ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail:info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-3749/2020

г. Самара

19 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена: 12 октября 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено:  19 октября 2020 года 

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Драгоценновой И.С.,

судей Сергеевой Н.В., Корастелева В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  ФИО1,

с участием: 

от общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО»  -  представитель ФИО2.(доверенность от 20.07.2018),

от индивидуального предпринимателя ФИО3  -  представитель ФИО4.(доверенность от 12.05.2020),

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, в зале № 3, дело по  апелляционной жалобе  общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 июля 2020 года по делу №А65-3749/2020 (судья Галеева Ю.Н.), по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» г.Набережные Челны (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), к индивидуальному предпринимателю ФИО3, г.Казань, (ОГРНИП 304165808500041, ИНН 

<

***>), о взыскании 20 229 310 руб. 70 коп. неосновательного обогащения и 4 568 108 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по день фактической оплаты долга,

                                                    УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» (далее –  истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - ответчик), о взыскании 20 229 310 руб. 70 коп. неосновательного обогащения и 4 568 108 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по день фактической оплаты долга.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 июля 2020 года в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано. В иске отказано.

Не согласившись с выводами суда, общество с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» подало апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить. Принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего в полном объеме, взыскать с ИП ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 20 229 310,70 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные с 02.06.2016 по день фактического исполнения обязательства, взыскать с ИП ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 146 987 руб. Взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное исследование судом обстоятельств дела, неправильное применение норм материального права.

В жалобе указывает на порочность отчетов агента и наличие у ответчика цели по выводу денежных средств из Страховой организации.

Податель жалобы также указал на неверный вывод суда о том, что в рассматриваемом деле срок исковой давности должен отсчитываться со дня, когда само общество узнало о нарушении своих прав, поскольку прежнее руководство ООО «СГ «АСКО» не было заинтересовано в том, чтобы предъявлять требования по неосновательному обогащению, его действия были направлены на вывод активов должника. 

ИП ФИО3 апелляционную жалобу отклонила по мотивам, изложенным в отзыве на нее.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в судебном заседании поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель ИП ФИО3 в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционная жалоба на судебный акт арбитражного суда Республики Татарстан рассмотрена в порядке, установленном ст.ст.266-268 АПК РФ. 

Исследовав доказательства по делу с учетом доводов апелляционной жалобы, отзыва, выступлений представителей сторон,  суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Материалами дела подтверждаются следующие фактические обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.03.2018 по делу № А65-4068/2018 ООО «СГ «АСКО» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

26.04.2016 между страховщиком (истцом) и страховым агентом (ответчиком)  заключен договор поручения со страховым агентом № 137-ДП-ГО-16 (л.д 16-27 т.1), на основании которого страховой агент обязуется по поручению страховщика совершать от его имени и за его счет в соответствии с предоставленными ему полномочиями юридические и иные действия, направленные на заключение и/или изменение/дополнение страховщиком с клиентами (страхователями) договоров страхования, а страховщик обязуется за это выплатить страховому агенту причитающееся вознаграждение.

Согласно п. 3.1. договора за надлежащее выполнение страховым агентом обязательств по настоящему договору страховой агент имеет право на получение вознаграждения, определяемого в рублях по страховым продуктам, перечисленным в Приложении № 1 и/или дополнительных соглашениях к настоящему договору, в процентах от размера страховой премии (взноса), оплаченной клиентом согласно условиям договоров страхования, заключенным (подписанным) страховым агентом от имени страховщика.

В период с 01.06.2016 по 08.11.2017 между сторонами подписаны следующие отчеты (л.д 28-35 т.1):

Отчет о заключенных договорах страхования с 1 мая 2016 г. по 31 мая 2016 г. от 31.05.2016 (размер вознаграждения страховому агенту составил 1697 092,60 руб.);

Отчет о заключенных договорах страхования с 19 мая 2016 г. по 29 июня 2016 г. от 29.06.2016 (размер вознаграждения страховому агенту составил 1 154 213 руб.) (далее -Отчет № 2);

Отчет о заключенных договорах страхования с 19 мая 2016 г. по 29 июня 2016 г. от 29.06,2016 (размер вознаграждения страховому агенту составил 1 817 214 руб.);

Отчет о заключенных договорах страхования с 29 июня 2016 г. по 28 июля 2016 г. от 28.07.2016 (размер вознаграждения страховому агенту составил 56 371,40 руб.) (далее -Отчет № 4);

