876/2023-63798(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

15 сентября 2023 года Дело № А56-22895/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 15 сентября 2023 года.  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Мирошниченко В.В., судей Зарочинцевой Е.В.,  

ФИО1, 

при участии финансового управляющего ФИО2 – ФИО3  (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО4 (доверенность от  03.06.2023) и ФИО5 (доверенность от 03.06.2023),  

рассмотрев 12.09.2023 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы ФИО2 и ее финансового управляющего  ФИО6 на определение Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.02.2023 и постановление  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023 по делу  

 № А56-22895/2019/суб, 

у с т а н о в и л :

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью (далее - ООО) «КомПроМИС», адрес: 192007,  Санкт-Петербург, Лиговский пр., д. 211, лит. А, ОГРН 

<

***>,  

ИНН 

<

***> (далее – Общество), конкурсный управляющий Обществом  обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области с заявлением о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

ФИО7 обратилась в суд с аналогичным заявлением.  Определением от 25.03.2021 заявления объединены в одно производство.  

Определением от 25.03.2021 к участию в рассмотрении спора в качестве  третьего лица привлечен финансовый управляющий ФИО2  

Определением от 14.10.2021 суд привлек к участию в деле в качестве  соответчика Аманова Миролима.  

 Кроме того ФИО7, обратилась с ходатайством о замене её в  порядке процессуального правопреемства на ФИО8, а ФИО9 и финансового управляющего  ФИО2 ходатайствовали о вступлении ФИО9 в дело в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования  относительно предмета спора.  

 Определением от 15.02.2023 суд первой инстанции отклонил ходатайство  финансового управляющего ФИО2 о привлечении ФИО9 к  

участию в настоящем споре в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельные требования относительно предмета спора, и ходатайство  Морозовой И.Н. о вступлении в дело в качестве третьего лица, удовлетворил  ходатайство Михайловой Д.И. о процессуальном правопреемстве и заменил ее  на Михайлова В.В., привлёк солидарно Артыкову А.О. и Аманова М. к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и приостановил  производство по рассмотрению заявления до окончания мероприятий по  формированию конкурсной массы и осуществления расчётов с кредиторами  должника.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  14.06.2023 определение от 15.02.2023 оставлено без изменения.  

В кассационных жалобах ФИО2 и ее финансовый управляющий  ФИО6 просят определение от 15.02.2023 и  постановление от 14.06.2023 отменить, а дело направить на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

Податели жалоб полагают, что судом первой инстанции неправомерно  удовлетворено заявление о процессуальном правопреемстве, поскольку суды  не исследовали содержание договоров цессии и их соотношение с процедурой  банкротства Общества. По мнению подателей жалоб, заключение договоров  цессии направлено на сокрытие факта отсутствия документов,  подтверждающих предъявленное к ФИО2 требование о привлечении к  субсидиарной ответственности, а также на неправомерное распоряжение  правом требования по субсидиарной ответственности до объявления  конкурсным управляющим о необходимости выбрать способ распоряжения  рассматриваемым правом в соответствии со статьями 61.16 и 61.17  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).  

Кроме того, податели жалоб ссылаются на то, что вступившими в законную  силу судебными актами по обособленным спорам об истребовании документов  и материальных ценностей Общества обязанность передать их возложена на  ФИО10, а в удовлетворении требований, предъявленных к ФИО2,  отказано в связи с недоказанностью того, что документы и материальные  ценности должника находятся у нее. Указанные обстоятельства, по мнению  подателей жалоб, не подлежат повторному исследованию в рамках настоящего  спора и исключают возможность привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности за непередачу документов конкурсному управляющему.  

В части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за  причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в  результате совершения сделок, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и  61.3, податели жалоб ссылаются на то, что судами не учтено, что конкурсному  управляющему отказано в удовлетворении многочисленных заявлений о  признании платежей Общества в пользу его контрагентов недействительными  сделками, в том числе в связи с предоставлением последними документов,  подтверждающих обоснованность платежей, а также на то, что Общество не  отвечало признакам неплатежеспособности (банкротства) в рассматриваемый  период, что подтверждается ежегодными аудиторскими заключениями и  экспертным заключением за 2017 год, а также отчетом временного  управляющего, согласно которому возможно восстановление  платежеспособности должника.  

