﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-18303/2017(12,13)-АК

Дело № А60-45249/2017

16 марта 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 марта 2021 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С.,

судей                                         Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сергеевой С.А.,

при участии:

от Францева С.В.: Ларцев С.А., паспорт, доверенность от 06.03.2021,

от Мамоновой Н.С.: Новоселова В.В., паспорт, доверенность от 28.10.2020, диплом,

конкурсный управляющий Лисицина Е.В., удостоверение,

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционные жалобы заинтересованных лиц, Францева Сергея Валерьевича и Мамоновой Натальи Сергеевны,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 31 декабря 2020 года 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц Безроднова Михаила Васильевича, Мамоновой Натальи Сергеевны, Францева Сергея Валерьевича, Бессонова Кирилла Валентиновича по обязательствам ООО Строительная компания «Атомстроймонтаж»,

вынесенное в рамках дела № А60-45249/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ООО Строительная компания «Атомстроймонтаж»  (ОГРН 1136670029869, ИНН6670415650),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Кулиш И.В., Маликов Ш.Х., Шляпников С.В., 

 

установил:

25.08.2017 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Францева С.В. о признании ООО Строительная компания «Атомстроймонтаж»  (далее – должник, ООО СК «АСМ»)  несостоятельным (банкротом) в связи с наличием задолженности в размере 913 184 руб. 45 коп.

Определением арбитражного суда от 05.11.2017 (резолютивная часть объявлена 01.11.2017) требования заявителя о признании должника несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим должником утверждена Лисицина Елена Викторовна, член Союза «Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Северо-Запад».

Решением суда от 12.03.2018 (резолютивная часть объявлена 01.03.2018) ООО СК «АСМ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства-конкурсное производство. И.о. конкурсного управляющего должником назначена Лисицина Е.В.

24.08.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего ООО СК «АСМ»  Лисициной Елены Викторовны о привлечении к субсидиарной ответственности.

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в дело привлечены Кулиш И.В., Маликов Ш.Х., Шляпников С.В.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.12.2020 (резолютивная часть от 23.12.2020) заявление конкурсного управляющего Лисициной Елены Викторовны о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц Безроднова Михаила Васильевича, Мамоновой Натальи Сергеевны, Францева Сергея Валерьевича, Бессонова Кирилла Валентиновича удовлетворено частично. Установлено наличие оснований для привлечения Безроднова Михаила Васильевича, Мамоновой Натальи Сергеевны, Бессонова Кирилла Валентиновича к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов должника. Производство по делу  в данной части приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего Лисициной Елены Викторовны в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего должника лица Францева Сергея Валерьевича отказано. С Францева Сергея Валерьевича в пользу должника взысканы убытки в размере 2 478 697,72 рубля.

Не согласившись с вынесенным определением, Францев С.В. и Мамонова Н.С.  обратились с апелляционными жалобами.

Францев С.В. просит определение суда отменить в части взыскания с него убытков в размере 2 478 697,72 руб.  Указывает, что конкурсный управляющий обращался в суд с требованием о привлечении его к субсидиарной ответственности, а не взыскании с него убытков. Считает, что суд неправомерно взыскал с него убытки. Отмечает, что сумма непогашенных требований кредиторов существенно меньше, нежели сумма убытков, взысканная по инициативе суда с Францева С.В.  Также ссылается на пропуск срока исковой давности для взыскания с него убытков, поскольку Францев С.В. являлся директором общества в период с 07.07.2016 по 13.01.2017, а конкурсный управляющий обратилась в суд с рассматриваемым требованием только 24.08.2020.Указывает, что по аналогичному основанию последующий директор должника Бессонов К.В. привлечен к субсидиарной ответственности, убытки с него за аналогичные действия не взысканы. Что представляется апеллянту непоследовательным. 

