ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-54509/20

28 июля 2021 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 июля 2021 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Гречишкина А.А., Латыповой Р.Р.,

при участии в заседании:

от заявителя: представитель не явился, извещен; 

от заинтересованного лица: ФИО1, доверенность от 13.05.2021;

рассмотрев 26 июля 2021 года в судебном заседании кассационную жалобу

заинтересованного лица - Центральной акцизной таможни с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)

на постановление от 19 апреля 2021 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по делу № А40-54509/20

по заявлению ООО «РАД»

об оспаривании решений

к Центральной акцизной таможне,

УСТАНОВИЛ:

ООО «РАД» (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Центральной акцизной таможне (далее - таможня, таможенный орган) о признании незаконными решений от 16.12.2019 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в декларации на товары (далее - ДТ) № 10009100/190919/0034038, № 10009100/230919/0034703 и № 10009100/230919/0034754, об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества путем принятия заявленной таможенной стоимости товаров по спорным ДТ по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами и возвратить излишне уплаченные таможенные платежи в сумме 599.897,30 руб. на расчетный счет общества в течение 30 дней с момента вступления решения суда в законную силу (с учетом принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 апреля 2021 года решение суда первой инстанции отменено, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, Центральная акцизная таможня обратилась с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебный акт незаконным и необоснованным, как принятый с неправильным применением норм материального и процессуального права.

Заявитель, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, своего представителя в судебное заседание суда кассационной инстанции не направил, к онлайн-заседанию не подключился, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заинтересованного лица поддержал доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя заинтересованного лица, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, между обществом и компанией «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» (Фрателли ФИО2 Спа) 08.04.2016 заключен внешнеторговый контракт № 058 на поставку алкогольной продукции, произведенной компанией Фрателли ФИО2 Спа (далее - товар).

К данному контракту заключено дополнительные соглашение от 06.05.2019 № 17, в соответствии с которым цена на товар - вино виноградное натуральное игристое жемчужное полусладкое «САНТ ОРСОЛА ФИО3» емкостью 0,75 литра, согласована в размере 0,85 евро за бутылку.

Согласно пункту 1.2 контракта поставка товара на территорию Российской Федерации осуществлялась на условиях EXW (согласно Incoterms 2010).

В соответствии с пунктом 1.4 контракта поставка товара осуществляется партиями.

В сентябре 2019 года согласно контракту на таможенную территорию Российской Федерации ввезен товар (вино виноградное натуральное игристое жемчужное полусладкое красное/белое «САНТ ОРСОЛА ФИО3» емкостью 0,75 литра) по ценам согласно контракту и дополнительному соглашению.

Указанный товар предъявлен к таможенному оформлению и задекларирован на Акцизном специализированном таможенном посту (ЦЭД) таможни по ДТ № 10009100/190919/0034038, ДТ № 10009100/230919/0034703 и ДТ № 10009100/230919/0034754.

Таможенная стоимость товара заявлена и определена декларантом по методу определения стоимости сделки с ввозимыми товарами (первый метод) в соответствии со статьями 39 и 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

Для подтверждения сведений, заявленных в части таможенной стоимости, декларантом представлены следующие документы: контракт от 08.04.2016 № 058 с дополнениями; инвойсы; прайс-лист продавца на 2019 год; товарно-транспортные накладные; договор по перевозке, погрузке, разгрузке товаров; оборотно-сальдовая ведомость по счету 41.01; заявки на транспорт; счета-фактуры на оплату услуг по перевозке (транспортировке) погрузке/перегрузке/разгрузке товаров; документы по оплате товара; письмо о коммерческом предложении от 13.02.2017; экспортные декларации страны происхождения (Италия); калькуляция, сведения о себестоимости; документы по реализации.

При этом таможенным органом начата процедура уточнения таможенной стоимости товара, поскольку, по мнению таможенного органа, обнаружены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров должном образом не подтверждены либо могут являться недостоверными.