Кроме того, ФИО2 указывает на то, что она действовала  добросовестно и принимала все возможные меры для урегулирования спорных  вопросов, обязательства Общества по реконструкции стадиона «Лужники» были  

выполнены.  

Также податели жалоб полагают, что имеются безусловные основания для  отмены обжалуемых судебных актов в связи с неизвещением соответчика  ФИО10 о данном судебном процессе.  

В отзыве на кассационные жалобы ФИО8 просит обжалуемые  судебные акты оставить без изменения.  

До начала судебного заседания в суд кассационной инстанции от  финансового управляющего ФИО6 и ФИО2 поступили  письменные пояснения, а также ходатайство о приостановлении производства  по жалобам до вступления в законную силу судебного акта по обособленному  спору № А56-22895/2019/сд16 и решения Бутырского районного суда г. Москвы  по делу № 2-1691/2023.  

В обоснование названного ходатайства финансовый управляющий  ссылался на то, что в рамках обособленного спора № А56-22895/2019/сд16  оспорены договоры цессии по уступке прав требования, заключенные  

ООО «Единое решение» и ФИО7 и, в последующем, 

ФИО7 с ФИО8 По мнению подателей жалоб, у  ФИО7 на момент обращения в суд с заявлением о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности не было соответствующих  правомочий.  

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО6 и  представители ФИО2 поддержали ходатайство о приостановлении  производства по жалобам.  

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный  суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности  рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого  Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным)  судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции,  арбитражным судом.  

Объективной предпосылкой применения данной нормы является  невозможность рассмотрения одного дела до принятия решения по другому  делу.  

Приостановление производства по делу в порядке, предусмотренном  указанной нормой закона, допускается, если в рамках самостоятельного  производства у суда находятся дела, требования по которым связаны по  основаниям их возникновения и (или) представленным доказательствам, и  имеется риск принятия противоречащих друг другу судебных актов (часть 9  статьи 130 АПК РФ).  

В данном случае с заявлением о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности помимо ФИО7 обратился также и  конкурсный управляющий Обществом и судами, соответственно, давалась  оценка и его доводам. При этом вопрос о действительности договоров цессии  не являлся предметом рассмотрения настоящего спора, а рассматривается в  ином обособленном споре, для которого обжалуемые судебные акты в части  процессуального правопреемства не являются преюдициальными, в связи с чем  отсутствует риск принятие противоречащих друг другу судебных актов.  

С учетом изложенного суд кассационной инстанции отказал в  удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по кассационным  жалобам.  

Финансовый управляющий ФИО6 и представители ФИО2  поддержали доводы жалоб по существу и просили отменить определение от  

15.02.2023 и постановление от 14.06.2023.  

 Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о  времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в  судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном  порядке.  

Как установлено судами, ФИО2 в период с 23.10.2013 по  21.05.2018 являлась генеральным директором Общества, а также с 23.10.2013  по 30.05.2018 его единственным участником. С 30.05.2018 участником должника  с долей в размере 9,1% уставного капитала является международная  коммерческая компания «Сириус Девелопмент» (Сейшельские острова), а доля  в размере 90,6% в уставном капитале принадлежит самому должнику.  

 С 21.05.2018 и до даты открытия в отношении должника процедуры  конкурсного производства (12.12.2019) генеральным директором Общества  являлся ФИО10 М.  

Определением от 05.07.2019 в отношении Общества введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО11.  

Решением от 29.12.2019 Общество признано несостоятельным  (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден ФИО12.  

Определением от 12.11.2021 ФИО12 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего должником; новым конкурсным  управляющим утвержден ФИО13.  

Конкурсный управляющий Обществом и конкурсный кредитор - ФИО7 обратились в суд с заявлениями, в которых с учетом уточнений просили  привлечь ФИО2 и ФИО10 солидарно к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

В обоснование своих требований заявители ссылались на непередачу  ответчиками документации должника конкурсному управляющему, совершение  сделок в период с января 2016 года по май 2018 года, повлекшее  невозможность полного погашения требований кредиторов и неисполнение  обязанности по подаче в суд не позднее 01.02.2017 заявления о признании  должника банкротом.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный управляющий,  внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного  управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности  руководитель должника, а также временный управляющий, административный  управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с  законодательством Российской Федерации.  

