ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-29096/2014

город Ростов-на-Дону

08 ноября 2020 года

15АП-16016/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 ноября 2020 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Деминой Я.А., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края 

от 21.08.2020 по делу № А32-29096/2014

по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании с бывшего руководителя должника - ФИО2 убытков

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная инвестиционная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная инвестиционная компания» (далее – должник), конкурсный управляющий должника ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника - ФИО2 убытков в размере 2 420 000 рублей, 134 096 рублей 67 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.02.2015-12.09.2019, а также судебных издержек.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.08.2020 взыскано с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью ООО «Межрегиональная инвестиционная компания» 2 420 000 рублей причиненных убытков. Взыскано с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью ООО «Межрегиональная инвестиционная компания» 6 000 рублей государственной пошлины. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Определение мотивировано тем, что сделки совершены в отношении ликвидного имущества должника в отсутствие встречного предоставления, однако сами сделки оспорены быть не могут ввиду ликвидации контрагента. Заключая сделки, ФИО2 контрагента по сделке не проверил, не установил наличие признаков фирмы-однодневки, что свидетельствует о неразумности и недобросовестности его действий.

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не учел, что в случае сохранения транспортных средств у должника, они подлежали возврату в пользу лизингодателя. Признавая факт отсутствия оплаты, бывший руководитель должника указывает, что конкурсный управляющий допустил ликвидацию дебитора должника, препятствующую взысканию денежных средств.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий возражал в отношении заявленных доводов, указывал на то, что бывший руководитель фактически перекладывает ответственность на конкурсного управляющего за совершение бывшим руководителем сделки по выводу актива, просил определение суда оставить без изменения.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, ООО «Газпром Межрегионгаз Краснодар» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Межрегиональная инвестиционная компания».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.05.2015 должник ООО «Межрегиональная инвестиционная компания» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Определением суда от 31.05.2016 конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.07.2019 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная инвестиционная компания», конкурсным управляющим должника утверждена - ФИО3.

18.09.2019 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании с бывшего руководителя должника - ФИО2 убытков в размере 2 420 000 рублей, 134 096 рублей 67 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.02.2015-12.09.2019, а также судебных издержек.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывал следующее.

31.12.2014 между должником, в лице ФИО2 и ООО «МСК» был заключен договор купли-продажи транспортного средства № 1 - Toyota Land Cruiser 150 Prado, 2012 года выпуска.

Пунктом 5.1. договора установлена стоимость транспортного средства в размере 2 000 000 рублей, в том числе НДС 18 % в размере 305 084 рубля 75 копеек.

В соответствии с п. 5.2 договора оплата должна быть произведена в срок до 30.02.2015 (пункт 5.2. договора).

Согласно пункту 5.3 договора, денежные средства должны быть перечислены на счет должника.

В соответствии с пунктом 7.3 договора продавец вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке в случае, если покупатель отказывается оплатить транспортное средство.

16.01.2015 произведены регистрационные действия, в связи с чем транспортное средство перешло в собственность покупателю.

20.02.2015 между должником, в лице ФИО2 и ООО «МСК» был заключен договор купли-продажи транспортного средства № 063 – Lada 211440, 2013 года выпуска.

Пунктом 2 договора установлена стоимость транспортного средства в размере 420 000 рублей.

Между тем, оплата за транспортные средства покупателем не произведена, бывшим директором должником не приняты меры по взысканию денежных средств с покупателя -ООО «МСК», которое прекратило деятельность 22.08.2018, сделки совершены без уведомления временного управляющего должника.

Полагая, что данные действия ФИО2 совершены в целях причинения вреда имущественным правам должника, направлены на вывод имущества в процедуре наблюдения, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника - ФИО2 убытков.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Принимая во внимание период заключения сделок, послуживших основанием для возмещения убытков, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности применения судом первой инстанции общегражданских положений о взыскании убытков с контролирующего лица.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее также - постановление № 62) разъяснено, что в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику -юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

С требованием о взыскании с вышеперечисленных лиц убытков вправе обратиться, в частности, арбитражный управляющий, в том числе по собственной инициативе (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

В силу п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Согласно п. 2 ст. 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, указанное в пункте 3 статьи 53, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать  от  его  имени,   несет  ответственность,   если  будет  доказано,   что  при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

В абзаце 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех перечисленных элементов ответственности. При недоказанности хотя бы одного из них в удовлетворении требования должно быть отказано.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если заявитель утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1)  действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2)  скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3)   совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4)   после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5 ) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

По смыслу указанных правовых норм заявитель в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен представить доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункты 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При этом суд должен исследовать круг непосредственных обязанностей директора, обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица (пункт 5 постановления № 62).

Судам надлежит проверить, не выходили ли за пределы обычного делового (предпринимательского) риска действия, повлекшие убытки.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Указанный подход сформулирован в определении Верховного Суда РФ от 23.01.2017 № 307-ЭС15-19016 по делу № А56-12248/2013.

Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им, презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

Применительно к статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, обращающееся в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков, обязано доказать противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, размер убытков.

При обращении в суд конкурсный управляющий должника указал на то, что, выступая в качестве единоличного исполнительного органа, ответчик поступил неразумно и недобросовестно, поскольку заведомо знал о том, что в отношении общества введена процедура наблюдения, сделки не отвечали интересам общества и не имели гражданско-правовых оснований, повлекли необоснованное уменьшение конкурсной массы должника в сумме 2 420 000 рублей, как следствие, причинили кредиторам должника убытков в указанном размере.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции установил, что ФИО2 являлся руководителем должника до 06.05.2015, следовательно, применительно к положениям статьи 2 Закона о банкротстве являлся контролирующим должника лицом.

