СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

                                                 № 17АП-4752/2023(1,2)-АК

Дело № А50-29145/2020

23 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2023года.

Постановление в полном объеме изготовлено  23 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,   

судей                                 Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, удостоверение, доверенность от 17.04.2023;

от ФИО4: ФИО5, паспорт, доверенность от 30.09.2022;

от ФИО6: ФИО7, паспорт, доверенность от 27.09.2022;

от уполномоченного органа: ФИО8, удостоверение, доверенность от 19.10.2022;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции заявление о признании недействительной сделки должника с ФИО4, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела № А50-29145/2020 

о признании ФИО6 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

ответчик: ФИО4 (ИНН 

<

***>)

третьи лица: ФИО9; ФИО2

установил:

Решением суда от 14.07.2021 ФИО6 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, исполнение обязанностей финансового управляющего возложено на ФИО10

Финансовый управляющий 04.10.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 15.11.2017, заключенного между должником и его супругой ФИО4 (далее - ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного должником и ответчиком в период брака. 

В судебном заседании 20.04.2022 финансовый управляющий поддержал отказ от требований о признании недействительным брачного договора от 15.11.2017 в связи с заключением мирового соглашения по делу о банкротстве на собрании кредиторов от 29.03.2022. Представитель уполномоченного органа возражал против принятия отказа финансового управляющего от заявленных требований. В связи с заявленным финансовым управляющим ходатайством об отказе от заявленных требований, суд предложил лицам, уполномоченным подавать заявление об оспаривании сделки, произвести замену инициатора обособленного спора.

Уполномоченный орган 14.04.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 15.11.2017, заключенного между должником и ответчиком, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного должником и ответчиком в период брака, которое принято к производству и назначено к рассмотрению к совместному рассмотрению с заявлением финансового управляющего.

Определением суда от 28.04.2022 на основании статьи 130 АПК РФ заявление финансового управляющего и заявление уполномоченного органа о признании сделки недействительной объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В судебном заседании 16.09.2022 судом принято уточнение требований о признании недействительным брачного договора от 15.11.2017 и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного должником и ответчиком в период брака, а также в виде восстановления права общей собственности супругов ФИО6 и ФИО4 на следующее имущество:  

- иные строения, помещения сооружения (здание проходной) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 11,60 кв.м;

- иные строения, помещения сооружения (здание бетономешалки) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 112,40 кв.м;

- иные строения, помещения сооружения (здание столярных мастерских) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 383,90 кв.м;

- иные строения, помещения сооружения расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 856,50 кв.м; 

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, общ.пл. 1817,0 кв.м.; 

- автомобиль СУБАРУ-ИМРЕЗА 2007г.в.; 

- автомобиль БМВ XI 2014 г.в. ; 

- жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...> общ. пл. 341,60 кв.м.; 

- иные строения, помещения, сооружения, расположенные по адресу: 

<

...>, общ, пл. 1354,0 кв.м.; 

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, общ.пл. 1208,0 кв.м.; 

- прицеп для перевозки грузов МЗСА 817715 Снегоход ПОЛАРИС 2014 г.в. 

Кроме того, в судебном заседании 16.09.2022  к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9.

В судебном заседании 07.12.2022 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ИП ФИО2.

Определением суда от 20.02.2023 (резолютивная часть от 13.02.2023) брачный договор от 15.11.2017, заключенный между должником и ответчиком признан недействительным. В качестве последствий недействительности сделки восстановлен режим общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного в период брака ФИО6 и ФИО4, как до, так и после заключения брачного договора от 15.11.2017.  

Не согласившись с вынесенным определением, третье лицо ИП ФИО2 и ответчик ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

ФИО2 ссылается на то, что он не был надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения спора; вынесенный судебный акт существенно влияет на его права и обязанности.

