495/2024-11190(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-1508/2024

г. Челябинск

28 февраля 2024 года

Дело № А76-12663/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2024 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Бабиной О.Е., судей Баканова В.В., Ширяевой Е.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  

ограниченной ответственностью «Лечебно-консультационный центр «Нормавит» на  

решение Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2023 по делу № А7612663/2022.  

В судебном заседании приняли участие представители:  

общества с ограниченной ответственностью «Лечебно-консультационный  

центр «Нормавит» - ФИО2 (доверенность № 4 от 04.05.2023 сроком действия  

один год, паспорт, диплом), 

общества с ограниченной ответственностью «Котельная № 3» - ФИО3  

С.А. (доверенность № 25 от 10.05.2023 сроком действия три года, паспорт, диплом). 

Общество с ограниченной ответственностью «Спецсервис» (далее – ООО  «Спецсервис», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской  области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью  «Лечебно-консультационный центр «Нормавит» (далее - ООО «ЛКЦ «Нормавит»,  центр, ответчик, податель апелляционной жалобы) о взыскании задолженности по  договору № 15320 от 01.07.2019 за период с 17.10.2019 по 31.12.2022 в размере 40 198  руб. 13 коп. (с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации увеличения размера требований, т.  2, л.д. 88-94).  

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечены Министерство тарифного  регулирования и энергетики Челябинской области (далее – МТРИЭ, третье лицо),  Министерство экологии Челябинской области, общество с ограниченной  ответственностью «Котельная № 3» (далее – ООО «Котельная № 3», третье лицо).  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2023 по делу №  А76-12663/2022 исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца  взыскано 40 198 руб. задолженности за период с 17.10.2019 по 31.12.2022, 2 000 руб.  00 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины.  

Ответчик с вынесенным судебным актом не согласился, обратился в  Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой  (вход.1508), в которой просил решение суда отменить, в удовлетворении исковых  требований ООО «Спецсервис» отказать (т.5, л.д. 3-7).  

В качестве обоснования доводов апелляционной жалобы ответчик указал, что  является лечебно-профилактическим учреждением, основным и единственным видом  деятельности которого в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ является деятельность  медицинских организаций, имеет действующую лицензию на медицинскую  деятельность.  

Согласно позиции ООО «ЛКЦ «Нормавит», в период действия договора между  ответчиком и третьи лицом применялся СанПиН 2.1.2790-10 и предусматривал  следующий порядок работы с отходами класса А: сбор осуществляется в  многоразовые контейнеры или одноразовые пакеты. Цвет любой за исключением  желтого и красного. Заполненные многоразовые емкости или одноразовые пакеты  доставляются с использованием средств малой механизации и перегружаются в  маркированные контейнеры, установленные на специальной площадке (в  помещении). Транспортирование отходов класса А организуется с учетом схемы  санитарной очистки, принятой для данной территории, в соответствии с  требованиями санитарного законодательства к содержанию территорий населенных  мест и обращению с отходами производства и потребления. При транспортировании  отходов класса А разрешается применение транспорта, используемого для перевозки  твердых бытовых отходов.  

Податель апелляционной жалобы полагает, что несмотря на то, что  медицинские отходы класса А приближены по составу к ТКО, таковыми по своей  правовой природе не являются, так как произведены лечебным учреждением и  подпадают под действие СанПиН, исходя из чего у лечебного учреждения нет  обязанности заключать публичный договор с региональным оператором как то  предусмотрено Федеральным законом от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах  производства и потребления» (далее - Закон № 89-ФЗ), заключение договора между  региональным оператором и медицинскими учреждениями является правом таких  лиц.  

Согласно позиции ответчика, нормативы и тарифы, на основании которых  истец производит расчет, установлены для ТКО, а поскольку класс А медицинских  отходов не относится к ТКО, а лишь приравнен, то есть нормативы и тарифы, в  пределах которых действует Региональный оператор, не могут применяться.  

Податель жалобы ссылается на то, что третье лицо ООО «Котельная № 3»  является спецорганизацией и имеет Лицензию на осуществление деятельности по  сбору, транспортированию и обезвреживанию отходов.  

Как следует из материалов дела, ответчиком с третьим лицом заключен договор  на оказание услуг по приему, вывозу и обезвреживанию медицинских отходов класса  «А» (договор подписан сторонами в 2019, 2020, 2021, 2022 в факсимильном варианте  путем обмена скан копий по электронной почте, а в бумажном носителе  воспроизведен с оригинальными подписями и печатями в апреле 2023 для  предоставления в суд), в соответствии с ним третье лицо приняло на себя  обязательство оказывать ответчику услуги по приему, вывозу и обезвреживанию  медицинских отходов класса «А», а ответчик в свою очередь обязался услуги  принимать и оплачивать их в установленном порядке.  

На протяжении всего срока действия заключенного договора третье лицо  

надлежащим образом оказывало услуги по вывозу и размещению медицинских  отходов класса «А», что подтверждено соответствующими актами оказанных услуг из  личного кабинета и услуги приняты ответчиком, что подтверждено произведенной  оплатой оказанных фактически услуг.  

ООО «ЛКЦ «Нормавит» считает, что факт оказания услуг истцом также не  нашел подтверждения в материалах дела. Ссылка истца на данные ГЛОНАСС, как  подтверждение факта оказания услуг, несостоятельна, в материалы дела не  представлено ни одного доказательства ни направления актов приемки услуг в адрес  ответчика, ни отказа ответчика в подписании таких актов.  

Кроме того, ООО «Котельная № 3» в рамках рассмотрения дела по существу  указывало, что фактическое оказание услуг по договору не может быть подтверждено  и не подтверждается данными о движении транспорта, в том числе регионального  оператора.  

Помимо изложенного, заявитель отмечает, что истцом в материалы дела в  целях подтверждения факта оказания услуг представлены только сведения ГЛОНАСС  за период с 01.04.2022 по 11.08.2022.  

За период с 01.01.2019 по апрель 2022 и с сентября 2022 по декабрь 2022  сведения ГЛОНАСС не представлены, однако суд посчитал, что услуги за этот период  истцом были оказаны.  

В отчетах системы транспортного мониторинга положения транспортного  средства МАЗ гос. номер в040ас, при использовании спутников ГЛОНАСС,  отсутствуют сведения о прохождении транспортного средства по адресу  фактического местонахождения ответчика 

<

...>,  имеются сведения о прохождении автомобиля по иным адресам (

<

...> в г. Кыштыме. Также в отчетах отсутствуют указания на контрольные  точки геопозиции транспортного средства, в связи с чем указанный в отчетах адрес  может свидетельствовать лишь о том, что транспортное средство осуществляло  движение по улице Кооперативная, в том числе по участку, прилегающему к другим  домам.  

Ответчик отмечает, что в подтверждение оказания услуг истцом представлены  договора на оказание услуг по сбору и транспортированию ТКО с ООО «ТехВтор».  