Товар выпущен под обеспечение уплаты таможенных платежей по ДТ № 10009100/190919/0034038 в размере 197.567,02 руб., по ДТ № 10009100/230919 0034703 в размере 201.165,14 руб., по ДТ № 10009100/230919/0034754 в размере 201.165,14 руб., итого: в размере 599.897,30 руб.

В адрес общества направлены запросы от 23.09.2019 и 24.09.2019.

Общество предоставило таможенному органу пояснения и документы, запрошенные в ходе дополнительной проверки.

Однако таможенный орган посчитал, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, содержат неустранимые противоречия, имеется ограничение прав покупателя по распоряжению товарами, что противоречит пункту 10 статьи 38, подпункту 1 пункта 1 статьи 39, пункту 3 статьи 40 ТК ЕАЭС и не позволяет применить метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

16.12.2020, учитывая приведенные основания, таможенный орган принял решения о невозможности использования первого метода определения таможенной стоимости и о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения общества в Арбитражный суд города Москвы с соответствующим заявлением.

Отказывая обществу в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что таможенный орган доказал законность принятых решений, которые не могут нарушать прав общества.

Рассмотрев спор повторно, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности с нормами права, регулирующими спорные правоотношения, выслушав позиции представителей сторон, апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

Согласно пунктам 9, 10, 13 и 14 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), таможенная стоимость товаров определяется декларантом. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Положения настоящей главы не могут рассматриваться как ограничивающие или ставящие под сомнение права таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Таможенные органы осуществляют контроль таможенной стоимости в порядке и формах, установленных разделом VI ТК ЕАЭС. В соответствии с пунктом 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Порядок проверки документов и сведений при проведении таможенного контроля таможенной стоимости до выпуска товаров установлен статьями 324 и 325 ТК ЕАЭС.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49) разъяснено, что в соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом данных требований ТК ЕАЭС судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

Согласно пункту 9 Постановления № 49, при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и другое) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Суд апелляционной инстанции установил, что обществом при декларировании и в ходе проверки в подтверждение отсутствия ограничений по реализации продукции лицам, отличным от торговой сети «Лента», представлены таможенному органу пояснения - письмо от 31.10.2019 № Р21 о том, что таможенный орган неверно толкует пункт 1.1 контракта, как якобы накладывающий ограничения на общество по реализации ввезенной продукции только в торговую сеть «Лента».

Указанный пункт говорит лишь о намерении общества реализовывать ввозимую продукцию данному контрагенту, поскольку на момент заключения контракта (в апреле 2016 года) у общества отсутствовали на территории Российской Федерации иные потенциальные покупатели.

Также обществом представлены объяснения продавца-производителя Fratelli Martini Secondo Luigi Spa от 15.11.2019, в которых продавец-производитель подтвердил, что таможенный орган неверно толкует пункт 1.1 контракта, рассматриваемый пункт контракта не накладывает никаких ограничений на права общества по реализации приобретенной продукции.

Дополнительно обществом в подтверждение отсутствия ограничений при декларировании и в ходе проверки, согласно описям от 13.11.2019, представлены таможенному органу договоры с различными контрагентами (отличными от торговой сети «Ленты») о реализации ввезенного товара от 01.02.2019 № 343, от 01.02.2019 № 344, от 01.02.2019 № 345, товарные накладные по форме ТОРГ-12, счета-фактуры, товарно-транспортные и транспортные накладные, а также выписка по лицевому счету в качестве доказательства получения оплаты от указанных контрагентов.

Из материалов дела следует и апелляционным судом установлено, что действительная воля сторон и их общее намерение, заложенные в пункте 1.1 контракта, выражены в пояснениях общества (письмо от 31.10.2019 № Р21) и продавца-производителя (письмо Fratelli Martini Secondo Luigi Spa от 15.11.2019) и подтверждаются их последующим фактическим поведением, а именно: договорами и товарными накладными, подтверждающими реализацию ввезенного товара лицам, отличным от торговой сети «Лента».

Оценивая в совокупности условия контракта, суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что условиями контракта не предусмотрена ответственность покупателя за нарушение условий пункта 1.1 контракта в части отгрузки товара не в торговую сеть «Лента».