Мамонова Н.С.  просит определение суда отменить в части вывода суда о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности участников должника Мамоновой Н.С. и Безроднова М.В.  Полагает, что конкурсным управляющим пропущен срок для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. По мнению Мамоновой Н.С., конкурсный управляющий должна была узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности еще в начале 2018 года, при подготовке анализа финансового состояния должника, но обратилась с соответствующим заявлением только 24.08.2020, то есть по истечении 2,5 лет. Считает, что в данном случае следует применять годичный срок исковой давности, так как предполагаемые действия по доведению до банкротства могли быть совершены до внесения изменений в действующее законодательство.  Также ссылается на отсутствие доказательств совершения Мамоновой Н.С. вменяемого ей правонарушения. Отмечает, что одним из основных доводов конкурсного управляющего, являющимся основанием для привлечения Мамоновой Н.С. к субсидиарной ответственности, указан - удержание Мамоновой Н.С. документов общества за 2017 год. Указывает, что данный вывод является противоречивым, поскольку сам конкурсный управляющий ссылается на то, что в 2017 году хозяйственная деятельность должником не велась, что уже само по себе исключает наличие каких-либо первичных документов. Отмечает, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у Мамоновой каких-либо документов должника, наличие между ней и должником трудовых отношений. Кроме того, полагает, что в деле отсутствуют доказательства совершения именно Мамоновой Н.С. действий, направленных на совершение и исполнение недействительных сделок. Отмечает, что более 90% сделок совершены в 2016 или 2015 гг, подписаны директором Францевым в рамках его должностных полномочий и не выносились на обсуждение общего собрания участников; даже не смотря на совершение оспоренных позднее сделок, бухгалтерский баланс общества за 2016 год являлся прибыльным, что по мнению апеллянта, исключает любой злой умысел в отношении кредиторов с её стороны, даже если бы она была ознакомлена с результатами деятельности предприятия и принимала участие в утверждении годового отчета за 2016 год.  Указывает, что Мамонова не является лицом, на которое возложена организация и/или само ведение бухучета и хранения документов бухучета. Более того, отмечает, что Мамонова Н.С. и Безроднов М.В. не знали и не могли знать от таких сделках по принятию должником обязательств как дополнительное соглашение к трудовому договору с Ширинкиным А.С. на сумму 383 406,47 руб., трудовой договор с Францевым С.В. с условием об установлении единовременной премии в сумме 900 000 руб., издании приказа о выплате Трофимову Д.А. премии в размере 480 000 руб. Указывает, в связи с тем, что названные выше обязательства были искусственно сформированы противоправными действиями Францева С.В. и вступившими с ним в сговор работниками должника, об указанных обязательствах должника апеллянту стало известно лишь в момент предъявления соответствующих исков в суды общей юрисдикции, то есть в 2017 году.  Считает, что если бы названные выше обязательства на общую сумму 1 760 тыс. руб. были отражены в бухгалтерском учете в соответствии с правилами его ведения, то есть в декабре 2016 года, то баланс Общества за 2016 год стал бы убыточным, убыток составил бы 1 354 тыс. руб. Полагает, что именно неправомерными действиями Францева С.В. была искусственно создана ситуация неплатежеспособности должника, а в дальнейшем невозможность погашения реестровых требований.

Также просит восстановить срок на обжалование судебного акта, пропущенный по причине несвоевременного опубликования судебного акта в картотеке арбитражных дел.

До судебного заседания от конкурсного управляющего должника поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы об отказе в их удовлетворении.

В судебном заседании представитель Мамоновой Н.С. доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить в обжалуемой части, против апелляционной жалобы Францева С.В. возражал. Представитель Францева С.В. доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить в обжалуемой части, против апелляционной жалобы Мамоновой Н.С. возражал. Конкурсный управляющий должника возражала против удовлетворения апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в отзывах.

Ходатайство Мамоновой Н.С. о восстановлении пропущенного срока рассмотрено на основании ст. 117 АПК РФ и удовлетворено.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела, решением суда от  12.03.2018 (резолютивная часть объявлена 01.03.2018) ООО СК «АСМ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства-конкурсное производство. И.о. конкурсного управляющего должником назначена Лисицина Е.В.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО СК «АСМ» зарегистрировано 23.12.2013, основным видом деятельности является производство прочих строительно-монтажных работ.

