АРБИТРАЖНЫЙ  СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-37720/2020

г.Нижний Новгород          25 мая 2021 года

Дата объявления резолютивной части решения 19 мая 2021 года.

Дата изготовления решения в полном объеме 25 мая 2021 года.

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Курашкиной Светланы Анатольевны (шифр судьи 50-512),

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в предварительном судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ШНЭЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

к ответчикам:

1. ФИО2, г. Нижний Новгород, 

2. ФИО3, г. Нижний Новгород,

3. ФИО4, г. Нижний Новгород,

4. ФИО5, г. Нижний Новгород,

о солидарном взыскании 4 804 183 руб. 61 коп. в порядке субсидиарной ответственности,

и по заявлениям присоединившихся к требованию истца в порядке главы 28.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лиц:

1.общества с ограниченной ответственностью «ТСК «Олимп-НН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород, с требованием о солидарном взыскании 2 441 840 руб. 37 коп.

2. общества с ограниченной ответственностью «Алгол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород, с требованием о солидарном взыскании 1 483 441 руб. 71 коп.

3. муниципального казенного учреждения «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород, с требованием о солидарном взыскании 150 000 руб. 00 коп.

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

1. общества с ограниченной ответственностью Строительная Компания «Вымпел» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

2. общества с ограниченной ответственностью «Энергонезависимость» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

3. общества с ограниченной ответственностью «АСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

4. общества с ограниченной ответственностью «Кальдера» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

5. общества с ограниченной ответственностью «Ремэкспо Ледовые технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва,

6. Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Нижнего Новгорода (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород,

при участии представителей:

от истца: ФИО6, по доверенности от 23.11.2020,

от присоединившихся лиц: 1. Руин С.Г., по доверенности от 19.12.2019,

                                              2. ФИО6, по доверенности от 18.01.2021,

   3.12.05.202

<

***> ФИО7, по доверенности от 11.01.2021,

      19.05.202

<

***> не явились, извещены,

от ответчиков: 3. ФИО8, по доверенности от 12.01.2021,

                         1., 2., 4. – не явились, извещены,

от третьих лиц: не явились, извещены,

установил:

заявлено требование о солидарном взыскании 4 804 183 руб. 61 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК  «Вымпел».

Определением от 01.03.2021 суд принял к производству заявление ООО «ТСК «Олимп-НН» о присоединении к требованию ООО «ШНЭЛ» о привлечении ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Вымпел», установил требования ООО «ТСК «Олимп-НН» в размере 2 441 840 руб. 37 коп.

Определением от 01.03.2021 суд принял к производству заявление ООО «Алгол» о присоединении к требованию ООО «ШНЭЛ» о привлечении соответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Вымпел», установил требования ООО «Алгол» в размере 1 483 441 руб. 71 коп.

Определением от 31.03.2021 суд принял к производству заявление муниципального казенного учреждения «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» о присоединении к требованию ООО «ШНЭЛ» о привлечении соответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СК «Вымпел», установил требования муниципального казенного учреждения «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» в размере 150 000 руб. 00 коп.

Определением от 17.05.2021 суд возвратил обществу с ограниченной ответственностью «Кальдера» заявление о присоединении к требованию общества с ограниченной ответственностью «ШНЭЛ».

Ответчик ФИО5 в отзыве исковые требования не признал.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал, уточнил основание привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности: просит привлечь ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и привлечь ФИО2 и ФИО3 по статье 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Представители лиц, присоединившихся к требованию истца в порядке главы 28.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебном заседании поддержали заявленные требования.

Представитель ответчика, ФИО4, в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в отзыве и в дополнении к отзыву.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени проведения предварительного судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 12.05.2021 объявлялся перерыв до 19.05.2021, до 14 час. 00 мин. 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 19.05.2021 Изготовление полного текста судебного акта откладывалось в порядке статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 25.05.2021.

Как следует из материалов дела, 17.10.2016 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 15 по Нижегородской области зарегистрировано общество с ограниченной ответственностью «Триада Инвест», о чем свидетельствует соответствующая запись № 

<

***> в ЕГРЮЛ.

На дату регистрации юридического лица учредителем ООО «Триада Инвест» являлся ФИО5, директором ООО «Триада Инвест» - ФИО4.