Отчет о заключенных договорах страхования с 1 июля 2016 г. по 29 августа 2016 г. от 29.08.2016 (размер вознаграждения страховому агенту составил 3 831615 руб.);

6.Отчет о заключенных договорах страхования за декабрь 2016 г. от 28.12.2016

(размер   вознаграждения   страховому   агенту   составил 151 303,80 руб.) (далее - Отчет № 6);

Отчет о заключенных договорах страхования с 1 апреля 2016 г. по 31 декабря 2016 г. от 18.01.2017 (размер вознаграждения страховому агенту составил 547 171,60 руб.) (далее - Отчет № 7);

Отчет о заключенных договорах страхования май 2017 г. от 31.05.2017 (размер вознаграждения страховому агенту составил 575 735,20 руб.);

Отчет о заключенных договорах страхования за июль 2017 г. от 26.07.2017 (размер вознаграждения страховому агенту составил 615 804,70 руб.) (далее - Отчет № 9);

10. Отчет о заключенных договорах страхования за июль 2017 г. от 26.07.2017 (размер вознаграждения страховому агенту составил 404 585,60 руб.);

11. Отчет о заключенных договорах страхования за август 2017 г. от 08.09.2017

(размер вознаграждения страховому агенту составил 1 692 845,60 руб.) (далее - Отчет № 11);

12. Отчет о заключенных договорах страхования за сентябрь 2017 г. от 09.10.2017 (размер    вознаграждения    Страховому    агенту    составил 2 489 468 руб.) (далее - Отчет № 12);

13. Отчет о заключенных договорах страхования за 2017 г. от 03.11.2017. (размер вознаграждения страховому агенту составил 5 195 890,20 руб.) (далее - Отчет № 13).

В материалы дела представлены договоры страхования урожая сельскохозяйственных культур (л.д 80-168 т.1, л.д 1-20 т.2).

На основании вышеуказанного договора и отчетов страхового агента о заключенных договорах в период с 01.06.2016 по 08.11.2017 в пользу ФИО3 выплачено 20 229 310,70 руб., что подтверждается платежными поручениями: № 6 от 01.06.2016 на сумму 1 697 092,60 руб.; № 15 от 29.06.2016 на сумму 1 817 214 руб.; № 17 от 30.06.2016 на сумму 1154 213 руб.; № 23 от 28.07.2016 на сумму 56 371,40 руб.; № 37 от 29.08.2016 на сумму 3 831 615 руб.; № 42402 от 29.12.2016 на сумму 151 303,80 руб.; № 2186 от 19.01.2017 на сумму 547 171,60 руб.; № 20415 от 26.06.2017 на сумму 575 735,20 руб.; № 23647 от 27.07.2017 на сумму 404 585,60 руб.; № 23648 от 27.07.2017 на сумму 615 804,70 руб.; № 28454 от 14.09.2017 на сумму 1 692 845,60 руб.; № 30677 от 09.10.2017 на сумму 2 489 468 руб.; № 33739 от 08.11.2017 на сумму 5 195 890,20 руб. (л.д 36-42 т.1).

Истец полагает, что отчеты страхового агента являются недействительными (мнимыми) по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1.2 договора перечень действий и полномочий страхового агента, направленных на заключение договоров страхования, определяется страховщиком самостоятельно и указывается в доверенности, выдаваемой страховому агенту. Страховой агент не вправе действовать от имени страховщика без доверенности.

На основании п. 2.2.1 договора при получении страховым агентом выданной страховщиком доверенности страховой агент обязуется поставить подпись о ее получении на ее копии, заверенной страховщиком, в течение 1 рабочего дня со дня получения и направить страховщику в этот же срок (у конкурсного управляющего отсутствуют сведения о выданной в пользу ФИО3 доверенности).

Кроме того, в отчетах о заключенных договорах страхования, предоставленных со стороны страхового агента, отсутствуют сведения о реквизитах доверенности, на основании которой должен был действовать страховой агент.

В соответствии с п. 2.2.7 договора страховой агент обязан принять по накладной полученные от страховщика документы строгой отчетности, иные документы и материальные ценности.

Однако у конкурсного управляющего также отсутствуют сведения о выдаваемых страховому агенту документах строгой отчетности и каких-либо иных документах, отсутствуют копии накладных, по которым должны были выдаваться эти документы.