С момента создания должника его учредителями являлись:

- Безроднов Михаил Васильевич (размер доли в уставном капитале 35%);

- Шляпников Сергей Владимирович (размер доли в уставном капитале 35%);

- Мамонова Наталья Сергеевна (размер доли 30%).

Согласно протоколу общего собрания участников №5 от 03.05.2017, Шляпников Сергей Владимирович вышел из состава учредителей должника, доля Шляпникова С.В. в уставном капитале в размере 35% передана должнику, о чем в ЕГРЮЛ 16.05.2017 внесена запись за №2176658788150.

16.10.2017 на общем собрании участников должника учредителями Безродновым М.В. и Мамоновой Н.С. принято решение предложить для приобретения долю в уставном капитале, принадлежащую должнику, в размере 35% Международной Коммерческой компании Тарим Холдингс Лимитед. Соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 23.10.2017.

20.11.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись за №7176658089381 о добровольном выходе из состава учредителей должника Безроднова Михаила Васильевича   Мамоновой Натальи Сергеевны.

Полномочия исполнительного органа (директора) должника осуществляли:

- с 23.12.2013 до 13.07.2016 Мамонов Алексей Николаевич (супруг учредителя Мамоновой Натальи Сергеевны и заместитель директора с 02.08.2016 по 30.03.2017), с правом распоряжения расчетным счетом должника);

- с 14.07.2016 по 22.01.2017 - Францев Сергей Валерьевич;

- с 23.01.2017 по 31.05.2017 - Бессонов Кирилл Валентинович;

- с 01.06.2017 по 22.10.2017 - Кулиш Игорь Владимирович;

- с 23.10.2017 - Маликов Шароф Хусанович.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что Бессонов К.В., Кулиш И.В., Маликов Ш.Х. являлись номинальными руководителями. При этом назначенный 23.10.2017 руководителем должника Маликов Ш.Х. 15.02.1993 года рождения, гражданин Таджикистана, согласно сведений ФНС зарегистрирован в г.Москве и является руководителем еще 15 организаций, зарегистрированных в Москве, Московской области, в городе Санкт-Петербурге, а также в Новосибирской области, а также является участником 3 организаций. Маликов Ш.Х. к исполнению обязанностей не приступал, операций по расчетному счету должника не осуществлял.

Отмечает, что Безроднов М.В. и Мамонова Н.С. вышли из состава участников в добровольном порядке 20.11.2017, то есть после введения в отношении должника процедуры наблюдения. 

Указывает, что после подачи заявления о признании должника банкротом, учредителями должника принято решение о передаче принадлежащей должнику доли в размере 35% Международной Коммерческой компании Тарим Холдингс Лимитед. Соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 23.10.2017. Данная организация согласно сведениям из ЕГРЮЛ является участником еще 7 юридических лиц, при этом руководителем одного юридического лица также является Маликов Ш.Х. 

Вынесенные в отношении Маликова Ш.Х., Бессонова К.В. и Кулиша И.В. судебные акты (определения от 23.01.2018, от 23.05.2018) об обязании передать документы, не исполнены.

Бессонов К.В. в своих объяснениях от 29.11.2018 пояснял, что ему никаких документов, связанных с деятельностью должника учредители не передавали, обязанности руководителя им исполнялись номинально по указанию учредителей.

Конкурсный управляющий полагает, что в 2017 году участниками должника Мамоновой Н.С. и Безродновым М.В. использовалась незаконная схема ликвидации компании, целью которой являлось причинение вреда кредиторам, путем сокрытия имущества и документов общества.

Считает, что совершенные в 2017 году участниками должника действия по назначению на должность руководителей номинальных лиц, введению в состав участников офшорной организации, и выходу в дальнейшем из состава участников должника, в своей совокупности свидетельствуют об отступлении от модели добросовестности и разумности, поскольку ничто не мешало участникам должника принять решение о добровольной ликвидации юридического лица и с соблюдением установленного ст.ст. 61-64 ГК РФ порядка прекратить его деятельность .