02.11.2016 ООО «Триада Инвест» согласно решению единственного участника сменило свое наименование на общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Вымпел», о чес свидетельствует соответствующая запись в ЕГРЮЛ № 7165275821430 от 02.11.2016.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

В целях осуществления предпринимательской деятельности, контролирующими Общество исполнительными органами 24.10.2016 открыт р/сч № 

<

***> в ПАО Волго-Вятский Банк «Сбербанк».

Согласно выписке по вышеупомянутому р/сч движение денежных средств проводилось в период с 25.10.2016 по декабрь 2018 года (включительно). Общая сумма денежных средств, проходивших по р/сч составила 788 880 585 руб. 24 коп. Далее, с января 2019 года платежи с р/сч ООО «Строительная компания «Вымпел» не производились.

В то же время, у Общества происходит смена органов управления, а именно: 28.11.2018 ФИО3 становится единственным участником ООО Строительная компания «Вымпел», о чем свидетельствует соответствующая запись в ЕГРЮЛ № 6185275302680, 14.12.2018 ФИО2 становится генеральным директором ООО Строительная компания «Вымпел», о чем свидетельствует соответствующая запись в ЕГРЮЛ № 6185275389030.

Из общедоступных сведений, размещенных на сайтах государственных и регистрирующих органов установлено что, с 01.01.2019 ООО Строительная компания «Вымпел» не выполняет обязанности по сдаче бухгалтерской и иной отчетности в уполномоченный орган, не осуществляет предпринимательской деятельности, у общества отсутствуют трудоустроенные сотрудники, а так же не участвует в судебных заседаниях, в которых выступает в качестве ответчика.

Иными словами, после смены контролирующих исполнительных органов. Общество фактически перестало осуществлять предпринимательскую деятельность.

30.09.2019 ООО «АСТ» обращается в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании ООО Строительная компания «Вымпел» несостоятельным банкротом, что подтверждается общедоступными сведениями, размещёнными на сайте Арбитражного суда Нижегородской области.

Арбитражным судом Нижегородской области вынесено определение по делу № А43-41081/2019 от 24.12.2019 об открытии процедуры наблюдения в отношении ООО Строительная компания «Вымпел» (адрес: 603089, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Временным управляющим ООО Строительная компания «Вымпел» утвержден ФИО9.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области по тому же делу от 10.08.2020 требования ООО «Шнэл» включены в реестр требований кредиторов должника в размере 4 804 183 руб. 61 коп.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области по делу №А43-41081/2019 от 28.10.2020 производство по делу о банкротстве ООО «Строительная компания «Вымпел» прекращено ввиду отсутствия у должника имущества и денежных средств, которые можно направить на покрытие судебных и иных расходов в ходе процедуры банкротства.

Таким образом, ООО «Строительная компания «Вымпел»  имеет  неисполненные денежные  обязательства  перед  истцом, подтвержденные вступившим в законную силу судебным актом.

По мнению истца, прекращение процедуры банкротства должника вызвано вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, а именно неисполнением органами управления должника обязанности по передаче арбитражному управляющему сведений о финансово-хозяйственном состоянии должника. Данный факт подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области по делу №А43-41081/2019 от 28.10.2020.

Отсутствие вышеуказанной документации не позволило арбитражному управляющему выявить дебиторскую задолженность должника, а так же не позволило обратиться в арбитражный суд с заявлениями о признании сделок недействительными, тем самым сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов в рамках дела о банкротстве.

Кроме того, по мнению истца, неплатёжеспособность ООО Строительная компании «Вымпел» могла быть вызвана противоправными действиями бывших контролирующих лиц должника, а именно ФИО4 и ФИО5, которые в целях избежания предусмотренной законом ответственности за неисполнение обязательств, возложили функции по управлению общества на лиц, которые данные функции не исполняли. Указанные обстоятельства косвенно свидетельствуют о том, что последние исполнительные органы управления общества - ФИО2 и ФИО3. являются номинальными.

Иными словами, ФИО4 и ФИО10 в рамках осуществления своих полномочий, предвидели возможность возникновения неблагоприятных последствий для ООО Строительная компания «Вымпел», имели информацию о сумме неисполненных обязательств общества, но не предприняли меры но обращению в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании Общества банкротом. Тем самым увеличили сумму кредиторской задолженности.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском в Арбитражный суд Нижегородской области.