ФИО4 ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права. Отмечает, что судом не было рассмотрено ходатайство финансового управляющего об отказе от заявленных требований, не мотивированы выводы о том, что уполномоченным органом не пропущен срок исковой давности, о применении которого заявлял ответчик. Полагает, что оснований для признания недействительным брачного договора у суда первой инстанции не имелось. Оспаривает выводы суда о переходе к ней бизнеса должника. Отмечает, что в результате заключения оспариваемого брачного договора имущественное положение должника не изменилось.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 судебное разбирательство отложено до 24.05.2023.

До судебного заседания от уполномоченного органа поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы об отказе в их удовлетворении.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, судебное заседание назначено на 19.06.2023.

От финансового управляющего поступили письменные пояснения, в которых управляющий поддержал заявление о признании сделки недействительной.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Темерешевой С.В. на судью Чухманцева М.А. Рассмотрение спора начато с самого начала.

В судебном заседании представитель ответчика представил письменные пояснения в порядке статьи 162 АПК РФ.

Представитель уполномоченного органа заявление о признании сделки недействительной поддержал, представители ФИО2,  ФИО4, ФИО6 возражали против удовлетворения заявления. Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что не препятствует рассмотрению жалобы в их отсутствие (статья 156 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО6 инициировано уполномоченным органом, в связи с привлечением должника к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Пермэнергоспецремонт» в размере 6 318 838,55 рублей.

Должник ФИО6 состоял в браке с ФИО4 с 25.01.2013, брак прекращен уже в ходе настоящего судебного разбирательства – 01.12.2022, что следует из решения мирового судьи судебного участка № 3 Ленинского района г. Перми.

ФИО6 и ФИО4 имеют совместных несовершеннолетних детей.

Между должником и ответчиком 15.11.2017 заключен брачный договор, по условиям которого его стороны определили, что целью договора является урегулирование  имущественных прав и обязанностей супругов в период брака и в случае его расторжения; имущество, полученное супругами в дар или в порядке наследования, а также приобретенное ими до вступления в брак, является раздельной собственностью супругов, если настоящим договором не предусмотрено иное; имущество, приобретенное супругами до заключения настоящего договора является их общей совместной собственностью, если настоящим договором не предусмотрено иное (л.д. 5 т.1).

Положениями раздела 2 брачного договора от 15.11.2017 стороны договорились изменить действующий режим имущества на период брака и в случае его расторжения в отношении следующего имущества: 

- пункт 2.2 прицеп для перевозки грузов МЗСА 817715, 2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN 

<

***>, модель, № двигателя отсутствует, шасси рама №X43817715D0017548, кузов № отсутствует, цвет серый, титульным собственником которого является супруг, ФИО6, что подтверждено ПТС 77НТ 162199, выданным ООО «МЗСА» 30.09.2013, в период брака и в случае его расторжения признается раздельной собственностью супруги ФИО4; 

- пункт 2.3 автомобиль марки Subaru Impreza, 2007 года выпуска, номер двигателя EJ25 D152138, цвет синий, титульным собственником которого является супруг ФИО6, что подтверждено ПТС 78 ТО 650145, выданным ООО «СУБАРУ МОТОР» 26.07.2007 года, в период брака и в случае его расторжения признается раздельной собственностью супруги ФИО4; 

- пункт 2.4 автомобиль марки BMW XI XDRIVE 20D 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, модель № двигателя №47D20C 72068851, шасси номер отсутствует, кузов № 

<

***>, цвет коричневый, титульным собственником которого является супруг ФИО11, что подтверждено ПТС 39НХ 662223, выданным ООО «БМВ Русланд Трейдинг» 15.05.2014г., в период брака и в случае его расторжения признается раздельной собственностью супруги ФИО4;

- пункт 2.5 снегоход POLARIS 800 PRO-RMK 163, 2014 года выпуска, заводской помер машины SNICH8GE7FC537880, двигатель №0120495206707, коробка передач № отсутствует, сертификат соответствия №TCRU C-US МТ20. В00554, титульным собственником которого является супруг ФИО6, что подтверждается паспортом самоходной машины и других видов техники ТТ 203069, в период брака и в случае его расторжения признается раздельной собственностью супруги ФИО4

Кроме того, положениями пунктов 2.6-2.11 брачного договора от 15.11.2017 установлено, что имущество приобретенное супругами как до, так и после заключения договора в период брака и в случае его расторжения будет являться личной собственностью того супруга, на которого это имущество приобретено.