Апелляционный суд указал, что общество поясняло, что за период действия контракта им не осуществлялось поставок алкогольной продукции в торговую сеть «Лента», вся ввезенная обществом продукция поставлена лицам, не имеющим отношения к торговой сети «Лента». Поставщик никаких претензий обществу на этот счет не предъявлял.

Также апелляционный суд установил, что дополнительным соглашением № 19 к контракту, которое стороны подписали 16.12.2019, распространив его действие на правоотношения, возникшие со дня подписания контракта, стороны исключили из пункта 1.1 контракта оговорку о реализации продукции торговой сети «Лента».

Право изменить ранее заключенный договор с обратной силой, то есть распространить редакцию договора на фактические отношения по его исполнению, возникшие с момента его заключения, является одним из способов реализации общепринятого в международном частном праве принципа свободы договора.

Таким образом, апелляционный суд правомерно отметил, что указание сторонами в дополнительном соглашении № 19 ретроактивной оговорки (о его применении к отношениям, возникшим с момента заключения контракта) соответствует общепринятому в международном частном праве принципу свободы договора, не нарушает каких-либо публичных или частных интересов, поскольку стороны данным соглашением зафиксировали отношения, фактически сложившиеся между сторонами к моменту подписания данного дополнительного соглашения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции счел ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что заявленные обществом сведения о таможенной стоимости товаров в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС носят неподтвержденный и противоречивый характер.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, контракт на поставку товаров от 08.04.2016 № 058 является долгосрочным «рамочным» внешнеторговым договором, поэтому в тексте самого контракта не устанавливается конкретное количество, наименование и цена товара, а лишь закрепляется механизм согласования данных характеристик при заказе и поставке конкретной партии.

Пунктами 1.4, 2.2 контракта установлено, что поставка товара осуществляется партиями. Конкретный ассортимент, цены, количество, сроки поставки, условия и сроки оплаты каждой партии согласовываются покупателем и поставщиком путем подписания спецификаций, которые оформляются в качестве приложений к настоящему контракту.

Пунктом 1.7 контракта предусмотрено, что поставщик должен выставлять инвойс на каждую партию продукции, в котором указываются ассортимент, количество и цена на каждую партию.

Обществом при декларировании спорного товара представлены таможенному органу как контракт с дополнительным соглашением № 17 к нему, устанавливающим новую сниженную цену за единицу товара, так и инвойсы на каждую отгружаемую партию товара. Также обществом представлены спецификации на каждую отгружаемую партию товаров.

Цена за единицу товара и общая стоимость партии товара, наименование и количество товара, а также условия, сроки оплаты и поставки, указанные в спецификациях, соответствуют аналогичной информации, содержащейся в инвойсах.

Таким образом, апелляционный суд установил, что обществом при декларировании и в ходе проверки таможенной стоимости представлены таможенному органу достаточные доказательства заключения сделки в не противоречащей закону форме.

Кроме того, апелляционным судом установлено, что ценовая информация, содержащаяся в представленных документах, соотносится с количественными характеристиками спорного товара. Представленные в таможенный орган документы содержат информацию об условиях поставки и оплаты товара. Документы не имеют противоречий и согласуются между собой. Обществом также представлен контракт, заявления на перевод, свифты.

В пункте 18 контракта «Юридические адреса и банковские реквизиты сторон» приведено наименование банка продавца, адрес банка, свифт банка, а также номер счета продавца в указанном банке.

Апелляционный суд указал, что в заявлениях на перевод денежных средств обществом продавцу в оплату поставленных товарах, а также в свифтах, представленных суду и таможенному органу, как при декларировании, так и в ходе проверки, указаны банковские реквизиты, полностью совпадающие, с указанными в пункте 18 контракта.

