Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А40-168374/17-141-1563

г. Москва

02 марта 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена                26 февраля 2018г.

Мотивированное решение изготовлено                            02 марта 2018г.

Арбитражный суд в составе судьи Авагимяна А.Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1

рассмотрел дело по иску ООО «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>) 

к ООО «СК «Согласие» (ИНН 

<

***>)

с участием 3-их лиц в/у ФИО2 и «Банк Город» (АО) 

о взыскании 19 530 410руб. 08коп.

 В судебное заседание явились:

от истца – ФИО3 по доверенности от 24.04.2017г., 

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 18.04.2017г., ФИО5 по доверенности от 25.12.2017г.,

от третьего лица «Банк Город» (АО) – не явился, извещен,

от третьего лица в/у ФИО2 – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

ООО «АДАМАС-Ювелирторг» обратилось с исковым заявлением к ООО «СК «Согласие» с участием 3-их лиц временный управляющий ФИО2 и «Банк Город» (АО) о взыскании 19 530 410руб. 08коп. страхового возмещения, 2 601 290руб. 10коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 19 530 410руб. 08коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга по договору №0020500-0804237/14ИМЮ от 10.11.2014г.

3-и лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Спор рассматривается в соответствии со ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителей 3-их лиц.

В  процессе  рассмотрения дела была проведена судебная экспертиза.

Истец поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Оценив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 10.11.2014г. между истцом и ответчиком заключен договор №0020500-0804237/14ИМЮ.

В соответствии с вышеуказанным договором ответчик обязался при наступлении предусмотренного договором события выплатить истцу страховое возмещение.

28.09.2015г. по адресу: 

<

...>, произошла кража ювелирных изделий, что также подтверждается постановлением от 15.10.2015г., согласно которому истец признан потерпевшим.

Вышеуказанные события, попадают под страховые случаи, в связи с чем истец обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставил документы, необходимые для страховой выплаты.

Отказ ответчика в выплате страхового возмещения, послужил основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненный вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки, связанные с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (пункт 1 статьи 929 Гражданского кодекса и пункт 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации").

Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла вышеуказанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 947 ГК РФ сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком и не должна превышать действительную стоимость (страховую стоимость) имущества в месте его нахождения в день заключения договора страхования.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В ходе судебного разбирательства судом была назначена экспертиза. Так, из заключения эксперта от 12.02.2018г. усматривается, что представленные в материалы дела документы не позволяют определить количество и стоимость принадлежащих ООО «Адамас-Ювелирторг» на праве собственности и иных правах (комиссия, ответственное хранение и т.п.) ювелирных изделий.

Эксперт также указал, что определение количества и учетной стоимости находившегося на дату события в месте страхования застрахованных ювелирных изделий по приобщенным к делу документам не представляется возможным. Несоответствие учетных данных свидетельствует о несоблюдении требований Закона «О бухучете».

В экспертном заключении также установлено, что стоимость и происхождение товара, заявленного как собственный, отраженного в сличительной ведомости 4300016 от 30.09.2015г. полностью документально не подтверждены. 24,56% комиссионного товара, заявленного как похищенный не подтверждается.

Оценивая экспертное заключение от 12.02.2018г., суд приходит к следующим выводам.

Эксперт указал, что инвентаризация проведена с нарушениями (взвешивание изделий не производилось, что является нарушением пункта 5.9 Инструкции 68н; отсутствует подпись члена инвентаризационной комиссии ФИО6, что является нарушением пункта 2.3 Приказа № 49; отсутствуют уникальная информация (артикул, код) каждой номенклатурной единицы).

Инструкция о порядке учета и хранения драгоценных металлов, драгоценных камней, продукции из них и ведения отчетности при их производстве, использовании и обращении, утвержденной приказом Минфина России № 231н от 09.12.2016г., устанавливает общие правила проверки фактического наличия драгоценных металлов и драгоценных камней, конкретный способ проверки выбирается владельцем ТМЦ исходя из характеристик соответствующей продукции и особенностей ее оборота и хранения.

Так, для проверки фактического наличия драгоценных металлов, находящихся в производственном обороте, требуется их взвешивание и анализ проб.

Взвешивание ювелирных изделий не является обязательным при проверке фактического наличия изделий, поскольку находящиеся в розничной торговле изделия имеют ярлык (бирку) с указанием всех необходимых характеристик (в том числе веса), а на самих изделиях имеется оттиск государственного пробирного клейма и оттиск именника производителя.