Также в силу с п. 2.2.9 договора страховой агент обязан принимать от клиентов заявления на страхование, однако в действительности заявления были адресованы не агенту, а напрямую страховщику.

Договоры страхования, заключенные страховой организацией со страхователями, подписаны не агентом, а непосредственно самой страховой организацией.

Кроме того, страховые премии уплачивались страхователями напрямую на расчетный счет страховой организации без посредничества страхового агента. Между тем, в п. 2.2.11 договора поручения предусмотрена обязанность страхового агента осуществлять прием сумм страховых премий (взносов), уплачиваемых страхователями, и вносить их на расчетный счет или в кассу страховщика.

Согласно п. 2.2.12 договора страховой агент обязан в 3-дневный срок со дня оформления договора страхования предоставлять страховщику Промежуточный отчет в двух экземплярах, подписанных со своей стороны (промежуточные отчеты страховщику не предоставлялись).

В силу п. 2.2.12 договора страховой агент также обязан не позднее 5-го числа месяца, следующего за отчетным, предоставлять страховщику два подписанных со своей стороны экземпляра отчета о заключенных договорах страхования за отчетный месяц.

В силу п. 2.2.3 договора страховой агент обязан оформлять все документы и передавать их страховщику в сроки, предусмотренные договором.

Однако некоторые Отчеты (Отчеты №№ 2, 4, 6, 7, 11, 13) составлены с нарушением сроков. Отчеты №№ 6, 7, 11, 13 не содержат даты получения отчетов страховщиком.

Согласно п. 2.2.16 договора страховой агент обязан ежемесячно, не позднее 5 числа месяца, следующего за отчетным, совместно со страховщиком проводить инвентаризацию переданных страховому агенту документов строгой отчетности и предоставлять страховщику Отчет об использовании таких документов по форме, предусмотренной договором. Однако такие отчеты не составлялись и страховщику не передавались.

Кроме того, истец сослался на отсутствие рекламы, переписки или иных доказательств, подтверждающих осуществление ФИО3 деятельности страхового агента, направленной на привлечение потенциальных страхователей.

Истец полагает, что все вышеуказанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что составленные ФИО5 и подписанные со стороны страхового агента и страховщика Отчеты о заключенных договорах страхования являются мнимыми, поскольку страховой агент реально не исполнял и не мог исполнить свои обязанности по договору.

Продажа страховых продуктов осуществлялась через казанский отдел продаж Страховой организации «АГРО»

Конкурсный управляющий считает, что заключение договоров страхования и прием сумм страховых взносов (премий), произошедшие в период действия агентского договора и указанные в отчетах страхового агента, на самом деле осуществлялись через отдел продаж страховой организации в г. Казани «АГРО» без посредничества страхового агента.

Будучи страховым агентом, ФИО3 одновременно являлась председателем СПК «Созидание» (ИНН: 

<

***>). Согласно анализу выписок по расчетным счетам данного кооператива, открытым в ООО «ТАТАГРОПРОМБАНК» и ПАО «АКИБАНК», СПК «Созидание» осуществляло финансирование подконтрольных ему сельскохозяйственных организаций для последующей оплаты страховых премий и получения страховых выплат. Под видом займа денежные средства направлялись сельскохозяйственным товаропроизводителям, которые на следующий же день оплачивали первую часть страховой премии по заключенным договорам страхования в размере, эквивалентной сумме займа. После чего Страховая организация перечисляла полученные денежные средства под видом страхового возмещения сельскохозяйственным организациям, которые, в свою очередь, в тот же день направляли полученные указанные денежные средства в адрес СПК «Созидание». После этого денежные средства направлялись следующей группе сельскохозяйственных товаропроизводителей для уплаты первой части страховой премии.

Кроме того, по данным выписки из ЕГРЮЛ юридическим адресом СПК «Созидание» является 

<

...> А, В. По тому же адресу в соседнем офисе (комн. 221), согласно договору аренды, заключенному между ООО «СГ «АСКО» и ОАО «Татагропромпроект», находился отдел продаж страховой организации в г. Казани «АГРО», через который и заключались договоры страхования.

Руководителем данного отдела продаж являлся ФИО6, что подтверждается трудовым договором, заключенным между ним и Страховой организацией. Кроме того, по информации, полученной в ответ на запрос из органов ЗАГС, ФИО6 также является супругом ФИО3, что, по мнению истца, свидетельствует об аффилированности между указанными лицами.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о получении ФИО3 неосновательного обогащения, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчик в обоснование возражений указал на то, что с учетом общей страховой премии (прибыли компании) по договорам, заключенным ИП ФИО3 в рамках исполнения договора поручения № 137- ДП-ГО-16 в размере 137 235 123 руб., выплата комиссионного вознаграждения агенту в размере 20 229 310 руб. 70 коп. является оправданной, разумной и экономически целесообразной.