Вывод суда первой инстанции о том, что платежные поручения и swift должны содержать указания на номера расчетных документов, признан апелляционным судом ошибочным, поскольку правила заполнения заявления на перевод строго регламентируются требованиями, предъявляемыми к заполнению данных документов изложенными в «Правилах оформления и заполнения заявлений на перевод в иностранной валюте», разработанных банком, обслуживающим общество (ПАО ВТБ). Каждое поле в заявлении выделено под определенную информацию, содержит четко определенное количество знаков допустимых для того или иного поля. Существуют также международные стандарты swift, которые регламентируют порядок оформления заявлений на перевод в иностранной валюте («Рекомендации по использованию стандартов SWIFT для передачи финансовых сообщений с учетом требований Российской платежной системы» утвержденные Комитетом Российской Национальной Ассоциации SWIFT 03.06.2010.).

Более того, swift - это документ, который подтверждает получение денежных средств, исходит от банка и общество не может влиять на его заполнение, а лишь представляет в том виде, котором он получен.

При этом апелляционный суд обоснованно отметил, что банк при приеме платежного документа проверяет заполнение реквизитов всех полей, при неверном заполнении банк возвращает платежный документ без исполнения, заявлениями на перевод иностранной валюты в адрес продавца совершены соответствующие платежи, поскольку данные заявления на перевод в адрес общества не возвращались по причине их неправильного заполнения. Доказательств иного таможенным органом апелляционному суду не представлено.

Также суд апелляционной инстанции принял во внимание довод общества о том, что в соответствии со статьей 22 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» агентами валютного контроля являются уполномоченные банки. В рамках своих полномочий агенты валютного контроля (коммерческие банки) контролируют валютные сделки. В рамках данного контроля в банки предоставляются основания валютных сделок (контракты с приложениями, инвойсы и так далее). Каких-либо претензий от банка или иных контролирующих органов к проведению данной сделки не предъявлено.

Суд апелляционной инстанции также указал, что в рамках проведения проверки таможенный орган не запрашивал у банка сведения о движения валютных денежных средств на счетах общества по спорным ДТ и соблюдения требований предъявляемых к заполнению платежных документов, а, следовательно, таможенным органом не выявлено доказательств, свидетельствующих о недостатках представленных документов.

Из материалов дела следует и судом апелляционной инстанции установлено, что обществом в подтверждение действительности цены товара представлены платежные документы по контракту, а именно: заявления на перевод от 28.08.2019 № 313, от 17.09.2019 № 340 и от 05.07.2019 № 251, расшифровки назначения платежа заявлений на перевод в виде таблицы и свифт-сообщения банка к заявлениям на перевод по форме МТ103.

В подтверждение действительности цены товара обществом помимо платежных документов представлены также экспортные декларации.

Цена сделки, указанная в графе 46 экспортных деклараций, а равно номер инвойса, указанный в графе 44 экспортных деклараций, полностью соответствуют сведениям о цене товара и номерах инвойсов, представленных обществом при декларировании.

Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что обществом представлен достаточный пакет документов в подтверждение достоверности сведений о действительной цене товара, положенной в основу определения таможенной стоимости.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что обществом при декларировании и в ходе проверки представлены пояснения о причинах снижения цены по рассматриваемым поставкам по сравнению с ценой ранее ввезенных товаров в рамках того же контракта и их документальное подтверждение. Обществом представлены письмо продавца-производителя «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» от 07.06.2019 о динамике изменения (снижении) цен на вина Ламбруско урожая 2018 года с приложением данных Торгово-промышленной палаты региона Реджо-Эмилия (Италия) с переводом и письмо продавца-производителя «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» от 10.07.2019 с приложением калькуляции цены с переводом.

Из указанных документов следует, что снижение производителем цены обусловлено высоким урожаем винограда в 2018 году и, как следствие, снижением стоимости конечного продукта (вина игристого), производимого из него. При этом, как указал производитель, ссылаясь на данные опроса Торгово-промышленной палаты региона Реджо-Эмилии и прикладывая их к своему письму, ценовой тренд на снижение характерен для всех производителей вин Италии соответствующего региона и по данным опроса ТПП составляет 8,5 % для красного Ламбруско и 8,1 % для белого Ламбруско.