Наличие ярлыка является обязательным в соответствии с п. 64 Правил продажи отдельных видов товаров, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 19.01.1998г. № 55, а оттисков пробирного клейма и именника производителя – в соответствии с пунктом 61 указанных Правил.

Учитывая, что каждое ювелирное изделие имеет индивидуальное описание, включая его вес, то дополнительное взвешивание при проверке его наличия не требуется.

Следовательно, для проверки наличия ювелирных изделий достаточно провести их подсчет и отбор.

Взвешивание как способ проверки фактического наличия ценностей требуется только в случае, когда проверка их наличия возможна только по общему весу без определения их количества в штуках и индивидуальных характеристик.

Кроме того, в составленном представителем страховщика акте осмотра помещения магазина от 02.10.2015г. указано, что проведена инвентаризация всех предъявленных ювелирных изделий, претензий к способу проведения инвентаризации не высказано.

В акте от 02.10.2015г. указано, что изделия проверены поштучно, со сверкой информации, указанной на бирках, с информацией, указанной в ведомости остатков (наименование, количество, вес, и т.п.).

Таким образом, данный вывод сделан экспертом без учета особенностей проверки фактического наличия ювелирных изделий и фактических обстоятельств проведения инвентаризации.

В соответствии с пунктом 10.1.6 Правил страхования страхователь обязан обеспечить участие страховщика в осмотре пострадавшего застрахованного имущества и назначить по требованию страховщика комиссию из числа ответственных сотрудников страхователя и заинтересованных сторон с целью проведения инвентаризации.

29.09.2015г. страхователь уведомил страховщика о страховом случае.

Письмом от 29.09.2015г. страховщик просил обеспечить участие представителя страховщика ФИО6 в осмотре поврежденного имущества и включить своего представителя в состав инвентаризационной комиссии.

Приказом от 30.09.2015г. страхователь включил ФИО6 в состав комиссии для проведения инвентаризации.

02.10.2015г. ФИО6 составлен акт осмотра, из которого следует, что он был допущен к осмотру помещения магазина и остатков имущества, ему была предоставлена ведомость остатков ТМЦ, в его присутствии была проведена инвентаризация путем их поштучной проверки, со сверкой информации, указанной на бирках, прикрепленных к изделиям, с информацией, указанной в ведомости остатков от 30.09.2015г. (наименование, количество, вес, и т.п.) и ФИО6 был предоставлен акт инвентаризации.

Однако в акте отсутствуют сведения о том, по какой причине ФИО6 отказался от подписания акта инвентаризации.

Согласно абзацу 4 пункта 2.3 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина России от 13.06.1995г. № 49, отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными.

По смыслу данной нормы на действительность результатов инвентаризации влияет не отсутствие подписи члена комиссии в акте инвентаризации, а фактическое отсутствие члена комиссии при проведении инвентаризации.

Учитывая, что ФИО6 фактически присутствовал при проведении инвентаризации, замечаний по результатам инвентаризации никем из членов комиссии и материально-ответственных лиц не высказано, то оснований для признания результатов инвентаризации недействительными не имеется.

Таким образом, суд считает, что вывод эксперта о нарушении порядка проведения инвентаризации не подтверждается материалами дела.

Эксперт указал на то, что ввиду существенности выявленных расхождений по данным остатка товара в материалах инвентаризации с учетными по счетам 41.02 и 004 результаты инвентаризации не подтверждены первичными учетными и бухгалтерскими документами.

Как следует из экспертного заключения, он сопоставлял результаты инвентаризации с регистрами бухгалтерского учета (оборотно-сальдовыми ведомостями), а сопоставление с первичными документами (накладными на приобретение и на внутреннее перемещение) экспертом не осуществлялось.

Бухгалтерский учет имущества и внесение записей об имуществе в регистры бухгалтерского учета осуществляется на основании первичных документов.

Таким образом, регистры бухгалтерского учета носят вторичный по отношению к первичным документам характер, поэтому сами по себе не могут опровергать факта наличия имущества на балансе организации.

Кроме того, эксперт указал, что для определения количества и стоимости переданных в страхование ТМЦ, указанных в документах по инвентаризации, требуется дополнительное исследование иных регистров бухгалтерского учета и первичных документов.

Эксперт, являясь специально привлеченным и ответственным лицом, не может давать ответы исходя из предположения, что те или иные данные отсутствуют или неверны, исходя лишь из того, что соответствующие данные не были предоставлены.