Изучив представленные в материалы дела доказательства и позиции сторон, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц, в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В силу разъяснений, данных в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», после прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать кредиторы и работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11, так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления. Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве) (пункт 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Исходя из целей законодательного регулирования и общеправового принципа равенства к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 

<

***> 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона (пункт 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 АПК РФ). Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

В силу разъяснений, данных в пункте 54 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов, подтверждающих наличие у них такого права заявителю. К заявлению о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности также должен быть приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины, исчисленной по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ исходя из денежной суммы, предъявленной к взысканию в интересах присоединяющегося кредитора, или право на получение льготы по уплате государственной пошлины либо ходатайство о предоставлении отсрочки, рассрочки, об уменьшении размера государственной пошлины.

ООО «Шнэл» обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве).

02.12.2020 в ЕФРСБ включено сообщение ООО «Шнэл» с предложением на присоединение к его требованию.

ООО «ТСК «Олимп-НН», ООО «Алгол» и МКУ «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» обратились в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о присоединении к исковому заявлению ООО «Шнэл» о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности.

ООО «Шнэл» сослалось на то, что в результате недобросовестного и ненадлежащего исполнения ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 своих обязанностей временный управляющий не смог полноценно проанализировать деятельность должника, выявить наличие либо отсутствие денежных средств, имущества, дебиторской задолженности, за счет которых можно было бы финансировать дальнейшую процедуру банкротства и рассчитываться с кредиторами. ООО «Шнэл» сослалось на неисполнение ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 обязанности по передаче бухгалтерской документации и первичных документов в отношении ООО СК «Вымпел» временному управляющему, а также на неисполнение ФИО2, ФИО3, обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО СК «Вымпел» банкротом до обращения с данным заявлением ООО «АСТ».

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

- в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

- в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В силу пунктов 4 - 7 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 3 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, а также контролирующего должника лица.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Исходя из положений пунктов 9, 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Требование ООО «Шнэл» в сумме 4 804 183 руб. 61 коп. включено в реестр требований кредиторов ООО СК «Вымпел» в состав третьей очереди определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.08.2020 по делу № А43-41081/2019.

Требование ООО «ТСК «Олимп-НН» в сумме 2 441 840 руб. 37 коп. включено в реестр требований кредиторов ООО СК «Вымпел» в состав третьей очереди определением Арбитражного суда Нижегородской области от 28.07.2020 по делу № А43-41081/2019.

Требование ООО «Алгол» в сумме 1 483 441 руб. 71 коп. включено в реестр требований кредиторов ООО СК «Вымпел» в состав третьей очереди определением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.06.2020 по делу № А43-41081/2019.

Требование МКУ «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» в сумме 150 000 руб. 00 коп. подтверждено постановлениями по делу об административном правонарушении № 106/5/19 от 12.02.2019, № 726/5/19 от 03.09.2019 и № 160/5/20 от 18.02.2020.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Согласно пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Обязанность юридического лица по составлению, ведению и хранению первичных учетных документов предусмотрена Федеральными законами от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 13 - 15, 29) и от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии с вышеуказанными статьями Федерального закона «О бухгалтерском учете», ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Таким образом, законодательством предусмотрена как обязанность ведения, хранения документации, так и ее передача - при смене руководителя.

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

В соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (Постановление Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 9127/12).

Ответственность, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета, за соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности на основании норм, указанных выше, и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставлять арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по сбору, составлению, ведению, организации хранения бухгалтерской документации, непредставлению либо несвоевременному представлению бухгалтерской документации, отражению в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и как следствие - неудовлетворение требований кредиторов.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации.

По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Из материалов дела следует, что:

- ФИО11 являлся единственным участником ООО СК «Вымпел» начиная с 17.10.2016 (дата регистрации юридического лица) до 28.11.2018,

- ФИО4 являлся руководителем ООО СК «Вымпел» начиная с 17.10.2016 (дата регистрации юридического лица) по 06.12.2018 (решение единственного участника общества о досрочном прекращении полномочий генерального директора общества),

- ФИО3 является единственным участником ООО СК «Вымпел» с 28.11.2018 по настоящее время;

- ФИО2 является руководителем ООО СК «Вымпел» с 06.12.2018 (решение единственного участника общества о назначении генерального директора общества) по настоящее время.

Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения ответственности за непередачу документации на ФИО5 и ФИО4 с учетом следующих обстоятельств.

ФИО5 перестал входить в состав участников ООО СК «Вымпел», начиная с 28.11.2018, при этом производство по делу № А43-41081/2019 о банкротстве ООО СВ «Вымпел» возбуждено 07.10.2019, процедура наблюдения в отношении ООО СК «Вымпел» введена 24.12.2019. При этом отсутствуют в действиях ФИО5 признаки злоупотребления правом. 

