50/2023-110397(1) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-26864/2018

город Ростов-на-Дону

09 ноября 2023 года

15АП-16809/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 09 ноября 2023 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Долговой М.Ю., судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 08.06.2023 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 24.09.2023 по делу  № А53-26864/2018 

о признании недействительной сделки супруги должника и применении последствий  недействительности сделки,  

по заявлению финансового управляющего ФИО4,  ответчик: ФИО5,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6  (ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6  (далее – должник) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о  признании недействительными сделками платежей, совершённых супругой должника  ФИО2 09.08.2019 в пользу ФИО5  (далее – ответчик) на сумму 305 200 руб., и взыскании с последней 152 600руб., а также  процентов за пользование чужими денежными средствами.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.09.2023 по делу  

 № А53-26864/2018 признано недействительной сделкой перечисление со счета  ФИО2 на счет ФИО5 денежных  средств, совершенное 09.08.2019 в сумме 305 200 руб. В части применения последствий  недействительности сделки в виде взыскания денежных средств с ФИО5 в конкурсную массу ФИО6 152 600 руб. и  

удовлетворения требования о взыскании с Дутовой Екатерины Сергеевны процентов за  пользование чужими денежными средствами отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обжаловала определение суда первой инстанции от 24.09.2023 в порядке,  предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал оценки  доводам о том, что денежные средства перечислены ввиду исполнения ответчиком  поручений.  

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО4 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения,  апелляционную жалобу – без изменения.  

В судебном заседании представитель ФИО2  поддержала доводы апелляционной жалобы.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не  подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «БиС  Консалтинг» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о  признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.09.2018 заявление  принято к производству суда, возбуждено производство по делу.  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации  имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7  

Информация о введении процедуры реализации имущества гражданина  опубликована в газете «КоммерсантЪ» № 217 от 24.11.2018.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 финансовым  управляющим утвержден ФИО4  

При выполнении своих обязанностей финансовый управляющий установил, что  09.08.2019, супругой должника - ФИО2 на банковский счет  ФИО5 перечислены денежные средства в общем размере 305 200  руб.  

Полагая, что в результате совершения супругой должника сделок по перечислению  денежных средств в пользу ответчика на общую сумму 305 200 руб. должнику причинен  имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые  могли участвовать в формировании конкурсной массы, финансовый управляющий  ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с  заявлением о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным  пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)".  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц,  участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование,  обоснованно приняв во внимание нижеследующее.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  

(банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в названном Законе.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с  недвижимостью).  

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки,  совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по  основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32  Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых  наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса  Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом  супругов.  

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении  соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из  следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Как следует из материалов дела, оспариваемая транзакция совершена 09.08.2019, то  есть после принятия судом заявления о признании должника банкротом (21.09.2018) и  введения процедуры реализации имущества в отношении должника (13.11.2018).  

Учитывая вышеприведенные разъяснения, действительность оспариваемой в  рамках настоящего спора сделки оценивается судом применительно к правилам как  пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности,  любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  

переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения  обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного  исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные  учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по  хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), пункт 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по  данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника  

к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по названному основанию.  

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта  2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» цель причинения  вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два  следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности  

или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)».  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции являются опровержимыми - они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки  неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.  

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества  понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, брак между должником и  ФИО2 зарегистрирован 17.10.2017.  

Сведений о том, что супругами был произведен раздел совместно нажитого  имущества или о том, что брачным договором между ними установлен иной режим этого  имущества, сторонами не представлено, такие доводы не заявлены.  

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве (далее - Закон о  банкротстве) имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности  с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по  общим правилам, предусмотренным названной статьей.  

Назначение платежей отсутствует. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации,  имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.  Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь  либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (пункт 2 статьи 34  Семейного кодекса Российской Федерации).  

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов),  относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской  деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии,  пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого  назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в  связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и  другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих  доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в  капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и  любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя  кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены  денежные средства.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской  Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной  собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого  имущества.  

Согласно пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, по  обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество,  находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов,  которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.  

Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и  порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством (пункт 4 статьи  256 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации,  по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на  имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать  выдела доли супруга должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе  общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.  

В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей  супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке (пункт 3 статьи 38  Семейного кодекса Российской Федерации).  

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе  общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов  признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.  

Применительно к рассматриваемому случаю, в материалах дела отсутствует  соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов, судебный акт,  вступивший в законную силу о разделе совместно нажитого имущества супругов. Также  отсутствуют доказательства заключения между должником и ФИО2 брачного договора.  

Ввиду чего, доли супругов в отношении имущества, включая денежные средства,  полученные, в том числе от трудовой деятельности одного из супругов, признаются  равными.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве в конкурсную  массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем  имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским и  семейным законодательством.  