Отражение данных в бухгалтерском учете осуществляется с задержкой в связи с оформлением и доставкой первичных документов. 

Учитывая, что инвентаризация проводилась непосредственно после хищения, т.е. вызвана чрезвычайными обстоятельствами, возможно отражение в акте инвентаризации информации без учета отдельных операций, которое к моменту инвентаризации еще не были проведены в бухгалтерском учете.

Эксперт указал, что некоторые накладные не содержат подписей страхователя, в товарных накладных ООО «Красносельский ювелирный завод «Диамант» стоит печать поставщика «SOKOLOV», на некоторых накладных указаны номера истекших сертификатов ЭЦП.

Между тем, отсутствие подписи страхователя на накладных при наличии подписи поставщика (комиссионера) не опровергает сделку по приобретению товаров. Поскольку приобретение изделий отражено в бухгалтерском учете и изделия перемещены в магазин, сделка не может считаться несостоявшейся.

Что касается печати на товарных накладных, то необходимо учитывать, что ООО «Красносельский ювелирный завод «Диамант» выпускает продукцию под брендом «SOKOLOV». Данные сведения опубликованы в сети «Интернет», т.е. являются общеизвестными и доступными для проверки.

Однако экспертом данная информация не учтена.

Также эксперт указал, что на некоторых накладных указан номер сертификата ЭЦП с истекшим сроком действия.

Однако экспертом не учтено, что номер сертификата ЭЦП на накладной и в самом сертификате не совпадают.

Так, накладная ТОРГ-13 от 10.08.2015г. № 135Р-0818-000021 содержит сертификат 714EF895000200001301, в то время как в самом сертификате указан номер 168D0A21000100000A0C.

Экспертом не учтено, что при истечении срока действия электронной подписи сотруднику оформляется новая электронная подпись с иным номером сертификата.

Вывод эксперта о том, что на накладной указан номер сертификата с истекшим сроком, суд признает необоснованным.

Эксперт указал на то, что определить количество и стоимость ювелирных изделий, которые находились в месте страхования на дату события, из-за нарушений в ведении бухгалтерского учета и порядка проведения и оформления результатов инвентаризации установить не представляется возможным.

Между тем, по вышеизложенным основаниям выводы эксперта о нарушении порядка ведения бухгалтерского учета и проведения инвентаризации суд признает необоснованными.

Так, при ответе на третий вопрос эксперт указал на необходимость дополнительного исследования регистров страхователя, а отсутствие подписи фактически присутствовавшего при проведении инвентаризации ФИО6 в акте инвентаризации значения не имеет, в связи с отсутствием от него замечаний по результатам инвентаризации.

Кроме того, ответ эксперта противоречит его же ответу на первый вопрос, в котором он указал, что имеющиеся документы позволяют определить количество и стоимость ювелирных изделий, фактически находящихся в магазине к моменту хищения и похищенных.

Эксперт указал, что представленные документы не позволяют установить достоверное количество и стоимость похищенных изделий.

Основанием для такого вывода стало обстоятельство, что, по мнению эксперта, невозможна идентификация изделий по результатам анализа 84 изделий, указанных в списках ТМЦ, составленных страхователем (истцом).

Анализ содержится в приложенной к заключению таблице, из которой следует, что 35 изделий, указанных в списках истца, отсутствуют в сличительных ведомостях.

Однако, составленные истцом списки собственных и комиссионных изделий носят вспомогательный характер с целью идентификации изделий в товарных накладных.

Данные списки не являются регистрами бухгалтерского учета и сами по себе не свидетельствуют о размере ущерба.

Размер ущерба составляет 21 700 455,71 руб., в том числе 948 779,54 руб. по собственному товару и 20 751 676,17 руб. по комиссионному товару, что подтверждается итоговыми значениями в сличительных ведомостях.

Сумма страхового возмещения (цена иска) исчислена исходя из указанной суммы за вычетом франшизы в размере 10%.

Расчет размера ущерба определен на основании данных, содержащихся в сличительных ведомостях и товарных накладных.

Выявленные экспертом арифметические ошибки в составленных истцом списках изделий не влияют на сумму иска, поскольку данные списки не учитывались при определении цены иска.

Таким образом, сопоставление содержащихся в списках данных о стоимости изделий с данными в сличительных ведомостях существенного значения не имеет для разрешения настоящего спора.

При этом экспертом не выявлено расхождений между стоимостью изделий, указанной в сличительных ведомостях и стоимостью изделий, указанной в товарных накладных.