Исходя из толкования условий договора в подтверждение оказания услуг  истцом ответчику, истец обязан был предоставить помимо договора с ООО  «ТехВтор» и актов выполненных услуг детализированный отчет системы  спутниковой навигации к каждому акту и копию маршрутного журнала с  информацией о движении мусоровоза и загрузке (выгрузке) ТКО, однако такие  документы в материалам дела отсутствуют.  

На основании изложенного, ответчик ссылается на недоказанность истцом  факта сбора и транспортировки ТКО за спорный период.  

Кроме того, ООО «ЛКЦ «Нормавит» обращает внимание на тот факт, что у  ответчика свой контейнер отсутствует, истцом отдельный контейнер ответчику для  складирования медицинских отходов в соответствии с СанПиН 2.1.2790-10 и СанПиН  2.1.3684-21 не предоставлялся.  

Помимо изложенного, ответчик ссылается на недобросовестность истца. 

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного  разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», истец и третьи лица  

МТРИЭ, Министерство экологии Челябинской области, представителей в судебное  заседание не направили.  

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6  статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает  возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц,  участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного  разбирательства.  

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, с учетом мнения представителя ответчика и ООО  «Котельная № 3», дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие  неявившихся лиц.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель  ответчика доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.  

Представитель ООО «Котельная № 3» доводы апелляционной жалобы  поддержал.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной  инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, 23.11.2017 между Минэкологии ЧО и ООО  «Спецсервис» (региональный оператор) заключено соглашение об организации  деятельности по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории  Кыштымского кластера Челябинской области.  

По результатам конкурсного отбора Минэкологии ЧО поручает, а  Региональный оператор принимает на себя выполнение функций регионального  оператора по обращению с ТКО, предусмотренных действующим законодательством  Российской Федерации, Челябинской области и настоящим соглашением, на  территории Кыштымского кластера Челябинской области (пункт 1.1 договора).  

Статус регионального оператора по обращению с ТКО присвоен  Региональному оператору на период с 23.11.2017 по 22.11.2027 (пункт 1.2 договора).  

Согласно пункту 1.4 соглашения, зоной деятельности Регионального оператора  является территория Кыштымского кластера Челябинской области в соответствии с  территориальной схемой, приведенной в приложении № 1 к соглашению.  

В силу пункта 3 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ собственники ТКО обязаны  заключить договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным  оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся места их  накопления.  

26.04.2019 ответчик направил в адрес регионального оператора заявление о  необходимости заключить договор на вывоз ТКО в отношении объекта по адресу: 

<

...>, нежилые помещения 2,5, с указанием, что клиника  начнет работать с июля 2019 года, планируется 10 посещений в день (т. 1, л.д. 114).  Истцом подготовлен проект договора на оказание услуг по обращению с ТКО № 15  320 от 01.07.2019 с указанием даты начала оказания услуг 01.07.2019 (т. 1, л.д. 16-21),  согласно журналу выдачи договоров договор № 15 320 от 01.07.2019 получен  представителем ответчика 20.06.2019, подписанный экземпляр истцу не возвращен (т.  1, л.д. 113).  

В письме от 25.11.2019 № 41 ответчик указал, что в период с 17.10.2019 по  24.11.2019 в клинику обратилось 31 человек. Письмом от 04.06.2020 № 3 ответчик  

сообщил, что количество посещений в период с 26.02.2020 по 03.06.2020 составило  194.  

В заявлении истец указал, что договор на оказание услуг по обращению с ТКО   № 15 320 от 01.07.2019 в виде отдельного документа, подписанного сторонами, не  заключался. За период с 31.07.2019 по 31.03.2022 оказаны услуги в общей сумме 45  759 руб. 95 коп., ответчиком произведена оплата в общей сумме 7 820 руб. 07 коп., в  подтверждение чего истцом представлен акт сверки взаимных расчетов за указанный  период (т. 1, л.д. 22).  

В подтверждение факта оказания услуг истцом представлены договоры на  оказание услуг по сбору и транспортированию ТКО, заключенные с ООО «ТехВтор»  за период 2018-2022 годы (т. 1, л.д. 46-67), акты оказанных ООО «ТехВтор» услуг (т.  1 л.д. 68-86, т.4 л.д. 112-118), распечатки с системы Глонасс о прохождении  автомобилей.  

В связи с образовавшейся задолженностью истец направил в адрес ответчика  претензию от 18.12.2020 № 3009, к претензии согласно почтовой описи приложены  счета и акты для оплаты, акт сверки расчетов.  

В ответ на претензию письмом от 20.01.2021 № 03/к ответчик сообщил, что  истцом неправильно произведен расчет платы за вывоз ТКО, оплата за услуги за  период с 17.10.2019 по 31.12.2020 произведена в полном объеме (т. 1, л.д. 23-26).  

Письмами от 25.11.2019, от 10.12.2020, от 27.04.2021, от 02.07.2021 в адрес  истца ответчик выразил несогласие с суммой начисления за оказанные услуги,  пояснил, что организация поставлена на налоговый учет 02.10.2019, первый прием  пациентов был осуществлен 17.10.2019 (т. 2, л.д. 111-114), в связи с чем плата за  вывоз ТКО должна осуществляться с этой даты. Так же указал на математические  ошибки в расчете платы за вывоз ТКО и представил корректный, по его мнению,  расчет (т. 1, л.д. 87-91).  

Наличие задолженности послужило основанием для обращения с настоящим  заявлением в суд.  

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость,  допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь  доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, суд первой  инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований.  

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле  доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной  инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого решения на основании  следующего.  

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой  своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке,  установленном настоящим кодексом.  

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных  законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических  лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих  начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и  обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской  Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных  

гражданских прав.  

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены  определенные способы защиты гражданских прав.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской  Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований,  предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан  и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами,  но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают  гражданские права и обязанности.  

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации  действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или  прекращение гражданских прав и обязанностей, признаются сделками.  

В силу пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации, для  заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон  (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).  

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в  подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям  договора (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно части 8 статьи 23 Федерального закона от 29.12.2014 № 458-ФЗ «О  внесении изменений в Федеральный закон «Об отходах производства и потребления»,  отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими  силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов)  Российской Федерации» обязанность по внесению платы за коммунальную услугу по  обращению с твердыми коммунальными отходами наступает при наличии  заключенного соглашения между органом исполнительной власти соответствующего  субъекта Российской Федерации и региональным оператором по обращению с  твердыми коммунальными отходами и утвержденного единого тарифа на услугу по  обращению с твердыми коммунальными отходами на территории соответствующего  субъекта Российской Федерации, но не позднее 01.01.2019.  

Согласно статье 24.6 Закона № 89-ФЗ сбор, транспортирование, обработка,  утилизация, обезвреживание, захоронение ТКО на территории субъекта Российской  Федерации обеспечиваются одним или несколькими региональными операторами в  соответствии с региональной программой в области обращения с отходами и  территориальной схемой обращения с отходами.  