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в  том числе в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения  о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  

предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате  чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – Постановление № 53), заявитель должен представить  суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в  ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений)  повлияло на проведение процедур банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается помимо прочего невозможность определения основных активов  должника и их идентификации, выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать  данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы.  

В данном случае конкурсный управляющий ссылался на то, что у должника  на 31.12.2017 имелись активы, за счет которых могла быть сформирована  конкурсная масса и частично погашены требования кредиторов, что  подтверждается данными бухгалтерского баланса за 2017 год, согласно  которым должник обладал активами балансовой стоимостью 148 205 000 руб.,  из которых запасы на сумму 34 406 000 руб., основные средства - 134 000 руб.,  дебиторская задолженность - 45 843 000 руб., прочие оборотные активы66 334 000 руб. Однако имущество должника конкурсному управляющему  передано не было и в ходе конкурсного производства не выявлено ввиду  отсутствия правоустанавливающих документов. В результате названного  проведение инвентаризации, оценки основных средств и запасов должника в  полном объеме, работа по анализу и взысканию дебиторской задолженности  были существенно затруднены.  

При рассмотрении настоящего спора доказательств передачи конкурсному  управляющему документов и ценностей должника не представлено.  

Возражая против требований в указанной части, ФИО2 ссылалась  на исполнение ею обязанности по передаче документации должника  генеральному директору ФИО10, а также определение суда от 09.08.2021  по обособленному спору № А56-22895/2019/истр, которым отказано в  истребовании у нее документов должника.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 Постановления № 53, в  случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно  сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением  ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было  достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8  статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Таким образом, законодательством о банкротстве предусмотрена  возможность привлечения к ответственности как фактических, так и  номинальных контролирующих лиц.  

В данном случае судами установлено, что ФИО10 М. с 21.05.2018 являлся  генеральным директором множества юридических лиц, находящихся в разных  городах и занимающихся разной деятельностью, в том числе ООО «Капитал  Инвест» (ИНН: 

<

***>), ООО «Мегасервис» (ИНН: 

<

***>), ООО «А- Монолит» (ИНН: 

<

***>), OOO «Бизнес Альянс» (ИНН 

<

***>). При  

этом в отношении данных организаций в Единый государственный реестр  юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) внесены записи о недостоверности сведений  о генеральном директоре. В отношении нового участника должника -  международной коммерческой компаниеи «Сириус Девелопмент» (Сейшельские  Острова) также установлено, что она в мае – сентябре 2018 года стала  участником ряда юридических лиц, расположенных в различных регионах  России и занимающихся разными видами деятельности, в том числе ООО «БВ- Консалтинг» (ИНН: 1121281449), ООО «ЕвроТрансГруппг» (ИНН: 2315178440),  ООО «Конверт» (ИНН 7743663258), ООО «Калипсо» (ИНН 7718740212), в  отношении которых в ЕГРЮЛ внесены записи о признании сведений  недостоверными.  

По сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО10 М. являлся  руководителем 15 организаций, 11 из которых исключены из ЕГРЮЛ по причине  наличия в отношении указанных лиц записей о недостоверности сведений, 1  организация находится в банкротстве (Общество), а остальные 3 имеют записи  о недостоверности сведений.  

Исходя из изложенного, суд первой инстанции, с которым согласился суд  апелляционной инстанции, пришел к выводу, что ФИО10 М. является массовым  руководителем большого количества юридических лиц участниками которых  являются иностранные юридические лица (Сейшельские острова,  Великобритания, Белиз).  

После назначения ФИО10 директором должника последний  фактически перестал осуществлять хозяйственную деятельность, операций по  счетам не проводилось, бухгалтерская отчетность не сдавалась, смена в  банковских организациях руководителя с ФИО2 на ФИО10 не  осуществлялась.  

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что  ФИО10 М. фактического руководства и контроля над должником не получил,  являлся номинальным руководителем, а реальным контролем над должником  вплоть до введения конкурсного производства продолжала обладать  

ФИО2 

Оснований не согласиться с названным выводом судов у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

С учетом изложенного суды пришли к правильному выводу о наличии  оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по  обязательствам Общества в связи с непередачей ею документации и  имущества должника конкурсному управляющему.  