С даты признания должника банкротом, всем имуществом должника, признанного  банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу),  распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213 25 Закона о  банкротстве).  

Пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве установлено, что имущество  гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим  супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам,  предусмотренным названной статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе  участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с  реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от  реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле  гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу  (бывшему супругу).  

В соответствии с абзацем третьи пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, с  даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без  участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего  конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина,  совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат  удовлетворению за счет конкурсной массы.  

Исходя из положений статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в  арбитражном суде иными доказательствами.  

Согласно пояснениям ответчика ФИО5, в период с 03.05.2018 по 16.11.2018  она работала в ООО «Смартсидс» в должности помощника руководителя, а в периоде  19.11.2018 по 16.08.2019 в ООО «СМАРТКОНТРАКТ» в той же должности.  

ФИО5 работала в должности помощника руководителя и фактически  подчинялась указаниям ФИО6  

Как указывает ответчик ФИО5, 09.09.2019 она получила от ФИО2  на свои банковский счет денежные средства в размере 305 200 руб. В дальнейшем от  должника ФИО6 поступил указание перевести данные  денежные средства в евро и направить в пользу физического лица - ФИО8  (KULYNYCH ANDREI) по реквизитам, которые ФИО6 направил ФИО5  посредством Whatsарр. В этот же день, 09.08.2019, ФИО5 осуществила транзакцию  по представленным должником реквизитам.  

В подтверждение данного факта представлена нотариально удостоверенная  переписка между ФИО6 и ФИО5, в подтверждение чего представлен  протокол осмотра доказательств от 25.10.2021.  

Как следует из материалов дела, постановлением Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 29.03.2021, оставленным без изменения постановлением  Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.07.2021 по настоящему делу,  установлена подконтрольность до января 2021 года общества с ограниченной  ответственностью «Смартсидс» должнику ФИО6, который являлся его  фактическим руководителем.  

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 для признания сделки  недействительной не требуется установление наличие признаков неплатежеспособности у  должника, а также осведомленности контрагента по сделке, единственным достаточным  основанием для признания договора недействительным является установление факта  неравноценности встречного предоставления.  

Перечисление в период процедуры банкротства должника денежных средств в  отсутствие равноценного встречного представления фактически является действием,  

направленным на предотвращение возможности обращения взыскания кредиторов на  совместно нажитое имущество.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от  03.02.2022 № 5-П, сам факт неравноценного встречного исполнения обязательств, т.е., в  частности, установленного судом, рассматривающим иск о признании сделки  недействительной, существенного превышения рыночной стоимости переданного  должником имущества над стоимостью полученного им встречного предоставления,  определенной с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств, в контексте начавшейся процедуры банкротства (либо принятия мер по  предупреждению банкротства), по существу, означает, что имущество должника  уменьшилось, а другая сторона такой сделки получила имущественную выгоду в ущерб  интересам кредиторов.  

Таким образом, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что  должник обдал доступом к счёту, открытому на имя своей супруги ФИО2, мог распоряжаться на нём денежными средствами и посредствам транзитных  операций при содействии своего сотрудника переводить денежные средства в пользу  третьих лиц.  

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное  проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и  соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких  мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям,  предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).  

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок,  заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он  был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его  требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2)  N А40-140251/2013).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой  все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в  том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано  должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед  должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в  соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.  

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент  его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости  имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что  выгодоприобретателем по оспариваемому платежу является ФИО5  

В ходе рассмотрения обособленного спора финансовый управляющий должника не  оспаривал факт исполнения ФИО5 трудовой функции, не ссылался на её  аффилированность по отношению к должнику применительно к статьи 19 Закона о  банкротстве.  

Из материалов обособленного спора не усматривается, что Дутова Е.С. занимала  должность, относящуюся к числу руководящих, или входила в состав органов управления  компаний, подконтрольных должнику, как установлено в отношении иных ответчиков по  обособленным спорам по настоящему делу (Занорина И.С., Ковалева Е.Ю.).  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25) разъяснено,  что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при  установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских  обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно.  

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не  вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том  числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в  зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения  отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также  применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или  третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Доказательства наличия в действиях ФИО5 недобросовестного поведения  отсутствуют.  

С учётом обстоятельств спора, суд первой инстанции пришел к верному выводу о  том, что ФИО5 объективно не могла не исполнять указания ФИО6 по  перечислению им денежных средств, поскольку находилась в его подчинении,  материальной и служебной зависимости от должника.  

Сведения об осведомленности ФИО5 о недействительности банковской  транзакции отсутствуют.  