ФИО3 осуществляет предпринимательскую деятельность в качестве страхового посредника начиная с 2011 года, что подтверждается выпиской из ЕГРИП, а также агентскими договорами, подписанными с другими страховщиками с ОАО «Альфастрахование» - №АГ-27/11 от 14.03.2011г., АО АСК «Инвестстрах» - №Ю-197/17 от 25.04.2017г., ООО «СК «Респект» - №012/17 - ИП от 01.02.2017г., ООО «СК «Согласие» -№0000161/18А от 01.10.2018г., ООО «СК «Екатеринбург - №А-447/2019 от 05.09.2019 г.

Довод истца, об отсутствии рекламы, переписки, рассылки коммерческих предложений по мнению ответчика является несостоятельным и не свидетельствует о том, что сделка является мнимой, ввиду того, что специфика страховой деятельности предполагает наличие у страховых посредников специальных знаний, высокой деловой репутации и доверия со стороны клиентов. Страхование представляет собой сложный финансовый инструмент для защиты бизнеса. Корпоративные клиенты страховой компании - юридические лица, на «холодные звонки» не реагируют, рекламные рассылки не читают, а ориентируются на информацию о платежеспособности, надежности и финансовой устойчивости страховой компании, предоставленную высокопрофессиональными консультантами.

ФИО3 осуществляет деятельность в качестве страхового агента более 10 лет, имеет устойчивый клиентский портфель, наработанные обширные контакты и деловые связи, узнаваемость среди потребителей на рынке страховых услуг, высокую деловую репутацию и квалификацию, и в рекламе своих услуг, с целью поиска и привлечения клиентов (страхователей) не нуждается.

Довод истца, об отсутствии у него копии доверенности, которая должна была быть возвращена Страховой организации в соответствии с п. 2.2.1 Договора, не свидетельствует о том, что указанная доверенность страховому агенту не выдавалась и не была возвращена агентом. Указанная доверенность была возвращена страховщику в последний день исполнения обязательств, вместе с последним отчетом агента, и страховой агент не может нести ответственность за не передачу документов должником конкурсному управляющему.

Довод истца об обязанности, в соответствии с п. 2.2.7 Договора, принять по накладной полученные от Страховщика документы строгой отчетности, иные документы и материальные ценности, является несостоятельным, так как ФИО3 деньги от клиентов наличным платежом не принимала, соответственно потребности принимать бланки строгой отчетности от страховщика не возникло.

Ответчик полагает, что довод истца об обязанности, в силу п. 2.2.9 Договора, принимать от Клиентов заявления на страхование, не соответствует условиям договора поручения, а также нормам Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации" от 27.11.1992 N 4015-1, в соответствии с которыми Страховой агент обязуется по поручению Страховщика совершать от его имени и за его счет в соответствии с предоставленными ему полномочиями юридические и иные действия.

Соответственно заявление на страхование подается страхователем на имя страховщика, форма данного заявления утверждена Правилами страхования (стандартными) сельскохозяйственных животных, осуществляемого с государственной поддержкой, разработанными Комитетом по методологии НСА и утвержденным Генеральным директором ООО «СГ «АСКО» ФИО7 «25» апреля 2016 года, при получении лицензии на данный вид страхования.

Подписание договоров страхования напрямую между Страховой организацией и страхователями не свидетельствует о мнимости сделки, поскольку согласуются с условиями п. 1.1. договора.

Согласно пункту 1.2. Договора, перечень действий и полномочии Страхового агента, направленных на заключение договоров страхования по страховым продуктам, перечисленным в Приложении № I и дополнительных соглашениях к настоящему договору, определяется Страховщиком самостоятельно и указывается в доверенности, выдаваемой Страховщиком Страховому агенту. Страховой агент не вправе действовать от имени Страховщика без доверенности, выходить за рамки действий и полномочий, указанных в доверенности и в настоящем договоре.