При этом, вопреки доводам подателей жалоб отказ в истребовании у  ФИО2 документов и имущества в связи с недоказанностью их  нахождения у нее не является препятствием для привлечения ее к  субсидиарной ответственности с учетом установленных при рассмотрении  настоящего спора обстоятельств.  

Представленные копии актов приема-передачи документации должника от  ФИО2 ФИО10 не приняты судом при рассмотрении настоящего  спора в качестве доказательства, безусловно подтверждающего такую передачу  с учетом выводов о номинальном характере смены руководителей и отсутствия  в деле иных доказательств, подтверждающих передачу документов и  имущества между руководителями.  

Таким образом, как правильно указал суд первой инстанции, материалами  дела подтверждается наличие в действиях ответчиков специального состава  правонарушения, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, необходимого для привлечения контролирующих должника лиц к  

субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

 Также в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности заявителями указано совершение убыточных сделок.  

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в  том числе в случае, если причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом одной  или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и  61.3 Закона о банкротстве.  

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что презумпция доведения до  банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть  применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в  частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам  его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При  этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника,  например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая  вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует  исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка,  совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую  для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в  результате совершения которой должник утратил возможность продолжать  осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности,  приносивших ему ранее весомый доход.  

При этом, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица  могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по  поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие  должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не  соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и  поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на  систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д.  

Как установлено судами, за период с 11.01.2016 по 01.09.2017 с расчетного  счета должника в пользу ООО «ИРИДА» (ИНН 

<

***>), ООО «УМ ПМК-14»  (ИНН 

<

***>), ООО «РЕСУРСАЛЬЯНС» (ИНН 

<

***>), ООО «Трейд  Моне» (ИНН 

<

***>), ООО «СТРОЙ-КОМ» (ИНН 

<

***>), ООО  «Омнистрой» (ИНН 

<

***>), ООО «Мастерстрой» (ИНН 

<

***>), ООО  «Бон Мезон» (ИНН 

<

***>), ООО «Макси» (ИНН 

<

***>), ООО  «Стройрезерв» (ИНН 

<

***>), ООО «МЕТАЛЛТОРГ» (ИНН 

<

***>),  ООО «МЕТАЛЛОПТ» (ИНН 

<

***>), ООО «Арттат» (ИНН 

<

***>),  ООО «БумерангОпт» (ИНН 

<

***>), ООО «КараванОпт» (ИНН 

<

***>),  ООО «Дилос» (ИНН 

<

***>), ООО «Регион-Трейд» (ИНН 

<

***>)  перечислено в общей сумме 166 837 738,7 руб.  

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ указанные организации преимущественно  были созданы в 2016 году и исключены из ЕГРЮЛ в 2018 и 2019 годах.  

Конкурсному управляющему должника документация должника по  договорным отношениям с данными компаниями не передана, сведений о  

каком-либо встречном предоставлении со стороны данных компаний не  представлено.  

Также суды пришли к выводу, что с учетом представленных в дело  сведений о периодах существования контрагентов, представления ими  недостоверных сведений для включения в ЕГРЮЛ (что послужило основанием  для прекращения деятельности указанных лиц), неисполнения ими  обязанностей по подаче отчетности и уплате налогов, блокировки их счетов  после перечисления денег должником данные контрагенты не могли оказать  должнику соответствующие услуги (выполнить работы, поставить товар).  

Возражения ФИО2 и ее финансового управляющего о том, что  Общество занималось строительством крупных объектов государственной  важности, а реальная причина банкротства должника - неисполнение  обязательств его заказчиками и подрядчиками и особенности работы в сфере  строительства, подразумевающие получение должником денег от заказчиков и  подрядчиков через значительное время (в частности, возврат гарантийного  удержания), а совершение данных сделок на банкротство не повлияло,  обоснованно отклонены судами.  

В результате совершения данных платежей, как правильно указали суды,  должник лишился наиболее ликвидного актива (денежных средств) в  значительном размере – более 166 млн. руб.  

При этом, как установили суды, в период совершения спорных  перечислений (2016, 2017 годы) возникла непогашенная задолженность перед  ООО «Сампол», ООО «Единое Решение», ООО «МИП-Строй № 1», требования  которых включены в реестр требований кредиторов, по обязательствам,  принятым должником перед этими кредиторами до даты совершения сделок.  

