  

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи  170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки  стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки  правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом  обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли  каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых  последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее  исполнить либо требовать ее исполнения.  

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного  Суда РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что  стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое  имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного  управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив  контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества  от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены  (статья 454 ГК РФ). Следовательно, мнимость сделки исключает намерение  продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную  денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от  продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.  

Совокупность вышеуказанных обстоятельств (сохранение автомобиля во  владении должника, непринятие мер к его регистрации за ответчиком,  непередача денег за автомобиль) позволяет признать, что оспариваемый  договор от 27.02.2015 совершен его сторонами лишь для вида, без намерения  

создать соответствующие ему правовые последствия в форме перехода от  должника к ответчику права собственности на автомобиль.  

Следовательно, такой договор является ничтожным в силу ст. 170 ГК РФ.  

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие всех  предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10, 170 ГК РФ  оснований для признания недействительным договора купли-продажи от  27.02.2015, в связи с чем, требования финансового управляющего правомерно  признаны судом подлежащими удовлетворению.  

С учетом того, что спорное автотранспортное средство зарегистрировано  за Должником и фактически не выбыло из его владения, суд правомерно не  применил последствия недействительности сделки.  

При отмеченных обстоятельствах и с учетом проверки законности и  обоснованности судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы  оснований для отмены определения суда не имеется.  

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб в  порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителей жалоб.  

Поскольку Попову М.Ю. при принятии апелляционной жалобы к  производству предоставлена отсрочка ее уплаты до окончания рассмотрения  дела, государственная пошлина подлежит взысканию с него в доход  федерального бюджета в размере 3 000 руб.  

Руководствуясь ст.ст. 110, 176, 258-272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный  суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 августа  2017 года по делу № А60-24214/2016 оставить без изменения, апелляционные  жалобы без удовлетворения.  

Взыскать с Попова Михаила Юрьевича в доход федерального бюджета  3.000 рублей государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий В.А. Романов 

Судьи И.П. Данилова   В.И. Мартемьянов