В силу положений статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ все собственники ТКО  заключают договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным  оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся их места  сбора, оплачивают услуги региональному оператору по цене, определенной в  пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услугу  регионального оператора. Такой договор является публичным для регионального  оператора.  

Договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными  отходами заключается в соответствии с типовым договором, утвержденным  Правительством Российской Федерации. Договор на оказание услуг по обращению с  твердыми коммунальными отходами может быть дополнен по соглашению сторон  иными не противоречащими законодательству Российской Федерации положениями  (часть 5 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ).  

Порядок осуществления сбора, транспортирования, обработки, утилизации,  

обезвреживания и захоронения твердых коммунальных отходов регулируются  Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными  постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 № 1156 (далее -  Правила № 1156), разделом I(1) которых урегулирован порядок заключения договора  на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами.  

Положениями Правил № 1156, установлено, что потребитель - это собственник  ТКО или уполномоченное им лицо, заключившее или обязанное заключить с  региональным оператором договор на оказание услуг по обращению с ТКО.  

На основании пункта 5 Правил № 1156 договор на оказание услуг по  обращению с твердыми коммунальными отходами заключается между потребителем  и региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются твердые  коммунальные отходы и находятся места (площадки) их накопления, в порядке,  предусмотренном разделом I.1 настоящих Правил.  

Договор на оказание услуг по обращению с ТКО заключается в соответствии с  типовым договором, утвержденным Правительством Российской Федерации. Договор  на оказание услуг по обращению с ТКО может быть дополнен по соглашению сторон  иными не противоречащими законодательству Российской Федерации положениями  (пункт 5 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ).  

Форма типового договора на оказание услуг по обращению с ТКО, утверждена  Правилами № 1156.  

В соответствии с частью 6 статьи 23 Федерального закона от 29.12.2014 № 458- ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об отходах производства и  потребления», отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании  утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных  актов) Российской Федерации» (далее - Закон № 458-ФЗ) договоры, заключенные  собственниками ТКО на сбор и вывоз ТКО, действуют до заключения договора с  региональным оператором по обращению с ТКО.  

Частью 8 статьи 23 Закона № 458-ФЗ предусмотрено, что обязанность по  внесению платы за коммунальную услугу по обращению с ТКО наступает при  наличии заключенного соглашения между органом исполнительной власти  соответствующего субъекта Российской Федерации и региональным оператором по  обращению с ТКО и утвержденного единого тарифа на услугу по обращению с ТКО  на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, но не позднее  01.01.2019.  

В силу пунктов 8(4) - 8(5) Правил № 1156, договор может быть заключен как на  основании заявки потребителя, которая может быть подана, начиная со дня  утверждения единого тарифа на услугу регионального оператора, так и на основании  предложения регионального оператора.  

Согласно пункту 8 (11) указанных правил, потребитель (собственник твердых  коммунальных отходов или уполномоченное им лицо), в течение 15 рабочих дней со  дня поступления 2 экземпляров проекта договора на оказание услуг по обращению с  твердыми коммунальными отходами обязан их подписать и направить 1 экземпляр  договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами  региональному оператору либо направить мотивированный отказ от подписания  указанного проекта договора с приложением к нему предложений о внесении  изменений в такой проект в части, не противоречащей законодательству Российской  Федерации.  

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 10 пункта 2  

информационного письма от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров,  связанных с заключением, изменением и расторжением договоров», в тех случаях,  когда потребитель пользуется услугами (энергоснабжение, услуги связи и т.п.),  оказываемыми обязанной стороной, однако от заключения договора отказывается,  арбитражные суды должны иметь в виду следующее: фактическое пользование  потребителем услугами обязанной стороны следует считать в соответствии с пунктом  3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации акцептом абонентом  оферты, предложенной стороной, оказывающей услуги, поэтому данные отношения  должны рассматриваться как договорные.  

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика  оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную  деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.  

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в  порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.  

В силу пункта 2 статья 782 Гражданского кодекса Российской Федерации  исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного  оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.  

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов (статья 309  Гражданского кодекса Российской Федерации). Односторонний отказ от исполнения  обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за  исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Согласно статье 408 Гражданского кодекса Российской Федерации только  надлежащее исполнение прекращает обязательство.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые  оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица,  участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или  несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению  доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 кодекса Российской Федерации).  

ООО «Спецсервис» является региональным оператором по обращению с ТКО  на территории Челябинского кластера Челябинской области.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ региональные  операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с твердыми  коммунальными отходами с собственниками ТКО, если иное не предусмотрено  законодательством Российской Федерации. Договор на оказание услуг по обращению  с ТКО является публичным для регионального оператора.  

В настоящем случае истцом заявлены требование о взыскании долга за период  с 17.10.2019 по 31.12.2022, с учетом принятых судом первой инстанции уточнений  исковых требований (т. 2, л.д. 88-94).  

Как следует из материалов дела, истец в обоснование заявленных требований  ссылается на наличие у него статуса регионального оператора, что исключает  возможность оказания услуг по вывозу ТКО иными лицами и в отсутствии  достигнутого соглашения сторон, автоматическое заключение между сторонами  договора по оказанию услуг на вывоз ТКО на типовых условиях.  

Истцом подготовлен проект договора на оказание услуг по обращению с ТКО   № 15 320 от 01.07.2019 с указанием даты начала оказания услуг 01.07.2019 (т. 1, л.д.  16-21,), согласно журналу выдачи договоров договор № 15 320 от 01.07.2019 получен  представителем ответчика 20.06.2019, подписанный экземпляр истцу не возвращен (т.  1, л.д. 113). Договор не заключен.  

Согласно дополнительным пояснениям ответчика от 25.01.2023 (т.2, л.д. 95- 108), для осуществления медицинской деятельности по адресу 

<

...> необходимо было создать рабочие места, для чего создано  обособленное подразделение «Академия красоты и здоровья». Днем создания данного  подразделения является 02.10.2019. 17.10.2019 принят первый сотрудник и начата  деятельность. Поскольку в марте и апреле представители истца запрашивали  информацию о планируемом количестве посещений и начала работы, в связи с чем  26.04.2019 в адрес истца направлена данная информация. К работе медицинская  организация приступила только 17.10.2019.  

Как следует из обжалуемого судебного акта, удовлетворяя требования  общества, суд первой инстанции исходил из того, что медицинские отходы класса  «А» приближены по своему составу к твердым коммунальным отходам, в связи с чем  к обращению с медицинскими отходами класса «А» применяются нормы  законодательства, связанные с заключением договора с региональным оператором.  Таким образом, между истцом (региональный оператор) и ответчиком (потребитель)  заключен публичный договор на оказание услуг по обращению с твердыми  коммунальными отходами в типовой форме, то есть, на условиях типового договора,  вне зависимости от не достижения соглашения в письменной форме.  