Установленные по делу обстоятельства и представленные ФИО5  доказательства свидетельствует о том, что она не являлась выгодоприобретателем  полученных от должника средств, что исключает возможность применения последствий  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 денежных средств.  

Иное означало бы необоснованное переложение ответственности с  недобросовестного должника на его подчиненную ФИО5 и об искусственном  возложении на последнюю последствий недействительного платежа.  

Финансовый управляющий не лишён права предъявить требование о взыскании с  фактического выгодоприобретателя денежных средств посредством оспаривания  банковской транзакции ФИО5 или иным предусмотренным законодательством  способом.  

Заявление ответчика ФИО2 и должника о пропуске срока исковой  давности верно отклонен судом первой инстанции.  

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для  защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право  которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года.  Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо  

от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении  которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об  отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2  статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина  финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи  213.32 Закона о банкротстве).  

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по  заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально  утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его  обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о  наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве.  

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о  наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении  соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине  осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то  исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание  должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении  вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для  оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности,  что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно  запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в  том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих  под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и  предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2  статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о  совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по  отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в  уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных  организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.  

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются  процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6  статьи 20.3 Закона о банкротстве).  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой  давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права,  но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность  узнать о нарушении права.  

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от  10.04.2003 N 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда  правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте  совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее  совершении. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо  оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности  быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для  

признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы  принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления  гражданских прав.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан  действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

Из изложенного следует, что направленность действий арбитражного  управляющего в деле о банкротстве не ограничена интересами должника, арбитражный  управляющий также в равной степени должен руководствоваться и интересами  кредиторов, и общества в целом, которые, как правило, сводятся к пополнению  конкурсной массы должника и к получению удовлетворения имущественных требований,  что становится возможным, в том числе при реализации механизмов оспаривания сделок.  

Финансовым управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию  независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), для  выявления факта совершения оспоримых сделок ему предоставляется разумный срок,  после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных  сделок недействительными.  

В течение такого срока финансовый управляющий должен принять меры к  получению от регистрирующих органов и должника документов, отражающих его  экономическую деятельность.  

На основании полученных документов провести анализ финансового состояния  должника, по итогам которого подготовить заключение, в том числе и о наличии или  отсутствии оснований для оспаривания сделок.  

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать  о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог,  действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный  управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю  необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую,  которая может свидетельствовать о совершении сделок.  

Поэтому бездействие по неоспариванию сделок начинается не ранее момента,  когда истек разумный срок на получение информации о наличии у сделок должника  пороков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку  документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.  

Само по себе введение процедуры реструктуризации долгов гражданина не  приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли  был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки,  необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя  требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих  обстоятельств.  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой  давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с  моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о  нарушении права.  

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Ростовской области  от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим  утвержден ФИО7  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021  (резолютивная часть от 25.01.2021) арбитражный управляющий ФИО7 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ввиду  

наличия заинтересованности с должником. Финансовым управляющим утвержден  Ермошин Д.А.  

В определении от 03.02.2021 суд пришел к выводу о доказанности  злоупотребления правом со стороны арбитражного управляющего ФИО7 и  ФИО6 при их намерении причинить вред правам и законным интересам  кредитора путем осуществления должником предпринимательской деятельности в период  рассмотрения настоящего дела, и совершение действий с целью исключения обращения  взыскания на имущество и доходы, а также с учетом попытки обойти правила об  исполнительском иммунитете, в связи с чем отстранил финансового управляющего  ФИО7  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному  выводу о том, что срок исковой давности не может исчисляться с даты утверждения  финансового управляющего ФИО7  

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в  судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об  утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения  полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной  части.  

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления  резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры  указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 N 305- ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013.  

В связи с этим срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки  должника в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», начинает течь с 25.01.2021.  

Следует отметить, что срок исковой давности не может начать течь ранее даты,  когда первый финансовый управляющий не только узнал о совершенной сделке, но и  наличии правовых оснований для ее оспаривания.  

Из информационной системы «Картотека арбитражных дел» следует, что с  заявлением о признании сделки недействительной обратился 14.01.2022, то есть в  пределах года после утверждения финансовым управляющим ФИО4  

Изложенные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к  правильному выводу о том, что пропуск исковой давности финансовым управляющим  ФИО4 не допущен.  

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом  первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не  свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне,  полно и объективно рассмотреть дело.  

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку  обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к  несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были  бы учтены судом при рассмотрении дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 24.09.2023 по делу   № А53-26864/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в  законную силу настоящего постановления.  

Председательствующий М.Ю. Долгова  

Судьи Я.А. Демина 

 Г.А. Сурмалян