СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-18817/2018-ГК

г. Пермь

31 января 2019 года

Дело № А60-34432/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 января 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Балдина Р.А., Дружининой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Полуднициным К.А.,

при участии:

от истца, ООО «Аркада»: Сергеев А.Н. по доверенности;

от ответчика, АО «ИСЦ УГМК»: Ишигилов Е.Г. по доверенности;

от ответчика, ООО «УГМК-Телеком»: Колясникова М.Ю. по доверенности,

в отсутствие представителя ответчика, ООО «Екатеринбург-Сити», извещенного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, ООО «Аркада»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 29 октября 2018 года,

принятое судьей Ваниным П.Б., 

по делу № А60-34432/2018

по иску ООО «Аркада» (ОГРН 1056602497775, ИНН 6658210738)

к ООО «Екатеринбург-Сити» (ОГРН 1046600292826, ИНН 6606019057), АО «ИСЦ УГМК» (ОГРН 1026605228605, ИНН 6661097056), ООО «УГМК-Телеком» (ОГРН 1069606006953, ИНН 6606022606),	

о взыскании ущерба,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Аркада» (далее – ООО «Аркада») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Екатеринбург-Сити» (далее – ООО «Екатеринбург-Сити») о взыскании ущерба в сумме 2 827 773 руб. 78 коп.

Определением суда от 24.07.2018 к участию в деле на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Инженерно-строительный центр УГМК» (далее – ООО «ИСЦ УГМК»), общество с ограниченной ответственностью «УГМК-Телеком» (далее – ООО «УГМК-Телеком»).

Определением суда от 06.09.2018 на основании статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ООО «ИСЦ УГМК» и ООО «УГМК-Телеком» привлечены к участию в деле в качестве соответчиков. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.10.2018 суд в удовлетворении иска отказал.

Истец, не согласившись с принятым по делу решением, обратился с апелляционной жалобой. Ссылаясь на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; неприменение судом закона, подлежащего применению (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, исковое требование удовлетворить.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к доказанности, по мнению истца, факта возникновения ущерба в виде стоимости установленного им и незаконно демонтированного ответчиками оборудования, размер убытков подлежит определению путем проведения соответствующей судебной экспертизы, ходатайство о назначении которой судом первой инстанции было необоснованно отклонено.

Ответчики, не согласившись с доводами апелляционной жалобы, направили в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные отзывы, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В заседании суда апелляционной инстанции представители ответчиков, АО «ИСЦ УГМК» и ООО «УГМК-Телеком», с доводами апелляционной жалобы не согласились по основаниям, изложенным в отзывах. Считают решение суда законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем истца заявлено письменное ходатайство о назначении по делу судебной технической экспертизы с целью выяснения обстоятельств нахождения на объекте ответчика спорного оборудования и его использования. 

Кроме того, в целях проведения экспертизы истцом также заявлено ходатайство об истребовании от ответчиков в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации всей документации, связанной со строительством принадлежащей им и действующей в настоящее время антенно-фидерной системе, в частности: рабочего проекта, документов на закупку, получения и оплаты оборудования, составляющего АФС, документов, подтверждающих монтаж указанного оборудования на объекте, а также документацию о том, в каких именно помещениях и какое оборудование истца было демонтировано ответчиком.

Возражая против удовлетворения ходатайства, ответчики в числе прочего ссылались на то обстоятельство, что проведение экспертизы повлечет нарушение прав и причинение ущерба собственникам помещений, расположенных на объекте, а также повлечет несоизмеримые, существенные затраты по демонтажу и обратному монтажу потолков и прочих материалов, под которыми установлено спорное оборудование истца, исходя из стоимости помещений от 250 000 руб. до 300 000 руб. за 1 кв.м, согласно прайс-листу застройщика.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 28.01.2018 отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной технической экспертизы ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции протокольным определением от 28.01.2018 также отказал ответчику в удовлетворении ходатайства об истребовании в качестве доказательств вышеназванных документов ввиду отсутствия предусмотренных статьей 66, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правовых оснований к его удовлетворению.