Признавая доказанными заявленные требования, суд первой инстанции также  установил, что собственный контейнер у ООО «ЛКЦ НормаВит» отсутствует, в связи  с чем суд пришел к выводу, что центр имеет право пользоваться любыми общими  контейнерами, расположенными на территории многоквартирных домов, и, учитывая,  что помещение ответчика, находящееся по адресу: 

<

...>, не прикреплено ни к одной из контейнерных площадок Кыштымского городского  округа, ответчик имеет возможность складировать ТКО на любую площадку, в силу  чего также установил факт оказания услуг на сумму предъявленных требований  доказанным.  

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее. 

Судом апелляционной инстанции при рассмотрении фактических  обстоятельств спорных правоотношений принимается во внимание, что в рамках  настоящего спора заявлено требование о взыскании стоимости услуг по вывозу ТКО,  то есть правовой природой спорных правоотношений является возмездное оказание  услуг, в связи с чем доводы ответчика об образовании у него медицинских отходов  класса «А» имеют существенное значение для целей правильного установления  юридически-значимых обстоятельств, в силу чего само по себе направление в адрес  общества центром заявки на заключение договора, в отсутствие у него установленной  законом обязанности по заключению договора с региональным оператором в  отношении медицинских отходов класса «А» и при наличии договорных отношений в  отношении этих отходов с иным субъектом, имеющим право такие услуги  осуществлять, не свидетельствует о злоупотреблении правом на стороне ответчика,  поскольку последний не является профессиональным участником рынка по оказанию  услуг по обращению с ТКО, а также не свидетельствует об уклонении ответчика от  установленной законом обязанности.  

В силу изложенного, в отсутствие достигнутого сторонами согласия по всем  существенным условиям и в отсутствие подписания письменного договора, между  истцом и ответчиком не возникли договорные отношения на условиях типового  договора по оказанию услуг по обращению с ТКО, в связи с чем, доводы истца в  изложенной части не являются безусловным основанием для признания доказанным  им факта оказания услуг в спорный период ответчику, поскольку, согласно  пояснениям ответчика и представленным им доказательствам, при осуществлении его  медицинской деятельности образуются медицинские отходы, в отношении  медицинских отходов класса «А», «Б», «В» правоотношения урегулированы в ином  порядке, также указанное не препятствует ответчику оспаривать факт оказания услуг,  которые истцом ответчику не оказаны, поскольку необходимость в такой услуге  (вывоз ТКО) отсутствовала, ТКО не образовывались.  

Таким образом, для взыскания стоимости оказанных услуг юридически  значимым обстоятельством является факт оказания такой услуги, поскольку в  отсутствие доказанности спорной услуги, обязанность по её оплате не возникает.  

В настоящем случае истцом заявлены требование о взыскании долга за период  с 17.10.2019 по 31.12.2022.  

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на наличие у него  статуса регионального оператора, что исключает возможность оказания услуг по  вывозу ТКО иными лицами и в отсутствии достигнутого соглашения сторон,  автоматическое заключение между сторонами договора по оказанию услуг на вывоз  ТКО на типовых условиях.  

Также, согласно процессуальной позиции истца, ответчик, являясь источником  образования ТКО, в силу действующего законодательства обязан заключить договор  с региональным оператором (истцом по настоящему делу), который является  единственной специализированной организацией, осуществляющей сбор, хранение,  транспортировку и утилизацию твердых коммунальных отходов в зоне деятельности  ответчика и оказывает спорные услуги всем без исключения.  

По мнению ответчика, истец необоснованно заявляет требование о взыскании  услуг за период с 17.10.2019 по 31.12.2022, поскольку услуги по вывозу ТКО в  спорный период региональным оператором не оказывались, в связи с образованием в  деятельности ответчика медицинских отходов класса А, не являющимися ТКО.  

Доводы апелляционной жалобы об образовании в результате деятельности  ответчика медицинских отходов класса А, исследованы, и установлено следующее.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Федерального закона от 21 ноября 2011  года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»  (далее – Закон № 323-ФЗ) медицинские отходы подлежат сбору, использованию,  обезвреживанию, размещению, хранению, транспортировке, учету и утилизации в  порядке, установленном законодательством в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.  

Кроме этого Постановлением Главного государственного санитарного врача  Российской Федерации от 9 декабря 2010 № 163 утверждены санитарно-эпидемиологические требования к обращению с медицинскими отходами  (Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.7.2790-10),  которые устанавливают обязательные санитарно-эпидемиологические требования к  обращению (сбору, временному хранению, обеззараживанию, обезвреживанию,  транспортированию) с отходами, образующимися в организациях при осуществлении  медицинской и/или фармацевтической деятельности, выполнении лечебно- 

диагностических и оздоровительных процедур (медицинские отходы), а также к  размещению, оборудованию и эксплуатации участка по обращению с медицинскими  отходами, санитарно-противоэпидемическому режиму работы при обращении с  медицинскими отходами.  

Исходя из вышеизложенного, отходы, образуемые в медицинских учреждениях  (больницы, поликлиники и т.д.) до 01.03.2021 не относились к коммунальным  отходам.  

Как следует из материалов дела, возражая против заявленных требований,  ответчик в письменном отзыве указал, что спорный договор с его стороны не  подписан.  

Между ответчиком (заказчик) и ООО «Котельная № 3» (исполнитель)  заключены договоры 436-От от 17.10.2019, 436-От от 17.10.2020, 436-От от  17.10.2021, 436-От от 17.10.2022 на оказание услуг по сбору, транспортированию и  обезвреживанию эпидемиологически безопасных отходов, по составу приближенных  к твердым бытовым отходам, по условиям которого исполнитель по заявке заказчика  оказывает услуги по сбору, транспортированию и обезвреживанию  эпидемиологически безопасных отходов, по составу приближенных к ТБО, а заказчик  обязуется оплатить услуги (пункт 1.1 договора). В подтверждение факта оказания  услуг ответчиком представлены акты оказания услуг (т. 3, л.д. 7-21, т. 3, 79-119).  

В материалы дела представлены ведомости по приему медицинских отходов от  ООО «ЛКЦ Нормавит» за период с 2020 по 2021 годы (т. 3, л.д. 121-142).  

Оказанные ООО «Котельная № 3» услуги оплачены, в подтверждение чего  ответчиком представлены платежные поручения № 8 от 05.05.2023, № 9 от  05.05.2023, № 10 от 05.05.2023, № 11 от 05.05.2023 каждое на 3 000 руб. 00 коп.  

Ответчиком представлена бухгалтерская отчетность за 2019-2022 (т. 4, л.д. 35- 40), расшифровка кредиторской задолженности (т. 4, л.д. 98-101), предоставлены  документы-основания, на право осуществления обществом «Котельная № 3»  соответствующих услуг.  

Услуги по вывозу медотходов класса А оказывались ООО «Котельная № 3» на  основании договоров на оказание услуг по сбору, транспортированию и  обезвреживанию медицинских отходов класса А, что соответствовало нормам  СанПиНа 2.1.7.2790-10. Ответчик полностью оплатил данные услуги, взаимных  претензий организации к другу не имеют.  

Кроме того, третьим лицом в материалы дела также представлена  бухгалтерская отчетность за 2020, 2021 и 2022 годы (т. 4, л.д. 1-30).  

