АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-3941/2020

г. Краснодар

26 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 октября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сидоровой И.В., судей Анциферова В.А. и Мещерина А.И, в отсутствие в судебном заседании истца – государственного казенного учреждения Республики Дагестан «Дирекция единого государственного заказчика-застройщика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Махачкалинская передвижная механизированная колонна-1» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Республике Дагестан, администрации сельского поселения «сельсовет Зидьян-Казмалярский» и муниципального унитарного предприятия «Агрофирма "Чинар"», извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Махачкалинская передвижная механизированная колонна-1» на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 18.04.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 по делу № А15-3941/2020, установил следующее.

ГКУ РД «Дирекция единого госзаказчика-застройщика» (далее – учреждение) обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к ООО «Махачкалинская ПМК-1» (далее – общество) о взыскании 31 642 588 рублей 10 копеек убытков, причиненных неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательств по договору хранения от 08.09.2015 № 2.

Общество предъявило встречный иск о признании договора хранения от 08.09.2015 № 2 недействительным; взыскании с учреждения 6 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины (т. 1, л. д. 64 – 66).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГУ МЧС России по Республике Дагестан, администрация сельского поселения «сельсовет Зидьян-Казмалярский» и МУП «Агрофирма "Чинар"».

Решением от 18.04.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 14.07.2022, первоначальные исковые требования удовлетворены в полном объеме: с общества в пользу учреждения взыскано 31 642 588 рублей 10 копеек убытков, а также 181 213 рублей государственной пошлины – в доход федерального бюджета; в удовлетворении встречного иска отказано. Суды руководствовались положениями статей 15, 393, 886, 889, 891, 901, 902, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), указав, что действиями (бездействием) хранителя поклажедателю причинены убытки (реальный ущерб) в размере 31 642 588 рублей 10 копеек (данная стоимость определена в приложении № 1 «Перечень имущества» к договору хранения от 08.09.2015 № 2). Спорное имущество – стеклопластиковые трубы переданы обществу по акту от 08.09.2015 № 1 о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение по унифицированной форме № МХ-1. Согласно справке ГУ МЧС России по Республике Дагестан (отдел надзорной деятельности и профилактической работы № 7 по г. Дербент, г. Дагестанские Огни, Дербентскому и Табасаранскому районам) от 24.07.2020 (исх. № 4-10/369) 05.07.2020 по адресу: Республика Дагестан, Дербентский район, с. Чинар, р-н водохранилища г. Дагестанские Огни произошло возгорание складированных стеклопластиковых труб. Постановлением от 20.07.2020 № 114 дознавателя ОНД и ПР № 7 УНД и ПР ГУ МЧС России по РД по делу об административном правонарушении сотрудник общества ФИО1 (мастер) признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 20.4 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) и привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 50 тыс. рублей за нарушение требований о пожарной безопасности (пункт 77 ППРФ № 390 «О противопожарном режиме»). Решением Дербентского районного суда Республики Дагестан от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021 постановление от 20.07.2020 № 114 в отношении ФИО1 отменено. Суд общей юрисдикции установил, что пожар возник не в месте хранения труб, а на несанкционированной свалке вдоль дороги, ведущей в село Зидьян; в действиях ФИО1 отсутствует состав административного правонарушения, поскольку указанное лицо не является материально-ответственным и должностным лицом общества. В то же время ссылка на указанный судебный акт суда общей юрисдикции не имеет правового значения для целей настоящего спора ввиду иного субъектного состава, учитывая также, что отмена административного постановления от 20.07.2020 № 114 связана с тем, что ФИО1 не является материально-ответственным и должностным лицом общества. Довод ответчика об отсутствии его вины в уничтожении товарно-материальных ценностей истца, апелляционный суд отклонил, указав, что после подписания договора хранения и акта приема-передачи имущества, общество не предприняло никаких мер для обеспечения его сохранности. Согласно справке ГУ МЧС России по Республике Дагестан (отдел надзорной деятельности и профилактической работы № 7 по г. Дербент, г. Дагестанские Огни, Дербентскому и Табасаранскому районам) от 24.07.2020 (исх. № 4-10/369) возгорание стеклопластиковых труб произошло по адресу: Дербентский район, с. Чинар, район водохранилища г. Дагестанские Огни. При этом основания нахождения имущества учреждения в селе Чинар, а не в месте нахождения хранителя в пос. Степной, не представлены. Сведения относительно предпринятых хранителем мер по хранению имущества поклажедателя на указанной территории в с. Чинар, в целях обеспечения надлежащих охранных и противопожарных мероприятий и принятия мер по спасению товарно-материальных ценностей, отсутствуют. Со ссылкой на пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление от 24.03.2016 № 7), апелляционный суд указал на недоказанность ответчиком, что пожар, случившийся на открытой площадке, обладал признаками обстоятельств непреодолимой силы, являлся чрезвычайным и непреодолимым. Отказывая в удовлетворении встречного иска, мотивированного не соответствием договора хранения требованиям Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ), суды указали, что его действие распространяется на отношения, связанные с защитой конкуренции; при этом договор хранения не несет каких-либо преференций для хранителя и не ограничивает конкуренцию на соответствующих товарных рынках, не монополизирует деятельность отдельного лица. Кроме того, суды по заявлению учреждения применили годичный срок исковой давности, предусмотренный частью 2 статьи 181 Гражданского кодекса, который исчислили с момента заключения договора хранения от 08.09.2015 № 2.