Отмечает, что согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2016 у должника имелись основные средства в размере 1 986 тыс.руб., запасы (материальные ценности) – 76 тыс.руб., дебиторская задолженность – 11 085 тыс.руб. 

Однако действия учредителей по сокрытию имущества и документов привели к невозможности установления имущества общества и проверки правильности его отражения в бухгалтерской отчетности.

Конкурсным управляющим принимались меры к поиску имущества должника путем направления запросов в МРЭО ГИБДД по СО, ЕГРП, Гостехнадзор, ИФНС, из полученных ответов не следует наличие какого-либо имущества.

Провести розыск основных средств и запасов, а также взыскать дебиторскую задолженность, указанную в бухгалтерском балансе не представилось возможным ввиду отсутствия документов у конкурсного управляющего.

В связи с этим конкурсный управляющий полагает, что невозможность удовлетворения требований кредиторов вызвана действиями контролирующих должника лиц, его участниками – Безродновым М.В. и Мамоновой Н.С., они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на наличие оснований для привлечения бывших руководителей должника Францева С.В. и Бессонова К.В. к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, а именно за совершение сделок от имени должника, признанных впоследствии недействительными.

По мнению конкурсного управляющего, размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц составляет 886 917, 45 руб.  (1 523 402,55 руб. сумма непогашенного реестра – 636 485,01 руб. дебиторская задолженность). 

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что полное погашение требований кредиторов стало невозможным вследствие действий бывшего руководителя должника Бессонова К.В. и его участников Безроднова М.В. и Мамоновой Н.С. Поскольку расчеты с конкурсными кредиторами должника не завершены, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено. Оснований для привлечения Францева С.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не установлено, однако суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с него убытков в размере 2 478 697,72 руб.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части (в части взыскания с Францева С.В. убытков и наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности участников должника Мамоновой Н.С. и Безроднова М.В.).

В силу пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Исходя из содержания правовой позиции, изложенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Суд первой инстанции, установив, что обстоятельства, с которыми связано привлечение контролирующего должника лиц – Безроднова М.В. и Мамоновой Н.С. к субсидиарной ответственности (назначение директора, который являлся директором множества юридических лиц, передача доли уставного капитала иностранной компании, выход из участников общества), имели место после вступления в законную силу Закона N 266-ФЗ, правомерно применил соответствующие нормы закона о банкротстве в действующей редакции.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства организации (пункт 19 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются также в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности по указанному основанию необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

По общему правилу бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо лежит на заявителе соответствующего требования (статья 65 АПК РФ, пункт 56 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

Как было указано выше, участниками должника с момента создания являлись:

- Безроднов Михаил Васильевич (размер доли в уставном капитале 35%);

- Шляпников Сергей Владимирович (размер доли в уставном капитале 35%);

- Мамонова Наталья Сергеевна (размер доли 30%).

Согласно протоколу общего собрания участников №5 от 03.05.2017, Шляпников Сергей Владимирович вышел из состава учредителей должника, доля Шляпникова С.В. в уставном капитале в размере 35% передана должнику, о чем в ЕГРЮЛ 16.05.2017 внесена запись за №2176658788150.

25.08.2017 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Францева С.В. о признании ООО СК «АСМ»  несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 05.11.2017 в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение.

После подачи заявления о признании должника банкротом, 16.10.2017 на общем собрании участников должника учредителями Безродновым М.В. и Мамоновой Н.С. принято решение предложить для приобретения долю в уставном капитале, принадлежащую должнику, в размере 35% Международной Коммерческой компании Тарим Холдингс Лимитед. Соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 23.10.2017.

А после введения в отношении должника процедуры наблюдения 20.11.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись за №7176658089381 о добровольном выходе из состава учредителей должника Безроднова Михаила Васильевича и  Мамоновой Натальи Сергеевны.