В качестве доказательств возможности оказания услуг третьим лицом  представлены договор № Э-К/М-15-09от 01.06.2015 аренды автоматизированного  рабочего места, заключенный с ООО «Эрго-ком», предметом которого являются  услуги по обеспечению функционирования системы мониторинга автотранспорта на  базе ГЛОНАСС в режиме 24 часа 7 дней в неделю в объеме Приложения № 1 к  договору, платежные поручения об оплате оказанных услуг, ПТС на автомобиль (т. 4,  л.д. 77-81, 95-96). Также представлены распечатки из системы ГЛОНАСС за 45.12.2023 с пояснениями ООО «Эрго-ком», что в связи со сменой платформы и  отсутствие архивации сообщений предоставить информацию до 01.11.2022 не  представляется возможным (т. 4, л.д. 92-94)  

Согласно пояснениям в суде первой инстанции, с 01.03.2021 года вступил с  силу СанПин 2.1.3684-21, где пунктом 157 медицинские отходы класса А приравнены  к ТКО.  

Как следует из обжалуемого судебного акта, суд первой инстанции, исследовав  фактические обстоятельства спорной ситуации, установив, что медицинские отходы  класса А относятся к ТКО, пришел к выводу о доказанности истцом факта оказания  услуг в спорный период в указанных истцом объемах.  

В силу части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих  требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею  прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных  доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа  заявленных требований.  

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, на что  указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 №  57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с  неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств».  

Отменяя обжалуемый судебный акт, судебная коллегия с учетом фактических  обстоятельств дела, доводов апелляционной жалобы и пояснений сторон, принимает  во внимание следующие обстоятельства.  

В рамках настоящего спора требования предъявлены к учреждению,  осуществляющему медицинскую, лечебную деятельность, что подтверждается  выпиской ЕГРЮЛ (т.1, л.д. 24, т.3, л.д. 36-43), что также подлежит учету с учетом  специфики отходов, образующихся в результате деятельности медицинской  организации и правового регулирования таких отходов.  

В настоящем случае лицами, участвующими в деле не оспаривается, что истец  является единственной специализированной организацией, осуществляющей сбор,  хранение, транспортировку и утилизацию твердых бытовых отходов в зоне  деятельности ответчика.  

Правовые основы обращения с отходами производства и потребления  определены Законом № 89-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ региональные  операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с твердыми  коммунальными отходами с собственниками ТКО, если иное не предусмотрено  законодательством Российской Федерации. Договор на оказание услуг по обращению  с ТКО является публичным для регионального оператора.  

В тоже время, в силу части 2 статьи 2 Закона № 89-ФЗ отношения в области  обращения с радиоактивными отходами, с биологическими отходами, с  медицинскими отходами регулируются соответствующим законодательством  Российской Федерации.  

Таким образом, в настоящее время деятельность по обращению с  медицинскими отходами выведена из сферы действия законодательства об отходах  производства и потребления.  

В Законе № 323-ФЗ учтена потенциальная опасность воздействия медицинских  отходов.  

В части первой статьи 49 Закона № 323-ФЗ дано следующее понятие  медицинских отходов - все виды отходов, в том числе анатомические, патологоанатомические, биохимические, микробиологические и физиологические,  образующиеся в процессе осуществления медицинской деятельности и  

фармацевтической деятельности, деятельности по производству лекарственных  средств и медицинских изделий, деятельности в области использования возбудителей  инфекционных заболеваний и генно-инженерно-модифицированных организмов в  медицинских целях, а также при производстве, хранении биомедицинских клеточных  продуктов.  

Согласно части 2 статьи 49 Закона № 323-ФЗ медицинские отходы разделяются  по степени их эпидемиологической, токсикологической, радиационной опасности, а  также негативного воздействия на среду обитания в соответствии с критериями,  устанавливаемыми Правительством Российской Федерации, на следующие классы:  

1) класс «А» - эпидемиологически безопасные отходы, приближенные по  составу к твердым бытовым отходам;  

2) класс «Б» - эпидемиологически опасные отходы; 3) класс «В» - чрезвычайно эпидемиологически опасные отходы; 

4) класс «Г» - токсикологические опасные отходы, приближенные по составу к  промышленным;  

5) класс «Д» - радиоактивные отходы. 

Медицинские отходы подлежат сбору, использованию, обезвреживанию,  размещению, хранению, транспортировке, учету и утилизации в порядке,  установленном законодательством в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения (часть 3 статьи 49 Закона № 323-ФЗ).  

Обязательные санитарно-эпидемиологические требования к обращению с  отходами, образующимися в организациях при осуществлении медицинской и/или  фармацевтической деятельности, выполнении лечебно-диагностических и  оздоровительных процедур, а также к размещению, оборудованию и эксплуатации  участка по обращению с медицинскими отходами, санитарно-противоэпидемическому режиму работы при обращении с медицинскими отходами  установлены Санитарными правилами.  

Пунктами 16, 170, 171, 193, 200, 201, 203, 204 и 244 СанПиН 2.1.3684-21  установлены особенности обращения с медицинскими отходами класса «А» по  сравнению с ТКО по вопросам их сбора, хранения, размещения и транспортирования;  оборудования и эксплуатации участка по обращению с медицинскими отходами;  дезинфекции, мойки и дезинсекции транспортных средств и контейнеров; порядка  утверждения схемы обращения с медицинскими отходами и обращения с ними в  соответствии с этой схемой.  

В указанных пунктах, а также иных положениях СанПиН 2.1.3684-21,  касающихся обращения с медицинскими отходами в целом и с медицинскими  отходами класса «А» непосредственно, нет отсылок к нормам законодательства,  регулирующего обращение с ТКО.  

Таким образом, действующие Санитарные правила содержат положения,  разграничивающие порядок обращения с медицинскими отходами класса «А» и с  ТКО.  

Пункт 14 Правил № 1156 содержит прямой запрет на складирование в  контейнерах медицинских отходов, а также иных отходов, которые могут причинить  вред жизни и здоровью лиц, осуществляющих погрузку (разгрузку) контейнеров,  повредить контейнеры, мусоровозы или нарушить режим работы объектов по  обработке, обезвреживанию, захоронению ТКО.  

Несмотря на то, что медицинские отходы класса «А» приближены по составу к  ТКО, из приведенных норм и правил не следует, что такие отходы должны  

квалифицироваться как ТКО, в связи с чем доводы апелляционной жалобы следует  признать обоснованными, а доводы истца, направленные на исключительное  применение к спорным правоотношения положений Закона № 89-ФЗ, Правил № 1156  основаны на неверном толковании норм материального права и не учитывают  специфику образующихся в результате деятельности ответчика отходов, относящихся  к медицинским отходам класса «А».  

Данная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2023 № 309- ЭС22-25180, от 04.07.2023 № 308-ЭС22-5243, от 10.07.2023 № 309-ЭС22-25256, от  18.12.2023 № 301-ЭС23-17946.  

