АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-4891/2021

г. Белгород

30 августа 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 августа 2022 года

Полный текст решения изготовлен 30 августа 2022 года

 

Арбитражный суд Белгородской области

в составе судьи Мирошниковой Ю. В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио/видео записи секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2 

к ФИО3

третье лицо: ООО "ОСТЕК" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 221 371 231 руб. 52 коп.,

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО4, доверенность от 24.03.2021, паспорт;

от ответчика: ФИО5, доверенность от 05.06.2021, паспорт;

от третьего лица: ФИО6, доверенность от 07.06.2021, паспорт.

установил:

Участник общества с ограниченной ответственностью "ОСТЕК" ФИО2 обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском с учетом уточнений о взыскании с директора общества с ограниченной ответственностью "ОСТЕК" ФИО3 222 425 097 руб. 84 коп. убытков, причиненных обществу.

Исковое требование заявлено на основании статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и мотивированы причинением убытков обществу действиями ответчика.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям отзыва.

Представитель третьего лица в судебном заседании считал требования не подлежащими удовлетворению.

В ходе рассмотрения дела истцом заявлено о фальсификации документов, ходатайство о назначении по делу судебно-бухгалтерской экспертизы.

С учетом предмета заявленных требований суд пришел к выводу о достаточности представленных в дело доказательств для оценки доводов сторон, в связи с чем отклонил ходатайство о назначении по делу судебно-бухгалтерской экспертизы.

Заявление истца о  фальсификации документов  судом отклонено исходя из следующего.

Заявление представителя истца, поименованное как заявление о фальсификации, фактически таковым не является, и в порядке cт. 161 AПК рассмотрено быть не может. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 22.03.2012 №60-O-О, закрепление и процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности. 

Фальсификация — это сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Представленные в ходатайстве доводы истца свидетельствуют о несогласии истца с представленными доказательствами. Вместе с тем, суд не лишен возможности оценить представленные в материалы дела доказательства в рамках рассмотрения дела в их совокупности, с учетом положений ст. 71 АПК РФ.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, суд не находит оснований к удовлетворению иска.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 03.06.2021 ФИО3, ФИО2,  ФИО7, являются участниками ООО "ОСТЕК" (размер доли каждого в уставном капитале общества 41%, 49%, 10% соответственно).

Как указал истец в иске, с 23.06.2015 ФИО3 является директором ООО «ОСТЕК». В ходе ознакомления истца с финансово-хозяйственной деятельностью общества  установлено, что за период с 01.01.2018  по 31.12.2020  обществу  причинен ущерб путем траты денежных средств с расчетного счета общества на личные нужды ответчика и некоторых сотрудников общества через корпоративные банковские карты, а также путем снятия денежных средств с расчетного счета общества через корпоративные банковские карты. Документов, подтверждающих расходование указанных денежных средств на нужды общества, ответчиком не представлено. Документов, подтверждающих принятие ответчиком мер, направленных на возврат в общество денежных средств, не представлено. Согласно выпискам по счету карты, денежные средства тратились на оплату услуг, вещей личного пользования, продуктов питания, приобретенных в различных магазинах розничной сети, кафе, барах, ресторанах, кинотеатрах, автозаправках и т.п. Кроме того, истец указал, что за счёт общества  приобретались товарно-материальные ценности, которые в общество не поступали

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с иском о взыскании с  ответчика  222 425 097 руб. 84 коп. убытков.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется в том числе путем возмещения убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Пунктом 4 статьи 32 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) предусмотрено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества (пункт 3 статьи 40 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

В соответствии с частью 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При этом привлечение к ответственности руководителя юридического лица зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска (пункт 2 статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что единоличный исполнительный орган обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, а в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума N 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора (абзац 1 пункта 4 постановления Пленума N 62).

Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 1 Постановления N 62 арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействий), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечить защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействия), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинно-следственной связи между недобросовестными действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии со статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли требование удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, при этом в соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Оценив представленные в материалы дела документы с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что истцом не представлено доказательств совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика негативных последствий, в частности необходимых для взыскания убытков.

Данных о том, что директор действовал умышленно в сторону создания убытков общества, истцом в материалы дела не представлено.

Ответчиком в отзыве и возражениях, а также в устных пояснениях представителя даны пояснения по фактическим основаниям иска, о том, что при ведении хозяйственной деятельности общества в спорный период ФИО3 действовал добросовестно, разумно, его действия (бездействие) соответствовали обычным условиям гражданского оборота и обычному предпринимательскому риску.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

В данном случае суд не находит оснований для возложения в соответствии с абз. 5      п. 1 постановления Пленума ВАС РФ N 62 бремени доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно на директора общества, ввиду того, что им в отзывах на иск даны полные пояснения по существу спора.

Оснований применения к спорным правоотношениям положений п. 2 постановления Пленума ВАС РФ N 62 о доказанности недобросовестности действий (бездействия) бывшего директора суд также не усматривает по причине отсутствия соответствующих установленных обстоятельств дела.

Приведенные истцом ссылки на фактические основания не являются безусловными и достаточными доказательствами не только вины ответчика в причинении истцу убытков, но и самого факта причинения убытков.

Расходы по уплате государственной пошлины в порядке ч. 1 ст. 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.

 

Судья

Мирошникова Ю. В.