Полномочия ФИО4 в качестве генерального директора ООО СК «Вымпел» прекращены с 06.12.2018 решением единственного участника общества от 06.12.2018.

По акту приема-передачи документов от 06.12.2018 ФИО4 передал вновь назначенному генеральному директору ООО СК «Вымпел» ФИО2 документы, касающиеся деятельности общества.

Суд не принимает во внимание довод истца о передаче неполного пакета документации, поскольку материалы дела не содержат доказательств принятия ФИО2 каких-либо мер по истребованию документации либо ее восстановлению иным образом.

При этом, как указано выше, с учетом разъяснений, данных в пункте 24 Постановления № 53, сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области по делу №А43-41081/2019 от 28.10.2020 удовлетворено ходатайство временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Вымпел» ФИО9 об истребовании бухгалтерской и иной документации должника. Суд  обязал ФИО2 предоставить временному управляющему (доказательства передачи представить в арбитражный суд) указанные в определении документы.

В нарушение определения Арбитражного суда Нижегородской области от 28.10.2020 и пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве ФИО3 и ФИО2 не передали временному управляющему ООО СК «Вымпел» ФИО9 бухгалтерскую и иную документацию должника, в том числе: учредительные документы организации (устав, учредительный договор, протоколы общего собрания участников организации); свидетельство о присвоении ЕГРЮЛ, ИНН, а так же свидетельства о последних изменениях, связанные с внесением изменений в учредительные документы; документы, удостоверяющие полномочия руководителя, главного бухгалтера, действующие в анализируемый период; список аффилированных лиц за проверяемый период; сведения о задолженности перед учредителями, либо учредителей по взносу в уставный капитал организации; копии лицензий на осуществление деятельности, сертификаты; положение об учетной политике, в том числе учетной политике для целей налогообложения, рабочий план счетов; схема документооборота, организационной и производственной структур; бухгалтерская отчетность за период 2016 - 2019 гг. (Ф. № 

<

***> Ф. № 2 поквартально; Ф № 3 Ф № 5 - годовые) (отчетные периоды 2016 г., 2017 г., 2018г., 2019г.), с годовой расшифровкой всех статей баланса по аналитике. Пояснительные записки к годовым отчетам; бухгалтерские и налоговые регистры по формированию расходов и доходов сч. 90, 91 с расшифровкой по видам деятельности; квартальные оборотно-сальдовые ведомости с аналитикой по счетам бухгалтерского учета за период 2016 - 2019 гг. и др.

Судом установлено, что ФИО2 обязан был исполнитель определение Арбитражного суда Нижегородской области от 28.10.2020 и пункт 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве в силу прямого указания Закона о банкротстве, при этом ФИО3, будучи единственным участником должника - ООО СК «Вымпел», зная о возбуждении производства по делу о банкротстве контролируемой им организации, действуя добросовестно и разумно, обязан был предпринять исчерпывающие меры по истребованию и предоставлению временному управляющему документов, необходимых для выявления действительных активов должника и получения сведений относительно его имущества. 

Между тем, ФИО3, и ФИО2 полностью проигнорировали мероприятия, проводимые в отношении ООО СК «Вымпел», недобросовестные действия ФИО3 и ФИО2 по нераскрытию действительного содержания активов должника, непередаче первичных документов, связанных с хозяйственной деятельностью ООО СК «Вымпел», дебиторской задолженности и сделках должника, привели к тому, что временный управляющий не смог полноценно проанализировать деятельность должника, выявить наличие либо отсутствие денежных средств, имущества, дебиторской задолженности, за счет которых можно было бы финансировать дальнейшую процедуру банкротства и рассчитываться с кредиторами. Кроме того, не представилось возможным исследовать сделки должника за последние три года с целью выявления оспоримых сделок и пополнения конкурсной массы. Такие действия свидетельствуют о недобросовестном поведении контролирующих лиц и оцениваются судом применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В результате действий (бездействия) ФИО3, и ФИО2  было затруднено проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве. Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности, халатность в управлении обществом, создали, в том числе, условия для несостоятельности должника, а также для невозможности удовлетворения требований кредиторов.