Аналогичные ходатайства заявлялись суду первой инстанции, и были обоснованно им отклонены.

Как указано судом первой инстанции, предметом иска, рассматриваемого в рамках настоящего дела, является взыскание с ответчиков суммы ущерба в размере 2 827 773 руб. 78 коп. в результате уничтожения, как полагает истец, ответчиками АФС в сборе, находившейся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Б. Ельцина, 6. Следовательно, на истца возлагается процессуальная обязанность по доказыванию того, что определенное имущество – АФС, принадлежащее истцу, было смонтировано на объекте, однако, по вине ответчиков было утрачено, а именно, как указывает истец в исковом заявлении, уничтожено.

Разъясняя в судебном заседании 26.09.2018 истцу его право на проведение судебной экспертизы суд первой инстанции обоснованно указал, что проведение экспертизы будет возможным в том случае, если истцом будет определен перечень имущества, принадлежащего истцу, входящего в АФС и при этом смонтированного на объекте. В судебном заседании истец представил такой перечень.

Вместе с тем, судом установлено, что все зафиксированное в перечне имущество невозможно идентифицировать по отношению к имуществу, собственником которого истец является и по отношению к имуществу, которое действительно монтировалось на объекте. Из этого следует, что в случае назначения судебной экспертизы с целью установления конкретного имущества, входящего в АФС, невозможно будет определить принадлежность конкретного имущества, а также сделать вывод об утрате имущества, принадлежащего истцу. 

Помимо этого, судом первой инстанции также обоснованно принято во внимание то, что сам истец просил назначить судебную экспертизу только после того как ответчики по требованию суда представят перечень демонтированного ими имущества истца, то есть, фактически, признают обоснованность требований истца и за самого истца определят перечень утраченного имущества.

Основания для иной оценки у суда апелляционной инстанции отсутствуют, соответственно, правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом в порядке статей 66, 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ходатайств, апелляционной инстанцией не усматривается.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя ответчика, ООО «Екатеринбург-Сити», извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции согласно условиям заключенного между сторонами соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 предметом этого соглашения является установление прав и обязанностей сторон – ООО «Аркада» (заинтересованное лицо), ООО «Екатеринбург-Сити» (застройщик), АО «Инженерно-строительный центр УГМК» (генеральный подрядчик), определение порядка взаимодействия, направленного на создание и эксплуатацию внутренней АФС – инфраструктуры связи на возводимом застройщиком объекте с целью обеспечения возможности предоставления в его помещениях (в апартаментах, в местах общего пользования и на подземной автостоянке) услуг подвижной радиотелефонной связи определенного стандарта и передачи данных по технологиям 3-го и 4-го поколения и т.д. 

Срок ввода в эксплуатацию АФС 20.08.2016 (пункт 1.5 указанного соглашения).

Строительство объекта осуществляется застройщиком на основании разрешительных, правоустанавливающих документов, перечисленных в приложении № 1 к соглашению . 

Обязанности истца как заинтересованного лица указаны в пункте 1.2 соглашения, а именно, истец обязан выполнить проектирование и строительство АФС, создать необходимые условия для размещения оборудования операторов связи, взаимодействовать с операторами связи для обеспечения качественной работы созданной АФС. Все указанные работы выполняются истцом за свой счет и собственными силами (либо привлеченными) (пункт 1.3). 

Заинтересованное лицо обязано производить работы в полном соответствии с проектом, требованиями Соглашения, СНиП (пункт 2.2.3). 

Согласно пункту 5.1 соглашения заинтересованное лицо является единоличным собственником АФС, построенной им на возводимом застройщиком объекте в соответствии с настоящим соглашением, проектными решениями и актами выполненных работ, по завершении работ стороны подписывают акт разграничения принадлежности имущества и о границах эксплуатационной ответственности. 

