/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-8925/2016

01 декабря 2017 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29.11.2017.

Постановление в полном объеме изготовлено 01.12.2017.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.

 

при участии представителей

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью

«Коммерческий банк «Богородский» – государственной корпорации 

«Агентство по страхованию вкладов»: Кислициной В.Э. (доверенность от 12.07.2016),

от Мосолкова Дмитрия Николаевича: Такташова Т.Ч. (доверенность от 15.05.2017)

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью

«Коммерческий банк «Богородский» – государственной корпорации 

«Агентство по страхованию вкладов»

 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.06.2017,

принятое судьей Елисейкиным Е.П.,  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2017,

принятое судьями Рубис Е.А., Кириловой Е.А., Смирновой И.А.,

по делу № А43-8925/2016

 

по заявлению конкурсного управляющего – 

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

о признании сделок недействительными

и о применении последствий их недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Богородский»

(ИНН: 5245004890, ОГРН: 1025200000077)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Богородский» (далее – Банк; должник) конкурсный управляющий должника – государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Корпорация) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Дельта Трафо» (далее – Общество) от 30.10.2015 и соглашения о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015, заключенных Банком и Мосолковым Дмитрием Николаевичем, и о применении последствий недействительности сделок.

Заявление конкурсного управляющего основано на части 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что оспоренные сделки совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной (отсутствии оплаты доли в уставном капитале покупателем), в ущерб имущественным интересам кредиторов должника.

Суд первой инстанции определением от 26.06.2017, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2017, отказал в удовлетворении заявления, поскольку исходил из недоказанности наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными по заявленным основаниям.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Корпорация обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 26.06.2017 и постановление от 31.08.2017 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В кассационной жалобе заявитель оспаривает выводы судебных инстанций, послужившие основанием для отказа в признании сделок недействительными, полагая, что в данном случае имеются все обстоятельства, необходимые для признания договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.10.2015 и соглашения о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015 недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 168 и 174 (пункта 2) Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование кассационной жалобы Корпорация указала, что вывод судов о равноценности встречного предоставления по оспоренным сделкам не соответствует обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. В качестве платы за полученную долю в уставном капитале было зачтено несуществующее право требования к Банку, возникшее из договора уступки права требования (цессии) от 17.12.2012, заключенного должником и закрытым акционерным обществом «Нижегородская производственная компания «Электрические машины» (далее – Компания). Дополнительное соглашение к договору уступки права требования от 17.12.2012, предполагающее изменение условий уже исполненного договора цессии в части установления цены договора, является ничтожной сделкой, какие-либо обязательства у Банка перед Компанией отсутствовали. Следовательно, по договору уступки прав (цессии) от 25.11.2013 Мосолкову Д.Н. передано несуществующее (недействительное) право требование к Банку, а по соглашению о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015 зачтены несуществующие обязательства Банка, то есть спорные сделки совершены при неравноценном встречном исполнении, так как цессионарий не исполнил обязательство по оплате уступленного ему должником права.

По мнению Корпорации, в результате заключения взаимосвязанных сделок (договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества и соглашения о зачете встречных однородных требований) Банк лишился имущества в виде доли в уставном капитале Общества номинальной стоимостью 9 030 136 рублей 98 копеек, не получив при этом от покупателя денежных средств в качестве оплаты доли, что причинило ущерб кредиторам должника. В соответствии с официальной финансовой отчетностью деятельность Банка с 2012 года была исключительно убыточной, о чем не могли не знать стороны спорных сделок. Данные обстоятельства указывают на наличие между Банком, Компанией и Мосолковым Д.Н. сговора, нацеленного на безвозмездный вывод из активов должника ликвидного имущества за три месяца до отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций, и на недействительность сделок в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель Корпорации поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. Мосолков Д.Н. в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 26.06.2017 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2017 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационных жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителей конкурсного управляющего должника и Мосолкова Д.Н., суд округа не нашел правовых оснований для отмены принятых судебных актов.

Как следует из материалов дела, Банк (цедент) и Компания (цессионарий) заключили договор уступки права требования (цессии) от 17.12.2012, в соответствии с которым Компания приобрела у Банка по цене 30 000 000 рублей право требования с открытого акционерного общества «Коммерческий банк «Мастер-Банк» (далее – ОАО «КБ «Мастер-Банк») задолженности в сумме 32 000 000 рублей по договору на инкассацию платежных терминалов, пересчет и зачисление денежной наличности от 04.05.2011.

В дополнительном соглашении от 17.12.2012 к договору уступки права требования (цессии) от 17.12.2012 стороны установили, что в случае отзыва у ОАО «КБ «Мастер-Банк» лицензии на осуществление банковский операций цена уступленного права требования подлежит уменьшению на 10 000 000 рублей и составит 20 000 000 рублей.

Во исполнение условий договора уступки права требования (цессии) от 17.12.2012 цессионарий 17.12.2012 перечислил на счет цедента денежные средства в сумме 30 000 000 рублей.

Банк России приказом от 20.11.2013 № ОД-919 отозвал у ОАО «КБ «Мастер-Банк» лицензию на осуществление банковский операций.

Компания (цедент) и Мосолков Д.Н. (цессионарий) заключили договор уступки права требования от 25.11.2013, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял права требования к Банку в размере 10 000 000 рублей (с учетом оплаты 30 000 000 рублей по договору цессии от 17.12.2012) и обязался уплатить цеденту за уступаемое право 10 000 000 рублей в соответствии с соглашением о передаче прав и о порядке расчетов.