Также апелляционным судом принимается во внимание, что согласно правовой  позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 10.07.2023 № 309-ЭС22-25256 по делу № А60-32120/2021, сам по себе  факт того, что медицинские отходы класса «А» приближены по составу к ТКО, не  опровергают толкование правовых норм, не позволяющих распространить действие  Закона № 89-ФЗ в действующей редакции на медицинские отходы класса «А». Таким  образом, собственники медицинских отходов класса «А» не обязаны заключать  договор на оказание услуг по вывозу медицинских отходов только с региональным  оператором как с единственным поставщиком услуги.  

Обращение с медицинскими отходами регулируется законодательством в  области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.  Собственник медицинских отходов вправе заключить договор на их вывоз с лицом,  не являющимся региональным оператором (Обзор судебной практики по делам,  связанным с обращением с твердыми коммунальными отходами» от 13.12.2023).  

В рамках настоящего спора с соблюдением требований статей 9, 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком в  материалы дела представлены доказательства существования и исполнения договоров  по обращению с медицинскими отходами с третьим лицом ООО «Котельная № 3».  Третьим лицом указанные обстоятельства также подтверждаются.  

Указанные договоры исполнялись сторонами в спорный период, в  подтверждение чего ответчик в материалы дела представил доказательства (акты  оказанных услуг, платежные поручения об оплате оказанных услуг), данные  обстоятельства подтверждены пояснениями представителей ответчика и третьего  лица, и разумно презюмируют реальность экономических связей и видов услуг,  которые из соответствующих договорных правоотношений возникли и исполнялись.  

Судом первой инстанции, делая вывод о применении к обращению с  медицинскими отходами класса «А» норм законодательства, связанных с  заключением договора с региональным оператором по обращению с ТКО, не учтены  доводы ответчика о том, что им в спорный период заключен и исполнен договор на  оказание услуг по приему, вывозу и утилизации медицинских отходов класса «А» с  третьим лицом.  

То обстоятельство, что такие договоры представлены ответчиком позднее при  рассмотрении настоящего дела, и что первоначально на них ответчик не ссылался,  также не образуют недобросовестного и непоследовательного поведения на стороне  ответчика, который не обладал специальными познаниями о том, что медицинские  отходы класса А не идентичны ТКО, и только после получения соответствующих  сведений, представил дополнительные доказательства в материалы дела, что  

свидетельствует о надлежащей реализации права на судебную защиту против  предъявленного иска, об исполнении процессуальной обязанности, возложенной на  ответчика положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в силу чего такое поведение критической оценке не  подлежит.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между  ответчиком (заказчик) и ООО «Котельная № 3» (исполнитель) заключены договоры  436-От от 17.10.2019, 436-От от 17.10.2020, 436-От от 17.10.2021, 436-От от  17.10.2022 на оказание услуг по сбору, транспортированию и обезвреживанию  эпидемиологически безопасных отходов, по составу приближенных к твердым  бытовым отходам, по условиям которых исполнитель по заявке заказчика оказывает  услуги по сбору, транспортированию и обезвреживанию эпидемиологически  безопасных отходов, по составу приближенных к ТБО, а заказчик обязуется оплатить  услуги (пункт 1.1 договора). В подтверждение факта оказания услуг ответчиком  представлены акты оказания услуг (т. 3, л.д. 7-21, т. 3, 79-119), ведомости по приему  медицинских отходов от ООО «ЛКЦ Нормавит» за период с 2020 по 2021 годы (т. 3,  л.д. 121-142), платежные поручения № 8 от 05.05.2023, № 9 от 05.05.2023, № 10 от  05.05.2023, № 11 от 05.05.2023 каждое на 3 000 руб. 00 коп.  

В судебном заседании 15.11.2023 ответчик пояснил, что между ним и ООО  «Котельная № 3» заключены договоры оказания услуг на вывоз каждого вида  отходов, все договоры имеют один номер 436 с добавлением определенного  буквенного обозначения. В обществе отсутствует бухгалтер, функции по ведению  бухгалтерского учета выполняет директор. Отходы класса А, как и другие отходы  (класса Б, В, Г) передавались сотрудникам ООО «Котельная № 3», количество  переданных отходов отражалось в личном кабинете ответчика на сайте ООО  «Котельная № 3». Вывоз отходов класса Б, В и их оплата производилась ежемесячно.  Поскольку все договоры имели один номер, директор полагал, что оплата услуг по  вывозу отходов класса А так же производится ежемесячно.  

Кроме того, в судебном заседании представитель ответчика указал, что  первоначально обществом заявлялись только возражения относительно объема  вывозимых ТКО и методики расчета, а позднее были указаны доводы об оказании  услуг по вывозу отходов класса «А» другой организацией, в связи с изменением  судебной практики по данной категории споров. В период с 2019 по 2022 год  руководитель ООО «ЛКЦ «НормаВит» согласен был оплачивать услуги по вывозу  отходов класса «А» и региональному оператору (в случае отсутствия разногласий по  объему ТКО), и ООО «Котельная № 3».  

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с критической оценкой  судом первой инстанции представленных ответчиком в материалы дела документов о  правоотношениях с третьим лицом.  

Факт исполнения ООО «ЛКЦ «Нормавит» и ООО «Котельная № 3» указанных  договоров в спорный период подтверждается пояснениями представителя ответчика и  третьего лица, а также представленными в материалы дела доказательствами.  

То обстоятельство, что ООО «ЛКЦ «Нормавит» и ООО «Котельная № 3» не  представлено пояснений о не подписании первоначально именно договора на  оказание услуг по вывозу отходов класса «А», составленного в виде единого  документа, непосредственно после его заключения, о не подписании ежемесячных  актов оказанных услуг, отсутствии ежемесячной оплаты за данные услуги, в  рассматриваемом случае не свидетельствует о факте неоказания ООО «Котельная №  

3» услуг для ООО «ЛКЦ «Нормавит», а свидетельствует о ведения сторонами  отчетной деятельности и учета бухгалтерских операций, но не свидетельствует об  обоснованности предъявленного иска.  

При этом как следует из пояснений ответчика и третьего лица, между  сторонами отсутствует какой-либо спор относительно объема и категории  вывезенных отходов, равно как и спор относительно факта неоказания услуг ввиду их  неоплаты.  

Сторонами не оспаривается, что ООО «Котельная № 3» выдана лицензия от  28.12.2015 № 7400147 (с отметкой о переоформлении) на право осуществления  деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию  и размещению отходов 1-4 класса опасности, что следует из выписки ЕГРЮЛ.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и  возражений, при этом согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде  осуществляется на основе состязательности, лицо, участвующее в деле, несет риск  наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных  действий.  

Общее правило распределения бремени доказывания между участниками спора  закрепляет главный элемент состязательного начала арбитражного процесса: каждому  заинтересованному лицу надлежит доказывать факты, которые обосновывают его  юридическую позицию.  