Согласно пункту 1.3. Договора, права и обязанности по заключенным Страховщиком при посредничестве Страхового агента договорам страхования и/или изменениям/дополнениям к ним (далее по тексту - «договор страхования»), а также заключенным (подписанным) Страховым агентом от имени Страховщика договорам страхования, при наличии таких полномочий в выданной Страховщиком доверенности, несет Страховщик, за исключением случаев, предусмотренных настоящим договором.

Во взаимосвязи условий Договора, страховой агент получает комиссионное вознаграждение по заключенным Страховщиком при посредничестве Страхового агента договорам страхования независимо от того, кто подписывает указанные договоры, Страховщик самостоятельно или Агент в рамках полномочий, указанных в доверенности.

Истец также полагает несостоятельным довод  истца об оплате страховых премий Страхователями напрямую на расчетный счет Страховой организации без посредничества Страхового агента, является несостоятельным и не свидетельствует о недействительности заключенной сделки, что прямо вытекает из п. 2.2.11 Договора поручения, согласно которому предусмотрена обязанность Страхового агента осуществлять прием сумм страховых премий (взносов), уплачиваемых Страхователями, и вносить их на расчетный счет или в кассу Страховщика.

По смыслу указанного пункта договора Агент вправе принять от клиента только наличный платеж с использованием квитанций по форме К-7А, и внести денежные средства на расчетный счет либо в кассу, что касается безналичных платежей, перечисляемых юридическими лицами, Агент от имени Страховщика выставляет клиенту счет на оплату. Зачислять денежные средства на свой расчетный счет Агент не вправе, в силу Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации" от 27.11.1992 N 4015-1, такими полномочиями обладают только страховые брокеры, при соблюдении ряда условий.

Кроме того, перечисление денежных средств Страхователем -сельскохозяйственным производителем, напрямую на счет страховщика является обязательным условием, в соответствии с ФЗ "О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон "О развитии сельского хозяйства" от 25.07.2011 N260-03.

Довод истца о наличии дефектов в отчетах агента, связанных с не указанием реквизитов доверенности, технических ошибок и прочих опечаток в текущей документации, не является безусловным основанием для установления признаков мнимости, и не свидетельствует о том, что воля сторон не была направлена создание соответствующих сделке правовых последствий.

Утверждение истца, о том, что заключением договоров страхования занимался ФИО6 через дополнительный офис продаж страховой компании документально не подтвержден.

ФИО3 осуществляла взаимодействие напрямую с головным офисом компании, что подтверждается договорами страхования, подписанными лично генеральным директором ФИО7

Наличие родственных отношений между ИП ФИО3 и ФИО6 и аренда помещений в одном офисном центре, не свидетельствуют об аффилированности и о мнимости сделки, ввиду того, что ФИО6 не являлся стороной по оспариваемой сделке, не являлся учредителем, руководителем юридического лица, контролирующим должника лицом, не имел полномочий на заключение договоров поручений со страховыми агентами, не являлся начальником и непосредственным руководителем по отношению к ФИО3, не имел полномочий и доступа к расчетным счетам ООО «СГ «АСКО», не имел реальной возможности распоряжаться денежными средствами страховой организации. ФИО6, будучи рядовым сотрудником страховой компании, исполнял трудовые функции, а также выполнял поручения руководства в соответствии с трудовым договором.

Утверждение истца, о том что ФИО3, будучи председателем СПК "Созидание" под видом займа направляла денежные средства сельскохозяйственным товаропроизводителям, которые впоследствии оплачивали первую часть страховой премии по заключенным договорам страхования, после чего Страховая организация перечисляла полученные денежные средства под «видом страхового возмещения» сельскохозяйственным организациям, которые, в свою очередь, в тот же день направляли указанные денежные средства в адрес СПК «Созидание» является суждением самого истца, не подтвержденным допустимыми доказательствами.

Претензией №71к/3451 от 17.01.2020, полученной ответчиком 21.01.2020г. истец просил вернуть перечисленные денежные средства.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, отказывая в иске, правомерно исходил из следующего.

Согласно ч.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу п. 86 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Из смысла данной нормы материального права следует, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений её исполнять, либо требовать её исполнения.

Следовательно, обращаясь в суд с требованиями о признании сделки ничтожной по признаку мнимости, истец должен доказать, что при её совершении стороны не только не намеревались её исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из её сторон.

Как следует из материалов дела, и верно указал суд, воля сторон при заключении спорных отчетов была направлена на исполнение договора № 137-ДП-ГО-16.

