ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

06.12.2019

Дело № А40-61943/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.12.2019

Полный текст постановления изготовлен 06.12.2019

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей Тарасова Н.Н., Холодковой Ю.Е

при участии в заседании:

от ООО  НГДУ «Восточная Сибирь»- ФИО1- дов. от  06.04.2019 сроком на 3 года

от  к/у ПАО «Банк Югра»  в лице ГК АСВ- ФИО2- дов. от 31.10.2019 сроком по 31.12.2020,диплом

рассмотрев 04.12.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

ООО «НГДУ Восточная Сибирь»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2019,

на постановление от 24.09.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

об отказе в удовлетворении заявления ООО «НГДУ Восточная Сибирь» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 390 926 153,07 рублей,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «Газ и Нефть Транс»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2018 АО «Газ и Нефть Транс» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, член ПАУ ЦФО.

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 207 от 10.11.2018.

Определением суда от 06.03.2019 арбитражный управляющий ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего АО «Газ и Нефть Транс», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 625049, г. Тюмень, а/я 1641), член ПАУ ЦФО.

В Арбитражный суд города Москвы поступило требование ООО «НГДУ Восточная Сибирь» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 390 926 153,07 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2019 отказано в удовлетворении заявления АО «Газ и Нефть Транс» о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс» задолженности в размере 390 926 153,07 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 определение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «НГДУ Восточная Сибирь» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой. В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение норм процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления, в связи с чем просит обжалуемые судебные акты отменить, требование ООО «НГДУ Восточная Сибирь» - включить в реестр требований кредиторов АО «Газ и Нефть Транс». В обоснование кассационной жалобы, заявитель указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела. 

В заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя кассационной жалобы поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего ПАО «Банк Югра»  в лице ГК АСВ возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, требование кредитора основано на договоре займа № 23-04/13 от 23.04.2013, заключенного между должником и ООО «Восток Бурение», права требования по которому уступлены ООО «Восток Бурение» Обществу «НГДУ Восточная Сибирь» по договору уступки права требования № ВБ-НГДУ/Ц-2017/1 от 31.12.2017

Отказывая в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов, суды исходили из отсутствия совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 3 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющие обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Требование о включении в реестр задолженности по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, неосновательного обогащения, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности. Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», Определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Судами установлено, что заниженная процентная ставка по договору займа (8,0%) свидетельствует об условиях, которые невозможны в рамках обычной и реальной хозяйственной деятельности.

Согласно информации Центрального Банка Российской Федерации, средневзвешенная процентная ставка по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях на срок от 1 года до 3 лет составляет 12,2% годовых в апреле 2013 года, что ставит под сомнение возможность заключения аналогичного договора займа с независимыми участниками рынка.

Актом налоговой проверки № 17/15-15 от 16.10.2018 г. также установлено, что согласно рыночным условиям предоставления кредитов, ставка 8,5% считается минимальной и выдача займов под них является изначально экономически нецелесообразным. Какого-либо экономически рационального обоснования действий общества по выдаче займа на подобных условиях в материалах настоящего дела не имеется.

Такое поведение общества не соответствует обыкновениям гражданского оборота, не отвечает принципу добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды исходили из того, что в материалы дела не представлено доказательств действий по взысканию задолженности в судебном порядке, учитывая то, что, согласно п. 2.2.1 договора, сумма займа должна быть возвращена до 23.04.2016.