В силу принципа состязательности стороны, иные участвующие в деле лица,  обязаны сообщить арбитражному суду все существенно значимые для дела  юридические факты, указать или представить доказательства, подтверждающие или  опровергающие эти факты, а также совершить иные предусмотренные законом  процессуальные действия, направленные на предоставление доказательств в  обоснование своей позиции по делу, опровержению доводов другой стороны.  

Дополнительно апелляционным судом принимается во внимание, что ответчик  в апелляционной жалобе отметил отсутствие у него собственного контейнера  (контейнерной площадки) включенного в Территориальную схему обращения с ТКО.  

Судебная коллегия отмечает, в Территориальной схеме, действующей на  территории Челябинской области, утвержденной Приказом Министерства экологии  Челябинской области от 24.12.2018 № 1562 «Об утверждении территориальной схемы  в области обращения с отходами производства и потребления, в том числе с твердыми  коммунальными отходами, Челябинской области и признании утратившими силу  приказов Министерства экологии Челябинской области от 22.09.2016 г. № 844, от  18.06.2018 г. № 741»), помещение ответчика, расположенное по адресу 

<

...>, отсутствует.  

Истцом отдельный контейнер ответчику для складирования медицинских  отходов в соответствии с СанПиН 2.1.2790-10 и СанПиН 2.1.3684-21 не  предоставлялся.  

Истец в материалы дела представил выкопировку из реестра общих мест  накопления ТКО Кыштымского городского округа, согласно которой в  непосредственной близости от помещения ответчика по адресу: 

<

...>, находится площадка общих мест накопления по адресу: 

<

...>, в связи с чем истцом представлены скриншоты из  

системы ГЛОНАСС с этой площадки.  

Апелляционным судом принимается во внимание, что пунктом 10 статьи 24.6  Закона № 89-ФЗ установлено, что операторы по обращению с ТКО, региональные  операторы обязаны соблюдать схему потоков ТКО, предусмотренную  территориальной схемой субъекта Российской Федерации, на территории которого  такие операторы осуществляют свою деятельность.  

В соответствии с пунктом 4 Правил № 1156, обращение с ТКО на территории  субъекта Российской Федерации обеспечивается региональными операторами в  соответствии с региональной программой в области обращения с отходами, в том  числе с ТКО, и территориальной схемой на основании договоров на оказание услуг по  обращению с ТКО, заключенных с потребителями.  

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих  определениях (от 05.10.2023 № 306-ЭС23-9063 по делу № А55-29850/2021, от  14.11.2022 № 304-ЭС22-12944 по делу № А75-7519/2021), услуга по обращению с  ТКО не может считаться оказанной только ввиду образования отходов как  неизменного фактора, сопутствующего жизнедеятельности человека, если при этом  не соблюдаются требования к организации исполнения данной услуги,  предусмотренные действующим законодательством. Непрозрачность движения  отходов препятствует обеспечению их безопасности, минимизации причиняемого  ими вреда.  

Законом № 89-ФЗ определено, что целью государственного регулирования в  области обращения с отходами производства и потребления является предотвращение  вредного воздействия отходов производства и потребления на здоровье человека и  окружающую среду, а также вовлечение таких отходов в хозяйственный оборот в  качестве дополнительных источников сырья. Достижение указанной цели, в  частности, предполагает, что движение ТКО должно контролироваться на каждом  этапе, начиная от источника их образования, заканчивая утилизацией, размещением  или переработкой.  

Из взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ и  пунктов 9, 13 Правил № 1156 следует, что региональный оператор осуществляет  прием ТКО от потребителей в месте (площадке) накопления ТКО, определенном  договором на оказание услуг по обращению с ТКО, в соответствии со схемой  обращения с отходами. При этом региональный оператор несет ответственность за  обращение с ТКО с момента погрузки таких отходов в мусоровоз.  

В подтверждение факта оказания услуг истцом представлены договоры на  оказание услуг по сбору и транспортированию ТКО, заключенные с ООО «ТехВтор»  за период 2018- 2022 годы (т. 1, л.д. 46-67), акты оказанных ООО «ТехВтор» услуг (т.  1, 68-86, т. 4, л.д.112-118), распечатки с системы ГЛОНАСС о прохождении  автомобилей.  

Между тем, наличие в непосредственной близости от помещения ответчика по  адресу: г. Кыштым, ул. Кооперативная, д. 7, площадки общих мест накопления по  адресу: 

<

...>, не могут подтверждать оказание  ответчику спорной услуги.  

Также, если следовать логике истца, который указывает, что он вывозил  отходы ответчика с ближайших контейнерных площадок, в том числе, которыми  оборудованы прилегающие территории многоквартирных домов, то из этого  обстоятельства следует, что ответчик, по мнению истца, в нарушение требований  действующего законодательства, устанавливающего запрет на размещение  

медицинских отходов класса «А» таким способом, на протяжении длительного  периода и неоднократно такие нарушения намеренно допускал.  

Вместе с тем, доказательств этому истцом не представлено. 

Выводы суда первой инстанции о складировании ответчиком медицинских  отходов класса А на контейнерной площадке многоквартирного дома оцениваются  апелляционным судом критически, с учетом отсутствия в материалах дела  доказательств, в подтверждение данных обстоятельств, а также установленного  прямого запрета на складирование в контейнерах медицинских отходов.  

Пунктом 2 статьи 2 Закона № 89-ФЗ установлено, что отношения в области  обращения с радиоактивными отходами, с биологическими отходами, с  медицинскими отходами регулируются соответствующим законодательством  Российской Федерации.  

Таким образом, в настоящее время деятельность по обращению с  медицинскими отходами выведена из сферы действия законодательства об отходах  производства и потребления.  

В Законе № 323-ФЗ учтена потенциальная опасность воздействия медицинских  отходов. Согласно части 3 статьи 49 Закона № 323-ФЗ медицинские отходы подлежат  сбору, использованию, обезвреживанию, размещению, хранению, транспортировке,  учету и утилизации в порядке, установленном законодательством в области  обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.  

Таким образом, действующее санитарно-эпидемиологическое законодательство  содержит положения, разграничивающие порядок обращения с медицинскими  отходами класса «А» и с ТКО.  

В пункте 14 Правил № 1156 закреплен прямой запрет на складирование в  контейнерах медицинских отходов, а также иных отходов, которые могут причинить  вред жизни и здоровью лиц, осуществляющих погрузку (разгрузку) контейнеров,  повредить контейнеры, мусоровозы или нарушить режим работы объектов по  обработке, обезвреживанию, захоронению ТКО.  

Из представленных в материалы дела сведений из системы ГЛОНАСС не  следует, что истец при сборе ТКО в спорный период заезжал на территорию  ответчика. Напротив, сбор ТКО, согласно отчетам о движении транспортного  средства системы ГЛОНАСС производился истцом с ближайших контейнерных  площадок, расположенных возле многоквартирных домов.  

Таким образом, с учетом принципа прозрачности движения отходов, не  включения ответчика в Территориальной схеме, а также специфики образующихся в  результате деятельности ответчика отходов (медицинских класса «А»),  представленные истцом в материалы дела сведения ГЛОНАСС оцениваются  критически, поскольку не подтверждают факт оказания услуг именно ответчику.  