Целью бухгалтерской экспертизы является сопоставление учетных и первичных документов (сличительных ведомостей и товарных накладных), однако эксперт указывает на ошибки в составленных истцом списках. 

Отвечая на первый вопрос, эксперт указал, что имеющиеся документы позволяют определить количество и стоимость ювелирных изделий, фактически находящихся в магазине к моменту хищения и похищенных.

Таким образом, позиция эксперта носит непоследовательный характер, а методика проведенной экспертизы противоречит принципу применения специальных познаний в сфере бухгалтерского учета.

При этом эксперт указал, что каждая из позиций списка похищенных собственных изделий подтверждена соответствующими позициями в накладных ТОРГ-12, стоимость комиссионного товара (за исключением 8 единиц) соответствует закупочной.

Основания, по которым эксперт признал неподтвержденным стоимость похищенного собственного товара, в заключении отсутствуют. Поскольку эксперт подтвердил наличие похищенных собственных изделий в товарных накладных ТОРГ-12.

Эксперт указал, что 24,56% похищенного комиссионного товара не подтверждено.

Однако подробный расчет эксперта в заключении отсутствует.

Результаты выборочной проверки 84 изделий значения не имеют, поскольку такая методика не применима при исчислении полного размера ущерба.

Выборочность проверки изделий свидетельствует только о предположении эксперта о наличии недостатков по изделиям, не попавшим в проверку.

Поскольку размер ущерба определяется исходя из стоимости изделий, указанной в товарных накладных, эксперт должен был проанализировать данные по всем изделиям.

Кроме того, вывод эксперта об отсутствии в сличительных ведомостях 35 изделий является необоснованным.

По результатам проверки этих изделий установлено, что они присутствуют в сличительных ведомостях, а стоимость подтверждена товарными накладными.

Так, изделие, указанное в таблице эксперта изделие под номером 3 (серьги весом 3,73 грамма) указано в сличительной ведомости по комиссионному товару под номером 429 (стр. 32 ведомости), а изделие, указанное под номером 58 (цепь весом 3,05 грамма), указано в сличительной ведомости по собственному товару под номером 92 (стр. 10 ведомости).

Идентификация указанных изделий возможна по фактически имеющимся в документах данным.

Если эксперт пришел к выводу об отсутствии изделий в сличительных ведомостях при том, что количество изделий в сличительных ведомостях и списках совпадает, то эксперт должен был по первичным документам установить происхождение и стоимость изделий, которые содержатся в сличительных ведомостях и не указаны в списках.

Однако анализ таких изделий в заключении отсутствует.

Таким образом, экспертом без достаточных оснований сделан вывод о невозможности подтверждения стоимости всех похищенных комиссионных изделий.

Учитывая методику бухгалтерской экспертизы, непоследовательность выводов эксперта, экспертное заключение само по себе не подтверждает и не опровергает размер ущерба.

Ходатайств о назначении повторной и (или) дополнительной экспертиз лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Недостатки экспертного заключения не позволяют руководствоваться при разрешении спора только этим доказательствам, наряду с ним в деле имеются первичные документы, подтверждающие размер ущерба.

Поскольку экспертным заключением не опровергнуты содержание и фактическое совершение операций по приобретению страхователем товаров и их перемещение в магазин, замечания носят несущественный характер, данное доказательство само по себе не может быть положено в основу судебного решения и оценивается с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих приобретение и поступление товара на территорию страхования, его стоимость, обстоятельства страхового случая и результаты инвентаризации (договора, накладные, акт инвентаризации и сличительные ведомости).

Определяя размер ущерба, суд исходит из следующего.

Порядок определения размера ущерба установлен пунктом 5.7 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования.

Исходя из условий договора страхования (пунктов 5.7.6 и 5.7.7 Правила страхования) размер страхового возмещения в отношении товаров, приобретенных Страхователем, определяется исходя из суммы, затраченной на приобретение застрахованных товаров (включая НДС).

Помимо экспертного заключения, в материалы дела представлены документы, подтверждающие приобретение страхователем и перемещение на территорию страхования утраченных изделий (акт инвентаризации, сличительные ведомости, договоры поставки и комиссии, товарные накладные ТОРГ-12, товарные накладные ТОРГ-13).

Приобретение (получение) товаров осуществляется на основании заключенных страхователем с третьими лицами договоров комиссии и поставки.

Фактическая передача страхователю товаров осуществляется на основании товарных накладных по форме ТОРГ-12.