Брачный договор нотариально удостоверен.

После заключения брачного договора от 15.11.2017, в период с февраля 2019 года по март 2021 года ФИО4 приобрела следующее недвижимое имущество: 

- иные помещения сооружения (здание проходной) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 11,60 кв.м, кадастровая стоимость 186 993,50 руб.; 

- строения, иные помещения сооружения (здание бетономешалки) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 112,40 кв.м., кадастровая стоимость 349 058,79 руб.; 

- иные строения, помещения сооружения (здание столярных мастерских) расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 383,90 кв.м., кадастровая стоимость 2 372 771,96 руб., 

- иные строения, помещения сооружения расположенное по адресу: 

<

...>, общ. пл. 856,50 кв.м., кадастровая стоимость 17 522 311 руб.; 

- иные строения, помещения сооружения расположенное по адресу: 

<

...>, общ, пл. 1354,0 кв.м., кадастровая стоимость 15 597 939 руб., 

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, общ.пл. 1817,0 кв.м., кадастровая стоимость 4 360 800 руб.; 

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, общ.пл. 1354,0 кв.м., кадастровая стоимость 3 206 358,16 руб., 

- жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...> общ. пл. 341,60 кв.м., кадастровая стоимость 7 099 530,83 руб. (л.д. 59-60 т. 2).

Между тем, 25.11.2020 уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), в связи с наличием у него задолженности в размере 6 318 838,55 руб., принятым к производству суда определением от 19.01.2021.

Обращаясь в суд с требованием о признании недействительным брачного договора от 15.11.2017 финансовый управляющий и уполномоченный орган ссылаются на то, что на момент заключения оспариваемой сделки в отношении должника в рамках дела о банкротстве ОАО «Пермэнергоспецремонт» рассматривался обособленный спор о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности, во избежание возможного обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество должник с супругой заключили брачный договор, которым изменили режим имущества, нажитого в период брака, распространив режим раздельной собственности на имущество, приобретенное в будущем, при этом супруга после заключения брака приобрела объекты недвижимости на сумму более 50 млн. исходя из кадастровой стоимости, в отсутствие соответствующих  доходов, также произошел перевод бизнеса должника на его супругу, в связи с чем, спорный брачный договор является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, брак между должником и ответчиком не расторгался до момента настоящего судебного разбирательства, что свидетельствует о том, что целью заключения брачного договора являлось сокрытие имущества во избежание возможного обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество, оспариваемая сделка совершена в отношении заинтересованного по отношению к должнику лица - супруги должника, которая не могла не знать о наличии судебного разбирательства в отношении ее супруга по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности. Правовым основанием заявленных требования являются статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального права, доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как было указано выше, в рамках настоящего спора оспаривается брачный договор.

В силу статьи 40 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Пунктом 1 статьи 42 СК РФ определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Следовательно, брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности. Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», вправе оспорить в рамках дела о  банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Из материалов дела усматривается, что дело о банкротстве должника возбуждено 19.01.2021, оспариваемая сделка совершена 15.11.2017, то есть более чем за три года до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть данная сделка не подпадает под действие норм статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и может быть оспорена только по нормам ГК РФ.

Как было указано выше, заявители полагают, что брачный договор является мнимым.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления № 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных статьей 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как было указано выше, оспариваемый брачный договор между должником и ответчиком заключен 15.11.2017.

Оспариваемым брачным договором изменен режим совместной собственности в отношении транспортных средств, а также установлено, что имущество приобретенное супругами как до, так и после заключения договора в период брака и в случае его расторжения будет являться личной собственностью того супруга, на которого это имущество приобретено.