Так, 31.12.2014 между должником, в лице ФИО2 и ООО «МСК» был заключен договор купли-продажи транспортного средства № 1 - Toyota Land Cruiser 150 Prado, 2012 года выпуска.

20.02.2015 между должником, в лице ФИО2 и ООО «МСК» был заключен договор купли-продажи транспортного средства № 063 – Lada 211440, 2013 года выпуска.

Указанные договоры подписаны ФИО2 как руководителем ООО «Межрегиональная инвестиционная компания».

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства перечисления покупателем денежных средств по договору купли-продажи транспортного средства № 1 от 31.12.2014.

Согласно пункту 5.3. договора, денежные средства должны быть перечислены на счет должника. Оплата по договору осуществляется в срок до 30.02.2015 (пункт 5.2. договора).

В соответствии с пунктом 7.3. договора продавец вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке в случае, если покупатель отказывается оплатить транспортное средство.

Однако, являясь руководителем должника, ФИО2 не предпринял мер к принудительному взысканию стоимости проданного транспортного средства либо к расторжению договора купли-продажи.

При этом, вопреки доводам ответчика о том, что большая часть срока исковой давности приходится на период процедуры, судебная коллегия учитывает, что пунктом 2 договора купли-продажи транспортного средства № 063 от 20.02.2015 предусмотрено, что стоимость транспортного средства составляет 420 000 рублей. В данном пункте указано, что ФИО2 получил денежные средства.

Вместе с тем, доказательства передачи денежных средств в кассу предприятия, либо перечисления денежных средств не счет должника в материалах дела отсутствуют.

Договор купли-продажи транспортного средства № 063 и от продавца, и от покупателя договор подписан ФИО2.

Следовательно, ФИО2 при заключении данного договора выступал одновременно в качестве продавца и в качестве покупателя.

Кроме того, 26.02.2015, то есть непосредственно после заключения договора купли-продажи № 063 от 20.02.2015, автомобиль был продан ООО «МСК» в лице ФИО2 ФИО5.

Согласно сведениям, содержащемся в Едином государственном реестре юридических лиц, директором покупателя - ООО «МСК» являлась ФИО6.

Указанное лицо также являлась директором нескольких организаций - ООО «Атомэнергохимочистка», ООО «Новый город», ООО «ВТ-Карго», ООО «Бренд Солюшенс Агентство», ООО «Партнерофф», ООО «Мастес», ООО «Мириталь», которые были исключены из реестра юридических лиц в связи с отсутствием деятельности и движений по счетам денежных средств.

Действуя разумно, ФИО2, являясь руководителем должника, должен был принять меры к проверке контрагента по сделкам, однако указанные меры им приняты не были.

Напротив, заключив 31.12.2014 договор купли-продажи транспортного средства с ООО «МСК», не получив от покупателя денежных средств, ФИО2 заключает договор купли-продажи транспортного средства от 20.02.2015, по которому также не получает встречного исполнения.

Доводы ФИО2 о том, что денежные средства по указанным договорам купли-продажи были перечислены непосредственно лизинговой компании, минуя продавца транспортных средств, суд первой инстанции обоснованно отклонил, признав документально неподтвержденными. В договорах купли-продажи отсутствует условие, предусматривающее возможность перечисления денежных средств не продавцу, а лизинговой компании.

Представленное ФИО2 платежное поручение № 1 от 25.12.2014 о перечислении ООО «МСК» 527210,77 руб. в адрес ООО «Каркаде» не может быть принято судом во внимание, поскольку не соответствует признаку относимости: в графе «назначение платежа» указано «выкупной платеж по договору лизинга № 19119/2012 от 25.12.2012», а не по договорам № 063 от 20.02.2015 либо № 1 от 31.12.2014.

Кроме того, в апелляционной жалобе ФИО2 напрямую указывает о наличии у должника дебиторской задолженности к ООО «МСК», что также свидетельствует об отсутствии оплаты.

Суд первой инстанции, анализируя обстоятельства заключения договоров, верно установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности временного управляющего о заключении данной сделки, что противоречит п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве (согласия временного управляющего в письменной форме).

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных Законом о банкротстве, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения. Обратного в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание, что действия ФИО2, как руководителя должника по заключению договоров купли-продажи с контрагентами, которые по существу являлись «фирмами-однодневками», без получения встречного исполнения, а также по непринятию мер по взысканию стоимости транспортных средств, не являются добросовестными и разумными, суд пришел к выводу о наличии оснований для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде возмещения должнику убытков в заявленном размере.

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно признаны неразумными и недобросовестными действия бывшего руководителя, которые повлекли невозможность погашения требований кредиторов в части стоимости автомобилей. 

Вместе с тем, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными требованиями.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» при разрешении судами споров, связанных с применением ответственности за причинение вреда, необходимо учитывать, что на основании статьи 1082 Кодекса при удовлетворении требования о возмещении вреда суд вправе обязать лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

В том случае, когда суд возлагает на сторону обязанность возместить вред в деньгах, на стороне причинителя вреда возникает денежное обязательство по уплате определенных судом сумм.

С момента, когда решение суда вступило в законную силу, если иной момент не указан в законе, на сумму, определенную в решении при просрочке ее уплаты должником, кредитор вправе начислить проценты на основании пункта 1 статьи 395 Кодекса.

При указанных обстоятельствах, возложение обязанности по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами за период до признания ФИО2 ответственным за причинение убытков будет являться незаконным. 

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 21.08.2020 по делу № А32-29096/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Н.В. Шимбарева

 

Судьи                                                                                             Я.А. Демина

 

Н.В. Сулименко