В кассационной жалобе общество просит решение от 18.04.2022 и постановление апелляционного суда от 14.07.2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение, указывая, что суды не приняли во внимание решение Дербентского районного суда Республики Дагестан от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021 об отмене постановления дознавателя ОНД и ПР № 7 УНД и ПР ГУ МЧС России по Республике Дагестан от 20.07.2020 № 114, которым установлено отсутствие вины общества и его работников в возникновении пожара и, соответственно, в уничтожении спорного имущества (стеклопластиковых труб). Из названного судебного акта следует, что пожар возник на несанкционированной свалке вдоль дороги, ведущей в село Зидьян, и перекинулся на виноградники агрофирмы «Чинар» Дербентского района, и далее на земельный участок, на котором хранились стеклопластиковые трубы. Согласно имеющейся в материалах дела схеме распространения пожара, земельный участок агрофирмы «Чинар», непосредственно не прилегает к земельному участку, где хранилось спорное имущество. Эти участки разъединяет проходящая между ними грунтовая автомобильная дорога шириной примерно 6 метров; то есть пожар был такого масштаба и интенсивности, что перекинулся через данную дорогу. Суды не дали оценки тому факту, что по условиям договора от 08.09.2015 № 2 хранение осуществлялось на безвозмездной основе. Фактически хранимое имущество представляло собой строительный материал (трубы), необходимый для ведения дальнейших работ на строительной площадке. Спорные трубы приобретены ответчиком, что подтверждается платежными поручениями, договором поставки и товарными накладными (приложения к кассационной жалобе). Общество являлось генеральным подрядчиком по ранее заключенному договору подряда на ведение работ по строительству водовода «Кайтаг-Дагестанские Огни» и предполагало в дальнейшем осуществлять строительство названного объекта; исключительно в связи с данными обстоятельствами приняло на себя обязательства по хранению стройматериалов. То есть, хранение не является профессиональной деятельностью ответчика, что подтверждается актом приемки-передачи незавершенного объекта капитального строительства от 31.03.2014 № 3. Фактически материал завезен в 2014 году на строительную площадку, где планировалось проведение строительных работ, о чем учреждение не могло не знать как заказчик-застройщик по упомянутому договору. Адрес, обозначенный в акте сдачи имущества на хранение, является юридическим адресом общества. В разрез условиям пункта 9.1 договора хранения суды сделали вывод о том, что пожар не может расцениваться в качестве обстоятельств непреодолимой силы. Суды не проверили, отвечает ли произошедший пожар критерию чрезвычайности и непредотвратимости события, связан ли с причинами, находящимися в сфере контроля ответчика. Нарушения требований пожарной безопасности при хранении труб материалами дела не установлено, не доказана также причинно-следственная связь между действиями ответчика и утратой имущества истца. Суды фактически не изучили обстоятельства заключения договора хранения от 08.09.2015 № 2, не исследовали вопрос, кому и на каком праве принадлежит земельный участок, на котором осуществлялось хранение, тогда как именно на правообладателях земельных участков, где расположены стройплощадки, лежит обязанность по соблюдению правил пожарной безопасности.

Отзывы на кассационную жалобу в арбитражный суд округа не представлены.

Лица, участвующие в деле, явку в суд кассационной инстанции не обеспечили, извещены надлежащим образом в соответствии со статьями 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс). Судебное разбирательство проведено в порядке части 3 статьи 284 Кодекса.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа полагает, что судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Как следует из материалов дела, учреждение (поклажедатель) и общество (хранитель) заключили договор хранения от 08.09.2015 № 2, по условиям которого хранитель обязался принять и хранить переданное поклажедателем имущество и возвратить его в сохранности (пункт 1.1).

Согласно пункту 1.2 договора наименование, количество и стоимость имущества, переданного на хранение, определена сторонами в перечне передаваемого имущества (приложение № 1 к договору), являющемся неотъемлемой частью договора. В частности, хранению подлежали стеклопластиковые трубы в общем количестве 5653,73 погонных метра, на общую сумму 31 642 588 рублей 10 копеек (т. 1, л. д. 12 – 15, 16).