В рамках настоящего дела ФИО3, и ФИО2 не представили каких-либо достаточных и достоверных доказательств того, что они, как контролирующие должника лица, предпринимали все возможные и зависящие от них меры как для надлежащего исполнения обязательств по составлению, возврату от третьих лиц и восстановлению, ведению, хранению бухгалтерской и иной документации, так и по передаче всей имеющейся у них документации должника арбитражному управляющему, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по характеру своей деятельности и условиям гражданского оборота при исполнении обязанностей руководителей должника (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом установленных обстоятельств и, исходя из положений названных правовых норм, суд признает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО СК «Вымпел» на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд счел недоказанным и основанным на предположении довод истца о передаче ФИО5 и ФИО4 руководства ООО СК «Вымпел»  номинальным лицам.

Довод истца о том, что ФИО3 и ФИО2 являлись номинальными участником и руководителем отклонен судом в связи с недоказанностью.

Суд не усматривает недобросовестности в действиях ФИО5  по продаже 100-процентной доли в уставном капитале ООО СК «Вымпел».  При приобретении доли в уставном капитале общества покупатель (ФИО3) должен был проявить заинтересованность в отношении финансового положения общества, величины активов и пассивов и динамики их изменения с целью определения ценности приобретаемого им актива.

Довод о том, что ФИО5 и ФИО4 создали формальные условия для возложения субсидиарной ответственности на ФИО3 и ФИО2 также не подтвержден доказательствами.

ООО «Шнэл» также ссылается на нарушение ФИО3 и ФИО2 обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО СК «Вымпел» банкротом.

Согласно положениям статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Статьей 61.12 Закона о банкротстве предусмотрена субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

При этом размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Следовательно, субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении № 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму превышающую 300 000 руб. 00 коп. и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Обязанность руководителя должника по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, в рамках стандартной управленческой практики должен был, учитывая масштаб деятельности должника, объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно представленным истцом документам, задолженность ООО СК «Вымпел» перед ООО «Шнэл» подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 01.11.2019 по делу №А43-14342/2019, согласно которому с должника в пользу заявителя взысканы 4 596 972 руб. 42 коп. задолженности, 145 844 руб. 45 коп. неустойки, 46 044 руб. 82 коп. государственной пошлины, 15 321 руб. 92 коп. судебных издержек. 

Указанная задолженность образовалась в рамках договора подряда № 221 от 21.02.2018.

Из материалов дела не следует, что на момент подписания договора и на момент выполнения работ ООО СК «Вымпел» имело признаки несостоятельности и не могло полностью погасить требования кредиторов.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать объективным признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В рассмотренном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается, что сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя и участника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

С учетом изложенного суд пришел к выводу о непредставлении истцом доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что у руководителя и участника ООО СК «Вымпел» ФИО2 и ФИО3 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую они не исполнили.

Кроме того, статья 61.12 Закона о банкротстве, предусматривающая специальные основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, связана с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника.

При этом субсидиарная ответственность контролирующего лица по правилам названной статьи Закона о банкротстве предусмотрена не по всем обязательствам должника, а только по обязательствам, возникшим после истечения срока, установленного пунктом 3 статьи 9 названного Закона. При этом с введение в действие статьи 61.12 Закона ограничен период ответственности по указанному основанию датой возбуждения производства по делу о банкротстве. То есть во внимание принимаются только те обязательства, которые в случае обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом в предполагаемую дату, стали бы текущими обязательствами.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в статье 10 Закона о банкротстве (в дальнейшем - в статье 61.12 Закона) является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Ввиду отсутствия соответствующих доказательств на момент заключения договора № 221 от 22.02.2018 ООО СК «Вымпел» не отвечало признакам неплатежеспособности, следовательно, ООО «Шнэл»,  вступая в обязательства, не введено в заблуждение относительно наличия у должника возможности исполнить условия договора. При этом последующее взыскание задолженности в судебном порядке в период с даты возникновения обязанности по обращению с заявлением о признании общества банкротом до возбуждения дела о банкротстве, не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение указанной обязанности.

Из установленных фактических обстоятельств вступления в договорные отношения кредитора с должником в феврале 2018 года, суд исходит из того, что оснований для вывода о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по рассматриваемой задолженности в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве не имеется в связи с отсутствием причинно-следственной связи между действиями/бездействием руководителя и участника должника и невозможностью полного погашения требований кредитора в указанной части.

Субсидиарная ответственность контролирующих лиц за неподачу заявления о признании несостоятельным (банкротом) носит ограниченный характер и предполагает несение ответственности по обязательствам, которые недобросовестно и неразумно приняты в ситуации, когда не могут быть исполнены уже существующие.

Из разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Таким образом, необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника. 