После заключения брачного договора от 15.11.2017 ответчиком в период с февраля 2019 по марты 2021 приобретены объекты недвижимого имущества стоимостью более 50 млн. руб.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

ФИО4 состояла в браке с должником, при этом брак расторгнут лишь в ходе настоящего судебного разбирательства, таким образом, должник и ответчик являются заинтересованными лицами, в связи с чем презюмируется осведомленность ответчика о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора, общей цели его заключения. 

Из материалов дела следует, что на момент заключения брачного договора от 15.11.2017 у ФИО6 имелись неисполненные обязательства по договорам займа перед кредиторами, включенными впоследствии в реестр требования кредиторов должника:

- ООО «Медпром» по договору процентного займа от 27.09.2016  на сумму 1 800 000 рублей со сроком возврата - 27.09.2017;

- ООО «Спарта» по договору процентного займа от 27.09.2016  на сумму 2 000 000 рублей со сроком возврата - 27.09.2017; 

При этом 24.11.2017 должник вновь заключает договор процентного займа от 24.11.2017   с ООО «Нова Девелопмент» на сумму 3 000 000 руб. со сроком возврата - 24.12.2017.

Кроме того, должник в период  с 29.05.2012 по 30.10.2013 являлся руководителем ОАО «Пермэнергоспецремонт».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2013 по делу  № А50-8807/2013 ОАО «Пермэнергоспецремонт» признано банкротом.

Конкурсный управляющий ОАО «Пермэнергоспецремонт» 29.04.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ФИО12, ФИО13, ФИО6

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.08.2017 по делу  № А50-8807/2013 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2018 определение Арбитражного суда Пермского края от 22.08.2017 по делу № А50-8807/2013 изменено. Заявленные требования удовлетворены частично, с ФИО6 в пользу ОАО «Пермэнергоспецремонт» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника взыскано 6 318 838,55 руб.

Таким образом, оспариваемый брачный договор заключен в условиях наличия в арбитражном суде спора о привлечении должника к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Пермэнергоспецремонт», а также при наличии просрочки исполнения заемных обязательств перед ООО «Медпром» и ООО «Спарта».

При таких обстоятельствах ФИО6 не мог не осознавать возможность привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Пермэнергоспецремонт», а равно возможность признания его банкротом и реализацию принадлежащего ему имущества в рамках дела о банкротстве в целях удовлетворения требований кредиторов.

Доводы ответчика и должника о том, что мотивом заключения брачного договора от 15.11.2017 было не сокрытие имущества во избежание возможного обращения взыскания в связи с привлечением ФИО6 к субсидиарной ответственности, а сложные отношения между супругами, которые фактически прекратили брачные отношения с ноября 2018 года своего подтверждения не нашли.

Как следует из сведений ГУ МВД России от 02.02.2022, копии страницы паспорта ответчика, она лишь с 26.07.2019 зарегистрирована по другому, нежели ее супруг адресу, а с 09.03.2021 снята с регистрационного учета в Удмуртскую Республику (л.д. 198 т.1).

Кроме того у должника и ответчика имеется совместный ребенок, дата рождения которого – июнь 2019 года.

Смена фамилии осуществляется ответчиком 12.05.2016, то есть непосредственно после обращения конкурсного управляющего ОАО «Пермэнергоспецремонт» в арбитражный суд с заявлением о привлечении должника к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Подлежит также учету противоречивая позиция ответчика касательно момента прекращения брачных отношений и мотивов заключения брачного договора. Так, в дополнениях к отзыву от 13.09.2022 (л.д. 124-126 т.2) ответчик указывал на то, что до настоящего времени отношения между супругами сохраняются. Сохранение брачных отношений не опровергается также и должником в дополнительном отзыве от 15.09.2022. В дальнейшем было указано на прекращение брачных отношений с ноября 2018 года, при этом расторжение брака произведено в ходе судебного разбирательства. Заявлены доводы о том, что мотивом заключения брачного договора явилось требование отца ФИО4

Факт совместного пользования транспортным средством Subaru Impreza подтверждается материалами дела - сведениями отчетов о происшедших ДТП в период с 12.02.2018 по 28.04.2021 (л.д. 49-172 т.1) и не оспаривается должником и ответчиком, мотивирующими соответствующее обстоятельство необходимостью воспитания совместных детей.