Доказательства наличия иной цели при заключении отчетов истцом в материалы дела не представлены.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах суд верно указал, что истец, заявляя о мнимости сделки, не доказал, что подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки уступки права требования, основания для признания отчетов недействительными (мнимыми) в рассматриваемом случае отсутствуют.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Таким образом, по смыслу приведённых норм для возникновения неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно следующих условий: обогащение одного лица за счет другого лица и приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

На основании договора поручения со страховым агентом № 137-ДП-ГО-16 от 26 апреля 2016 года и Отчетов страхового агента о заключенных договорах в период с 01.06.2016 по 08.11.2017 в пользу ФИО3 было выплачено 20 229 310,70 руб., что подтверждается платежными поручениями, приложенными к материалам дела.

Следовательно договор поручения со страховым агентом № 137- ДП-ГО-16 от «26» апреля 2016 года, является исполненным и у истца отсутствуют правовые основания для взыскания неосновательного обогащения в соответствии со ст. 1102 ГК РФ.

Принимая во внимание все вышеизложенное в совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к аналогичному выводу о необоснованности требований истца о взыскании 20 229 310 руб. 70 коп. неосновательного обогащения.

Соглашаясь с доводом ответчика по пропуске истцом срока исковой давности для защиты нарушенного права, суд правомерно руководствовался следующим.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По смыслу п. 2 ст. 126, п. 1 ст. 129 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника.

Закон о банкротстве наделяет конкурсного управляющих правом на обращение в суд с исками, связанными с недействительностью сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным этим Законом. В таких случаях по общему правилу статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии предусмотренных законодательством о несостоятельности оснований для оспаривания сделки.

В настоящем споре конкурсный управляющий не является специальным субъектом правоотношений, иск заявлен по общим нормам ГК РФ.

Следовательно, начальный период течения срока исковой давности следует исчислять с момента, когда о нарушении прав и законных интересов должно было узнать само общество, а не конкурсный управляющий, осуществляющий полномочия руководителя.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В силу ч.1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела следует, что истец сам перечислил денежные средства на расчетный счет ответчика с 1.06.2016г. по 29.12.2016г.

Таким образом, с учетом соблюдения порядка досудебного урегулирования спора, предусмотренного ч. 5 ст. 4 АПК РФ, срок исковой давности по заявленному требованию о взыскании неосновательного обогащения истек 15.01.2017.

Поскольку истец обратился в арбитражный суд с иском 15.02.2020 (л.д 11 т.1), суд правомерно указал на пропуск истцом трехгодичного срока исковой давности. Доказательств, свидетельствующих о перерыве течения срока исковой давности (ст. 203 ГК РФ), материалы дела не содержат.

На основании изложенного с учетом заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для защиты нарушенного права, требование истца в части взыскания с ответчика 8 707 809 руб. 80 коп. неосновательного обогащения по платежным поручениям: № 6 от 01.06.2016 на сумму 1 697 092,60 руб.; № 15 от 29.06.2016 на сумму 1 817 214 руб.; № 17 от 30.06.2016 на сумму 1154 213 руб.; № 23 от 28.07.2016 на сумму 56 371,40 руб.; № 37 от 29.08.2016 на сумму 3 831 615 руб.; № 42402 от 29.12.2016 на сумму 151 303,80 руб., не подлежит удовлетворению в силу ст. 199 ГК РФ.

Ввиду отсутствия правовых оснований для применения ст. 395 ГК РФ, требование истца о взыскании 4 568 108 руб. 73 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами также не может быть удовлетворено судом.

При таких обстоятельствах и, с учетом приведенных правовых норм, суд первой инстанции обоснованно отказал в иске.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

В рассматриваемом случае составление сторонами договора поручения отчетов агента обусловлено исполнением обязательств в рамках заключенного договора. Эти имеющие доказательственное значение отчеты (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) содержат исключительно сведения об объеме оказанных услуг, а также о размере комиссионного вознаграждения, подлежащего перечислению.

Отчеты агента не влекут возникновение, изменение или прекращение правоотношений сторон, а являются действиями, направленными на исполнение обязательств, у истца отсутствуют правовые основания для взыскания неосновательного обогащения в соответствии со ст. 1102 ГК РФ .

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и не допустил нарушения процессуального закона, в связи с чем, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

Решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 июля 2020 года по делу №А65-3749/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий                                       И.С.Драгоценнова

Судьи                                                                                                               Н.В.Сергеева   

    В.А.Корастелев