Соответственно, именно с учетом вышеуказанных правовых норм на истце лежит обязанность доказать противоправность действий ответчиков, их вину во вменяемом правонарушении, причинно - следственную связь между действиями ответчиков и наступившими последствиями.

Таких доказательств в материалы дела истцом не представлено.

Также права и обязанности участников общества, единоличного исполнительного органа общества устанавливаются Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или коллегиальным исполнительным органом общества.

В соответствии с подпунктом 6 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ к компетенции общего собрания участников общества относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

Согласно статье 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ на очередном общем собрании участников общества утверждаются годовые результаты деятельности общества. Очередное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года. 

На основании пункта 8 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Федеральный закон № 402-ФЗ) бухгалтерская (финансовая) отчетность считается составленной после подписания ее экземпляра на бумажном носителе руководителем экономического субъекта.

В пункте 7 статьи 3 Федерального закона № 402-ФЗ указано, что руководителем экономического субъекта является лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа.

Материалы дела не содержат доказательств того, что руководитель ООО СК «Вымпел» ФИО12 собирал внеочередное собрание участников для раскрытия имеющихся финансовых проблем, если таковые имелись.

У участника общества не было возможности обязать директора обратится в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника ранее ознакомления с годовой отчетности на ежегодном собрании участников.

Материалы дела не содержат сведений и документов о том, что ФИО3, будучи участником общества, знал (либо был поставлена в известность кем-либо) о факте совершения данной сделки и (или) о финансовом положении организации в целом, одобрял данную сделку, извещался и/или участвовал в собрании по подведению финансовых итогов деятельности общества, получал финансовые отчеты, получал дивиденды, привлекался судами к участию в делах о взыскании задолженности с ООО СК «Вымпел», совершал сделки с имуществом организации в свою пользу либо в пользу иных подотчетных ей лиц, либо иным способом действовал (бездействовал), в связи с чем имеется причинно-следственная связь с фактом наличия непогашенной задолженности перед истцом.

Таким образом, не доказано и не имеется сведений о виновных действиях либо бездействии участника ФИО3 по отношению к платежеспособности должника.

Судом не установлено, что ФИО3 совершал действия (бездействие), прямо либо косвенно направленные на доведение ООО СК «Вымпел» до банкротства. Доказательств того, что данным лицом было оказано влияние на руководителя должника при заключении сделки с истцом в дело не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении требований к ФИО3 и ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, требования истца и присоединившихся лиц подлежат удовлетворению за счет ФИО3 и ФИО2

В удовлетворении требований к ФИО5 и ФИО4 следует отказать.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение искового заявления и заявлений присоединившихся лиц относится на ответчиков ФИО3 и ФИО2

Определением от 02.04.2021 суд отказал истцу в удовлетворении ходатайства о принятии мер по обеспечению иска.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

Обществу с ограниченной ответственностью «Алгол» на основании пункта 1 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации следует возвратить излишне перечисленную государственную пошлину.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО2, г. Нижний Новгород, и ФИО3, г. Нижний Новгород, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ШНЭЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

<

...> 804 183 руб. 61 коп. в порядке субсидиарной ответственности, а также 47 021 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине.

Взыскать солидарно с ФИО2, г. Нижний Новгород, и ФИО3, г. Нижний Новгород, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТСК «Олимп-НН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

<

...> 441 840 руб. 37 коп. в порядке субсидиарной ответственности, а также 35 210 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине.

Взыскать солидарно с ФИО2, г. Нижний Новгород, и ФИО3, г. Нижний Новгород, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Алгол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород, 1 483 441 руб. 71 коп. в порядке субсидиарной ответственности, а также 27 834 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине.

Взыскать солидарно с ФИО2, г. Нижний Новгород, и ФИО3, г. Нижний Новгород, в пользу муниципального казенного учреждения «Административно-техническая инспекция города Нижнего Новгорода» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

<

...> 000 руб. 00 коп. в порядке субсидиарной ответственности.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателей.

Взыскать солидарно с ФИО2, г. Нижний Новгород, и ФИО3, г. Нижний Новгород, в доход федерального бюджета 5 500 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

В удовлетворении исковых требований к ФИО4, г. Нижний Новгород, и к ФИО5, г. Нижний Новгород, отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Алгол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород, из федерального бюджета 60 руб. 00 коп. государственной пошлины, перечисленной по платежному поручению № 111 от 01.02.2021.

Основанием для возврата государственной пошлины является настоящее решение.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с даты принятия решения. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Судья                                                                                    С.А. Курашкина