По условиям договоров комиссии страхователь как комиссионер несет ответственность перед комитентом ответственность за утрату товара в размере стоимости, указанной в товарных накладных.

Таким образом, для целей определения размера ущерба и страхового возмещения принимается во внимание цена, указанная в товарных накладных, подтверждающих передачу товаров страхователю.

Стоимость изделий, указанная в сличительных ведомостях, подтверждается сведениями, содержащимися в товарных накладных.

Цена иска определена на основании размера недостачи, указанной в сличительных ведомостях по собственному и комиссионному товару.

Представленные в материалы дела сличительные ведомости с указанием стоимости каждого изделия, подтвержденной соответствующей товарной накладной по форме ТОРГ-12 и накладные на перемещение этих изделий на территорию страхования ответчиком не опровергнуты.

Подсчет размера ущерба осуществляется путем арифметического сложения стоимости изделий, фактически утраченных в результате наступления страхового случая и указанных в сличительной ведомости.

Суд принимает во внимание то обстоятельство, что лицами, участвующими в деле, не представлены какие-либо доказательства, опровергающие заявленный истцом размер ущерба и представленные в обоснование размера ущерба доказательства.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтверждённой позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018г. по делу № А40-4350/2016).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о доказанности заявленного истцом размера ущерба.

Суд критически относится к представленному ответчиком заключению ООО «Русаджастер» от 30.12.2016г., поскольку оно сделано по заданию ответчика за соответствующее вознаграждение.

Вместе с тем, рассмотрев указанное заключение эксперта, суд не находит оснований признать его обоснованным по следующим основаниям.

Товарные накладные на внутреннее перемещение по форме ТОРГ-13 подписаны сотрудниками страхователя, в функции которых входит совершение соответствующих операций.

Товарные накладные оформлены в электронном виде и подписаны с использованием электронных подписей, что подтверждается имеющимися в материалах дела накладными на бумажном носителе.

Ссылка на отсутствие в акте инвентаризации подписи члена комиссии ФИО6 является необоснованной, поскольку ФИО6 является представителем страховщика (ответчика), который был включен в состав комиссии по требованию страховщика.

Из акта осмотра, составленного ООО «Русаджастер», следует, что ФИО6 фактически участвовал в осмотре остатков товаров и инвентаризации, однако отказался от подписания акта инвентаризации.

Таким образом, подписание акта инвентаризации ФИО6 зависело от страховщика, а не от страхователя, в связи с чем данное обстоятельство не влияет на достоверность результатов инвентаризации.

Ошибки в номере помещения также не свидетельствуют о недостоверности результатов инвентаризации.

Ссылка на оформление сличительных ведомостей без разграничения принадлежности товаров, поскольку акты инвентаризации составлены по утвержденной форме № ИНВ-19, а фактическое разграничение осуществляется на основании первичных документов о принадлежности товаров.

Ссылку на отсутствие в оборотно-сальдовых ведомостях сведений, позволяющих идентифицировать ювелирные изделия, суд признает несостоятельной, поскольку бухгалтерский учет ювелирных изделий ведется по группам товаров в соответствии с пунктом 3 Положения по бухгалтерскому учету "Учет материально-производственных запасов" ПБУ 5/01 и учетной политикой страхователя.

Таким образом, выводы ООО «Русаджастер» не опровергают обстоятельства страхового случая и размер ущерба.

Суд также учитывает, что данное заключение не было представлено истцу при досудебном порядке урегулирования спора, соблюдение которого является обязательным в соответствии с Правилами страхования, являющимися неотъемлемой частью договора страхования.

Пунктом 10.4 Правил страхования, являющихся неотъемлемой часть договора страхования, установлен 10-дневный срок на утверждение страхового акта либо направления письменного отказа в выплате страхового возмещения.

Данный срок истек, однако никаких возражений либо замечаний по предоставленным документам страховщиком не высказано, отказ в выплате страхователю не направлен.

Уведомление об отсрочке принятия решения в соответствии с пунктом 10.5 Правил страхования также не направлялось.

Таким образом, страховщик нарушил порядок досудебного урегулирования спора.

Решение (уведомление) об отказе в выплате страхового возмещения является обязательным элементом исполнения договора страхования.

При отсутствии такого решения недобросовестный страховщик лишается возможности ссылаться на обстоятельства, на которые ссылается в обоснование неисполнения обязательства по выплате страхового возмещения.