При этом наиболее существенными для рассмотрения настоящего спора являются обстоятельства, связанные с приобретением ответчиком после заключения оспариваемого брачного договора объектов недвижимости, кадастровая стоимость которых составляет более 50 млн. руб. и осуществление деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

Так, из материалов дела следует, что ответчик в начале 2021 года становится собственником объектов недвижимости, ранее принадлежащих ОАО «Пермэнергоспецремонт», а именно: 

- иные строения, помещения и сооружения, по адресу: 614022, Россия, 

<

...>, кад. номер: 59:01:4410717:20; 

- иные строения, помещения и сооружения, по адресу: 614022, Россия, 

<

...>, кад. номер: 59:01:4410717:21; 

- иные строения, помещения и сооружения, по адресу: 614022, Россия, 

<

...>, кад. номер: 59:01:4410717:18; 

- иные строения, помещения и сооружения, по адресу: 614022, Россия, 

<

...>, кад. номер: 59:01:4410717:66.

Убедительных пояснений относительно того, по каким причинам предпринимательский интерес ответчиком проявлен к объектам недвижимости, ранее принадлежавшим обществу, к субсидиарной ответственности по обязательствам которого привлечен должник, суду не представлено.

При этом ответчик с даты регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (с 28.01.2021), в том числе, осуществляет вид деятельности «аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом» (ОКВЭД 68.20.2) (л.д. 135-144 т.3), что идентично виду деятельности, осуществляемому должником в период его деятельности в качестве индивидуального предпринимателя (с 22.10.2014 по 06.04.2018).

В период осуществления предпринимательской деятельности должником заключены государственные контракты с агентством по делам юстиции и мировых судей Пермского края: 23.12.2014 на сумму 3 070 500 руб. за аренду нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> (контракт исполнен);  10.12.2015 на сумму 10 065 406 руб. за аренду нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> (контракт прекращен по соглашению сторон от 23.03.2018) (л.д. 102 т.2, 93- 104 т.3). 

Доход должника от предпринимательской деятельности составил 10 095 85,18 руб., а совокупный доход за период с 2016 по 2018 года – 10 563 951,27 руб. (л.д. 102 т.2), в то время установленный доход ответчика за период с 2016 по 2018 года составил 128 255,99 руб. (л.д. 102 т.2).

В период осуществления предпринимательской деятельности ответчиком также заключены государственные контракты с агентством по делам юстиции и мировых судей Пермского края: 29.12.2018 на сумму 42 872 108 руб. за аренду нежилого помещения, (контракт прекращен по соглашению сторон от 05.07.2021); 20.07.2021 на сумму 29 189 520 руб. за аренду нежилого помещения, (контракт исполняется) (л.д. 102 т.2, 106-134 т.3).

Из пояснений ответчика следует, что денежные средства на приобретение объектов недвижимости в 2021 году с целью последующей их сдаче в аренду получены им по договорам займа, инвестирования (л.д. 1-6 т.4, 22- 57 т.4). Между тем из сведений книги учета доходов и расходов ИП усматривается, что денежные средства поступили в наличной форме, как оплата по договору купли-продажи, а не по договорам займа, инвестирования (л.д. 86-89 т.3). 

Уполномоченным органом установлено наличие в 2013 году операций по перечислению денежных средств между должником и ФИО2, кроме того, в собственность ФИО2 28.08.2013 было передано имущество ОАО «Пермэнергоспецремонт» - транспортные средства ГАЗ 2705, г/н  

<

***> ГАЗ-3102, г/н 

<

***> и КС-3574- УРАЛ-5557 с г/н 

<

***>.

Дополнительным доказательством наличия взаимосвязи между должником, ответчиком и ФИО2 является то обстоятельство, что документы, в том числе декларации и книги учета доходов и расходов ИП в материалы дела представлены не ФИО2, привлеченным к участию в деле в качестве третьего лица, а представителем ответчика (л.д. 65-96 т.4).