Также суд апелляционной инстанции принял во внимание, что согласно данным, предоставленным компанией ООО «ГудВайн» (письмо от 26.06.2020 № 36), у ООО «ГудВайн» - импортера идентичной продукции того же производителя в 2019 году также, как и у общества, произошло снижение цены (на 22 %, а у общества - на 15 %).

Апелляционный суд обоснованно отметил, что указанное письмо ООО «ГудВайн» и приложения к нему в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не исследованы, что привело суд первой инстанции к необоснованному выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих объективные причины снижения цены.

Суд апелляционной инстанции указал, что таможенным органом в ходе проверки и в материалы дела не представлено доказательств, опровергающих высокий уровень урожая винограда в Италии в 2018 году, и ставящих под сомнение достоверность сведений, приведенных в письме продавца-производителя «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» от 07.06.2019, и письме иного импортера идентичной продукции ООО «ГудВайн» от 26.06.2020 № 36.

Также суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения общества о том, что вина с защищенным географическим наименованием ФИО3 производятся поставщиком из винограда, выращенного в регионе Эмилия-Романья, и виноматериала, полученного также из региона Эмилия-Романья, в том числе, из региона Реджо-Эмилия, являющегося провинцией региона Эмилия-Романья. Только при соблюдении данных условий производитель в силу требований итальянского законодательства имеет право производить вино с защищенным географическим наименованием ФИО3. Именно данными причинами обусловлено то, что поставщик в своем письме приводит данные Торгово-промышленной палаты именно региона Реджо-Эмилия, а не Пьемонта, в котором он зарегистрирован и фактически находится.

Отказывая обществу в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о возможном влиянии на цену товара каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Однако апелляционный суд обоснованно признал данный вывод ошибочным.

Апелляционный суд указал, что согласно пояснениям поставщика, приведенными в письме от 29.08.2019 № 1 в ответ на запрос общества от 10.07.2019 № 7, а также пояснениям компании ООО «ГудВайн» (письмо от 26.06.2020 № 36), также как общество являющейся импортером вина ФИО3, производства Fratelli Martini Secondo Luigi Spa, прайс-листам Fratelli Martini Secondo Luigi Spa для ООО «ГудВайн» от 03.01.2019 и от 10.04.2019, в 2019 году у поставщика Fratelli Martini Secondo Luigi Spa не имелось публичного прайс-листа. Со всеми покупателями, не только с обществом, указанный поставщик работал по индивидуально-согласованным ценам, составляя адресные прайс-листы. Цена формировались поставщиком для каждого покупателя в ходе переговоров, исходя из объективных условий, прежде всего, исходя из объемов, предлагаемых к продаже, регулярности заказов, условий оплаты, а также из иных факторов.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 19 Постановления № 49, и Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19.04.2005 № 13643/04, отказ в применении первого метода определения таможенной стоимости в связи с наличием каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, возможен только в том случае, когда таможенный орган установил конкретные условия или обязательства, которые предусматривает сделка купли-продажи, способные оказывать такое влияние, но влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В случае если таможенным органом не установлены конкретные условия и обязательства индивидуального характера, связанные с продажей товара определенному покупателю, способные оказывать влияние на цену сделки, вывод о невозможности применения метода 1 является необоснованным.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия.

Суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что в рассматриваемом деле в оспариваемых решениях таможенного органа не указано конкретных условий или обязательств, которые предусматривает контракт, способных оказывать такое влияние, а адресный характер прайс-листа в условиях отсутствия у продавца-производителя Fratelli Martini Secondo Luigi Spa публичного прайс-листа также не может быть признан таковым условием.

Как указал апелляционный суд, вывод суда первой инстанции о том, что заявленные обществом сведения о дополнительных расходах, связанных с доставкой товаров, имеют противоречивый характер, основанный на недостатках оформления транспортных документов, отмеченных таможенным органом, опровергается следующим.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в подтверждение стоимости транспортировки и складских услуг (маркировки) обществом таможенному органу представлены заявки на транспортировку, договоры с транспортно-экспедиционной компанией на транспортировку и складские услуги, счета и акты транспортно-экспедиционной компании, а также документы об оплате транспортных и складских услуг (заявления на перевод с расшифровкой назначения платежа).