Соглашение может быть расторгнуто только по взаимному согласию сторон (пункт 6.2.). С момента расторжения настоящего соглашения стороны должны оформить необходимые документы в течение 30 календарных дней либо в иной срок, если он предусмотрен заключенным соглашением (пункт 6.3). 

Согласно пункту 7.2.1 соглашения при расторжении застройщиком соглашения в одностороннем порядке (в том числе, через суд), одностороннем отказе от исполнения соглашения по основаниям, не связанным с виновным ненадлежащим неисполнением заинтересованным лицом обязательств по соглашению и/или признанием соглашения в целом и/или его отдельных условий недействительными, застройщик обязуется возместить заинтересованному лицу все понесенные расходы, упущенная выгода возмещению не подлежит. 

В совместном заявлении № 1960-ИСЦ от 05.10.2017 о прекращении действия соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 ООО «Екатеринбург-Сити» и АО «ИСЦ УГМК» указали, что в установленные сроки ООО «Аркада» не выполнило свои обязательства, претензией-уведомлением № 1592-ИСЦ генеральный подрядчик и застройщик потребовали от заинтересованного лица завершить работы и ввести АФС в эксплуатацию в срок до 04.09.2017, а в противном случае уведомили о возможности прекратить действие соглашения (отказаться от исполнения) и взыскать убытки. 

Письмом № 44 от 04.09.2017 ООО «Аркада» подтвердило, что работы в объеме, предусмотренном соглашением, не выполнены, сеть не функционирует надлежащим образом. Кроме того, в письме указано на отсутствие экономических предпосылок для доработки и эксплуатации сети, что свидетельствует об отказе заинтересованного лица от завершения работ. 

Поскольку в письме № 44 от 04.09.2017 ООО «Аркада» не возражало против прекращения указанного соглашения, суд первой инстанции посчитал установленным факт расторжения соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 с 04.09.2017 по соглашению его участников на основании пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Ссылаясь на причинение ущерба виновными действиями ответчиков, заключавшихся в демонтаже спорного оборудования, установленного истцом во исполнение указанного соглашения и принадлежащего ему на праве собственности, в результате повреждения, утраты его части, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд. Истец просил взыскать убытки в виде стоимости поврежденного и утраченного оборудования. 

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции руководствовался статьями 401, 453, 393, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что основанием требования истца является не убытки как мера гражданско-правовой ответственности, а обязательство ответчиков по возврату принадлежащего истцу на праве собственности имущества (оборудования). 

При этом суд признал недоказанным истцом обстоятельством, какое конкретно имущество было смонтировано им на объекте и что именно указанное оборудование было утрачено по вине ответчиков. 

Установив, что в рамках обязательства по возврату имущества, ранее переданного истцом на объект ответчика по соглашению о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16, предусмотренное пунктом 7.2.1 соглашения обязательство по возврату такого имущества ответчиками фактически исполнено на основании актов от 05.04.2018, от 13.04.2018, подписанных без замечаний со стороны истца, арбитражный суд пришел к выводу о том, что обязательства ООО «Екатеринбург-Сити» и ООО «УГМК-Телеком» после передачи истцу имущества прекращены исполнением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, выслушав пояснения явившихся в судебное заседание суда апелляционной инстанции представителей сторон, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта и удовлетворения жалобы не установил.

Доводы апелляционной жалобы о незаконности демонтажа спорного оборудования силами ответчика отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как усматривается из материалов дела, соглашение о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 было расторгнуто по согласию сторон, что ими не оспаривается в судебном порядке, соответственно правоотношения сторон прекращены на основании пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Из материалов дела следует, что спорное оборудование является собственностью истца, смонтированной на чужом объекте, что сторонами спора по существу не оспаривается. 

В соответствии с пунктами 3, 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон. 