Принимая во внимание изложенное, в том числе частичное совпадение вида деятельности, переход контрагента, приобретение объектов недвижимости, ранее принадлежавших обществу, руководителем которого являлся ответчик, инвестирование предпринимательской деятельности ответчика за счет активов фактически заинтересованного по отношению к должнику лица, наличие противоречий относительно сведений книги учета доходов и расходов как оплата по договору купли-продажи, судом установлены отличия условий и обстоятельств передачи бизнеса от тех, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых друг от друга участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера, что позволяет прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса, совершения этих действий в целях перевода той имущественной базы, за счет которой должны были быть исполнены обязательства.

Возражения ответчика о том, что должник не имел в собственности сдаваемые в субаренду объекты, тогда как ответчик является собственником совершенно иных объектов недвижимости, а также доводы о том, что предпринимательская деятельность начата ответчиком в 2021 году, судом отклоняются как не обоснованные, не опровергающие возникающие у суда сомнения с учетом иных установленных обстоятельств дела.

Доводы ответчика о том, что в рамках дела о банкротстве АО «Пермэнергоспецремонт» рассматривались заявления о признании недействительными сделок с объектами недвижимости, приобретенными в последствие у последующих продавцов ФИО4, расположенных по адресу: ул. Танкистов, 50 (кад. номер: 59:01:4410717:21, кад. номер: 59:01:4410717:18) не имеют значения для настоящего спора, так как судом не исследуется порочность этих и иных сделок, а рассматривается вопрос о переводе бизнеса должника на ответчика, который не раскрыл мотивов относительно приобретения именно этих объектов недвижимости.

Доводы ответчика о том, что ей отошло имеющееся в наличии имущество, рыночная стоимость которого на 163 000 больше чем стоимость имущества, оставшегося у должника, следовательно раздел имущества произведен практически в равных долях, подлежит отклонению, поскольку не учитывает имущество, которое было приобретено после заключения оспариваемого соглашения (стоимостью более 50 млн.руб.), с учетом сомнительности происхождения средств, на которые оно приобреталось. 

Доводы ответчика о том, что у ФИО6 не было средств на приобретение объектов недвижимости, а жилой дом на земельном участке по адресу 

<

...>, как и земельный участок были построен и приобретен на денежные средства отца ФИО4 ФИО9 в рамках настоящего обособленного спора не исследуется, так как подлежат рассмотрению в суде общей юрисдикции по заявлению ФИО14 о разделе совместно нажитого имущества супругов, равно как и довод ответчика о том, что обязательства перед уполномоченным органом возникли у должника до заключения брака подлежит исследованию в ином процессуальном порядке.

Принимая во внимание изложенное, с учетом повышенных стандартов доказывания, ответчиком и должником не опровергнута совокупность подозрительных обстоятельств относительно фактического сохранения брачных отношений на момент совершения сделки и в последующем, фактическое пользование должником имуществом, перешедшим по брачному договору к ответчику, частичное совпадение вида деятельности у супругов, переход контрагента, приобретение объектов недвижимости ранее принадлежавших обществу, руководителем которого являлся ответчик, инвестирование предпринимательской деятельности ответчика за счет активов фактически заинтересованного по отношению к должнику лица, суд пришел к выводу о том, что целью заключения брачного договора от 15.11.2017 являлось недопущение возможного обращения взыскания на имущество супругов В-ных в условиях наличия в арбитражном суде спора о привлечении должника к субсидиарной ответственности по обязательствам возглавляемого им общества и обеспечение возможности дальнейшего ведения аналогичной предпринимательской деятельности супругой должника при сохранении фактических брачных отношений.