При этом, вопреки доводам истца об использовании ответчиком ближайшей  контейнерной площадки, в пункте 14 Правил № 1156 закреплен прямой запрет на  складирование в контейнерах медицинских отходов.  

Таким образом, с учетом того, что ответчик является медицинским  учреждением, осуществляет медицинскую деятельность, он лишен возможности  использовать для складирования ТКО общие контейнерные площадки,  предназначенные для складирования ТКО, образованные в процессе  жизнедеятельности населения.  

Выводы суда первой инстанции относительно непоследовательного,  противоречивого и недобросовестного поведения ответчика, апелляционная коллегия  

исследовала выше, полагает их ошибочными, ООО «Котельная № 3» привлечено к  участию в деле в качестве третьего лица и оказание услуг по вывозу медицинских  отходов класса «А», образующихся в результате деятельности ответчика,  подтверждает.  

Как следует из материалов дела и пояснений истца, ответчиком на счет ООО  «Спецсервис» перечислены денежные средства в счет оплаты оказанных услуг, что  подтверждается платежными поручениями № 281 от 29.09.2020 на сумму 220 руб. 72  коп., № 322 от 06.11.2020 на сумму 35 руб. 84 коп., № 355 от 09.12.2020 на сумму 35  руб. 84 коп., № 378 от 30.12.2020 на сумму 35 руб. 84 коп., № 38 от 08.02.2021 на  сумму 35 руб. 84 коп., № 79 от 16.03.2021 на сумму 35 руб. 84 коп., № 119 от  26.04.2021 на сумму 35 руб. 84 коп., № 130 от 07.05.2021 на сумму 35 руб. 84 коп., №  183 от 25.06.2021 на сумму 107 руб. 52 коп., № 187 от 25.06.2021 на сумму 5 руб. 37  коп., № 268 от 23.09.2021 на сумму 82 руб. 42 коп., № 359 от 10.12.2021 на сумму 123  руб. 63 коп., № 123 от 28.04.2022 на сумму 82 руб. 42 коп., № 135 от 13.05.2022 на  сумму 85 руб. 74 коп., № 181 от 15.06.2021 на сумму 154 руб. 25 коп., № 281 от  12.09.2022 на сумму 154 руб. 25 коп., № 364 от 14.11.2022 на сумму 228 руб. 24 коп.,  всего на сумму 1381 руб. 85 коп. (содержатся в материалах электронного дела).  

Представитель ответчика в ходе судебного заседания пояснил, что указанные  платежи произведены во избежание начисления истцом неустойки в связи с  отсутствуем судебной практики, касающейся транспортировки ТКО в отношении  медицинских организаций, что не свидетельствует о признании ответчиком факта  оказания услуг именно истцом.  

Таким образом, перечисление ответчиком денежных средств по платежным  поручениям с указанием в назначении платежа «за оказание услуг по обращению с  ТКО» не свидетельствует о его недобросовестном поведении, при этом, по мнению  суда апелляционной инстанции, применение в конкретном рассматриваемом случае  положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в отсутствие  оценки поведения другой стороны спора (истца) преждевременно.  

Как следует из пояснений ответчика, фактически транспортировка и  утилизация отходов, включающих медицинские отходы классов «А», «Б», «В»,  производилась силами ООО «Котельная № 3».  

Истцом обратного не доказано. 

Фактическое оказание услуг в отношении медицинских отходов классов «А»,  «Б», «В» ООО «Котельная № 3» не нарушает права и законные интересы истца, как  регионального оператора, поскольку такие отходы не относятся к ТКО, в отношении  которых истец является специализированным и уполномоченным субъектом, то есть  оказание таких услуг не препятствовало осуществлению истцом его деятельности и  получению платы за осуществляемую им деятельность.  

Анализ приведенных выше норм указывает на то, что в настоящее время  действие норм Закона № 89-ФЗ не распространяется на отношения, связанные с  обращением медицинских отходов класса «А», действующее законодательство не  содержит норм о безусловной обязанности собственников медицинских отходов  класса «А» заключить договор с региональным оператором по обращению с ТКО.  

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, фактически в  спорный период услуги по обращению с медицинскими отходами класса «А»,  образующимися в результате деятельности ответчика, осуществляло третье лицо,  имеющее лицензию на осуществление соответствующей деятельности.  

Надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие это обстоятельство  

и подтверждающие фактическое оказание спорных услуг именно истцом, в  материалах дела отсутствуют.  

Пояснения ответчика о том, что медицинские отходы в соответствии с  требованиями санитарных норм и правил складировались отдельно в помещениях, к  которым истец не имел доступа в течение спорного периода, не опровергнуты,  документально подтвержденные сведения о способе сбора и вывоза принадлежащих  ответчику медицинских отходов перед судами первой и апелляционной инстанций не  раскрыты. Обратного из материалов дела не следует (статьи 9, 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Принимая во внимание представленные в материалы доказательства,  подтверждающие реализацию ответчиком права на заключение в соответствии с  требованиями норм действующего законодательства договоров по обращению с  медицинскими отходами с третьим лицом, апелляционный суд не устанавливает  оснований для удовлетворения заявленных требований, с учетом произведенных  ответчиком оплат в неоспариваемой части.  

Поскольку в материалы дела представлены доказательства фактического  оказания услуг по обращению с медицинскими отходами класса «А» в рамках  договоров, заключенных с ООО «Котельная № 3», учитывая, что отношения в  области обращения с медицинскими отходами регулируются Законом № 323-ФЗ,  соответственно действие Закона № 89-ФЗ на медицинские отходы не  распространяется, в связи с чем собственники медицинских отходов класса «А» не  обязаны заключать договор на оказание услуг по вывозу медицинских отходов с  региональным оператором, как с единственным поставщиком услуги, доводы жалобы  являются обоснованными, а решение суда первой инстанции подлежит отмене по  вышеизложенным мотивам.  

Учитывая изложенное, требования истца не подтверждены по праву, что  исключает их удовлетворение.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены  судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по исковому  заявлению и по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с  частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Поскольку в удовлетворении исковых требований апелляционным судом  отказывается в полном объеме, понесенные истцом судебные издержки по уплате  государственной пошлины по иску относятся на истца.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы ООО «ЛКЦ «Нормавит» относятся на ООО «Спецсервис» по  правилам статьи статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, и подлежат взысканию в пользу ответчика в сумме 3 000 руб. 00 коп.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 19.12.2023 по делу   № А76-12663/2022 отменить, апелляционную жалобу общества с ограниченной  

ответственностью «Лечебно-консультационный центр «Нормавит» - удовлетворить.  

В удовлетворении исковых требований обществу с ограниченной  ответственностью «Спецсервис» отказать.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спецсервис» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Лечебно-консультационный центр «Нормавит» (ИНН7423020191,  ОГРН 

<

***>) 3 000 руб. судебных расходов по оплате государственной  пошлины по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия  (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья О.Е. Бабина  

Судьи: В.В. Баканов  

Е.В. Ширяева