Довод ответчика о том, что территорией страхования является помещение 22Н, а осмотр производился в помещении 40Н, суд признает необоснованным, поскольку истец в судебном заседании указал на технический характер ошибки в номере помещения, помещением 22Н он не пользовался.

Технический характер ошибки в номере помещения, указанном в договоре, подтверждается следующими обстоятельствами.

В силу ст. 431 ГК РФ условия договора толкуются с учетом целью заключения договора и действительной воли сторон при его заключении.

Заключая договор страхования, страхователь исходил из необходимости обеспечения имущественных интересов путем страхования своего товарного запаса.

С учетом положений ст. 930 ГК РФ, страхователь страховал товар, в сохранности которого он был заинтересован.

Застрахованные товары, являясь товарами в обороте, идентифицированы путем указания наименования группы товаров (ювелирные изделия) и места их нахождения.

Определение территорий осуществлялась сторонами договора страхования на основании места осуществления страхователем розничной торговли, т.е. адреса магазина.

Указание на характер деятельности страхователя содержится, например, в пункте 6.1 договора страхования.

Таким образом, при заключении договора страхования стороны исходили из определения территориями страхования магазинов страхователя, в которых осуществляется розничная торговля ювелирными изделиями.

Фактическое осуществление страхователем розничной торговли в помещении 40Н подтверждается договором аренды, первичным документами, подтверждающими перемещение товаров на территорию страхования, картами спецучета инспекции пробирного надзора 2011 и 2015г.г.

Обязательная постановка на специальный учет в органах пробирного надзора всех мест осуществления операций с драгоценными металлами и драгоценными камнями в рассматриваемый период предусмотрена подпунктом 8 пункта 2 статьи 13 Федерального закона «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» (в редакции, действовавшей в период возникновения соответствующих правоотношений) и приказом Минфина России от 16.06.2003 № 51н «О специальном учете организаций и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями».

В материалах дела имеются карты специального учета страхователя в органе пробирного надзора от 19.08.2011 и от 07.09.2015, в которых местом осуществления, связанной с операциями с драгоценными металлами и драгоценными камнями, указано только помещение 40Н, а ссылка на помещение 22Н отсутствует.

Страховщик, будучи профессиональным участником страхового рынка, при заключении договора не предпринял мер по оценке страхового риска путем осмотра помещения и застрахованного имущества и выявлению несоответствий мест осуществления страхователем розничной торговли указанным в договоре территориям страхования.

Обязанность проверять наличие и характер страхуемого интереса возложена именно на страховщика при заключении договора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2016г. по делу № А40-127385/2015).

Страховщик, рассматривая заявление о страховом случае, вступил в переписку со страхователем для сбора документов, несмотря на то, что его представитель участвовал в осмотре помещение при наступлении страхового случая и знал о несоответствии фактического номера помещения номеру помещения, указанному в договоре страхования.

Тем самым, страховщик подтвердил распространение условий договора страхования на помещение 40Н.

Страхователь, полагаясь на поведение страховщика, направленное на выявление обстоятельств страхового случая и определение размера ущерба, собрал необходимые документы и передал их страховщику для выплаты страхового возмещения, в связи с чем заявленные лишь при рассмотрении дела в суде доводы относительно территории страхования свидетельствуют о недобросовестности страховщика.

Согласно п. 2 ст. 431.2 ГК РФ, недостоверность заверений контрагента влечет правовые последствия лишь в случае, если они имеют существенный характер для стороны, которая полагалась на такие заверения.

Однако страховщиком не предоставлено доказательств существенного нарушения его интересов при неправильном указании в договоре страхования номера помещения.

Доказательств того, что истец наряду с осуществлением розничной торговли по адресу, где произошло хищение, осуществлял деятельность, связанную с оборотом драгоценных металлов и драгоценных камней, в помещении 22Н, в материалы дела не представлено.

Поскольку территория страхования согласована сторонами при отсутствии в помещении 22Н фактической деятельности страхователя и при невыполнении страховщиком обязанности по проверке наличия в нем застрахованного товара, ошибка в номере помещения носит технический характер, которая не влияет на обязательства и имущественные интересы сторон договора страхования.

Кроме того, страховщиком не принято решение об отказе в выплате страхового возмещению в связи с наступлением страхового случае вне территории страхования.

Довод ответчика о том, что страхователь не вправе требовать выплаты по комиссионному товару, поскольку он не является собственностью страхователя и предметом залога в пользу выгодоприобретателя, суд признает необоснованным, исходя при этом из следующего. 