Срок хранения имущества установлен до начала 2-го этапа работ по строительству водовода «Кайтаг-Дагестанские Огни» (пункт 2.2 договора).

В пункте 5.1 договора стороны согласовали, что договор носит безвозмездный характер; вознаграждение хранителю не выплачивается (пункт 5.2).

В соответствии с пунктом 6.1 договора стороны несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по договору в соответствии с договором и законодательством Российской Федерации.

В пункте 6.4.1 договора закреплено, что хранитель несет ответственность за утрату, недостачу, повреждение имущества, принятого на хранение. Обязанность доказывания отсутствия вины возлагается на хранителя.

В силу пункта 6.4.2 договора хранитель несет ответственность за утрату, недостачу, повреждение принятого на хранение имущества после того, как наступила обязанность хранителя взять это имущество обратно, лишь при наличии со стороны хранителя умысла или грубой неосторожности.

На основании пункта 9.1 договора стороны освобождаются от ответственности за полное или частичное неисполнение обязательств по договору в случае, если неисполнение обязательств явилось следствием действий непреодолимой силы, а именно: пожара, наводнения, землетрясения, забастовки, войны, действий органов государственной власти или других, не зависящих от сторон, обязательств.

По акту от 08.09.2015 № 1 о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение стеклопластиковые трубы переданы обществу (т. 1, л. д. 17).

Согласно справке от 24.07.2020 № 4-10/369 ГУ МЧС России по Республике Дагестан (отдел надзорной деятельности и профилактической работы № 7 по г. Дербент, г. Дагестанские Огни, Дербентскому и Табасаранскому районам) 05.07.2020 по адресу: Республика Дагестан, Дербентский район, с. Чинар, р-н водохранилища г. Дагестанские Огни произошло возгорание складированных стеклопластиковых труб (т. 1, л. д. 18).

Из протокола от 15.07.2020 № 93 об административном нарушении требований пожарной безопасности следует, что 06.07.2020 в 00 часов 06 минут по адресу: Дербентский район, с. Чинар, произошел пожар, в результате которого уничтожены стеклопластиковые трубы, принадлежащие учреждению, находящиеся в соответствии с договором от 08.09.2015 № 2 на хранении общества (т. 1, л. д. 19).

Постановлением от 20.07.2020 № 114 дознавателя ОНД и ПР № 7 УНД и ПР ГУ МЧС России по Республике Дагестан сотрудник общества ФИО1 (мастер) признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 20.4 КоАП РФ и привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 50 тыс. рублей (т. 1, л. д. 20).

Решением Дербентского районного суда Республики Дагестан от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021 постановление от 20.07.2020 № 114 в отношении ФИО1 отменено, производство прекращено в связи с отсутствием в действиях (бездействии) данного лица состава административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 20.4 КоАП РФ. Суд пришел к выводу о том, что ФИО1 не является должностным лицом, обладающим полномочиями, указанными в примечании к статье 2.4 КоАП РФ, и, соответственно, субъектом инкриминируемого ему административного правонарушения.

11 августа 2020 года учреждение направило в адрес общества претензию № 02-3060/0 с требованием о возмещении убытков, связанных с утратой имущества,на сумму 31 642 588 рублей 10 копеек (т. 1, л. д. 21), которая оставлена без финансового удовлетворения, что послужило основанием обращения учреждения в арбитражный суд.

Встречные исковые требования общество обосновало недействительностью договора хранения от 08.09.2015 № 2 ввиду нарушения статьи 190 Гражданского кодекса и статьи 17.1 Закона № 135-ФЗ.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Хранитель обязан хранить переданную поклажедателем на хранение вещь в течение обусловленного договором хранения срока (пункт 1 статьи 889 Гражданского кодекса). Если срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен, исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем (пункт 2 статьи 889 данного Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 891 Гражданского кодекса хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. В соответствии с частью 2 данной статьи хранитель во всяком случае должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.).

В пункте 1 статьи 900 Гражданского кодекса предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890 Гражданского кодекса).

В силу пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 данного Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 902 Гражданского кодекса убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 данного Кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное. В силу пунктов 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и определяемые по правилам, предусмотренным статьей 15 данного Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков (вреда) возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Частью 1 статьи 65 Кодекса установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 Кодекса).

Разрешая спор, удовлетворяя исковые требования, суды обеих инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 15, 393, 886, 889, 891, 901, 902, 1064 Гражданского кодекса, признали доказанной совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для возложения на общество ответственности в виде возмещения убытков, размер которых подтвержден.

Коллегия суда округа полагает, что обжалуемые судебные акты состоялись без учета следующего.

На основании пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу положений пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса, с учетом разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление от 24.03.2016 № 7), вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником.

Пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса при определении оснований ответственности за нарушение обязательства установлена презумпция вины лица, не исполнившего или ненадлежащим образом исполнившего обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности. Если иное не предусмотрено законом или договором, указанное лицо несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления от 24.03.2016 № 7, для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер; требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях; если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

В силу пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших.

В этой связи судам следовало дать надлежащую оценку договору хранения от 08.09.2015 № 2 на предмет действительности и заключенности, оценить порядок его заключения. При этом стоит отметить, что фактически хранимое имущество представляло собой строительный материал (трубы), необходимый для ведения работ на строительной площадке. Общество являлось генеральным подрядчиком по ранее заключенному договору подряда на ведение работ по строительству водовода «Кайтаг-Дагестанские Огни». Правоотношения сторон, возникшие из договора подряда (в рамках которых осуществлялось хранение спорного имущества), суды не исследовали.

В силу части 3 статьи 69 Кодекса вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Решением Дербентского районного суда от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021 постановление от 20.07.2020 № 114 в отношении ФИО1 отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием в действиях (бездействии) данного лица состава административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 20.4 КоАП РФ. Суд пришел к выводу о том, что ФИО1 не является должностным лицом, обладающим полномочиями, указанными в примечании к статье 2.4 КоАП РФ, и, соответственно, субъектом инкриминируемого ему административного правонарушения.

Судебные инстанции признали данное решение суда общей юрисдикции не имеющим преюдициального значения для настоящего спора, указав на различный субъектный состав; подчеркнув, что отмена постановления о привлечении работника общества к административной ответственности связана с тем, что указанное лицо не является материально-ответственным и должностным лицом организации.

В то же время из названного судебного акта (лист 3 решения от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021) буквально следует, что уничтожение стеклопластиковых труб произошло вследствие пожара, возникшего на несанкционированной свалке вдоль дороги, ведущей в село Зидьян, перекинувшегося на виноградники агрофирмы «Чинар» Дербентского района, с виноградников – на земельный участок, где хранились стеклопластиковые трубы, а оттуда – на сами трубы, и далее указано, что пожар возник не в месте хранения труб, а пришел со стороны. Данные обстоятельства никем не опровергнуты, поэтому, не могут не учитываться арбитражным судом, в силу части 3 статьи 69 Кодекса.

Между тем, не приняв в качестве преюдициального решение от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021, подтверждающего отсутствие вины общества, суды в таком случае должны были самостоятельно исследовать обстоятельства, подтверждающие наличие (отсутствие) вины хранителя, установить соответствующие факты, опровергающие выводы суда общей юрисдикции.

Правилами противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.04.2012 № 390 «О противопожарном режиме» (далее – Правила), действующими на дату пожара, в пункте 17(1) определено, что правообладатели земельных участков (собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков), расположенных в границах населенных пунктов, территории садоводства или огородничества, обязаны производить регулярную уборку мусора и покос травы.

Пунктом 218.1 Правил установлено, что правообладатели земельных участков (собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков) сельскохозяйственного назначения должны принимать меры по защите сельскохозяйственных угодий от зарастания сорной растительностью и своевременному проведению сенокошения на сенокосах.

В этой связи вывод судов о том, что наличие сухой растительности на участке, принадлежащем иному лицу (МУП «Агрофирма "Чинар"»), должно было вызвать обеспокоенность общества по поводу возможного возникновения пожара, сделан без учета приведенного положения Правил.

Пунктом 9.1 договора стороны освобождаются от ответственности за полное или частичное неисполнение обязательств по договору в случае, если неисполнение обязательств явилось следствием действий непреодолимой силы (в том числе пожара),не зависящих от сторон.

Суд кассационной инстанции считает необходимым указать, что вопрос о вине подлежит исследованию, когда доказано неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, которое должно доказать лицо, требующее возмещения убытков в соответствии со статьями 15, 393 Гражданского кодекса. Указанные нормы связывают возмещение убытков с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, а не с фактом заключения договора.

Поскольку выводы судебных инстанций о наличии вины общества как хранителя не основаны на полном и всестороннем исследовании всех имеющихся в деле доказательств и обстоятельств дела, – судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела судам надлежит учесть изложенное, дать оценку всем аргументам участвующих в деле лиц и представленным доказательствам, в числе которых решение Дербентского районного суда от 08.04.2021 по делу № 12-8/2021. Учесть доводы общества о том, что спорные трубы приобретены подрядчиком, исследовать правоотношения сторон, вытекающие из договора подряда; выяснить, вследствие чего имущество безвозмездно передано поклажедателем на хранение лицу, не являющемуся профессиональным хранителем, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 18.04.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 по делу № А15-3941/2020 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

И.В. Сидорова

 

Судьи

В.А. Анциферов

А.И. Мещерин