Банк (продавец) и Мосолков Д.Н. (покупатель) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.10.2015, согласно которому продавец обязался продать покупателю долю в размере 19 процентов уставного капитала Общества номинальной стоимостью 9 030 136 рублей 98 копеек. В пункте 3.1 договора стороны согласовали обязанность покупателя в срок до 31.10.2016 уплатить продавцу за уступаемую долю в уставном капитале 9 030 136 рублей 98 копеек.

Банк и Мосолков Д.Н. подписали соглашение о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015, по условиям которого задолженность Банка перед Мосолковым Д.Н. по договору цессии от 25.11.2013 в сумме 9 030 136 рублей 98 копеек зачтена в счет исполнения покупателем обязательств по оплате приобретаемой по договору купли-продажи от 30.10.2015 доли в уставном капитале Общества.

Банк России приказом от 24.03.2016 № ОД-988 отозвал у Банка лицензию на осуществление банковских операций и назначил временную администрацию по управлению Банком. 

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 31.05.2016 (резолютивная часть объявлена 30.05.2016) признал Банк несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим должника Корпорацию.

Посчитав, что договор купли-продажи доли в уставном капитале от 30.10.2015 и соглашение о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015 заключены при неравноценном встречном исполнении обязательств покупателем доли в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, Корпорация оспорила законность сделок на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 «Банкротство кредитных организаций» Закона о банкротстве. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 – 10 статьи 189.40 Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 189.90 Закона о банкротстве). 

В силу пунктов 1 – 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться в частности любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (указанный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (абзацы 2 – 4 пункта 8 Постановления № 63).

Оспоренные конкурсным управляющим сделки совершены 30.10.2015 и 01.12.2015, то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что цена договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.10.2015 не соответствует цене аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что в связи с отзывом у ОАО «КБ «Мастер-Банк» лицензии на осуществление банковских операций и перечислением Компанией на счет Банка денежных средств в сумме 30 000 000 рублей к Мосолкову Д.Н. в момент заключения договора уступки права требования (цессии) от 25.11.2013 перешло право требования к Банку о возврате 10 000 000 рублей, возникшее, в свою очередь, из договора цессии от 17.12.2012; Компания исполнила обязательство по оплате стоимости уступки права требования в размере 30 000 000 рублей после заключения с Банком договора цессии и дополнительного соглашения к нему от 17.12.2012.

В пункте 2 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом или в установленном законом порядке. При толковании данной нормы следует учитывать, что речь идет о недопустимости изменения цены по основаниям, не предусмотренным действующим договором (соглашением сторон) или законом.

Таким образом, довод заявителя кассационной жалобы о том, что дополнительное соглашение к договору уступки права требования от 17.12.2012, предполагающее изменение условий уже исполненного договора цессии в части установления цены договора, является ничтожной сделкой, суд округа счел ошибочным, поскольку дополнительное соглашение об изменении цены договора цессии от 17.12.2012 было заключено и соответствующие обязательства сторон возникли до момента исполнения ими условий этого договора.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии доказательств совершения спорных сделок в условиях неравноценного встречного исполнения обязательств со стороны Мосолкова Д.Н.

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления № 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет 20 и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – 10 и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

Спорные сделки заключены в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В кассационной жалобе заявитель сослался на достаточность имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих неплатежеспособность и недостаточность имущества должника на дату совершения оспоренных сделок и осведомленность другой стороны сделок о таких признаках. 

Между тем суды обеих инстанций установили, что на момент заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.10.2015 и соглашения о зачете взаимных требований от 01.12.2015 Банк продолжал осуществлять финансовую деятельность, исполнение денежных и иных обязательств перед кредиторами не прекратил.

Отказав в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что конкурсный управляющий не доказал факты причинения вреда имущественным правам кредиторов и наличия у Банка признаков неплатежеспособности на дату совершения сделок, что в силу пункта 2 статьи 61.2 является необходимыми условиями для признания сделки недействительной.

Договор купли-продажи является возмездным, сроки оплаты договором предусмотрены, оплата осуществлена в полном объеме путем зачета сторонами встречных однородных требований. В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о неравноценном встречном исполнении обязательств со стороны покупателя и, как следствие, о занижении цены договора, а также доказательства ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате заключения спорных сделок.

При таких обстоятельствах суды обеих инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспоренных сделок недействительными по правилам, предусмотренным в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд округа признал несостоятельной ссылку заявителя жалобы на недействительность договора купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 30.10.2015 и соглашения о зачете встречных однородных требований от 01.12.2015 на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Следовательно, по указанному основанию сделка может быть признана недействительной, если установлены обстоятельства, которые свидетельствуют о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что в рассмотренном случае отсутствуют объективные доказательства, свидетельствующие о наличии у сторон спорных сделок намерения причинить вред кредиторам должника, в том числе путем вывода ликвидных активов Банка. Суды приняли во внимание, что с даты подписания дополнительного соглашения к договору цессии от 17.12.2012 до момента заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале от 30.12.2015 прошло значительное количество времени, каждая из сделок носит самостоятельный характер и имеет различные экономические цели.

Несогласие заявителя с оценкой доказательств не принимается во внимание судом округа в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина составляет по 3000 рублей и относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.06.2017 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2017 по делу № А43-8925/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «Богородский» – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

В.А. Ногтева

В.П. Прыткова