В соответствии с Определением Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении мнимой сделки применительно к отношениям, регулируемым Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В материалы дела какие-либо доказательства в опровержении доводов ПАО Банк «ЮГРА» заявителем не представлены. Подобные факты свидетельствуют о подаче ООО «НГДУ Восточная Сибирь» заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Актом налоговой проверки № 17-15/15 от 16.10.2018 установлено следующее: из офиса ООО «УБР-1» изъяты внутренние документы, в том числе, чистые листы с печатями иных организаций, ООО «Мултановское», ООО «Сургуттранс», ООО «Капсстрой»; ООО «УБР-1» не представлен перечень работ по бурению и строительству нефтяных скважин для вступления в СРО Ассоциации строительных компаний; использование формального документооборота, неправомерное принятие вычета НДС ООО «УБР-1»; выявлены обстоятельства мнимости заключенной сделки между ООО «УБР-1» и АО «Каюм Нефть», на основании которой неправомерно принят НДС к вычету в сумме 224 967 720,39 руб.; единая бухгалтерия аффилированных лиц, в том числе ООО «Восток Бурение», предоставление налоговых деклараций всех участников происходит с одного IP-адреса, за подписью одного уполномоченного лица; единая служба подбора персонала; документальное подтверждение аффилированности ООО «УБР-1» и ООО «Восток бурение»; одно доверенное лицо на операции с денежными средствами, а также единые email - адреса группы аффилированных лиц; выдача кредитов, в обеспечение которых предоставлено несоразмерное движимое имущество, большая часть сделок пролонгировалось несколько раз, причем на нерыночных условиях, в том числе «Восток Бурение»; ставка займа, выдаваемые аффилированным лицам между собой, 8,5% является изначально экономически нецелесообразным; одна организация инвестирует начало деятельности большинства поставщиков и покупателей ООО «УБР-1», что свидетельствует о единой схеме; бывший руководитель ООО «УБР-1» имеет право действовать от имени ООО «Восток-Бурение», что документально подтверждает аффилированность данных лиц; нахождение участников схемы по одним адресам регистрации; формальное перераспределение между участниками схемы персонала; признаки согласованности действий участников единой схемы; 90% поставщиков и заказчиков ООО «УБР-1» являются участниками схемы; анализ заявления о включении в реестр ООО «УБР-1» выявил, что основная сумма задолженности образовалась по договорам, заключенным в преддверии процедуры банкротства. Наличие обстоятельств, которые свидетельствуют о создании формального документооборота с контрагентами, отсутствие намерения заключать сделки, осуществлять реальную хозяйственную деятельность; раскрытие одной их вексельной схемы создания фиктивной задолженности, которые применяются участниками схемы с целью создания кредиторской задолженности перед подконтрольным лицом, преимущественного положения перед остальными кредиторами в деле о банкротстве; прямое указание на участие в межсубъектной схеме ООО «Хортица», ООО «Дримнефть», ООО «Бурнефть», ЗАО «Иреляхнефть», ООО «УБР-1»; установлена аффилированность лиц, включающихся в реестр требований кредиторов ООО «УБР-1» на основании мнимых сделок. Также из акта налоговой проверки следует: кругу лиц (контрагентов УБР-1) оказывало услуги по сопровождению бухгалтерского и налогового учета ООО УК «СДС Консалт», в том числе и заимодавцу; указывает на единую службу подбора персонала для всех контрагентов ООО «УБР-1»; подтверждает аффилированность ООО «Восток Бурение» с ООО «УБР-1»; раскрывает, что учредителем должника является ЗАО «Компания «Газ и Нефть Транс»; показывает схему выведения денежных средств с участием аффилированных лиц.

В материалах дела отсутствуют доказательства оплаты договора цессии. Не представлен бухгалтерский баланс с отметкой налогового органа о получении с расшифровкой дебиторской (кредиторской) задолженности, отражающий факт наличия задолженности по вышеуказанным договорам и факт уступки дебиторской задолженности.

В соответствии с п. 3 Приказ Минфина России от 10.12.2002 № 126н (ред. от 06.04.2015) ПБУ 19/02 дебиторская задолженность, приобретаемая на основании уступки права требования, является объектом финансовых вложений при соблюдении определенных критериев (п. 2 ПБУ 19/02).

Так, для приобретаемой по договору цессии дебиторской задолженности должны выполняться следующие условия:

наличие документов, подтверждающих существование права на получение денежных средств или других активов;

переход к цессионарию финансовых рисков, связанных с приобретаемым долгом (риск изменения цены, риск неплатежеспособности должника, риск ликвидности и т.д.);

способность приносить цессионарию экономическую выгоду в будущем (например, в виде прироста стоимости).

При соблюдении этих условий приобретаемый цессионарием долг будет учитываться в составе финансовых вложений на счете 58 «Финансовые вложения» (Приказ Минфина от 31.10.2000 № 94н). По строке 1240 отражается информация о финансовых вложениях организации, срок обращения (погашения) которых не превышает 12 месяцев.

При вынесении оспариваемого судебного акта судом первой инстанции были правильно применены нормы материального права, выводы суда основаны на имеющихся доказательствах, которым дана соответствующая правовая оценка.

В силу ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Приведенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов суда первой и апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судами норм процессуального права, а лишь указывают на несогласие с выводами судов, и направлены на переоценку исследованных судами обстоятельств, что, в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать новые обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 17.02.2015 г. № 274-О, ст. ст. 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ст. ст. 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения данной кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе, нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), не усматривается.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 по делу № А40-61943/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий судья                                                    Е.А. Зверева

Судьи:                                                                                               Н.Н. Тарасов

                                                                                                            Ю.Е.Холодкова