Из представленных документов следует, что поставки товаров осуществлены на основании договора транспортной экспедиции от 25.06.2018 № PLC 101, заключенного обществом с ЗАО TELS PolskaSp. Z.o.o., таможенный орган указал на то, что представленные обществом документы не позволяют таможенному органу удостовериться в месте складской обработки, а именно: в том, что оклейка акцизными марками осуществлена действительно на территории ЕАЭС - Республики Беларусь на СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик».

Вместе с тем, как обоснованно отметил апелляционный суд, пояснениями ЗАО TELS PolskaSp. Z.o.o. (письма от 17.10.2019 и от 13.11.2019), товарно-транспортными накладными (CMR), счетами ЗАО TELS PolskaSp. Z.o.o. на транспортировку и складскую обработку, заявлениями ООО «ВЛАТЕ-Логистик» на имя начальника ОТО и к Гродненской региональной таможне с резолюцией, разрешающей провести маркировку, однозначно подтверждается то, что комплекс оказываемых ЗАО TELS PolskaSp. Z.o.o. услуг включает в себя:

- транспортировку по маршруту COSANOBELBO (Италия) - Гродненский район (Республика Беларусь) СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик»;

- складскую обработку (оклейку товара акцизными марками с помарочным учетом) на СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик» с разрешения таможенных органов Республики Беларусь, которое оформляется путем проставления резолюции на таможенный орган на заявлении ООО «ВЛАТЕ-Логистик» о маркировке;

- транспортировку по маршруту Гродненский район, СВХ ООО «ВЛАТЕ-Логистик» (именно такое место погрузки указано в CMR на вторую часть перевозки) - таможня назначения в Российской Федерации.

Апелляционный суд указал, что таможенным органом не получено опровергающих доказательств и сведений о месте оклейки товара акцизными марками, в том числе, от таможенных органов Республики Беларусь.

Таким образом, как обоснованно заключил апелляционный суд, сомнения таможенного органа в сведениях о месте оклейки акцизными марками и необоснованном не включении в таможенную стоимость указанных расходов в условиях, когда им не представлено опровергающих доказательств, не могут являться основанием для признания недостоверной информации, представленной декларантом.

Также суд апелляционной инстанции указал, что в качестве дополнительных документов, подтверждающих соблюдение структуры таможенной стоимости, обществом представлены транспортные заявки, в которых заявлен маршрут и стоимость, а также товарно-транспортная накладная международной перевозки CMR, в которой указан перевозчик, инвойс по которому производилась перевозка товара, номер заказа (ордера). Данные документы корреспондируются с экспортной декларацией.

Оценив и исследовав в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, проанализировав доводы общества и таможенного органа, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленные обществом в обоснование применения первого метода документы и сведения не содержат признаков недостоверности.

Отклоняя доводы таможенного органа, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что в документах, представленных декларантом, отражены содержание сделки, ценовая информация, относящаяся к количественно определенным характеристикам товара, информация об условиях его поставки и оплаты, пояснения и объяснения относительно условий совершения сделки представлены в таможню в полном объеме.

Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что таможенным органом не доказана невозможность применения первого метода определения таможенной стоимости товаров и, не доказано, что в стоимость товаров не включены какие-либо дополнительные расходы, подлежащие включению, в связи с чем вынесенные решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, противоречат пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Доказательств наличия каких-либо ограничений или обстоятельств и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, но влияние которых не может быть количественно определено, таможенным органом также апелляционному суду не представлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции правомерно заключил, что при самостоятельном определении таможенной стоимости таможенным органом нарушена последовательность применения методов таможенной оценки, а также условия применения шестого метода определения таможенной стоимости, установленные пунктом 5 статьи 45 ТК ЕАЭС, что является самостоятельным основанием для признания незаконными решений таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что из оспариваемых решений таможенного органа следует, что таможенным органом для определения таможенной стоимости использован шестой (резервный) метод в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС (гибкое применение 6 метода на базе 2 метода). При этом в качестве источника ценовой информации для расчета таможенной стоимости по всем товарам по всем ДТ указана ДТ № 10009020/310119/0001812. Таможенная стоимость - 846.884,19 руб., дополнительные единицы измерения - 6.142,5 л., таможенная стоимость за 1 литр - 137,87 руб. или 1,83 евро, цена за бутылку 0,75 л. - 1,19 евро.