Согласно п. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Страхователь как комиссионер, осуществляющий торговлю комиссионным товаром, имеет интерес в сохранении переданного ему на реализацию товара, поскольку он при осуществлении торговли получает прибыль от реализации данного товара в качестве комиссионного вознаграждения и несет перед комитентами ответственность за обеспечение сохранности товара.

Таким образом, комиссионер может являться страхователем в отношении полученного на комиссию товара.

В абзаце 3 п. 2.1.1 договора страхования указано, что застрахованными по настоящему договору считаются товары в обороте как принадлежащие страхователю на праве собственности, так и принадлежащие третьим лицам и находящиеся у страхователя на основании договора комиссии, хранения и ином законном основании.

Пункт 2.1.1 договора корреспондирует с п. 6.6 договора страхования, устанавливающий порядок определения действительной стоимости имущества, принадлежащего не страхователю, а третьим лицам, для целей выплаты страхового возмещения.

Таким образом, в силу норм законодательства и условий заключенного договора страхования застрахованными считаются и собственные и принятые на комиссию страхователем товары.

В порядке ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Учитывая, что условие о страховании комиссионного товара является условием договора, то оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения у суда не имеется.

Ссылка страховщика на дополнительное соглашение № 1 от 11.11.2014г., которым предусмотрено, что застрахованный товар является предметом залога в пользу выгодоприобретателя, является необоснованной, так как пункты 2.1.1 и 6.6 договора страхования этим соглашением не отменены, страховая сумма ни в разрезе территорий страхования, ни в целом по договору не изменялась. Страховая премия и перечень территорий страхования не изменялся.

Наличие в пункте 2.4 указания на залоговый статус товаров означает лишь то, что данный статус относится только к собственным товарам страхователя и не исключает страхования комиссионного товара.

Общая балансовая стоимость заложенного по договорам залога товара составила около 209 млн. руб., а общая страховая сумма на дату заключения договора страхования (пункт 4.1) – 3,1 млрд. руб. 

Такое различие свидетельствует о том, что перечень застрахованных товаров существенно шире, чем перечень заложенных товаров.

Таким образом, условия дополнительного соглашения № 1 от 11.11.2014г.  распространяются только на собственный товар страхователя, являющийся предметом залога и не изменяют условия договора о страховании комиссионного товара и незаложенного собственного товара, находящегося на территориях страхования, не указанных в договорах залога как место нахождения залога.

Письма страхователя в адрес страховщика об увеличении страховых сумм и включении новых магазинов в перечень территорий страхования не подтверждают отказа от страхования комиссионного товара.

Суд не принимает довод ответчика и третьего лица о том, что страховое возмещение подлежит выплате выгодоприобретателю («Банк Город» АО).

В соответствии со ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы.

Положения статьи 956 ГК РФ защищают интересы выгодоприобретателя по договору страхования лишь в том случае, если он добросовестно исполняет свои обязанности по договору страхования и его действия (бездействие) не нарушают интересов страхователя.

Наличие у банка-кредитора статуса выгодоприобретателя по договору страхования не является безвозмездным и обусловлено наличием правоотношений между страхователем и выгодоприобретателем в рамках кредитных договоров и договоров поручительства.

Заключая договор страхования с включением в него выгодоприобретателя, страхователь исходит из того, что страховое возмещение при утрате застрахованного товара будет направлено на уменьшение его задолженности перед выгодоприобретателем, срок погашения которой наступил.

Если выгодоприобретатель не осуществляет действий, направленных на выплату ему страхового возмещения, то обязательство страхователя перед выгодоприобретателем остается неисполненным.

В результате бездействия выгодоприобретателя страхователь остается обязанным перед ним по основному обязательству и не получает страховое возмещение.

Таким образом, отсутствие со стороны выгодоприобретателя действий по взысканию страхового возмещения влечет нарушение интересов страхователя.

При таких обстоятельствах, страхователь имеет право защищать свои интересы способами, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, в том числе путем самостоятельного обращения к страховщику за выплатой страхового возмещения и устранения выгодоприобретателя из правоотношений по страхованию в порядке ст. 956 ГК РФ.

Будучи лицом, участвующим в рассмотрении дела № А40-127385/2015, выгодоприобретатель с 2015 года знал о наступлении страховых случаев, однако ни он, ни его правопреемник не предпринимали никаких мер, направленных на защиту своих интересов.

Поскольку выгодоприобретатель не осуществлял каких-либо обязанностей по договору страхования, то после предъявления страхователем требования к страховщику единственным выгодоприобретателем по договору страхования является сам страхователь.