В случае расторжения договора, предусматривавшего передачу имущества во владение или пользование (например, аренда, ссуда), лицо, получившее имущество по договору, обязано в разумный срок возвратить его стороне, передавшей это имущество. Порядок исполнения этого обязательства определяется положениями общей части обязательственного права, включая правила главы 22 Гражданского кодекса Российской Федерации, и специальными нормами об отдельных видах договоров (например, статьи 622, 655, 664 Кодекса) либо договором, в том числе если договор регулирует порядок возврата имущества по окончании срока его действия. В таком случае положения главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, несмотря на то, что соглашение о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 расторгнуто по взаимному согласию сторон, причиной такого расторжения стали виновные действия самого истца, который допустил существенное нарушение данного соглашения, то есть, не выполнил свои обязанности по соглашению в срок 20.08.2016. На момент расторжения соглашения – 04.09.2017 – работы не выполнены. Обратного суду не доказано (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Принимая решение, суд в силу с части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Согласно пункту 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд указывает также в мотивировочной части решения мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. 

Как обоснованно указано судом первой инстанции, последствия расторжения договора – это обязательства сторон, которые не могут быть одновременно квалифицированы судом как меры гражданско-правовой ответственности, то есть, в настоящем случае, убытки (статьи 13, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поскольку между сторонами имелись договорные отношения, которые регулируются нормами обязательственного права, то ссылка апеллянта на статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации является ошибочной. 

В рамках такого обязательства, истец, передавший свое имущество в пользование другому лицу вправе либо потребовать возврата этого имущества, либо уплаты его стоимости в случае невозможности его возврата. 

Как следует из материалов дела, в рамках исполнения установленной законом обязанности был произведен демонтаж поставленного и смонтированного оборудования/материалов АФС и его возврат по актам от 05.04.2018 и от 13.04.2018 истцу, что свидетельствует о фактическом исполнении вышеуказанного соглашения. При этом указанные акты не содержат отметок истца о том, что оборудование возвращено ему не в полном объеме либо в поврежденном состоянии, как заявлено апеллянтом.

Согласно пояснениям ответчиков, не опровергнутых истцом, выполнение демонтажных работ оборудования/материалов АФС силами ООО «Аркада» не представлялось возможным в силу нижеследующего. 

Здание объекта находилось в эксплуатации, оборудование АФС было закрыто последующими работами путем установки потолков и прочих конструкций. В местах установки оборудования АФС также было установлено оборудование систем пожарной и охранной сигнализаций. Вскрытие работ для демонтажа оборудования АФС потребовало бы демонтаж датчиков и прочих элементов пожарной сигнализации, их отключение, повторный монтаж, подключение. Для проведения данных работ ООО «Аркада» не обладало соответствующим статусом и разрешительной документацией. 

Иного суду также не доказано (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 15 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» деятельность по монтажу средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений подлежит лицензированию. Доказательств наличия у истца соответствующей лицензии в материалах дела не содержится. 

В то же время, согласно пояснениям ответчиков, такой лицензией обладало ООО «УГМК-Телеком», которое и произвело работы по демонтажу в наиболее короткие сроки, соответствующие интересам собственника здания – ООО «Екатеринбург-СИТИ», решение которого являлось определяющим при выборе монтажной организации в соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции полагает, что сам по себе факт демонтажа оборудования силами ООО «УГМК-Телеком» права ООО «Аркада» не нарушил.

Вследствие чего, довод апелляционной жалобы о нарушении демонтажными работами действующего законодательства и поручении выполнения демонтажных работ со стороны АО «ИСЦ УГМК» основан на неверном толковании закона в части применения последствий расторжения договора, предусматривающего передачу имущества, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не может быть принят апелляционной инстанцией во внимание.

Доводы апелляционной жалобы о доказанности вины ответчиков в причинении убытков в результате демонтажа принадлежащего ему на праве собственности оборудования, причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступлением ущерба, а также размера убытков, подлежащих возмещению, также отклоняются судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может потребовать полного возмещения ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например обстоятельств непреодолимой силы (пункты 2 и 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Соответственно, данное правило распространяется лишь на случаи, когда доказан факт неправомерного поведения (причинения убытков), и касается только определения их размера. 

Вместе с тем, материалы дела не содержат надлежащих доказательств причинения вреда (убытков) именно ответчиками. 