Полномочия исполнительного органа (директора) должника осуществляли:

- с 23.12.2013 до 13.07.2016 Мамонов Алексей Николаевич (супруг учредителя Мамоновой Натальи Сергеевны и заместитель директора с 02.08.2016 по 30.03.2017), с правом распоряжения расчетным счетом должника);

- с 14.07.2016 по 22.01.2017 - Францев Сергей Валерьевич;

- с 23.01.2017 по 31.05.2017 - Бессонов Кирилл Валентинович;

- с 01.06.2017 по 22.10.2017 - Кулиш Игорь Владимирович;

- с 23.10.2017 - Маликов Шароф Хусанович.

В адрес Маликова Ш.Х временным управляющим был направлен запрос о представлении документов, однако документы временному управляющему переданы не были. В связи с непередачей документов временный управляющий обращался в арбитражный суд с ходатайством об истребовании документов. Определением суда от 23.01.2018 ходатайство удовлетворено. Судебный акт Маликовым Ш.Х. не исполнен. Судебным приставом-исполнителем ОСП по Юго-Восточному административному округу УФССП России по г. Москва исполнительное производство в отношении Маликова Ш.Х окончено в связи с невозможностью исполнения.

В дальнейшем конкурсным управляющим был направлен запрос на представление документов всем бывшим руководителям и учредителям Должника.

Определением суда от 22.05.2018 по делу №А60- 45249/2017 суд обязал бывших руководителей должника Бессонова К.В., Кулиша И.В. передать конкурсному управляющему документы за период осуществления ими полномочий руководителей должника (с 22.01.2017 по 22.10.2017). Судебный акт не исполнен. Постановлениями Тагилстроевского РОСП г. Нижнего Тагила от 13.07.2018 и Железнодорожного РОСП г. Екатеринбурга от 03.08.2018 в отношении Бессонова К.В. и Кулиша И.В. возбуждены исполнительные производства по истребованию документации, однако указанные лица документацию не передали. Сведения о том, что у данных лиц документация должника отсутствовала, была утрачена, в материалы дела не представлено. Отсутствуют также сведения о предъявлении кем-либо из них к предшествующим руководителям запросов о предоставлении документов.

Из материалов дела следует, что Бессонов К.В. до назначения его на должность директора состоял с должником в трудовых отношениях с 17.10.2016 в должности начальника участка инженерных сетей. В своих объяснениях от 29.11.2018 он пояснял, что ему никаких документов, связанных с деятельностью должника учредители не передавали, обязанности руководителя им исполнялись номинально по указанию учредителей, печать общества всегда находилась у Мамонова А.Н., Безродного М.В., приказы и иные документы подписывал по их указанию.

Еще до назначения на должность директора Кулиша И.В. все работники должника были уволены 31.03.2017,  что свидетельствует об отсутствие какой-либо хозяйственной деятельности с указанной даты. Доказательств того, что Кулиш И.В. осуществлял руководство должника в материалы дела не представлено.

В отношении последнего директора Маликова Ш.Х., назначенного уже после обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, установлено, что Маликов Ш.Х. 1993 года рождения, гражданин Таджикистана, зарегистрирован в городе Москве и является руководителем еще 15 организаций, зарегистрированных в Москве, Московской области, в городе Санкт-Петербург, а также в Новосибирской области, кроме того является участником 3 организаций. Маликов Ш.Х. к исполнению обязанностей не приступал, операций по расчетному счету должника не осуществлял.

В свою очередь, вошедшая в состав участников, также после обращения в суд с требованием о признании должника банкротом, Международная Коммерческая компания Тарим Холдингс Лимитед является участником еще 7 юридических лиц, руководителем одного из которых является                     Маликов Ш.Х.

При таких обстоятельствах, выводы суда о том, что Бессонов К.В., Кулиш И.В. и Маликов Ш.Х. являлись номинальными руководителями, являются верными.

Таким образом, после подачи заявления о признании должника банкротом, все контролирующие должника лица, принимавшие непосредственное участие в его деятельности выведены из состава участников общества, а руководство общества возложено на номинальных руководителей.