Обращение страхователя с требованием о выплате страхового возмещения фактически означает уведомление о замене выгодоприобретателя. 

Кроме того, учитывается, что определением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2015г. по делу № А40-121301/2015 в отношении страхователя введена процедура наблюдения.

Определением от 21.02.2017г. требование выгодоприобретателя включено в реестр требований кредиторов страхователя как обеспеченное залогом.

Согласно п. 1 ст. 63 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику, то есть путем включения реестровых требований в реестр требований кредиторов (статья 71 данного закона).

Требование выгодоприобретателя основано на поручительствах по кредитам, выданным основному должнику ООО «Срединный путь» до принятия к производству заявления о банкротстве.

Согласно п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.07.2009г. обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по кредитному договору, возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Следовательно, требование выгодоприобретателя не относится к текущим платежам и не может быть удовлетворено вне процедуры банкротства.

Требование выгодоприобретателя о выплате страхового возмещения не является самостоятельным, не обусловлено предоставлением страховщику имущественного эквивалента, вытекает из факта причинения имущественного ущерба Страхователю, поэтому удовлетворение данного требование осуществляется за счет Страхователя и влечет для него утрату возможности компенсации ущерба.

Таким образом, удовлетворение требования выгодоприобретателя за счет страхового возмещения, подлежащего выплате в связи с утратой имущества страхователя, нарушает установленную законодательством о банкротстве очередность удовлетворения требований кредиторов.

Ответчик считает, что франшиза по страховому возмещению должна определяться с учетом ранее имевших место страховых случаев.

Однако п. 4.5 договора страхования предусматривает, что франшиза определяется по каждой территории страхования.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Иной смысл словосочетания «по каждой территории страхования» в каждом абзаце пункта 4.5 исключен.

Таким образом, франшиза определяется по каждой территории страхования отдельно.

Поскольку хищение от 27.06.2015г. является первым по территории страхования, к размеру страхового возмещения применяется франшиза в размере 10%.

Таким образом, суд считает доказанными факт наступления страхового случая, размер ущерба и обязательство ответчика по выплате страхового возмещения.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд пришел к выводу об удовлетворении требования истца о взыскании 19 530 410 руб. 08 коп. 

Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 601 290руб. 10коп.

В соответствии со ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Размер процентов судом проверен, признан правильным и подлежащим  удовлетворению в  заявленной сумме в судебном порядке.

Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 15 618 795руб. 59коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Согласно п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно п. 48 постановления пленума Верховного суда РФ от  24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, суд считает возможным удовлетворить заявленное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 19 530 410руб. 08коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Распределяя расходы за проведенную судебную экспертизу, суд приходит к следующим выводам.

12.02.2018г. экспертным учреждением проведена судебная экспертиза. Стоимость экспертизы составила 80 000руб. 00коп.

В соответствии с определением от 20.02.2018г. по настоящему делу бухгалтерией Арбитражного суда г. Москвы перечислены ООО «Аджастинговое агентство «Парус» с депозитного счета Арбитражного суда города Москвы денежные средства в размере 80 000(восемьдесят тысяч)руб. 00коп. 00коп., внесенные за проведение судебной экспертизы №42.18.01151 от 12.02.2018г., счет №42.18.01151 от 15.02.2018г., поступившие от ООО «СК «Согласие» по платежному поручению №323670 от 27.11.2017г.

Учитывая, что требования истца удовлетворены, экспертиза оплачена ответчиком, следовательно, расходы за ее проведение были распределены в полном объеме определением от 20.02.2018г.

Расходы по уплате госпошлины относятся на ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь  ст.ст. 307, 309, 310, 395, 929, 930, 947, 956, 961, 965 ГК РФ, ст.ст. 65, 106, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

 

                                                                      РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>) 19 530 410(девятнадцать миллионов пятьсот тридцать тысяч четыреста десять рублей)руб. 08коп. задолженности, 2 601 290(два миллиона шестьсот одна тысяча двести девяносто)руб. 10коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 133 659руб. 00коп. расходов по уплате госпошлины.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>)  проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 19 530 410руб. 08коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017. по дату фактический оплаты долга. 

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>) из Федерального бюджета РФ излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 23 849руб. 00коп., перечисленную по платежному поручению №64559 от 12.12.2016г.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный  суд в  течении месяца со дня  принятия. 

Судья                                                                                                   А.Г. Авагимян