Следует принимать во внимание, что при приемке имущества истец был заинтересован в сохранении его в пригодном состоянии для дальнейшей эксплуатации, а потому, проявляя надлежащую заботливость и осмотрительность, должен был осмотреть его и при наличии претензий их заявить. Однако о наличии недостатков возращенного ответчиками имущества при подписании спорных актов приема-передачи имущества от 05.04.2018 и от 13.04.2018 какие-либо претензии истца и имущественные требования, связанные с повреждением либо утратой возвращенного ему имущества, не заявлялись, соответствующие отметки на данных актах отсутствуют. Совместный осмотр принятого оборудования на наличие недостатков сторонами не проводился. Отдельный акт, фиксирующий в двустороннем порядке выявление каких-либо недостатков переданного истцу оборудования, либо его утраты, сторонами не составлялся. Соответствующие претензии были заявлены истцом спустя значительный промежуток времени после получения имущества.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно заключил, что поскольку указанные акты истцом подписаны без замечаний, соответственно, обязательства ООО «Екатеринбург-Сити» и ООО «УГМК-Телеком» после передачи истцу имущества прекращены исполнением.

Вместе с тем, как обоснованно было указано судом первой инстанции, в целях установления факта причинения ущерба необходимо установление полного перечня имущества, принадлежащего истцу, входящего в АФС и при этом смонтированного на объекте.  

Из материалов дела, в том числе перечней имущества, представленных самим истцом, не представляется возможным индивидуализировать переданное на объект оборудование и оборудование, которое якобы утрачено. Инвентарные номера на многочисленных товарах отсутствуют, также как и отсутствуют такие номера на товарах, перечисленных в товарных накладных, по которым истец их купил на основании договора поставки от 01.03.2016 № 03/16-01 у ООО «Монтаж Телеком».

Апелляционная инстанция принимает во внимание доводы ответчика, АО «ИСЦ УГМК» о том, что надлежащим доказательством перечня такого имущества, в соответствии с условиями заключенного между сторонами соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16, могли бы стать Проект производства работ (ППР), Журнал производства работ, Акты освидетельствования скрытых работ, Исполнительная документация. 

Однако ни один из указанных документов истцом надлежащим образом оформлен не был, с генеральным подрядчиком (по терминологии соглашения) – с АО «ИСЦ УГМК» и (или) застройщиком в порядке, предусмотренном условиями указанного соглашения, не согласован. Опровергающих доказательств по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом в материалы дела не представлено.  

Так, согласно пункту 2.2.2 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16, до начала выполнения работ заинтересованное лицо (истец) обязано разработать и предоставить на согласование генеральному подрядчику (АО «ИСЦ УГМК») проект производства работ (далее – ППР), где определяются отвечающие требованиям промышленной безопасности порядок и способы производства строительно-монтажных работ, предусмотренных настоящим соглашением. До согласования и утверждения ППР и графика производства работ проведение работ на объекте запрещено. 

Проект производства работ (ППР) заинтересованным лицом (истец) генеральному подрядчику (АО «ИСЦ УГМК») не предъявлялся, генеральным подрядчиком не согласовывался и не подписывался.

Вместе с тем пунктом 2.2.6 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 установлено, что генеральный подрядчик и застройщик (ООО «Екатеринбург-Сити») производят освидетельствования работ, выполненных заинтересованным лицом по соглашению. 

Однако работы истцом как заинтересованным лицом генеральному подрядчику, застройщику к освидетельствованию не предъявлялись.

Соответственно, объем размещенного на объекте оборудования истца в предусмотренном соглашением сторон порядке не фиксировался. В деле отсутствуют подписанные соответчиками по делу документы, подтверждающие перечень оборудования истца, размещенного на объекте, количество оборудования, его стоимость. 

Кроме того, согласно пункту 2.2.10 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 с момента начала работ и до их завершения заинтересованное лицо должно вести Журнал производства работ, а в случае требований СНиП, технических регламентов или по требованию генерального подрядчика вести Журналы операционного и входного контроля, специальных работ. Каждая запись в Журналах должна быть рассмотрена представителями сторон в течение двух рабочих дней с момента ее внесения. 