Также апелляционный суд указал, что, обосновывая невозможность применения второго метода на основании статьи 41 ТК ЕАЭС, таможенный орган указывал на невыполнение пункта 1 статьи 41 ТК ЕАЭС, то есть на отсутствие у таможенного органа информации о стоимости сделки, определенной по первому методу и принятой таможенным органом, с идентичными товарами, ввезенными на таможенную территорию ЕАЭС в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию ЕАЭС оцениваемых товаров. Аналогичное обоснование приводится и для невозможности использования 3 метода на основании статьи 42 ТК ЕАЭС.

Вместе с тем, данный довод таможенного органа обоснованно отклонен апелляционным судом, поскольку опровергается следующим.

Апелляционный суд отметил, что, как указало общество и не опроверг таможенный орган, в сопоставимый период времени (не ранее чем за 90 календарных дней) в зоне деятельности таможенного органа осуществлен ввоз идентичного товара: «вино виноградное натуральное игристое жемчужное с защищенным географическим указанием, регион Эмилия-Романья, полусладкое белое «САНТ ОРСОЛА ФИО3», произведенного и поставленного компанией «Fratelli Martini Secondo Luigi Spa» на условиях поставки EXW-Коссано Бельбо, по ДТ № 10009100/010719/0015511 и № 10009100/030719/0015984.

На момент вынесения оспариваемых решений таможенного органа решение таможенного органа о принятии таможенной стоимости по вышеуказанным ДТ не отменены, являлись действующими.

Учитывая изложенное, поскольку в сопоставимый период времени, что и оцениваемый товар, в зоне деятельности таможни осуществлялся ввоз идентичного товара, проданного на том же коммерческом уровне и в том же количестве, что и оцениваемый (ввозимый) товар, таможенная стоимость которого определена по 1 методу и принята таможенным органом, то, как обоснованно заключил апелляционный суд, данное обстоятельство должно было учитываться таможенным органом при выборе метода определения таможенной стоимости и источника ценовой информации.

Однако судом апелляционной инстанции установлено, что таможенным органом в нарушение статей 41 и 42 ТК ЕАЭС указанные ДТ проигнорированы.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что таможенным органом нарушена последовательность применения методов определения таможенной стоимости товаров и не доказана обоснованность применения резервного (шестого) метода определения таможенной стоимости товаров на основании статьи 45 ТК ЕАЭС.

Кроме того, апелляционный суд установил, что с целью исключения задержки таможенного оформления товара и возможных нарушений обязательств, принятых обществом, обществом на счета таможенного органа внесено обеспечение уплаты таможенных платежей по спорным ДТ.

Товар выпущен под обеспечение уплаты таможенных платежей на основании представленного расчета размера обеспечения по ДТ № 10009100/190919/0034038 в размере 197.567,02 руб., по ДТ № 10009100/230919/0034703 в размере 201.165,14 руб., по ДТ № 10009100/230919/0034754 в размере 201.165,14 руб., поскольку таможенные расписки таможней не выданы, итого по спорным ДТ - 599.897,30 руб.

На основании изложенного апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для возврата излишне уплаченных таможенных платежей в размере 599.897,30 руб. на расчетный счет общества в течение 30 дней с момента вступления в законную силу судебного акта и, соответственно, об удовлетворении заявленных обществом требований.

Таким образом, доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения принятого по настоящему делу постановления апелляционного суда.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19 апреля 2021 года по делу № А40-54509/20 оставить без изменения, кассационную жалобу Центральной акцизной таможни - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            А.А. Гречишкин

 

Р.Р. Латыпова