 При изложенных обстоятельствах, брачный договор от 15.11.2017 является мнимой сделкой, заключенной с целью причинения вреда кредиторам, в том числе уполномоченному органу. 

В результате заключения брачного договора произошло уменьшение размера имущества должника, подлежащего включению в конкурсную массу.

Доказательств того, что на дату совершения оспариваемой сделки должник имел возможность погасить задолженность перед кредиторами, предъявившими свои требования, либо имеющихся у него денежных средств было достаточно для погашения долга, должник в материалы дела не представил. Такое поведение должника в гражданском обороте не соответствует требованию добросовестности.

Заключая брачный договор, стороны преследовали целью не раздел имущества в результате расторжения брака, а сохранение имущества у себя (внутри семьи). Целью было не только причинение вреда кредиторам, существующим в момент совершения сделки, но и намерение не допустить обращения взыскания на имущество в случае наступления неблагоприятных последствий в будущем.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении должника и ответчика, повлекшем вред имущественным правам кредиторов, что является основанием для признания брачного договора от 15.11.2017 недействительным на основании статей 10, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения (абзац 2 пункта 84 Постановления № 25).

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В данном случае с учетом правовой природы брачного договора и его условий в качестве последствий недействительности данной сделки подлежит восстановлению законный режим общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного в период брака, как до, так и после заключения данного договора, в том числе, зарегистрированного на любого из супругов. 

Также следует вернуть из конкурсной массы должника ответчику ФИО4 163 000 руб., внесенные по платежному поручению №10-1 от 04.04.2022 ФИО4

Доводы о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. Требование заявлено финансовым управляющим 01.10.2021, финансовый управляющий утвержден судом определением от 11.02.2021, таким образом, срок исковой давности на подачу искового заявления о признании брачного договора от 15.11.2017 недействительным на момент обращения финансового управляющего не истек.

Срок исковой давности для обращения уполномоченного органа с рассматриваемым требованием также не истек, поскольку срок следует исчислять с момента проведения первого собрания кредиторов – 11.06.2021, когда уполномоченный орган впервые узнал о наличии брачного договора от 15.11.2017. Указанное подтверждается представленными финансовым управляющим в электронном виде протоколом первого собрания кредиторов от 11.06.2021, поступившим в суд 24.06.2021 и приобщенным к материалам основного дела о банкротстве. Поскольку уполномоченный орган обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки 14.06.2022, трехлетний срок уполномоченным органом также не пропущен. Оснований для исчисления срока исковой давности с 01.12.2018, то есть с даты поступления в уполномоченный орган сведений о смене собственника в отношении транспортных средств, не имеется, поскольку при проведении камеральной налоговой проверки по исчислению сумм транспортного налога, уплачиваемого физическими лицами, уполномоченным органом не исследуется вопрос правомерности отчуждения транспортных средств.

Оснований для принятия отказа финансового управляющего от заявленных требований не имеется, в связи с заменой инициатора обособленного спора, а также в связи с тем, что определением суда от 25.05.2022 в утверждении мирового соглашения по настоящему делу отказано.

Ввиду того, что  арбитражным судом первой инстанции допущены нарушения норм процессуального права, повлекшие за собой необходимость перехода  апелляционного суда к рассмотрению настоящего спора по правилам, предусмотренным для разрешения дела в суде первой инстанции, определение от 20.02.2023 подлежит отмене по основаниям пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ. 

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение заявления подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета в размере 6 000 руб. Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на апеллянтов.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края  от 20 февраля 2023  года по делу № А50-29145/2020 отменить.

Признать брачный договор от 15.11.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО4, недействительной сделкой.

В качестве последствий недействительности сделки восстановить режим общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного в период брака ФИО6 и ФИО4, как до, так и после заключения брачного договора от 15.11.2017.

Возвратить ФИО4 из конкурсной массы ФИО6 163 000 руб.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.С. Шаркевич

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова

 

 

М.А. Чухманцев