Вопреки доводам подателей жалоб, отказ в удовлетворении заявлений  конкурсного управляющего о признании платежей Общества  недействительными сделками не имеет правового значения для рассмотрения  настоящего спора, поскольку по оспоренным конкурсным управляющим  платежам контрагентами являются иные организации, отличные от  рассматриваемых в настоящем обособленном споре.  

При этом, как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23  Постановления № 53, для применения презумпции невозможности  удовлетворения требований кредиторов в результате действий  контролирующего должника лица наличие вступившего в законную силу  судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.  

В данном случае, как установили суды, конкурсный управляющий  правомерно не обращался в суд с соответствующими заявлениями, поскольку  контрагенты по рассматриваемым платежам уже прекратили свою деятельность  (исключены из ЕГРЮЛ) и подача в 2020 году заявлений об оспаривании данных  сделок не отвечала бы целям и задачам процедуры банкротства.  

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не опровергают выводы  судов, а по сути представляют собой несогласие подателей жалоб с  произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела, что не  свидетельствует о неправильном применении норм материального и  процессуального права.  

Оснований для привлечения ФИО2 и ФИО10 к субсидиарной  ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12. Закона о  банкротстве, за неподачу в суд заявления о признании Общества  несостоятельным (банкротом), судами не установлено. В указанной части  судебные акты не обжалуются.  

Довод подателей жалоб о необоснованности размера субсидиарной  

ответственности, указанного заявителями, отклоняется по следующим  основаниям.  

По общему правилу, закрепленному в пункте 11 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица  подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер  вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица,  существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за его  счет.  

Таким образом, размер субсидиарной ответственности определяется судом  исходя из размера соответствующих требований к должнику.  

При этом в настоящем случае суд, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16  Закона о банкротстве, приостановил рассмотрение заявления в части  определения размера субсидиарной ответственности до окончания  мероприятий по формированию конкурсной массы и осуществления расчетов с  кредиторами.  

 Доводы подателей жалоб о неизвещении о судебном разбирательстве  ответчика ФИО10 и неправомерности проведения судом первой инстанции  процессуального правопреемства обоснованно отклонены судом  апелляционной инстанции.  

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов  дела, судом первой инстанции в Главное управление по вопросам миграции  МВД России был направлен запрос о предоставлении сведений о месте  регистрации ФИО10  

Как установлено судом апелляционной инстанции, в ноябре 2021 года суд  первой инстанции направил ФИО10 определение об отложении судебного  разбирательства по всем известным адресам, в том числе адресу, указанному в  ответе на запрос суда.  

Согласно статье 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на  основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по  сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании  закона.  

Судами установлено, что вступившими в законную силу судебными актами  (апелляционное определение Московского городского суда от 10.03.2022 по  делу № 33-8124/2022, оставленное без изменения в кассационном порядке;  судебные акты по обособленному спору № А56-22895/2019/тр7)  подтверждаются права ФИО7 как кредитора Общества.  Определением от 15.02.2023 по обособленному спору № А56-22895/2019/тр7  произведено процессуальное правопреемство и ФИО7 заменена на  ФИО8  

Также судами учтено, что договоры цессии по уступке прав требования к  должнику ФИО7 ФИО8 уже являлись предметом  рассмотрения судом трех инстанций по делу № 2-1010/2021 (по иску ответчика  ФИО2) и в судебных актах по указанному делу сделан вывод о  действительности договоров цессии.  

В настоящем обособленном споре с учетом данных обстоятельств  правомерно удовлетворено ходатайство о процессуальном правопреемстве на  стороне заявителя рассматриваемых требований.  

Нормы материального права применены судами верно, нарушений норм  процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены  обжалуемых определения и постановления, кассационной инстанцией не  установлено.  

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной  жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа,  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 15.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 14.06.2023 по делу № А56-22895/2019 оставить без  изменений, а кассационные жалобы ФИО2 и ее  финансового управляющего ФИО6 - без  удовлетворения.  

Председательствующий В.В. Мирошниченко Судьи Е.В. Зарочинцева 

А.В. Яковец