Сведения о ведении журнала производства работ, предусмотренного пунктом 2.2.10 поименованного соглашения, истцом не представлены. 

Согласно пункту 2.2.12 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16, в процессе выполнения работ по соглашению, заинтересованное лицо по готовности производит сдачу генеральному подрядчику скрытых работ. 

Доказательства того, что скрытые работы сдавались истцом, в материалах дела отсутствуют. 

В силу пункта 2.2.13 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 результаты освидетельствования скрытых работ подлежат оформлению соответствующим актом на скрытые работы на объекте, оформляемом и подписываемом уполномоченными представителями сторон, в необходимом и согласованном сторонами количестве экземпляров.

В связи с тем, что в нарушение пункта 2.2.12 указанного соглашения скрытые работы истцом генеральному подрядчику, а также застройщику не сдавались, акты на скрытые работы на объекте оформлены не были.

Согласно пункту 2.2.14 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 уполномоченный представитель генерального подрядчика должен быть уведомлен о необходимости приемки скрытых работ в письменном виде, с указанием места и времени, заблаговременно, но не позднее, чем за 48 (сорок восемь) часов до осуществления такой приемки.

Однако уполномоченный представитель генерального подрядчика (АО «ИСЦ УГМК») о необходимости приемки скрытых работ не уведомлялся.

Поскольку доказательства направления актов освидетельствования скрытых работ в адрес АО «ИСЦ УГМК» для подписания истцом в материалы дела не представлены, соответствующие доказательства критически оценены судом, как не имеющие доказательственной силы.

Вместе с тем никакие скрытые работы не должны закрываться без письменного разрешения уполномоченного представителя генерального подрядчика (пункт 2.2.17 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16). 

Однако из материалов дела следует, что уполномоченный представитель генерального подрядчика письменное разрешение на закрытие скрытых работ не выдавал, и заинтересованное лицо к нему по этому поводу не обращалось.

Исполнительная документация (исполнительные схемы прокладки сетей с привязочными размерами, акты и т.д.) в нарушение пункта 2.2.18 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 истцом также не предоставлялась.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что в нарушение вышеназванных условий соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 истец своими действиями создал ситуацию, при которой невозможно установить точный объем доставленного и размещенного оборудования антенно-фидерной станции на объекте и как следствие размер причиненного ущерба.

Кроме того, из анализа представленных в материалы дела односторонних документов истца апелляционная инстанция усматривает, что содержащие в них сведения о количестве оборудования и материалов АФС, противоречат друг другу, содержат несоответствия по количеству, наименованиям, стоимости и прочим характеристикам. 

Так, перечень оборудования и материалов АФС в актах, составленных между ООО «Аркада» и ООО «Монтаж Телеком», не соответствует количеству оборудования из списка, представленного в настоящее дело.

Кроме того, согласно пункту 3.1 договора поставки от 01.03.2016 № 03/16-01, заключенного между истцом (покупателем) и ООО «Монтаж Телеком» (поставщиком), местом поставки товара является склад поставщика. В связи с чем также не представляется возможным установить, что имущество истца по указанному договору было доставлено на объект.

Следовательно, при указанных выше обстоятельствах достоверно установить, какое конкретно имущество было смонтировано истцом на объекте и что именно указанное оборудование было повреждено, либо утрачено по вине ответчиков, не представляется возможным. 

Исходя из того, что недоказанность хотя бы одного из названных в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации условий влечет за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков, решение суда первой инстанции является законным обоснованным.

Иных доводов, свидетельствующих о незаконности обжалуемого решения, апеллянтом не приведено.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, по существу, сводятся к переоценке обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств. При этом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Данные доводы не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 29 октября 2018 года по делу № А60-34432/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Н.А. Гребенкина 

 

Судьи

Р.А. Балдин 

 

Л.В. Дружинина