Конкурсным управляющим установлено, что согласно данным бухгалтерского баланса на 31.12.2016 у должника имелись: основные средства - 1986 тыс. рублей, запасы (материалы) -76 тыс. рублей, дебиторская задолженность- 11085 тыс. рублей.

Как указано выше, конкурсным управляющим предпринимались меры по розыску имущества должника: направлялись запросы в административные органы, которые предоставили информацию об отсутствии регистрации имущества должника.

У конкурсного управляющего отсутствует документальное подтверждение приобретенных запасов, их наименование, сведения по их реализации или использовании за период с 01.01.2017 по дату введения конкурсного производства. 

Вследствие отсутствия у конкурсного управляющего необходимых документов о наличии основных средств, запасов, о наличии дебиторской задолженности стало невозможным формирование конкурсной массы и как следствие возникла невозможность для удовлетворения требований кредиторов в полном объеме.

Ссылка Мамоновой Н.С. на то, что участники не являются лицами, ответственными за ведение бухгалтерской документации, в данном случае правового значения не имеет, поскольку установлено, что три последних руководителя должника, назначенные участниками должника, являлись номинальными, доказательств того, что им передавалась бухгалтерская или иная документация общества, материалы дела не содержат. Объяснения Бессонова М.В. данные им в ходе исполнительного производства, ни кем из лиц, участвующих в деле, не опровергнуты, обратного не доказано.

Вышеуказанные действия участников общества свидетельствуют о сокрытии ими имущества и информации о действительном состоянии должника; смена руководителей и участника должника в преддверии банкротства очевидно являющихся номинальными по существу преследовала цель перекладывания ответственности по обязательствам должника на лицо, фактически не имеющего места жительства и цели дальнейшего осуществления деятельности должника.

При этом действия Мамоновой Н.С. и Безродного М.В. являлись согласованными, именно они вместе назначали на должность руководителей лиц, заведомо зная, что реальных действий по управлению обществом они осуществлять не будут, и не ожидая от них таковых, также данные лица одновременно вышли и из состава участников общества.

Кроме того, каких-либо пояснений разумности своих действий по привлечению номинальных руководителей и участника Мамонова Н.С. и Безродный М.В. не дали.

При таких обстоятельствах невозможность формирования конкурсной массы ввиду сокрытия имущества и документов была вызвана именно в результате совместных действий учредителей должника Мамоновой Н.С. и Безродного М.В.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно установил наличие оснований для привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вопреки доводам жалобы, Мамонова Н.С. не привлекается к субсидиарной ответственности за совершение сделок, повлекших за собой банкротство должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что Мамонова Н.С. не лишена возможности представить доказательства наличия оснований для уменьшения размера ответственности в порядке, предусмотренном абз. 2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы Мамоновой Н.С. о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению в силу следующего.

Согласно п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

У конкурсного управляющего право на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности возникло с даты введения конкурсного производства в отношении должника (решения о признании должника банкротом от 12.03.2018 (резолютивная часть от 01.03.2018). С учетом того, что с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился в суд 24.08.2020, соответствующий срок не пропущен.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь Францева С.В. и Бессонова К.В. к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, а именно за совершение сделок от имени должника, признанных впоследствии недействительными.

Судебный акт в части установления наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности Бессонова К.В. не обжалуется, в связи с чем судом апелляционной инстанции пересмотру не подлежит.

Что касается требований в отношении Францева С.В., судом первой инстанции было установлено, что в период его руководства должником, им были осуществлены сделки, направленные на вывод имущества должника.

Исходя из дат совершения сделок, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ).

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с п. 16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из материалов дела, Францев С.В. в период с 07.07.2016 по 13.01.2017 являлся единоличным исполнительным органом должника. 

В период с июля 2016 г. по 13.01.2017 с расчетного счета должника были совершены платежи в пользу ООО «Фарт», ИП Матусевича А.А. и ИП Чагакова Ю.А. на сумму 2 919 870 рубля, которые в ходе конкурсного производства были признаны недействительными по основаниям, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как сделки, совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Сделки с ИП Матусевичем А.А. и ИП Чагаковым Ю.А. признаны судом мнимыми. По сделкам с ИП Матусевич А.А. и ИП Чагаковым Ю.А. судебным разбирательством установлено, что фактически работы, указанные в договоре подряда, ответчиками не выполнялись, между сторонами осуществлен формальный документооборот и необоснованное перечисление денежных средств, при злоупотреблении правом. Платежи в пользу ООО «Фарт» на сумму 420 000 рублей также совершены при злоупотреблении правом с целью причинения вреда кредиторам в отношении заинтересованного лица, поскольку учредителями ООО «Фарт» (по 50%) являются Безроднов М.В. и Мамонов А.Н. (супруг учредителя Мамоновой Н.С.) и с расчетного счета, которым распоряжался супруг учредителя Мамоновой Н.С.

В ходе взыскания задолженности службой судебных приставов денежные средства от ООО «Фарт» и ИП Чагакова Ю.А не поступали, поскольку ООО «Фарт» прекратил деятельность и не имеет имущества, ИП Чагаков Ю.А также прекратил предпринимательскую деятельность не имеет имущества, на которое может быть обращено взыскание. 

С ИП Матусевича А.А. произведены удержания в сумме 166 657,17рубля. 

По решению собрания кредиторов должника права требования к указанным лицам выставлены на торги, по результатам которых в конкурсную массу должника поступило 274 515,21 рубля, в т. ч по договору уступки прав требования к ООО «Фарт» – 35 700 рублей. Право требования к ИП Чагакову Ю.А. в ходе торгов по цене 100 000 рублей прибрел Францев С.В.

В рассматриваемом случае не доказано, что указанные сделки могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, поскольку наличие у должника выбывших в результате сделок средств не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

Совершение указанных сделок не может являться достаточным основанием для привлечения совершавших их лица к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении требования конкурсного управляющего о привлечении Францева С.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленному основанию правомерно отказано.

Между тем, судом первой инстанции установлено, что в результате названных выше сделок по перечислению денежных средств были причинены убытки должнику.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В случае нарушения этой обязанности названное лицо несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о взыскании убытков, является совокупность условий: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков.

В пунктах 1 - 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством; в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В рассматриваемом случае совершенные ответчиком сделки признаны судом недействительными. Наличие вступивших в законную силу судебных актов, принятых по спорам о признании сделок недействительными, и содержащих оценку таких сделок, является основанием для освобождения от повторного доказывания действительности сделок.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности наличия совокупности условий, влекущих ответственность Францева С.В. перед должником в виде убытков.

По расчету суда размер убытков, причиненных должнику в результате совершения названных выше сделок, составляет 2 478 697,72 рубля (2 919 870 -166 657,07 – 274 515,21). Расчет не оспорен, судом апелляционной инстанции проверен и признан верным.

Доводы Францева С.В. о том, что суд первой инстанции неправомерно переквалифицировал его действия с требования о привлечении к субсидиарной ответственности на убытки, подлежит отклонению на основании изложенной выше правовой позиции.

Доводы апеллянта об истечении срока исковой давности рассмотрению не подлежат, поскольку не были заявлены в суде первой инстанции (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что должник признан банкротом решением от 12.03.2018 (резолютивная часть от 01.03.2018). С рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 24.08.2020, то есть трехлетний срок исковой давности не пропущен.

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование обжалуемого судебного акта основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая правовая оценка, оснований для переоценки которых суд апелляционной инстанции не усматривает.

По существу доводы жалоб свидетельствуют лишь о несогласии апеллянтов с принятым судом первой инстанции судебным актом, что само по себе основанием для его отмены являться не может. Обстоятельств, которые не оценены судом первой инстанции и могли бы повлиять на принятый судебный акт, в апелляционных жалобах не приведено. 

Доводы жалоб подлежат отклонению, как необоснованные.

При таких обстоятельствах оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены определения суда в обжалуемой части, судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 декабря 2020года по делу № А60-45249/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

 

О.Н. Чепурченко